Апелляционное определение № 33-16909/2025 33-581/2026 от 28 января 2026 г.

УИД 66RS0006-01-2025-000526-92

Дело № 33-581/2026 (33-16909/2025)

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 29.01.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15.01.2026

г. Екатеринбург

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Абрашкиной Е.Н.,

судей Максимовой Е.В., Патрушевой М.Е.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Печеркиной А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1611/2025 по иску ФИО1 к Администрации города Екатеринбурга, Администрации Орджоникидзевского района города Екатеринбурга о признании права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма, возложении обязанности заключить договор социального найма,

по апелляционной жалобе истца на решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 26.06.2025.

Заслушав доклад судьи Патрушевой М.Е., объяснения представителей истца ФИО2, ответчика Администрации Орджоникидзевского района города Екатеринбурга ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Администрации города Екатеринбурга, Администрации Орджоникидзевского района города Екатеринбурга, в котором с учетом изменения исковых требований просил признать за ним право пользования на условиях договора социального найма комнатой <№> по <адрес><адрес>, возложить на Администрацию Орджоникидзевского района города Екатеринбурга обязанность заключить с ним договор социального найма указанного жилого помещения.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 является сыном ФИО4, которой на основании договора на проживание в общежитии ОАО «Уралмаш» от 02.12.2000 № 3/32 и выданного ордера (в настоящее время утерян) было предоставлено жилое помещение – комната <№> (ранее - <№>) площадью 18,3 кв.м в общежитии по <адрес><адрес>. Истец проживал в указанной комнате вместе с матерью, осуществлял за ней уход. <дата> ( / / )6 умерла. Учитывая, что истец был вселен в комнату своей матерью; несение бремени расходов по содержанию жилого помещения подтверждается представленными квитанциями по оплате жилищно-коммунальных услуг за период 2020-2021 гг., истец приобрел право пользования указанной комнатой на условиях договора социального найма как член семьи нанимателя и имеет право на реализацию своих жилищных прав в отношении спорного жилого помещения.

Определением суда от 19.05.2025 к участию в деле в качестве третьего лица привлечена ФИО5 (ранее – ФИО6) А.А.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 26.06.2025 исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

С таким решением не согласился истец, в апелляционной жалобе просит его отменить и принять новое решение об удовлетворении требований в полном объеме, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права и приводя в обоснование доводы, аналогичные тем, что содержатся в исковом заявлении. Истец был вселен своей матерью в спорное жилое помещение, проживал в нем до момента ее смерти (для осуществления ухода за ней), нес бремя содержания жилого помещения, что свидетельствует о том, что фактически истец проживал в спорном жилом помещении на условиях договора социального найма. Указание суда первой инстанции на то, что истец приобрел право бессрочного пользования жилым помещением по адресу: <адрес>, юридического значения не имеет, как не имеет значения факт того, что в указанной квартире истец зарегистрирован на данный момент. Суд несправедливо критически оценил приложенные к иску объяснения свидетелей о том, что истец проживал в спорном жилом помещении и ухаживал за своей матерью. Суд не оказал содействия в собирании доказательств, не вызвал указанных свидетелей повесткой в судебное заседание, чем нарушил нормы процессуального права.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель Администрации Орджоникидзевского района города Екатеринбурга просит решение суда оставить без изменения, считая его законным и обоснованным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель ответчика просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, полагая решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом и своевременно. Кроме того, информация о времени и месте судебного заседания была размещена на официальном сайте Свердловского областного суда. Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела дело при данной явке.

Заслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается собранными по делу доказательствами, что спорным жилым помещением является комната <№> площадью 18,3 кв.м с кадастровым номером <№>, расположенная по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>.

Изначально здание по <адрес>, <адрес> являлось общежитием.

02.12.2000 между ОАО «Уралмаш» и ( / / )20 был заключен договор № 3/32 на проживание в общежитии ОАО «Уралмаш», согласно которому ОАО «Уралмаш» предоставляет нанимателю ( / / )21 для проживания за плату во временное владение и пользование жилое помещение в общежитии <№><адрес>, <адрес>, комн. <№>, жилой площадью 18,3 кв.м; срок договора установлен с 01.01.2001 по 31.12.2001 (п. 1.3).

ФИО4 была принята на работу в УЗТМ упаковщицей на основании заявления и записки о приеме от <дата>, в последующем на основании заявления и записки о приеме от <дата> принята на постоянную работу светокопировщицей-аппаратчицей.

На основании Постановления Главы <адрес> от <дата><№> здание общежития по пер. Суворовскому, <адрес><адрес> в числе прочих было принято в муниципальную собственность от ГУП СО «Облжилсервис» с исключением из числа общежитий.

Как следует из утвержденных списков, подготовленных по состоянию на <дата>, в них отражено, что в комнате <№> площадью 18,3 кв.м. зарегистрированы и проживают 2 человека: ( / / )6, <дата> г.р., и ( / / )7, <дата> г.р., в качестве основания для вселения указан ордер УЗТМ от <дата>, дата регистрации – <дата>, период регистрации – постоянно.

В последующем <дата> было утверждено изменение нумерации жилых помещений по адресу: пер. Суворовский, <адрес>, в результате чего комнате <№> на 5 этаже здания присвоен <№> (л.д. 147).

Согласно выписке из реестра муниципального имущества МО «г. Екатеринбург», комната <№> площадью 18,3 кв.м с кадастровым номером <№> принята в муниципальную собственность на основании Постановления Главы города Екатеринбурга от 28.12.2006.

03.02.1996 между ФИО1 и ( / / )8 был заключен брак, в период которого родились два совместных ребенка – ( / / )9, <дата> г.р., и ( / / )10, <дата> г.р.

ФИО1 с 09.04.1999 зарегистрирован по месту жительства в квартире по адресу: <адрес>, находящейся в долевой собственности ( / / )11 (супруга истца), ( / / )9, ( / / )10 (дети истца) и ( / / )12, ( / / )13 на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 02.08.2005.

При оформлении приватизации указанного жилого помещения истец ФИО1, зарегистрированный в указанной квартире с 09.04.1999, отказался от участия в приватизации квартиры, подав об этом соответствующее заявление 27.07.2005.

Разрешая гражданский спор, оценив собранные по делу доказательства, в том числе объяснения ( / / )14, ( / / )15 от 22.10.2024 (проживающих в комната <№> и <№>, соответственно), квитанции об оплате жилищно-коммунальных услуг за спорную комнату за период с января 2020 года по март 2021 кода (плательщиком указана жена истца), суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности истцом факта его вселения в качестве члена семьи нанимателя в спорную комнату, ведения с нанимателем общего хозяйства, исполнения обязанностей члена семьи нанимателя, и, как следствие, возникновения у него права пользования спорным жилым помещением на условиях договора социального найма, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, не имеется.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку они основаны на нормах действующего законодательства, регулирующих возникшие правоотношения, сделаны на основании всестороннего исследования представленных сторонами доказательств в совокупности с обстоятельствами настоящего дела по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к вышеуказанным выводам, подробно со ссылкой на установленные судом обстоятельства и нормы права изложены в оспариваемом решении, и их правильность не вызывает у судебной коллегии сомнений.

Согласно ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата><№> «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости произвольного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (ст. 25 Конституции Российской Федерации, ст. 1, 3 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

В силу ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя (ч. 1). Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (ч. 2).

В соответствии с ч. 1 ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. Наймодатель может запретить вселение граждан в качестве проживающих совместно с нанимателем членов его семьи в случае, если после их вселения общая площадь соответствующего жилого помещения на одного члена семьи составит менее учетной нормы. На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.

Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя (ч. 2 ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, изложенных в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата><№> «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», следует, что согласно ч. 2 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности независимо от того, вселялись ли они в жилое помещение одновременно с нанимателем или были вселены в качестве членов семьи нанимателя впоследствии.

Из разъяснений, содержащихся в п. 26 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что по смыслу находящихся в нормативном единстве положений ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, лица, вселенные нанимателем жилого помещения по договору социального найма в качестве членов его семьи, приобретают равные с нанимателем права и обязанности при условии, что они вселены в жилое помещение с соблюдением предусмотренного ч. 1 ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации порядка реализации нанимателем права на вселение в жилое помещение других лиц в качестве членов своей семьи.

Как разъяснено в п. 28 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если на вселение лица в жилое помещение не было получено письменного согласия нанимателя и (или) членов семьи нанимателя, а также согласия наимодателя, когда оно необходимо (ч. 1 ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации), то такое вселение следует рассматривать как незаконное и не порождающее у лица права члена семьи нанимателя на жилое помещение.

Согласно ч. 2 ст. 82 Жилищного кодекса Российской Федерации, дееспособный член семьи нанимателя с согласия остальных членов своей семьи и наймодателя вправе требовать признания себя нанимателем по ранее заключенному договору социального найма вместо первоначального нанимателя. Такое же право принадлежит в случае смерти нанимателя любому дееспособному члену семьи умершего нанимателя.

Эти положения воспроизводят (применительно к договору социального найма) нормы п. 2 ст. 686 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случае смерти нанимателя или его выбытия из жилого помещения договор продолжает действовать на тех же условиях, а нанимателем становится один из граждан, постоянно проживающих с прежним нанимателем, по общему согласию между ними. Если такое согласие не достигнуто, все граждане, постоянно проживающие в жилом помещении, становятся сонанимателями.

Таким образом, положения п. 2 ст. 686 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу п. 3 ст. 672 Гражданского кодекса Российской Федерации применимы и к договору социального найма жилого помещения, поскольку иное не предусмотрено жилищным законодательством.

Приведенные нормы в их взаимосвязи указывают на то, что в случае, если после смерти нанимателя, а также его выезда в другое место жительства, в жилом помещении остаются проживать члены его семьи, договор социального найма не признается расторгнутым и продолжает действовать на тех же условиях, при этом нанимателем признается один из проживающих или все проживающие признаются сонанимателями.

В соответствии со ст. 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом (ч. 1). Договор социального найма жилого помещения заключается без установления срока его действия (ч. 2).

Таким образом, действующим законодательством приобретение права пользования жилым помещением на условиях социального найма ставится в зависимость от ряда условий: согласия нанимателя и членов его семьи на вселение гражданина в жилое помещение, реального вселения и проживания в жилище, признания членом семьи нанимателя, ведения общего хозяйства с нанимателем, отсутствия иного соглашения о порядке пользования жилым помещением, отсутствия права пользования другим жилым помещением.

В нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено надлежащих доказательств подтверждающих, что он являлся членом семьи нанимателя ( / / )6

Из материалов дела следует, что на дату смерти ( / / )6 (<дата>) в спорной квартире никто (кроме нанимателя) зарегистрирован не был.

ФИО1 с 09.04.1999 зарегистрирован по месту жительства в квартире по адресу: <адрес>.

Как следует из объяснений представителя истца в суде первой инстанции, а также в суде апелляционной инстанции, ФИО1 с 2016 года проживает в спорном жилом помещении в связи с необходимостью осуществления ухода за больным нанимателем ( / / )6 (матерью).

Между тем истцом не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что наниматель вселил его в спорное жилое помещение в качестве члена семьи, они вели общее хозяйство.

При этом истец был зарегистрированы в ином жилом помещении, где сохранял право пользования.

Действительно, регистрация по месту жительства сама по себе не порождает права на жилое помещение, но факт регистрации является одним из доказательств вселения и наличия права пользования жилым помещением.

Наниматель ( / / )6 при жизни и ФИО1 не были лишены возможности подать необходимые заявления, в том числе о вселении и регистрации истца в спорном жилом помещении, однако не сделали этого.

Временное проживание и (или) частое нахождение в спорном жилом помещении истца в связи с уходом за матерью и оказанием ей помощи не влечет возникновение права пользования по договору социального найма, поскольку возникновение права на жилое помещение по действующему законодательству только с указанными действиями не связано.

То обстоятельство, что истец после смерти матери проживает в спорной квартире, основанием для удовлетворения исковых требований также не является.

Внесение супругой истца платежей за коммунальные услуги в период с января 2020 года по март 2021 года, вопреки доводам апелляционной жалобы не свидетельствует о фактически сложившихся отношениях по договору социального найма, не порождают прав истца на спорную комнату и основанием для признания права пользования спорным жилым помещением не являются.

Доводы жалобы о том, что суд первой инстанции не оказал содействия в собирании доказательств, не вызвал свидетелей (лиц, давших 22.10.2024 письменные объяснения о факте проживания истца в спорной комнате, приложенные к иску) повесткой в судебное заседание, не подтверждают нарушений норм процессуального права, повлиявших на исход дела.

В силу ч. 2 ст. 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его имя, отчество, фамилию и место жительства.

Между тем, в материалах дела отсутствует ходатайство истца о вызове и допросе свидетелей, соответствующее приведенным выше требованиям.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности, наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Состязательность предполагает возложение бремени доказывания на сами стороны и снятие с суда по общему правилу обязанности по сбору доказательств.

Право суда по предложению сторонам представить дополнительные доказательства в силу абз. второго ч. 1 ст. 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не предполагает обязанность суда прямо указать стороне, какие именно доказательства сторона должна представить.

При рассмотрении данного гражданского дела судом были созданы необходимые условия для обеспечения процессуальных гарантий прав сторон.

На основании изложенного, вывод суда первой инстанции о том, что доказательств, позволяющих прийти к выводу о вселении истца в спорное жилое помещение своей матерью в качестве члена своей семьи, проживании ФИО1 в комнате на постоянной основе, и совместном ведении хозяйства указанными лицами, не представлено, является правильным.

Более того, по общему правилу положения главы 7 Жилищного кодекса Российской Федерации устанавливают, что наниматель жилого помещения по договору социального найма и члены его семьи не могут одновременно иметь право пользования другим жилым помещением, занимаемым по договору социального найма.

Из материалов дела следует, что при оформлении трехкомнатной <адрес>, в <адрес> в собственность в порядке приватизации, истец ФИО1, зарегистрированный в ней с 09.04.1999, отказался от участия в приватизации, подав об этом соответствующее заявление 27.07.2005, в связи с чем вывод суда о том, что истец приобрел право бессрочного пользования вышеуказанным жилым помещением, является правильным.

Таким образом, проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу, что они сводятся к переоценке доказательств и не содержат фактов, которые бы не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, они не могут послужить основанием для отмены решения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 320, 327.1, ч. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 26.06.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий

Е.Н. Абрашкина

Судьи

Е.В. Максимова

М.Е. Патрушева