Решение № 2-368/2018 2-7/2019 2-7/2019(2-368/2018;)~М-328/2018 М-328/2018 от 24 февраля 2019 г. по делу № 2-368/2018

Дело № 2-7/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Вяземский 25 февраля 2019 года

Вяземский районный суд Хабаровского края в составе:

председательствующего судьи Якина А.А.,

при секретаре Антоновой О.Ю.

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца – адвоката Шахно Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о признании утратившей право пользования жилым помещением и встречный иск ФИО4 к ФИО1 и ФИО6 о восстановлении срока исковой давности, признании права пользования жилым помещением – домом <адрес>, признании права собственности на 1/4 долю жилого <адрес>

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании утратившей право пользования жилым помещением, мотивировав свое требование тем, что на основании свидетельства о государственной регистрации права с 27 июня 2001 года она и ФИО6 являются собственниками дома по адресу: <адрес>. В доме зарегистрирована ФИО4, которая более 10 лет в спорном жилье не проживает, в доме не имеется её личных вещей, та не несет бремени содержания жилого помещения, не производит оплату коммунальных услуг. Около года назад ответчица приобрела в собственность квартиру по адресу: <адрес>, где она и проживает на данный момент. Регистрироваться по месту своего фактического проживания ответчица не желает, объясняя это выгодой при оплате коммунальных услуг фактического места проживания. Она (ФИО1) как собственник спорного жилого помещения не может оформить субсидию на дом и справку на социальную стипендию младшему сыну, который поступил учиться в высшее учебное заведение.

На основании вышеизложенного ФИО1 просила признать ФИО4 утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

Ответчик ФИО4 обратилась со встречным иском к ФИО1 и ФИО6 о восстановлении срока исковой давности, признании права пользования жилым помещением – домом <адрес>, признании права собственности на 1/4 долю жилого <адрес>, мотивировав свои требования тем, что она является дочерью ФИО6, который владеет на праве долевой собственности спорным жилым помещением. <адрес> был приобретен в результате возмездной сделки на денежные средства от продажи квартиры по адресу: <адрес>. Указанная квартира была предоставлена её матери - ФИО5, которая в последующем оформила квартиру в собственность. На момент приватизации в <адрес> проживали: ФИО5, муж - ФИО6 и две дочери ФИО4, ФИО9. На момент приватизации квартиры дочери являлись несовершеннолетними. ФИО5, получая в собственность квартиру по договору передачи жилой квартиры в собственность, и регистрируя впоследствии право собственности на данное жилое помещение, обязана была на основании Закона «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» обеспечить права дочерей на участие в приватизации квартиры. Согласно ст. 7, 11 Закона «О приватизации жилищного фонда в РФ» в договор передачи жилого помещения в собственность, включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность. В соответствии со ст.ст. 28 и 37 ГК РФ опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать некоторые сделки, в том числе влекущие отказ от принадлежащих подопечному прав, а попечитель давать согласие на совершение таких сделок, отказ от участия в приватизации может быть осуществлен родителями и усыновителями несовершеннолетних, а также их опекунами и попечителями лишь при наличии разрешения указанных выше органов. Однако, ФИО5 этого сделано не было. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умерла, в связи с чем ФИО6 вступил в вправо наследования указанной квартирой. Права несовершеннолетних ФИО2 и ФИО9 как наравне с супругом умершей, наследников первой очереди также были нарушены, так в свидетельство о праве на наследство, дочери умершей включены не были. 31.12.1999 между ФИО1 и ФИО6 был зарегистрирован брак. 28.06.2001 по договору купли-продажи без учета прав несовершеннолетних квартира <адрес> была продана и приобретен дом <адрес> в совместную собственность ФИО1 и ФИО6. С учетом того, что она (ФИО4) являлась несовершеннолетней, её права на приватизацию, наследство по закону, а также сохранение жилищных прав были нарушены и при покупке <адрес> на её имя должно было быть оформлено право собственности на 1/4 доли указанного дома.

На дату заключения договора передачи в порядке приватизации жилой квартиры в собственность, а также в последующем оформлении свидетельства о праве на наследство и договора купли-продажи у ФИО4 не возникло полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособности. Она не является стороной ничтожной сделки. Никто из её родителей, не указывает, что они их ребенку сообщили о совершенной с нарушением её прав сделке по приватизации квартиры, и последующей продаже. Рассматриваемый случай следует отнести к исключительному случаю, когда законные представители ребенка не надлежаще исполняют возложенные на них законодательством родительские обязанности, действуют вопреки интересам ребенка. Так, отец - ФИО6 произвел отчуждение квартиры <адрес> и не приобрел ей другое жилое помещение. Учитывая, что она узнала о нарушении своих прав менее чем год назад, полагала возможным восстановить срок исковой давности.

На основании вышеизложенного ФИО4 просила восстановить срок исковой давности, признать за ней право пользования жилым помещением – домом <адрес>, признать право собственности на 1/4 долю жилого <адрес>.

Истец ФИО1 в судебном заседании свое исковое требование поддержала, привела в обоснование доводы, изложенные в иске, дополнительно пояснила, что ФИО4 не проживает в доме <адрес> около 12 лет. Вернуться и проживать в доме она попыток не предпринимает. Ответчик приобрела квартиру в <адрес>, работает в строительной компании в том же городе. Выезд из дома ФИО4 был добровольным. Регистрация в спорном жилье ей была предоставлена, так как у неё не было постоянного жилья. Её (ФИО1) младший сын - ФИО9 поступил в учебное заведение, и имеет возможность получать социальную стипендию. Для этого необходимо предоставить сведения о доходах всех членов семьи. Старшая дочь снялась с регистрационного учета самостоятельно, а ФИО4 отказалась, ссылаясь на то, что ей это не выгодно. Участие в содержании дома и расходы по содержанию ФИО4 не несет. Встречные исковые требования ФИО4 не признала, и пояснила, что, по её мнению, факт приобретения ею и ФИО6 дома <адрес> не имеет никакого отношения к продаже <адрес> До заключения брака с ФИО6 у неё был свой дом. 31.12.1999 года она с ФИО6 заключили брак. 27 июня 2001 года, будучи в браке, она и ФИО6 приобрели жилой дом <адрес>. Дом приобретался на совместные денежные средства, что зафиксировано в договоре купли-продажи. Квартиру № ФИО6 продал на следующий день после приобретения дома, то есть 28 июня 2001 года. В вопросы принятия наследства, открывшегося после смерти жены ФИО6, она не вникала.

Представитель истца - адвокат Шахно Л.А. исковое требование ФИО1 поддержала, встречные исковые требования ФИО4 не признала, и пояснила, что выезд ответчика из дома <адрес>, по её мнению, является добровольным. ФИО4 приобрела в г. Хабаровске квартиру, имеет место работы в том же населенном пункте. В настоящее время ответчик не является членом семьи ФИО1. Брак между ФИО1 и ФИО6 расторгнут. Истцу необходима субсидия, а для этого нужна справка о доходах всех зарегистрированных в доме лиц. Встречные требования ФИО4 считала необоснованными, поскольку та просит признать за ней право на имущество, которое принадлежит супругам ФИО7, и не входило в наследственную массу после смерти её матери. ФИО4 было известно, что дом был приобретен в собственность её отцом и ФИО1 До 18 лет ФИО4 проживала в доме, имела доступ ко всем документам и знала, что у её родных была квартира, также знала и об её продаже. Считала, что срок исковой давности ФИО4 пропущен, поскольку доказательств того, что ФИО4 узнала год назад о своих нарушенных правах, та не представила.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не прибыла. О времени и месте судебного заседания ответчик ФИО4 была уведомлена надлежащим способом. О причине своей неявки ответчик ФИО4 суд не известила и не просила об отложении судебного заседания. Учитывая вышеуказанные обстоятельства, суд посчитал причину неявки ответчика ФИО4 в судебное заседание, неуважительной, и, учитывая мнение истца и его представителя, настаивавших на рассмотрении дела по существу, суд посчитал возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие ответчика ФИО4.

В судебном заседании 22 ноября 2018 года, ответчик ФИО4 иск ФИО1 не признала, на своих исковых требованиях настаивала, и пояснила, что после окончания 11 классов она ушла из дома, стала проживать в г. Хабаровске. Она приезжала в Вяземский домой, но мачеха её выгоняла, говорила, чтобы та шла жить к бабушке. В спорном доме она не проживает уже 13 лет. В 2011 году после окончания ВУЗа она приезжала домой. После она устроилась в г. Хабаровске на работу в управляющую компанию «Сервис Центр», потом устроилась на работу в ООО «ДЭСК» и в указанной организации работает по настоящее время. В 2017 году она приобрела квартиру по адресу <адрес> в настоящее время она проживает в указанном жилом помещении. До этого времени у неё постоянного места жительства не было, проживала в арендуемых квартирах. Два года назад она приезжала в <адрес> на юбилейный день рождения ФИО1, а год назад приезжала в дом затем, чтобы взять поквартирную карточку. Когда погибла мать, ей было 9 лет. К нотариусу по поводу наследства она не обращалась. Год назад она обратилась в ФГБУ Росреестр и узнала, что она собственником дома <адрес> не является. Регистрацию в спорном доме она сохранила, так как считала, что часть жилого помещения принадлежит ей. Также она уверена, что регистрация в указанном доме не мешает получать стипендию брату. ФИО1 не обращалась к ней с просьбой предоставить справку о доходах, ФИО6 по поводу справки также ей ничего не говорил. Ей известно, что сначала супруги ФИО7 приобрели дом, а затем отец продал квартиру.

Представитель ответчика ФИО4 - Юн А.В. в судебном заседании 22 ноября 2018 года возражал против иска ФИО1, встречный иск ФИО4 поддержал, и пояснил, что, по его мнению, ФИО4 имеет право на долю в праве дома <адрес>. Сделки купли продажи дома и квартиры происходили одновременно. Считал, что права ФИО4 были нарушены при приватизации квартиры, и при процедуре наследования. ФИО6 обязан был при вступлении в наследство, открывшееся после смерти жены, выделить долю своим несовершеннолетним детям. Считал, что дом <адрес> был куплен на деньги, полученные от продажи квартиры.

ФИО6, имеющий в рамках первичного иска статус третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, и приобретший статус ответчика в связи с подачей встречного иска, в судебное заседание не прибыл. О времени и месте судебного ФИО6 был надлежащим способом извещен, о причине своей неявки суд не известил и не заявлял ходатайства об отложении слушания дела. Принимая во внимание указанные обстоятельства, и учитывая мнение истца и его представителя, суд признал причину неявки ФИО6 неуважительной и посчитал возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие вышеуказанного лица.

Из пояснений ответчика ФИО6 в судебном заседании 22 ноября 2018 года следует, что тот возражал против иска ФИО1, поддержал исковые требования ФИО4 и пояснил, что квартиру <адрес> он получил в период работы на ДРСУ. Приватизировала квартиру его супруга - ФИО5, а он никакого участия в приватизации квартиры не принимал. В его собственности был гараж. После смерти супруги он принял наследство, открывшееся после смерти ФИО5, и обратил квартиру в свою собственность. ФИО1 нашла покупателя на его квартиру и продавца на свой дом. Когда подписали договор купли продажи на дом, он не помнит. Утверждал, что дом <адрес> приобретался на средства от продажи гаража и квартиры.

Представитель ФИО6 – ФИО10 в судебное заседание не прибыла. О времени и месте судебного заседания представитель была уведомлена надлежащим способом. О причине своей неявки ФИО10 суд не известила и не просила об отложении судебного заседания.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования на предмет спора: ФИО11, нотариус нотариального округа «Город Вяземский» ФИО12, в судебное заседание не явились, о дне и времени рассмотрения дела извещались по правилам ст. 113 ГПК РФ. Учитывая вышеуказанные обстоятельства, мнение истца и его представителя, настаивавших на рассмотрении дела по существу, суд посчитал возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие вышеуказанных лиц.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора – ОМВД России по Вяземскому району в судебное заседание не прибыл, до судебного заседания представил заявление с просьбой рассмотреть дело без его участия.

Выслушав пояснения сторон, и их представителей, допросив свидетелей, и изучив материалы гражданского дела, и дополнительные материалы, полученные по запросу суда в связи с ходатайствами сторон, суд пришел к следующему.

Статья 304 ГК РФ предусматривает, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его прав, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно решению Краевого государственного казенного учреждения «Центр социальной поддержки населения по Вяземскому району» от 30.11.2018 года (протокол № 738) ФИО1 отказано в назначении МСП «Субсидия на оплату жилья и коммунальных услуг», в связи с непредоставлением сведений о доходах ФИО4 за 6 месяцев перед обращением за субсидией.

В соответствии со ст. 3 ФЗ «О праве граждан на свободу передвижения, выбора места жительства в переделах РФ» граждане Российской Федерации обязаны регистрироваться по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации.

В соответствии со ст. 7 этого же закона, основанием снятия граждан с регистрационного учета является выселение из занимаемого жилого помещения или признание утратившим право пользования жилым помещением – на основании вступившего в законную силу решения суда.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 и ФИО6 являются собственниками дома, расположенного по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 27.06.2011 года.

Согласно справки администрации городского поселения «Город Вяземский» от 28.08.2018 года, ФИО4 значится зарегистрированной по адресу: <адрес>.

Из содержания адресной справки ОМВД России по Вяземскому району следует, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрирована по адресу <адрес> 23 января 2003 года по настоящее время

Из пояснений истца ФИО1 следует, что ФИО4 более 10 лет не проживает в спорном жилом помещении, не имеет личных вещей в доме, не несет бремени содержания жилого помещения, не производит оплату коммунальных услуг, имеет в собственности квартиру в г. Хабаровске, где в настоящее время и проживает.

Из показаний свидетеля ФИО16 следует, что она проживает в <адрес>. Она знакома с ФИО1 и с ФИО4. Последние 4-5 лет она ФИО4 не видела. Со слов ФИО1 ей известно, что ФИО4 работает и проживает в г. Хабаровске. Факты того, что ФИО1 выгоняла ФИО4 из дома или не пускала ту в дом, ей неизвестны. С ФИО4 она не общалась, а когда та приезжала, то просто с ней здоровалась.

Из показаний свидетеля ФИО17 следует, что она часто бывает в гостях у ФИО1, так как дружит с ней 20 лет. Ей знаком ФИО6, также сын ФИО9. Дочь Ирину она ни разу не видела в доме истца. Со слов ФИО1 она знает, что ФИО4 живет в г. Хабаровске. Причины, по которым ФИО4 не приезжает в гости, ФИО1 ей не рассказывала.

У суда нет оснований ставить под сомнение достоверность сведений, сообщенных суду истцом, и свидетелями. Ответчик ФИО4 в судебном заседании не отрицала то, что на протяжении 13 лет она не проживает в доме <адрес>, имеет постоянное место работы в предприятии, находящемся в г. Хабаровске, в 2017 году приобрела квартиру, находящуюся по адресу <адрес>, в которой по настоящее времени и проживает.

Согласно справки от 21.11.2018 года, ФИО4 работает в ООО «Дальневосточная энергосервисная компания» в г. Хабаровске с 01.02.2013 по настоящее время.

С учетом вышеперечисленных обстоятельств, следует, что ответчик ФИО4 в течение 13 лет, добровольно, без каких либо уважительных причин, не проживает в спорном жилом помещении, не предпринимала действий к вселению в дом <адрес>, с 2013 года имеет постоянное место работы в г. Хабаровске, с 2017 года имеет на праве собственности жилье в г. Хабаровске, в котором проживает по настоящее время, в связи с чем, суд пришел к выводу, что иск ФИО1 к ФИО4 о признании ответчика утратившей право пользования жилым помещением подлежат удовлетворению.

Разрешая спор по встречному иску ФИО4 к ФИО1, ФИО6 о восстановлении срока исковой давности, признании права пользования жилым помещением – домом <адрес>, признании права собственности на 1/4 долю спорного жилого дома, суд пришел к следующему.

В судебном заседании установлено, что 23 апреля 1993 года ФИО5, приходящаяся матерью ответчику ФИО4, на основании договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан № 1576, в порядке бесплатной приватизации приобрела в собственность квартиру <адрес>. В заявлении ФИО5 зафиксированы сведения о супруге заявителя – ФИО6 и дочерях: ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и Ирине ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 07 февраля 1998 года ФИО5 умерла. 03 сентября 1998 года нотариусом города Вяземский Хабаровского края ФИО12 ФИО6, на основании поданного тем заявления, выдано свидетельство о праве на наследство по закону. Наследственное имущество состояло из благоустроенной квартиры <адрес> площадью 47 кв.м., жилой площадью 27,6 кв. м..

Указанные сведения подтверждаются копиями материалов приватизационного дела ФИО5, копиями наследственного дела №, открытого по заявлению ФИО6 от 13 мая 1998 года, после смерти ФИО5, копией договора купли-продажи жилого дома от 27 июня 2001 года, копией договора купли-продажи квартиры от 28 июня 2001 года.

Согласно статьи 7 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в ред. Закона РФ от 23.12.1992 № 4199-1), действующей на момент заключения договора о передаче квартиры ФИО23 в собственность ФИО5, передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается.

Часть вторая, вышеуказанной статьи, предусматривающая то, что в договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением, введена Федеральным законом от 11.08.1994 № 26-ФЗ, то есть после обращения ФИО13 квартиры № в свою собственность.

Таким образом, ссылка встречного искового заявления ФИО4 на то, что она, в силу положений ч. 2 вышеуказанной статьи Закона, имела право на участие в приватизации квартиры №, является несостоятельной.

Ссылки искового заявления на положения ст. 28 и 37 Гражданского кодекса РФ суд также находит несостоятельными, поскольку на момент заключения с ФИО5 договора о приватизации квартиры, указанный Закон не действовал.

Согласно статье 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации право наследования гарантируется. Данная норма реализуется в процессе применения гражданского законодательства при осуществлении конкретных прав граждан, являющихся наследниками по завещанию и по закону.

На момент обращения ФИО6 к нотариусу за получением свидетельства о праве на наследство по закону, действовал Гражданский кодекс РСФСР.

Согласно ст. 532 ГК РСФСР, при наследовании по закону наследниками в равных долях являются в первую очередь - дети (в том числе усыновленные), супруг и родители (усыновители) умершего, а также ребенок умершего, родившийся после его смерти.

В силу положений ст. 535 ГК РСФСР, несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя (в том числе усыновленные), а также нетрудоспособные супруг, родители (усыновители) и иждивенцы умершего наследуют, независимо от содержания завещания, не менее двух третей доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля). При определении размера обязательной доли учитывается и стоимость наследственного имущества, состоящего из предметов обычной домашней обстановки и обихода.

Исходя из статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, в статье 535 ГК РСФСР установлено право на обязательную наследственную долю, ограничивающее свободу завещания в целях материального обеспечения несовершеннолетних и нетрудоспособных наследников, которые нуждаются в особой защите и в силу этого не могут быть отстранены от наследования. Однако такое ограничение права наследника по завещанию не противоречит статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, предусматривающей возможность ограничения федеральным законом прав и свобод человека и гражданина лишь постольку и лишь в той мере, в какой это не только презюмируется, но действительно является необходимым в целях защиты прав и законных интересов других лиц.

В материалах наследственного дела, открытого после смерти ФИО5, имеется справка о составе семьи ФИО6, в то числе о несовершеннолетних ФИО24 и ФИО4.

Учитывая положения вышеперечисленных норм права, суд пришел к выводу, что в случае разрешения заявления ФИО3 о получении свидетельства о праве на наследство по закону, оснований для безусловного включения указанных несовершеннолетних в состав наследников и в содержание свидетельства о праве на наследство по закону, с определением долей в наследуемом имуществе, у нотариуса не имелось.

В судебном заседании из пояснений сторон и представленных документов, судом установлено, что 27 июня 2001 года, ФИО1 и ФИО6, будучи в браке, на основании договора купли-продажи приобрели у ФИО25 жилой дом по адресу <адрес>, находящийся на земельном участке мерой 975 кв.м., общей площадью 100,9 кв.м., жилой площадью 65,1 кв.м.. Стоимость жилого дома 130000 рублей на момент подписания договора уплачена покупателями продавцу полностью. 28 июня 2001 года ФИО6 на основании договора купли-продажи от указанного числа продал квартиру <адрес> за 96000 рублей ФИО8.

Указанные сведения подтверждаются копией договора купли-продажи жилого дома от 27 июня 2001 года, копией договора купли-продажи квартиры от 28 июня 2001 года, свидетельством о государственной регистрации права серии № от 27 июня 2001 года.

Согласно ч. 1 ст. 34 Семейного кодекса РФ, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Частью 2 и 3 вышеуказанной статьи Законам определено, что к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (ч.2) Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода (ч. 3)

Ответчик ФИО4 стороной вышеуказанных договоров не являлась и действительность и законность вышеуказанных договоров не оспаривала. Кроме того, ФИО4 не является членом семьи собственников жилого помещения, имеет в собственности жилое помещение, находящееся в другом населенном пункте, в котором постоянно проживает.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований о признании за ФИО4 права собственности на 1/4 долю дома <адрес>, и признания права пользования домом № в г. Вяземском, суд не нашел.

По требованию о восстановлении срока исковой давности, суд пришел к следующему.

В силу ст. 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Статьей 200 ГК РФ предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу положений ст. 205 ГК РФ, в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Из пояснений ответчика ФИО4 следует, что о нарушении своих прав та узнала в октябре 2017 года, когда ознакомилась с документами, содержащими информацию о лицах, зарегистрированных в квартире <адрес> и с копией договора купли-продажи указанной квартиры. Со встречным иском ФИО4 обратилась в суд 24 сентября 2018 года.

Учитывая то, что ответчик ФИО4 до 17 лет была членом семьи ФИО1 и ФИО6, достигла совершеннолетия свыше 12 лет назад, имеет высокий уровень образования, а также то, что ответчик не представила достоверных доказательств того, что о нарушении своих предполагаемых прав по факту приватизации ФИО5 квартиры в 1993 году и по факту вступления ФИО6 в наследство в 1998 году она узнала только в октябре 2017 года, суд пришел к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности для защиты своего предполагаемого права, и оснований для восстановления срока исковой давности, нет.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

За подачу иска в суд истцом ФИО1 оплачена государственная пошлина в сумме 300 рублей, что подтверждается чек-ордером от 28 августа 2018 года. В обоснование понесенных судебных расходов за услуги представителя, истцом ФИО1 представлены соглашение об оказании юридической помощи от 23 октября 2018 года и квитанция № 2 от 22 января 2019 года, согласно которой ФИО1 уплатила адвокату Шахно Л.А. за участие в гражданском деле в качестве представителя 9000 рублей.

Поскольку решение суда принято к пользу истца, с ответчика ФИО4 следует взыскать в пользу истца 9300 рублей, в счет возмещения затрат истца на судебные расходы.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить.

Признать ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженку <адрес>, утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

ФИО4 в иске к ФИО1 и ФИО6 о восстановлении срока исковой давности, признании права пользования жилым помещением – домом <адрес>, признании права собственности на 1/4 долю жилого дома <адрес>, отказать.

Решение суда является основанием для снятия ФИО4 с регистрационного учета по адресу: <адрес>.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 в счет возмещения понесенных судебных издержек 9300 (девять тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Вяземский районный суд в течение одного месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято судом 02 марта 2019 года.

Председательствующий судья А.А.Якин