Апелляционное определение № 11-2808/2026 от 25 февраля 2026 г.

74RS0017-01-2024-003663-67

Судья Серебрякова А.А.

2-72/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№11-2808/2026
26 февраля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Секериной С.П.,

судей Кухарь О.В., Шевяковой Ю.С.,

при секретаре Толстолыткиной А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Златоустовского городского суда Челябинской области от 19 сентября 2025 года по иску ФИО1 к ФИО2, нотариусу нотариального округа Златоустовского городского округа ФИО3 о признании недостойным наследником, признании недействительным завещания, признании смерти наследодателя насильственной.

Заслушав доклад судьи Кухарь О.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ФИО4, возражавшей против удовлетворения жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением с учетом неоднократных уточнений исковых требований к ФИО2, в котором просила:

признать насильственной смерть наследодателя ФИО26, умершего ДД.ММ.ГГГГ г.;

признать ФИО2 недостойным наследником наследодателя ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ г.;

признать завещание от 11 октября 2023 г. от имени ФИО27 в пользу ФИО2, удостоверенное нотариусом ФИО3, недействительным.

В основание иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ г. умер наследодатель ФИО33, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Истец Шовкань (до брака – ФИО5) Е.А. является наследником второй очереди после его смерти, она обратилась с заявлением о вступлении в права наследования к нотариусу ФИО6, которой открыто наследственное дело №. После смерти наследодателя стало известно, что 11 октября 2023 г. (незадолго до смерти) наследодателем у нотариуса составлено завещание в пользу ответчика. Указанное завещание является недействительным, поскольку завещатель в момент составления завещания находился в состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий или руководить ими вследствие того, что наследодателю на момент составления завещания были назначены сильнодействующие обезболивающие <данные изъяты> препараты в уколах. У наследодателя имелось заболевание – <данные изъяты>), влияние которого с возрастом прогрессировало, что повлияло на неспособность завещателя понимать значение своих действий или руководитель ими в период, предшествующий смерти. Наследодатель при жизни сообщал истцу, что намерен все свое имущество оставить в пользу близких родственников. Считает, что ответчик как лицо, в пользу которого составлено завещание, воспользовалась беспомощным состоянием наследодателя, зависящим от ее ухода и проставления уколов. Заинтересованность и цель ответчика повлиять сильнодействующими препаратами на волю наследодателя, могло иметь цель ускорение смерти наследодателя с целью завладения его имуществом.

Представитель истца ФИО1 – ФИО7, на удовлетворении заявленных требований настаивал по основаниям, изложенным в иске и уточнениях к нему.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО4, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Полагала, что доводы истца о том, что на момент составления завещаний ФИО34 не мог понимать значение своих действий и руководить ими не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства. Основания для признания ФИО2 недостойным наследником также не имеется, поскольку доказательств совершения ответчиком умышленных противоправных действий, направленных против наследодателя, не представлено.

Истец ФИО1, являющая также представителем третьего лица ФИО8, ответчик ФИО2, ответчик нотариус ФИО3, третьи лица ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, нотариус ФИО6 в судебном заседании при надлежащем извещении участия не принимали.

Ранее в судебных заседаниях истец ФИО1 настаивала на удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании 17 октября 2024 г., возражая против иска, суду поясняла, что ФИО35 все понимал, чувствовал себя прекрасно и физически, и психически. Инициатива составления завещания исходила от ФИО21 завещание удостоверялось по месту его жительства, он сам попросил вызвать нотариуса. Ответчик родственником наследодателя не является, помогала ему по хозяйству на протяжении 15 лет, последние 3 года он проживал один, она покупала продукты, но обслуживал себя ФИО36 сам, мог приготовить себе еду, только за три дня до своей смерти стал лежать.

Ответчик – нотариус ФИО3 в судебном заседании 15 ноября 2024 г. возражала против удовлетворения иска, дала подробные объяснения по процедуре совершения нотариального действия при составлении ФИО30 завещания.

Суд постановил решение, которым отказал в удовлетворении требований ФИО1

Производство по делу в части требований ФИО1 к ФИО2, нотариусу нотариального округа Златоустовского городского округа ФИО3 о признании насильственной смерти ФИО22 умершего ДД.ММ.ГГГГ г. прекратил, разъяснил право на обращение в порядке уголовного судопроизводства.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить обжалуемое решение, вынести новое об удовлетворении заявленных исковых требований. Считает, что суд неправомерно отказал в назначении по делу повторной судебной экспертизы при наличии противоречивых ответов на поставленные судом вопросы в заключении экспертов. Полагает, что выводы, отраженные в судебной экспертизе, не учитывают фактов насильственной смерти или её ускорения в отношении наследодателя, противоречат основам медицины. Обращает внимание на то, что неявка в судебное заседание ответчика лично трактуется не в её пользу.

Стороны, третьи лица о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, кроме того, информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Челябинского областного суда, в связи с чем, судебная коллегия на основании ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения представителя ответчика ФИО2 – ФИО4, участвовавшей в судебном заседании, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В силу пунктов 1, 2 и 5 ст. 1118 Гражданского кодекса РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В силу положений п. 1 ст. 1119 Гражданского кодекса РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149).

Пунктом 1 ст. 1121 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что завещатель может совершить завещание в пользу одного или нескольких лиц (статья 1116), как входящих, так и не входящих в круг наследников по закону.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9, завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных Гражданским кодексом Российской Федерации требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу п. 1 и 2 ст. 1131 Гражданского кодекса РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ г. умер ФИО32, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том 1 л.д. 67 об.).

После его смерти нотариусом нотариального округа Златоустовского городского округа ФИО6 заведено наследственное дело №. В состав наследственной массы вошли: квартира, расположенная по адресу: <адрес>; земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>; земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес> денежные средства, хранящиеся в Уральском банке ПАО Сбербанк с причитающимися процентами и компенсациями.

С заявлением о принятии наследства по закону обратилась племянница наследодателя - ФИО1 Кроме того, наследниками по закону являются: племянники ФИО11, ФИО10, ФИО9, брат наследодателя ФИО8 С заявлением о принятии наследства по закону также обратились ФИО11 и от имени ФИО8 по доверенности ФИО1

С заявлением о принятии наследства по завещанию обратилась ФИО2 (том 1 л.д. 67-87).

При жизни ФИО37 распорядился на случай смерти принадлежащим ему имуществом. Так, 23 ноября 2017 г. наследодателем совершено завещание, которым принадлежащее ему на праве собственности имущество: жилой дом и земельный участок, площадью 545 кв.м., кадастровый номер <адрес>, он завещал ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том 1 л.д. 65).

11 октября 2023 г. наследодателем совершено завещание, которым он все своё имущество, какое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось, в том числе: квартиру, расположенную по адресу: <адрес> жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, он завещал ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том 1 л.д. 63-64).

Завещания удостоверены нотариусом нотариального округа Златоустовского городского округа Челябинской области ФИО3, распоряжения об отмене завещаний ею не удостоверялись (том 1 л.д. 62)

Обращаясь в суд с иском и оспаривая завещание от 11 октября 2023 г., ФИО1 указала на то, что завещатель в момент составления завещания находился в состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий и руководить ими, наследодателю на момент составления завещания были назначены сильнодействующие обезболивающие наркотические препараты в уколах. У наследодателя имелось заболевание – гидроцефалия (водянка головного мозга), влияние которого с возрастом прогрессировало, что повлияло на неспособность завещателя понимать значение своих действий или руководитель ими в период, предшествующий смерти. Ранее наследодатель при жизни сообщал истцу, что намерен все свое имущество оставить в пользу близких родственников. Ответчик как лицо, в пользу которого составлено завещание, воспользовался беспомощным состоянием наследодателя, так как осуществляла за ним уход и ставила уколы.

Возражая против заявленных требований, ответчик ФИО2 указала, что ФИО38 был вменяемым, все понимал, психических отклонений не имел, инициатива о составлении завещания исходила от ФИО51 Ответчик родственником ему не является, работала у него, помогала по хозяйству, прожила у ФИО50 15 лет, последние 3 года он проживал один по адресу: г. <адрес> периодически его навещала, в последнее время три раза в неделю, приносила продукты, но ФИО39 обслуживал себя сам, мог приготовить себе еду, сам ходил в туалет, за три дня до своей смерти он только лежал. Также поясняла, что ФИО40 никакие лекарства не принимал, мог выпить немного алкоголя для того, чтобы поспать, так как у него сильно болели ноги из-за производственной травмы. Он сам ходил на улицу, в магазин, за пенсией. В декабре она стала каждый день ходить к нему.

В своих объяснениях, данных в судебном заседании, нотариус ФИО3 указала, что на момент составления завещания ФИО41 понимал, что он делает, понимал значение своих действий, руководил ими, у неё не возникло в этом сомнений. ФИО42 ориентировался в своих документах, самостоятельно прочитал текст завещания, осознавая его содержание, самостоятельно расплатился наличными деньгами. Нотариальное действие по составлению второго завещания от 11 октября 2023 г. совершено было по месту жительства завещателя. Каких-либо медикаментов в квартире ФИО52 она не видела и запаха лекарств в квартире не почувствовала.

Для установления юридически значимых обстоятельств по делу судом была запрошена медицинская документация на имя ФИО23 допрошены свидетели, проведена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Свидетели со стороны ответчика (соседи, знакомые, страховой агент) показали, что отклонений в состоянии психического здоровья ФИО53 не наблюдали, при этом ссылались на то, что родственники его не навещали, а ФИО1 он не хотел видеть и пускать к себе в дом, за ним ухаживала ФИО2

В свою очередь со стороны истца был допрошен в качестве свидетеля ФИО12, являющийся её сожителем, что указывает о заинтересованности указанного свидетеля в исходе дела. При этом и из показаний данного свидетеля установлено, что ФИО43 был грамотным человеком, разбирался во всем, но жил прошлым.

В заключении № от 13 января 2025 г. комиссия судебно-психиатрических экспертов ГБУЗ «Областная клиническая специализированная психоневрологической больница № 1» пришла к выводам, что ФИО44 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием, временным психическим расстройством, иным болезненным состоянием психики, в том числе вызванными употреблением лекарственных препаратов, сильнодействующих веществ, в момент составления завещания 11 октября 2023 г. не страдал. Анализ материалов дела и медицинской документации показал, что в юридически значимый момент (11 октября 2023 г.) у ФИО13 отсутствовали признаки слабоумия, нарушенного сознания, бреда, галлюцинаций, не выявлены нарушения социальной адаптации, а также психические изменения вследствие употребления каких-либо сильнодействующих веществ. Он был достаточно ориентирован в окружающем, поступки и действия носили целенаправленный и последовательный характер, не отмечалось интеллектуально-мнестического снижения, выраженных эмоционально-волевых нарушений, нарушения критических и прогностических способностей, декомпенсации соматического состояния. Поэтому ФИО45 мог понимать значение своих действий и руководитель ими в момент составления завещания 11 октября 2023 г. (том 1 л.д. 151-155).

Разрешая заявленные исковые требования о признании завещания недействительным, суд первой инстанции, руководствуясь выше приведенными нормами права, исследовав и оценив в порядке ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, пришел к выводу, что в ходе судебного разбирательства не установлено обстоятельств того, что в момент совершения завещания ФИО46 не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, в связи с чем, отказал в удовлетворении данного требования ФИО1

Выводы суда основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, мотивированы судом и подтверждены допустимыми и относимыми доказательствами, представленными в материалы дела.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу положений п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ, юридически значимыми обстоятельствами являются наличие или отсутствие психического расстройства у истца в момент совершения юридически значимых действий, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня. При этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, обязанность представить указанные доказательства, возлагается на истца.

Между тем, вопреки доводам жалобы, доказательств, подтверждающих доводы истца о том, что в момент совершения завещания ФИО47 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, стороной истца суду не представлено и судебной коллегией такие обстоятельства не усматриваются.

Доводы о неправомерном отказе в назначении по делу повторной судебной экспертизы при наличии противоречивых ответов на поставленные судом вопросы в заключении экспертов, так как выводы, отраженные в судебной экспертизе, не учитывают фактов насильственной смерти или её ускорения в отношении наследодателя, являются необоснованными.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, именно неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует. При этом, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Именно для установления указанных юридически значимых обстоятельств судом назначалась и проведена судебная экспертиза. В свою очередь установление обстоятельств насильственной смерти в предмет доказывания при разрешении гражданско-правового спора не входит.

В связи с чем, суд верно прекратил производство по делу в части исковых требований ФИО1 о признании насильственной смерти наследодателя указав, что такие вопросы разрешаются в порядке уголовного судопроизводства (подп. 1 ч. 1 ст. 134, 220, Гражданского процессуального кодекса РФ).

Разрешая ходатайство истца о назначении повторной экспертизы суд правомерно пришел к выводу об отказе в её назначении, так как не усмотрел сомнений в правильности или обоснованности заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов, а также противоречий в их выводах.

При этом суд обоснованно исходил из того, что экспертиза проведена квалифицированными экспертами, выводы которых мотивированны и обоснованы. Заключение имеет подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, являются объективными, полными, не противоречат друг другу и не содержат неясностей, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения. Экспертиза проведена посмертно по представленным судом письменным материалам, перечень которых приведен в заключении экспертизы. Каких-либо сомнений в правильности или обоснованности экспертного заключения суд не усмотрел, а выводы экспертов согласуются с иными имеющимися в деле доказательствами, в том числе показаниями свидетелей и нотариуса ФИО3

Суд правильно указал, что каких-либо медицинских данных, свидетельствующих о наличии у ФИО54 психического расстройства или заболевания по состоянию на 11 октября 2023 г., не установлено. Доказательства, опровергающих выводы, изложенные в заключении судебно-психиатрической экспертизы истцом не представлено.

Оснований ставить под сомнение объективность и правильность судебно-психиатрического заключения экспертов судебная коллегия также не усматривает. Названное выше экспертное заключение выполнено комиссией в составе квалифицированных судебно-психиатрических экспертов, обладающих правом на проведение подобного рода исследований и предупрежденных об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения. Заключение экспертов соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным, не допускает неоднозначного толкования.

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение выводы экспертов, а также на не исследованность каких-либо медицинских документов и иных доказательств по делу, истцом в материалы дела не предоставлено.

Напротив, суд установил, ФИО48 в поликлинику по месту жительства не обращался, медицинской амбулаторной карты нет. ДД.ММ.ГГГГ г. в 13-55 госпитализирован в круглосуточный стационар №4 терапевтического отделения, ДД.ММ.ГГГГ г. в 14-50 наступила смерть (том 1 л.д. 105, 106). Из карты вызова скорой помощи следует, что вызов к пациенту ФИО55. поступил в 11-11, пациент передан в медицинскую организацию в 12-07, вызов окончен в 13-55. Больной контактен, ориентирован, речь внятная, ругается, машет руками. Состояние стабильное (том 1 л.д. 136-137). Из справки ГБУЗ «ЧОКБ» следует, что медицинская документация с 01 января 2015 г. и по настоящее время на ФИО24 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ГКУЗ «ЧОКБ» отсутствует (том 1 л.д. 138).

Из ответа ГБУЗ «ОПБ №7» следует, что ФИО49, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, под наблюдением у врача-психиатра не состоял и не состоит (том 1 л.д.107).

Таким образом, ссылка в жалобе на то, что суд неправомерно отказал в назначении по делу повторной судебной экспертизы при наличии противоречивых ответов на поставленные судом вопросы в заключении экспертов является необоснованной, указанное ходатайство было разрешено судом в соответствии с требованиями статьи 166 Гражданского процессуального кодекса РФ. Само по себе отклонение судом первой инстанции заявленного ходатайства не свидетельствует о нарушении прав истца и незаконности оспариваемого судебного постановления, поскольку в силу ч. 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ достаточность доказательств для разрешения конкретного спора определяется судом.

Само по себе наличие у умершего описанных в медицинской документации заболеваний, которые были исследованы и оценены экспертами, в том числе с учетом показаний свидетелей, вопреки доводам жалобы, не может служить достаточным доказательством того, что на момент совершения оспариваемой сделки степень расстройства психики ФИО56. лишала его способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Разрешая требование о признании ФИО2 недостойным наследником суд, руководствуясь положениями ст. 1117 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями, изложенными в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», пришел к выводу, что основания для удовлетворения данного требования отсутствуют. Факт совершения ответчиком умышленных противоправных действий, направленных против наследодателя, или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовавших призванию его или других лиц к наследованию либо способствовал или пытался способствовать увеличению причитающейся ему или другим лицам доли наследства, являющихся основанием для отстранения от наследования в качестве недостойного наследника, суд не установил, истцом доказательств указанных обстоятельств не представлено.

При этом правомерно отклонены доводы истца о том, что она обратилась в правоохранительные органы с заявлением о возможных противоправных действиях, совершенных ФИО2 в отношении ФИО25 связанных с оформлением завещания. Как установлено судом, заявления по существу не рассмотрены (л.д.6-7, 21-22 т.2), в том числе и на период апелляционного рассмотрения.

Несогласие подателя жалобы с установленными по делу обстоятельствами и с оценкой доказательств не является основанием для отмены обжалуемого судебного решения в апелляционном порядке.

Довод жалобы о том, что неявка в судебное заседание ответчика лично трактуется не в её пользу, не может быть принята во внимание судебной коллегии, поскольку ответчик реализовала свое право, предусмотренное ч.1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса РФ на ведение дела в суде как первой, так и апелляционной инстанции, через представителя.

Таким образом, разрешая спор, суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, применил закон подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку представленным доказательствам, и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства. Оснований к отмене решения суда первой инстанции не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Златоустовского городского суда Челябинской области от 19 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 марта 2026 г.