Апелляционное определение № 22-1053/2026 от 23 февраля 2026 г.

Председательствующий Белкина О.Л. Дело № 22-1053/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

(мотивированное)

г. Екатеринбург 24 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Александровой В.В.,

судей Забродина А.В., Невгад Е.В.,

при ведении протокола помощником судьи Черновой М.С.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Сасько А.С.,

осужденного ФИО1 посредством видеоконференц-связи,

его защитника – адвоката Чепуштановой О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с применением системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Тагилстроевского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 06 ноября 2025 года, которым

ПИРОГОВ <...>, несудимый, осужденный:

- 31 июля 2025 года Кировградским городским судом Свердловской области по трем преступлениям, предусмотренным п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также по ч. 1 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, с применением ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации окончательно к 2 годам исправительных работ с удержанием в доход государства 10% из заработной платы,

- 18 сентября 2025 года мировым судом судебного участка № 3 Ленинского судебного района г. Нижний Тагил Свердловской области по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, с применением ч.5 ст. 69 Уголовного кодекса российской Федерации (с наказанием по приговору от 31 июля 2025 года), путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательно к 2 годам исправительных работ с удержанием в доход государства 10 % из заработной платы,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, к 9 годам 9 месяцам лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 69, п. «в» ч. 1 ст. 71 Уголовного кодекса Российской Федерации путем частичного сложения наказания, назначенного по настоящему приговору, и наказания по приговору от 18 сентября 2025 года окончательно назначено наказание в виде 10 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО1 в виде заключения под стражей оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания ему постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбытого наказания время содержания ФИО1 под стражей с 12 июля 2025 года по 13 июля 2025 года, с 14 июля 2025 года по 05 ноября 2025 года, а также в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с 06 ноября 2025 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором взысканы в пользу федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки, разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Забродина А.В., выступления осужденного ФИО1, адвоката Чепуштановой О.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших о смягчении приговора суда и снижении наказания, об освобождении от уплаты процессуальных издержек, мнение прокурора Сасько А.С., просившего приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда ФИО1 признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотического средства – карфентанил, общей массой 6,91 грамма, то есть в особо крупном размере, с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено ФИО1 в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор суда изменить, снизить срок наказания. В обоснование указывает, что судом учтен ряд смягчающих наказание обстоятельств, но просит также учесть его признательные объяснения как о своей причастности, так и о причастности неустановленного лица, активную помощь полиции и признание вины. Полагает, что исследование количественного содержания карфентанила не проводилось, а все свертки содержат сильно разбавленный наркотик. Это, по мнению осужденного, уменьшает общественную опасность его деяния, и масса наркотика - 6,91 грамма - малозначительна. Автор жалобы также отмечает, что его ввели в заблуждение относительно вида наркотика. Он полагал, что это героин. Просит учесть, что является наркозависимым, что подтверждается заключением комиссии экспертов. Также просит освободить его от уплаты процессуальных издержек, поскольку защитники были назначены по назначению следователя, а он и его семья находятся в трудном финансовом положении.

В возражениях на апелляционную жалобу заместитель прокурора Тагилстроевского района г. Нижнего Тагила ФИО2 полагает назначенное ФИО1 наказание справедливым, назначенным с учетом всех смягчающих обстоятельств и личности осужденного, оснований для его снижения не имеется. Также не имеется оснований для освобождения осужденного от уплаты процессуальных издержек. Просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав выступления участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, возражениях прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно, вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, является верным, основан на доказательствах, исследованных в судебном заседании.

В суде первой инстанции после оглашения предъявленного обвинения ФИО1 вину признал, показания давать отказался. С соблюдением п. 3 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оглашены показания ФИО1, данные на предварительном следствии, в которых он пояснял, что он употреблял героин, который приобретал с помощью своего мобильного телефона «Infinix», мессенджера «<...>» в интернет – магазинах через тайники. За неделю до задержания в чат-боте он написал, что готов работать курьером наркотиков, чтобы брать себе героин из партий. Куратор под ником «<...>» написал ему в «<...>» об условиях работы, оплате. Он должен был получить «мастерклад» со свертками, разложить их по тайникам, сфотографировать с координатами и оправить обратно в «<...>». За каждый тайник он должен был получать по 300 рублей. Из партии он мог забрать себе один сверток из десяти. <дата> ему прислали фотографию тайника с первым «мастеркладом» по <адрес>. Один сверток из «мастерклада» он употребил. Куратор сказал ему разложить наркотики по тайникам в районе Красного камня. <дата> он пришел в этот район, только начал раскладывать свертки, но в районе дома по <адрес> к нему подъехали сотрудниками полиции, которым он признался, что хотел разложить свертки с наркотиком. Его задержали, в отделе полиции изъяли у него 20 свертков с наркотиком, его мобильный телефон, банковскую карту. Он думал, что в свертках находится героин, не знал, что там карфентанил (т. 1 л.д. 91-94).

Перед допросами на предварительном следствии ФИО1 разъяснялось закрепленное в ст. 51 Конституции Российской Федерации право не свидетельствовать против самого себя, а также последствия дачи показаний, предусмотренные п. 2 ч. 4 ст. 46, п. 3 ч. 4 ст. 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Замечаний при производстве допросов ФИО1 и адвокат не высказывали. Свои показания ФИО1 подтвердил при проверке показаний на месте 09 июля 2025 года (т. 1 л.д. 95-99).

Все данные ФИО1 показания исследованы судом первой инстанции и надлежащим образом оценены. Оснований для самооговора ФИО1 судебная коллегия не усматривает.

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, из показаний свидетелей – сотрудников полиции ( / / )19 – на предварительном следствии, а Свидетель №2 - в суде первой инстанции следует, что 07 июля 2025 года они в составе патруля находились в районе <адрес> когда увидели ФИО1, свернувшего в кусты. При проверке ФИО1 признался, что является потребителем наркотических средств, сильно нервничал. Они его задержали, доставили в отдел полиции, где при личном досмотре у ФИО1 были изъяты 20 свертков, сотовый телефон, ключи, банковская карта. В дальнейшем выяснилось, что изъятое у ФИО1 вещество является наркотическим средством — карфентанил (т. 1 л.д. 68-70).

Из показаний свидетеля Свидетель №3, оглашенных в суде первой инстанции с согласия сторон, следует, что 07 июля 2025 года он участвовал понятым в отделе полиции при личном досмотре мужчины, задержанного по подозрению в незаконном обороте наркотических средств. У задержанного были изъяты 20 свертков из изоляционной ленты, сотовый телефон, связка ключей, банковская карта. Задержанный мужчина дал пояснения по поводу изъятых у него предметов, замечаний не высказал (л.д.75-76).

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда первой инстанции не имелось, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и являются допустимыми доказательствами.

При допросе свидетелей и оглашении их показаний в суде первой инстанции нарушений ст. ст. 278, 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не допущено.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению, поскольку суд привел в приговоре при изложении показаний свидетелей Свидетель №2, ( / / )20 Свидетель №3 полученные от ФИО1 объяснения об обстоятельствах совершения преступления.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в его определениях от 06 февраля 2004 года № 44-О, от 19 июня 2012 года № 1068-О, оперативные сотрудники правоохранительных органов могут быть допрошены судом по фактическим обстоятельствам задержания подсудимых и проведения процессуальных действий, однако не допускается их допрос с целью воспроизведения показаний подсудимых, данных на предварительном следствии в отсутствие защитника и не подтвержденных ими в суде.

Пояснения ФИО1, данные сотрудникам полиции в отсутствие защитника, не могут быть воспроизведены в приговоре со слов этого сотрудника полиции, и судебная коллегия приходит к выводу о необходимости исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания сотрудников полиции Свидетель №2, ( / / )21 а также на показания понятого Свидетель №3 в части пояснений ФИО1 об обстоятельствах совершения преступления как на доказательство по делу. Пояснения об обстоятельствах совершения преступления в присутствии понятого Свидетель №3 осужденный давал также в отсутствие защитника.

Вместе с тем, вносимое изменение не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 во вмененном ему преступлении, поскольку суду представлено достаточно иных доказательств, подтверждающих его виновность.

Виновность ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждается также совокупностью письменных доказательств, исследованных в судебном заседании:

рапортом командира отделения роты <№> ОБППСП ( / / )22 зарегистрированный от 07 июля 2025 года об обстоятельствах задержания ФИО1 по подозрению в причастности к незаконному обороту наркотиков, доставления его в отдел полиции и изъятии свертков с веществом (т. 1 л.д. 11);

протоколом личного досмотра ФИО1 от 07 июля 2025 года, согласно которому у ФИО1 среди прочего обнаружены и изъяты 20 свертков с веществом и сотовый телефон «Infinix» (т. 1 л.д.15);

протоколом осмотра предметов от 02 февраля 2025 года, согласно которому осмотрен телефон ФИО1 Infinix с абонентским номером <...>, в котором в приложении «<...>» обнаружен чат осужденного («<...>») с лицом под ником «<...>» имя пользователя <...>, свидетельствующий об их совместной деятельности, связанной с незаконным сбытом наркотических средств, подтверждающий показаний осужеднного; в телефоне также обнаружены фотографии участков местности с географическими координатами, изготовленными в интересующий период времени – 07 июля 2025 года (т. 1 л.д. 19-32);

протоколом осмотра предметов от 02 сентября 2025 года, согласно которому осмотрены изъятые у ФИО1 связки ключей, банковская карта (т. 1 л.д. 36-38);

протоколом осмотра предметов от 20 июля 2025 года, согласно которому осмотрена упаковка (конверт) наркотических средств, целостность которой не нарушена (т. 1 л.д.53-54).

Таким образом, достоверность сведений, полученных при задержании осужденного и изъятии у него наркотических средств, подтверждена в ходе предварительного следствия как при допросе свидетелей, так и при осмотре предметов, изъятых у ФИО1

Личный досмотр ФИО1 и изъятие у него свертков с наркотическими средствами, а также сотового проведены в соответствии с Федеральным законом от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» после его задержания в связи с подозрением в причастности к незаконному обороту наркотиков.

Ход и результаты личного досмотра ФИО1 проверены путем допроса незаинтересованного свидетеля – понятого.

Вид и размер наркотического средства карфентанил, общей массой 6,91 грамма, в особо крупном размере, правильно установлены судом на основании справки о предварительном исследовании от 07 июля 2025 года № 872, а также заключения эксперта от 14 июля 2025 года № 1208 (т. 1 л.д. 43-44, 49-51) в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 01 октября 2012 года № 1002.

Заключение эксперта мотивировано, научно обосновано, экспертиза проведена экспертом, имеющим специальное химическое образование, достаточный стаж работы по специальности, оснований не доверять ему у судебной коллегии не имеется.

Письменные материалы дела проверены и оценены судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 Уголовно-процессуального кодека Российской Федерации.

Доводы осужденного о том, что он не знал, какое наркотическое средство и в каком размере находится в полученном им свертке, являются несостоятельными. Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2022 года № 3525-О, особенности законодательно определенных признаков состава преступления, предусмотренного ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом ее места в системе уголовно-правового регулирования и по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, предполагают ответственность как при определенном, так и при неопределенном умысле в отношении незаконного оборота наркотических средств (при отсутствии цели их сбыта). В частности, незаконно приобретающее такие средства лицо, действуя умышленно, должно осознавать их свойства и, хотя может не знать точные вес (размер) или химическую формулу, однако, получая указанные вещества в свое фактическое владение, желает совершить такие действия, тем самым соглашаясь со всем объемом (размером) приобретаемого.

Из показаний ФИО1, в том числе в суде апелляционной инстанции следует, что ему было понятно, что он получает сверток с наркотическим средством для дальнейшей фасовки и незаконного сбыта для целей немедицинского потребления. Более того, из показаний осужденного, исследованных судом первой инстанции, следует, что часть полученного наркотика он употребил в качестве оплаты за свое участие в незаконном сбыте наркотиков. При таких обстоятельствах умыслом ФИО1 охватывался и вид полученного им наркотического средства, и его размер, то есть особо крупный.

Суд пришел к правильному выводу о доказанности умысла ФИО1 на незаконный сбыт изъятых наркотических средств. Об этом, кроме его собственных показаний свидетельствуют его фактические действия по получению партии наркотических средств, фасовке наркотических средств на свертки, переписка с неустановленным соучастником.

Верными являются выводы суда о том, что переписка с неустановленным лицом (пользователем под ником «<...>», имя пользователя <...>), содержащаяся в телефоне ФИО1, в том числе за 06-07 июля 2025 года, свидетельствует о выполнении ФИО1 в этот день порученной ему ранее работы по получению партии наркотического средства для сбыта. Действия осужденного и переписка в его телефоне свидетельствуют о наличии предварительной договоренности осужденного с неустановленным лицом на незаконный сбыт наркотического средства с распределением ролей, описанных в приговоре.

Судебная коллегия соглашается также с выводами суда о наличии в действиях осужденного квалифицирующего признака совершения преступления с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), поскольку с помощью мобильного устройства «Infinix HOT 30i» IMEI 1: 357832346482701 IMEI 2: 357832346482719, с установленной в нем сим-картой оператора сотовой связи «Мотив», с абонентским номером <...> и сети «Интернет», используя учетную запись в кроссплатформенном мессенджере «<...>», ФИО1 и неустановленный соучастник вступили в преступный сговор на незаконный сбыт наркотического средства, таким способом ФИО1 получил на принадлежащий ему телефон сведения о месте нахождения партии наркотика, таким же способом он должен был направить соучастнику фотографии организованных им тайников.

Довод осужденного в суде апелляционной инстанции о малозначительности его деяния основан на неправильном понимании закона.

В соответствии с ч. 2 ст. 14 Уголовного кодекса Российской Федерации не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

Покушение на незаконный сбыт наркотического средства в особо крупном размере не может быть признано деянием, не представляющем общественной опасности. Также суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 01 октября 2012 года № 1002, размеры наркотикческого средства карфентанил, указанные в этом постановлении распространяются на смеси (препараты) указанного наркотического средства или психотропного вещества.

Согласно заключению комиссии экспертов от 03 сентября 2025 года № 7–0356–25 ФИО1 хроническим и временным психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается, страдает наркоманией, нуждается в прохождении лечения от наркомании, медицинской и (или) социальной реабилитации в порядке, установленном ст. 72.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (т. 1 л.д. 145–147).

Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО3 в совершении преступления и верно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации как покушение на незаконный сбыт наркотического средства, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере. Оснований для иной квалификации совершенного ФИО1 деяния судебная коллегия не усматривает.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, смягчающих наказание виновного обстоятельств, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Судом учтено, что ФИО1 совершено особо тяжкое преступление, посягающее на здоровье населения и общественную нравственность на стадии покушения.

Судом приняты во внимание данные о личности осужденного, который социально адаптирован, общался с дочерью, мамой и сестрой, на учетах у врачей-специалистов не состоял, не судим на момент совершения преступления, являлся самозанятым.

В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации учтены судом в качестве смягчающих наказание обстоятельств: объяснение ФИО1, данное до возбуждения уголовного дела, в котором подробно рассказал о своей деятельности, связанной с незаконным оборот наркотических средств суд первой инстанции оценил явкой с повинной, а также учел активное способствование осужденного раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в полных показаниях об обстоятельствах преступления, участии в проверке показаний на месте, сообщении других значимых для уголовного дела обстоятельствах, предоставлении доступа к переписке в своем сотовом телефоне, изобличал других соучастников группы.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации судом обоснованно учтены такие смягчающие наказание обстоятельства как признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья осужденного, наличие на момент инкриминируемых событий несовершеннолетнего ребенка, которому до настоящего времени подсудимый оказывает финансовую поддержку, удовлетворительную характеристику, состояние здоровья мамы осужденного, которая имеет тяжелое онкологическое заболевание, является пенсионером.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено и судом обоснованно при назначении наказания применены положения ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации. Размер наказания определен ФИО1 в соответствии с ч. 3 ст. 66 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Не усмотрев исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для применения к осужденному положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, а с учетом тяжести и характера преступления, – к выводу о необходимости назначения наказания в виде реального лишения свободы без дополнительных наказаний.

Суд мотивировал выводы об отсутствии фактических оснований для применения при назначении наказания положений ч. 6 ст. 15, ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, не усматривает таких и судебная коллегия.

Судом первой инстанции учтены все смягчающие наказание обстоятельства, в том числе и те, на которые указывает осужденный в апелляционной жалобе, и судебная коллегия не находит оснований для смягчения ФИО1 наказания.

Правовых оснований для применения к осужденному положений ст. ст. 72.1, 82.1 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

Вид исправительного учреждения назначен ФИО1 в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Придя к выводу, что вина ФИО1 доказана, а назначенное наказание соответствует тяжести преступления, личности осужденного, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Назначенное ФИО1 наказание по своим виду и размеру чрезмерно суровым или чрезмерно мягким не является. Окончательное наказание назначено ФИО1 с соблюдением положений ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Судьба вещественных доказательств по делу решена судом первой инстанции правильно в соответствии со ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению, поскольку проведя зачет времени нахождения ФИО1 под стражей в срок отбытого наказания при соблюдении кратности, суд сослался на п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, тогда как подлежала применению специальная норма закона – ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Оснований для освобождения осужденного от уплаты процессуальных издержек судебная коллегия не усматривает, поскольку он является трудоспособным, от услуг защитника не отказывался.

Иных нарушений уголовного или уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлечь отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, п. 9 ч. 1 ст.389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 06 ноября 2025 года в отношении ФИО1 ( / / )23 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора при изложении показаний свидетелей Свидетель №2, ( / / )9, Свидетель №3 пояснения осужденного ФИО1 об обстоятельствах преступления как на доказательство по делу;

- в резолютивной части уточнить, что зачет времени содержания ФИО1 под стражей в срок лишения свободы произведен в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в силу с момента оглашения, может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, расположенного в г.Челябинске, в порядке главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы в суд, постановивший приговор.

В случае принесения кассационной жалобы (представления) осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.В. Александрова

Судьи: А.В. Забродин

Е.В. Невгад