Апелляционное определение № 22-2325/2025 22-6/2026 от 18 января 2026 г.

Судья Зиганшин Д.К. Дело №22-6/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г.Томск 19 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Нохрина А.А.,

судей Каргиной О.Ю., Карпова А.В.,

при секретаре Дроздове Д.А.,

с участием

прокурора Конопатовой В.П.,

осужденного ФИО1,

его защитника – адвоката Ленинг Е.А.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное делопо апелляционной жалобе и дополнениям к ней адвоката Ленинг Е.А. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Октябрьского районного суда г. Томска от 08 июля 2025 года, которым

ФИО1, /__/, несудимый,

осужден по

ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде 8 лет лишения свободы,

ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде 10 лет лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде 11 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу, мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена прежней.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Постановлено зачесть в срок лишения свободы время содержания под стражей с 24.07.2021 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей, за один день отбывания наказания в исправительной колонии строго режима.

Заслушав доклад судьи Каргиной О.Ю., выступление осужденного ФИО1, его защитника-адвоката Ленинг Е.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Конопатовой В.П., полагавшей приговор не подлежащим изменению, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

приговором суда ФИО1 признан виновным в совершении двух покушений на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» группой лиц по предварительному сговору, одно из которых в крупном размере.

Преступления совершены в г. Томске в июле 2021 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступлений не признал.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Ленинг Е.А. в защиту интересов осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором ввиду его незаконности и неправильного применения уголовного закона. Указывает, что в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого имеются существенные нарушения ст. 171 УПК РФ, ввиду неконкретного нечеткого обвинения. Отмечает, что на этапе предварительного расследования допущены нарушения при получении единственного доказательства, на котором обвинение, а следом и суд выстраивает всю аргументацию – это показания фигуранта дела Е., данных в качестве подозреваемого и обвиняемого (т.1, л.д.129-132; л.д. 136-139); перед проведением химической судебной экспертизы (т.1, л.д.70-72; 75-80) ФИО1 и его защитник не были ознакомлены с постановлением о её назначении, а узнали об этом уже после её проведения; перед проведением комплексной амбулаторной психолого-психиатрической судебной экспертизы ФИО1 и его защитник не были ознакомлены с постановлением о её назначении, ознакомлены с постановлением о назначении лишь после её проведения, т.е. в один день с ознакомлением с заключением эксперта № 677 от 22.09.2021, 19.01.2022; в период досудебного расследования не были произведены дактилоскопическая генотипическая экспертизы. Указанные нарушения исключали возможное постановление судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения, акта или постановления. Обращает внимание на нарушения, допущенные на этапе судебного разбирательства, а именно: ходатайство о прекращении уголовного дела не было разрешено, на судебном заседании 05.03.2025 были оглашены показания Е. как подозреваемого и обвиняемого (т. 1, л.д. 129-132; л.д. 134-135), что является нарушением, так как УПК РФ не предусматривает оглашения таких показаний, более того, Е. не является обвиняемым в уголовном деле №1-108/2025, а значит, оглашение его показаний как обвиняемого закрепляет за ним двойной статус, а в отношении ФИО1 неправомерно расширяет предмет уголовного разбирательства, что влечёт за собой нарушение ч.1 ст.252 УПК РФ, между тем, вышеуказанные показания были оглашены несмотря на то, что при допросе в зале суда 05.03.2025 Е. частично не подтвердил свою подпись на листах протокола допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого. Данное обстоятельство не было прояснено судом, хотя оно в очередной раз ставит под сомнение легитимность использования показаний Е. данных в качестве подозреваемого и обвиняемого. На судебном заседании 05.03.2025 Е. были разъяснены права и обязанности как лицу, обладающему особым процессуальным статусом в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве. Но, как пояснил при допросе Е., что также подтвердил П. при допросе 04.04.2025, досудебного соглашения с ним не заключалось. Это означает, что Е. как лицо, не связанное обязательством сообщать сведения, изобличающие других соучастников преступления, и не являющееся подсудимым (обвиняемым) по основному уголовному делу может участвовать в уголовном деле по обвинению ФИО1 только в процессуальном статусе свидетеля либо не участвовать вовсе. Оглашать показания Е. незаконно, т.к. Е. является подозреваемым и обвиняемым по выделенному уголовному делу, по основному делу он является свидетелем, а не подозреваемым и обвиняемым. С точки зрения фундаментального Конституционного права, в двух делах, описывающих одно и то же событие, он быть обвиняемым не может. При оглашении показаний Е. и их оценке в приговоре суд не учёл, что на стадии предварительного расследования не была проведена очная ставка, что помешало ФИО1 защищать себя на досудебной и судебной стадии производства по уголовному делу. Таким образом, у ФИО1 не было возможности опровергнуть указывающие на виновность показания подозреваемого и обвиняемого Е., в связи с чем фактически было нарушено его право на защиту. Согласно протоколу допроса свидетеля Е. от 05.03.2025 (т.6 л.д.15), Е. высказал сомнения подлинности подписей на л.д. 129-130, озвучив, что «он не так расписывается», судом же искажены фактические обстоятельства дела. Выражает несогласие, что судом было отказано в удовлетворении ходатайства о вызове специалиста- психиатра, а также в удовлетворении ходатайства о приобщении заключения специалиста в виде заверенной надлежащим образом справки /__/ от 20.02.2023 специалиста врача-психиатра Ф., имеющего соответствующую квалификацию. Отмечает, что стороне защиты было отказано в удовлетворении ходатайства об исключении недопустимых доказательств, несмотря на то, что использование показаний подозреваемого и обвиняемого Е. влечёт за собой ряд грубых нарушений УПК РФ и Конституции РФ, а показания В. и Б. не имеют никакого отношения к доказыванию причастности или непричастности ФИО1 к совершению преступления. Причины, по которым суд отвергает показания, данные свидетелем Е. в ходе судебного заседания, и принимает показания, данные в ходе предварительного расследования являются надуманными и искажают факты, демонстрируя направленность суда на обвинительную позицию, а не на объективное рассмотрение уголовного дела. Е. во время дачи показаний в суде, был принуждён к даче показаний против себя. Суд не истребовал доказательства по ходатайству стороны защиты, а именно: обвинительный акт, из уголовного дела№ 1-10/2021, медицинскую карту ФИО1 из /__/, медицинскую карту ФИО1 из /__/, что нарушает базисный принцип состязательного правосудия и равноправия сторон. Указывает, что сторона защиты заявляла ходатайство о вызове свидетеля врача-психиатра И., но в суд он не явился. Несмотря на это обстоятельство, суд отклонил ходатайство об оглашении показаний свидетеля врача-психиатра И. Судом было отклонено ходатайство об оглашении показаний свидетеля П., данных в ходе предыдущего судебного рассмотрения 07.07.2023, несмотря на существенные противоречия между предыдущими и новыми показаниями свидетеля. Судом систематически не выдавались постановления по результатам разрешения ходатайств стороны защиты, что является нарушением ст. 122 УПК РФ и ч.1 ст. 256 УПК. Обращает внимание, что наказание, запрошенное обвинением в прениях - 14 лет лишения свободы противоречит нормам УПК РФ и закона. Указывает, что приговор основан на предположениях и домыслах, поскольку никаких объективных данных, позволяющих утверждать о наличии в действиях ФИО1 составов инкриминируемых деяний ни органами предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства не выявлено. Просит вынести апелляционное определение об отмене обвинительного приговора, так как подсудимый ФИО1 подлежит оправданию и освобождению из-под стражи в зале суда. Обращает внимание на то, что начиная с первой страницы и первых строк приговора, судом копируется обвинительное заключение, как и в прошлом приговоре, вынесенном Октябрьским районным судом по данному уголовному делу, от 16.10.2023, а также копирование абзацев и целых страниц из приговора от 16.10.2023. Также отмечает, что суд из одного телефона сделал два: «Xiaomi» и «redmi», второй из которых якобы обнаружили у А., хотя оба этих слова - части одного названия телефона, принадлежавшего Е. (т.2, л.д.1). Это указывает на прямое искажение фактов со стороны суда и игнорирование им внутренних противоречий, содержащихся в судебном деле. У ФИО1 же был изъят только один телефон марки «Хонор», а не два, как указал суд. Отмечает, что судом систематически не учитываются и не упоминаются в приговоре доказательства, свидетельствующие о невиновности ФИО1 Суд в приговоре тщательно цензурирует сведения, касающиеся психического статуса ФИО1, не указывая, в какой дозировке был назначен препарат, не приобщая к уголовному делу доказательства, не учитывая аргумент защиты о том, что человек с /__/, не может начать заниматься распространением наркотических средств. Указывает о прямой фальсификации доказательств судом на стр. 17-18 приговора. На стр.6-8 приговора суд ссылается на показания свидетелей В., В., Б. как на объективное подтверждение указанных обстоятельств. Но, как было обозначено стороной защиты в прениях, показания данных свидетелей касаются задержания Е., не являющегося обвиняемым по данному уголовному делу. Никаких доказательств наличия цели личного обогащения у А. судом не обнаружено. Говорить о доказанности преступления без обоснованного мотива незаконно, так как описательно-мотивировочная часть приговора в таком случае является неполной. Судом игнорируется и никак не рассматривается нарушение, допущенное при выделении уголовного дела № 1220169002500 (№ 1-216/2025 в Октябрьском районном суде) в отдельное производство. Указывает, что квалифицирующий признак «приобретение наркотического средства с целью сбыта» не проясняется. Между тем, судом первой инстанции преднамеренно отказывалось в приобщении к материалам уголовного дела и в истребовании доказательств, а именно, обвинительного акта, составленного ОД УМВД России по ЗАТО Северск Томской области по уголовному делу №12101690021000104. Просит вынести апелляционное определение об отмене обвинительного приговора, так как подсудимый ФИО1 подлежит оправданию и освобождению из-под стражи в зале суда.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника государственный обвинитель Челнакова К.П. указывает на необоснованность изложенных в ней доводов, просит оставить приговор без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в двух покушениях на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» группой лиц по предварительному сговору, одно из которых в крупном размере подтверждаются:

- показаниями сотрудника полиции В., пояснившем, что при несении службы были замечены мужчина и женщина, вызывающие подозрение своим поведением, после чего, совместно с напарником подошли к указанным лицам, представились, уточнили, с какой целью они находятся в лесном массиве, после чего было принято о проведении досмотра Е., на что последний добровольно согласился, были приглашены понятые, в ходе досмотра Е. обнаружены и изъяты 39 свертков обмотанных липкой лентой, а также телефон «Ксиаоми Редми». Е. пояснил, что работает на интернет-магазин по продаже наркотических средств.

- показаниями свидетеля Б., участвовавшего в качестве понятого при проведении личного досмотра Е., в ходе которого у Е. обнаружено и изъято свертки, обмотанные полимерной липкой лентой, смартфон марки «Ксиоми Редми», сам Е. по факту изъятия пояснил, что в данных свертках находится наркотическое средство «героин», которое он хранил при себе с целью сбыта, путем раскладки тайников – закладок в лесном массиве;

- показаниями свидетеля Е., данными им в ходе предварительного следствия, согласно которым, находясь на лечении в /__/ познакомился с ФИО1, в ходе общения последний предложил ему совместно с ним открыть интернет-магазин по продаже наркотических средств, на что он согласился, куратором и организатором являлся ФИО1, он же являлся курьером, или «закладчиком», решили торговать героином по причине его отсутствия в /__/. По договоренности с ФИО1, тот должен был курировать их деятельность, заниматься оформлением, содержанием страницы их «интернет-магазина», приобретать наркотики, расфасовывать их и передавать ему, а он должен забирать приобретенное ФИО1 наркотическое средство из тайников, раскладывать по тайникам расфасованное А. наркотическое средство и сообщать адреса сделанных им закладок А. Они договорились, что А. будет платить ему по 500 рублей за один сделанный им тайник с наркотическим средством. После того, как ФИО1 приобрел первую партию наркотика, он сообщил ему, что необходимо ехать в /__/ для того, чтобы забрать «закладку» с указанным наркотиком, что Е. и сделал. По прибытии в /__/ он передал наркотические средства ФИО1 лично в руки по адресу проживания ФИО1 Далее по их договоренности ФИО1 фасовал и выдавал ему разовые дозы наркотиков для последующего размещения путем оставления тайников-закладок на территории /__/. Когда он размещал наркотик в тайники, то фотографировал местность. 23.07.2021 ФИО1 передал ему расфасованный наркотик лично в руки и он отправился в лесополосу, расположенную вблизи /__/, где успел сделать около 26 тайников-закладок, после чего был задержан сотрудниками полиции, в присутствии двух очевидцев был произведен его личный досмотр, в ходе которого у него было изъято 39 свертков обмотанные полимерным материалом разных цветов, сотовый телефон марки «Xiaomi Redmi 9c NFC», в ходе осмотра которого сотрудниками полиции была обнаружена переписка в системе обмена сообщениями «/__/» с «Ж.», а именно с ФИО1, а также фотографии с тайниками закладками;

- показаниями свидетеля А., пояснившей, что её супруг ФИО1 с осени 2020 года периодически употреблял наркотические вещества;

- показаниями свидетеля В., пояснившей, что Е. неоднократно размещал закладки с наркотиками на территории /__/;

Изложенные обстоятельства совершенных ФИО1 вышеуказанных преступлений подтверждаются письменными доказательствами по уголовному делу:

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 23.07.2021, согласно которому полицейский В. доложил о задержании Е., в ходе личного досмотра которого обнаружено и изъято 39 свертков с веществом внутри, которые направлены на исследование, согласно справке об исследовании № 11536 от 23.07.2022: представленное на исследование вещество (объекты 1-5) общей массой 2,75 г в пяти свертках, содержит в своем составе наркотическое средство – диацетилморфин (героин);

- протоколом личного досмотра вещей, досмотра транспортного средства, изъятия вещей и документов от 23.07.2021, согласно которому полицейским В. досмотрен Е., у которого обнаружены и изъяты свертков, обмотанные полимерной липкой лентой, а также смартфон марки Ксиаоми Redmi;

- протоколом обыска от 24.07.2021, согласно которому 24.07.2021 проведен обыск в квартире № /__/, в ходе которого ФИО1 выдал добровольно полимерный мешок, электронные весы, два мотка ленты скотч желтого и оранжевого цвета, моток изоленты синего цвета, банковские карты, жесткий диск, ноутбук марки «HP», мобильный телефон «Хонор», usb модем;

- заключением эксперта № 12069 от 29.09.2021, согласно которому представленное на исследование вещества, изъятые в ходе личного досмотра у Е. в тридцати девяти индивидуальных упаковках, содержат в своем составе наркотические средства – 6-моноацетилморфин, морфин, диацетилморфин (героин), данные вещества являются смесями;

- представленное на исследование вещество, изъятое в ходе осмотра места происшествия участка местности, расположенном на расстоянии 170 метров от дома № /__/ массой 0, 22 г, содержит в своем составе наркотические средства – 6-моноацетилморфин, морфин, диацетилморфин (героин).

- представленное на исследование вещество («…Изъято в ходе обыска по адресу: /__/…», согласно пояснительного текста на бирке), массой 0, 32г являются гашишем – наркотическим средством растительного происхождения, кустарного приготовления из растения рода Конопля (рода Cannabis);

- на поверхностях жестяной банки и электронных весов обнаружены следы наркотического средства – тетрагидроканнабинола и 6-моноацетилморфина, морфина и диацетилморфина (героина) соответственно (т. 1 л. д. 76-80), вышеуказанные средства и предметы осмотрены

- протоколом осмотра предметов от 15.04.2022, согласно которому произведен осмотр изъятого в ходе обыска по месту жительства ФИО1 ноутбука марки «Hp», на рабочем столе которого установлена программа (приложение) «/__/», имеется учетная запись «Ж.», в приложении 2 диалога: «/__/», «/__/», «Ж.» имеет статус: Admin. Также произведен осмотр изъятого в ходе личного досмотра Е. сотового телефона марки «Сяоми Редми», на рабочем столе которого расположено мобильное приложение «/__/» (иконка зеленого цвета), в данном приложении расположены 2 диалога: 1. «Ж.», 2. «/__/», имеется переписка между «Ж.» и «/__/» от 23.07.2021 о кладах с наркотическими средствами в количестве свыше 100 штук, которые «/__/» раскладывал в лесополосе, о наличии покупателей у которых имеется возможность обратной связи с «Ж.», фотографии, на которых изображен участок местности с указанием координат; при открытии диалога «/__/» - имеется переписка между «Ж.» и «/__/», в котором обсуждается проделанная работа, необходимость пополнения витрины интернет-магазина, а также необходимость фасовки и раскладки кладов, поскольку наркотические средства разбирают быстро, вес и стоимость наркотических веществ; также доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, судом были исследованы с надлежащей полнотой, приведенные в приговоре доказательства собраны в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 и 307 УПК РФ, являются относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для вынесения обвинительного приговора, обоснованно использованы судом для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ.

Каких-либо противоречий в доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденного в содеянном, в выводах суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает, а утверждения стороны защиты об обратном, расценивает как несостоятельные.

Безосновательны доводы стороны защиты о том, что показания Е., данные им в ходе предварительного расследования являются недопустимыми доказательствами. Так, его допрос в качестве подозреваемого и обвиняемого произведен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в присутствии защитника. Допрос Е. в ночное время суток обусловлен необходимостью раскрытия преступления повышенной общественной опасности. Также судебная коллегия отмечает, что в ходе допроса замечаний от Е., его защитника не поступало, жалоб на состояние здоровья также не поступало, показания были изложены в форме свободного рассказа, спокойно, что подтверждено свидетелем П. По окончании допроса Е. лично прочитал соответствующие протоколы и удостоверил своими подписями правильность их оформления, в связи с чем доводы об их непринадлежности Е. несостоятельны, также в суде первой инстанции свидетель Е. подтвердил, что подписи на л.д. 131-132 в томе № 1 принадлежат ему, а на л.д. 129-130 пояснил, что подписи похожи на его. В сравнении со свидетелем статус подозреваемого, обвиняемого является приоритетным. Именно таким статусом обладал Е. при расследовании выделенного уголовного дела по одному и тому же с ФИО1 факту сбыта наркотических средств, поскольку Е. разъяснялись права обвиняемого, ст. 51 Конституции РФ, между тем он добровольно подробно пояснял о своей роли и роли ФИО1 в совершенном преступлении. При этом Е. указано об обстоятельствах достигнутого им с ФИО1 соглашения о сбыте наркотических средств посредством интернет магазина. Указанные показания подтверждаются и иными доказательствами, изложенными в приговоре: показаниями свидетеля В., Б., протоколами осмотров и заключением судебных экспертиз.

Поскольку Е. изменил свои показания в ходе судебного следствия, отрицая причастность ФИО1 к сбыту наркотических средств, суд обоснованно огласил его показания в ходе предварительного расследования, положив их в основу приговора, критически оценив показания, данные в судебном заседании.

Действительно, в ходе предварительного расследования между ФИО1 и Е. не была проведена очная ставка, однако данное обстоятельство не свидетельствует о нарушении прав осужденного на защиту. Е. был допрошен в судебном заседании и у стороны защиты имелась реальная возможность задать ему вопросы.

Пояснения, данные Е. при производстве судебной психолого-психиатрической экспертизы о непричастности ФИО1 к совершению преступления, не могут быть приняты во внимание, поскольку не отвечают требованиям допустимости.

Суд обоснованно пришел к выводу о достоверности приведенных в приговоре показаний свидетелей В., В., Б., П., поскольку они согласуются между собой и подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе протоколами следственных действий, являются последовательными, в их показаниях не имеется существенных и неустранимых противоречий. Оснований для оглашения показаний свидетеля П., данных ранее суду не имелось, что отражено в протоколе судебного заседания. Утверждение защиты о том, что Е. ранее взаимодействовал со следователем П., а потому мог оговорить ФИО1 явлется бездоказательным предположением. В ходе судебного разбирательства не было установлено каких-либо оснований для оговора осужденного ФИО1 указанными свидетелями и намеренного создания сотрудниками полиции доказательств виновности ФИО1 в указанных преступлениях, поскольку все они ранее его не знали, неприязненных отношений между ними не было, следовательно, сотрудники полиции и понятые не были заинтересованы в исходе дела для осужденного и в искажении реально произошедших событий.

О правильности оценки судом в приговоре показаний указанных выше свидетелей говорит то, что они согласуются как между собой, так и с другими приведенными в приговоре доказательствами, при этом изменению показаний свидетелями судом дана надлежащая правовая оценка. Все возникшие противоречия в показаниях судом были устранены, в том числе путем оглашения показаний, данных указанными лицами в ходе предварительного следствия, в соответствии со ст.281 УПК РФ.

Вопреки доводам защиты, данных, свидетельствующих об изложении в приговоре показаний допрошенных лиц либо содержания письменных доказательств таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло дать иную оценку, нежели ту, которая содержится в приговоре, не установлено.

Нарушения процессуальных сроков при ознакомлении обвиняемого и его защитника с постановлениями о назначении экспертиз, на что указывает в апелляционной жалобе защитник, достоверность выводов экспертов не опровергают и не влекут признания этих доказательств недопустимыми.

Все исследованные судом доказательства последовательны, логичны и взаимно дополняют друг друга. Совокупность доказательств, приведенных в приговоре в обоснование вины осужденного, не находится в противоречии по отношению друг к другу, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, и позволила суду первой инстанции принять обоснованное и объективное решение по делу. Доказательства в приговоре приведены в объеме, достаточном для понимания их содержания, которое соответствует содержанию, отраженному в протоколе судебного заседания, протоколах допросов и иных протоколах следственных действий.

Судебная коллегия обращает внимание, что в апелляционной жалобе и в дополнениях к ней приведены доводы, ранее неоднократно изложенные в выступлениях стороны защиты в судебном заседании, заявлениях, прениях, ходатайствах. Данные доводы судом первой инстанции были тщательно рассмотрены, решения по ним изложены и мотивированы в приговоре. С данными решениями суда согласна судебная коллегия.

Позиция защиты как по делу в целом, так и по отдельным деталям обвинения и обстоятельствам доведена до сведения суда с достаточной полнотой и определенностью. Она получила объективную оценку в приговоре, как и доказательства, представленные стороной защиты, без каких-либо искажений в сторону ухудшения положения осужденного.

Вопросы допустимости доказательств рассмотрены судом первой инстанции при разрешении ходатайств стороны защиты, по которым приняты правильные решения, выводы суда мотивированы и являются обоснованными, с ними согласна судебная коллегия.

Судебная коллегия отмечает, что в материалах дела не имеется, в суд первой и апелляционной инстанции не представлено доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения.

Несогласие защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности вины осужденного и мотивов содеянного им, непричастности его к деянию, неправильном применении уголовного закона, как и об обвинительном уклоне суда.

Приведенная стороной защиты собственная оценка доказательств по делу обусловлена ее позицией, которая не подтверждается материалами дела.

Несмотря на доводы защитника об отсутствии у ФИО1 на телефоне приложения «/__/», указанное имеется на ноутбуке марки «Hp», изъятом в ходе обыска по месту жительства ФИО1

Исследованными доказательствами бесспорно установлено, что обнаруженные в ходе обыска у ФИО1 зип пакеты в количестве 316 штук, мотки скотча и изоленты аналогичны использованным при упаковке наркотическим средствам, что были изъяты у Е., а в ноутбуке и телефоне содержатся сведения о сбыте наркотических средств, сведения о переводах денег Геннадием ФИО2, что прямо опровергает доводы защиты об отсутствии доказательств причастности ФИО1 к сбыту наркотических средств. При этом исследование переписки, обнаруженной в телефоне Е. не требовало согласия ее участников, поскольку данные доказательства имеют значение для уголовного дела и получены законным путем в ходе следствия.

Указание в приговоре на изъятие в ходе обыска в жилище у ФИО1 сотового телефона «redmi» на выводы суда не влияет. Из материалов дела следует, что у ФИО1 был изъят сотовый телефон «Хонор», а у Е. два сотовых телефона - в ходе личного досмотра и при обыске в жилище, которые осмотрены и приобщены к материалам дела.

Обстоятельства, на которые ссылается сторона защиты в части того, что по делу не проведены дактилоскопические и генетические исследования, никаким образом не ставят под сомнение достоверность доказательств, приведенных судом в приговоре в обоснование виновности ФИО1, не свидетельствует о нарушении прав осужденного на защиту.

Как следует из материалов уголовного дела, в том числе из протокола судебного заседания, дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, принципа презумпции невиновности, равноправия и состязательности сторон, обвинительного уклона, влекущих безусловную отмену или изменение приговора, по делу допущено не было. Все ходатайства, заявленные участниками процесса, были рассмотрены, каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом либо следственным органом ходатайств, судом апелляционной инстанции не установлено.

Заявленное стороной защиты ходатайство о прекращении уголовного дела обоснованно оставлено без рассмотрения, поскольку его разрешение предполагает вынесение итогового решения по делу, которым явился приговор суда.

Предварительное расследование и судебное следствие было проведено полно, всесторонне и объективно в пределах предъявленного ФИО1 обвинения. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, были подробнейшим образом в ходе предварительного расследования и судебного следствия установлены, в судебном заседании исследованы, и оценены в итоговом судебном решении.

При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты, которые фактически сводятся к возможной фальсификации материалов уголовного дела и оговоре ФИО1, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку каких-либо объективных доказательств этому по делу не установлено.

Обвинительное заключение составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ, постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого соответствует требованиям ст. ст. 171 - 172 УПК РФ.

То обстоятельство, что описание преступного деяния, показания свидетелей, изложенные в приговоре, соответствуют обвинительному заключению, не является основанием для утверждения, что по делу постановлен незаконный приговор, и свидетельствует лишь о том, что суд согласился с выводами органа предварительного следствия о фактических обстоятельствах дела и с квалификацией действий осужденного.

Все следственные и процессуальные действия, имеющие значение для принятия законного и обоснованного решения по делу, в том числе, порядок возбуждения уголовного дела, порядок задержания осужденного, осмотров, изъятий, порядок продления сроков следствия, порядок предъявления обвинения, порядок, предусмотренный ст. 217 УПК РФ и предъявления обвинения, порядок проведенных допросов, были выполнены в соответствии с требованиями закона.

Процедура судопроизводства по делу нарушена не была, судебное следствие было по делу проведено в строгом соответствии с требованиями закона, а права осужденного, ни в ходе судебного, ни в ходе предварительного следствия ущемлены не были.

Вопреки доводам стороны защиты, психическое состояние и вменяемость ФИО1 не вызывают сомнения, изменения в психике ФИО1 не столь глубоко выражены, в период совершения преступления, признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, в момент совершения преступления ФИО1 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, что подтверждается выводами в заключении комиссии экспертов № 677 от 22.09.2021, при этом, как прямо следует из приговора, суд учел состояние здоровья ФИО1 при назначении наказания. Оснований ставить под сомнение выводы данной экспертизы у суда не имелось.

Приговор постановлен судом в строгом соответствии с требованиями ст. ст. 307 - 309 УПК РФ. Описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления в соответствии с положениями ст. 73 УК РФ.

Нарушений при выделении уголовного дела в отношении Е. в отдельное производство не допущено.

Действия ФИО1 по ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ квалифицированы правильно.

Умысел на незаконный сбыт наркотических средств в каждом случае не был реализован по независящим от осужденного обстоятельств, поскольку лицо, с которым ФИО1 действовал в группе лиц по предварительному сговору было задержано и наркотические средства не поступили в незаконный оборот вследствие их изъятия сотрудниками полиции.

Квалифицирующие признаки «с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»», «группой лиц по предварительному сговору», «в крупном размере» нашли свое объективное подтверждение и судом мотивированы.

При назначении наказания ФИО1 суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, его возраст, состояние здоровья, семейное и имущественное положение, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

При изучении данных о личности ФИО1 установлено, что он не судим, женат, имеет постоянное место жительства, где характеризуется удовлетворительно, а свидетелями и по предыдущему месту работы - положительно, имеет ученую степень, ряд наград и грамот.

К обстоятельствам, смягчающим наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд отнес состояние здоровья подсудимого.

Сведений о наличии иных смягчающих обстоятельств, которые не были известны суду первой инстанции, либо которые в силу положений действующего законодательства могли бы являться безусловным основанием к смягчению назначенного ФИО1 наказания, в жалобе не содержится, в суд апелляционной инстанции представлено не было, и судебной коллегией не усматривается.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

Вывод суда первой инстанции о возможности исправления осужденного только в условиях изоляции от общества и невозможности применения в отношении ФИО1 положений ст. ст. 64, 73 УК РФ должным образом мотивирован судом первой инстанции.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступления и степени его общественной опасности суд обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вид исправительного учреждения виновному определен в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ.

Исходя из размера назначенного осужденному ФИО1 наказания, как за отдельные преступления, так и по их совокупности, нет оснований полагать, что назначенное является чрезмерно суровым, поскольку представляется справедливым и достаточным для обеспечения достижения его цели - восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения новых преступлений.

При этом мнение государственного обвинителя о виде и размере наказания не являются для суда в силу закона обязательным.

Каких-либо данных, свидетельствующих о невозможности содержания А. под стражей по состоянию здоровья, в материалах дела не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона судом не допущено.

При таких обстоятельствах, учитывая изложенное выше, оснований для отмены, либо изменения приговора, как по доводам апелляционной жалобы, так и с учетом пояснений, данных стороной защиты в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

приговор Октябрьского районного суда г. Томска от 08 июля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Ленинг Е.А. - без удовлетворения.

Определение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном гл.47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Кассационные жалоба и представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.401.7, 401.8 УПК могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденной, содержащейся под стражей — в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: