Апелляционное определение № 33-1140/2026 от 27 января 2026 г.

Судья Мальченко А.А. Дело №33-1140/2026

24RS0012-01-2025-000440-15

2.212

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 января 2026 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Макаровой Ю.М.,

судей Гавриляченко М.Н., Науджус О.С.,

с участием прокурора Дозорцевой М.В.,

при ведении протокола помощником судьи Ельцовым И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Науджус О.С. гражданское дело по исковому заявлению ФИО5, ФИО7 к ФИО8, ФИО9 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, компенсации морального вреда, расходов на захоронение

по апелляционной жалобе представителя ФИО5, ФИО7 – ФИО11

на решение Дивногорского городского суда Красноярского края от <дата>, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО5, ФИО7 к ФИО8, ФИО9 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, компенсации морального вреда, расходов на захоронение, судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО8 (<дата> года рождения, уроженца <адрес>, Таджикская ССР, СНИЛС №) в пользу ФИО5 (<дата> года рождения, уроженки <адрес> края, СНИЛС №):

252 998 (двести пятьдесят два девятьсот девяносто восемь) рублей – ущерб, причиненный в результате ДТП;

300 000 (триста тысяч) рублей – компенсация морального вреда;

23 940 (двадцать три тысячи девятьсот сорок) рублей – расходы на погребение;

7 600 (семь тысяч шестьсот) рублей – проведение досудебной экспертизы;

1 240 (одна тысяча двести) рублей – оплата доверенности;

40 000 (сорок тысяч) рублей – оплата юридических услуг.

Взыскать с ФИО8 (<дата> года рождения, уроженца <адрес>, Таджикская ССР, СНИЛС №) в пользу ФИО7 (<дата> года рождения, уроженки <адрес> края, СНИЛС №):

150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей – компенсация морального вреда.

Взыскать с ФИО8 (<дата> года рождения, уроженца <адрес>, Таджикская ССР, СНИЛС №) государственную пошлину в доход местного бюджета 15 308 (пятнадцать тысяч триста восемь) рублей.

Вернуть ФИО5 (<дата> года рождения, уроженки <адрес> края, СНИЛС №) уплаченную <дата> государственную пошлину в размере 18 850 (восемнадцать тысяч восемьсот пятьдесят) рублей.

В удовлетворении исковых требований к ФИО9 – отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО5, ФИО7 обратились в суд с иском к ФИО8, ФИО9, требуя взыскать с ответчиков в пользу ФИО5 сумму ущерба, причиненного автомобилю, в размере 632 495 рублей, расходы на захоронение 59 850 рублей, по оплате экспертного заключения 19 000 рублей, на оплату услуг представителя 100 000 рублей, по оплате доверенности 3 100 рублей, взыскании компенсации морального вреда по 1 000 000 рублей – в пользу каждого из истцов. Требования мотивированы тем, что <дата> около <дата> часов на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «<данные изъяты>» под управлением ФИО10, который допустил наезд на животное (коня), находящегося на проезжей части, с последующим наездом на остановку общественного транспорта. В результате дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО10 скончался на месте, автомобилю были причинены существенные механические повреждения. В ходе проверки по факту ДТП установлено, что ФИО10 двигался со скоростью 90 км/ч и не располагал технической возможностью предотвратить наезд на животное путем применения экстренного торможения. Поскольку у водителя отсутствовала техническая возможность избежать наезда, а превышения скоростного режима установлено не было, в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 264 УК РФ отказано в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Также было установлено, что конь содержался на территории животноводческого хозяйства, расположенного на земельном участке, принадлежащем ФИО8, фактически хозяйством занимался ответчик ФИО9, ответчики допустили его ненадлежащее содержание, в результате которого конь выбежал на дорогу, что стало причиной дорожно-транспортного происшествия. Истцы приходятся погибшему водителю супругой и дочерью.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе представитель истцов ФИО5, ФИО7 – ФИО11 просит решение суда изменить, удовлетворить требования в полном объеме, полагая, что вред спорному транспортному средству причинен в результате взаимодействия источников повышенной опасности, кроме того, судом сделан неверный вывод о наличии в действиях водителя ФИО10 нарушений п. 1.3, 10.1 ПДД РФ и наличии в его действиях грубой неосторожности, а также приводит несогласие с решением в части взысканной суммы компенсации морального вреда, полагая ее заниженной.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО8 – ФИО12, ссылаясь на необоснованность доводов апелляционной жалобы, просить решение оставить без изменения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились истцы ФИО5, ФИО7, ответчики ФИО8, ФИО9, третьи лица ФИО13, ФИО14, представители АО «АльфаСтрахование», САО «ВСК», извещались о рассмотрении дела, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц, извещенных о слушании дела.

Проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы по правилам ст. 327.1 ГПК РФ, заслушав представителя ФИО5, ФИО7 – ФИО11, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ФИО8 – ФИО12, выразившую согласие с решением суда, заключение прокурора Дозорцеву М.В., полагавшую решение законным и обоснованным, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, исследовав возражения на апелляционную жалобу, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, согласно материалам проверки по факту ДТП <дата> около <дата> ФИО10, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, двигаясь по автодороге <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>, на <адрес> допустил наезд на животное (коня), после чего выехал на полосу встречного движения, где допустил наезд на препятствие - остановку общественного транспорта. В результате произошедшего ДТП водитель ФИО10 скончался на месте, находящиеся в автомобиле пассажиры (3 человека) получили травмы различной степени тяжести.

Также проведенной проверкой установлено, что ФИО10 допущены нарушения пунктов 2.1.2, 9.1, 9.9, 10.1 ПДД РФ.

Согласно выводам автотехнической экспертизы, изложенным ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес> в заключении эксперта № от <дата>, составленной в рамках проверки по факту ДТП, автомобиль «<данные изъяты>» при заданных исходных данных при движении со скоростью 90 км/ч не располагал технической возможностью предотвратить наезд на препятствие (коня) путем применения экстренного торможения с заданного момента возникновения опасности (обнаружение водителем коня на проезжей части).

Также установлено, что видимость препятствия, находящегося в месте наезда в режиме ближнего света фар при наличии света фар встречного транспортного средства водителем составила 41,7 метра. Конь возрастом полтора года, темной масти.

Поскольку у водителя ФИО10 отсутствовала техническая возможность избежать наезда на животное, превышения скоростного режима не было, в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, не установлено, в возбуждении уголовного дела отказано.

Следы торможения на проезжей части отсутствуют, состояние покрытия – сухое, проезжая часть – горизонтальная, что следует из протокола осмотра места ДТП от <дата>.

Согласно заключению эксперта от <дата> на теле ФИО10 телесных повреждений, указывающих на то, что на момент ДТП он был пристегнут ремнем безопасности, не обнаружено.

В ходе проверки <дата> отобраны объяснения у ФИО16, согласно которым <дата> двигался по маршруту <адрес> на автобусе со скоростью 75 км/час, в районе <адрес> во встречном направлении двигался транспорт, видел встречный свет фар. Из кювета вышли конь и жеребенок, увидев их, нажал на сигнал, животные стали перебегать через дорогу (справа налево по ходу его движения), стал экстренно тормозить, столкновение с лошадьми удалось избежать. Во встречном направлении автомобиль очень быстро приблизился, двигался по своей полосе движения, допустил столкновение с лошадью, которая от удара отлетела от автомобиля, который продолжая движение, не тормозил, пересек полосу встречного движения, врезался в остановку с названием <данные изъяты>

Согласно объяснениям ФИО4, он является управляющим по хозяйству у родственника ФИО3, который содержит хозяйство, в том числе 3 головы коней, 1 лошадь, 1 жеребенка. При просмотре фотографии сбитого коня пояснил, что это конь с их хозяйства, кроме того пояснил, что коня на ночь не привязывали. Выпасом стада в дневное время занимается пастух ФИО6, в ночное время животные находятся в пригоне, который закрывается путем привязывания веревки, в самом пригоне животные не привязаны. При осмотре загона увидел, что доска с левой стороны сломана, конь убежал, перепрыгнув через забор. Совместно с сотрудниками полиции был на месте дорожно-транспортного происшествия, где опознал коня.

Из объяснений ФИО6 следует, что он работает на ферме, на которой управляющим является ФИО4 Пояснил, что в дневное время животных привязывает недалеко от фермы, в вечернее время загоняет их в пригон. <дата> вечером закрыл загон с лошадьми, дверь завязал на веревку, утром на следующий день вместе с ФИО4 при осмотре пригона обнаружили, что одна из досок сломана, позже от ФИО4 узнал, что одного из коней сбил автомобиль.

В своих объяснениях от <дата> ФИО3 указал на то, что <дата> купил жилой дом и земельный участок в <адрес> края, на котором построил загоны для животных, также купил участок вместе с животными за 900 000 руб., фактически разведением хозяйства занимается ФИО4 и его работник ФИО6.

В ответе КГКУ «Большемуртинский отдел ветеринарии» указано, что на территории ЛПХ ИП ФИО3 по адресу: <адрес>, по состоянию на <дата> и <дата> численность животных: крупный рогатый скот – 44 головы, мелкий рогатый скот – 300 голов, лошадь – 1 голова.

ФИО3 с <дата> является собственником земельного участка с кадастровым номером № площадью 3884 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>.

Из представленного договора аренды имущества от <дата>, следует, что ФИО3 предоставил ФИО4 во временное владение и пользование земельные участки, расположенные на них здания, для осуществления хозяйственной деятельности в соответствии с целевым назначением участков.

Гражданская ответственность владельца автомобиля «<данные изъяты>» на момент ДТП застрахована в АО «АльфаСтрахование», что подтверждается страховым полисом.

Также судом установлено, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего <дата>, автомобиль «<данные изъяты>» получил механические повреждения.

Согласно свидетельствам о праве на наследство от <дата> супруга ФИО1 <дата> года рождения приняла наследство после смерти ФИО10, состоящее из автомобиля «<данные изъяты>» г/н №.

Экспертными заключениями ООО «Снап Эксперт» от <дата>, подготовленными по заказу истца, определена стоимость восстановительного ремонта автомобиля «<данные изъяты>» г/н № без учета износа – 2 510 068 руб., рыночная стоимость – 710 030 руб., стоимость годных остатков – 77 535 руб.

Родителями ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения являются ФИО10 и ФИО1 (в браке состояли с <дата>).

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, заслушав стороны, руководствуясь положениями статей 15,137,210,401,1064,1079,1082,1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установив, что ФИО3 является собственником земельного участка, на территории которого зарегистрировано личное подсобное хозяйство, зарегистрирован в качестве хозяйствующего субъекта, ведущего деятельность по содержанию животных на территории <адрес>, пришел выводу о том, что именно ФИО3 является собственником животных, входящих в состав хозяйства, в том числе коня, наезд на которого произошел ФИО10 <дата>, следователльно, надлежащим ответчиком по делу, в связи с чем на него возлагалась обязанность обеспечить такие условия его содержания, которые бы предотвратили бесконтрольный выход животного на проезжую часть дороги.

Оценивая представленный в материалы дела договор аренды имущества от <дата>, суд отметил, что он составлен в отношении недвижимого имущества, сведений о том, что ФИО4 в пользование переходят также животные, условиями договора не предусмотрено, в установленном порядке договор не зарегистрирован. Достаточных и убедительных доказательств принадлежности сбитого коны ФИО4 материалы дела не содержат.

В части несогласия с выводами суда о признании надлежащим ответчиком по делу ФИО3 апелляционная жалоба, поданная истцами, доводов не содержит, при этом ответчиком ФИО3 решение не обжаловано, в связи с чем предметом проверки в суде апелляционной инстанции данные обстоятельства, с учетом требований статьи 327.1 ГПК РФ, не являются.

Определяя соотношение вины, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 1079, 1083 ГК РФ, п. 1.3, 1.5, 10.1, 25.4 ПДД РФ, учитывая обязанность водителя выбирать скорость движения транспортного средства с учетом видимости в направлении движения, пришел к выводу о наличии вины в дорожно-транспортном происшествии как собственника коня ФИО3, допустившего нахождение животного на проезжей части без присмотра в темное время суток, так и вины водителя ФИО10, допустившего нарушение пунктов 1.3 и 10.1 Правил дорожного движения, распределив степень вины водителя в размере 60% и собственника животного в размере 40%.

Исходя из установленной степени вины, сведений о размере причиненного ущерба в соответствии с представленными экспертными заключениями ООО «Снап Эксперт» от <дата>, суд первой инстанции, руководствуясь представленными в материалы дела отчетами, принял решение о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного автомобилю, 252 998 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 151, 110 ГК РФ, учитывая также разъяснения, приведенные в Постановлении Пленума ВС РФ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», установив, что истцы приходятся ФИО10 супругой и дочерью, супруги прожили в браке 42 года, ФИО1 является инвалидом 2 группы по общему заболеванию бессрочно, дочь ФИО2 на иждивении у отца не находилась, удовлетворил требование о компенсации морального вреда, определив её размер с учетом фактических обстоятельств дела, характера и степени перенесенных истцами нравственных страданий, требований разумности и справедливости, в сумме 300 000 рублей в пользу ФИО1, 150 000 рублей в пользу ФИО2

Вопрос о распределении судебных расходов разрешен судом в соответствии со статьями 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса РФ. В частности, суд, применив указанные положения процессуального законодательства, с учетом частичного удовлетворения исковых требований, взыскал с надлежащего ответчика в пользу ФИО1 расходы на оказание юридических услуг 40 000 рублей, расходы по оформлению нотариальной доверенности 1240 рублей, расходы на проведение экспертизы в сумме 7 600 руб.

Кроме того, с надлежащего ответчика в пользу ФИО1 взысканы расходы на погребение ФИО10 в размере 23 940 руб. (59850 руб. х 40%), факт несения которых подтверждается договором от <дата>, актом оказанных услуг.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, признания надлежащим ответчиком по делу ФИО3, оснований для удовлетворения требований, предъявленных к ФИО4, судом первой инстанции не установлено.

Оснований не согласиться с указанными выводами суда, вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает, поскольку при рассмотрении дела по существу судом дана надлежащая правовая оценка всей совокупности представленных в дело доказательств, выводы суда основаны на верном толковании норм материального права.

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.

Из приведенных выше положений закона следует, что по общему правилу ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, вины причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

В отступление от этого правила юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, отвечают за причиненный вред независимо от вины.

В отношениях между собой владельцы источников повышенной опасности отвечают за причиненный вред на общих основаниях.

Кроме того, в силу пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

Таким образом, при взаимодействии источника повышенной опасности с объектом, не являющимся таковым, ответственность их владельцев за причиненный друг другу в результате такого взаимодействия вред наступает по разным правилам - на основании статей 1079 и 1064 ГК РФ соответственно.

Данное различие в правовом регулировании обусловлено именно свойствами источника повышенной опасности, использование которого не только увеличивает риск причинения вреда окружающим, но и увеличивает риск повреждения самого источника повышенной опасности и размер ущерба, причиненного его владельцу.

Пункты 25.4, 25.6 Правил дорожного движения РФ регламентируют нахождение животных на дороге. Животных по дороге следует перегонять, как правило, в светлое время суток. Погонщикам вьючных, верховых животных и скота запрещается оставлять на дороге животных без надзора.

При этом согласно пункту 1.5 ПДД участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с пунктом 10.1 ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Принадлежность коня ФИО3 подтверждается материалами дела, в связи с чем последний должен был обеспечить такие условия его содержания, которые бы предотвратили бесконтрольный выход животного на проезжую часть дороги.

Водитель транспортного средства ФИО10 в свою очередь, как владелец автомобиля – источника повышенной опасности, должен был обеспечить соблюдение им пункта 10.1 ПДД РФ.

Данное требование правил дорожного движения обязывает водителя выбирать скорость с учетом видимости в направлении движения. Само по себе соблюдение скоростного режима, метеорологические и другие условия дорожного движения не могут свидетельствовать о принятии водителем должных мер предосторожности, которые бы обеспечили ему полный контроль за движением автомобиля вплоть до возможной остановки вследствие появления препятствия на дороге.

В нарушение приведенных выше требований Правил дорожного движения водитель ФИО10 вел автомобиль без учета дорожных условий, в частности, наступления полных сумерек, потенциальной вероятности ослепления светом фар встречного транспорта, неровности дорожного полотна, не обеспечивающей возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, а выбранная скорость не позволила водителю при возникновении опасности на дороге в виде появившегося на проезжей части коня своевременно принять меры к тому, чтобы избежать столкновение с последним и остановить транспортное средство.

Автомобиль является источником повышенной опасности и в данной дорожной ситуации степень риска столкновения с препятствием на дороге определялась наличием контроля водителя за движением в условиях полных сумерек.

Таким образом, ПДД РФ предусматривают движение не только с определенной установленной соответствующими ограничениями скоростью, но и со скоростью, являющейся оптимальной в данной конкретной ситуации.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно Правилам дорожного движения «Опасность для движения» - это ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Сама по себе невозможность остановиться даже при разрешенной скорости движения, не исключает ответственности водителя соблюдать п. 10.1 ПДД РФ, которые предписывали ему действовать безопасно для других участников, выбрать режим движения, обеспечивающий безопасность для себя и других участников с учетом дорожных, метеорологических и других условий движения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы об отсутствии вины водителя ФИО10, фактически сводящимся к переоценке установленных судом обстоятельств и доказательств, суд первой инстанции верно определил в большей степени вину владельца автомобиля, как источника повышенной опасности, в размере 60% и владельца животного в размере 40%, поскольку с учетом установленных по делу обстоятельств водитель автомобиля в нарушение пункта 10.1 ПДД РФ не выбрал безопасную для сложившейся дорожной ситуации с учетом времени суток и ландшафта скорость вплоть до остановки транспортного средства, которая, как следует из материалов дела, не позволила ему технически избежать столкновения.

Доводы апелляционной жалобы о причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности отклоняются судебной коллегией как несостоятельные, поскольку основаны на неверном толковании норм материального права.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о том, что взысканный судом размер компенсации морального вреда занижен, не могут служить основанием к изменению решения, поскольку размер компенсации морального вреда определен судом в соответствии с законом, по мнению судебной коллегии, является разумным, справедливым, целью компенсации морального вреда является восстановление нарушенного права.

Разумность компенсации морального вреда является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

Доводы апеллянтов являются их субъективной оценкой установленных судом обстоятельств и не могут рассматриваться в качестве достаточного основания для изменения размера взысканной судом компенсации.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в ином размере судебная коллегия не усматривает, в связи с чем отклоняет доводы апелляционной жалобы в части оспаривания размера компенсации морального вреда.

Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора суд первой инстанции правильно определил характер спорных правоотношений, закон, которым следует руководствоваться при разрешении спора, и обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют представленным в материалы дела доказательствам, которым дана оценка в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, установленным на их основании фактическим обстоятельствам, и примененным нормам права.

Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции в соответствии с ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст.ст.328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Дивногорского городского суда Красноярского края от <дата> оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО5, ФИО7 – ФИО11 без удовлетворения.

Председательствующий: Ю.М. Макарова

Судьи: М.Н. Гавриляченко

О.С. Науджус

Апелляционное определение изготовлено

в окончательной форме <дата>.