Апелляционное постановление № 22-6173/2019 от 28 ноября 2019 г. по делу № 1-115/2019

судья Цымбал М.В. Дело № 22-6173/2019


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Ставрополь 29 ноября 2019 года

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Курбатова И.И.,

при секретаре- помощнике судьи Катыгроб Ю.Е.,

с участием сторон: прокурора Князевой Е.Г.,,

представителя потерпевшего - ФИО9,

подсудимого ФИО1, посредством видеоконференц-связи,

его защитников – адвокатов Андриенко А.В., Хадисова М.С., Андриенко А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные представление государственного обвинителя Бабаян А.Б. на постановление Ипатовского районного суда Ставропольского края от 8 октября 2019 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <адрес> зарегистрированного по адресу: <адрес>, ранее не судимого, осужденного:

- 19.12.2016 Ставропольским краевым судом по ч. 1 ст. 209, ч. 3 ст. 111, ч. 3 ст. 222, ч. 1 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 23 года со штрафом в сумме 500000 рублей, с ограничением свободы сроком на 2 года с установлением ряда ограничений и обязанностей;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ;

возвращено прокурору Ставропольского края в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав доклад судьи Курбатова И.И. об обстоятельствах дела и доводах апелляционного представления государственного обвинителя Бабаяна А.Б., возражений на него адвокатов Андриенко А.В. и Хадисова М.С., выступления сторон: прокурора Сборец Н.А., поддержавшую доводы апелляционного представления и просившую постановление суда отменить и возвратить уголовное дело в суд первой инстанции для рассмотрения по существу в ином составе суда, адвокатов Андриенко А.В., Хадисова М.С., Андриенко А.В., возражавших против удовлетворения представления и просивших об оставлении постановления суда без изменения, суд

установил:

уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении мошенничества, т.е. хищения чужого имущества, путем обмана, совершенного организованной группой, с использованием служебного положения, в особо крупном размере на сумму <данные изъяты> рубля, при обстоятельствах подробно изложенных в обвинительном заключении ДД.ММ.ГГГГ, поступило в Ипатовский районный суд Ставропольского края для рассмотрения по существу; постановлением судьи от ДД.ММ.ГГГГ по нему назначено предварительное слушание, по результатам которого постановлением от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело назначено к слушанию на ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе судебного следствия, проводимого в порядке ч.5 ст.247 УПК РФ суд, по ходатайству защитника ФИО1,- адвоката Хадисова М.С., возвратил уголовное дело прокурору Ставропольского края в порядке ст. 237 УПК РФ, без ссылки на конкретное основание к этому, предусмотренное соответствующими пунктами ч.1 ст. 237 УЦПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом указав, что обвинительное заключение не соответствует требованиям пунктов 1,3,4,8 части 1 статьи 220 УПК РФ.

В частности в обоснование этого судом первой инстанции указано что:

– формулировка обвинения не конкретизирована, в том числе в части совершения преступления с использованием ФИО1 служебного положения и совершения его организованной группой, что лишило подсудимого осуществлять право на защиту;

- в обвинительном заключении не содержится сведений о роли ФИО1 в деятельности организованной группы, время место создания организованной группы и иные конкретные правовые признаки организованной группы;

-в обвинительном заключении период совершения ФИО1 преступления предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ указан с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ, однако в соответствии с п.4 ч.1 ст. 220 УПК РФ не указана редакция уголовного закона на момент совершения преступления, что препятствует реализации права подсудимого на защиту;

- обвинительное заключение, вопреки положениям п.3 ч.1 ст. 220 УПК РФ, не содержит сведений о месте и времени совершения преступления, способе, мотиве и цели и последствия и другие обстоятельства имеющие значение для дела, не указаны сведения о представителях собственника имущества которым подсудимый сообщил заведомо ложные сведения и какие именно противоправные действия совершены ФИО1 с целью хищения имущества -13 комбайнов, числящихся на балансе ФГУП <данные изъяты>», которое в собственность подсудимого не поступило.

- в нарушение п.1 ч.1 ст. 220 и ст. 252 УПК РФ в обвинительном заключении кроме ФИО1 указан в качестве обвиняемого ФИО8;

- считает что в нарушение п.8 ч.1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении указано о причинении преступлением ущерба Российской Федерации, а потерпевшим указан сотрудник «<данные изъяты>» ФИО9

На основе указанного судом сделан вывод о том, что суд лишен возможности самостоятельно устранить допущенные, по его мнению, нарушения по конкретизации обвинения, что может быть устранено лишь органом предварительного расследования.

Не согласившись с принятым решением, государственный обвинитель ФИО6 подал на него апелляционное представление, в котором считает постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору незаконным и подлежащим отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, отметив, что единственным основанием к возвращению дела прокурору с соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ являются нарушения при составлении обвинительного заключения, исключающие постановления судом приговора или иного итогового решения.

Ссылаясь на нормы уголовно-процессуального, уголовного закона и разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 05.03.2004 «О применении судами ном Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», приводя анализ содержания обвинительного заключения, указывает, что надуманным и необоснованным является довод суда об отсутствии в обвинительном заключении сведений о месте и времени совершения преступления, а также способе его совершения, мотивах, целях, последствиях и других обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, поскольку в обвинительном заключение указаны все значимые для дела обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

Полагает, что выводы суда о неверном указании в обвинительном заключении потерпевшего, также не основаны на законе, поскольку преступными действиями ФИО1 ущерб причинен Российской Федерации, в данном случае в лице территориального управления «<данные изъяты>» в <адрес>, надлежащим представителем которого по доверенности является ФИО9

Считает так же необоснованным указание суда на то, что в обвинительном заключении не указана редакция уголовного закона, части, статьи Уголовного кодека РФ, предусматривающей ответственность за данное преступление, что якобы препятствует реализации права подсудимого знать, в чем он обвиняется и от чего ему защищаться, поскольку действовавшая в период совершения преступления редакция уголовного закона существенно ухудшала положение ФИО1 и в обвинительном заключении не указание редакции примененного закона означает применение ныне действующей его редакции, существенно улучшающей его положение отсутствием нижнего предела санкции.

Полагает незаконным не указание судом пункта и части ст. 273 УПК РФ на основании которых уголовное дело возвращено прокурору, считает, что указание в качестве обвиняемого в списке лиц, подлежащих вызову в суд, ФИО8, является технической ошибкой и не препятствует принятию судом по делу законного и обоснованного решения и не может служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

На основании изложенного просит постановление суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В своих возражениях на апелляционное представление адвокаты Андриенко А.В. и Хадисов М.С. просили постановление суда оставить без изменения, считая его законным и обоснованным, а доводы апелляционного представления оставить без удовлетворения, указывая на их необоснованность и не соответствие фактическим обстоятельствам дела, приводя свои доводы в поддержку выводов суда и указываемых в их возражениях о допущенных при составлении обвинительного заключения нарушениях уголовно-процессуального закона, неконкретности и противоречивости обвинения, препятствующего осуществлению ФИО1 защиты.

Проверив материалы дела и доводы апелляционных представления и жалобы, заслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Так, в соответствии со ст.220 УПК РФ, обвинительное заключение должно содержать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия, данные о характере и размере вреда, причиненного преступлением потерпевшему и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

При этом, возвращение дела прокурору может иметь место, когда это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, если на досудебных стадиях допущены нарушения, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Согласно взаимосвязанным положениям ч. 4 ст. 7 и ст. 297 УПК РФ судебное решение признается законным, обоснованным и мотивированным, если оно вынесено в соответствии с требованиями УПК РФ.

Названые положения закона судом первой инстанции не соблюдены, следовательно, постановление суда о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО1 по ч.4 ст. 159 УК РФ, в том числе и не содержащего ссылки на конкретное основание и пункт ч.1 ст. 237 УПК РФ является незаконным и подлежащим отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Так, вопреки утверждениям суда имеющееся деле обвинительное заключение соответствует предъявленному обвинению и в необходимой мере содержит указание на существо этого обвинения, место и время совершения, преступления, способ его совершения, его мотивы и цели, данные о характере и размере вреда причиненного преступлением и другие необходимые обстоятельства имеющие значение для разрешения данного дела по существу, не препятствующие постановлению по делу приговора или иного итогового решения.

Не смотря на утверждения суда в принятом постановлении, в обвинительном заключении достаточно подробно изложены роль ФИО1 в создании организованной группы для совершения хищения чужого имущества, способ его совершения - путем обмана (мошенничество), объект хищения 13 комбайнов, находящихся на балансе ФГУП «<данные изъяты>» на общую сумму <данные изъяты> рубля. Время и период создания организованной группы (в ДД.ММ.ГГГГ, не позднее ДД.ММ.ГГГГ), конкретные действия ФИО1 по руководству данной группой и совершаемые ею действия, указаны правовые признаки организованной группы, непосредственные действия самого ФИО1 и соучастника данной группы, использовавшего свои служебные полномочия (организационно-распорядительные) по выполнению объективной стороны мошенничества, в том числе по введению в заблуждение (обману) должностных лиц при подготовке и проведении процедуры банкротства руководимого им, как арбитражным управляющим предприятия - ФГУП «<данные изъяты>», при определении конкурсной массы имущества банкротящегося предприятия и его оценке, утверждении итогов оценки конкурсной массы имущества, организации торгов с участием аффилированных и подконтрольных ФИО1 предприятий, оформлении перехода права собственности и легализации похищаемого имущества. Таким образом, время, место, способ совершения преступления, действия соучастников преступления их цели, корыстный умысел и причиненный в результате преступления ущерб нашли достаточное отражение в обвинительном заключении, позволяющем суду, оценив представленные доказательства, признать доказанной или не доказанной вину ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, размере похищенного, степени реализации преступного джеяния без возвращения дела прокурору. Причем корысть может состоять не только в обращении имущества в свою пользу, но и пользу других лиц или организаций, в том числе и подконтрольных самому ФИО1. Доводы защиты об отсутствии факта хищения со ссылками на сообщения ЗАО « <данные изъяты>» о наличии у них комбайнов, также не состоятельны, поскольку из обвинения ФИО1 усматривается, что ФИО1 инкриминировано похищение комбайнов состоявших на балансе ФГУП «<данные изъяты>» с незаконным их переоформлением их в аффилированное с ФИО1 ЗАО « <данные изъяты>».

Утверждения, что не конкретизировано обвинение ФИО1 в части совершения им преступления с использованием служебного положения, по мнению суда, не состоятельны, поскольку совершение преступления инкриминировано ФИО1 в составе организованной группы, с лицом использовавшим свое служебное (должностное) положение.

Доводы о нарушении права на защиту ФИО1 не указанием редакции уголовного закона по которому он привлекается к уголовной ответственности по ч.4 ст. 159 УК РФ также надуманы поскольку, как обосновано указывается в апелляционном представлении, редакция уголовного закона действовавшего в период совершения преступления ( №377-ФЗ от 27.12.2009 г.) не могла быть использована так как в действующей в настоящее время редакции данной статьи закона №26-ФЗ от 07.03.2011 г. смягчено наказание в виде лишения свободы, исключен нижний пердел санкции – 5 лет лишения свободы, следовательно, в силу ст. 10 УК РФ, подлежит применению именно действующая редакция закона, указывать которую было не обязательно. При этом, поскольку объективная и субъективная сторона данного преступления не изменялась, а фактическая сторона инкриминированного ФИО1 преступления от этого не зависит, применение нового закона, вопреки указанному, не нарушает права ФИО1 на защиту.

То, что в обвинительном заключении в списке лиц подлежащих вызову в судебное заседание в качестве обвиняемого указан ФИО8, уголовное дело, в отношении которого выделено в отдельное производство, а представитель потерпевшего (Российской Федерации) ФИО9 назван потерпевшим также не является предусмотренным законом основанием к возвращению уголовного дела прокурору.

Таким образом, ввиду несоответствия выводов суда изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам дела, существенного нарушения уголовно-процессуального законодательства п.п.1 и 2 ст. 389.15 и вынесенное судом первой инстанции судебное постановление от 08.10.2019 года по делу ФИО1 суд апелляционной инстанции считает необходимым отменить как незаконное и необоснованное, а уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей, со стадии подготовки к судебному разбирательству.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Ипатовского районного суда Ставропольского края от 08.10.2019 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УПК РФ возвращено прокурору, отменить, дело предать в тот же суд на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства иным составом суда. Апелляционное представление удовлетворить.

Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Мотивированное апелляционное постановление составлено 02.12.2019 года.

Председательствующий:

Судья Ставропольского краевого суда И.И. Курбатов.