Апелляционное определение № 02-0023/2025 02-0023/2025(02-0083/2024)~М-7336/2022 02-0083/2024 33-9956/2026 М-7336/2022 от 17 марта 2026 г. по делу № 02-0023/2025

Судья: фио

Суд первой инстанции гр. дело № 2-23/2025

Суд апелляционной инстанции гр. дело № 33-9956/2026

УИД 77RS0024-02-2022-016840-69


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 марта 2026 года адрес

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Пашкевич А.М.,

судей фио, фио,

при помощнике судьи Михеевой З.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи фио дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1 на решение Симоновского районного суда адрес от 27 мая 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным договор ренты на условиях пожизненного содержания с иждивением, заключенный 29 апреля 2020 года между фио и ФИО1, удостоверенный нотариусом адрес фио (зарегистрировано в реестре № 77/364-н/77-2020-3-595).

Признать недействительным завещание, составленное 29 апреля 2020 года от имени фио в пользу ФИО1, удостоверенное нотариусом адрес фио (зарегистрировано в реестре № 77/364-н/77-2020-3-596),

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО2 обратился с иском к ответчику ФИО1 о признании договора, завещания недействительными, ссылаясь в обоснование заявленных требований на заключенный 29.04.2020 между фио и ФИО1 договор ренты на условиях пожизненного содержания с иждивением, на основании которого фио передала в собственность ответчику квартиру по адресу: адрес, а также на составленное 29.04.2020 фио завещание, согласно которому последняя распорядилась всем своим имуществом, которое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в пользу ответчика. 19.04.2022 фио, которая являлась матерью истца, умерла, после ее смерти истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства. По мнению истца, при подписании договора ренты и составления завещания фио не осознавала значение своих действий и не могла руководить ими.

Судом постановлено указанное решение, об отмене которого по доводам апелляционной жалобы просит ответчик фио

Выслушав представителя истца фио – фио, ответчика фио и ее представителя – фио, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены постановленного судом решения.

Согласно ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации - основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются:

1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела;

2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела;

3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела;

4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Указанных нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену постановленного решения, судом первой инстанции допущено не было.

Согласно ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Постановленное судом решение вышеуказанным требованиям отвечает.

Как установлено судом и следует из материалов дела, фио являлась собственником квартиры по адресу: адрес.

29.04.2020 между фио и ФИО1 заключен договор ренты на условиях пожизненного содержания с иждивением, в соответствии с которым фио передала бесплатно в собственность ФИО1 квартиру по адресу: адрес, а фио обязалась осуществлять пожизненное содержание с иждивением фио

29.04.2020 от имени фио составлено завещание, в соответствии с которым фио все свое имущество, какое на момент ее смерти окажется ей принадлежащим завещала ФИО1

19.04.2022 фио умерла, после ее смерти с заявлениями о принятии наследства обратились сын умершей - ФИО2, а также ответчик фио

Нотариусом адрес фио открыто наследственное дело.

Истец указал, что с учетом состояния здоровья фио, ее возраста, при подписании договора ренты, составления завещания, фио не осознавала значение своих действий и не могла руководить ими.

Судом по делу назначены судебные посмертные психиатрические экспертизы, производство которых поручено экспертам ГБУЗ «ПКБ № 1 им. фио ДЗМ», а также экспертам ФГБУ «НМИЦПН им. фио» Минздрава России.

Согласно заключению комиссии экспертов ГБУЗ «ПКБ № 1 им. фио ДЗМ» от 01.04.2024 г. № 106-4, фио страдала на период подписания договора ренты на условиях пожизненного содержания с иждивением от 29.04.2020 психическим расстройством в форме органического расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга; психическое расстройство фио в момент оформления договора ренты на условиях пожизненного содержания с иждивением от 29.04.2022 носило стойкий, прогредиентный, непрерывный характер, сопровождалось когнитивно-мнестическим снижением, личностно-мотивационными, эмоционально-волевыми расстройствам с ослаблением критико-прогностических способностей, что нарушало ее способность к адекватному критическому осмыслению возникшей ситуации, свободному волеизъявлению, целеполаганию, прогнозу последствий сделки. Указанное психическое расстройство фио было выражено столь значительно, что лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания договора ренты на условиях пожизненного содержания с иждивением от 29.04.2020.

Согласно заключению комиссии экспертов ФГБУ «НМИЦПН им. фио» Минздрава России от 10.02.2025 г. № 44/з, в юридически значимый период оформления завещания от 29.04.2020 фио страдала психическим расстройством – сосудистой деменцией. Психические нарушения у фио возникли задолго до юридически значимого периода, имели стойкий и необратимый характер, поэтому фио в связи с имевшимся у нее психическим расстройством не могла понимать значение своих действий и руководить ими при оформлении завещания от 29.04.2020.

Суд признал вышеуказанные заключения достоверными доказательствами и полагал возможным положить их в основу решения, поскольку доказательств, опровергающих доводы экспертов, в материалы дела не представлено.

При этом, суд не принял во внимание представленное ответчиком заключение специалиста-психиатра № 64/24-а от 03.07.2024, поскольку в заключении дана оценка заключению судебной экспертизы и выражается несогласие с ее выводами. Вместе с тем, рецензия на экспертное заключение выполнена исключительно по заказу ответчика, при этом составлявшее рецензию лицо не было предупреждено судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Изложенные в заключении сведения опровергаются имеющимися в деле доказательствами и заключениями экспертов.

Разрешая спор, руководствуясь ст. ст. 153, 166, 167, 177, 601, 1118, 1119, 1131 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в п. 78 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, оценив представленные доказательства и объяснения сторон, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований в связи с тем, что проведенной по делу судебной экспертизой установлено, что в момент подписания договора ренты на условиях пожизненного содержания с иждивением от 29.04.2020 г. и составления завещания от 29.04.2020 фио не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Судом признаны несостоятельными доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, исходя из положений ст. ст. 181, 200 ГК РФ, разъяснений, изложенных в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9, а также в определениях Конституционного Суда РФ.

Проверив дело в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, основанными на правильном применении норм материального права и исследованных доказательствах.

Доводы апелляционной жалобы, выражающие несогласие ответчика с выводом суда, что срок исковой давности истцом не пропущен, судебная коллегия находит несостоятельными, основанными на неверном толковании норм материального права и направленными на переоценку доказательств и выводов суда. Судебная коллегия отмечает, что доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности были предметом рассмотрения судом первой инстанции, ему дана надлежащая оценка, с которой судебная коллегия соглашается.

Так, судом, с учетом конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о психическом состоянии фио еще до совершения ей договора ренты (февраль 2016 г.), сделан верный вывод, что фио по своему психическому состоянию не могла осознавать наличие возможности оспорить его в судебном порядке, при этом истец ФИО2 стороной оспариваемого договора не являлся, следовательно, срок исковой давности начал течь с момента смерти фио (19.04.2022) и именно с этого момента истец, будучи наследником, мог реализовать свои наследственные права, а также осуществить их судебную защиту, как лицо, имеющее с указанного времени субъективное право на обращение в суд с иском. Настоящее исковое заявление о признании договора ренты недействительным подано истцом 08.07.2022, т.е. в пределах годичного срока исковой давности.

Также судом принято во внимание, что при рассмотрении настоящего спора ответчик не доводила до сведения суда и второй стороны по делу о наличии составленного 29.04.2020 в ее пользу завещания. Материалы наследственного дела к имуществу фио были истребованы судом лишь 29.08.2024. Истец указал, что о наличии завещания ему стало известно только в ходе рассмотрения дела судом. Кроме того, из наследственного дела к имуществу фио следует, что истец обратился с заявлением о принятии наследства 27.05.2022, тогда как ответчик обратилась к нотариусу позднее – 18.07.2022, постановление об отказе в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону, нотариусом не выносилось. Исходя из этого, суд пришел к правильному выводу, что истец, обратившийся ранее ответчика с заявлением о принятии наследства, не мог получить сведения о наличии завещания, поскольку на момент его обращения у нотариуса данные сведения также отсутствовали. Соответственно, объективно истец не мог получить сведения о наличии завещания до истребования материалов наследственного дела судом. С требованиями о признании завещания недействительным истец обратился 29.08.2024, в связи с чем, срок исковой давности для оспаривания завещания истцом не пропущен.

Доводы апелляционной жалобы о не направлении в суд апелляционной инстанции и не рассмотрении в апелляционном порядке частной жалобы ответчика на определение суда от 28.08.2023 о назначении по делу судебной посмертной психиатрической экспертизы, что повлекло вынесение незаконного и необоснованного решения, судебная коллегия отклоняет, поскольку указанная частная жалоба определением суда от 04.10.2023 была возвращена заявителю и данное определение ответчиком не обжаловалось.

Доводы апелляционной жалобы относительно несогласия с поставленными перед экспертом вопросами, не могут быть приняты судебной коллегией в качестве оснований к отмене обжалуемого решения, так как в силу положений ст. ст. 79 - 80 ГПК РФ именно суду первой инстанции принадлежит право окончательного определение круга вопросов, по которым требуется заключение эксперта, в связи с чем доводы ответчика не состоятельны.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с заключением комиссии экспертов и изложенными в нем выводами, критика методики проведения судебной экспертизы, в целом направлены на оспаривание результатов судебной экспертизы, что может повлечь отмену судебного решения, так как каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, их объективность, равно как и доказательств, которые не были оценены экспертами, ответчиком не представлено, а само по себе несогласие ответчика с выводами, изложенными в заключении эксперта по результатам судебной экспертизы, не свидетельствует о неполноте заключения и его недостоверности.

Судебная коллегия полагает, что оснований не доверять экспертным заключениям у суда не имелось, поскольку экспертные исследования проведены авторитетными экспертными учреждениями Российской Федерации, экспертами, имеющими высшее образование, соответствующие экспертные специальности и значительный стаж экспертной работы по экспертным специальностям, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения; выводы экспертов изложены подробно и последовательно, непротиворечивы, научно обоснованы и исчерпывающе мотивированы.

При проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, заключение соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержит подробное описание проведенного исследования, ответы на поставленные судом вопросы. Также судебная коллегия учитывает, что заключение составлено с учетом всех представленных в материалы дела доказательств.

Заключение оценено судом первой инстанции в совокупности с иными доказательствами по делу в соответствии со ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, оно согласуется с иными исследованными по делу доказательствами и оснований для его переоценки у судебной коллегии не имеется.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с отказом в удовлетворении ходатайства о проведении повторной посмертной психиатрической экспертизы, не влекут отмену судебного акта, поскольку предусмотренные ст. 87 ГПК РФ основания для назначения по делу повторной экспертизы отсутствовали. Основания для назначения повторной посмертной судебно-психиатрической экспертизы по доводам апелляционной жалобы отсутствовали, поэтому судебная коллегия отказала в ее назначении.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец вел антисоциальный образ жизни, со своей матерью фио не общался, не ухаживал за ней, помощи не оказывал, в то время как ответчик осуществляла уход за фио, обеспечивала ее всем необходимым, поэтому фио предложила ответчику договор ренты, который был исполнен надлежащим образом, не подтверждаются представленными в дело доказательствами, не являются юридически значимыми в настоящем гражданском деле, где договор ренты и завещание оспариваются по основанию, что фио страдала заболеваниями, в результате которых при составлении данных документов не осознавала значение своих действий, следовательно, не влияют на правильность выводов суда и не могут быть приняты судебной коллегией в качестве оснований для отмены решения суда.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда постановлено с соблюдением требований норм процессуального и материального права, не противоречит собранным по делу доказательствам и требованиям закона, а доводы апелляционной жалобы не опровергают вышеизложенных выводов суда, не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, и не влияют на правильность принятого судом решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Симоновского районного суда адрес от 27 мая 2025 года - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 09 июня 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: