Апелляционное определение № 33-1347/2026 от 12 апреля 2026 г.

УИД 14RS0035-01-2024-022959-52

Дело №2-49/2026 №33-1347/2026

Судья Цыкунова В.П.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Якутск 13 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Топорковой С.А., судей Головановой Л.И., Петуховой О.Е. при секретаре Алексеевой М.Г. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка С., ФИО2, ФИО3, ФИО3 к государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», государственному автономному учреждению Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины», государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба по апелляционной жалобе представителя ответчика государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» по доверенности адвоката Акимова Е.Г. на решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 20 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Петуховой О.Е., пояснения представителя ответчика государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» по доверенности адвоката Акимова Е.Г., представителя ответчика государственного автономного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины» по доверенности ФИО4, заключение прокурора Васильевой А.Ю., судебная коллегия

установила:

ФИО1, в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка С., а также ФИО2, ФИО3, ФИО3 обратились в суд с иском к государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», государственному автономному учреждению Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины», государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба.

В обоснование иска указано, что в государственном автономном учреждении Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 - национальный центр медицины имени М.Е. Николаева», в государственном бюджетном учреждении Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», а также в государственном бюджетном учреждении Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» оказана некачественная медицинская помощь С., _______ года рождения. 21 января 2024 года С. поскользнулся и упал, повредил левое бедро, в связи с чем обратились в государственное бюджетное учреждение Pеспублики Cаха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница». Впоследствии С. направлен на операцию в государственное бюджетное учреждение Pеспублики Cаха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница». До конца марта 2024 года в связи с несвоевременной медицинской помощью у С. началось воспаление в области проведения операции. Состояние значительно ухудшилось, в связи с чем госпитализирован в государственное автономное учреждение Pеспублики Cаха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины». Неоднократные операции и несвоевременная, некачественная помощь вплоть до июля 2024 года повлекли инвалидность С. Близкие члены семьи получили колоссальный моральный вред в связи с некачественной медицинской помощью, что проявляется в психологическом и моральном стрессе, когда видят, как страдает их сын и младший брат, что ему больно, с переживаниями в связи с моментами некачественного лечения. Истцами понесены материальные расходы в связи с некачественной медицинской помощью: 7200 рублей – ходунки, утка и судно, 16560 рублей – кальций, 6000 рублей – нано-бальзам, 10880 рублей – кальций, 6000 рублей – нано-бальзам смарт, 6000 рублей – нано-бальзам смарт-люкс. Всего расходов на лекарства и медицинские изделия: 52640 рублей. В связи с рассмотрением дела в суде истцом понесены судебные расходы на оплату услуг представителя 63500 рублей согласно договору оказания юридических услуг и услуг нотариуса.

Просили взыскать с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» компенсацию морального вреда в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО3 по 800000 рублей, с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО3 - по 800000 рублей, с государственного автономного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины» в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО3 - по 800000 рублей, с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница», с государственного автономного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины» в пользу ФИО1 в интересах несовершеннолетнего ребенка С. - 2000000 рублей. Также просили взыскать с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница», с государственного автономного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины» в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 52640 рублей, судебные расходы – 63500 рублей.

В последующем истцы увеличили исковые требования, просили суд взыскать с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» причиненный моральный вред каждому истцу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО3 по 1000000 рублей, с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО3 - по 1000000 рублей, с государственного автономного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины» в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО3 - по 1000000 рублей, с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница», с государственного автономного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины» в пользу ФИО1 в интересах несовершеннолетнего ребенка С. - 3000000 рублей. Также просили взыскать с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница», с государственного автономного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины» в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 52640 рублей, судебные расходы – 63500 рублей.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 23 января 2025 года принято увеличение исковых требований.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 25 декабря 2025 года к участию в деле привлечено в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерное общество «Страховая медицинская компания «Сахамедстрах».

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1, представитель истца по доверенности ФИО5 исковые требования поддержали в полном объеме, пояснили, что в дальнейшем ребенку предстоят оперативные вмешательства, ребенок ходит на ходунках, также пояснили, что родные брат с сестрой совместно с ними не проживают.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» по доверенности Акимов Е.Г. возражал против исковых требований, пояснил, что медицинская помощь оказана ребенку в рамках действующих стандартов и с учетом объективной стороны клинической картины. Операция выполнена технически правильно, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы от 21 ноября 2025 года. Сама экспертиза не исключает, что развитие ******** могло быть обусловлено индивидуальными особенностями организма пациента, характером травмы (********). Просил в удовлетворении иска отказать, полагал требования о взыскании компенсации морального вреда завышенными.

Представитель ответчика государственного автономного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины» по доверенности ФИО6 возражала против заявленных требований, пояснила, что экспертизой установлено, что медицинская помощь пациенту С. в государственном автономном учреждении Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины имени М.Е. Николаева» оказана достаточно полно, в соответствии с приказами Министерства здравоохранения Российской Федерации, каких-либо недостатков в оказании медицинской помощи не установлено. Просила в удовлетворении исковых требований в отношении данного ответчика отказать в полном объеме.

В судебном заседании суда первой инстанции прокурор Соколова С.А. в своем заключении полагала, что требования о взыскании компенсации морального вреда к ответчикам подлежат удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости.

Решением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 20 января 2026 года исковые требования удовлетворены частично, с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» взыскана компенсация морального вреда в пользу ФИО1 300000 рублей, ФИО2 – 300000 рублей, ФИО3 – 150000 рублей, ФИО3 – 150000 рублей, в пользу ФИО1 в интересах несовершеннолетнего С. – 600000 рублей; с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» взыскана компенсация морального вреда в пользу ФИО1 - 150000 рублей, ФИО2 – 150000 рублей, ФИО3 - 50000 рублей, ФИО3 – 50000 рублей, в пользу ФИО1 в интересах несовершеннолетнего С. – 300000 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано. В удовлетворении иска к государственному автономному учреждению Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница № ... – Национальный центр медицины» отказано.

Не согласившись с указанным решением, представитель ответчика государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» по доверенности Акимов Е.Г. обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда изменить в части компенсации морального вреда с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», снизить размер компенсации морального вреда, взысканной в пользу: ФИО1 – до разумных пределов (предварительно до 100000 рублей), ФИО2 – до разумных пределов (предварительно до 100000 рублей), ФИО1 в интересах несовершеннолетнего С. до разумных пределов (предварительно до 250000 рублей). В части компенсации морального в пользу ФИО3 и ФИО3 просит отказать в удовлетворении.

В обоснование жалобы указано, что размер взысканной компенсации морального вреда является завышенным, не соответствует требованиям разумности и справедливости, не подтвержден надлежащими доказательствами, свидетельствующими о глубине и характере нравственных страданий каждого из истцов. ФИО3 (брат) и ФИО3 (сестра) совместно с несовершеннолетним не проживают, не ведут общий быт, что снижает степень их ежедневного вовлечения в процесс лечения и ухода. Материалы дела не содержат каких-либо медицинских документов, справок о состоянии здоровья самих истцов, заключений психологов или иных доказательств, подтверждающих, что нравственные страдания истцов достигли той степени глубины, которая оправдывает взыскание столь значительных сумм. Полагает, что суд первой инстанции не принял во внимание степень вины ответчика и характер дефектов. Заключением судебно-медицинской экспертизы установлено, что в действиях государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» имеются недостатки, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с удлинением сроков лечения. Однако экспертами не установлено, что действия ответчика являлись единственной причиной наступления неблагоприятных последствий, напротив, установлено, что осложнения могли возникнуть на последующих этапах лечения. Экспертиза не установила прямой причинно-следственной связи между действиями государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» и наступлением инвалидности. Медицинская помощь оказана в рамках действующих стандартов и с учетом объективной стороны клинической картины, выбранный способ лечения соответствует принципам оказания неотложной травматологической помощи, предпочитаемый заключением эксперта способ лечения мог привести к дополнительной травматизации и иным последствиям. Экспертиза не исключает, что развитие ******** могло быть обусловлено индивидуальными особенностями организма пациента, характером травмы. Проведение компьютерной томографии или магнитно-резонансной томографии не является обязательным стандартом при первичном обращении с переломом, подтвержденным рентгенографией. Ранняя выписка осуществлена при стабильном состоянии пациента без признаков инфекции на момент выписки и по инициативе законного представителя пациента, что подтверждается медицинской картой. Нарушения, указанные экспертизой, носят организационный характер и не являются грубыми дефектами.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» по доверенности Акимов Е.Г. доводы жалобы поддержал. Просил изменить в части размера компенсации морального вреда, матери ФИО1 снизить размер компенсации морального вреда – 100000 рублей, отцу ФИО2 – до 100000 рублей, ФИО1 в интересах сына С. – до 250000 рублей. В части компенсации морального вреда брату ФИО3, сестре ФИО3 просил отказать.

Представитель ответчика государственного автономного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины» по доверенности ФИО4 согласилась с решением суда в части отказа в удовлетворении исковых требований к учреждению, в остальной части разрешение апелляционной жалобы оставила на усмотрение суда.

В своем заключении прокурор Васильева А.Ю. полагала, что решение суда является законным и обоснованным.

Истцы ФИО1, ФИО2, С., ФИО3, ФИО3, представители ответчика государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница», третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерного общества «Страховая медицинская компания «Сахамедстрах», надлежащим образом извещенные о времени и места рассмотрения дела, не явились, ходатайств не заявили, причины отсутствия не сообщили.

Информация о дате, времени и месте рассмотрения дела своевременно размещена в порядке, установленном пунктом 2 части 1 статьи 14, статьи 15 Федерального закона от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», на сайте Верховного Суда Республики Саха (Якутия).

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

По смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года №16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

Согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В соответствии с частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции не допущены.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истцы ФИО1, ФИО2 являются родителями истца несовершеннолетнего С., что подтверждается свидетельством о рождении серии ******** № ....

Истец ФИО3, _______ года рождения, является родным братом несовершеннолетнего С.

Истец ФИО3, _______ года рождения, является родной сестрой несовершеннолетнего С.

21 января 2024 года несовершеннолетний С. поскользнулся и упал, повредил левое бедро, обратился в государственное бюджетное учреждение Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница», был направлен в государственное бюджетное учреждение Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», государственное автономное учреждение Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины».

Полагая, что медицинская помощь указанными медицинскими учреждениями оказана ненадлежащим образом, законный представитель ФИО1 обратилась в акционерное общество «Страховая медицинская компания «Сахамедстрах».

По результатам экспертиз качества медицинской помощи акционерного общества «Страховая медицинская компания «Сахамедстрах» от 18 октября 2024 года в государственном бюджетном учреждении Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» установлено невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи. По мнению эксперта по специальности «травматология и ортопедия», медицинская помощь не соответствовала общепринятой тактике диагностики и течению детей с ********. По результатам экспертизы в государственном бюджетном учреждении Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» врачом-экспертом по специальности «детская хирургия» выявлены нарушения но оформлению первичной медицинской документации, не позволяющие оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи, а также провести оценку качества оказанной медицинской помощи. В государственном автономном учреждении Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины имени М.Е Николаева» выявлено невыполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций, в том числе по результатам рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций или консилиумов с применением телемедицинских технологий. Согласно заключению эксперта специальности «детская хирургия» не в полном объеме выполнены рекомендации национального медицинского исследовательского центра.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 18 февраля 2025 года назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено государственному бюджетному учреждению «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Республики Саха (Якутия), экспертиза проведена экспертной комиссией в составе: А., эксперта-организатора, врача-судебно-медицинского эксперта отделения судебно-медицинской экспертизы, имеющей высшее медицинское образование по специальности «Судебно-медицинская экспертиза»; врача-судебно-медицинского эксперта высшей квалификационной категории, стаж работы 20 лет, Н., врача-рентгенолога отделения судебно-медицинской экспертизы живых лиц, имеющей высшее медицинское образование по специальности «Рентгенология»; врача-рентгенолога высшей квалификационной категории, стаж работы свыше 20 лет, К., врача-травматолога-ортопеда отделения клинических консультантов, имеющей высшее медицинское образование по специальности «Травматология и ортопедия»; врача-травматолога-ортопеда высшей квалификационной категории, стаж работы 30 лет.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 21 ноября 2025 года № ... из записей медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, № ... государственного автономного учреждения Pеспублики Cаха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины имени М.Е. Николаева» следует, что 03 мая 2024 года с целью коррекции и дальнейшего ведения пациента проведена телемедицинская консультация с Федеральным государственным бюджетным учреждением «********». Проведенная операция 29 марта 2024 года – «********» проведена пациенту технически правильно и по показаниям. Консилиум врачей с участием заместителя директора по хирургии и заведующих отделений выбрал обоснованное решение о проведении С. наложения вытяжения через бугристость левой большеберцовой кости, что было проведено 01 апреля 2024 года. Консилиум регионального уровня вправе вносить корректировку в рекомендации врача федерального уровня, основываясь на индивидуальных особенностях пациента, клинической картине патологического процесса, динамике его состояния, для оказания качественной медицинской помощи.

Экспертная комиссия не усмотрела в действиях медицинского персонала государственного автономного учреждения Pеспублики Cаха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины имени М.Е. Николаева» недостатков в оказании медицинской помощи.

Выставленный клинический диагноз в государственном автономном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины имени М.Е. Николаева», а именно состояние после ********, не оказал какого-либо негативного влияния на наступление неблагоприятного исхода - инвалидности пациента. На вопрос, могли ли с учетом осложнений пациента объективно быть выполнены рекомендации Федерального государственного бюджетного учреждения «********» работниками государственного автономного учреждения Pеспублики Cаха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины имени М.Е. Николаева», дан ответ о том, что рекомендации, полученные путем телемедицинских консультаций не являются обязательными, так как согласно приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 30 ноября 2017 года №965н «Об утверждении порядка организации и оказания медицинской помощи с применением телемедицинских технологий» это добровольная форма получения медицинской помощи, позволяющая получить консультацию врачей федерального уровня, не выезжая из региона. Лечащий врач вправе корректировать рекомендации врача-консультанта федерального уровня, основываясь на индивидуальных особенностях пациента, клинической картине заболевания, динамике его состояния, поскольку это является частью его должностных обязанностей по контролю и качеству оказания медицинской помощи. Лечащему врачу допускается внесение изменений в рекомендации врача-консультанта телемедицины федерального уровня. Данный факт не относится к недостаткам (дефектам) в оказании медицинской помощи пациенту.

Экспертная комиссия отметила следующие недостатки в оказании медицинской помощи С. в государственном бюджетном учреждении Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница».

В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №901н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия», а также общепринятой практике, изложенной в научных трудах «Травматология: национальное руководство» под редакцией Т. и соавторством - ********, 2022 год; «********, 2020 год, не проведены компьютерная томография или магнитно-резонансная томография дистального отдела бедра с захватом коленного сустава, полноценная терапия ********, коррекция ********; неверно выбрана тактика хирургического лечения. Комиссия экспертов полагает, что первым этапом операция должна была быть проведена методом выполнения закрытой репозиции за счет выполнения скелетного вытяжения вместо открытой репозиции, вместо наложения проволочного серкляжа для фиксации крупного костного осколка необходимо было применить дополнительный винт. Кроме того, допущены недостатки в реабилитации пациента, а именно ранняя выписка пациента на шестые сутки послеоперационного периода, учитывая тяжесть травмы, объем проведенной операции, наличие воспалительных явлений в анализах крови и отсутствие контрольного лабораторного исследования на момент выписки; некупирование воспалительного и раневого процесса; не назначена консультация врача по лечебно-физической культуре, пациент не обучен ходьбе на костылях без опоры. Указанные недостатки в оказании медицинской помощи пациенту в государственном бюджетном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» отрицательно сказались на течении травмы и способствовали возникновению поздних инфекционных осложнений в отдаленные сроки после оперативного лечения в виде ******** и состоят в прямой причинно-следственной связи с удлинением сроков лечения и наступлением неблагоприятного последствия – инвалидности С. Объективных причин допущения указанных недостатков экспертная комиссия не усматривает. Дефект оказания медицинской помощи в виде неверно выбранной тактики лечения, повлекший удлинение сроков лечения и наступление инвалидности ребенка по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) согласно пункту 5.2.1. порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 года №172н, расценивается как средней тяжести вред здоровью человека.

Экспертная комиссия отметила следующие недостатки в оказании медицинской помощи С. в государственном бюджетном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница».

В нарушение приказов Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10 мая 2017 года №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»; Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №901н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия»; Министерства здравоохранения Республики Саха (Якутия) от 12 августа 2020 года №01-07/1117 «Об утверждении трехуровневой системы медицинской помощи, схем маршрутизации при оказании медицинской помощи и распределения по уровням медицинских организаций, участвующих в оказании медицинской помощи населению Республики Саха (Якутия)» ненадлежащим образом велась медицинская документация, а именно в медицинской карте № ... отсутствуют результаты анализов на бактериологическое исследование из раны и коагулограммы; не в полном объеме собран анамнез заболевания (травмы), не отражены сведения о проведении вскрытия и дренирования гнойника, отсутствует протокол операции; дневниковые записи в медицинской карте № ... не отражают динамики состояния пациента, эффективность проводимого лечения.

Допущены дефекты диагностики, а именно не взят бактериологический посев из гнойной раны при первичном обращении пациента; пациент не осмотрен врачом-педиатром после получения клинических анализов; не проведен осмотр заведующим отделением в течение 48 часов с момента поступления пациента в хирургическое отделение; не организована телемедицинская консультация со специалистами государственного автономного учреждения Pеспублики Cаха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины» в установленные сроки. Объективных причин допущения указанных недостатков экспертная комиссия не усматривает. Указанные недостатки в оказании медицинской помощи пациенту в государственном бюджетном учреждении «Верхневилюйская центральная районная больница» способствовали прогрессированию заболевания (травмы), однако в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного последствия – инвалидности пациента не состоят.

Из представленной медицинской карты стационарного больного № ... государственного бюджетного учреждения Pеспублики Cаха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» следует, что С. 22 января 2024 года осмотрен врачом-педиатром, состояние пациента расценено как состояние средней степени тяжести, обусловленное тяжестью полученной травмы. По результатам клинического осмотра каких-либо признаков инфекционного заболевания выявлено не было, и было сделано заключение об отсутствии противопоказаний к операции. Таким образом, экспертная комиссия считает, что осложнение у пациента в виде ******** в результате неправильно выбранной тактики оперативного вмешательства, а именно открытой репозиции. Экспертная комиссия отмечает, что из отделения травматологии и ортопедии государственного бюджетного учреждения Pеспублики Cаха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» пациент выписан на шестые послеоперационные сутки, раньше положенного срока, учитывая тяжесть полученной травмы, объем операции и наличие воспалительного процесса в анализах крови.

Разрешая дело и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что в действиях работников государственного бюджетного учреждения Pеспублики Cаха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» по оказанию медицинской помощи С. помощь оказана ненадлежащего качества.

На этапе оказания медицинской помощи в государственном бюджетном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» за период с 21 по 29 января 2024 года (8 календарных дней) пациенту установлен диагноз - ********. Согласно заключению эксперта данный диагноз установлен своевременно, но не в полном объеме, не указано наличие у пациента ********, также не выставлено осложнение основного заболевания - ********.

Недостатки в оказании медицинской помощи пациенту в государственном бюджетном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» отрицательно сказались на течении травмы и способствовали возникновению поздних инфекционных осложнений в отдаленные сроки после оперативного лечения в виде ******** и состоят в прямой причинно-следственной связи с удлинением сроков лечения и наступлением неблагоприятного последствия - инвалидности С. Дефект оказания медицинской помощи в виде неверно выбранной тактики лечения, повлекший удлинение сроков лечения и наступление инвалидности ребенка по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) согласно пункту 5.2.1. порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 года №172н, расценивается как средней тяжести вред здоровью человека.

Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из конкретных обстоятельств дела, степени перенесенных истцами страданий, характера отношений (семейных, родственных), принимая во внимание, что течение травмы и способствование возникновению поздних инфекционных осложнений в отдаленные сроки после оперативного лечения в виде ******** и состоят в прямой причинно-следственной связи с удлинением сроков лечения и наступлением неблагоприятного последствия - инвалидности С., дефект оказания медицинской помощи в виде неверно выбранной тактики лечения расценивается как средней тяжести вред здоровью человека, а также, принимая во внимание, что ответчик государственное бюджетное учреждение Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» является юридическим лицом, деятельность которого связана с оказанием медицинских услуг населению, является государственным учреждением, суд первой инстанции с учетом требований разумности и справедливости полагал необходимым определить компенсацию морального вреда в пользу матери ФИО1 в размере 300000 рублей, отца ФИО2 – 300000 рублей, брата ФИО3 – 150000 рублей, сестры ФИО3 – 150000 рублей, а также в пользу ФИО1 в интересах несовершеннолетнего С. – 600000 рублей.

На этапе оказания медицинской помощи в государственном бюджетном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» за период с 09 по 21 марта 2024 года (12 календарных дней) С. установлен диагноз: ********; состояние после операции от 23 января 2024 года; ********; заподозрен ********. Согласно заключению эксперта в данном случае предварительный диагноз «********» у пациента выставлен необоснованно, не подтвержден окончательно либо изменен вплоть до выписки С.

Суд первой инстанции, установив, что государственным бюджетным учреждением Pеспублики Cаха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» не была надлежащим образом оказана медицинская услуга С., недостатки в оказании медицинской помощи пациенту в данном учреждении способствовали прогрессированию заболевания (травмы), пришел к выводу о наличии оснований к удовлетворению исковых требований к государственному бюджетному учреждению Pеспублики Cаха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» о компенсации морального вреда частично.

Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из конкретных обстоятельств дела, степени перенесенных истцами страданий, характера отношений (семейных, родственных), принимая во внимание, что выявленные недостатки в государственном бюджетном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» способствовали прогрессированию заболевания (травмы), однако в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного последствия – инвалидности пациента не состоят, а также, принимая во внимание, что ответчик является юридическим лицом, деятельность которого связана с оказанием медицинских услуг населению, является государственным учреждением, суд первой инстанции с учетом требований разумности и справедливости полагал необходимым определить компенсацию морального вреда в пользу матери ФИО1 в размере 150000 рублей, отца ФИО2 – 150000 рублей, брата ФИО3 – 50000 рублей, сестры ФИО3 – 50000 рублей, в пользу ФИО1 в интересах несовершеннолетнего С. – 300000 рублей.

Поскольку в государственном автономном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Республиканская больница №1-Национальный центр медицины имени М.Е. Николаева» медицинская помощь несовершеннолетнему С. в данном учреждении оказана достаточно полно, в соответствии приказами Министерства здравоохранения Российской Федерации, требования истцов к государственному автономному учреждению Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины» оставлены без удовлетворения.

Данные обстоятельства свидетельствуют о причинении истцам нравственных страданий.

Суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в части взыскания материального ущерба, поскольку истцами не подтверждено несение расходов на лекарственные препараты. Истцом представлена справка по операции «********» о приобретении товара на сумму 7200 рублей, вместе с тем, истцом не представлен кассовый чек о покупке медицинских препаратов (ходунки, утка, судно).

Решение суда обжаловано в части размера компенсации морального вреда, в остальной части решение суда не обжаловано и предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

С выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения иска в части взыскания компенсации морального вреда судебная коллегия соглашается по следующим основаниям.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

С учетом установленных законом критериев суд в каждом конкретном случае определяет размер компенсации, способный уравновесить имущественную либо неимущественную потерю посредством уплаты потерпевшему денежных средств в сумме, которая позволит последнему в той или иной степени смягчить понесенную утрату. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.

Таким образом, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практики применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда, которой предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает во внимание заключение экспертной организации, в котором установлено, что действия (бездействие) ответчика государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» состоят в прямой причинно-следственной связи с удлинением сроков лечения и наступлением неблагоприятного последствия - инвалидности С. Действия (бездействие) ответчика государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница», способствовали прогрессированию заболевания (травмы), хоть и не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного последствия – инвалидности пациента С.

Проанализировав представленные доказательства, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что истцу в результате оказания медицинских услуг ненадлежащего качества причинен вред здоровью, квалифицируемый как средней тяжести вред здоровью, повлекший инвалидность несовершеннолетнего С., что причинило истцам физические и нравственные страдания, в результате чего истцам причинен моральный вред, в связи с чем имеются основания для взыскания в их пользу компенсации морального вреда с указанных ответчиков.

Размер компенсации морального вреда, взысканный с каждого из ответчиков, установлен судом в размере, соответствующем обстоятельствам причинения вреда и наступившим последствиям.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип свободного усмотрения суда, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

Судебная коллегия исходит из того, что жизнь и здоровье человека являются наивысшей ценностью, утрата которых может негативно влиять на дальнейшее качество жизни, компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, защита которых должна быть приоритетной.

Таким образом, судебная коллегия с учетом фактических обстоятельств дела, принципов разумности и справедливости полагает необходимым решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, как вынесенное с учетом конкретных обстоятельств дела с объективным установлением степени вины ответчиков в причиненном вреде здоровью, а также с учетом принципов разумности и справедливости.

Истцы имеют право на компенсацию морального вреда, поскольку такое право имеют близкие родственники лица при условии причинения им нравственных страданий.

Так, в соответствии с положениями статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать братья и сестры).

Причинение вреда здоровью сыну, брату, переживаемые истцами в связи с этим страдания, как нравственные, так и физические, безусловно, нанесли моральный вред и родственникам, с которыми его связывают близкие отношения, указанные истцы переживают нравственные страдания, переживая последствия ненадлежащего оказания медицинской помощи, инвалидность С., что повлекло для них глубокие и тяжкие страдания, переживания, затрагивающие личность, психику, здоровье.

Доводы апеллянта о том, что действия ответчика государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» не являлись единственной причиной наступления неблагоприятных последствий для пациента, в том числе инвалидности, отклоняются.

Размер компенсации морального вреда, взысканный судом первой инстанции в пользу каждого из истцов, правильно определен судом первой инстанции как на основании фактических обстоятельств дела, так и исходя недостатков оказания медицинской помощи, установленных экспертным путем, а именно непроведение компьютерной томографии или магнитно-резонансной томографии дистального отдела бедра с захватом коленного сустава, полноценной терапии ********, коррекции ********; неверно выбрана тактика хирургического лечения, так как первым этапом операция должна была проведена методом выполнения закрытой репозиции за счет выполнения скелетного вытяжения вместо открытой репозиции, вместо наложения проволочного серкляжа для фиксации крупного костного осколка необходимо было применить дополнительный винт; допущены недостатки в реабилитации пациента, а именно ранняя выписка пациента на шестые сутки послеоперационного периода, учитывая тяжесть травмы, объем проведенной операции, наличие воспалительных явлений в анализах крови и отсутствие контрольного лабораторного исследования на момент выписки; некупирование воспалительного и раневого процесса; не назначена консультация врача по лечебно-физической культуре, пациент не обучен ходьбе на костылях без опоры. Согласно мнению экспертов именно указанные недостатки в оказании медицинской помощи пациенту в государственном бюджетном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница» отрицательно сказались на течении травмы и способствовали возникновению поздних инфекционных осложнений в отдаленные сроки после оперативного лечения в виде ******** и состоят в прямой причинно-следственной связи с удлинением сроков лечения и наступлением неблагоприятного последствия – инвалидности С., тогда как объективных причин допущения указанных недостатков экспертная комиссия не усмотрела.

Судом первой инстанции с учетом изложенного размер истребуемой истцами компенсации морального вреда снижен до разумного и справедливого предела, а судебная коллегия не усматривает для еще большего снижения на основании доводов апелляционной жалобы. Вопреки доводам апелляционной жалобы суд первой инстанции не ограничился формальным перечислением недостатков медицинской помощи при определении размера компенсации морального вреда, а должным образом оценил все существенные для дела обстоятельства на основании представленных в материалы дела доказательств.

Что касается утверждения апеллянта об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу брата и сестры несовершеннолетнего С. в связи с их раздельным проживанием, то они являются необоснованными, так как ФИО3 и ФИО3 являются одними из самых близких родственников младшего брата и, как следствие, недостатки в оказании медицинской помощи пациенту в государственном бюджетном учреждении Pеспублики Cаха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», которые отрицательно сказались на течении травмы и способствовали возникновению поздних инфекционных осложнений, безусловно, не могли не причинить им нравственных страданий. Их проживание по разным адресам не свидетельствует об утрате родственных, семейных связей, близких отношении между братьями и сестрой.

При таких обстоятельствах решение суда подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – оставлению без удовлетворения.

В остальной части решение суда сторонами не обжаловано и предметом апелляционной проверки не является.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия)

определила:

решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 20 января 2026 года по гражданскому делу по иску ФИО1 в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка С., ФИО2, ФИО3, ФИО3 к государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Нюрбинская центральная районная больница», государственному автономному учреждению Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №1 – Национальный центр медицины», государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Верхневилюйская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня их вступления в законную силу в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий

Судьи

Определение изготовлено 27 апреля 2026 года.