Апелляционное определение № 33-9239/2025 от 9 декабря 2025 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Дело № 2-2322/2025 № 33-9239/2025УИД 91RS0024-01-2025-001097-98

председательствующий в суде первой инстанциисудья – докладчик в суде апелляционной инстанции

ФИО11 Копаев А.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 декабря 2025 года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего Копаева А.А.,

судей Богославской С.А., Аврамиди Т.С.,

при секретаре Латынине Д.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО12 к ФИО13, ФИО14 о признании недействительным договора купли – продажи, истребовании имущества, включении его в состав наследственной массы, определении долей в праве собственности, признании права собственности, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора - Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, ФИО28, нотариусы Ялтинского городского нотариального округа Деркач Алексей Олегович, ФИО29, ФИО30, ФИО31,

по апелляционной жалобе ФИО12 на решение Ялтинского городского суда Республики Крым от 4 августа 2025 года,

установила:

в феврале 2025 года ФИО8 обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО9 о признании недействительным договора купли – продажи 38/100 долей нежилого здания, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО9, кад. №; истребовании из владения ФИО9 38/100 долей нежилого здания, признании указанных долей нежилого здания совместно нажитым имуществом супругов ФИО1 и ФИО7; включении 38/200 долей нежилого здания в состав наследственного имущества после смерти ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ; определении доли истца в праве собственности на нежилое здания в размере 19/200 долей и признании на них права собственности за истцом в порядке наследования после смерти отца.

Требования мотивированы тем, что отец истца - ФИО7 с ДД.ММ.ГГГГ состоял в зарегистрированном браке с ФИО1 В период брака супругами были приобретены спорные 38/100 долей нежилого здания по адресу: <адрес>, которые являлись их совместно нажитым имуществом. ДД.ММ.ГГГГ отец истца умер. Наследниками первой очереди, принявшими наследство после смерти наследодателя являются - истец и ответчик ФИО1 Вместе с тем, после открытия наследственного дела выяснилось, что ФИО1, воспользовавшись тем, что право собственности на указанную долю нежилого здания было оформлено только на ее имя, после смерти ФИО7 заключила договор купли – продажи долей нежилого здания с ответчиком ФИО9 Истец считает данную сделку недействительной, поскольку на дату открытия наследства ФИО7, 38/200 долей в праве собственности на спорное нежилое здание подлежали включению в состав его наследственной массы, как совместно нажитое имущество супругов, а ФИО8 как наследник принявший наследство после смерти наследодателя не давал своего согласия на отчуждение спорного недвижимого имущества. Названные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Решением Ялтинского городского суда Республики ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении иска ФИО8, отказано.

Не согласившись с вышеуказанным решением суда, ФИО8 обратился с апелляционной жалобой, в которой ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции и принятии нового решения об удовлетворении исковых требований, ссылаясь на несоответствие выводов, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела и неверное применение норм материального права.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО9, третье лицо ФИО2, а также представителя ответчика ФИО1 – ФИО15, каждый в отдельности, просили решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Будучи надлежащим образом извещенными о дне и месте рассмотрения дела почтовыми отправлениями, а так же, в соответствии с требованиями п.7 ст. 113 ГПК Российской Федерации, посредством размещения информации на электронном сайте Верховного Суда Республики ФИО10, в сети «Интернет», стороны, а также третьи лица, в судебное заседание не явились.

При этом, истец ФИО8, ответчик ФИО9, третье лицо ФИО2, обеспечили явку в судебное заседание своих представителей.

От нотариусов Ялтинского городского нотариального округа ФИО3, ФИО4 в адрес суда поступило письменное ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствие.

Исходя из приведенных обстоятельств и руководствуясь положениями ст. 167 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, при имеющейся явке.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО8 - ФИО16, доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме и просил суд ее удовлетворить, решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении иска.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО9 - ФИО17, возражала против удовлетворения жалобы, просила решение суда оставить без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель третьего лица ФИО2 - ФИО15, возражала против удовлетворения жалобы, просила решение суда оставить без изменения

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель третьего лица ФИО2 - ФИО18, возражал против удовлетворения жалобы, просил решение суда оставить без изменения.

Заслушав доклад судьи ФИО26, выслушав пояснения явившихся лиц, изучив материалы дела, а также исследовав материалы гражданского дела № (№), проверив законность и обоснованность обжалуемого решения, в соответствии со статьёй 327.1 ГПК Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что обжалуемое решение суда подлежит отмене, с принятием нового решения, о частичном удовлетворении иска, по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 195 ГПК Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Из существа разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении» следует, что решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или права (ч. 2 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59-61, 67 ГПК Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемое решение суда первой инстанции вышеизложенным требованиям, не соответствует.

В соответствии со статьей 330 ГПК Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

По мнению судебной коллегии, при рассмотрении дела судом первой инстанции, такие нарушения были допущены.

Разрешая настоящий спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, установил, что после смерти ФИО7, с заявлениями о принятии наследства в установленный законом срок обратились супруга наследодателя - ФИО1 и его сын - ФИО8 Судом также установлено, что право общей долевой собственности истца и наследодателя ФИО7 на спорное имущество в ЕГРН зарегистрировано не было. Заключая оспариваемый договор купли-продажи со ФИО19, ФИО2, действующий от имени продавца ФИО1, заверил и гарантировал покупателю, что продаваемая доля нежилого здания не является совместно нажитым имуществом супругов. Доказательств отсутствия со стороны ответчика ФИО19 должной осмотрительности и заботливости на момент совершения сделки, а также его недобросовестности, судом, в ходе рассмотрения дела, добыто не было. Напротив, судом установлено, что оспариваемый договор содержит все существенные условия, денежные средства покупателем переданы продавцу, переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН. Принимая во внимание изложенное, районный суд пришел к выводу о том, что ФИО19, приобретая спорную долю нежилых помещений, достоверно не знал и не мог знать о том, что объект недвижимости является общей собственностью ФИО1 и ФИО7, а также о наличии наследника умершего супруга, претендующего на долю наследственного имущества, что явилось основанием для признания его добросовестным приобретателем спорного недвижимого имущества и об отсутствии оснований для признания спорной сделки недействительной. Кроме того, районный суд указал, что в случае принятия наследства после истечения установленного срока с соблюдением правил статьи 1155 ГК Российской Федерации, возврат наследственного имущества в натуре невозможен, ввиду отсутствия наследника, своевременно принявшего наследство, соответствующего имущества, независимо от причин, по которым наступила невозможность его возврата в натуре, в связи с чем, наследник, принявший наследство после истечения установленного срока, имеет право лишь на денежную компенсацию своей доли в наследстве. На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что нарушение прав истца как наследника не может привести к нарушению прав добросовестного приобретателя, однако у истца в таком случае возникает право на возмещение причиненных убытков путем взыскания денежной компенсации стоимости соответствующей доли в наследственном имуществе.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что спорные 38/100 доли недвижимого имущества являются совместным имуществом супругов ФИО1 и ФИО7, а также о принятии наследства после смерти наследодателя ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в установленный законом срок наследниками первой очереди ФИО8 и ФИО1 Доводы апелляционной жалобы не содержат критики названных обстоятельств. При этом, со стороны ответчиков, в том числе супруги ФИО1 позицию которой о не распространении на отчужденное по сделки недвижимое имущество режима совместной собственности отклонил суд первой инстанции, не поданы апелляционные жалобы, в связи с чем судебный акт не подлежит проверки судом апелляционной инстанции в части установления принадлежности спорных 38/100 долей к совместному имуществу супругов и принятия наследства после смерти наследодателя в установленный законом срок наследниками первой очереди ФИО8 и ФИО1.

При этом судебная коллегия находит ошибочными выводы суда в части добросовестности ответчика ФИО19, поскольку последний приобретая спорную долю недвижимого имущества, достоверно не знал и не мог знать о том, что предмет сделки является совместной собственностью супругов ФИО1 и ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ, а также о наличии наследника умершего супруга, претендующего на долю наследственного имущества, а следовательно и наличии оснований для признания сделки недействительной, что привело к неправильному разрешению спора.

Так судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке, что подтверждается повторным свидетельством о регистрации брака между ФИО7 и ФИО20 (ныне ФИО27) выданным отделом регистрации актов гражданского состояния Ялтинского городского управления юстиции АР ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 20 том 1).

В период названного брака родился сын ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 19 том 1).

Также в период зарегистрированного брака, ДД.ММ.ГГГГ исполнительным комитетом Ялтинского городского Совета на имя ФИО1 было выдано свидетельство о праве собственности на недвижимое имущество в виде 38/100 долей нежилого здания 2а по <адрес>, общей площадью 328,8 кв. м (л.д. 21, 114 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умер, что подтверждается свидетельством о его смерти, выданным ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18 том 1).

Согласно материалов наследственного дела, с заявлениями о принятии наследства после смерти наследодателя в установленный законом срок обратились: супруга - ФИО1 и сын - ФИО8 (л.д.46-47, 49 том 1).

Свидетельства о праве на наследство на имущество ФИО7, никому из наследников нотариусом не выдавались.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была выдана доверенность, которой ответчик уполномочила ФИО2 продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащее ей недвижимое имущество в виде 38/100 доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание 2а, расположенное в <адрес>, кад. № (л.д.73-оборот 74 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, действующим от имени ФИО1 по доверенности (продавец) и ФИО9 (покупатель) был заключен спорный договор купли – продажи, в соответствии с которым ФИО9 приобрел в собственность 38/100 доли нежилого здания 2а по <адрес> (л.д. 65-66, 105-107 том 1).

Согласно п. 3 Договора, стоимость доли строения составила 17 033 500 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

Пунктом 6.1 договора представитель продавца заверил и гарантировал, что доля здания не является предметом общей совместной собственности супругов.

В соответствии с п. 18 договора, он является документом, подтверждающим передачу доли строения покупателю без каких-либо актов и дополнительных документов. Договор удостоверен нотариусом Ялтинского городского нотариального округа ФИО3

Доказательств уведомления ФИО8 о совершенной сделке по отчуждению 38/100 доли вышеназванного недвижимого имущества, материалы дела не содержат.

Переход права собственности к ФИО9 на спорную долю нежилого здания на основании вышеуказанного договора купли – продажи, в установленном законом порядке зарегистрирован в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 85-88 том 1).

Из материалов дела также следует, что иными долевыми собственниками спорного здания являются: ФИО5-1/4 доля, ФИО6-7/100 долей (л.д. 86-88 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО21 (продавец) и ФИО9 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого, ФИО21 продал ФИО9 принадлежащее на праве общей долевой собственности 3/10 доли нежилого здания 2а, общей площадью 896.5 кв. м, с КН <данные изъяты> (л.д. 97-98 том 1).

В материалы дела также представлена расписка ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, оригинал которой был исследован в судебном заседании суда первой инстанции, из содержания которой следует, что ФИО2 получил от ФИО9 денежные средства в размере 17 033 500 рублей в счет оплаты за приобретение 38/100 долей нежилого здания 2а по <адрес> денежные средства получил в полном объеме, претензий не имеет (л.д. 60 том 2).

В материалы дела также представлена расписка ФИО1, оригинал которой исследован в судебном заседании суда первой инстанции, в соответствии с которой, она получила от ФИО2 7 600 000 рублей за продажу недвижимого имущества по адресу: г<данные изъяты> в полном объеме, претензий не имеет (л.д. 60 том 2).

Из материалов представленного по запросу суда апелляционной инстанции гражданского дела № (№) следует, что в июне 2024 года ФИО1 через своего представителя ФИО9, обратилась с суд с иском к ответчику ФИО22 о признании недействительным договора купли-продажи нежилых зданий, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между МЧП «Дизайн-сервис» и ФИО23, действующей в интересах ФИО7 на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, а также договора купли-продажи нежилых зданий, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между МЧП «Дизайн-сервис» и ФИО22 (227-230 том 2).

Требования вышеприведенного искового заявления мотивированы тем, что истец с 2000 является единственным директором МЧП «Дизайн-сервис», в 2011 году директором указанного предприятия назначен ФИО7 Согласно свидетельству о праве собственности на недвижимое имущество, предприятию принадлежит комплекс имущества, состоящий из ряда нежилых зданий. ДД.ММ.ГГГГ между названным предприятием и ФИО22 были заключены два договора купли-продажи объектов недвижимого имущества, согласно которых ФИО7 приобрел склады литер А, Б, В, Г, Д, Е, Ж, а также литер З, И, К. Для проведения регистрационных действий ФИО7 в Госкомрегистр представлен ряд документов, в соответствии с которыми, истец, как единственный учредитель предприятия решила продать вышеуказанные объекты недвижимого имущества и уполномочить ФИО7 провести соответствующие сделки по отчуждению (купле-продаже). Между тем, решения указанного предприятия от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого истцом принято решение о продаже указанных объектов, является поддельным, ФИО1 его не подписывала, своего согласия на отчуждение указанных объектов не давала, ФИО7 полномочиями на подписание данных договоров, не наделяла, поскольку находилась за пределами РФ. Одной семьей с ФИО7 истец не проживала с 2014 года, однако доверяла ему руководство предприятием как супругу. О продаже объектов и о подделке согласия на отчуждение от ДД.ММ.ГГГГ истец узнала после смерти ФИО7 По факту незаконного отчуждения указанного имущества, ФИО9, действующим в интересах ФИО1 было подано соответствующее заявление в правоохранительные органы. В рамках возбужденного уголовного дела ФИО1 была признана потерпевшей, ФИО9 был признан представителем потерпевшей. В рамках названного уголовного дела была проведена почерковедческая экспертиза, которая подтвердила, что подписи ФИО1 в решении от ДД.ММ.ГГГГ была выполнена не истцом, а иным лицом. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с указанным иском. Названное исковое заявление подписано и подано в суд ФИО9

Из указанных материалов дела также следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, от имени своего доверителя ФИО1, (на основании нотариально удостоверенной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 233 том 2), обратился в ОП № «Ливадийский» с заявлением о преступлении по факту мошеннических действий в отношении неустановленной группы лиц, которые, путем подделки документов и её подписи произвели продажу складских помещений в количестве 10 штук, принадлежавшие МЧП «Дизайн-сервис», учредителем и собственником которой является ФИО1 Согласия на продажу указанного имущества ФИО1 не давала, в каких либо сделках по отчуждению названного имущества участия не принимала. По сведениям ЕГРН, принадлежащее ФИО1 имущество, а именно вышеуказанные складские помещения зарегистрированы на лиц, не имеющих отношение к ФИО1 и её фирме. В поданном заявлении ФИО9 также указано, что умерший муж заявителя – ФИО7 совместно с сыном ФИО8 и ФИО24, в период с 2016 года по настоящее время, вступили в сговор и путем подделки документов и ее подписи произвели продажу принадлежащего ей имущества (л.д. 231 том 2).

Также в материалах названного гражданского дела имеется постановление Старшего следователя ОП № «Ливадийский» от ДД.ММ.ГГГГ, о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, по факту мошенничества (л.д.232 том 2).

Кроме того, директором ООО «Дизайн-Сервис» ФИО2 в рамках названного гражданского дела было подано заявление о привлечении ООО «Дизайн-Сервис» к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора (234-235 том 2).

При этом, согласно сведениям ЕГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 является учредителем, а ФИО2 директором одного юридического лица - ООО «Южная Столица.

Принимая во внимание вышеизложенное, вопреки выводам суда первой инстанции, судебная коллегия полагает, что ФИО9, так и ФИО2, как поверенному лицу продавца ФИО1, на момент заключения оспариваемой сделки должно было быть известно об обстоятельствах: нахождения продавца ФИО1 в зарегистрированном браке с ФИО7; смерти ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ; наличии наследника первой очереди ФИО8; а также о наличии между ФИО1 и ФИО8, ФИО7 вышеуказанных конфликтных взаимоотношений.

Здесь же судебная коллегия отмечает, что в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции представитель ФИО9 суду также пояснила, что действительно покупателю на день заключения оспариваемого договора было известно о состоянии продавца ФИО1 в зарегистрированном браке с ФИО7, умершим ДД.ММ.ГГГГ, а также о наличии наследника первой очереди, принявшего наследство после смерти наследодателя - ФИО8.

При этом представитель ответчика, обосновывая добросовестность поведения ФИО9, сослалась на то, что продавец заверил покупателя об отсутствии у наследника ФИО8 правопритязаний на отчуждаемый объект недвижимости.

Согласно разъяснениям содержащимся в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от ДД.ММ.ГГГГ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (пункт 38 постановления Пленума №).

Таким образом, вопреки доводам стороны ответчика ФИО9, судебная коллегия полагает, что стороной истца опровергнуты возражения приобретателя о его добросовестности, поскольку ФИО9 при заключении оспариваемой сделки при проявлении должной степени осмотрительности и заботливости должен был усомниться в наличии у продавца необходимых полномочий на отчуждение недвижимого имущества, приобретенного в период зарегистрированного брака между ФИО1 и ФИО7, умершим ДД.ММ.ГГГГ, при наличии вышеуказанных обстоятельств, а следовательно покупателю в настоящем споре должно было быть известно о наличии оснований для признания сделки недействительной.

При таких обстоятельствах, с учетом распространения на отчужденные по оспариваемой сделки спорные 38/100 доли объекта недвижимости режима совместной собственности, судебная коллегия приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования о признании названых долей совместным имуществом; признании недействительным договора купли-продажи 38/100 долей нежилого здания, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО9, кад. №; включении 38/200 долей спорного недвижимого имущества в состав наследственной массы после смерти ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ, подлежат удовлетворению.

Так, пунктом 1 статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил данного Кодекса не следует иное.

В соответствии с п. 1 ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, в состав наследственного имущества входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Наследство открывается со смертью гражданина (ст. 1113 ГК РФ).

Таким образом, если наследодателю (правопредшественнику) принадлежало недвижимое имущество на праве собственности, это право переходит к наследнику с момента открытия наследства.

В силу п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от «О судебной практике по делам о наследовании» при отсутствии надлежаще оформленных документов, подтверждающих право собственности наследодателя на имущество, судами до истечения срока принятия наследства (статья 1154 ГК РФ) рассматриваются требования наследников о включении этого имущества в состав наследства, а если в указанный срок решение не было вынесено - также требования о признании права собственности в порядке наследования. В случае, если требование о признании права собственности в порядке наследования заявлено наследником в течение срока принятия наследства, суд приостанавливает производство по делу до истечения указанного срока.

В соответствии с п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество (пункт 2 статьи 256 ГК РФ, статья 36 СК РФ), а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 256 ГК РФ, статьи 33, 34 СК РФ).

В силу и. 2 ст. 1141 ГК РФ наследники одной очереди наследуют в равных долях.

В силу и. 1 ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В силу части 1 ст. 1153 ГК Российской Федерации, принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу, заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Согласно части 1 ст. 1154 ГК Российской Федерации, наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В силу положений ст. 254 Гражданского кодекса Российской Федерации раздел общего имущества между участниками совместной собственности, а также выдел доли одного из них могут быть осуществлены после предварительного определения доли каждого из участников в праве на общее имущество.

При разделе общего имущества и выделе из него доли, если иное не предусмотрено законом или соглашением участников, их доли признаются равными.

Как указано ранее, после смерти ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ), с заявлениями о принятии наследства после смерти наследодателя, в рамках открытого наследственного дела №, обратились супруга ФИО1 (дата регистрации заявления у нотариуса ДД.ММ.ГГГГ), сын ФИО8 (дата регистрации заявления у нотариуса ДД.ММ.ГГГГ), то есть в пределах шестимесячного срока, предусмотренного законом для принятия указанного наследства.

Доказательств выбытия указанной доли из принятого ФИО8 наследства, либо отказа последнего от указанной доли, в пользу иного наследника, материалы дела не содержат.

Поскольку ответчиками не поданы апелляционные жалобы в части выводов суда первой инстанции о распространении режима совместной собственности на спорные 38/100 доли объекта недвижимого имущества, судебная коллегия находит установленным, что совокупность долей спорного недвижимого имущества супругов, подлежащих включению в состав наследственного имущества после смерти ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ, составляет 38/200 долей, то есть по 38/100 долей на каждого супруга (1/2).

Так как наследство после смерти указанного наследодателя приняли в равных доля ФИО1 и ФИО8, доля истца ФИО8 в указанном наследственном имуществе составляет 19/200 доли спорного нежилого здания.

Принимая во внимание вышеприведенные положения действующего законодательства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что вышеуказанное наследственное имущество перешло в собственность истца, как наследника, принявшего наследство в установленный законом срок, с момента открытия наследства.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. п. 1, 2, 3 ст. 253 Гражданского кодекса РФ участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников.

Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

В силу ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 1 ГК РФ, граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

На основании ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделки представляют собой действия, направленные на достижение определенного правового результата. Следовательно, сделка-это волевой акт и для ее совершения необходимо наличие дееспособности, которая по разному определяется: для граждан и юридических лиц и может быть ограничена в отношении некоторых сделок. Сделка-само по себе правомерное действие, которое должно соответствовать требованиям законодательства, и этим она отличается от неправомерных действий-деликтов, а также неосновательного обогащения, если такое обогащение возникает в силу действий субъекта гражданского права. Несоответствие сделки предписанным законодательством требованиям влечет ее недействительность, последствия которой применительно к отдельным видам таких сделок различны.

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Пунктом 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами (п.1ст.160 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. ст. 420, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации также установлено, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 1 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 34-35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №, Пленума ВАС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ).

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 39 этого же Постановления Пленума разъяснил, что по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения, независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3).

В пункте 7 данного постановления, указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании положений статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

По общему правилу договор купли-продажи недвижимости считается заключенным с момента его подписания, если иное не предусмотрено законом.

В силу положений статей 456, 556 Гражданского кодекса Российской Федерации передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Согласно пункту 1 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом (пункт 1).

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2).

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункт 3).

В соответствии со статьей 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец полагает, что договор купли – продажи является недействительной сделкой, поскольку 38/100 долей спорного нежилого здания были приобретены ФИО1 в период ее брака с ФИО7 и соответственно ? доля указанного имущества вошла в состав его наследственной массы, и на момент совершения указанной сделки у продавца отсутствовали необходимые полномочия на отчуждение предмета сделки, так как истец являлся собственником половины данного имущества, как наследник, принявший наследство после смерти отца в установленный законом срок.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении настоящего спора о признании недействительным оспариваемого договора купли-продажи, следует установить наличие или отсутствие осведомленности ответчика ФИО9 об отсутствии у участника общей собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, а также наличие либо отсутствие обстоятельств, с учетом которых приобретатель по сделке должен был знать о неправомерности действий участника общей собственности. Таковые в ходе рассмотрения настоящего дела были установлены судом апелляционной инстанции.

Как указано ранее, вопреки выводам суда первой инстанции, совокупность собранных по делу доказательств, достоверно свидетельствует о том, что покупатель спорного имущества (ФИО9) на момент заключения сделки достоверно знал о наличии зарегистрированного брака между супругами ФИО1 и ФИО7, умершим ДД.ММ.ГГГГ; об открытии наследственного дела, после смерти наследодателя; наличии конфликтных взаимоотношений в семье и между наследниками названного наследодателя одним из которых являлась продавец ФИО1; а следовательно при проявлении должной степени осмотрительности и заботливости, сверив дату возникновения права собственности продавца на отчуждаемое недвижимое имущество с датой регистрации брака супругов должен был узнать об обстоятельствах отсутствия полномочий у ФИО1 на отчуждение спорных 38/100 долей недвижимого имущества в отсутствие воли ФИО8, как наследника принявшего наследство после смерти наследодателя в установленный законом срок, на отчуждение предмета сделки.

Здесь же судебная коллегия отмечает, что действия ФИО1 по отчуждению спорных 38/100 долей недвижимого имущества при установленных по делу обстоятельствах, также свидетельствуют о недобросовестном поведении последней.

Принимая во внимание изложенное, оспариваемый истцом договор купли-продажи подлежит признанию недействительным, по вышеуказанным мотивам.

Фактическое владение ФИО9 38/100 доли нежилого здания, расположенного по адресу: <адрес>, не оспаривалось сторонами по делу и подтверждается материалами дела.

Поскольку истцом ФИО8 как указано ранее принято наследственное имущество в виде 19/200 доли спорного объекта недвижимости, выбывшие из собственности ФИО8 против его воли, исковые требования истца об истребовании из чужого незаконного владения ФИО9 в пользу наследника ФИО8 спорных 38/100 доли объекта недвижимости подлежат частичному удовлетворению в указанном размере принятого наследственного имущества, а именно - 19/200 долей.

При таком положении удовлетворению также подлежат производные исковые требования о признании за ФИО8 права собственности на 19/200 доли нежилого здания, кадастровый №, расположенного по адресу: Республика ФИО10, <адрес>, в порядке наследования после смерти отца ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Исходя из вышеизложенного, судебная коллегия находит излишне заявленными исковые требования истца в части определения доли ФИО8 в праве собственности на спорное нежилое помещение в размере 19/200 доли, поскольку названное требование является взаимоисключающим с требованием о признании права собственности на указанные доли за ФИО8.

Согласно разъяснений изложенных в пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Отсутствие этого указания в исковом заявлении является основанием для оставления его без движения (статья 136 ГПК РФ, статья 128 АПК РФ).

Как установлено судом апелляционной инстанции восстановление прав истца как наследника принявшего наследство после смерти ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в виде 19/200 доли нежилого здания, кадастровый №, расположенного по адресу: Республика ФИО10, <адрес>, возможно лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки, в том числе путем удовлетворения требований истца в указанной части об истребовании названного недвижимого имущества из чужого незаконного владения ответчика ФИО9, что в свою очередь обуславливает необходимость применения реституции, то есть возврата каждой из сторон в первоначальное положение.

В силу части 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В судебном заседании не установлено обстоятельств невозможности возвращения объекта недвижимости отчужденного по вышеуказанной сделки в натуре.

Как было установлено, в договоре купли-продажи стороны оценили 38/100 доли отчуждаемого объекта недвижимости в размере 17 033 500 рублей (пункт 3).

В счет продажи доли спорного нежилого помещения ФИО2, действующим от имени ФИО1, в качестве продавца, была получена от покупателя ФИО9 сумма в размере 17 033 500 рублей, что подтверждается собственноручно написанной ФИО2 распиской.

Расчет по договору купли-продажи между покупателем и продавцом был произведен в полном объеме.

Указанные обстоятельства сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривались.

Принимая во внимание, что вышеприведенная сделка признана недействительной, спорное недвижимое имущество признано совместным имуществом супругов, включено в наследственную массу после смерти наследодателя, а также истребовано из владения приобретателя ФИО25, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости взыскания с продавца ФИО1, действовавшей при заключении оспариваемой сделки недобросовестно, в пользу ФИО9, полученных по сделке денежных средств в размере 17 033 500 рублей.

Кроме того, исходя из вышеизложенного, судебная коллегия полагает необходимым указать, что настоящее апелляционное определение является основанием для внесения в ЕГРН сведений: о праве собственности ФИО8 на 19/200 доли нежилого здания, кадастровый №, расположенного по адресу: Республика ФИО10, <адрес>а; погашения записи о праве собственности ФИО9 на 38/100 доли названного нежилого здания; а также для регистрации права собственности ФИО1 на 38/200 доли указанного объекта недвижимости.

При этом, судебная коллегия отмечает наличие у продавца ФИО1 права обратиться к нотариусу с заявлением о выдаче ей свидетельства о праве на наследство на 19/200 доли нежилого здания, кадастровый №, расположенного по адресу: Республика ФИО10, <адрес>, в порядке наследования по закону после смерти супруга ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ представителем ответчика ФИО9 были заявлены ходатайства: о возврате апелляционной жалобы, как неподписанной истцом и поданной лицом без полномочий; прекращении производства по делу ввиду отсутствия воли истца на подачу иска и апелляционной жалобы на основании п. 4 ч.1 ст. 222 ГПК РФ; вынесения частного определения в адрес правоохранительных органов в связи с выявленными признаками фальсификации доказательств и подделки документов.

Разрешая названные ходатайства, судебная коллегия исходит из следующего.

В обоснования названых ходатайств сторона ответчика ФИО9 ссылается на то, что истец волю на обращение в суд с настоящим исковым заявлением, а также апелляционной жалобой не выражал, полномочиями каких-либо лиц на обращение с указанными исковыми требованиями и жалобой не наделял; подпись в исковом заявлении, а также апелляционной жалобе выполнены не ФИО8, а иным лицом.

Судебная коллегия находит заявленные ходатайства не подлежащими удовлетворению, а вышеуказанные доводы несостоятельными, поскольку в материалах дела есть ни кем не оспоренная доверенность, выданная от имени ФИО8 на имя ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ с передачей последнему прав по осуществлению всех необходимых процессуальных действий по обращению в суд, в том числе, с правом подписания искового заявления, обжалования судебного решения, участия в судебных заседаниях, в том числе, в суде апелляционной инстанции (л.д.176-184 том 1).

Также в материалах дела имеется нотариально удостоверенное заявление (зарегистрировано в реестре за №) ФИО8, в соответствии с которым последний просил рассмотреть гражданское дело № в его отсутствие, заявленные исковые требования, а также апелляционную жалобу по настоящему делу истец поддерживает в полном объеме, полномочия ФИО16 на представительство его интересов подтверждает.

Помимо этого, в судебном заседании суда апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ, ФИО16 действующий от имени ФИО8 на основании указанной доверенности были проставлены подписи на поданном в суд первой инстанции исковом заявлении, а также апелляционной жалобе, чем поверенный фактически подтвердил волю своего доверителя - истца ФИО8 на подачу иска и оспаривание решения суда.

По вышеуказанным мотивам, судебная коллегия также пришла к выводу об отсутствии оснований для назначения по делу судебной почерковедческой экспертизы, с целью определения подписанта искового заявления и апелляционной жалобы, в связи с чем протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении ходатайства представителя ответчика ФИО9 - ФИО17 в названой части было отказано.

По результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение (п.п.2, п.1 ст.328 ГПК Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, неправильное определение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, в соответствии с положениями п.п.1 п.1 ст.330 ГПК РФ, влечет отмену решения суда, в связи с чем, решение суда первой инстанции, подлежит отмене, с принятием нового решения о частичном удовлетворении иска.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым,

определила:

апелляционную жалобу истца ФИО12 – удовлетворить частично, решение Ялтинского городского суда Республики Крым от 4 августа 2025 года отменить, принять по делу новое решение, которым иск ФИО12, удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли – продажи 38/100 доли нежилого здания, кадастровый номер <данные изъяты>, расположенного по адресу: <данные изъяты> заключенный 11 декабря 2024 года между ФИО13 и ФИО14.

Истребовать из владения ФИО14 19/200 доли нежилого здания, кадастровый номер <данные изъяты>, расположенного по адресу: Республика <данные изъяты> в пользу ФИО12.

Признать 38/100 доли нежилого здания, кадастровый номер <данные изъяты>, расположенного по адресу: <данные изъяты> совместно нажитым имуществом супругов ФИО13 и ФИО32.

Включить в состав наследственного имущества после смерти ФИО32, умершего 18 июля 2023 года, 38/200 доли нежилого здания, кадастровый номер <данные изъяты> расположенного по адресу: <данные изъяты>

Признать за ФИО12 право собственности на 19/200 доли нежилого здания, кадастровый номер <данные изъяты>, расположенного по адресу: <данные изъяты> в порядке наследования после смерти отца ФИО32, умершего 18 июля 2023 года.

Применить последствия недействительности сделки, взыскав с ФИО13 в пользу ФИО14 денежные средства в размере 17 033 500 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Настоящее апелляционное определение является основанием для внесения в ЕГРН сведений; о праве собственности ФИО12 на 19/200 доли указанного нежилого здания; погашения записи о праве собственности ФИО14 на 38/100 доли вышеуказанного нежилого здания; а также для регистрации права собственности ФИО13 на 38/200 долей указанного нежилого здания.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение трех месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции (город Краснодар) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено и подписано 19.12.2025 г.

Председательствующий:

Судьи: