Апелляционное определение № 33-1656/2025 от 22 декабря 2025 г.

УИД 19RS0001-02-2024-006874-76

Дело № 33-1656/2025

Судья первой инстанции ФИО1


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Топоева А.С.,

судей Бубличенко Е.Ю., Морозовой В.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощника судьи Чебодаевой И.Ю.,

с участием прокурора Томилова А.Д.,

рассматривая в открытом судебном заседании от 23 декабря 2025 года, по правилам производства в суде первой инстанции, без учета особенностей гл. 39 ГПК РФ гражданское дело на основании апелляционной жалобы представителя ответчика акционерного общества «Федеральная пассажирская компания» ФИО2 на решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ по делу по иску ФИО3 к акционерному обществу «Федеральная пассажирская компания» о признании незаконным акта о расследовании несчастного случая, об обязании составить акт о несчастном случае на производстве, взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Топоева А.С., судебная коллегия,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО3 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Федеральная пассажирская компания» (далее – АО «ФПК») о признании незаконным акта о расследовании несчастного случая, обязании составить акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, взыскании компенсации морального вреда в размере № руб.

В основание иска указано, что он (ФИО3) работал в АО «ФПК» <данные изъяты> Производственного участка Абакан Пассажирского вагонного депо Красноярск. В пути следования поездом 563 сообщением «Москва-Анапа» в вагоне 088 23361 по маршруту № во время исполнения своих трудовых обязанностей, ДД.ММ.ГГГГ он почувствовал себя плохо, состояние его здоровья ухудшилось.

Актом о расследовании несчастного случая несчастный случай не установлен. С данным актом он не согласен, поскольку обстоятельства происшедшего изложены не в полном объеме, нарушены сроки расследования несчастного случая на производстве на 4 дня. Акт ему не был вручен, составлен в его отсутствие. Указал, что повреждение здоровья произошло в рабочее время и при исполнении им трудовых обязанностей.

В судебном заседании истец ФИО3 и его представитель адвокат Иванова А.В. исковые требования поддержали, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика АО «ФПК» ФИО4 возражала против удовлетворения требований истца.

Прокурор, участвовавший в деле, Бажан Д.Я. полагал, что исковые требования подлежат удовлетворению.

Дело на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) рассмотрено в отсутствие третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственной инспекции труда в Республике Хакасия, извещенного о времени и месте судебного заседания.

Суд постановил решение, которым исковые требования удовлетворил, постановлено следующее.

Признать незаконным акт о расследовании несчастного случая от 27.03.2024, произошедшего с ФИО3; обязать АО «ФПК» составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем с ФИО3 в период с 16.07.2023 по 19.07.2023; взыскать с АО «ФПК» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.

С решением не согласилась представитель ответчика АО «ФПК» ФИО2, ссылаясь на нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права, просила решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

В обоснование требований апелляционной жалобы указано, что трудовые отношения сами по себе не является основанием для признания происшедшего несчастным случаем на производстве. Отсутствуют доказательства того, что ухудшение самочувствия истца в поездке является несчастным случаем на производстве. Работодатель не нарушил права работника и требования охраны труда. Проводились ежегодный медосмотр, инструктаж по охране труда, медицинская помощь истцу была оказана. Вагон, в котором работал истец, был исправен. Расследование происшедшего было проведено в 2024 году, поскольку отсутствовали основания для такого расследования. Не доказано, что ухудшение здоровья истца в поездке и ухудшение здоровья, приведшее в дальнейшем к инвалидности, обусловлено воздействием внешних факторов (условий труда). Листок нетрудоспособности открыт с кодом – 01 (общее заболевание), согласно справке МСЭ инвалидность установлена в связи с общим заболеванием. Судом не установлено, какое именно заболевание возникло у ФИО3 при исполнении трудовых обязанностей, когда произошло событие, квалифицируемое как несчастный случай на производстве, не установлена вина работодателя. Выразила несогласие с выводами судебной медицинской экспертизы, которые являются вероятностными, не мотивированы, не на все вопросы имеются ответы. Полагала, что размер компенсации морального вреда завышен, не отвечает требованиями разумности и справедливости, не оценены факты неоднократного отказа истца от госпитализации, что способствовало ухудшению здоровья истца.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия от 12.08.2025, принимая во внимание то, что разрешение настоящего спора затрагивает права и обязанности Отделения Фонда социального и пенсионного страхования Российской Федерации по Республики Хакасия (ОСФР по Республике Хакасия), которое не было привлечено к участию в деле, постановлено о переходе к рассмотрению настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции, без учета особенностей гл. 39 ГПК РФ, ОСФР по Республике Хакасия привлечено в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия от 21.08.2025 ОСФР по Республике Хакасия исключено из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, а в качестве такового привлечено ОСФР по г. Москве и Московской области.

В соответствии со ст. 330 ГПК РФ вышеприведенные обстоятельства являются безусловным основанием для отмены решения суда и постановки нового.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО3, представитель истца Иванова А.В. исковые требования поддержали по доводам и основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика АО «ФПК» ФИО2 возражала против удовлетворения исковых требований, ссылалась на доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение транспортного прокурора Томилова А.Д., полагавшего, что исковые требования удовлетворению не подлежат, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Федеральный закон № 125-ФЗ) несчастным случаем на производстве является событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, как на территории страхователя, так и за ее пределами во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, доставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной работоспособности либо его смерть.

Согласно статье 212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Порядок расследования несчастных случаев на производстве установлен в ст.ст. 227 - 231 ТК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 227 ТК РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

К лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, помимо работников, исполняющих свои обязанности по трудовому договору, в частности, относятся: работники и другие лица, получающие образование в соответствии с ученическим договором; обучающиеся, проходящие производственную практику; лица, страдающие психическими расстройствами, участвующие в производительном труде на лечебно-производственных предприятиях в порядке трудовой терапии в соответствии с медицинскими рекомендациями; лица, осужденные к лишению свободы и привлекаемые к труду; лица, привлекаемые в установленном порядке к выполнению общественно полезных работ; члены производственных кооперативов и члены крестьянских (фермерских) хозяйств, принимающие личное трудовое участие в их деятельности (ч. 2 ст. 227 ТК РФ).

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности, в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы (ч. 3 ст. 227 ТК РФ).

Положениями ст. 229 ТК РФ предусмотрено, что для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

В силу ч. 5 ст. 229.2 ТК РФ на основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Расследуются в установленном порядке и по решению комиссии (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая) в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством: смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом; смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества; несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние (ч. 6 ст. 229.2 ТК РФ).

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 7 ст. 229.2 ТК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В ч. 4 ст. 230 ТК РФ указано, что в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» содержатся разъяснения о том, что в силу положений ст. 3 Федерального закона № 125-ФЗ и ст. 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (ч. 2 ст. 227 ТК РФ);

указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (ч. 3 ст. 227 ТК РФ);

соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в ч. 3 ст. 227 ТК РФ;

произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ст. 5 Федерального закона № 125-ФЗ);

имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в ч. 6 ст. 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства.

Из материалов дела усматривается следующее.

Между ФИО3 (работник) и АО «ФПК» (работодатель) заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ на период отсутствия основного работника. По условиям трудового договора ФИО3 принят на работу по должности (профессии) - проводник пассажирского вагона 3 разряда отделения – резерв проводников пассажирских вагонов 1 группы Производственного участка Абакан Пассажирского вагонного депо Красноярск (<адрес>) Енисейского филиала – пассажирского вагонного депо Красноярск АО «ФПК», Красноярск. Итоговой класс условий труда – 2. Характер работы – разъездной.

Приказом №/ок-Аб от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО3 прекращен по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника в связи с выходом на пенсию по инвалидности) (т. 1 л.д. 176).

Применительно к обстоятельствам происшедшего установлено следующее.

Приказами №/к от ДД.ММ.ГГГГ и №/к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 направлен в командировку (т. 1 л.д. 203, 204).

Согласно маршруту № проводник ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ отправился поез<адрес> сообщением «Москва-Анапа» в вагоне 088 23361 с прибытием в пункт оборота ДД.ММ.ГГГГ и возвращением в пункт формирования ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 68-69, 223-224).

Из акта о расследовании группового несчастного случая, проведенного в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, копии акта № ЛВУД – Иркутск от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО3, в пути следования по маршруту ДД.ММ.ГГГГ за 20 минут до прибытия поезда на <адрес>, в вагоне 088 23361 почувствовал ухудшение здоровья, спутанность сознания.

По прибытию на <адрес> в 14-30 часов ФИО3 осмотрен медицинским работником, поставлен укол «Супрастин», диагноз: аллергия.

Согласно ответа директора ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ обратился за получением медицинской помощи в медицинский пункт ж/д вокзала Воронеж-1 с жалобой на аллергическую реакцию после укуса неизвестного насекомого, от госпитализации отказался (т. 2 л.д. 162-163).

К станции Лиски, ДД.ММ.ГГГГ в 18-05 часов ФИО3 почувствовал улучшение здоровья, повторно осмотрен медицинским работником, от госпитализации отказался.

Из копии журнала учета вызовов медицинского пункта на железнодорожном вокзале Лиски следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 18-05 часов дежурный фельдшер принял вызов от фельдшера <адрес>-1, просьбу проконтролировать ФИО3, был поставлен диагноз – артериальная гипертензия (т. 2 л.д. 2-4).

По приезду на <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ в 13-10 часов начальником поезда ФИО5 вызвана скорая помощь. ФИО3 осмотрен медицинским работником, от госпитализации отказался.

Из копии акта № ЛВУД – Иркутск от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО3 был удален для дальнейшей госпитализации, причина плохое самочувствие, головные боли, спутанное сознание (т. 1 л.д. 25, 221-222).

Из амбулаторной карты ФИО3 ГБУЗ «Городская больница <адрес>» следует, что ФИО3 обращался в приемное отделение ГБ <адрес> ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на слабость, головокружение, головную боль, рвоту, шаткость при ходьбе около 2 суток. ФИО3 установлен диагноз: Транзиторная церебральная ишемическая атака неуточненная. От госпитализации отказался (т. 2 л.д. 8, 19-22, 169-175).

Согласно выписке из журнала ВУ-8 в пути следования поезда система кондиционирования воздуха, система нагрева воды вагона 088 23361 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ исправна (т. 2 л.д. 56-65).

ФИО3 сдал маршрутный лист в резерв проводников производственного участка Абакан ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО3, в связи с ухудшением здоровья обратился в ГБУЗ «Абаканская МКБ», где в терапевтическом отделении № Абаканской межрайонной клинической больницы, ему был открыт больничный лист, код нетрудоспособности 01 (заболевание) с ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 178-181).

Неврологом ГБУЗ РХ «Абаканская МКБ» ФИО3 поставлен диагноз: <данные изъяты> (т. 1 л.д. 94, 97-102).

Согласно акту медико-социальной экспертизы гражданина №ДД.ММ.ГГГГ/2023 от ДД.ММ.ГГГГ, протоколу проведения медико-социальной экспертизы №ДД.ММ.ГГГГ/2023 от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 выявлены стойкие выраженные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций, которые приводят к ограничению основных категорий жизнедеятельности: способности к самообслуживанию 2 ст., способности к передвижению 2 ст., способности к трудовой деятельности 2 ст., вызывают необходимости в реабилитации и дают основания для установления 2 группы инвалидности. Максимально выраженное нарушение функций организма – 70% (т. 1 л.д. 29-37, 38-49).

Из сведений о результатах проведенной медико-социальной экспертизы ГБУЗ РХ «Абаканская МКБ» следует, что ФИО3 был установлен диагноз по основному заболеванию: Ранняя мозжечковая атаксия (т. 1 л.д. 57-59).

ФИО3 установлена вторая группа инвалидности по общему заболеванию, разработана ИПРА №.3.19/2023 (т. 1, л.д. 50-56, 103).

ФИО3 обратился к работодателю ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о признании факта производственного вреда здоровью, несчастного случая на производстве во время выполнения должностных обязанностей (т. 1 л.д. 26-27).

При проведении расследования несчастного случая, комиссией был направлен запрос от ДД.ММ.ГГГГ о выдаче справки 315/у, на который получен ответ и.о. главного врача Абаканской МКБ № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что проводник пассажирского вагона ФИО3 не обращался в медицинское учреждение после получения травмы, а находился на лечении по заболеванию (т. 1 л.д. 236-238).

Проведя расследование несчастного случая, комиссия квалифицировала его как не связанный с производством, без оформления акта формы Н-1, составив акт о расследовании несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно указанному акту, ФИО3 на момент несчастного случая имел стаж работы 5 л. 7 мес., с ним были проведены инструктажи по охране труда, карта СОУТ №А класс условий труда 2, оценка профессиональных рисков проведена ДД.ММ.ГГГГ, карта рисков № на рабочем месте проводника пассажирского вагона утверждена ДД.ММ.ГГГГ, ознакомлен с картой рисков ДД.ММ.ГГГГ.

В пути следования поезда № сообщением «Москва - Анапа» ФИО3 почувствовал ухудшение здоровья, спутанность сознания.

Комиссией установлено, что в момент ухудшения здоровья проводник ФИО3 находился в трудовых отношениях с ответчиком, согласно ответа и.о. главного врача Абаканской МКБ ФИО3 не обращался в медицинское учреждение после получения травмы, находился на лечении по заболеванию; непосредственных свидетелей получения травмы ФИО3 не было; не обращался к представителям работодателя с заявлением о повреждении здоровья, факте повреждения здоровья; в соответствии со ст. 214 ТК РФ работодатель провел обучение проводника ФИО3 безопасным методам и приемам выполнения работ, проверку знаний требований охраны труда, все виды инструктажей на рабочем месте.

В соответствии с пунктом 8.1 акта расследования, вид происшествия отсутствует.

Характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья – отсутствует (п. 8.2 акта).

Причины несчастного случая – не установлены (п. 9 акта).

Должностные лица, ответственные за допущенные нарушения законодательных или иных нормативно правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая со стороны пассажирского вагонного депо Красноярск структурного подразделения Восточно-Сибирского филиала АО «ФПК» в ходе расследования комиссией не установлены (п.10 акта).

Комиссия пришла к выводу, что факт несчастного случая с ФИО3 в ходе расследования не подтвержден, случай ухудшения здоровья не подлежит квалификации как несчастный случай на производстве. Ухудшение здоровья проводника пассажирского вагона ФИО3 оформлению Актом формы Н-1, учету и регистрации в пассажирском вагонном депо Красноярск – структурном подразделении Восточно-Сибирского филиала Акционерного общества «ФПК» не подлежит (т.1 л.д.19-23, 211-215).

Возражая против заявленных требований, сторона ответчика указала, что время труда и отдыха установлены графиками сменности, с которыми истец был ознакомлен. Вагон находился в исправном состоянии. Доказательств того, что ухудшение здоровья истца в поездке и ухудшение здоровья в дальнейшем, приведшее к установлению инвалидности истца, обусловлено воздействиями внешних факторов (условий труда) в материалах дела не имеется. Работодателем нарушений прав истца, требований охраны труда не допущено, заявленная сумма компенсации морального вреда является неразумной и несоразмерной.

Представлены маршруты проводника ФИО3 за период с января 2023 по июль 2023 года включительно, табели учета рабочего времени, графики дежурств (т, л.д. 188-200, т. 2 л.д. 114-144).

Кроме того, как указывает сторона ответчика, ФИО3 ежегодно проходил медицинские комиссии, согласно которым противопоказаний к работе проводника не выявлено (направления на обязательный медицинский осмотр и заключения по результатам смотра от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 182-187, 243).

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО5 пояснила, что работает начальником поезда 18 лет, истца знает. В июле 2023 года была командировка поездом «Москва-Анапа», ФИО3 был проводником в данном поезде, у него был плацкартный вагон, нареканий к проводнику не было. Когда сотрудники заступают на рейс, они не проходят медицинский осмотр, только визуальный. С июня по июль совместно ездили в этой командировке, за время командировки Юрий не жаловался на здоровье. В тот день приехали на ст. Воронеж на час раньше, к ней подошел проводник с 7 вагона и сказал, что ФИО3 плохо, она пошла к нему и вызвала скорую помощь. ФИО3 сказал, что у него поднялось давление, у него было вялое состояние, потом вместе пошли до медицинского пункта, но там пояснили, что медики на составе. Она позвонила со своего телефона медику, которая пришла позже, она осмотрела ФИО3, замерила давление, попросила ее выйти, примерно через минуту, она пояснила, что у него повысилось давление, он должен на постоянной основе принимать препараты. Медик поставила ФИО3 укол и сказала в течение часа его понаблюдать. Через 20-30 минут ее снова позвал проводник с 7 вагона и сказал, что ФИО3 его не узнает и у него странное поведение. Они вместе побежали к ФИО3, он действительно их не узнавал, после чего механик стал поить его горячим сладким чаем. Медик сказала, что готова госпитализировать ФИО3, но он отказался и сказал, что не будет сходить с пути, так как чувствует себя уже гораздо лучше. По пути следования ФИО3 снова стало плохо, она сразу вызвала медицинских работников на ст. Лиски и реанимацию, по громкой связи в поезде объявила, чтобы все пассажиры с медицинским образованием пришли на помощь. Через минут 30-40 у ФИО3 появилась несвязная речь, на ст. Лиски она составила акт на удаление работника с поезда, когда приехали на станцию медики, они зашли и сказали, что ФИО3 чувствует себя хорошо, и уже пишет отказ от госпитализации. У него спросили паспортные данные, данные о жене, детях, он адекватно отвечал на все вопросы. Она звонила в Москву, пояснила, что работник пишет отказ от госпитализации и не хочет сходить с поезда, она не стала настаивать на удалении ФИО3 с поезда, потому что он ответил на все вопросы адекватно. Поехали дальше до Анапы, ФИО3 лег отдыхать свои положенные 4 часа, отстраняться от работы он не стал. Перед ст. Лихой она заранее подготовила на всякий случай акт, но на самой станции ФИО3 спал, после чего он проснулся, одел форму, и был готов к работе. Перед Анапой она увидела, что ФИО3 снова становится хуже, вновь вызвали реанимацию, он собрал вещи и сам пошел на госпитализацию. За 10 минут до посадки ФИО3 снова пришел и сказал, что от госпитализации он отказался и ему дали заключение с соблюдением режима труда и отдыха, он произвел посадку пассажиров и лег спать, от Анапы до Москвы он не жаловался на свое состояние. График работы был: 8 часов работает, 4 часа отдыхает, данный график установлен охраной труда. В норме температура воздуха в вагоне должна быть 22-26 градусов, но на станции вагон нагревается. Кондиционер в поезде будет работать только в том случае, когда остынет плита в крыше и только в рабочем состоянии поезда. Температура была выше нормы только на стоянке. В вагоне не работал кипятильник, в нем сгорели тэны, но он не нагревает воздух в вагоне. Когда она составляла акты, она ФИО3 не ознакомила с ними, это ее документ. Она поставила в известность ситуационный центр г. Москвы, на тот момент это никак не оформлялось. Самая длительная стоянка была в Анапе, там стояли около 11 часов, кондиционер не работает, открыты двери и окна. Она имеет полное право отстранить сотрудника от работы даже без медицинского заключения, но ФИО3 отвечал на все вопросы внятно, после Анапы выполнял свои должностные обязанности. Когда Юрий вернулся от врачей, он ей показал бумагу с пометкой «допустить к работе с соблюдением режима труда и отдыха». Она позвонила в Абакан, сказала, что нельзя на самолёт с таким состоянием, но ей пояснили, что ФИО3 настоял сам на перелете. Есть график, по которому на большой стоянке один проводник охраняет 4 вагона 2 часа, во время стоянки проводники могут выходить по заявлению, которое пишется в штабном вагоне, делается запись в рейсовом вагоне. Ей ФИО3 не говорил, что ему нужно принимать таблетки.

На основании определения суда первой инстанции от ДД.ММ.ГГГГ была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено Государственному казенному учреждению здравоохранения Республики Хакасия «Республиканское клиническое бюро судебно-медицинских экспертиз» (ГКУЗ РХ «РКБСМЭ»), перед экспертами поставлены вопросы:

1. Какие заболевания имелись у ФИО3 на ДД.ММ.ГГГГ?

2. При наличии заболеваний у ФИО3 на ДД.ММ.ГГГГ, явились ли они причиной ухудшения здоровья в период с 16 по ДД.ММ.ГГГГ?

3. Необходима ли была экстренная госпитализация ФИО3, в какой период?

4. Ухудшения здоровья ФИО3 в период с 16 по ДД.ММ.ГГГГ при осуществлении трудовой деятельности в качестве проводника пассажирских вагонов обусловлено условиями труда (температура воздуха в вагоне, шум, вибрация, длительность и тяжесть трудового процесса) либо это связано с наличием общего заболевания, иными причинами? (т.4 л.д.6-7).

Согласно Заключению судебно-медицинская экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 установлены заболевания: избыточная <данные изъяты>. Данные заболевания носят длительный характер, что может свидетельствовать о наличии их на ДД.ММ.ГГГГ. Каких-либо медицинских документов, свидетельствующих о состоянии здоровья ФИО3 на ДД.ММ.ГГГГ, а также о наличии у ФИО3 иных заболеваний в представленных на экспертизы документах не установлено.

В Акте о расследовании группового несчастного случая имеется запись о том, что ДД.ММ.ГГГГ на станции Воронеж ФИО3 «...был осмотрен медицинским работником, выставлен диагноз «Аллергия», поставлен укол «супрастин»...». Однако каких-либо медицинских документов с данными вышеуказанного осмотра в материалах дела не имеется, в связи с чем высказаться о наличии у ФИО3 заболеваний аллергического генеза не представляется возможным.

Согласно копий карты вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ Анапа, а также медкарты № из Анапской городской больницы ФИО3 был доставлен в приемный покой с жалобами на головокружение, головную боль, однократную рвоту, шаткость при ходьбе на фоне подъёма артериального давления до 180/127мм.рт.ст. Было проведено обследование, выставлен диагноз транзиторная ишемическая атака. Оказана медицинская помощь. Данное ухудшение состояние здоровья не состоят в причинно-следственной связи с имеющимися у ФИО3 заболеваниями, указанными в ответе на вопрос №1 данных выводов.

Согласно выставленного ФИО3 диагнозу «транзиторная ишемическая атака» ему была необходима экстренная госпитализация, в соответствии с Приказом Минздрава России от 15.11.2012 № 928к (ред. от 21.02.2020) "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения". От госпитализации ФИО3 отказался, о чем свидетельствует его письменный отказ.

Не исключается, что ухудшение состояния здоровья ФИО3 выразившееся в транзиторной ишемической атаке могло быть спровоцировано высокой температурой воздуха в вагоне, напряженной и длительной тяжестью трудового процесса.

Группа инвалидности ФИО3 установлена по заболеванию мозжечковая атаксия. Данное заболевание, согласно заключению генетика носит генетический характер. Вероятнее всего возникшая у ФИО3 <данные изъяты> атака явилась пусковым моментом для клинического проявления заболевания - <данные изъяты> (т.4 л.д.123-137).

Согласно абз. 2 п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 года N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции" в целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. При наличии в деле нескольких противоречивых заключений могут быть вызваны эксперты, проводившие как первичную, так и повторную экспертизу.

Опрошенная судебной коллегией эксперт ФИО6 подтвердила выводы экспертизы, в том числе вероятностные выводы.

Поскольку Заключение судебно-медицинской экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ не дает однозначных ответов на поставленные вопросы, выводы вероятностны, не на все вопросы даны ответы (вопрос №4), на основании определения судебной коллегии от 21.08.2025 по делу была назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» (далее – КГБУЗ «ККБСМЭ»).

Из Заключения судебной экспертизы (комиссионной по материалам дела) КГБУЗ «ККБСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что эксперты по поставленным вопросам пришли к следующим выводам:

Вопрос - какие телесные повреждения (травмы, увечья) или иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавшего на другую работу, временную или стойкую утрату им нетрудоспособности, получил ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ?

Ответ - анализом представленных в распоряжение судебно-медицинской комиссии материалов дела и медицинских документов, комиссией установлено, что у ФИО3 каких-либо телесных повреждений (травм, увечий) или иных повреждениях здоровья, обусловленных воздействием внешних факторов, повлекших за собой необходимость перевода пострадавшего на другую работу, не имеется. В том числе у него не имелось временной или стойкой утраты трудоспособности в период с 16.07.2023 по 20.07.2023 обусловленной телесными повреждениями или иными повреждениями здоровья, обусловленными воздействием внешних факторов.

Судебно-медицинская экспертная комиссия считает нужным подчеркнуть, что нет указания и объективизации каких-либо внешних факторов.

В представленных картах вызова скорой помощи от 16 и 17 июля 2023 года кроме наличия общемозговых жалоб, объективных симптомов, синдромов и других фактов нарушения здоровья не имеется. В том числе, со стороны сердечно-сосудистой и нервной систем (ЭКГ, КТ головного мозга – без патологии). У ФИО3 возможно имело место нарушение здоровья, которое можно предположить из представленных документов, это астенический синдром (интолерантность к физическим и/или психическим нагрузкам).

Вопрос - подтвержден ли диагноз: «Ишемическая атака», «Тепловой удар», если да, то когда и в результате чего возникли эти заболевания?

Ответ - нет, данные диагнозы не подтверждены.

Транзиторная ишемическая атака (ТИА) – острое переходящее нарушение кровообращения головного мозга по ишемическому типу, эпизод неврологических нарушений, вызванных ишемией участка головного или спинного мозга, а также сетчатки глаз без развития острого инсульта.

При осмотрах ФИО3 бригадой корой помощи, очаговой и другой неврологической симптоматики у него не выявлено.

Тепловой удар – это состояние гипертермии, вызванное интенсивным тепловым воздействием, связанное с расстройством механизмов терморегуляции и сопровождающееся нарушением работы различных органов и систем. При тепловом ударе внутренняя температура тела стремительно поднимается до таких опасно высоких значений, что организм уже не может ее снизить с помощью потоотделения и других механизмов охлаждения. Это состояние требует экстренной медицинской помощи.

Клинических и других данных, подтверждающих тепловой удар у ФИО3 не имеется.

Вопрос - какое заболевание послужило основанием для установления инвалидности ФИО3 и имеется ли причинная связь между этим заболеванием и телесными повреждениями (травмами, увечьем) или иным повреждением здоровья, обусловленными воздействием внешних факторов, полученными ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ?

Ответ - поводом к установлению ФИО3 группы инвалидности послужил диагноз «<данные изъяты>». Анализ медицинских документов убеждает в том, что данному диагнозу подтверждений не имеется, и имеет случай «гипердиагностики» нейродегенерации, которая не может не иметь признаков при нейровизуализации, а все МРТ головного мозга у ФИО3 в норме (в ряде неврологических осмотров в статусе изменена мышечная сила, при нормальном тонусе и рефлексах, чего не бывает при поражении центральной и периферической нервной системы).

У ФИО3. каких-либо телесных повреждений (травм, увечий) или иных повреждениях здоровья, обусловленных воздействием внешних факторов, повлекших за собой необходимость перевода пострадавшего на другую работу, комиссией не установлено. В том числе у него не установлено временной или стойкой утраты трудоспособности в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Все мозжечковые нейродегенерации могут быть либо наследственными (вероятность чего минимизирована консультацией и лабораторно-генетическим обследованием у врача-генетика) или инфекционными (клещевой энцефалит и др.).

- имеется ли причинная связь между неоказанием медицинской помощи ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в больнице <адрес> вследствие его добровольного отказа от госпитализации и ухудшением состояния здоровья, приведшим к инвалидности 2 группы?

Нет, какой-либо причинно-следственной связи не имеется.

Оценивая указанное заключение КГБУЗ «ККБСМЭ» № 529 от 30.10.2025, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований сомневаться в правильности экспертного заключения, выполненного экспертом КГБУЗ «ККБСМЭ» не имеется, поскольку экспертиза проведена компетентными экспертами, врачами высшей квалификационной категории, имеющими значительный стаж экспертной работы, оно соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», заключение дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, ответы являются последовательными и не допускают неоднозначного толкования, эксперты за дачу заведомо ложного заключения были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, в связи с чем данное заключение отвечает принципам относимости, допустимости и является надлежащим доказательством по делу.

Настоящее экспертное исследование специалисты проводили на основании представленной медицинской документации в отношении ФИО3, исходили из полной картины течения его заболевания, соотнося сведения медицинского характера с состоянием здоровья истца на момент исполнения им обязанностей в должности проводника, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, отводов экспертам истцом не заявлялось.

Таким образом, оценив заключение экспертов КГБУЗ «ККБСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ в совокупности с другими представленными сторонами по делу доказательствами, в том числе представленными медицинскими документами, пояснениями сторон спора, судебная коллегия не находит оснований сомневаться в его правильности и обоснованности.

Доводы стороны истца о том, что экспертами не оценивалось его состояние с учетом укуса неизвестного насекомого, о наличии причинно-следственной связи между его заболеванием и укусом неизвестного насекомого, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку какими-либо объективными доказательствами данные доводы не подтверждены. Из заключения экспертов ГКУЗ РХ «РКБСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ, на которое ссылается сторона истца, следует, что диагноз «Аллергия» (поставлен укол «супрастин») не подтвержден материалами дела. Из Заключения экспертов ГКУЗ РХ «РКБСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительной судебной экспертизы КГБУЗ «ККБСМЭ», проведенной на основании всех имеющихся медицинских документов не усматривается, что имеется сведений об укусе насекомого, наличии инфекционного (клещевого энцефалита и др.) и наличии причинной связи между заболеванием и укусом неизвестного насекомого.

Каких-либо иных доказательств, которые не были исследованы экспертами, проводившими экспертизу, не имеется. Достоверность выводов проведенной судебно-медицинской экспертизы стороной истцом не опровергнута.

Доводы стороны истца о необходимости вызова и допроса эксперта по проведенной повторной экспертизе судебной коллегией отклоняются, поскольку по смыслу статей 12, 67, 85, 86, 187 ГПК РФ допрос эксперта не является обязательным и проводится только при наличии, неясностей или необходимости дополнения заключения, чего не имеется. У судебной коллегии отсутствовали вопросы, касающиеся порядка проведения экспертного исследования и содержания заключения судебной экспертизы, ответы в заключении экспертами были даны полные, мотивированы в соответствии с поставленными вопросами, оснований для вызова и допроса эксперта не имеется.

С учетом данных обстоятельств, утверждения истца о том, что несчастный случай с ним произошел с ним в рабочее время и при исполнении его трудовых обязанностей, а полученные в результате несчастного случая на производстве травмы привели к установлению второй группы инвалидности, не нашли своего подтверждения.

Судебная коллегия находит доказанными следующие юридически значимые обстоятельства, исключающие возможность удовлетворения исковых требований, касающихся установления несчастного случая на производстве – отсутствие события, указанного в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (ч. 3 ст. 227 ТК РФ).

Доказано, что у ФИО3 имеется общее заболевание не связанное с производством, что в соответствии с ч. 6 ст. 229.2 ТК РФ не позволяет квалифицировать происшедшее, как несчастный случай на производстве.

На основании изложенного, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 к АО «ФПК» о признании незаконным акта о расследовании несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ, о признании несчастным случаем на производстве обстоятельств, происшедших на маршруте следования № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, о возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В соответствии с положениями ст. 237 ТК РФ, принимая во внимание, что в судебном заседании не нашел свое подтверждение факт нарушения трудовых прав истца со стороны работодателя, то в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда также следует отказать.

На основании изложенного, судебная коллегия, руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ по настоящему делу отменить, принять новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к акционерному обществу «Федеральная пассажирская компания» о признании незаконным акта о расследовании несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ, о признании несчастным случаем на производстве обстоятельств, происшедших на маршруте следования № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, о возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, взыскании компенсации морального вреда отказать.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий А.С. Топоев

Судьи Е.Ю. Бубличенко

В.Н. Морозова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12.01.2026.