Апелляционное определение № 33-3740/2026 от 1 апреля 2026 г.

Судья – Хайбрахманова А.Н.

Дело № 33-3740/2026 (гр. дело № 2-178/2025)

УИД 59RS0004-01-2024-007738-61

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 02.04.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 02.04.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Баранова Г.А.,

судей Варзиной Т.В., Симоновой Т.В.,

при секретаре судебного заседания Нечаевой Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, утраты товарной стоимости, компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2 на решение Ленинского районного суда города Перми от 05.02.2025.

Заслушав доклад судьи Баранова Г.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 с требованиями о взыскании ущерба в размере 1 377 216 руб., утраты товарной стоимости в размере 108 360 руб., компенсации морального вреда в размере 200 000 руб.

В обоснование требований указала, что она паркует принадлежащий ей автомобиль MERCEDES BENZ GLE 400, государственный регистрационный знак ** в подземном паркинге многоквартирного дома, расположенного по адресу: ****.

Подземная парковка многоквартирного дома представляет собой расположенные друг над другом платформы, которые приводятся в движения путем нажатия кнопок, находящихся на пульте управления.

06.11.2023 истец заехала на подземный паркинг многоквартирного дома, припарковав свой автомобиль на парковочное место № 3.7, принадлежащее ей на праве собственности. Не успев выйти из автомобиля, в то время как водительская дверь автомобиля была открыта, соседняя платформа парковочного места была приведена в движение, в результате чего открытую водительскую дверь зажало двигавшейся вверх платформой № 3.14 и автомобиль потянуло наверх, автомобиль встал на правые колеса. После того как платформа остановилась, автомобиль упал на четыре колеса, при этом водительскую дверь автомобиля оторвало, были повреждены иные механизмы и детали.

Вышеописанные события были результатом действий ФИО2, которая нарушила правила эксплуатации парковочной системы, привела ее в движение, не убедившись в том, что ФИО1 вышла из автомобиля, закрыв водительскую дверь. В адрес ФИО2 была направлена претензия, от ответа на которую последняя уклонилась.

Решением Ленинского районного суда города Перми от 05.02.2025 с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскан материальный ущерб в размере 613 300 руб., утрата товарной стоимости в размере 108 360 руб. В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 выражает несогласие с решением суда, просит о его отмене с вынесением нового решения об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Указывает, что предъявление первоначальных исковых требований, исходя из стоимости бывших в употреблении запасных частей, не означает невозможность требовать от виновного лица возмещения ущерба в полном объеме, то есть, в соответствии с результатами проведенной судебной экспертизы в размере 1 377 216 руб. Также выражает несогласие с отказом суда первой инстанции во взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда, поскольку сложившаяся ситуация безусловно причинила истцу нравственные страдания.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает на несогласие с решением суда, полагая, что судом не дана надлежащая оценка действиям управляющей организации при установке и обслуживании парковочной системы, кроме того, судом не принято во внимание наличие в действиях ФИО1 признаков грубой неосторожности, что является основанием для распределения вины между сторонами в пропорции 30 % - у ответчика и 70 % у истца. Также полагает, что суд не учел, что из заключения судебной экспертизы усматривается, в том числе возможность приобретения истцом запасных частей по меньшей стоимости, чем заявлено ко взысканию.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ответчика ФИО2 ФИО1 просила в удовлетворении жалобы отказать.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 02.09.2025 решение Ленинского районного суда города Перми от 05.02.2025 отменено в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о компенсации морального вреда. В отмененной части принято новое решение, которым с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 15000 руб., в остальной части решение Ленинского районного суда г. Перми от 05.02.2025 оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 06.02.2026 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 02.09.2025 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

После возвращения дела из Седьмого кассационного суда общей юрисдикции истцом ФИО1 дополнительно направлены в суд письменные пояснения, согласно которых указала на отсутствие, по ее мнению, оснований для применения положений пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации к обстоятельствам по делу. Указала, что от ответчика предложение заключить мировое соглашение не поступало, с позицией ответчика о наличии в ее действиях вины она не согласна.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 представила заявление об отказе от апелляционной жалобы в части несогласия с выводами суда о взыскании в ее пользу материального ущерба в размере 613 300 руб., в остальной части на доводах апелляционной жалобы и письменных пояснениях настаивала в полном объеме.

Представитель истца – ФИО3 в судебном заседании доводы ФИО1 поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика – ФИО4 в судебном заседании не возражала относительно принятия судом апелляционной инстанции отказа истца от апелляционной жалобы в части, возражала относительно доводов апелляционной жалобы истца в целом, доводы апелляционной жалобы ответчика поддержала в полном объеме, пояснила, что, с учетом выводов, изложенных в определении судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 06.02.2026, вину истца и ответчика в происшествии полагает необходимой определить обоюдной, по 50 % у каждого. Также пояснила, что предлагала истцу заключить мировое соглашение на данных условиях, но истец отказалась.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте Пермского краевого суда www.oblsud.perm.sudrf.ru, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений об уважительности причин неявки не представили, ходатайств об отложении рассмотрения дела не направили.

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

В соответствии с частью 1 статьи 326 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, отказ от апелляционных жалобы, представления допускается до вынесения судом апелляционного определения.

Согласно части 3 статьи 326 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о принятии отказа от апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции выносит определение, которым прекращает производство по соответствующим апелляционным жалобе, представлению.

Прекращение производства по апелляционным жалобе, представлению в связи с отказом от них не является препятствием для рассмотрения иных апелляционных жалоб, представлений, если соответствующее решение суда первой инстанции обжалуется другими лицами.

Учитывая, что отказ от апелляционной жалобы в части заявлен до вынесения судом апелляционного определения, подан в надлежащей форме, носит добровольный и осознанный характер, последствия отказа от апелляционной жалобы понятны, судебная коллегия находит возможным принять отказ истца ФИО1 от апелляционной жалобы в заявленной части и прекратить апелляционное производство в данной части.

Таким образом, судебной коллегией в апелляционном порядке рассматриваются апелляционная жалоба истца ФИО1 в части несогласия с отказом суда первой инстанции во взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда, а также апелляционная жалоба ФИО2 в полном объеме.

Выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, многоквартирный дом по адресу: г**** оснащен парковочной системой WOHR COMBLIFT 551/Premiumtype 2,6 (далее по тексту - парковочная система), которая представляет собой двухъярусную металлическую конструкцию, оборудованную электродвигателем, состоящей из стальных балок и платформ для размещения автомобилей с использованием принципа их поперечного перемещения и подъема. Платформы на нижнем уровне двигаются горизонтально, на верхнем уровне вертикально. На нижнем уровне въезда на платформу на одно парковочное место меньше, что дает возможность платформам нижнего уровня перемещаться в сторону, для обеспечения возможности платформам верхнего уровня опуститься вниз на уровень въезда/выезда автомобиля. Управление системой осуществляется с помощью центральной панели управления. Парковочная система оборудована световыми датчиками движения платформ.

ФИО1 и ФИО2 являются собственниками и пользователями машиномест, расположенных в парковочной системе WOHR COMBLIFT, установленной в многоквартирном доме по адресу: ****.

Из краткой инструкции по эксплуатации парковочной системой следует необходимость осуществлять контроль отсутствия вблизи и на платформе посторонних предметов и лиц. Вызов платформы осуществляется следующим образом: зеленая кнопка «Старт» горит; поднести RFID ключ к метке; зеленая кнопка «Старт» мигает; нажать на зеленую кнопку «Старт»; нижняя платформа придет в движение; после окончания движения зеленая кнопка мигает; можно заехать / выехать с нижней платформы; - верхняя платформа может быть опущена. Вызов верхнего места: зеленая кнопка мигает, верхняя платформа готова к опусканию; зеленую кнопку «Старт» нажать и удерживать; верхняя платформа опускается; при достижении платформой конечного положения отпустить зеленую кнопку «Старт»; заехать / выехать с платформы. При работе парковочной системы не пересекать световой барьер (том 1 л.д. 122).

Из содержания искового заявления следует, что 06.11.2023 ФИО1 заехала в подземный паркинг многоквартирного дома на принадлежащем ей автомобиле MERCEDES BENZ GLE 400, государственный регистрационный знак **, припарковав его на месте № 3.7. Заглушив мотор, открыв водительскую дверь, не успев выйти из автомобиля, соседняя платформа - № 3.14 пришла в движение, в результате чего стоящая на данной платформе машина зацепила открытую водительскую дверь, вследствие чего автомобиль потянуло наверх, автомобиль накренился, встал на правые колеса, водительскую дверь оторвало. После того, как движение платформы завершилось, автомобиль вернулся в исходное положение, приземлившись на четыре колеса.

Указанные обстоятельства также зафиксированы в материале проверки КУСП № ** от 06.11.2023, содержащее объяснения ФИО1, повторяющей доводы искового заявления, а также ФИО2, которая указывала, что вызов платформы был осуществлен ею на разрешающий зеленый сигнал, горевший на панели управления, в отсутствии сведений о наличии людей на иных парковочных местах.

На видеозаписи с камеры видеонаблюдения, расположенной в подземной паркинге многоквартирного дома, зафиксировано, что 06.11.2023 в 17 час. 04 мин. на парковку заезжает автомобиль MERCEDES BENZ GLE 400, государственный регистрационный знак **, который проследовал к парковочному месту № 3.7 и впоследствии заехал внутрь него. После выключения фар автомобиля с водительской стороны открывается дверь, при этом водитель из автомобиля не выходит. В то время как водительская дверь остается открытой начинается движение соседней платформы, в результате чего стоящая на соседней платформе машина зацепила открытую водительскую дверь и потянула автомобиль наверх.

Видеозапись также фиксирует как следом за автомобилем MERCEDES BENZ GLE 400, государственный регистрационный знак **, спустя 50 сек., то есть в 17 час. 04 мин. 50 сек., на парковку заезжает автомобиль MERCEDES GLK 220, государственный регистрационный знак **, останавливаясь не далеко от панели управления парковочной системы. Водитель вышел из автомобиля, подошел к панели управления парковочной системы и приложил магнитную карту, нажав кнопку, которая привела платформу в движение.

При этом зафиксировано, что, когда автомобиль MERCEDES BENZ осуществлял парковочные мероприятия, на панели управления загорелись мигающие сигналы, предотвращающие движение иных платформ, а к моменту, когда водитель MERCEDES GLK подошел к панели управления, горел разрешающий зеленый сигнал «Старт».

Обращаясь с исковым заявлением, ФИО1 полагала, что платформа № 3.14 была приведена в движение в результате действий ФИО2, нарушившей инструкцию по эксплуатации парковочной системы, в связи с чем на последней лежит обязанность компенсировать как материальный ущерб, причиненный принадлежащему ей транспортному средству, так и моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях в связи с возникшей ситуацией.

Возражая относительно заявленных исковых требований, ФИО2 указывала, что нарушений инструкции по эксплуатации парковочной системы ею не допускались, платформа № 3.14 была приведена в движение при горевшем разрешающем сигнале «Старт», в отсутствии сведений о нахождении посторонних людей на платформе, при том, что фары автомобиля ФИО1 были выключены. Полагает, что ответственность за вред, причиненный ФИО1, должна быть возложена на управляющую компанию, учитывая, что парковочная система не отвечает техническому регламенту Таможенного союза «О безопасности машин и оборудования» от 18 октября 2011 г.

Из письменных пояснений управляющей компании следует, что при заезде на парковочную платформу на табло управления стоит блокировка для действия иными владельцами машиномест – 30 сек. Этот период запрограммирован производителем и предназначен для возможности выйти из автомобиля. В течение этих 30 сек. (мигает красная сигнальная лампа на панели управления) никто иной не сможет запустить свою платформу. Управляющая организация регулярно проверяет работоспособность (механизмов и автоматики) парковочной системы, проводит техническое обслуживание и, в случае выявления каких-либо неполадок, устраняет их, осуществляет инструктаж для владельцев машиномест по использованию парковочной системы. До произошедшего события и до настоящего времени парковочная система работала в штатном режиме в соответствии с настройками завода-изготовителя, заявлений, жалоб о некорректной работе парковочной системы не поступало.

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 06.11.2023 установлено, что автомобиль марки MERCEDES BENS GLE 400 4MATIC находится на парковочном месте № 3.7 на первом уровне в секторе № 3, данное транспортное средство стоит передом к стене, рядом лежит водительская дверь, где в нижней части имеется вмятина, а также осколок стекла от двери, рядом с данным транспортным средством платформа № 3.14, которая приподнята на уровне 1,5 метра от земли, иных видимых повреждений на двери не установлено. На самом транспортном средстве вырваны провода с карты дверей и крепежи крепления водительской двери. Иных повреждений на данном транспортном средстве не установлено (т.1 л.д.13).

Для восстановления автомобиля истец заключила договор с ИП Л. на оказание услуг по техническому обслуживанию и ремонту автомобиля MERCEDES BENS GLE 400 4MATIC, государственный регистрационный знак **. Стоимость работ с запасными частями составила 613300 руб., оплата которых подтверждается кассовым чеком от 16.01.2024, справкой по операции Сбербанк, дефектным актом № 2 от 14.11.2023, заказ-нарядом № ** от 16.11.2023 с указанием перечня выполненных работ и используемых запасных частей, актом № 1 от 16.01.2024 (т.1 л.д.16-20, 170, 171).

В целях определения размера упущенной выгоды в связи с проведением ремонтных работ при дальнейшей реализации транспортного средства, истец обратилась в Союз «Пермская торгово-промышленная палата».

Согласно акту маркетингового исследования Союза «Пермская торгово-промышленная палата» № 014-11-00154 от 28.06.2024 разница средних стоимостей между автомобилями, имеющими вторичные окрасы вследствие ДТП и прочих повреждений с пробегом до 100000 км и автомобилями, не имеющими вторичных окрасов, заводское состояние кузова с пробегом менее 100000 км составляет 746667 руб. (т.1 л.д.21-26).

Истец 01.08.2024 обратилась в адрес ответчика с требованием (претензией) о возмещении убытков, которая оставлена ответчиком в ответе от 13.08.2024 без удовлетворения (т.1 л.д.31-37, 39).

ООО «УК «Астра-сервис» оказывает услуги по обслуживанию общего имущества владельцев машиномест в помещении подземного паркинга по адресу: ****. Из ответа управляющей компании следует, что техническое состояние подземной автопарковки и оборудования, размещенного в ней по состоянию на 06.11.2023, и вплоть до настоящего времени находится в работоспособном состоянии (т.1 л.д.69-70а).

21.05.2019 специалистом ООО «УК «Астра-сервис» проведен инструктаж по правилам эксплуатации парковочной системы установленной и функционирующей на объекте ЖК «Астра», ознакомление с технологией работы парковочной системы, с правильным обращением и постановкой автомобиля на индивидуальное парковочное место проинструктированы К. и ФИО2, что подтверждается актом о проведении инструктажа (т.1 л.д.30).

Согласно краткой инструкции по эксплуатации парковочной системы Combilift 551/Premiumtype 2.6 и правил безопасности, парковочную систему необходимо использовать только для паркования автомобилей, доступ пользователей только со стороны заезда; запрещается не санкционированный доступ на платформы и металлоконструкции; при въезде и выезде на платформах не должно быть людей; при въезде и выезде включать внешнее освещение машины и свет в гараже; при въезде и выезде соблюдать очередность, одновременное движение машин не допускается; въезд на парковку только передним ходом; заезд на платформу с минимальной скоростью; на свободное место машин не ставить; при передвижении по платформе следить за острыми кромками и выступающими углами; парковка на место, где отсутствует платформа, запрещена; подъем людей строго запрещен; не допускается при парковке нахождение пассажиров в машине; не допускать контакты: при парковке между автомашиной и конструкциями, при движении платформ между автомашиной и конструкциями; не допускать детей и домашних животных в зону парковочных систем (т.1 л.д.27).

Из инструкции по эксплуатации, расположенной у пульта управления в подземной паркинге, следует, что пользователям платформы необходимо следить за тем, чтобы вблизи и на платформе не располагались предметы и посторонние лица. До того как поднести ключ RFID к метке на пульте управления должна загореться зеленая кнопка «Старт». При опасности необходимо нажать «Аварийный стоп» и выключить главный выключатель рядом с пультом управления. «ФИО5 стоп» можно разблокировать вращая кнопку по часовой стрелке (т.1 л.д.54-55).

В соответствии с Правилами пользования машино-местом в подземном паркинге, расположенным по адресу: ****, представленных в материалы КУСП в ходе проведения проверки, Правила устанавливают порядок пользования машино-местом в подземном паркинге, порядок разрешения аварийных ситуаций, ответственность за невыполнение Правил. В случае пользования парковочным местом иными доверенными лицами (иные законные пользователи) собственник обязан с такими лицами провести инструктаж по пользованию парковочным местом, ознакомить с настоящими правилами, ознакомить с инструкцией по эксплуатации средств и технических элементов на территории подземной автостоянки. В случае обнаружения собственником неисправности в работе электрического и иного инженерного оборудования Паркинга ему необходимо немедленно сообщить об этом в охрану Паркинга или в ДС.

Определением суда от 06.11.2024 по делу назначена судебная авто-товароведческая экспертиза, производство которой поручено ООО «Центр независимых судебных экспертиз «ТЕХЭКО» экспертам С1., С2. (т.3 л.д.54-55).

Согласно заключению экспертов ООО «Центр независимых судебных экспертиз «ТЕХЭКО» № 2362/2024 от 19.12.2024, стоимость восстановительного ремонта автомобиля MERCEDES BENS GLE 400 4MATIC, 2018 года выпуска, государственный регистрационный знак **, в результате повреждений, полученных 06.11.2023 при движении платформы парковочной системы Comblift 551/Premumtype 2.6 путем использования оригинальных запасных частей по состоянию на 06.11.2023 составляет 1 377 216 руб., при использовании оригинальных запасных частей с учетом износа – 1071922 руб.; при использовании запасных частей бывших в употреблении оригинальных запасных частей - 537292 руб.

Произвести расчет стоимости восстановительного ремонта автомобиля MERCEDES BENS GLE 400 4MATIC, 2018 года выпуска, государственный регистрационный знак **, принадлежащего ФИО1, в результате повреждений, полученных 06.11.2023 при движении платформы парковочной системы Comblift 551/Premumtype 2.6, путем использования запасных частей альтернативных производителей (аналогов), не представляется возможным, поскольку отсутствуют аналоги кузовных деталей на автомобиль MERCEDES BENS GLE 400 4MATIC, 2018 года выпуска.

Размер утраты товарной стоимости автомобиля MERCEDES BENS GLE 400 4MATIC, 2018 года выпуска, государственный регистрационный знак **, с учетом износа по состоянию на 06.11.2023 составляет 108360 руб. (т.3 л.д.73-121, 124).

Также судебными экспертами представлены пояснения, исходя из которых следует, что деталь «облицовка боковой стойки» указанная в заказ-наряде № ЗН-57 от 16.11.2023, акте 16.01.2024 и деталь «рама крыши наружная левая», указанная в заключении экспертов № 2362/2024 от 19.12.2024, являются одинаковыми (т.3 л.д.154-155).

Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции, руководствуясь требованиями статей 15, 151, 401, 1064, 1082 Гражданского Кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», а также в пунктах 11, 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пришел к выводам о том, что:

- при использовании парковочной системы ФИО2 допустила нарушение правил безопасности и эксплуатации парковочной системы, между действиями ФИО2 и причинением повреждений автомобилю истца имеется прямая причинно-следственная связь;

- доказательств соблюдения ФИО2 правил пользования системой паркинга в полном объеме суду не представлено;

- наличия в действиях ФИО1 признаков грубой неосторожности не имеется;

- неисправностей оборудования в период использования парковочной системы не имелось;

- при определении размера ущерба, причиненного истцу, следует руководствоваться заказ-нарядом ИП Л. и суммой фактически понесенных истцом расходов, а также заключением ООО «Центр независимых судебных экспертиз «ТЕХЭКО» от 19.12.2024 для определения размера утраты товарной стоимости;

- оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется, поскольку доказательств нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца материалы дела не содержат,

на основании чего взыскал с ответчика в пользу истца ущерб в сумме 613 300 руб., размер утраты товарной стоимости в сумме 108360 руб., отказав в удовлетворении остальных требований.

Проверяя законность и обоснованность решения, судебная коллегия учитывает изложенные в пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции» разъяснения, согласно которым в случае отмены постановления суда первой или апелляционной инстанций и направления дела на новое рассмотрение указания суда кассационной инстанции о применении и толковании норм материального права и норм процессуального права являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело (статья 379.6, часть четвертая статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Осуществляя толкование норм материального права, кассационный суд общей юрисдикции указывает, в частности, какие обстоятельства с учетом характера спорного материального правоотношения имеют значение для дела, какой из сторон они должны доказываться, какие доказательства являются допустимыми.

Судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО2 и причиненным ФИО1 материальным ущербом являются правильными, основанными на фактически установленных обстоятельствах дела, которым дана надлежащая правовая оценка.

В силу части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (статья 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), такие доказательства являются относимыми.

Данная норма права содержит предписание для суда, она адресована и сторонам, третьим лицам, которые должны представлять в обоснование своих требований и возражений только относимые к делу доказательства. Относимость доказательств также определяет полноту и достаточность доказательственного материала, позволяя исключить из процесса доказывания доказательства, не являющиеся необходимыми для правильного рассмотрения дела.

В статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приведены общие критерии, на которые должен ориентироваться суд при оценке доказательств.

Согласно части 1 данной статьи суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).

Право определять достаточность доказательств принадлежит суду, разрешающему спор по существу, как следует из части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание то, что ФИО2 прошла инструктаж по использованию парковочной системы, являющейся источником повышенной опасности, отсутствие каких-либо нареканий на работу парковочной системы с 2016 года, равно как и то, что ФИО2 не осуществила надлежащий контроль за отсутствием на платформе людей и посторонних предметов, и при возникновении опасной ситуации не предприняла мер для остановки платформы путем использования кнопки «Аварийный стоп» и главного выключателя рядом с пультом управления.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о несоответствии парковочной системы многоквартирного дома нормам безопасности, предусмотренным техническим регламентом Таможенного союза «О безопасности машин и оборудования» от 18.10.2011 не могут быть приняты во внимание, поскольку, как указано ранее, парковочная система была в исправном состоянии, что также подтверждается сертификатом соответствия № **, возникшие между сторонами правоотношения носят деликтный характер.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы ответчика о несогласии с размером взысканного судом ущерба, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции относительно принятия в качестве доказательств, подтверждающего ущерб, причиненный истцу, дефектного акта от 14.11.2023, заказ-наряда от 16.11.2023, чека об оплате на сумму 613 300 руб., поскольку указанными доказательствами подтверждаются фактически понесенные истцом расходы на восстановление автомобиля, то есть, менее затратный способ исправления повреждений имущества истца, чем величина восстановительного ремонта, определенная на основании заключения экспертов ООО «ТЕХЭКО», что соответствует разъяснениям, данным в пунктах 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». То, что в ходе подготовки заключения экспертами приведены различные данные о стоимости запасных частей, не свидетельствует о необходимости принятия для суда наименьшей из данной стоимости, доводы апелляционной жалобы об этом основаны на неверном толковании норм права.

Вместе с тем, согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В рассматриваемом случае решение суда данным требованиям закона в полной мере не отвечает и подлежит частичной отмене и изменению ввиду несоответствия выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, а также неправильного толкования и применения норм материального права (пункты 3,4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как предусмотрено статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»)

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Делая вывод об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, суд формально сослался на отсутствие доказательств нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца в связи с причинением имущественного вреда.

Между тем, суд первой инстанции не учел, что истец, находясь в транспортном средстве в момент воздействия на него парковочной платформы, безусловно испытала стресс, вызванный внезапным изменением положения автомобиля, прекратившимся после срыва двери автомобиля, что свидетельствует о пережитых нравственных страданий и является основанием для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что требования ФИО1 о компенсации морального вреда заявлены обоснованно и подлежали удовлетворению, в связи с чем, в указанной части решение суда первой инстанции подлежит отмене.

В соответствии со статьи 151, пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации определяется судом, при этом суд не связан той величиной компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть из основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов, соответствие поведения участников правоотношений принятым в обществе нормам поведения.

Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает во внимание обстоятельства дела, личность потерпевшей и степень ее страданий, принципы разумности и справедливости, и полагает возможным определить ко взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 7 500 руб., оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере не имеется.

С учетом изложенного, решение суда в данной части подлежит отмене с принятием нового решения о частичном удовлетворении заявленных требований.

Кроме того, как предусмотрено пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Оценивая обстоятельства дела, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в действиях (бездействии) ФИО1 имеются признаки грубой неосторожности, повлекшие за собой причинение вреда имуществу ФИО1

Так, ФИО1, была надлежащим образом ознакомлена с регламентом работы парковочной системы, в том числе – с тем, что время для парковки автомобиля и неподвижности платформ системы, установленное производителем, составляет 30 секунд, которые начинают истекать с момент пересечения передних колес автомобиля платформы, по истечении указанного времени система по принуждению вновь приводится в движение. Несмотря на это, истец, заехав на парковочное место № 3.7 в 17 час.04 мин., на 13 секунде выключила фары, на 16 секунде – открыла дверь автомобиля таким образом, что часть двери находилась над платформой № 3.14, при этом - продолжая оставаться в машине, в это время (по истечении парковочного времени (30 секунд)) соседняя платформа начала движение вверх, зацепив открытую водительскую дверь автомобиля.

В этой связи доводы истца об отсутствии для нее каких-либо ограничений на время парковки не могут быть приняты во внимание, поскольку в данном случае причиной повреждения имущества истца (автомобиля) стало нахождение его открытой двери над соседней платформой, а не собственно превышение 30-секундного периода времени парковки автомобиля и неподвижности платформ системы.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что действия (бездействие) ФИО1 способствовали возникновению рассматриваемого события в не меньшей степени, чем действия ФИО2, в связи с чем подлежит учету и её вина в соотношении 50 % (вина истца) и 50 % (вина ответчика), следовательно, должен быть уменьшен размер определенного судом ко взысканию в пользу истца ущерба и утраты товарной стоимости (до 306 650 руб. и 54180 руб. соответственно, исходя из расчета ((613 300 руб. х 50 %); (108360 руб. х 50 %).

Руководствуясь статьями 199, 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда

определила:

принять отказ ФИО1 от апелляционной жалобы в части несогласия с выводами суда о взыскании в ее пользу материального ущерба в размере 613 300 руб.

Решение Ленинского районного суда г. Перми от 05.02.2025 отменить в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.

Принять в отмененной части новое решение, которым взыскать с ФИО2 (паспорт **) в пользу ФИО1 (паспорт **) компенсацию морального вреда в размере 7 500 руб.

Решение Ленинского районного суда г. Перми от 05.02.2025 изменить – взыскать с ФИО2 (паспорт **) в пользу ФИО1 (паспорт **) ущерб в сумме 306 650 руб., размер утраты товарной стоимости в сумме 54180 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

В остальной части решение Ленинского районного суда г. Перми от 05.02.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 в остальной части – без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи