Апелляционное постановление № 22-2840/2025 от 6 августа 2025 г.

Судья Носкова А.В. Дело № 22-2840/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Барнаул 7 августа 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Григоревского А.С.,

при ведении протокола помощником судьи Кузнецовой А.М.,

с участием:

прокурора Сергеевой И.А.,

адвоката Кима А.Ю.,

оправданной ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Лыги Г.В. и апелляционным жалобам потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №13, К.О.В., Потерпевший №15, Потерпевший №14, Потерпевший №7, Потерпевший №9, Потерпевший №4, Потерпевший №5, на приговор Ленинского районного суда г.Барнаула Алтайского края от 27 мая 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженка <адрес><адрес>, несудимая,

- оправдана по 19 эпизодам преступлений, предусмотренных ч.2 ст.159 УК РФ, в связи с отсутствием в ее деяниях составов преступлений, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ.

За ФИО1 признано право на реабилитацию.

Гражданские иски потерпевших оставлены без рассмотрения.

Разрешены вопросы по мере пресечения, судьбе вещественных доказательств, отменен арест на имущество.

Изложив обстоятельства дела, существо приговора, апелляционного представления и апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органом предварительного следствия ФИО1 обвинялась в хищении имущества Потерпевший №14, Потерпевший №6, Потерпевший №19, Потерпевший №7, Потерпевший №16, Потерпевший №2, Потерпевший №15, Потерпевший №18, Потерпевший №1, Потерпевший №9, Потерпевший №13, Потерпевший №12, Потерпевший №8, Потерпевший №11, Потерпевший №17, Потерпевший №10, Потерпевший №5, Потерпевший №4, К.О.В., путем обмана и злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба каждой потерпевшей.

Приговором Ленинского районного суда г.Барнаула Алтайского края от 27 мая 2025 года ФИО1 оправдана по предъявленному обвинению, в связи с отсутствием в ее деяниях составов преступлений, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Лыга Г.В. выражает несогласие с приговором в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. Считает, что вопреки требованиям ст.ст.88, 305 УПК РФ, разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ в постановлении от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре», судом не дано надлежащей оценки исследованным доказательствам в их совокупности, не приведено мотивов, почему те или иные доказательства отвергнуты судом. Подробно приводя показания потерпевших о совершенных в отношении них противоправных деяниях, отмечает их последовательность и непротиворечивость. Подчеркивает, что показания потерпевших полностью подтверждаются письменными материалами дела, в том числе скриншотами переписок в социальных сетях и сведениями о движении денежных средств по лицевым счетам, содержание которых автор также частично раскрывает в представлении. Указывает, что показания потерпевших полностью согласуются с показаниями свидетелей С., М., Ф., Б., лиц проводящих мастер-классы, о том, что Кэш собирала группы без согласования с ними конкретных дат мастер-классов, несмотря на отмену ими мастер-классов и разрыве сотрудничества, продолжала собирать денежные средства с потерпевших, предоплату им не возвращала. Настаивает, что в основу выводов об оправдании ФИО1 необоснованно положены ее показания в судебном заседании, к которым необходимо было отнестись критически. Раскрывая содержание пояснений ФИО1, автор анализирует их, отмечает, что деятельность оправданной была убыточной, о чем ФИО1 было достоверно известно, исполнить свои обязательства перед потерпевшими она могла лишь при условии привлечения новых участников и получения от них денежных средств. Когда сумма долгов достигла критической массы, ФИО1 закрыла свою студию. Подчеркивает, что мастер-классы отменялись задолго до даты их проведения, соответственно затрат на их проведение ФИО1 не понесла и могла вернуть денежные средства, а невозврат денежных средств потерпевшим указывает на их хищение. Считает, что о преступных намерениях ФИО1 свидетельствует и период, в течение которого она не возвращала потерпевшим денежные средства, в отношении некоторых с 2019 года, а также совершение противоправных действий системно, в отношении большого числа граждан. Акцентирует внимание на противоречиях в показаниях ФИО1, в том числе о ее состоянии здоровья и переносе из-за этого мастер-классов, что было опровергнуто представленными органом следствия медицинскими документами. Считает, что осуществление деятельности студии «<данные изъяты>», проведение других мастер-классов, не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 составов инкриминируемых преступлений. Настаивает, что выводы суда об отсутствии умысла на хищение имущества потерпевших, со ссылкой на наличие переписки с мастерами о возможности проведения мастер-классов и соответствующая реклама в социальных сетях, являются неверными, поскольку данные обстоятельства свидетельствуют лишь о стремлении ФИО1 привлечь большее количество лиц с целью хищения их денежных средств. При этом автор подчеркивает, что показания свидетелей из числа мастеров оценены судом односторонне, не приняты во внимание и не получили оценки пояснения свидетелей о том, что ФИО1 переносила мастер-классы не согласовывая конкретных дат их проведения, продолжала сбор денежных средств, несмотря на заявления части мастеров об отказе в сотрудничестве, игнорировала требования мастеров о возврате уже собранных денежных средств, прекращала с ними контакты. Также полагает, что перечисление ФИО1 потерпевшим незначительных сумм в качестве возмещения ущерба, не свидетельствует об отсутствии умысла на хищение, как об этом указал суд. Данное обстоятельство, по мнению автора, указывает лишь на желание ввести потерпевших в заблуждение и придании видимости законности своих действий. Выражает несогласие с выводом суда о неконкретности обвинения в отношении потерпевших Потерпевший №7, Потерпевший №16, Ч., Потерпевший №5, Потерпевший №11, которые основаны лишь на показаниях ФИО1, необоснованно принятых судом во внимание. Подчеркивает, что обвинение сформулировано четко, в нем отражено наименование мастер-классов в которых потерпевшие желали принять участие и за которые перечислили ФИО1 денежные средства, обвинение основано на показаниях потерпевших и доказательствах содержащихся в материалах дела. Однако суд не дал им должной оценки, в том числе показаниям потерпевших, опровергающих заявления ФИО1 о проведении мастер-классов и участии в них. Настаивает, что выводы суда непоследовательны, противоречивы, взаимоисключающи, судом допущена неверная, произвольная оценка доказательств, что повлекло принятие незаконного и необоснованного реабилитирующего решения. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В апелляционных жалобах, аналогичных по своему содержанию, потерпевшие Потерпевший №1, Потерпевший №13, К.О.В., Потерпевший №15, Потерпевший №14, Потерпевший №7, Потерпевший №9, Потерпевший №4, Потерпевший №5 выражают свое несогласие с приговором. Указывают, что перечисляли денежные средства ФИО1 за проведение конкретных мастер-классов, однако курсы с их участием проведены не были, денежные средства не возвращены. Считают, что суд необоснованно пришел к выводу о принятии ФИО1 мер по организации мастер-классов, поскольку конкретных договоренностей с мастерами не было, предоплаты им ФИО1 не перечисляла, билеты не покупала, гостиницу не бронировала, продукты не закупала. Отмечают, что из имеющихся в материалах дела сведений о движении денежных средств по счетам ФИО1 видно, что поступившие от каждой из потерпевших деньги ФИО1 потратила на свои бытовые нужды, а оплачивать мастер-классы ей было просто нечем. Кроме того, зная о своей материальной несостоятельности и том, что ей не на что проводить мастер-классы ФИО1 продолжала собирать деньги на курсы, понимая невозможность их проведения. Обращают внимание, что в личной переписке ФИО1 ссылалась на невозможность проведения курсов по состоянию здоровья в связи с операцией и длительным лечением, что является ложью. Настаивают, что ФИО1 систематически похищала денежные средства у граждан. Просят приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

В соответствии со ст.389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым; он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ст.305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения; обстоятельства дела, установленные судом; основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения.

В силу ст.87 УПК РФ проверка доказательств по делу производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Согласно ч.1 ст.88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Таким образом, исходя из требований уголовно-процессуального закона, суд при постановлении приговора должен дать объективную оценку всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, как подтверждающим выводы по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащим им.

Указанные требования закона при оправдании ФИО1 судом не выполнены, поскольку содержащиеся в приговоре выводы суда сделаны без надлежащей оценки доказательств в их совокупности, а имеющиеся противоречия не устранены.

Так, оправдывая ФИО1 по предъявленному обвинению в связи с отсутствием в ее действиях составов преступлений, суд сослался на показания ФИО1, не признавшей вину в предъявленном обвинении и указавшей, что хищения денежных средств потерпевших она не совершала, в части эпизодов заявленные мастер-классы действительно организовывала, но они не состоялись по независящим от нее причинам, по части эпизодов все оплаченные мастер-классы были ею организованы и проведены, потерпевшие посещали их, либо не посетили по личным причинам. При этом, признавая достоверными показания ФИО1 суд сослался на то, что они подтверждаются совокупностью иных доказательств, признанных судом допустимыми, в том числе: показаниями свидетелей Л.С.О.А., Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №4, Свидетель №5, с участием которых ФИО1 планировала проведение мастер-классов, подтвердивших согласование с ними организации мастер-классов; показаниями свидетелей Г.О.Ю., М.М.В,, Д.С.А. и потерпевших Потерпевший №13, Потерпевший №8, Потерпевший №17, Потерпевший №10, К.О.В., Потерпевший №7, Потерпевший №16, Потерпевший №2, Потерпевший №15, Потерпевший №18, Потерпевший №1, присутствовавших на различных мастер-классах в студии «<данные изъяты>», подтвердивших ведение ФИО1 активной хозяйственной деятельности по организации кондитерских мастер-классов; фотографиями с проведения мастер-классов в студии «<данные изъяты>», скриншотами с сайта «<данные изъяты>», видеозаписями состоявшихся мастер-классов. С учетом анализа указанных доказательств суд пришел к выводу, что причинение имущественного ущерба потерпевшим является не следствием совершения преступления, а следствием ненадлежащего исполнения ФИО1 условий гражданско-правового договора, спорные отношения должны разрешаться в порядке гражданского судопроизводства.

Вместе с тем, придя к указанному выводу суд, в нарушение требований уголовно-процессуального закона, не оценил все представленные сторонами доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности достаточности для разрешения уголовного дела по существу, не проверил их путем сопоставления друг с другом, с целью подтверждения или опровержения.

Так, при принятии судом вышеуказанного решения без должного внимания оставлены показания потерпевших в ходе предварительного следствия, подтвержденные в судебном заседании, в которых каждая из потерпевших настаивала на обмане со стороны ФИО1, перечислении ей денежных средств за посещение конкретных мастер-классов, их последующей отмене и невозврате денежных средств, прекращении переписки со стороны ФИО1 и блокировке контактов потерпевших. Приговор не содержит суждений о признании показаний потерпевших недостоверными, либо об их критической оценке, притом, что противоречия между показаниями потерпевших и ФИО1, в том числе по вопросу участия потерпевших в заявленных мастер-классах, которые, как пояснила ФИО1 и это принято судом как достоверный факт, она якобы провела.

Оставлены без внимания суда имеющиеся в материалах дела и исследованные в судебном заседании скриншоты переписок ряда потерпевших, в которых имеются сообщения ФИО1 о переносе и отмене мастер-классов, последняя признает предъявляемые претензии по поводу отмены мастер-классов, обещает возвратить перечисленные потерпевшими средства. Не сопоставлены они с показаниями ФИО1, признанными судом достоверными, в том числе о проведении мастер-классов и исполнении своих обязательств перед потерпевшими. При этом каких-либо мотивированных суждений о признании этих письменных доказательств недопустимыми, либо критической их оценке, в приговоре также не приведено.

Кроме того, сославшись на показания свидетелей Л.С.О.А., Свидетель №4, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №5, в подтверждение заявлений ФИО1 о действительности намерений по проведению мастер-классов, суд оставил без внимания пояснения свидетелей о том, что конкретные даты проведения мастер-классов или их переноса определены не были, а ФИО1 не осуществляла фактических действий по организации мастер-классов (приобретение транспортных билетов, продуктов, бронирование гостиниц), что объективно указывало бы на реальность намерения по проведению мероприятия. Не сопоставлены и не оценены эти показания свидетелей в совокупности с пояснениями потерпевших, скриншотами переписок, медицинскими документами, в том числе о сообщаемых ФИО1 причинах неоднократных переносов мастер-классов, как мастерам, так и потерпевшим, существовании этих причин в реальности; сообщение оправданной ряду потерпевших, что мастер-классы будут проведены в будущем, при наличии отказов от этого мастеров, а также не сопоставлены они с заявлениями ФИО1 в судебном заседании об исполнении обязательств в отношении подавляющего числа потерпевших. Также судом никак не выяснен и ничем, кроме заявлений ФИО1, не подтвержден факт участия потерпевших в мастер-классах, о которых пояснила оправданная в судебном заседании, притом, что потерпевшие категорично заявили, что свои обязательства ФИО1 перед ними не выполнила.

Не получили должной и объективной оценки доводы обвинения об осведомленности ФИО1 о собственной материальной несостоятельности, фактическом отсутствии оборотных средств и невозможности организовывать мастер-классы без привлечения средств новых участников, умышленном привлечении средств потерпевших, несмотря на осознание финансовой невозможности исполнения принимаемых на себя обязательств и при наличии задолженностей по уже взятым обязательствам. При этом, сославшись на ведение ФИО1 на протяжении длительного периода времени активной хозяйственной деятельности, суд не дал оценки объективным данным о наличии претензий большого числа граждан по неисполнению обязательств и невозврате денежных средств, а также закрытии оправданной студии «<данные изъяты>», прекращении деятельности в виду материальных затруднений. Также судом оставлена без внимания и имеющаяся в материалах дела копия решения о взыскании с ФИО1 задолженности в пользу кредитной организации.

Без надлежащего внимания оставлены судом и представленные стороной обвинения выписки о движении денежных средств по счетам самой ФИО1 и подконтрольным ей счетам, куда от потерпевших поступали денежные средства, которые не получили оценки в совокупности с и иными доказательствами. В том числе, как это верно отмечено в жалобах потерпевших, судом не дано оценки расходованию ФИО1 денежных средств не для целей проведения запланированных с их участием мастер-классов, на которые они предназначались, а на удовлетворение ее личных нужд. При этом, согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года N 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», распоряжение полученным имуществом в личных целях вопреки условиям договора, среди других обстоятельств, как раз может указывать о наличии у лица умысла на хищение.

Придя к выводу о наличии гражданско-правовых отношений и отсутствии умысла на хищение денежных средств, в числе прочего, суд сослался и на принятые ФИО1 меры по возврату денежных средств потерпевшим до возбуждения уголовных дел. При этом суд оставил без внимания то, что в отношении большинства потерпевших такие меры ФИО1 принимались только после угроз обратиться в правоохранительные органы и после того, как в августе 2022 года по заявлениям ряда потерпевших (Потерпевший №17, Потерпевший №16, К.) проведены проверочные мероприятия в порядке ст.ст.144,145 УПК РФ, и для ФИО1, от которой также отбирались объяснения, бесспорно стала очевидной инициация потерпевшими механизма уголовно-правовой защиты своих нарушенных прав. Кроме того, как обоснованно отмечено автором представления, не дано судом оценки и суммам сделанных ФИО1 перечислений, которые в подавляющем большинстве случаев несоразмерны (500, 300, 100 и 50 рублей) с размером заявленного потерпевшими ущерба.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что при вынесении оправдательного приговора в отношении ФИО1, суд первой инстанции не сопоставил ряд вышеприведенных доказательств между собой, не устранил в них противоречия, не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, тем самым нарушил закрепленные в ст.ст.87,88 УПК РФ правила проверки и оценки доказательств, допустил существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами представления и жалоб, считает преждевременным решение суда об оправдании ФИО1 за отсутствием состава преступлений, поэтому приговор подлежит отмене, с передачей дела на новое судебное рассмотрение, в ходе которого суду необходимо принять меры к всестороннему и объективному исследованию всех обстоятельств дела с соблюдением требований уголовного и уголовно-процессуального законов, дать надлежащую оценку всем доказательствам и вынести законное, обоснованное и справедливое решение.

Руководствуясь ст.389.13, ст.389.15, ст.389.20, ст.389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г.Барнаула Алтайского края от 27 мая 2025 года в отношении ФИО1 отменить.

Дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд другому судье со стадии судебного разбирательства, апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционные жалобы потерпевших удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Председательствующий: А.С. Григоревский