Апелляционное определение № 11-7654/2026 от 20 мая 2026 г.Челябинский областной суд (Челябинская область) - Гражданское Судья Болотская А.В. Дело № 2-3565/2025 УИД 74RS0031-01-2025-005943-67 дело № 11-7654/2026 21 мая 2026 года г. Челябинск Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе: председательствующего Дюсембаева А.А., судей Клыгач И.-Е.В., ФИО4, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Вдовиченко Е.В., с участием прокурора Германа А.С., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО5 на решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 11 декабря 2025 года по иску ФИО5, действующей в интересах ФИО6 к ФИО7, действующей в интересах ФИО8, о взыскании неосновательного обогащения, процентов. Заслушав доклад судьи Клыгач И.-Е.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения представителей истца ФИО5 – ФИО9, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, ответчика ФИО7 - ФИО11, полагавшей возможным считать решение суда законным и обоснованным, участвующих в деле посредством видеоконференц-связи, выслушав заключение прокурора Германа А.С., считавшего апелляционную жалобу неподлежащей удовлетворению, судебная коллегия УСТАНОВИЛА: ФИО5, действующая в интересах ФИО6, обратилась в суд с иском к ФИО7, действующей в интересах ФИО8, о взыскании неосновательного обогащения в размере 2 500 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанными в порядке ст.395 Гражданского кодекса Российской Федерации на 18 августа 2025 года в размере 322 945,21 руб. Требования мотивированы тем, что ФИО5 проживала с августа 2019 года с ФИО10 и имеет с ним общего сына - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО10 погиб в зоне СВО при исполнении обязанностей военной службы ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, сын является получателем платежей, предусмотренных законодательством в случае гибели отца на СВО. Ею с целью получения выплат 04 октября 2024 года поданы документы. Помимо сына у ФИО10 есть несовершеннолетняя дочь - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, рожденная в браке с ФИО7 В 2023 году их брак расторгнут. Ответчиком, в интересах дочери ФИО1 также 04 октября 2024 года поданы документы для получения выплат. Документы в военкомат поданы одновременно. 02 июля 2025 года истцу позвонили из Челябинской областной прокуратуры и сообщили, что ошибочно перечислили выплаты, предусмотренные Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных тара военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» в размере 5 000 000 руб. на счет ФИО7 Истец устно обращалась к ответчику с просьбой вернуть деньги, однако ФИО7 указанные денежные средства вернуть отказалась, что явилось основанием для обращения с иском в суд. Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечены АО «СОГАЗ», Министерство социальных отношений Челябинской области, Военный комиссариат Челябинской области, ОСФР Челябинской области, УСЗН администрации г. Магнитогорска. В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика ФИО7 - ФИО11 исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск. Истец ФИО5, ответчик ФИО7, третьи лица Министерство обороны, войсковая часть № 42038, АО «СОГАЗ», Министерство социальных отношений Челябинской области, Военный комиссариат Челябинской области, ОСФР Челябинской области, УСЗН администрации г. Магнитогорска, при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимали. Решением суда в иске отказано. В апелляционной жалобе ФИО5 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска. Указывает на неверный вывод суда относительно того, что истцом не представлено доказательств того, что со стороны ФИО7 не имеется признаков недобросовестного поведения, поскольку последняя не имела законных оснований на получение денежных средств в полном размере 5 000 000 руб. и доказательств того, что допущена счетная ошибка. При этом сторонами не оспаривалось, что у погибшего имеется два ребенка, истец и ответчик писали заявления на выплаты одновременно, следовательно, должны были получить выплаты в равных долях, однако, дочь ответчика получила выплаты, а сын истца нет. Суд не установил фактические обстоятельства по делу, не определил по чьей вине нарушено право истца на выплату, а также кто должен возвращать денежные средства. Истцом был подан уточненный иск, который судом не принят во внимание. При этом вместе с иском поданы доказательства передачи истцом в военкомат документов о произведении выплат сопроводительным письмом, которое подтверждает, что пакет документов на выплату по Указу Президента Российской Федерации был направлен от истца в адрес командира войсковой части вместе с документами ответчика. О неправомерности перечисления указанных денежных средств на счет ответчика сообщено в декабре 2024 года, следовательно, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, с ответчика подлежат взысканию проценты на сумму долга. Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило. Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, доказательств наличия уважительных причин неявки или наличия иных обстоятельств, препятствующих апелляционному рассмотрению, не представили. В соответствии со ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена заблаговременно на интернет-сайте Челябинского областного суда, поэтому судебная коллегия, в соответствии с положениями ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), находит возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц. Как установлено абз. 1 ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы. Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся военнослужащим в составе войсковой части №, погиб ДД.ММ.ГГГГ, смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы (извещение Военного комиссариата г.Магнитогорска №195) (т.1 л.д. 15). Членами семьи погибшего военнослужащего ФИО10 являются сын - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (свидетельство о рождении «повторное» серии V-ИВ № от ДД.ММ.ГГГГ) и дочь - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (запись акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ) (т.1 л.д.19, 42-43). Согласно ответу Военного комиссариата г.Магнитогорска от 26 сентября 2025 года ФИО10 призван на военную службу ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 44). По факту гибели при выполнении задач в ходе специальной военной операции ФИО10 военным комиссариатом в войсковую часть направлены заявления: ФИО5, законного представителя - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО7, законного представителя - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, для осуществления единовременных выплат, установленных Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98, страховых сумм в соответствии с ФЗ-52 от 28 марта 1998 года «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих», единовременного пособия в соответствии с Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ, о выплате денежного довольствия, возмещения ритуальных услуг (исх. № п/5920 от 07 октября 2024 года). Сведения о том, производились ли или производятся выплаты в военный комиссариат г.Магнитогорск Челябинской области не поступали. По данным Министерства социальных отношений Челябинской области от 12 ноября 2025 года, в целях социальной поддержки отдельных категорий граждан в связи с проведением специальной военной операции в Челябинской области на основании Закона области от 29 июня 2022 года №623-ЗО «О дополнительных мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан в связи с проведением специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области, Херсонской области и Украины» на лицевые счета ФИО7 и ФИО5 направлены выплаты, а именно единовременная выплата - 50 000 руб. для мобилизованных граждан, для их детей в возрасте до 18 лет - 20 000 руб. Указанные выплаты назначены 04 и 05 декабря 2022 года (т.1 л.д.72-73). Исходя из представленной ответчиком выписки по счету открытому на имя несовершеннолетней ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ поступил платеж «социальные выплаты отдельным п/п» на сумму 5000 000 руб. (т.1 л.д.95-101), что также подтверждается и платежным поручением от 09 декабря 2024 года № 215397, по которому ФКУ войсковая часть № 94917 перечислила на счет ФИО1 единовременную выплату 5 000 000 руб. (т.1 л.д. 194). Из ответа прокуратуры Орджоникидзевского района г. Магнитогорска Челябинской области от 02 декабря 2025 года и прокуратуры Челябинской области материалов проверок, по вопросу ошибочно перечисленных денежных выплат от ФИО5, предусмотренных Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» не поступало, не регистрировалось и не рассматривалось (т.1 л.д. 102). Согласно ответу АО «СОГАЗ», на основании заключенных между АО «СОГАЗ» и Министерством обороны Российской Федерации договоров страховщик производит выплаты, предусмотренные Федеральным законом от 28 марта 1998 года №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» и ч. 8, 12, 12.1 ст. 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», выплаты, предусмотренные иными нормами законодательства Российской Федерации для военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и членов их семей, АО «СОГАЗ» не осуществляет. 15 января 2025 года в АО «СОГАЗ» из войсковой части № 42038 поступили заявления на выплату страховой суммы от ФИО7, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1 и ФИО5, действовавшей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, по факту смерти ФИО10 Указанным выгодоприобретателям выплачено страховое возмещение в размере 3 541 597,80 руб. и единовременное пособие в размере 5 312 396,70 руб. в равных долях (т.1 л.д. 126-168). Разрешая заявленные требования, суд, руководствуясь ст.ст. 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), Федеральным законом от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных тара военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, исходил из того, что поскольку полученные ответчиком денежные средства относятся к выплатам, предоставленным гражданину в качестве средств к существованию, в частности возмещение вреда, причиненного жизни военнослужащего ФИО10, при этом недобросовестность ответчика и счетная ошибка отсутствуют, то в силу п. 3 ст. 1109 ГК РФ, они не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку обжалуемый судебный акт принят в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте. Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, судом не допущено. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судебная коллегия отклоняет, как несостоятельные, исходя из следующего. В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абз. 4 п. 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П). Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (п. 1 ст. 24 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (п. 3 ст. 2, ст. 4 и п. 2 ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ) и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями восьмой - десятой ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей». В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить - последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 данного Кодекса. Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (подп. 3 ст. 1109 ГК РФ). Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которое лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке. По смыслу положений подп. 3 ст.1109 ГК РФ, не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает исключения из этого правила, а именно излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется и бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 года № 10-П содержащееся в гл. 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использования института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечения с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям. Таким образом, нормы ГК РФ о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться, в частности, в рамках правоотношений, связанных с предоставлением мер государственной поддержки, направленных на обязательное страхование жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных сил Российской Федерации и граждан, призванных на военные сборы, так же как и единовременное пособие, подлежащее выплате на основании положений Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98. Из правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 февраля 2018 года № 10-П, применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания выплаченных гражданину денежных сумм в виде мер государственной поддержки, направленных на обязательное страхование жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных сил Российской Федерации и граждан, призванных на военные сборы, так же как и единовременное пособие, подлежащее выплате на основании положений Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была оказана такая мера государственной поддержки. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (части 1 и 2 ст. 39 Конституции Российской Федерации). Принимая во внимание исковые требования, возражения ответчика, относительно иска и регулирующие спорные отношения нормы материального права, по настоящему делу юридически значимым являлось определение недобросовестности в действиях ФИО7, действующей в интересах ФИО1, при получении последней как выгодоприобретателем выплаты в результате смерти военнослужащего ФИО10 при реализации права на предоставление ей названных мер государственной поддержки. При этом обязанность доказать недобросовестность ФИО7 законного представителя несовершеннолетней ФИО1 (дочери погибшего военнослужащего), получивших выплату в указанном выше размере, возлагается на лицо, требующее возврата излишне выплаченных ответчику сумм, поскольку добросовестность гражданина по требованиям о взыскании излишне выплаченных выплат, с учетом наличия еще одного выгодоприобретателя – несовершеннолетнего сына погибшего - ФИО2, исходя из подп. 3 ст. 1109 ГК РФ, презюмируется. Вместе с тем, из материалов дела следует, что документы на выплату сданы законными представителями детей одновременно, выплаты произведены войсковой частью, при этом в действиях ФИО7 при оформлении указанной выплаты в интересах несовершеннолетней дочери не усматриваются недобросовестные действия, в том числе указанные в ст. 10 ГК РФ. При таких обстоятельствах, доводы истца о том, что основанием для удовлетворения заявленного иска является факт получения ответчиком денежных средств в размере, превышающем размер положенных несовершеннолетней ФИО1 (дочери погибшего военнослужащего) выплат, так как выплата предназначена для получения, в том числе и иному выгодоприобретателю военнослужащего (в данном случае ФИО2), при не установлении факта недобросовестности в действиях ФИО7 законного представителя несовершеннолетней ФИО1, нельзя признать состоятельными, так как они основываются на неверном толковании норм права. Также, судебная коллегия отмечает, что согласно Приказа Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации от 7 марта 2022 года № 66 определен Порядок назначения и осуществления единовременных выплат, установленных Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» (далее - Порядок). Пунктом 11 Порядка установлено, что решение о назначении выплат принимается командиром (начальником) воинской части (организации) на основании заключения и оформляется приказом командира (начальника) воинской части (организации) (далее - приказ) по последнему месту прохождения военной службы (службы) погибшим (умершим) военнослужащим (сотрудником, гражданином, уволенным с военной службы (со службы). При этом срок оформления приказа не должен превышать 10 рабочих дней (в центральном аппарате Росгвардии - 12 рабочих дней) со дня получения рапорта военнослужащего (сотрудника), письменного заявления гражданина, уволенного с военной службы (со службы), членов семьи, братьев (сестер) при отсутствии членов семьи и документов, указанных в п. 4 настоящего Порядка. Учитывая изложенное, положениями Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» обязательство по выплате выгодоприобретателю денежных средств возложено на войсковую часть. При этом сам по себе факт того, что войсковая часть при выплате денежных средств ответчику исчерпал лимит ответственности, предусмотренный законодательством, не свидетельствует как о наличии безусловного основания для взыскания с ответчика неосновательного обогащения, так и о надлежащем исполнении обязательства по выплате денежных средств всем выгодоприобретателям погибшего военнослужащего при наличии всех предусмотренных законом условий для выплаты такой суммы в равных долях иному выгодоприобретателю. В данном случае, выплатив ответчику денежные средства в полном объеме, а не в равной доли, войсковая часть признало себя обязанной по выплате такого возмещения по данному случаю, при этом войсковая часть, производя выплаты, не основывалась на сообщенных ответчиком ложных сведениях или представленных подложных документах. Указание на наличие счетной ошибки при делении на равные части денежных средств между членами семьи погибшего военнослужащего, в связи с чем итоговый размер выплаченных средств оказался разным, не влечет отмену обжалуемого судебного постановления, так как не имеет правового значения с учетом оснований предъявленного иска, а именно истребование излишне выплаченных сумм в виду наличия иного выгодоприобретателя погибшего военнослужащего. Ссылка на иную судебную практику по аналогичным спорам, согласно которым были сделаны выводы, прямо противоположные изложенным в оспариваемом судебном постановлении, что недопустимо и является нарушением единообразия судебной практики, не может служить основанием для отмены судебного постановления, поскольку юридический прецедент не является официальным источником права в Российской Федерации, а представляет собой применение нормы права с учетом конкретных обстоятельств дела. Доводы представителя истца, изложенные в ходе разбирательства в суде апелляционной инстанции, о не надлежащем извещении ФИО5 в суде первой инстанции, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку то обстоятельство, что после объявленного в судебном заседании 03 декабря 2025 года перерыва до 11 декабря 20205 года суд не направил в адрес истца соответствующего извещения, а после перерыва 11 декабря 2025 года не исследовал причины неявки истца, о ненадлежащем извещении заявителя не свидетельствует, поскольку в силу п.3 ст.157 ГПК РФ после окончания перерыва судебное заседание продолжается, повторного извещения сторон о судебном заседании не требуется. При этом о судебном заседании, назначенном на 03 декабря 2025 года, а также на 11 декабря 2025 года истец была извещена надлежащим образом, что следует из ее заявлений в суд о рассмотрении дела в свое отсутствие (т.1 л.д. 125, 170). Также несостоятельны и доводы о том, что суд необоснованно не принял уточненное исковое заявление, поскольку они также не являются безусловным основанием для удовлетворения апелляционной жалобы, так как отказывая в принятии уточненного иска, суд первой инстанции исходил из того, что уточненное исковое заявление является самостоятельным иском, заявленным, в том числе и к иным ответчикам с иным предметом доказывания. Так, вопреки доводам, отказ в принятии уточненного искового заявления являлся мотивированным, что следует из аудиозаписи судебного разбирательства. Суд пришел к выводу о том, что требование о взыскании денежных средств в солидарном порядке с ФИО7, действующей в интересах ФИО1, Министерства обороны Российской Федерации, войсковой части №42038 с обоснованием таких требований в виде как неосновательного обогащения, так и убытков, не является изменением основания или предмета ранее заявленного иска или увеличением ранее заявленных исковых требований, а является новым иском с самостоятельным предметом и основанием. Следовательно, предъявление такого требования не являлось реализацией истцом прав, указанных в ч. 1 ст. 39 ГПК РФ. Соответственно, указанный новый иск имеет свой круг обстоятельств, имеющих значение для дела и подлежащих доказыванию, которые ранее судом не исследовались, а также влечет необходимость привлечения новых лиц, участвующих в деле. Отказ суда в принятии нового иска к производству суда не нарушает право истца на судебную защиту и доступ к правосудию, поскольку не препятствует обращению с таким иском в общем порядке путем предъявления самостоятельного искового заявления. Доводы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, что выразилось в не привлечении к участию в деле войсковой части в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в соответствии со ст. 43 ГПК РФ, являются необоснованными, и не могут служить основанием для отмены судебного постановления в апелляционном порядке, поскольку как следует из материалов дела войсковая часть 42038 привлечена судом первой инстанции к участию в деле в качестве третьего лица, при этом иных ходатайств о привлечении иных третьих лиц (войсковых частей) истцом не заявлялось, обстоятельств, свидетельствующих, что состоявшимися по делу судебными постановлениями разрешен вопрос о правах и обязанностях указанных лиц, истцом не приведено. Заявитель не указывает, как не привлечение данного лица в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, могло повлиять на выводы суда при принятии решения. При таких обстоятельствах, при рассмотрении настоящего гражданского дела судом первой инстанции не допущено нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного судебного постановления. С учетом изложенного, оснований для отмены или изменения оспариваемого судебного постановления по доводам апелляционной жалобы заявителя не имеется. Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия ОПРЕДЕЛИЛА: Решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 11 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО5, действующей в интересах ФИО6, - без удовлетворения. Председательствующий Судьи Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03 июня 2026 года. Суд:Челябинский областной суд (Челябинская область) (подробнее)Иные лица:Прокуратура Орджоникидзевского р-на г. Магнитогорска (подробнее)Судьи дела:Клыгач Ирина-Елизавета Владимировна (судья) (подробнее)Судебная практика по:Злоупотребление правомСудебная практика по применению нормы ст. 10 ГК РФ Неосновательное обогащение, взыскание неосновательного обогащения Судебная практика по применению нормы ст. 1102 ГК РФ |