Апелляционное определение № 33-10600/2025 33-566/2026 от 21 января 2026 г.

Судья Пахирко Р.А. № 33-566/2026, 33-10600/2025 (2-2381/2025)

Докладчик Сорокин А.В. (УИД 42RS0009-01-2025-003109-59)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 22 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего Пискуновой Ю.А.,

судей Сорокина А.В., Бондарь Е.М.,

при секретаре Маниной С.С.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Сорокина А.В. гражданское дело по апелляционной жалобе страхового публичного акционерного общества «ИНГОССТРАХ»

на решение Центрального районного суда г. Кемерово 23 сентября 2025 г. по иску страхового публичного акционерного общества «ИНГОССТРАХ» к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в порядке регресса,

У С Т А Н О В И Л А:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) в порядке регресса, указывая, что 23.08.2024 произошло ДТП с участием транспортного средства марки «ГАЗ 172462», принадлежащего ФИО1 под управлением Г. и транспортного средства марки «Nissan Note». Виновником ДТП признан водитель Г. На момент ДТП гражданская ответственность владельца транспортного средства марки «ГАЗ 172462» была застрахована в СПАО «Ингосстрах», при этом в договор страхования виновник ДТП включен не был. Владелец транспортного средства марки «Nissan Note» обратился с заявлением о выплате возмещения в АО «АльфаСтрахование», которое признало данный случай страховым и выплатило страховое возмещение. СПАО «Ингосстрах», исполняя свои обязанности по договору страхования, возместило страховой компании АО «АльфаСтрахование» выплаченное страховое возмещение в сумме 400 000 руб.

Просило взыскать с ФИО1 в порядке регресса 400 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 500 руб.

Определение суда от 25.08.2025 к участию в деле в качестве соответчика привлечен Г.

Определением суда от 23.09.2025 производство по делу в части заявленных требований к Г. прекращено в связи со смертью.

Решением Центрального районного суда г. Кемерово 23 сентября 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе представитель СПАО «ИНГОССТРАХ» ФИО2, действующая на основании доверенности от 01.02.2025, просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на то, что выводы суда о том, что ФИО1 не может нести ответственность по возмещению вреда, поскольку владельцем транспортного средства на момент ДТП являлся виновник ДТП Г., основаны на неверном толковании норм материального права.

Лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о дне и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, об уважительности причин неявки до начала судебного заседания не сообщили, в материалах дела имеются доказательства их надлежащего извещения о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в связи с чем судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц на основании ст. 327, п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений по делу с учетом доводов апелляционной жалобы не установлено.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, 23.08.2024 произошло ДТП, с участием автомобиля ГАЗ 172462, принадлежащего ФИО1, под управлением водителя Г. и автомобиля Nissan Note. Причиной ДТП явилось нарушением водителем Г. Правил дорожного движения Российской Федерации.

Гражданская ответственность владельца автомобиля ГАЗ 172462 была застрахована по договору ОСАГО № в СПАО «Ингосстрах», в котором отсутствуют сведения о Г. как лице, допущенном к управлению транспортным средством.

Владелец автомобиля Nissan Note обратился с заявлением о выплате возмещения в АО «АльфаСтрахование», которое признало данный случай страховым и выплатило страховое возмещение.

СПАО «Ингосстрах» на основании ст. ст. 7, 14.1, 26.1 Закона об ОСАГО, исполняя свои обязанности по договору страхования XXX №, возместило страховой компании АО «АльфаСтрахование» выплаченное страховое возмещение в сумме 400 000 руб.

Обращаясь в суд с иском, истец ссылается на то, что ФИО1 являлся на момент ДТП законным владельцем транспортного средства ГАЗ 172462, то есть лицом, ответственным за возмещение ущерба в порядке регресса, в связи с чем, СПАО «Ингосстрах» просит суд взыскать с ответчика сумму в размере 400 000 руб. в порядке регресса, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 500 руб.

03.06.2024 между ФИО1 (арендодатель) и Г. (арендатор) заключен договор аренды автомобиля ГАЗ 172462 сроком с 03.06.2024 по 03.06.2025.

К договору аренды автомобиля от 03.06.2024 ответчиком представлен акт приема-передачи транспортного средства от 03.06.2024, расписки о передаче Г. - ФИО1 денежных средств по указанному договору в качестве арендных платежей.

Таким образом, в процессе рассмотрения дела судом установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство ГАЗ 172462 находилось во владении и пользовании Г. на основании договора аренды, заключенного с собственником - ФИО1

При этом данный договор аренды в спорный период не расторгался, недействительным в установленном порядке не признавался.

Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, исходил из того, что на момент исследуемого дорожно-транспортного происшествия автомобиль ГАЗ 172462 находился во владении и пользовании Г. на основании заключенного с собственником автомобиля ФИО1 договора аренды транспортного средства без экипажа от 3 июня 2024 года, то есть ответчик ФИО1 не являлся законным владельцем транспортного средства и причинителем вреда, с которого подлежал взысканию причиненный ущерб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

На основании пункта 1 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

В силу статьи 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО):

договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств - договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). Договор обязательного страхования заключается в порядке и на условиях, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, правилами обязательного страхования, и является публичным;

владелец транспортного средства - собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное); водитель - лицо, управляющее транспортным средством;

страховой случай - наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховое возмещение.

Таким образом, понятия владельца транспортного средства и непосредственного причинителя вреда, водителя транспортного средства, не являются идентичными.

Как следует из статьи 6 Закона об ОСАГО объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Статья 16 Закона об ОСАГО закрепляет право владельцев транспортных средств заключать договоры обязательного страхования с учетом ограниченного использования транспортных средств, находящихся в их собственности или владении, при котором, в частности, управление транспортным средством осуществляется только указанными страхователем водителями и (или) сезонное и иное временное использование транспортных средств в течение трех и более месяцев в году (пункт 1); при осуществлении обязательного страхования с учетом ограниченного использования транспортного средства в страховом полисе указываются водители, допущенные к управлению транспортным средством, в том числе на основании соответствующей доверенности, и (или) предусмотренный договором обязательного страхования период его использования.

В соответствии с подпунктом "д" пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере произведенной потерпевшему страховой выплаты, если указанное лицо не включено в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством (при заключении договора обязательного страхования с условием использования транспортного средства только указанными в договоре обязательного страхования водителями).

Таким образом, указанной правовой нормой предусмотрено право страховщика предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу в размере произведенной потерпевшему страховой выплаты, если указанное лицо не включено в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством.

Таким образом, СПАО «Ингосстрах» вправе обратиться с регрессным требованием к причинителю вреда – Г., не включенному в полис страхования, и именно Г. по общему правилу является надлежащим ответчиком. Смерть Г. не лишает истца права обратиться с соответствующими требованиями к его наследникам либо наслественному имуществу.

Доводы апелляционной жалобы истца СПАО «Ингосстрах» фактически сводятся к необходимости привлечения к материальной ответственности собственника автомобиля ГАЗ 172462 ФИО1, передавшего управление автомобилем Г., не вписанному в полис ОСАГО, в отсутствие договора аренды.

Пунктом 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Из разъяснений, содержащихся в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда при наличии вины. Вина может быть выражена не только в содействии противоправному изъятию источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности, содержащими административные требования по его охране и защите.

В п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъясняется, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для разрешения спора о возложении обязанности по возмещению материального вреда, причиненного в результате ДТП, являются, в частности, обстоятельства, связанные с тем, кто правомерно владел источником повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия.

При толковании названной нормы материального права и возложении ответственности по ее правилам следует исходить из того, в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если тот передан в техническое управление с надлежащим юридическим оформлением. В этой же норме законодатель оговорил, что освобождение владельца от ответственности возможно лишь в случае отсутствия его вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности.

Судом первой инстанции, установлено и подтверждено ответчиком ФИО1, что 03.06.2024 между ФИО1 и Г. был заключен договор аренды, по которому арендодатель ФИО1 передал арендатору Г. автомобиль ГАЗ 172462, государственный регистрационный знак № без экипажа, срок действия договора - с 03.06.2024 по 03.06.2025. Факт приема-передачи автомобиля от арендодателя к арендатору подтвержден также актом приема-передачи от 03.06.2024. Факт уплаты денежных средств подтверждается распиской, в соответствии с которой Г. передал ФИО1 денежные средства по указанному договору в качестве арендных платежей.

Таким образом, согласно ст. 648 Гражданского кодекса Российской Федерации, на момент ДТП - 23.08.2024, фактическим владельцем автомобиля ГАЗ 172462, государственный регистрационный знак <***> являлся Г.

Пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что если транспортное средство было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором.

При доказанности отсутствия трудовых, а также гражданско-правовых отношений между ФИО1 и по исполнению Г. задания ФИО1, а также законности выбытия автомобиля ГАЗ 172462 от ФИО1 во временное владение Г., основания для признания ФИО1 владельцем источника повышенной опасности на дату ДТП отсутствуют. С учетом изложенного, суд первой инстанции на законных основаниях отказал в удовлетворении исковых требований к ФИО1, как предъявленных к ненадлежащему ответчику.

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5). Пунктом 2 ст. 168 указанного Кодекса предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

Прямого запрета на передачу собственником принадлежащего ему автомобиля во временное пользование другому лицу за плату без экипажа закон не содержит, напротив положения п. 2 ст. 209, ст. ст. 606, 642 Гражданского кодекса прямо предусматривают такое право собственника при соблюдении простой письменной формы.

Данный договор не расторгался, недействительным в установленном законом порядке не признавался, факт его реального исполнения подтвержден предоставленными в материалы дела доказательствами.

Согласно п. 1 ст. 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации. Статьей 648 названного Кодекса предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 данного Кодекса.

Таким образом, по смыслу ст. ст. 642 и 648 Гражданского кодекса Российской Федерации, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором.

Приведенное законодательное регулирование носит императивный характер и не предполагает возможности его изменения на усмотрение сторон, заключающих договор аренды транспортного средства.

То обстоятельство, что ФИО1 как собственник транспортного средства передал Г. по договору аренды автомобиль ГАЗ 172462, государственный регистрационный знак <***>, не вписав в полис ОСАГО Г. как лица допущенного к управлению, не является основанием для возложения на него ответственности за причинение вреда потерпевшему и как следствие истцу, поскольку в силу требований закона к такой ответственности привлекается лицо, являющееся арендатором транспортного средства, то есть законным владельцем источника повышенной опасности.

При установленных обстоятельствах дела не указание в полисе ОСАГО арендатора Г. в числе лиц, допущенных к управлению, какого-либо правового значения для разрешения вопроса о надлежащем ответчике не имеет. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.07.2023 дело N 32-КГ23-13-К1.

Других доводов, свидетельствующих о неправильности вынесенного судом первой инстанции решения, в апелляционной жалобе не содержится, соответствующих доказательств к жалобе не приложено, а суд апелляционной инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе. В связи с изложенным, решение суда является законным и обоснованным, не подлежащим отмене по доводам, указанным в апелляционном представлении.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает, что решение суда является законным, поскольку вынесено в соответствии с нормами материального и процессуального права, которые подлежат применению к данным правоотношениям. В решении отражены имеющие значение для данного дела факты, подтвержденные проверенными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости.

Оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Центрального районного суда г. Кемерово 23 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий Ю.А. Пискунова

Судьи А.В. Сорокин

Е.М. Бондарь

В окончательной форме апелляционное определение изготовлено 26 января 2026 г.