Решение № 2-3134/2019 2-3134/2019~М-2878/2019 М-2878/2019 от 22 августа 2019 г. по делу № 2-3134/2019

Дело № 2-3134/2019


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г.Уфа 23 августа 2019 года

Октябрьский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Жучковой М.Д.,

при секретаре Шангуровой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 и ФИО3 к ФИО4 о восстановлении срока для принятия наследства, признании недействительными свидетельств о праве на наследство, определении долей в наследственном имуществе,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4 о признании недействительными свидетельств о праве на наследство, определении долей в наследственном имуществе.

В обоснование заявленных требований указали, что являются наследниками по закону и имеет право на долю наследственного имущества, открывшегося после смерти ФИО8, умершего ДД.ММ.ГГГГ, о смерти которого они узнали из переписки в социальных сетях. В том же месяце они обратились с заявлением о принятии наследства к нотариусу ФИО5 Однако в совершении нотариального действия им было отказано в связи с пропуском срока для принятия наследства. Вместе с тем срок для принятия наследства пропущен по тому основанию, что о смерти наследодателя им никто не сообщил.

С учетом неоднократных уточнений истцы просят восстановить им срок для принятия наследства после смерти ФИО8, умершего ДД.ММ.ГГГГ, признать истцов принявшими наследство, определить доли истцов и ответчика в наследственном имуществе, признав за каждым наследником по 1\3 доли в следующем имуществе:

денежные средства, находящиеся на счетах, принадлежавших наследодателю:

на депозитном счете № в ПАО Сбербанк Уральский банк подразделение № – 12297,43 руб.,

на текущем счете № ПАО Сбербанк Уральский банк подразделение № – 8324,04 руб.;

на текущем счете № в ПАО «БИНБАНК» - с учетом выплаченных для возмещения расходов на похороны 107896,35 руб.,

На текущем счете № в ПАО «БИНБАНК» - 0,71 руб.,

на депозитном счете № АО «Россельхозбанк» - 257 749,87 руб.;

на депозитном счете № АО «Россельхозбанк» - 123 196,48 руб.;

квартира по адресу: РБ, <адрес>, общей площадью 40,9 кв.м., кад. №;

комната по адресу: РБ, <адрес>, общей площадью 17,5 кв. м. кад. №;

жилой дом по адресу: РБ, <адрес>, коллективный сад № ОСТ ОАО УМПО уч. №, общей площадью 40 кв. м. кад. №;

земельный участок по адресу: <адрес>, общей площадью 400 кв. м. кад. №;

Взыскать с ФИО4 денежные средства, полученные по наследству, в пользу каждого истца по 65244,58 руб.

Взыскать с ФИО4 компенсацию за проданный автомобиль ФОЛЬКСВАГЕН JETTA, VIN № в пользу каждого истца 141666,67 руб.

Признать недействительными ранее выданные ответчику свидетельства о праве на наследство:

свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ per. №;

свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ per. №;

свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ per. №;

свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ per. №

свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ per. №;

свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ per. №;

свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ per. №;

свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ per. №-№

В судебном заседании истец ФИО2, его представители требования поддержали. Истцы указали, что они отношения с отцом не поддерживали, что вызвано обидой на него, информацию об отце получали от матери ФИО6 и от родственников со стороны отца. Истец ФИО2 указал, что он в 2016 сменил место жительства и уехал в <адрес>, с 2016 года искал отца в социальных сетях. Сведения о его смерти получил ДД.ММ.ГГГГг.

Ответчик ФИО4 и ее представитель ФИО7 в судебном заседании против иска возражали. Указали на недоказанность истцами требований и отсутствие оснований для восстановления пропущенного срока принятия наследства.

Истец ФИО3 , нотариус нотариального округа г. Уфа Республики Башкортостан ФИО5, Управление Росреестра по РБ, привлеченные к участию в деле в качестве третьего лица, в судебное заседание не явились.

Выслушав лиц, участвующих в деле и исследовав доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В соответствии со ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно ст. 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (ст. 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 "О судебной практике по делам о наследовании" требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Такое правовое регулирование, наделяющее суд необходимыми для осуществления правосудия дискреционными полномочиями по определению того, являются ли причины пропуска наследником срока для принятия наследства уважительными, исходя из фактических обстоятельств дела, направлено на защиту прав граждан при наследовании, обеспечение определенности в вопросе принадлежности имущества, а также баланса публичных и частных интересов и в качестве такового служит реализации предписаний статей 17 (ч. 3), 35 и 55 (ч. 3) Конституции Российской Федерации (п. 2 определения Конституционного Суда РФ от 26.03.2019 № 717-О).

Таким образом, основанием к восстановлению наследнику срока для принятия наследства является не только установление судом факта неосведомленности наследника об открытии наследства – смерти наследодателя, но и представление наследником доказательств, свидетельствующих о том, что он не знал и не должен был знать об этом событии по объективным, независящим от него обстоятельствам, а также при условии соблюдения таким наследником срока на обращение в суд с соответствующим заявлением.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, из приведенных положений закона следует, что срок для принятия наследства может быть восстановлен наследнику только в случае представления им доказательств не только тому обстоятельству, что он не знал об открытии наследства - смерти наследодателя (ст. 1113 ГК РФ), но и не должен был знать об этом событии по объективным, не зависящим от него обстоятельствам.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в г. Уфа умер ФИО8, что подтверждается свидетельством о смерти.

После смерти ФИО8 открылось наследство, состоящее из:

денежных средств, находящихся на счетах, принадлежавших наследодателю:

На депозитном счете № ПАО Сбербанк Уральский банк подразделение № – 12297,43 руб.;

На текущем счете № ПАО Сбербанк Уральский банк подразделение №;- 8324,04 руб.;

На текущем счете № в ПАО «БИНБАНК» - 184746,35 руб.,

На текущем счете № в ПАО «БИНБАНК» 0,71 руб.,

На депозитном счете № АО «Россельхозбанк» - 257749,87 руб.;

На депозитном счете № АО «Россельхозбанк» - 123196,48 руб.;

Квартиры по адресу: РБ, <адрес>, общей площадью 40,9 кв. м. кад. №,

Комнаты по адресу: РБ, <адрес>, общей площадью 17,5 кв. м. кад. №,

Жилого дома по адресу: РБ, <адрес>, общей площадью 40 кв. м. кад. №,

Земельного участка адресу: РБ, <адрес>, общей площадью 400 кв. м. кад. №,

Автомобиля марки ФОЛЬКСВАГЕН JETTA, VIN №, 2012 г. выпуска, рег. № №,

Обязанностей по Кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 315321,10 руб. с ПАО «БИНБАНК».

Матерью истцов является ФИО1. Брак между ФИО9 и ФИО8 не заключался.

В 2000 г. ФИО1 обратилась в суд за признанием факта отцовства и взысканием алиментов на содержание детей. Решением Октябрьского районного суда г. Уфы от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д.202) исковые требования К.Г. удовлетворены. ФИО8 признан отцом истцов и с него в пользу ФИО1 взысканы алименты в размере 1/3 от всех видов дохода.

Из наследственного дела № следует, что ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО4 Из её заявления следует, что о других наследниках после смерти ФИО8 она не заявляла.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 выданы свидетельства о праве на наследство на денежные вклады.

Обращаясь в суд с иском, ФИО2 и ФИО3 утверждали, что не знали о смерти наследодателя.

Закон предписывает суду оценивать относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3 ст. 67 ГПК РФ).

Истцы ссылаются на то, что в течение нескольких лет посредством социальных сетей пытались установить контакт с отцом, но безрезультатно. В подтверждение представили протокол осмотра информации в сети Интернет, удостоверенный нотариусом. На личной странице ФИО2 социальной сети «Facebook» во вкладке «Владимир Визгалов» в переписке от ДД.ММ.ГГГГг. отражен диалог: « увидел у вас в друзьях у Ильдара ФИО15 и решил вам написать, в фейсбук он не заходит, вы можете сказать, как с ним связаться, может, номер телефона есть?», «ФИО15 умер год назад. Я страницу его на память оставил. Он брат моего друга Рустема». «Это был мой отец, я так и не поговорил с ним при жизни, он ушел от матери, когда мне было 6 лет».

В судебном заседании 8.08.2019 свидетель ФИО10 подтвердил обстоятельства данной переписки.

Свидетель ФИО1 пояснила, что ФИО8 – отец её детей.

В 2000г. она подала в суд на алименты, после судебных разбирательств отношения не поддерживали. Родители ФИО8 были настроены против её детей. Она звонила его матери, а также его тетке, но через них не смогла восстановить с ним контакт. Также ФИО1, давая пояснения в качестве представителя истцов в судебном заседании 19.08.2019, указала, что узнала в налоговом органе (неофициально) о месте жительства ФИО8 в <адрес>. Как пояснила истец ФИО3 , по данному адресу она ходила с матерью искать отца, но дверь им не открыли.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании 19.08.2019 показал, что ФИО8 – его родной дядя, ответчик ФИО4 – его двоюродная сестра. О наличии у дяди внебрачных детей он не знал. О его смерти ему сообщила его мать, которая работала недалеко от него.

Что касается доводов истцов о том, что им не было известно место жительства отца, суд исходит из следующего.

ФИО1, обращаясь в суд и иском к ФИО8 об установлении отцовства, указала его адрес: <адрес>. Этот же адрес был указан самим ФИО8 в исковом заявлении к ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 115) о снижении размера алиментов. Осведомленность о данном судебном процессе ФИО1 не отрицает.

Согласно договору приватизации от ДД.ММ.ГГГГ квартира по адресу: <адрес> была передана в совместную собственность ФИО8, ФИО12. ФИО13 (л.д. 185).

19.04.2014г. ФИО8, ФИО14 (мать ответчицы) заключили договор о выделе долей в праве собственности на указанную квартиру, в соответствии с которым ФИО8 является собственником 1\3 доли (л.д. 197).

Как пояснил свидетель ФИО11 (брат наследодателя), допрошенный по ходатайству стороны истцов, ФИО8 проживал в квартире по адресу: <адрес> по 2014 год.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 являлся собственником квартиры по адресу: <адрес>, будучи зарегистрированным по адресу: <адрес>8 (л.д. 42).

Сторона истца не отрицала, что адрес ФИО8 - <адрес> им также был известен, однако, застать там отца им не удалось.

Таким образом, будучи осведомленными о месте жительства ФИО8, истцы, являясь совершеннолетними – ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р. с 2002 года, ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г.р. с 2008 г. – не предпринимали мер к общению с отцом, обратного стороной истцов не доказано.

Разрешая спор, суд исходит из недоказанности истцами обстоятельств, не зависящих от их воли, объективно препятствовавших реализации ими наследственных прав в установленный законом срок.

Не являются таковыми доказательствами пояснения свидетеля ФИО11, показавшего, что в мае 2019 ему позвонил мужчина, представившийся сыном его брата, из разговора с которым выяснилось, что он не знал о смерти ФИО8, а также пояснения о том, что родственники ФИО8 также не желали общения с истцами и их матерью.

Истцы по своему выбору не поддерживали отношений с наследодателем, не интересовались его жизнью, что они сами поясняют обидой за поведение отца во время судебного разбирательства об установлении отцовства.

Родственные отношения подразумевают не только возможность предъявить имущественные требования о наследстве, но и проявление должного внимания наследника к наследодателю при его жизни. При проявлении истцами такого внимания они могли и должны были узнать о смерти отца раньше.

Доказательств того, что истцы не имели реальной возможности совершать действия, направленные на общение с отцом, доказательств, свидетельствующих о том, что истцы не должны были знать о его смерти по объективным, независящим от него обстоятельствам, в материалы дела не представлено.

Истцы, будучи осведомленными о месте жительства отца, не предпринимали никаких попыток установить с ним родственную связь, по своей воле отказались от общения с ним. Являясь наследниками первой очереди, несмотря на проживание в разных местах, должны были знать о жизни отца, так же как и о его смерти.

Истцы не были лишены возможности поддерживать отношения с отцом, при том, что ФИО3 проживала с отцом в одном регионе, не проявляла интереса к его судьбе, состоянию здоровья, ФИО2 и ФИО3 по своему выбору не общались с наследодателем, тогда как при должной осмотрительности и заботливости они могли и должны были знать о смерти ФИО8, об открытии наследства, о действиях наследников в отношении наследственного имущества.

При этом суд обращает внимание на то, что с момента установления отцовства ФИО8 содержал своих детей (истцов), что подтвердила ФИО1 и усматривается из представленной переписки службы судебных приставов с МВД по РБ, которое являлось работодателем ФИО8, а затем выплачивало ему пенсию. Истцы, достигнув совершеннолетия, трудоустроившись, осознавая свою моральную обязанность с этого момента поддерживать материально ФИО8, возраст которого им был известен, должны были предпринимать меры к реализации данной обязанности.

Нежелание общаться с отцом, личные мотивы, вследствие которых истцы не интересовались судьбой близкого им человека в течение столь продолжительного периода времени, не могут служить основанием для восстановления срока на принятие наследства, без установления уважительности причин пропуска этого срока. Данное обстоятельство носит субъективный характер и могло быть преодолено при наличии соответствующего волеизъявления истца.

С учетом того, что наследник из нравственных соображений должен был осведомляться о состоянии здоровья близкого родственника, но не делал этого, незнание о смерти наследодателя не является уважительной причиной пропуска срока на принятие наследства.

Истцами доказательств, свидетельствующих об объективных, не зависящих от истцов обстоятельств, препятствующих им в возможности связаться в указанный период с отцом или другими родственниками, осведомленными о состоянии его жизни и здоровья, а также при желании установить его место жительства и все необходимые контакты, не представлено.

Закон не наделяет лиц, входящих в круг наследников, обязанностью информировать нотариуса о наличии других наследников, а связывает принятие наследства с личным инициативным поведением наследника при его желании принять наследство. Несообщение нотариусу о наличии иных наследников, кроме обратившегося, не может расцениваться как противоправное умышленное деяние против неназванных наследников. По объяснениям ФИО4 и ФИО14 сведениями о месте жительства истцов не располагали, отношений с ними не поддерживали. Следовательно, истцы, считая себя наследниками, были обязаны самостоятельно принять меры для принятия наследства.

При изложенных обстоятельствах суд не находит оснований для восстановления истцам пропущенного срока.

В связи с тем, что остальные требования ФИО2 и ФИО3 являются производными и их удовлетворение ставится в зависимость от удовлетворения требования о восстановления срока для принятия наследства, то удовлетворению они также не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.194, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении исковых требований ФИО2 и ФИО3 к ФИО4 о восстановлении срока для принятия наследства, признании недействительными свидетельств о праве на наследство, определении долей в наследственном имуществе – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Октябрьский районный суд г. Уфы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья М.Д. Жучкова