Решение № 12-196/2025 от 23 июня 2025 г. по делу № 12-196/2025

№

УИД №


Р Е Ш Е Н И Е

24 июня 2025 г. г. Иркутск

Судья Октябрьского районного суда г. Иркутска Занора Ю.Н., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении – ФИО1, защитника ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видео-конференц-связи жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 3 Октябрьского района г. Иркутска от 10 марта 2025 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, в отношении

ФИО1, родившегося Дата в Адрес,

У С Т А Н О В И Л :

постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Октябрьского района г. Иркутска от 10 марта 2025 г. (резолютивная часть объявлена 7 марта 2025 г.) ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год с конфискацией устройства, препятствующего идентификации государственного регистрационного знака, изъятого 8 декабря 2024 г.

Не согласившись с принятым мировым судьей постановлением, ФИО1 обратился в Октябрьский районный суд г. Иркутска с жалобой на указанное постановление, в которой просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу об административном правонарушении прекратить. В обоснование доводов жалобы указал, что 8 декабря 2024 г. он стоял на светофоре, после чего посредством СГУ был остановлен сотрудниками ДПС в связи с наличием тонировки. Металлическая штанга находилась у него на полу в кабине автомобиля в течение месяца, поскольку она принадлежит собственнику автомобиля, и которой он не пользовался. После того, как сотрудником ДПС были привлечены понятые, он (сотрудник) самостоятельно достал штангу из кабины и установил ее на передний государственный регистрационный знак, сфотографировал автомобиль и снял ее. Рамка была изъята у него из кабины машины, а не с регистрационного знака, что подтверждается сделанной самим ФИО1 видеозаписью и показаниями свидетеля ФИО6. Указывает, что объяснения 8 декабря 2024 г. по данному факту он написал, не желая затягивать оформление дела. Полагает, что правонарушение необходимо квалифицировать по ч. 2 ст. 12.2 КоАП РФ, поскольку рамка является материалом, а не устройством. Просит учесть, что наличие права управления транспортным средством дает ему возможность трудиться и кормить свою семью.

ФИО1, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и его защитник ФИО3 в судебном заседании доводы жалобы поддержали, просили оспариваемое постановление мирового судьи отменить. ФИО1 дополнительно пояснил, что ехал он без рамки, сотрудники ДПС остановили его за тонировку, а когда он открыл дверь транспортного средства, они увидели рамку и изъяли ее с понятыми.

Проверив с учётом требований ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ материалы дела об административном правонарушении, проанализировав доводы жалобы, заслушав ФИО1, защитника ФИО3, свидетеля ФИО5, судья приходит к следующим выводам.

Частью 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ установлена административная ответственность за управление транспортным средством с государственными регистрационными знаками, оборудованными с применением устройств, препятствующих идентификации государственных регистрационных знаков либо позволяющих их видоизменить или скрыть.

Согласно п. 2.3.1 Правил дорожного движения водитель транспортного средства обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения (далее - Основные положения).

В соответствии с п. 2 Основных положений на механических транспортных средствах (кроме мопедов, трамваев и троллейбусов) и прицепах должны быть установлены на предусмотренных для этого местах регистрационные знаки соответствующего образца.

В силу п. 11 Основных положений запрещается эксплуатация транспортных средств, имеющих скрытые, поддельные, измененные номера узлов и агрегатов или регистрационные знаки.

Как следует из материалов дела, 8 декабря 2024 г. в 11 часов 45 минут на Адрес в районе Адрес Адрес Адрес, водитель ФИО1 в нарушение вышеуказанных требований управлял транспортным средством марки «КАМАЗ», государственный регистрационный знак №, передний государственный регистрационный знак которого оборудован устройством (металлической рамкой), препятствующим идентификации государственного регистрационного знака.

По данному факту должностным лицом Госавтоинспекции в отношении ФИО1 8 декабря 2024 г. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ.

Мировой судья по результатам рассмотрения дела пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ.

Фактические обстоятельства совершения административного правонарушения подтверждается совокупностью собранных по делу, исследованных и оцененных в судебном заседании доказательств, которые последовательны и согласуются между собой, в числе которых: протокол об административном правонарушении (л.д. 5); протокол изъятия вещей и документов (л.д. 6); рапорт старшего инспектора ДПС ОСБ ДПС ГАИ МВД по Республике Бурятия (л.д. 7); объяснения ФИО1 (л.д. 8); фотоматериалом (л.д. 9-11); карточкой операции с водительским удостоверением ФИО1 (л.д. 12).

Всем доказательствам мировой судья при рассмотрении дела дал надлежащую правовую оценку и обоснованно пришел к выводу о наличии в действии ФИО1 события и состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ.

Протокол об административном правонарушении от 8 декабря 2024 г. составлен в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ, в котором полно описано событие вмененного ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, копия данного протокола получена ФИО1, о чем свидетельствует его подпись в протоколе.

Ставить под сомнение достоверность сведений, изложенных в процессуальных документах должностного лица Госавтоинспекции, непосредственно выявившего нарушение ФИО1 требований Правил дорожного движения, призванного обеспечивать безопасность дорожного движения, в том числе, и его участников, оснований не имеется, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, они согласуются между собой и с фактическими данными, являются достоверными и допустимыми, отнесены ст. 26.2 КоАП РФ к числу доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела, им дана надлежащая правовая оценка в соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ.

Действия ФИО1, управлявшего транспортным средством передний государственный регистрационный знак которого был оборудован устройством, которое препятствовало идентификации государственного регистрационного знака, квалифицированы по ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ в соответствии с установленными обстоятельствами и нормами КоАП РФ.

Мировым судьей в качестве свидетеля по делу допрошен ФИО4, принимавший участие в качестве понятого при изъятии у ФИО1 металлической рамки (турника).

Подробная оценка показаниям допрошенного по делу свидетеля приведена в постановлении мирового судьи, и каких-либо оснований входить в их переоценку судья при рассмотрении жалобы оснований не усматривает. Оснований ставить под сомнение, сообщенные свидетелем ФИО4 сведений не имеется. Показания свидетеля получены с соблюдением требований ст. 17.9 КоАП РФ, они последовательны и согласуются с иными материалами дела, в том числе с видеозаписью, представленной ФИО1, обоснованно приняты мировым судьей в качестве доказательств вины ФИО1

При проверке доводов жалобы судьей районного суда в качестве свидетеля по делу посредством видео-конференц-связи допрошен старший инспектор ДПС ОСБ ДПС ГАИ МВД по Республике Бурятия ФИО5, который пояснил, что водителя ФИО1 помнит, поскольку 10 марта 2025 г., находясь на посту контроля в Адрес, при несении службы им было замечено идущее навстречу грузовое транспортное средство с установленным металлическим турникетом на переднем государственном регистрационном знаке. Им было принято решение остановить данное транспортное средство, он развернулся, поехал за ним. Грузовик остановился в пробке на светофоре, он (свидетель) на служебном автомобиле остановился рядом с транспортным средством под управлением ФИО1 с правой стороны, объявил водителю через СГУ остановиться после перекрестка. В этот момент, пока горел запрещающий сигнал светофора, ФИО1 выбежал со стороны пассажирской двери, снял металлический турникет, который находился на переднем государственном регистрационном знаке, и положил его в салон автомашины. После того, как проехали перекресток и светофор, водитель остановился, он (инспектор ФИО5) подошел к водителю, представился и указал на основание остановки. Водитель отказывался передать ему металлический турникет, однако после разъяснительной беседы, разъяснения положений ст. 19.3 КоАП РФ, водитель добровольно передал ему металлический турникет. Также свидетель пояснил, что протокол по делу об административном правонарушении составлялся им, однако подробностей его оформления он не помнит, поскольку торопился по служебному заданию, был ли кто-то с ним в служебном автомобиле, были ли свидетели изъятия рамки, также не помнит. На вопрос защитника есть ли видеозапись правонарушения, указал, что в служебном автомобиле имеется видеорегистратор, вел ли он какую-либо видеозапись, не помнит. Не помнит, давал ли ФИО1 какие-либо пояснения относительно установки металлического турникета, однако указал, что в деле имеются объяснения ФИО1 по данному факту.

Показания свидетеля – инспектора ДПС ОСБ ДПС ГАИ МВД по Республике Бурятия ФИО5 последовательны, непротиворечивы, согласуются с другими доказательствами по делу, свидетель предупрежден об ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ. Давая оценку показаниям свидетеля ФИО5, судья склонен относиться к ним, как к относимым и допустимым доказательствам. Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности свидетеля в исходе дела или о злоупотреблении им в отношении ФИО1 служебными полномочиями, в материалах дела не имеется и в судебном заседании при рассмотрении жалобы не установлено, в связи с чем у суда апелляционной инстанции не имеется оснований сомневаться в достоверности внесенных им в протоколы данных.

Оснований полагать, что свидетель ФИО5 дал показания по обстоятельствам, не имеющим отношение к рассматриваемому делу, поскольку указал дату 10 марта 2025 г., не имеется, свидетель мог ошибиться в дате, поскольку сослался на то, что некоторых моментов оформления правонарушения, допущенного ФИО1, он уже не помнит. Между тем, из представленной в материалы дела видеозаписи следует, что именно инспектор ДПС ФИО5 8 декабря 2024 г. оформлял процессуальные документы в отношении ФИО1, о чем, в частности, свидетельствует фрагмент видеозаписи, где инспектор ДПС знакомит ФИО1 с протоколом изъятия вещей и документов от 8 декабря 2024 г. и где отчетливо видно, что данный протокол составлен инспектором ДПС ФИО5 и именно данный протокол представлен в материалы настоящего дела.

Сведений о том, что инспектор ДПС ФИО5 в какую-либо иную дату оформлял ФИО1 за аналогичное правонарушение материалы дела не содержат, ФИО1 и его защитником в материалы дела таких сведений не представлено.

Следовательно, сомнения относительно того, что показания свидетеля даны именно по обстоятельствам рассматриваемого дела об административном правонарушении, отсутствуют.

Таким образом, совокупность доказательств, полученных в ходе производства по делу об административном правонарушении, объективно свидетельствуют о совершении ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ.

Несогласие заявителя с оценкой, данной собранным по делу доказательствам, равно как и несогласие с судебным постановлением, не является основанием к отмене судебного акта, постановленного с соблюдением требований КоАП РФ.

Доводы жалобы о том, что металлическая штанга находилась на полу в кабине автомобиля в течение месяца и ФИО1 ею не пользовался, что сотрудник ДПС самостоятельно достал штангу из кабины и установил на передний государственный регистрационный знак, после чего сфотографировал и снял ее, опровергаются показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО5, который пояснил, что после объявления ФИО1 требования об остановке в тот момент, когда водитель ФИО1 остановился на перекрёстке, пока горел запрещающий сигнал светофора, ФИО1 выбежал со стороны пассажирской двери, снял металлический турникет и положил его в салон автомобиля.

Довод жалобы о том, что объяснение 8 декабря 2024 г. ФИО1 написал под диктовку сотрудников ГИБДД, не желая затягивать оформление дела, является голословным и не опровергается исследованными доказательствами.

Утверждение ФИО1 о том, что правонарушение необходимо квалифицировать по ч. 2 ст. 12.2 КоАП РФ, поскольку изъятая у ФИО1 рамка является материалом, а не устройством, подлежит отклонению.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 20 от 25 июня 2019 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ», в качестве устройств или материалов, препятствующих идентификации государственных регистрационных знаков либо позволяющих их видоизменить или скрыть, могут расцениваться различные механизмы, приборы, приспособления и иное оборудование (шторки, электромагниты и т.п., в том числе и тогда, когда они не были приведены в действие в момент выявления административного правонарушения, однако позволяли водителю при совершении определенных действий видоизменить или скрыть государственный регистрационный знак), а также искусственные материалы (например, листы бумаги, картон) либо природные материалы (в частности, листва, грязь, снег), если визуальный осмотр транспортного средства позволяет с очевидностью сделать вывод о том, что они нанесены с целью затруднения или невозможности идентификации государственных регистрационных знаков (например, загрязнение фрагмента государственного регистрационного знака не связано с погодными условиями или не обусловлено процессом движения, допускающим самозагрязнение). Доказательством использования тех или иных устройств (материалов) в указанных целях может выступать, например, произведенная уполномоченным должностным лицом в ходе выявления административного правонарушения видеозапись (фотографии), которая приобщается к материалам дела об административном правонарушении.

Частью 2 ст. 12.2 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за управление транспортным средством без государственных регистрационных знаков, а равно управление транспортным средством без установленных на предусмотренных для этого местах государственных регистрационных знаков либо управление транспортным средством с государственными регистрационными знаками, видоизмененными или оборудованными с применением материалов, препятствующих идентификации государственных регистрационных знаков либо позволяющих их видоизменить или скрыть.

Частью 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ установлена административная ответственность за управление транспортным средством с государственными регистрационными знаками, оборудованными с применением устройств, препятствующих идентификации государственных регистрационных знаков либо позволяющих их видоизменить или скрыть

В протоколах металлическая рамка (штанга) поименована, как «устройство препятствующее прочтению государственного регистрационного знака» и не является, вопреки доводам жалобы, материалом.

Материалом, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 20 от 25 июня 2019 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ» являются листы бумаги, картон, либо природные материалы, в частности, листва, грязь, снег.

Из просмотра представленной в материалы дела видеозаписи следует, что металлическое приспособление, которое устанавливалось на государственный регистрационный знак транспортного средства под управлением ФИО1, является специальным устройством, а не материалом.

Часть 2.1 статьи 12.2 КоАП РФ, введенная Федеральным законом от 14.10.2024 года № 342-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и статью 1 Федерального закона «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (вступила в силу 14.10.2024 года), выступает в качестве специальной нормы по отношению к ч. 2 ст. 12.2 КоАП РФ, закрепляющей общие правила, за нарушение которых наступает административная ответственность.

Соответственно, в силу общеправового принципа приоритета специальных норм над общими для целей определения нарушения в данном случае необходимо руководствоваться специальной нормой.

Действия ФИО1 квалифицированы правильно. Оснований для переквалификации его действий на ч. 2 ст. 12.2 КоАП РФ, вопреки доводам жалобы, нет.

Утверждения ФИО1 об утрате источника дохода также несостоятельны, поскольку он не лишен возможности работать по специальности, не связанной с управлением транспортными средствами. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что трудовая деятельность ФИО1 связана исключительно с управлением транспортным средством и данная работа является для ФИО1 единственным источником дохода.

Приводимые заявителем в рассматриваемой жалобе доводы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку доводы жалобы направлены на переоценку установленных в ходе судебного разбирательства фактических обстоятельств дела и доказательств.

Каких-либо законных оснований для прекращения производства по делу судом не установлено.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 2.1 ст.12.2 КоАП РФ.

Наказание назначено в пределах, установленных законом и предусматривающих ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с требованиями ст. 4.1 КоАП РФ и является справедливым.

Постановление мирового судьи надлежащим образом мотивировано и отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, вынесено в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ.

Существенных нарушений процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ, не позволивших всестороннее, полно и объективно рассмотреть дело, мировым судьей допущено не было, поэтому постановление о назначении ФИО1 административного наказания является законным и обоснованным, вследствие чего оно подлежит оставлению без изменения, а его жалоба - без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л :

постановление мирового судьи судебного участка № 3 Октябрьского района г. Иркутска от 10 марта 2025 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2.1 ст. 12.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, его жалобу - без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно, может быть обжаловано и опротестовано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном ст. 30.12 КоАП РФ.

Судья: Ю.Н. Занора