Апелляционное определение № 11-111/2026 11-9144/2025 от 30 марта 2026 г.

УИД 74RS0006-01-2024-005571-67

Судья Андреева Н.С.

Дело № 2-240/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-111/2026
31 марта 2026 года
г.Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Норик Е.Н.,

судей Чернышовой С.С., Никитенко Н.В.,

при секретаре Белобородовой И.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 на решение Калининского районного суда г.Челябинска от 29 апреля 2025 года по иску ФИО2 к ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО8 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, переводе прав и обязанностей покупателя по сделке, по иску ФИО3 к ФИО6, ФИО7 о признании сделки недействительной и признании права собственности, по иску ФИО5, ФИО4 к ФИО6, ФИО7 о признании сделки недействительной и признании права собственности,

Заслушав доклад судьи Норик Е.Н. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО4, ФИО5, в котором с учетом уточнений просил признать недействительными:

- договор дарения ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, заключенный 31 августа 2023 года между ФИО3 и ФИО6;

- договор дарения ? доли в праве собственности на указанную квартиру, заключенный 05 сентября 2023 года между ФИО3, действующей от имени ФИО5, и ФИО6;

- договор дарения ? доли в праве собственности на указанную квартиру, заключенный 12 сентября 2023 года между ФИО4 и ФИО6;

- договор дарения ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО6 и ФИО7, и применить последствия недействительности ничтожных сделок.

В обоснование заявленных требований указал, что в ходе рассмотрения дела по определению порядка пользования жилым помещением ему стало известно, что его бывшая жена ФИО3 по договору дарения от 31 августа 2023 года передала в дар ФИО6 ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>. Также его дочери по договорам дарения от 05 сентября 2023 года и 12 сентября 2023 года передали принадлежащие им доли по ? доли каждая, ФИО6 С ФИО6 он не знаком и причины, по которым бывшая жена и дочери могли подарить ФИО6 свои доли в праве собственности на квартиру, не знает. Полагает, что оснований безвозмездно отказываться от единственного жилья у дарителей не было. Считает, что фактически его бывшая жена ФИО3 продала ФИО6 в период с 31 августа по 12 сентября 2024 года принадлежащие ей и их дочерям доли в квартире. Указывает, что он, как долевой собственник, вправе потребовать в судебном порядке перевода на себя прав и обязанностей покупателя.

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО6, ФИО7, в котором с учетом уточнений просила признать недействительным договоры дарения ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, заключенные между ней и ФИО6 и последующий договор, заключенный между ФИО6 и ФИО7, признать за ней право собственности на ? доли в праве собственности на данное имущество.

В обоснование заявленных требований указала, что она была зарегистрирована и постоянно проживала в указанной квартире. 31 августа 2023 года она подарила ФИО6 ? долю в праве собственности на указанную квартиру, поскольку ее убедила в этом супруга ФИО6 – ФИО7 Она предложила ей продать ее долю и доли дочерей за 1 596 000 руб., при этом сказала, что оформить сделку надо через договор дарения, чтобы не получать от ФИО2 согласия на продажу доли. Считает, что данная сделка является притворной.

ФИО5, ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО6, ФИО7, в котором с учетом уточнений просили признать недействительными договоры дарения ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, заключенный 05 сентября 2023 года между ФИО3 от имени ФИО5 и ФИО6, и от 12 сентября 2023 года между ФИО4 и ФИО6; признать недействительным договор дарения ? доли в праве собственности на данную квартиру, заключенный между ФИО6 и ФИО7; признать за ними право собственности на ? доли за каждой в праве собственности на данное имущество.

В обоснование заявленных требований указали, что были собственниками квартиры по адресу: <адрес>, по ? доли каждая. Две оставшиеся доли принадлежали их родителям ФИО3 и ФИО2 05 сентября 2023 года ФИО3, действуя по доверенности от ФИО5, подарила принадлежащую последней долю ФИО6 12 сентября 2023 года ФИО4 подарила принадлежащую ей долю ФИО6 В действительности были совершены сделки купли – продажи долей за 532 000 руб. за каждую долю. Однако, при расчете ФИО6 недоплатил согласованную сумму, недоплаченная сумма за три доли составила 300 000 руб. Считают, что данные сделки были притворными.

Определением суда от 28 ноября 2023 года гражданское дело № по иску ФИО5, ФИО4 к ФИО6 о признании недействительным договора дарения, признании права собственности и гражданское дело № по иску ФИО3 к ФИО6 о признании недействительным договора дарения, признании права собственности были объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда от 02 декабря 2024 года гражданское дело № по иску ФИО5, ФИО4, ФИО3 к ФИО6 о признании недействительным договора дарения, признании права собственности и гражданское дело № по иску ФИО2 к ФИО6, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров дарения недействительными объедены в одно производство для совместного рассмотрения.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции истец ФИО2 и его представитель ФИО9 в судебном заявлении поддержали свои требования в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО6 – ФИО10 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска.

ФИО3, ФИО5, ФИО4, ФИО6, ФИО7, третьи лица финансовый управляющий ФИО11, нотариус ФИО12 при надлежащем извещении участие в судебном заседании не принимали.

Суд первой инстанции принял решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО4 отказал.

ФИО5, ФИО4 в апелляционной жалобе просили отменить решение суда и принять по делу новое решение об удовлетворении их исковых требований. В обоснование доводов жалобы указали, что судом при вынесении решения нарушены нормы материального и процессуального права. Суд не дал правовой оценки сделке купли-продажи, прикрываемой дарением, а также не применил относящиеся к ней правила, в том числе о преимущественном праве сособственника на покупку доли. Кроме того, судом не принят и не рассмотрен уточненный иск, в котором истцы заявили о признании сделки недействительной на основании ст.177 Гражданского кодекса РФ, поскольку в момент совершения сделки они были не способны понимать значение своих действий и руководить ими. Суд не дал оценки обстоятельствам совершения договора дарения между ФИО6 и ФИО7 в период рассмотрения дела в суде. Кроме того, ответчики намеренно не являлись в судебные заседания для того, чтобы избежать ответов на вопросы истцов. Считают, что такое поведение ответчиков является недобросовестным. Суд не учел, что ФИО5, ФИО4 не знакомы с ФИО6, оснований для дарения ему единственного жилья у них не имелось, в связи с чем совершенные между ними сделки, очевидно, являются притворными. Судом оставлен без внимания тот факт, что ФИО3 сразу после заключения с ФИО6 договора дарения купила комнату в квартире по адресу: <адрес> за 500 000 руб. ФИО6 и ФИО7 владеют большим количеством недвижимого имущества. Они целенаправленно психологически давили на ФИО3 с целью приобрести четырехкомнатную квартиру за бесценок. Кроме того, супруги Ш-вы не использовали квартиру для личного проживания, сдавали ее в аренду, получая доход. Судом объективно не исследована воля сторон при совершении сделки, дана формальная оценка юридически значимым обстоятельствам. Считают, что суду следовало привлечь нотариуса в качестве третьего лица, а также установить правильность нотариального оформления сделки. Указывают, что судом не учтено психологическое состояние ФИО3 в момент совершения сделки, в тот период она находилась в подавленном состоянии из-за проблем в семье, с бывшим мужем у нее были конфликтные отношения, она, как и ФИО4, обращалась за помощью к психиатру. Истцы не имели намерения дарить свои доли в праве собственности на квартиру, а желали их продать. ФИО6 воспользовался неадекватным состоянием истцов и вынудил их оформить договор дарения вместо купли-продажи, что свидетельствует о притворности сделки.

ФИО3 в апелляционной жалобе просила отменить решение суда и принять по делу новое решение об удовлетворении ее исковых требований. В обоснование доводов жалобы указала аналогичные доводы, что и ФИО5, ФИО4 Дополнительно указала, что суд нарушил ее права, отказавшись принять документы, поданные 23 апреля 2025 года через канцелярию Калининского районного суда г.Челябинска, а именно: уточненное исковое заявление с расписками в получении денег, медицинскими документами и ходатайством о назначении судебной психолого-психиатрической экспертизы.

ФИО2 в апелляционной жалобе просил отменить решение суда и принять по делу новое решение об удовлетворении его исковых требований. В обоснование доводов жалобы указал на обстоятельства, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно указал, что суд не дал надлежащей оценки обстоятельствам получения ФИО3 денежных средств от ФИО6, а также приобретения ею комнаты после заключения оспариваемого договора дарения, не принял во внимания пояснения ФИО3, данные в ходе рассмотрения дела. Кроме того, суд не учел, что супруги Ш-вы систематически занимаются предпринимательской деятельностью по купле-продаже недвижимого имущества, у них отсутствует необходимость в принятии в дар имущества от ФИО3, спорную квартиру они используют в коммерческих целях. В результате заключения оспариваемой сделки его дочери лишились единственного жилья. Судом также не указано, что истцом внесены на депозит суда денежные средства в размере 1 602 000 руб. в счет обеспечения своих исковых требований. В ходе судебного разбирательства супруги Ш-вы не являлись в судебные заседание, что, по мнению истца, свидетельствует о злоупотреблении правом с их стороны.

Определением от 02 сентября 2025 года судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по искам ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО4 по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, привлекла к участию в деле в качестве ответчика ФИО8

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции истец ФИО3 уточнила основание иска, указав, что договор дарения от 31 августа 2023 года является недействительным на основании п.1 ст.177 Гражданского кодекса РФ, поскольку на момент его заключения она находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, была психически неуравновешенна, страдала тревожно-депрессивным синдромом.

ФИО2 также уточнил заявленные исковые требования, дополнительно просил признать ничтожным договор купли-продажи ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, заключенный 19 марта 2025 года между ФИО7 и ФИО8, перевести на ФИО2 права и обязанности покупателя долей в спорной квартире.

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции ФИО2 и его представитель ФИО9 в судебном заседании поддержали заявленные требования.

ФИО3 и ее представитель ФИО13, являющаяся также представителем ФИО4 и ФИО5, в судебном заседании поддержали заявленные требования.

Ответчик ФИО7 и ее представитель ФИО14 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований.

ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8, финансовый управляющий ФИО2 – ФИО11, нотариус ФИО12 при надлежащем извещении участие в судебном заседании не принимали.

В связи с надлежащим извещением лиц, участвующих в деле, и размещением информации о месте и времени рассмотрения гражданского дела на официальном сайте Челябинского областного суда в сети Интернет, судебная коллегия, руководствуясь ч.3 ст.167, ст.327 Гражданского процессуального кодекса РФ, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы исков и апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.195 Гражданского процессуального кодекса РФ, решение суда должно быть законным и обоснованным.

Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч.1 ст.1, ч.3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст.55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Согласно п.4. ч.4 ст.330 Гражданского процессуального кодекса РФ, основанием к отмене решения суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Рассмотрев заявленные исковые требования, суд первой инстанции принял решение в отношении прав и обязанностей ФИО8, являющегося собственником ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес> на основании договора купли-продажи от 19 марта 2025 года, заключенного с ФИО7, однако к участию в деле в качестве ответчика данное лицо не привлек, что является существенным нарушением норм процессуального закона и основанием для отмены решения, принятого по делу.

Разрешая по существу заявленные исковые требования, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

В соответствии со ст.209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Как следует из п.1 ст.421 Гражданского кодекса РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно ст.572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п.2 ст.170 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст.219 Гражданского кодекса РФ право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации права.

Как следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи от 15 августа 2013 года собственниками квартиры, расположенной по адресу: <адрес> являлись ФИО15, ФИО3, ФИО4 и ФИО5, по ? доли каждый.

31 августа 2023 года между ФИО3 и ФИО6 был заключен договор дарения, согласно которому ФИО3 (даритель) подарила, а ФИО6 (одариваемый) принял в дар ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>. Указанный договор был удостоверен ФИО17, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Челябинского городского округа Челябинской области ФИО12 и зарегистрирован в реестре №.

05 сентября 2023 года между ФИО3, действующей от имени ФИО5, и ФИО6 был заключен договор дарения, согласно которому ФИО3, действующая от имени ФИО5 (даритель) подарила, а ФИО6 (одариваемый) принял в дар ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>. Указанный договор был удостоверен ФИО18, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Челябинского городского округа <адрес> ФИО12 и зарегистрирован в реестре №.

12 сентября 2023 года между ФИО4 и ФИО6 был заключен договор дарения, согласно которому ФИО4 (даритель) подарила, а ФИО6 (одариваемый) принял в дар ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>. Указанный договор был удостоверен ФИО12 нотариусом нотариального округа Челябинского городского округа Челябинской области и зарегистрирован в реестре №.

Право собственности ФИО6 на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру было зарегистрировано в установленном законом порядке 01 сентября 2023 года, 06 сентября 2023 года и 13 сентября 2023 года соответственно.

Впоследствии ФИО6 подарил ФИО7 ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес> на основании договора дарения от 26 сентября 2024 года.

19 марта 2025 года между ФИО7 и ФИО8 был заключен договор купли-продажи ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, по условиям которого ФИО7 продала принадлежащую ей долю ФИО8 за 3 000 000 руб.

Оспаривая договоры дарения долей в праве собственности на квартиру по адресу: по адресу: <адрес> ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 указали, что указанные сделки являются притворными, фактически прикрывают договор купли-продажи, их воля была направлена на возмездное отчуждение недвижимого имущества.

Согласно п.1 ст.166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная).

В силу ст.167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п.2 ст.170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснений, содержащихся в п.87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2025 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. Намерение одного участника на совершение притворной сделки недостаточно. Стороны должны преследовать общую цель и с учетом правил ст.432 Гражданского кодекса РФ достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. При этом к прикрываемой сделке, на совершение которой направлены действия сторон с целью создания соответствующих правовых последствий, применяются относящиеся к ней правила, в том числе о форме сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон, обстоятельства заключения договора и доказательства несоответствия волеизъявления сторон их действиям. О притворности сделки свидетельствует не столько содержание договора, сколько совокупность обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, оспариваемые договоры дарения составлены в письменном виде, подписаны добровольно и собственноручно ФИО3, действующей за себя и ФИО5, ФИО4, удостоверены нотариусом, соответствуют требованиям действующего законодательства.

Подписывая указанные договоры, стороны подтвердили, что они полностью дееспособны, под опекой и попечительством не состоят, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемых договоров.

Подписанные сторонами договоры дарения, представленные в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области для регистрации перехода права собственности на жилое помещение, не содержит указания на наличие какого-либо встречного обязательства.

Доводы истцов о том, что их воля была направлена на возмездное отчуждение недвижимого имущества, судебной коллегией признаются несостоятельными.

Доказательств, свидетельствующих о согласовании сторонами сделок стоимости долей и подтверждающих, что ФИО3, ФИО5, ФИО4 в юридически значимый период по оспариваемым договорам поступали от ФИО6 денежные средства за доли в праве собственности на спорную квартиру, материалы дела не содержат.

Представленные ФИО3 расписки от 01 июля без указания года, от 13 июля 2023 года, от 17 августа 2023 года о получении ФИО3 от ФИО7 по соглашению о задатке от 01 июля 2023 года денежных средств в размере 132 000 руб. по каждой расписке, судебной коллегией не могут быть приняты в качестве достоверного доказательства получения денежных средств за спорные доли в квартире.

Соглашение о задатке от 01 июля 2023 года суду не представлено, в связи с чем определить его условия и относимость к условиям договоров дарения не представляется возможным. Данные расписки не содержат сведений, в счет какого обязательства ФИО7 получены денежные средства, не имеется в них и ссылок на какой-либо объект недвижимости. С учетом изложенного, а также принимая во внимание, что ФИО3 в ходе судебного разбирательства указывалось на продажу ФИО16 сада, данные расписки не являются относимыми доказательствами по настоящему спору. Кроме того, оспариваемые сделки были заключены с ФИО6, в то время как в расписках получателем денежных средств указана ФИО7 (т.3 л.д.196).

ФИО6, ФИО7 в ходе рассмотрения дела отрицали притворность оспариваемых сделок, указывая на то, что имели намерение заключить именно договоры дарения, не предусматривающие встречных обязательств.

Допустимых и достоверных доказательств того, что сделки дарения прикрывали иную волю ее участников, которые желали создания иных правовых последствий, суду не представлено. Намерения сторон выражены в договорах достаточно ясно, содержание договоров позволяет оценить природу и последствия совершаемых сделок.

Проанализировав условия оспариваемых договоров дарения, исследовав и оценив доказательства по делу, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, относительно составления и подписания договоров, их исполнения посредством регистрации перехода права собственности, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для признания недействительными договоров дарения долей в праве собственности на спорную квартиру по мотиву притворности не имеется.

Доводы ФИО3 о том, что при заключении договора дарения она была введена в заблуждение относительно правовой природы совершаемой сделки, судебная коллегия также признаются необоснованными.

В соответствии с п.1 ст.178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно п.2 вышеуказанной статьи, при наличии условий, предусмотренных п.1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В силу п.3 ст.178 Гражданского кодекса РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу ст.178 Гражданского кодекса РФ сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.

При этом заблуждение может возникнуть как по вине самого заблуждающегося, так и по причинам, зависящим от другой стороны или третьих лиц, а также от иных обстоятельств.

Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность. Заблуждение относительно природы сделки выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить.

Заблуждение может влиять на юридическую силу сделки только в тех случаях, когда оно настолько существенно, что обнаруживает полное несоответствие между тем, что желало лицо, и тем, на что действительно была обращена его воля. Таким образом, существенным заблуждение будет в том случае, когда есть основание полагать, что совершивший сделку не заключил бы ее, если бы знал обстоятельства дела. Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться с учетом конкретных обстоятельств дела исходя из того, насколько заблуждение являлось существенным именно для данного участника сделки.

Анализируя содержание оспариваемых договоров дарения, судебная коллегия отмечает, что они содержат ясно выраженное намерение сторон совершить безвозмездную сделку, стороны договора поименованы как «даритель» и «одаряемый», что также отражает правовую природу сделки.

Указанные договоры содержат все существенные условия данного вида сделок, по форме соответствуют требованиям закона, что само по себе подтверждает то обстоятельство, пока не доказано иное, что участники правоотношений были намерены совершить именно данный вид сделки.

Кроме того, после совершения сделки ФИО19, ФИО4 и ФИО20 выехали из квартиры по адресу: <адрес>, передали ФИО6 ключи от квартиры и снялись с регистрационного учета.

Принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих заблуждение ФИО3 относительно природы совершаемой сделки и ее последствий, судебная коллегия не усматривает оснований для признания договоров дарения недействительным в соответствии с п.1 ст.178 Гражданского кодекса РФ.

Оспаривая договор дарения 1/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, заключенный 31 августа 2023 года с ФИО6, истец ФИО3 указала, что на момент его заключения находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Согласно п.1 ст.177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу ст.ст.171, 177 Гражданского кодекса РФ недействительность сделки по данным основаниям связана не только с установлением порока воли, то есть нарушением волеизъявления стороны, но и с установлением обстоятельств того, нарушает ли сделка права и охраняемые законом интересы опекаемого лица, в данном случае, право на жилище, в том числе, повлекла ли она неблагоприятные для него последствия.

Допрошенный в судебном заседании 21 октября 2025 года свидетель ФИО1 пояснил, что ФИО3 является бывшая женой его брата, знает ее больше 30 лет. Кто с ней общается, сразу видит, что человек чуть-чуть неуравновешен, у нее может быть агрессия, которая может сменяться смехом. У нее бывает частая смена настроения. Она очень часто писала ему смс-сообщения с 2023 года, что брат плохой, писала смс-сообщения с суицидальными мыслями, говорила, что повесится. Ему пришлось заблокировать ее телефон, поскольку она писала и днем и ночью. Старшую дочь Светлану Марта постоянно выгоняла из дома. Она постоянно устраивала скандалы. Когда он приходил к ним в гости, она могла с порога начать чуть ли не выгонять, потом через несколько минут все это сменялось смехом, а потом она могла опять начать агрессировать. Марта не работала, потому что говорила, что боится выходить из дома, покидать свое пространство. Друзей и приятелей у нее он ни разу не видел, у нее есть мама, две сестры, но они не общаются. У нее были постоянно слезы либо смех, депрессия была, она внушаемый человек.

ФИО3 в судебном заседании пояснила, что ни с кем не общается, друзей не имеет, социальных связей не поддерживает, о заключении с ФИО6 договора дарения от 31 августа 2023 года никому не говорила.

Учитывая изложенное, допросить иных лиц по обстоятельствам заключения договоров дарения не представилось возможным. Истцами ходатайств о вызове и допросе в качестве свидетелей иных лиц не заявлено.

С целью проверки доводов ФИО3 определением судебной коллегии от 11 ноября 2025 года была назначена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ «Областная клиническая специализированная психоневрологическая больница № 1».

Согласно заключению экспертов ГБУЗ «Областная клиническая специализированная психоневрологическая больница № 1» г.Челябинска, ФИО3 имеет достаточный уровень интеллектуального развития, процессов обобщения и абстрагирования, отмечаются динамические нарушения мыслительной деятельности в виде элементов непоследовательности суждений, механическая память незначительно снижена, смысловая память сохранена, отмечается неустойчивость функций внимания, некоторое снижение способностей к концентрации и переключению внимания. Личностные особенности ФИО3 характеризуются трудностями социальной адаптации, избирательностью в межличностных контактах, стремлением избегать глубоких привязанностей, сосредоточенностью на своих проблемах, эгоцентризмом, демонстративностью, упрямством, ригидностью установок, нетерпимостью к противодействию и внешнему давлению, требовательностью к другим, эмоциональной неустойчивостью, склонностью к раздражительности, конфликтности, обидчивостью, аффективной ригидностью, тенденцией к внешнеобвиняющим реакциям, недостаточностью прогностических способностей. По результатам исследования комиссия пришла к выводу о невозможности ответить на поставленные вопросы при однократном осмотре. Для уточнения глубины психических нарушений и динамического наблюдения рекомендовано проведение стационарной судебно-психиатрической экспертизы.

В ходе рассмотрения дела ФИО3 отказалась от проведения стационарной судебно-психиатрической экспертизы.

Оценив обстоятельства дела и выводы экспертов ГБУЗ «Областная клиническая специализированная психоневрологическая больница № 1» г.Челябинска, судебная коллегия полагает, что достоверных доказательств, подтверждающих, что ФИО3 на момент заключения договора дарения не могла понимать значение своих действий и руководить ими, истцом не представлено, в связи с чем основания, предусмотренные п.1 ст.177 Гражданского кодекса РФ, для признания указанного договора недействительным, отсутствуют.

Представленные истцами справки ООО «Добрый доктор» от 26 ноября 2022 года, ГБУЗ «Областная клиническая специализированная психоневрологическая больница № 1» г.Челябинска от 14 сентября 2022 года, ГАУЗ «Детская городская поликлиника № 4 г.Челябинска» от 08 сентября 2022 года, заключение по результатам экспериментально-психологического исследования ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, указывающих на <данные изъяты> и рекомендации наблюдения у психиатра по месту жительства не могут быть приняты в качестве достоверных доказательств, подтверждающих, что истец ФИО4 именно в момент заключения сделки не могла понимать значения своих действий и руководить ими. Данные справки сами по себе не являются и доказательством того, что наличие перечисленных расстройств могло повлиять на ее волю при совершении оспариваемой сделки, заключенной спустя год после установления названных диагнозов (т.3 л.д.191-195).

Ссылки истцов на то, что Ш-вы систематически занимаются предпринимательской деятельностью по купле-продаже недвижимого имущества, у них отсутствует необходимость в принятии в дар имущества, спорную квартиру они используют в коммерческих целях, не имеют юридического значения для разрешения данного спора, поскольку из содержания вышеперечисленных правовых норм граждане свободны в заключении договора, и собственник по своему усмотрению осуществляет реализацию своих прав по владению, пользованию и распоряжению принадлежащим ему имуществом.

С учетом указанных обстоятельств, судебная коллегия считает, что исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров дарения от 31 августа 2023 года, 05 сентября 2023 года и 12 сентября 2023 года недействительными, применении недействительности сделок не подлежат удовлетворению.

Не имеется оснований и для удовлетворения исковых требований ФИО2 о переводе прав и обязанности покупателя долей в праве собственности на спорную квартиру, так как судебной коллегией не установлен факт заключения договоров купли-продажи и их условия, в том числе о стоимости долей.

Разрешая исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании недействительным договора дарения ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, заключенного 26 сентября 2024 года между ФИО6 и ФИО7, а также договора купли-продажи ? доли в праве собственности на указанную квартиру, заключенного 19 марта 2025 года между ФИО7 и ФИО8, судебная коллегия отмечает, что ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 не являются сторонами указанных сделок и не вправе их оспаривать, так как данные сделки их права и законные интересы не нарушают, признание данных сделок недействительными не приведет к возврату истцам права собственности на спорное имущество.

Оценив обстоятельства дела и представленные доказательства в совокупности, судебная коллегия считает необходимым отказать в удовлетворении данных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.328-330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Калининского районного суда г.Челябинска от 29 апреля 2025 года отменить. Принять по делу новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО4, ФИО5, иска ФИО3 к ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании сделки недействительной и признании права собственности, иска ФИО5, ФИО4 к ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок отказать в полном объеме.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 апреля 2026 года.