Апелляционное постановление № 22-1055/2020 от 26 февраля 2020 г. по делу № 22-1055/2020

Судья Закурин И.А. Дело № 22-1055/20


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области

27 февраля 2020 года

Московский областной суд в составе председательствующего – судьи Тришевой Ю.С.,

с участием прокурора отдела Московской областной прокуратуры Новиковой О.Б., оправданной ФИО1, адвоката Куприянова А.А., потерпевшего М., его представителя – адвоката Ларяевой Д.М.,

при помощнике судьи Егоровой И.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Ермилова О.В.и апелляционной жалобе потерпевшего М. на приговор Павлово-Посадского городского суда Московской области от 15 августа 2019 года, по которому

ФИО1, <данные изъяты>,

оправдана в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления,

установил:

органом предварительного следствия ФИО1 обвинялась в том, что, являясь лицом, управляющим автомобилем, допустила нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

По приговору Павлово-Посадского городского суда Московской области от 15 августа 2019 г. ФИО1 оправдана в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ермилов О.В. оспаривает законность и обоснованность приговора, считает его подлежащим отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а также в виду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование этого ставит под сомнение обоснованность выводов экспертов, проводивших <данные изъяты> повторную автотехническую экспертизу, оспаривает правильность использованных экспертом методик и расчетов. Со ссылкой на заключение комплексной экспертизы ФГКУ ЭКУ МВД РФ № 23э-19 от 20 августа 2018 г. полагает доказанной виновность ФИО1 в нарушении правил дорожного движения, повлекшем смерть потерпевшей М. Кроме того, обращает внимание на противоречие во вводной и резолютивной частях приговора. Просит отменить оправдательный приговор и уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение.

В апелляционной жалобе потерпевший М. также оспаривает законность и обоснованность приговора. Считает, что в его основу положены заключения экспертов, являющиеся недопустимыми доказательствами, которые получены с нарушениями требований УПК РФ и противоречат материалам уголовного дела. Считает, что при отсутствии законных оснований суд не принял во внимание его показания, содержащиеся в том числе в протоколе проверки показаний на месте, а также заключение эксперта № 2403, 2404/14-1 от 21 ноября 2016 г. о наличии у водителя ФИО1 технической возможности предотвратить наезд на пешехода при соблюдении требований п. 10.1 Правил дорожного движения.

В возражениях на апелляционное представление и апелляционную жалобу оправданная ФИО1 и адвокат Куприянов А.А.указывают на несостоятельность доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы, просят оставить приговор без изменения.

В суде апелляционной инстанции прокурор Новикова О.Б., потерпевший М. и его представитель – адвокат Ларяева Д.М. поддержали доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевшего и просили об их удовлетворении. Оправданная ФИО1 и ее защитник – адвокат Куприянов А.А. возражали против удовлетворения апелляционного представления прокурора и апелляционной жалобы потерпевшего, просили оставить приговор без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно положениям ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме, процедуре постановления; и если он основан на правильном применении уголовного закона.

При рассмотрении уголовного дела и постановлении приговора в отношении ФИО1 данные требования закона судом выполнены.

Органом предварительного следствия ФИО1 обвинялась в том, что она, являясь лицом, управляющим автомобилем, допустила нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека при следующих обстоятельствах:

6 января 2016 г. примерно в 18 часов 00 минут ФИО1, управляя технически исправным автомобилем марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты>, следуя со скоростью около 55 км/час в направлении г. Ликино-Дулево Московской области в темное время суток, в условиях пасмурной погоды и осадков в виде снега, неправильно оценила дорожную обстановку, в результате этого в районе 55 км + 10 м полосы движения в направлении г. Ликино-Дулево автомобильной дороги ММК-Ликино-Дулево Павлово-Посадского района Московской области, то есть вне населенного пункта, произвела наезд на пешехода М., переходившую проезжую часть слева направо, относительно движения управляемого ею автомобиля, нарушив тем самым требования п. 1.3 ПДД РФ, обязывающего участников дорожного движения знать и соблюдать относящиеся к ним требования правил, знаков и разметок; п. 1.5 ПДД РФ, обязывающего участников дорожного движения действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда другим участникам дорожного движения; п. 10.1 ПДД РФ, обязывающего водителя вести транспортное средство со скоростью, обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований правил дорожного движения. В результате дорожно-транспортного происшествия пешеход М. получила телесные повреждения, от которых в тот же день скончалась.

В обоснование вывода о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, органом предварительного расследования представлены доказательства, каждое из которых судом первой инстанции проверено в соответствии со ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все доказательства в совокупности оценены судом с точки зрения достаточности либо недостаточности для вывода о виновности ФИО1, в совершении инкриминированного ей преступления.

Из показаний ФИО1 следует, что 6 января 2016 года около 18 часов на личном автомобиле она двигалась со скоростью примерно 59-63 км/час по автодороге в направлении Ликино-Дулево. Было темное время суток, на дороге была гололедица, шел снег. Подъезжая к деревне Фатеево, она миновала пешеходный переход, на котором никого не было. Проехав пешеходный переход, неожиданно для нее из ниоткуда, как фантом, появился темный силуэт в черной одежде, в глухом черном капюшоне. Все произошло в доли секунды, и она ничего не могла предпринять, сразу же применила торможение и приняла левее. Наезд на пешехода произошел вне населенного пункта, дорога на данном участке не освещалась. Пешеход появился на полосе ее движения внезапно и неожиданно для нее, переходя проезжую часть в неустановленном месте, поэтому она не имела возможности избежать наезда на него.

Оценивая показания ФИО1, суд признал их допустимыми, так как получены они с соблюдением требований УПК РФ, и достоверными, посколькуони подтверждены другими доказательствами.

Так, свидетели Б. и К., участвовавшие в качестве понятых при осмотре места происшествия, пояснили, что местом происшествия явился участок проезжей части, который располагался вне населенного пункта и не освещался искусственным освещением; осмотр производился в темное время суток; имелись осадки в виде снега; проезжая часть была частично покрыта снегом; местами имелся гололед; линий горизонтальной разметки дороги из-за снежного покрова видно не было. Сотрудники полиции произвели замеры проезжей части в месте наезда на пешехода и составили схему места ДТП, в которой указали произведенные ими замеры. Протокол осмотра места происшествия и план схема соответствовали действительной обстановке на месте дорожно-транспортного происшествия.

Сотрудники ГИБДД С. и П., допрошенные по обстоятельствам осмотра места происшествия, пояснили, что сразу после поступившего сообщения о дорожно-транспортном происшествии, они выехали на место, где обратили внимание на то, что проезжая часть была заснежена, из-за снежного покрова линии дорожной разметки видно не было. Водитель ФИО1 утверждала, что пешеход появился на полосе ее движения внезапно, она его не видела и поэтому не смогла избежать наезда.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 6 января 2016 года, местом дорожно-транспортного происшествия является участок местности вне населенного пункта в районе 55 км + 10 м автодороги ММК-Ликино-Дулево Павлово-Посадского района Московской области. Проезжая часть (горизонтальная, прямая, покрытие асфальтовое) предназначена для движения транспорта в двух направлениях с шириной каждой из полос по 3 м.Транспортные потоки разделены линией дорожной разметки 1.1 приложения 2 ППД РФ, которая на момент осмотра заснежена и не просматривается. На момент дорожно-транспортного происшествия: темное время суток, осадки в виде снега. На 55 км + 10 м полосы движения в сторону г. Ликино-Дулево находится осыпь стекла и пластика; на обочине полосы движения в сторону г. Ликино-Дулево на расстоянии 31 м от осыпи стекла и пластика находится автомобиль марки «<данные изъяты>» регистрационный знак <данные изъяты>.

Согласно сведениям, представленным ГУ МВД РФ по МО, участок автодороги, на которой произошло дорожно-транспортное происшествие, находится вне населенного пункта и вне пределов действия знака «пешеходный переход». Разрешенная скорость движения транспортных средств на данном участке составляет 90 км/час (т. 1 л.д. 52-54).

Орган расследования, обосновывая вывод о виновности ФИО1, сослался на показания потерпевших М. и М., а также свидетелей М., Н., С., Ч., Ж., К., Ч.

Суд тщательно исследовал содержание этих доказательств и указал, что показания названных потерпевших и свидетелей не могут свидетельствовать о виновности ФИО1 в нарушении правил дорожного движения, так как указанные потерпевшие и свидетели не были очевидцами дорожно-транспортного происшествия, следовательно, их показания не могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Заключение автотехнического судебного эксперта № 2403, 2404/14-1 от 21 ноября 2016 г. основано на результатах следственных действий, признанных судом недопустимыми доказательствами, в связи с чем, суд обоснованно не принял во внимание выводы данного эксперта.

Каких-либо иных данных, опровергающих показания ФИО1 о механизме дорожно-транспортного происшествия, конкретных обстоятельствах наезда на пешехода, состоянии дорожного полотна и климатических условиях в момент ДТП, суду не представлено. В связи с этим судом первой инстанции за основу приняты показания ФИО1, подтвержденные помимо вышеназванных доказательств данными, полученными из видеорегистратора ParkCitySNЗА2011090062 с картой памяти KingstonSD 2Gb, который был установлен в ее автомобиле и в момент ДТП находился в исправном состоянии.

Допустимость и достоверность данного доказательства, приобщенного к материалам уголовного дела, также судом проверена, в том числе путем проведения судебных видео-технических экспертиз.

Согласно заключению специалиста в области видео-технического исследования № 2055/10/И от 23 января 2017 г. работавший в автомобиле ФИО1 в момент ДТП видеорегистратор является исправным, карта памяти исправна; на ней имеется 29 файлов (видеофонограмм), на которых отсутствуют какие-либо признаки модификации, в том числе следы перезаписи, монтажа, частичного удаления, ускорения/замедления записи, либо иного вмешательства, имевшего место после окончания записи файла (т.3 л.д. 215-234).

Согласно выводам, содержащимся в заключении судебной видео-технической экспертизы № 35107 от 29 мая 2017 г., проведенной на основании постановления суда, видеорегистратор с картой памяти, установленный и работающий в автомобиле ФИО1 в момент ДТП, исправен; каких-либо признаков, указывающих на то, что файл с изображением момента ДТП был записан на другом устройстве, не имеется; в указанном файле следов монтажа и нарушения непрерывности записи не обнаружено (т. 4 л.д. 114-139).

В соответствии с выводами, содержащимися в заключении повторной судебной автотехнической экспертизы № 011-2-17-Э от 5 июля 2017 г.:

непосредственно перед ДТП автомобиль ФИО1 двигался со скоростью 59,4 км/час; место наезда на пешехода располагалось на полосе, предназначенной для движения в сторону г. Ликино-Дулево, в двух метрах от сплошной линии дорожной разметки, разделяющей встречные направления и на расстоянии 31,2 м от пешеходного перехода, расположенного на перекрестке с дорогой в д. Фатеево;

в момент, когда ФИО1 в свете фар могла обнаружить темный силуэт на фоне света фар встречного автомобиля, ее автомобиль находился на расстоянии 31,4 м от места наезда; в момент, когда ФИО1 могла распознать, что темный силуэт является движущимся пешеходом, расстояние до места наезда составило 24,8 м;

с момента, когда ФИО1 могла обнаружить темный силуэт на фоне света фар встречного автомобиля до момента наезда прошло 1,9 сек.; с момента, когда ФИО1 могла распознать, что темный силуэт является движущимся пешеходом, до момента наезда, прошло 1,5 сек.;

скорость движения пешехода определяется примерно 4,8 км/час;

в данной дорожно-транспортной обстановке ФИО1 не располагала технической возможностью путем своевременного экстренного торможения предотвратить наезд на пешехода, как с момента обнаружения темного силуэта на встречной полосе, так и с момента, когда можно было распознать, что темный силуэт, является движущимся пешеходом;

действия ФИО1 в данной дорожно-транспортной ситуации соответствовали требованиям ПДД РФ;

действия пешехода в данной дорожно-транспортной ситуации не соответствовали требованиям ПДД РФ(т. 4 л.д. 159-172).

Суд, руководствуясь вышеперечисленными экспертными заключениями, выводы которых оценил в совокупности с иными доказательствами, пришел к обоснованному выводу о том, что предъявленное органом предварительного расследования обвинение ФИО1 в нарушении пунктов 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ, повлекшем гибель пешехода, не подтверждено имеющимися в деле доказательствами, а анализ материалов уголовного дела свидетельствует о том, что ФИО1 управляла автомобилем с соблюдением ПДД РФ, с учетом дорожных и метеорологических условий, не превышая допустимой скорости движения транспортного средства. В связи с этим обоснованно постановил в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

При этом суд тщательно исследовал все представленные ему доказательства, а в приговоре подробно изложил мотивы, по которым одни доказательства отверг, а другие принял во внимание.

Что касается доводов стороны обвинения о недопустимости заключения повторной судебной автотехнической экспертизы № 011-2-17-Э от 5 июля 2017 г. на том основании, что проведена она экспертом негосударственного учреждения ФИО2 с нарушением установленного порядка, то они безосновательны. Будучи допрошенным в судебном заседании, эксперт ФИО2 опроверг данный довод, пояснив суду, что он является сотрудником государственного бюджетного учреждения (ГБУ МАДИ), которое вправе проводить судебные экспертизы. Кроме того, он пояснил, что в постановлении о назначении судебной экспертизы судом были разъяснены права и обязанности эксперта; при составлении заключения он расписался в том, что предусмотренные ст. 57 УПК РФ права и обязанности, ему разъяснены, а также предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения(т. 5 л.д. 2).

Не может быть принят во внимание довод стороны обвинения о недопустимости данных видеорегистратора, представленного ФИО1, со ссылкой на то, что имеющиеся в нем записи не относятся к данному дорожно-транспортному происшествию, поскольку содержащиеся в них дата и время не соответствуют дате и времени дорожного происшествия с участием ФИО1

Как следует из заключения судебной видео-технической экспертизы № 35107 от 29 мая 2017 г., при отключении питания видеорегистратора с полной разрядкой заряда в аккумуляторе, установленные дата и время сбрасываются до заводских установок; какой-либо синхронизации с текущими датой и временем, при отсутствии ручной настройки в меню текущих даты и времени, не имеется.

Является несостоятельным и довод о том, что в сложившейся дорожно-транспортной обстановке ФИО1 должна была руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД РФ и выбрать скорость, обеспечивающую контроль за движением транспортного средства.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 двигалась со скоростью, не превышающей разрешенную на данном участке дороги скорость. При этом, двигаясь по автомагистрали с допустимой скоростью, она вправе была рассчитывать, что и другие участники дорожного движения действуют с соблюдением правил безопасности движения.

Что касается доводов апелляционного представления о противоречии резолютивной части приговора его вводной части, то оно не является основанием к отмене приговора, поскольку данное противоречие может быть устранено судом апелляционной инстанции.

Находя данный довод обоснованным, суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить приговор, исключив из его вводной части ссылку на пункт «б» части 3 ст. 264 УК РФ, как допущенную техническую ошибку.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ,

постановил:

приговор Павлово-Посадского городского суда Московской области от 15 августа 2019 года в отношении ФИО1 изменить, исключить из вводной части приговора указание на пункт «б» части 3 ст. 264 УК РФ.

В остальном приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление – удовлетворить частично.

Апелляционную жалобу потерпевшего М. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции.

Судья