Решение № 2-220/2017 2-220/2017(2-3839/2016;)~М-3451/2016 2-3839/2016 М-3451/2016 от 22 мая 2017 г. по делу № 2-220/2017

Дело № 2-220/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 мая 2017 года г.Смоленск

Промышленный районный суд города Смоленска в составе:

председательствующего судьи Шиловой И.С.,

при секретаре Потапенковой А.А.,

с участием прокурора Александровой Ю.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО2, к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью кормильца в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, действующая в интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО2, обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью кормильца в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в 21 час. на 28 км. автодороги Северо-Восточный обход <адрес> М-1 ФИО3, управляя автомашиной Мерседес Бенц 709Д, гос.рег.знак № совершила наезд на пешехода ФИО10, который от полученных телесных повреждений скончался на месте. На иждивении ФИО10 находились несовершеннолетние дети ФИО1 и ФИО2

Просит суд взыскать с ответчика в пользу несовершеннолетних ФИО1 и ФИО2 в счет компенсации морального вреда по потери кормильца <данные изъяты> руб. в равных долях, а также в возмещение судебных расходов в размере <данные изъяты> руб.

В судебном заседании истец ФИО4 и ее представитель ФИО7 исковые требования поддержали в полном объеме. Дополнительно пояснили, что обязанность по возмещению морального вреда должна быть возложена на ответчика, как на владельца источника повышенной опасности. С погибшим она совместно проживала с 2000 года без регистрации браки, вели общее хозяйство, воспитывали детей.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, представив письменные возражения, дополнительно пояснив, что факт наезда на ФИО10 она не оспаривает, однако, полагала, что за время рассмотрения сообщения о преступлении, нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, допущенных ей, состоящими в причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения смерти пешеходу ФИО8 не установлено. Таким образом, в ее действиях отсутствует объективная сторона преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ. Просила в иске отказать.

Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Статья 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для возникновения обязательства вследствие причинения вреда обязательными условиями являются наличие самого вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступлением вреда и противоправным поведением, а также вина причинителя вреда.

Вместе с тем, в силу ч.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в т.ч. использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как разъяснено в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданин», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 21 час. (точное время не установлено) водитель ФИО3, управляя автомашиной Мерседес Бенц 709Д, гос.рег.знак № двигаясь по 28 км. автодороги Северо-Восточный обход <адрес> в направлении автодороги Москва – <адрес>, совершила наезд на пешехода ФИО8 двигающегося в попутном направлении в районе осевой линии.

В результате дорожно-транспортного происшествия пешеход ФИО8, от полученных телесных повреждений скончался на месте происшествия.

На иждивении ФИО10 находились несовершеннолетние ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), которым погибший приходился отцом.

ДД.ММ.ГГГГ следователем по особо важным делам Следственной части Следственного Управления УМВД России по <адрес> в возбуждении уголовного дела по сообщению о преступлении, предусмотренном ч.3 ст.264 УК РФ по основанию п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ отказано в связи с отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ (л.д.103-109).

На основании постановления следователя СО ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № была назначена судебно-медицинская экспертиза трупа ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проведение которой поручено экспертам ОГБУЗ «<адрес> бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению эксперта ОГБУЗ «<адрес> бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, предупрежденного об ответственности за отказ или уклонение от дачи заключения или за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, установлено, что имеющиеся повреждения на трупе ФИО10, учитывая их расположение, характер, множественность, наличие признаков общего сотрясения тела, разрывов одежды, стертости на подошвенной поверхности обуви, характерны для автотранспортной травмы при столкновении человека с движущимся автомобилем. В момент воздействия частей движущегося автотранспортного средства ФИО10 находился в вертикальном положении, задней поверхностью тела к автотранспортному средству. Причиной смерти ФИО11 явилась тупая сочетанная травма головы, грудной клетки, живота, таза, позвоночника, конечностей с множественными переломами костей скелета, разрывами внутренних органов и кровоизлияниями во внутренние органы, в ткани, в брюшную полость (л.д.85-88).

На момент рассмотрения настоящего гражданского дела, вступивший в законную силу, приговор суда в отношении ответчика по ч.3 ст.264 УК РФ отсутствует.

Вышеизложенные обстоятельства подтверждаются пояснениями сторон и письменными материалами настоящего гражданского дела.

В обоснование своих возражений относительно предъявленного иска, ответчик ссылается на то, что не установлена ее вина в ДТП, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается отказом в возбуждении уголовного преследования в ее отношении органами предварительного следствия по данному факту, в связи с чем полагает предъявление к ней требований о компенсации морального вреда необоснованным.

Как усматривается из материалов дела, уголовное преследование в отношении ответчика не возбуждалось в виду отсутствия в ее действиях состава уголовно-наказуемого деяния.

Вместе с тем, данное обстоятельство, исходя из смысла положений ст.ст.1064, 1079 ГК РФ, не освобождает ответчика от гражданско-правовых последствий вследствие причинения вреда жизни потерпевшего в результате эксплуатации источника повышенной опасности, поскольку судом установлено, что наезд ответчика на ФИО10, находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями – смерти последнего.

В силу п.1 ст.151, ст.150 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага (в том числе здоровье человека), суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из разъяснений, данных в п.2,3,4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В соответствии со ст.1100, 1079 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности).

Как разъяснено в п.18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по смыслу ст.1079 РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.

Анализируя представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что ответчик является владельцем источника повышенной опасности, в результате деятельности которого погиб близкий родственник несовершеннолетних ФИО15, вследствие чего на ответчика подлежит возложению обязанность по возмещению вреда, причиненного этим источником.

Довод ответчика о необоснованности требований истца, ввиду отсутствия в его действиях установленной вины в ДТП, не может быть принят во внимание, как основанный на неверном толковании норм материального права.

При таких обстоятельствах, требование истца о компенсации морального вреда основано на законе.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из положений п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется требованиями абз.2 ст.151, ст.1101 ГК РФ и учитывает характер причиненных несовершеннолетним нравственных страданий, индивидуальные особенности потерпевших, обстоятельства причинения вреда, а также требования о разумности и справедливости, и принимает во внимание следующие обстоятельства.

Из содержания морального вреда, определенного законодателем в ст.151 ГК РФ следует, что неправомерные действия причинителя вреда находят отражение в сознании потерпевшего, вызывая у него отрицательную психическую реакцию.

По общему правилу, нравственные страдания характеризуют эмоции человека в виде отрицательных переживаний, возникающих под воздействием травмирующих его психику событий, глубоко затрагивающие его личностные структуры, настроение, самочувствие и здоровье. Степень и интенсивность испытываемых негативных переживаний, способны причинить психологический дискомфорт.

В обоснование размера компенсации морального вреда законный представитель несовершеннолетних потерпевших в исковом заявлении сослалась исключительно на факт потери кормильца и связанные с ним негативные последствия имущественного характера. В судебном заседании истец пояснила, что с погибшим она совместно прожевала с 2000 года, отец несовершеннолетних непосредственно участвовал в их воспитании и осуществлял заботу о детях, ввиду ее большой служебной занятости.

Таким образом, исходя из пояснений истца в судебном заседании, суд приходит к выводу, что смерть ФИО10 не могла не причинить его несовершеннолетним детям, учитывая их возраст и длительность совместного проживания с отцом, нравственные страдания, вызванные утратой близкого человека.

Также, суд при определении размера компенсации морального вреда принимает во внимание положения п.2 ст.1083 ГК РФ, в соответствии с которым, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Конституционный Суд Российской Федерации отметил (определения от 19.05.2009 г. № 816-О-О, от 25.01.2012 г. № 128-О-О, от 24.11.2016 г. № 2454-О), что закрепленное в абз.2 п.2 ст.1083 ГК РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абз.2 ст.1100 ГК РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации конституционных прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, права на охрану здоровья, которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что положения абз.2 п.2 ст.1083 и HYPERLINK "consultantplus://offline/ref=FA9753B56AFA4B90B8B93115A2ACDD08AEF5915619BC6552C58AF2B9E5FD7384B5E312802D33B1E3uEn1I" абз.2 ст.1100 ГК РФ - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1, Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

Согласно заключению эксперта ОГБУЗ «<адрес> бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, предупрежденного об ответственности за отказ или уклонение от дачи заключения или за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, установлено, что при судебно-химическом исследовании крови и мочи из трупа ФИО10 обнаружен этиловый спирт в концентрации, соответствующей у живых лиц тяжелому отравлению алкоголем (л.д.85-88).

Согласно заключению судебной автотехнической и транспортно-трасологической экспертизы №, № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному экспертом ФБУ Брянская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ ФИО12, предупрежденным об ответственности за отказ или уклонение от дачи заключения или за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, установлено, что место наезда автомобиля марки Мерседес Бенц 709Д на пешехода располагалось в районе осевой линии дорожной разметки 1.5 Приложения 2 к ПДД автодороги Север-Восточный обход <адрес>. Пешеходу в данной дорожной ситуации в своих действиях следовало руководствоваться требованием п. 4.1 ПДД (л.д.97-99).

Согласно Приложению 2 к ПДД РФ линии дорожной разметки 1.5 – разделяет транспортные потоки противоположных направлений на дорогах, имеющих две или три полосы.

Из схемы места ДТП усматривается, что в месте наезда на пешехода дорога имеет две полоса движения, по одной в каждом направлении, и обочины по обеим сторонам проезжей части дороги.

В ходе проведения проверки по факту гибели ФИО10, нахождение у погибшего предметов со световозвращающими элементами не установлено.

В соответствии с п.4.1 ПДД РФ пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части). При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

При изложенных обстоятельствах, в действиях погибшего усматривается нарушение п.4.1 ПДД РФ, как в случае его движения параллельно проезжей части дороги, ввиду нахождения его в районе середины проезжей части дороги (осевой линии), так и в случае перехода проезжей части дороги, ввиду отсутствия при нем предметов со световозвращающими элементами.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что в действиях погибшего, двигавшегося по проезжей части дороги с нарушением требований п.4.1 ПДД РФ в состоянии тяжелого алкогольного отравления, имела место грубая неосторожность, содействовавшая ДТП и в результате повлекшая смерть последнего.

Ссылка ответчика на тяжелое материальное положение не принимается судом во внимание при определении размера компенсации морального вреда как несостоятельная, ввиду непредставления тому соответствующих доказательств.

На основании изложенного, учитывая позицию Конституционного Суда Российской Федерации, а также обстоятельства гибели ФИО13, которая произошла в результате грубой неосторожности с его стороны, исходить из степени нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями несовершеннолетних, а также принципов разумности и справедливости, суд оценивает причиненный несовершеннолетним моральный вред в размере по <данные изъяты> руб. каждому, итого в сумме <данные изъяты> руб.

Поскольку ответственность за причиненный моральный вред носит компенсационный характер, определенная к взысканию сумма денежной компенсации нанесенного вреда в размере по <данные изъяты> руб., по убеждению суда, позволяет максимально сгладить степень негативных переживаний несовершеннолетних, вызванных утратой близкого родственника, поскольку восстановить их нарушенные права иным способом не представляется возможным.

Разрешая вопрос о взыскании понесенных по делу судебных расходов, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Исходя из смысла ст. 98, 100 ГПК РФ возмещение судебных издержек (в том числе расходов на оплату услуг представителя) осуществляется только той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и в соответствии с тем судебным постановлением, которым спор разрешен по существу.

В обоснование требований о возмещении расходов на оплату услуг представителя представлены договор № на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ и квитанция к приходному кассовому ордеру № от той же даты, в соответствии с п.2 которого истцами за оказание юридических услуг оплачено ООО «Ваш юрист» <данные изъяты> руб. (л.д.13-14).

Анализируя представленные по делу доказательства в совокупности, суд, определяя размер подлежащих возмещению истцу расходов на оплату услуг представителя, исходит количества состоявшихся по настоящему делу судебных заседаний, объема выполненных работ, категории дела, с учетом разумности определяет к взысканию <данные изъяты> руб.

На основании ч.1 ст.103 ГПК РФ, с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче искового заявления в суд.

Руководствуясь ст.ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО2, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 в лице их законного представителя ФИО4 в счет компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> руб., <данные изъяты> руб. в возмещение судебных расходов.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО3 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г.Смоленска в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья И.С. Шилова

Мотивированное решение составлено 26.05.2017 года.