Приговор № 2-14/2019 от 22 апреля 2019 г. по делу № 2-14/2019

Дело № 2-14/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 23 апреля 2019 года

Свердловский областной суд в составе:

председательствующего судьи Строкина С.В.,

с участием государственного обвинителя Макаровой М.С.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Будлянской О.П.,

потерпевших А.О.С., Л.С.Н., С.В.В., Л.Т.Ф.,

при секретарях: Аксентьевой Е.А., Салгай К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, ..., несудимого;

содержится под стражей с 11 марта 2018 года (т.6 л.д.11-16),

- обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п."а,б,к" ч.2 ст.105, и ч.2 ст.167 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н., то есть трех лиц, при этом М.Н.С. с целью облегчить совершение другого преступления, а Л.Н.Н. в связи с выполнением данным лицом общественного долга.

Он же умышленно повредил чужое имущество, что повлекло причинение значительного ущерба, путем поджога.

Указанные преступления им были совершены в гор. Карпинске Свердловской области при следующих обстоятельствах.

Обвинение по эпизоду убийства С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н.

В период времени с 18.00 часов 09 февраля 2018 года до 03.00 часов 10 февраля 2018 года ФИО1, находясь в квартире по ..., распивал спиртные напитки с ранее ему знакомыми Л.Н.Н., М.Н.С. и С.И.А. При этом между ФИО1 и С.И.А. произошла ссора, в ходе которой ФИО1, на почве личной неприязни к С.И.А.решил совершить убийство последнего.

Реализуя возникший умысел, ФИО1 с целью убийства С.И.А. взял в руку нож, который у него имелся при себе, и направился в сторону потерпевшего, находившемуся на диване в комнате указанной квартиры. С.И.А., осознавая намерения ФИО1, укрылся за сидящей рядом с ним М.Н.С. ФИО1, желая облегчить совершение убийства С.И.А., умышленно, с целью убийства М.Н.С. нанес ей не менее двух ударов указанным ножом в область шеи; после чего, продолжая свои действия, направленные на убийство С.И.А., нанес тому не менее одиннадцати ударов тем же ножом по голове, шее, туловищу и верхним конечностям. В этот же период времени, находящийся на месте происшествия Л.Н.Н. подошел к ФИО1 и попытался пресечь противоправные действия последнего, отстранив его от С.И.А. В ответ на это ФИО1, умышленно, с целью убийства Л.Н.Н., в связи с выполнением последним своего общественного долга по пресечению преступления, нанес ему не менее одного удара тем же ножом в область шеи.

В результате умышленных действий ФИО1 М.Н.С. причинены телесные повреждения в виде: раны на передней и правой переднее-боковой поверхностях шеи в верхней трети, по срединной линии, с повреждением передне-наружной стенки правой наружной сонной артерии, гортани, надгортанника; раны на правой боковой поверхности шеи с повреждением поверхностных мышц шеи, правой стенки трахеи, осложнившегося острой кровопотерей, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, которые повлекли смерть потерпевшей на месте преступления.

В результате умышленных действий ФИО1 потерпевшему С.И.А. причинены телесные повреждения в виде:

- раны по задней поверхности грудной клетки справа по задней подмышечной линии, с повреждением по ходу раневого канала поверхностных и глубоких мышц спины; раны в левой надключичной области, с повреждением по ходу раневого канала всех слоев мышц грудной клетки, через I межреберный промежуток проникающего в левую плевральную полость, с повреждением межреберных мышц, и оканчивающегося в толще верхней доли левого легкого; раны по левой боковой поверхности шеи в нижней трети, с повреждением по ходу раневого канала поверхностных мышц шеи; раны в проекции левого угла нижней челюсти, с повреждением по ходу раневого канала поверхностных и глубоких мышц шеи; раны чуть выше левого угла нижней челюсти, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей левой щеки и жевательных мышц; раны по передней поверхности шеи в средней трети, с повреждением по ходу раневого канала правой части щитовидного хряща, правой доли щитовидной железы; раны в правой щечной области; трех ран по передней поверхности левого предплечья в нижней трети, с повреждением кожных покровов; раны по ладонной поверхности правой кисти, в проекции I-го межпальцевого промежутка, с повреждением всех слоев поверхностных и глубоких мышц ладони, осложненных развитием острой кровопотери, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, которые повлекли смерть потерпевшего на месте преступления.

В результате умышленных действий ФИО1 потерпевшему Л.Н.Н. причинено телесное повреждение в виде: колото-резаной раны на передней поверхности шеи слева в верхней трети, с повреждением по ходу раневого канала: кожи, подкожно-жировой клетчатки, поверхностных мышц шеи, полным косо-поперечным пересечением левого верхнего рога щитовидного хряща, сквозным ранением глотки, повреждением передней продольной связки на уровне тела 3-го шейного позвонка, повреждением передней поверхности правой длинной мышцы шеи на уровне 3-го шейного позвонка, частичным поперечным разделением правой наружной сонной артерии на уровне 3-го шейного позвонка, кровоизлияний в мягких тканях предпозвоночного пространства шеи, осложнившегося острой кровопотерей, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, которые повлекли смерть потерпевшего на месте преступления.

Обвинение по эпизоду умышленного повреждения чужого имущества

Кроме того, в период с 18.00 часов 09 февраля 2018 года до 03.00 часов 10 февраля 2018 года, у ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения в квартире по ..., после совершения убийства М.Н.С., С.И.А. и Л.Н.Н., с целью сокрытия следов совершенного им преступления, возник умысел на поджог места происшествия - принадлежащего Л.Т.Ф. жилого помещения, расположенного по указанному выше адресу. При этом ФИО1 осознавал, что в результате совершенного им поджога будет повреждено чужое имущество и желал этого.

Реализуя задуманное, ФИО1 при помощи неустановленного в ходе предварительного следствия источника открытого огня поджег в комнате, в которой ранее совершил убийство указанных лиц, имеющиеся предметы, при этом устроив не менее трех очагов пожара в том числе: в ближнем от входа левом углу, в районе расположения углового дивана у левой стены и в районе расположения кровати у правой стены, после чего покинул место происшествия.

В результате умышленных действий ФИО1 произошло возгорание квартиры, расположенной по ..., повлекшее повреждение огнем кровли, двух оконных блоков, наружной стены, пола, печи, электропроводки и потолочных светильников, а также покрытие копотью стен и потолков указанной квартиры, что причинило значительный имущественный ущерб потерпевшей Л.Т.Ф. в размере 425090 рублей 10 копеек.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в убийстве С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н. признал частично, при этом, не отрицал, что именно он нанес все ножевые ранения потерпевшим, и от его действий наступила смерть каждого из них. Поводом случившегося явилось то, что С.И.А. выразился в грубой нецензурной форме в адрес его матери. С.И.А. он убивать не собирался, а хотел его проучить, нанести ему удар рукой в область головы. В этот момент у него в правой руке оказался нож, которым он разделывал продукты. С.И.А. закрылся М.Н.С., поэтому первый удар пришелся ей в область шеи. Далее С.И.А. поднялся, стал его душить, удерживая обеими руками за горло, поэтому он ножом нанес ему несколько ударов в грудь и в шею. Л.Н.Н. стал их разнимать, он отмахнулся от него рукой, в которой был нож, и случайно нанес ему ранение. Потом он продолжил наносить удары ножом С.И.А., поскольку тот его не отпускал. Полагает, что причинил смерть С.И.А. в ходе взаимной драки. Настаивает, что причинил ножевые ранения М.Н.С., которую видел впервые, и Л.Н.Н., с которым длительное время поддерживал дружеские отношения, случайно, не желая их смерти.

Из протокола явки с повинной от 09 марта 2018 года, которую ФИО1 подтвердил суду, следует, что около 20.00 часов после того как ушла его сожительница Б.С.А. у него с С.И.А., который выразился нецензурной бранью, произошел конфликт. В ответ на оскорбления, стал наносить ножом удары С.И.А., который укрывался за спину М.Н.С., в результате нанес ей удар ножом в шею. В это время в драку вмешался Л.Н.Н., которому также нанес удар ножом (т.№6, л.д. 1-2, 3-5).

При допросах с соблюдением права на защиту в качестве подозреваемого, обвиняемого, во время проверки показаний на месте, на очной ставке с Д., ФИО1 не отрицал, что совершил убийство трех человек, утверждая, что не желал смерти М.Н.С. и Л.Н.Н., последний схватил его за одежду сзади и просил прекратить действия, тогда, не разворачиваясь, он махнул в его сторону рукой с ножом и продолжил наносить удары С.И.А.. Когда уходил из квартиры, С.И.А. и М.Н.С. оставались на кровати, Л.Н.Н. упал на пол (том №6, л.д. 17-20, 31-34, 35-40, 41-44, 45-50, 64-68; том №8 л.д. 214-217).

Допрошенный по обвинению в умышленном повреждении чужого имущества путем поджога ФИО1 свою вину не признал полностью и показал, что после убийства С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н. он покинул место преступления. Не отрицает, что в помещении имелось легковоспламеняющееся вещество - спирт в количестве пяти литров, а также наличие в своем распоряжении зажигалки в исправном состоянии.

Вместе с тем, суд показания подсудимого ФИО1 в части неосторожной формы вины к совершению действий по причинении смерти М.Н.С. и Л.Н.Н., а также не признания своей вины по повреждению чужого имущества, признает не соответствующими фактическим обстоятельствам совершения преступлений, поскольку они опровергаются совокупностью уличающих ФИО1 доказательств и расценивает как способ защиты с целью умалить вину и уменьшить наказание за содеянное.

Виновность ФИО1 в совершении указанных выше преступлений суд считает установленной, что подтверждается изложенными ниже показаниями потерпевших, свидетелей, иными доказательствами и объективными данными, установленными в ходе судебного следствия.

По эпизоду убийства С.И.А., М.Н.С.

и Л.Н.Н.

Так свидетель Б.С.А. подтвердила, что в начале февраля 2018 года, в вечернее время они с К-вым находились в доме их соседа – Л.Н.Н., где распивали спиртные напитки с хозяином помещения, а также с С.И.А. и М.Н.С.. Все были в большой комнате - зал, где стоял диван, на котором располагались Л.Н.Н. и ФИО1, с правой стороны стояла койка, на которой находились С.И.А., М.Н.С. и она. Через какое то время она ушла, никаких конфликтов не было, телесных повреждений у Л.Н.Н., С.И.А. и М.Н.С. не видела. Через 10-20 минут домой вернулся подсудимый, кисти рук которого были в крови, на нем отсутствовали спортивные брюки и кофта, в которых он был в доме у Л.Н.Н.. ФИО1 ей пояснил, что он убил Л.Н.Н., М.Н.С. и С.И.А.. Причиной произошедшего указывал нелицеприятные высказывания последних в адрес его матери.

Свидетели Р.Д.Р. и В.В.М. – сотрудники МЧС России показали, что 10 февраля 2018 года, около трех часов ночи поступило сообщение о пожаре квартиры № двухквартирного дома № № по ул. .... На месте пожара были обнаружены трупы М.Н.С., С.И.А. и Л.Н.Н..

Как следует из протокола осмотра места происшествия – жилой квартиры по ул. ... в двухквартирном доме; в комнате зал обнаружены три трупа: М.Н.С., Л.Н.Н. и С.И.А. (т.1 л.д.71-95, 198-200).

При визуальном осмотре трупов зафиксированы телесные повреждения в виде колото-резаных ранений. Так при осмотре трупа М.Н.С. обнаружены две колото-резаные раны шеи (т. 2, л.д. 100-103). При осмотре трупа С.И.А. обнаружены телесные повреждения в виде 11 колото-резаных ран подмышечной области, надключичной области, в области нижней челюсти, щитовидного хряща, лица, предплечья, правой кисти; на рубахе и футболке имеются линейные разрезы ткани (т. 2, л.д. 119-123, 124-135). При осмотре трупа Л.Н.Н. обнаружено телесное повреждение в виде колото-резаного ранения по левой боковой поверхности шеи верхней трети. (т. 2, л.д. 136-138).

Согласно заключению №31 от 29 марта 2018 года, при судебно-медицинском исследовании трупа М.Н.С. обнаружены телесные повреждения в виде:

раны на передней и правой передне-боковой поверхностях шеи в верхней трети, по срединной линии, с повреждением передне-наружной стенки правой наружной сонной артерии непосредственно у места ее отхождения от общей сонной артерии, гортани, с пересечением подъязычно-надгортанной связки, надгортанника. Направление раневого канала слева направо, спереди назад, глубиной до 3 см;

раны на правой боковой поверхности шеи, с повреждением поверхностных мышц шеи, правой стенки трахеи. Направление раневого канала справа налево, сверху вниз, под углом около 45 градусов, относительно оси тела, на глубину до 3,5 см.

Указанные телесные повреждения прижизненные, причинены в короткий промежуток времени, одно за другим, в результате двукратных травмирующих воздействий (ударов, линейно-поступательных движений) острого предмета, имеющего признаки колюще-режущего орудия (нож), длиной клинка не менее 3,5 см, шириной около 2 см, повлекли тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоящие в прямой причинной связи со смертью потерпевшей (т. 2, л.д. 177-179).

Как следует из заключения №32 от 29 марта 2018 года, при судебно-медицинском исследовании трупа С.И.А. обнаружены телесные повреждения в виде: раны по задней поверхности грудной клетки справа по задней подмышечной линии, косо-вертикально направленной, направление раневого канала сзади наперед, справа налево, снизу вверх под углом около 30 градусов, глубиной раневого канала около 3,5 см, не проникающего в плевральную полость, с повреждением по ходу раневого канала поверхностных и глубоких мышц спины; раны в левой надключичной области, вертикально направленной, направление раневого канала сверху вниз, слева направо, глубиной раневого канала около 5 см, с повреждением по ходу раневого канала всех слоев мышц грудной клетки, через I межреберный промежуток проникающего в левую плевральную полость, с повреждением межреберных мышц, и оканчивающегося в толще верхней доли левого легкого, раны по левой боковой поверхности шеи в нижней трети, косо-горизонтально направленной, направление раневого канала сверху вниз слева направо, глубиной раневого канала 1 см, с повреждением по ходу раневого канала поверхностных мышц шеи; раны в проекции левого угла нижней челюсти, косо-горизонтально направленной, направление раневого канала сверху вниз слева направо, глубиной раневого канала 2,5 см, с повреждением по ходу раневого канала поверхностных и глубоких мышц шеи; раны чуть выше левого угла нижней челюсти, размерами 1,6х0,6 см, косо-горизонтально направленной, направление раневого канала снизу вверх, слева направо, глубиной раневого канала 3 см, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей левой щеки и жевательных мышц; раны по передней поверхности шеи в средней трети, направление раневого канала сверху вниз, глубина раневого канала около 5,5 см, с повреждением по ходу раневого канала правой части щитовидного хряща, правой доли щитовидной железы; раны в правой щечной области, направление раневого канала справа налево, несколько снизу вверх, по ходу раневого канала насквозь повреждает мягкие ткани правой щеки, трех ран по передней поверхности левого предплечья в нижней трети, с повреждением кожных покровов; раны по ладонной поверхности правой кисти, в проекции I-го межпальцевого промежутка, размерами 3,5х0,5 см, с повреждением всех слоев поверхностных и глубоких мышц ладони, глубина раневого канала около 2 см. Указанные телесные повреждения повлекли тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоящие в прямой причинной связи со смертью потерпевшего. Смерть С.И.А. наступила через непродолжительный период времени на месте происшествия в результате множественных (11) колото-резаных ран головы, шеи, туловища, верхних конечностей, с повреждением верхней доли левого легкого, щитовидного хряща, правой доли щитовидной железы, мягких тканей лица, туловища, обеих верхних конечностей, осложненных развитием острой кровопотери.

Все имеющиеся повреждения прижизненные, причинены одно за другим в короткий промежуток времени, незадолго до наступления смерти, исчисляемой минутами (десятками минут), в результате 11 травмирующих воздействий (удара, линейно-поступательного движения) острым предметом, имеющего признаки колюще-режущего орудия (нож), длиной клинка не менее 5 см, шириной около 1,2-3,5 см, повлекли тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоящие в прямой причинной связи со смертью потерпевшего (т.2 л.д. 191 – 194).

Согласно заключению №33 от 29 марта 2018 года, при судебно-медицинском исследовании трупа Л.Н.Н. обнаружено телесное повреждение в виде:

- колото-резаной раны на передней поверхности шеи слева в верхней трети, с повреждением по ходу раневого канала: кожи, подкожно-жировой клетчатки, поверхностных мышц шеи, полным косо-поперечным пересечением левого верхнего рога щитовидного хряща, сквозным ранением глотки, повреждением передней продольной связки на уровне тела 3-го шейного позвонка, повреждением передней поверхности правой длинной мышцы шеи на уровне 3-го шейного позвонка, частичным поперечным разделением правой наружной сонной артерии на 0,6 см выше бифуркации общей сонной артерии, на уровне 3-го шейного позвонка, кровоизлияний в мягких тканях предпозвоночного пространства шеи, направление раневого канала слева направо и спереди кзади, сверху вниз,

Указанное телесное повреждение прижизненное сформировалось от однократного травмирующего воздействия (удара, линейно-поступательного движения) острого предмета, имеющего признаки колюще-режущего орудия (нож), длиной клинка не менее 5 см, шириной около 2,5 см, повлекло тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоящие в прямой причинной связи со смертью потерпевшего (т. 2, л.д. 206-209).

Как следует из данных заключений, все колото-резаные ранения потерпевшим причинено острым колюще-режущим орудием, вероятно, ножом. Учитывая длину кожных ран, их морфологические особенности, глубину раневых каналов, они могли образоваться от воздействия складного ножа длиной в разложенном состоянии 21,5 см, длиной клинка – около 9,5 см., с металлической рукояткой, обнаруженный при осмотре места происшествия 10 марта 2018 года в доме по месту жительства подсудимого, по ул...., в гардине спальной комнаты, то есть именно в том месте, где со слов подсудимого Крылова им данный нож как орудие преступления был спрятан после совершения убийства трех лиц (т.1 л.д.165-168, 173, 186; т.2 л.д. 152-153).

Именно на данном ноже, который выдал подсудимый, согласно заключению эксперта № 164-мг от 28 апреля 2018 года обнаружена кровь человека. След на складном ноже (объект № 6) произошел от С.И.А., след на складном ноже (объект № 8) произошел от М.Н.С., смешенные следы на складном ноже (объекты №№ 7, 9) могли произойти от М.Н.С., С.И.А. и Л.Н.Н. (т. 4, л.д. 172-189).

Согласно заключению эксперта №1946 мг от 11 января 2019 года, на клинке ножа выявлено смешение ДНК более трех человек. Примесь ДНК С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н. не исключается (т. 8, л.д. 116-122).

Согласно заключению эксперта №162 мг от 25 января 2019 года, на клинке ножа выявлено смешение ДНК более трех человек. Примесь ДНК С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н. не исключается (т. 8, л.д. 150-153).

Обоснованность выводов судебно-медицинских экспертов о количестве, локализации, характере и последовательности причинения каждому из потерпевших телесных повреждений, а также о причинах наступлении смерти каждого потерпевшего на месте совершения преступления, у суда сомнений не вызывает. Данные выводы согласуются как с показаниями самого подсудимого, так и с объективными данными, установленными при осмотре места происшествия 10 февраля 2018 года.

В ходе осмотра жилища ФИО1 по ул. ...,а также прилегающая к указанному дому территория были обнаружены и изъяты предметы одежды ФИО1: куртка, кофта и брюки, в которых он находился на месте происшествия в доме Л.Н.Н. в ночь с 09 на 10 февраля 2018 года; на предметах одежды имеются подсохшие пятна вещества бурого цвета, похожего на кровь (т.1, л.д. 130-154).

При этом в ходе проведенных судебно-биологических экспертиз №1947 мг от 14 января 2019 года, ДНК на куртке ФИО1 принадлежит М.Н.С. с вероятностью не менее 99,99%; ДНК на штанах ФИО1 принадлежит Л.Н.Н. с вероятностью не менее 99,99%; ДНК на кофте ФИО1 принадлежит С.И.А. с вероятностью не менее 99, 99% (т. 8, л.д. 67-103).

Также, согласно заключению эксперта №163 мг от 28 января 2019 года, ДНК на куртке, выданной К-вым, принадлежит самому подсудимому с вероятностью не менее 99, 99% (т. 8, л.д. 135-137).

Данные выводы экспертов с достоверностью указывают на то, что на месте происшествия в момент причинения смерти потерпевшим находился именно ФИО1.

Факт нахождения подсудимого в день совершения преступления в доме по ул...., подтвердила также свидетель Е.Е.А., показавшая, что 09 февраля 2018 года до 18.00 часов она пришла домой к Б.С.А. и ФИО1; последние собирались в гости к Л.Н.Н.. На следующий день она узнала о произошедшем пожаре, и обнаружении 3 трупов людей. Зная, что накануне в сгоревшем доме были Б.С.А. и подсудимый, пришла к ним. В ее присутствии Б.С.А. подтвердила, что видела у ФИО1 на руках следы крови.

О причастности ФИО1 к убийству С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н. указывают и другие исследованные судом доказательства.

Так, потерпевшая А.О.С. в суде показала, что М.Н.С. приходилась ей дочерью, в последнее время проживала с С.И.А., вела праздный образ жизни, злоупотребляла спиртными напитками. В последний раз она разговаривала с ней вечером 09 февраля 2018 года, никаких опасений последняя не высказывала. 10 февраля 2018 года среди трупов, доставленных с места пожара по ул...., она опознала свою дочь.

Потерпевшая С.В.В. – супруга С.И.А., пояснила, что последний не работал, имел инвалидность по зрению, злоупотреблял спиртными напитками, агрессии к окружающим не проявлял.

Потерпевший Л.С.Н. показал, что Л.Н.Н., являлся его братом, проживал по ул. .... Последнего он характеризует, как человека спокойного, не агрессивного, в том числе и в состоянии алкогольного опьянения. 10 февраля 2018 года ему сообщили, что в доме Л.Н.Н. произошел пожар, внутри нашли три трупа, среди которых находился труп брата.

Допрошенная в качестве свидетеля К.Л.А. показала, что подсудимый приходится братом ее супруга. После задержания ФИО1 последний на свидании сообщал, что с С.И.А. случился конфликт, причиной которого послужили оскорбительные выражения в адрес матери ФИО1 и состояние алкогольного опьянения всех присутствующих.

Все вышеперечисленные доказательства являются допустимыми, соответствуют требованиям относимости, в своей совокупности достаточны для признания виновным ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления. Оснований для исключения каких-либо доказательств, как недопустимых, не имеется.

Поводов для самооговора или оговора подсудимого ни у кого из допрошенных лиц не выявлено.

О наличии у ФИО1 умысла на лишение жизни трех человек – С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н. свидетельствует характер его действий на месте преступления. Подсудимый целенаправленно и последовательно наносил находившимся при нем ножом с длиной клинка около 9,5 см удары сначала М.Н.С., а затем С.И.А. и Л.Н.Н..

Характер нанесенных К-вым ранений М.Н.С., С.И.А. и Л.Н.Н., их количество и локализация в жизненно важных областях тела – в том числе, в область шеи, и последовавшей в каждом случае обильной кровопотерей свидетельствует о том, что подсудимый не только осознавал общественную опасность своих действий и предвидел неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти указанных лиц, но и желал ее наступления, то есть действовал с прямым умыслом, направленным на причинение смерти.

Так, в частности, М.Н.С. согласно заключению судмедэксперта нанесено две раны в область шеи как слева направо, спереди назад, так и справа налево, сверху вниз. Наличие двух разноплановых удара, нанесенных с определенной силой опровергает версию подсудимого о неосторожном причинении вреда. Из показаний самого ФИО1 следует, что С.И.А. укрывался телом М.Н.С., чтобы добраться до последнего, ФИО1 устранил это препятствие, нанося несколько ножевых ранений М.Н.С..

При этом, безопасности жизни и здоровья подсудимого ничто не угрожало, а поэтому его действия не носили характер необходимой обороны либо превышения ее пределов. Как поясняет ФИО1, он первый, будучи вооруженным ножом, напал на С.И.А.. Из показаний потерпевшей С.В.В. и свидетеля Б.С.А. следует, что С.И.А. имел проблемы со зрением, в связи с чем, даже при наличии крепкого телосложения не мог бы оказать активного сопротивления ФИО1, подставляя под его удары руки, о чем свидетельствует зафиксированная судмедэкспертом рана по ладонной поверхности правой кисти (рана №11). Подсудимый наносил телесные повреждения С.И.А. до тех пор, пока указанное лицо не перестало подавать признаки жизни, о чем свидетельствует рана на задней поверхности грудной клетки (рана № 1). Направление раневых каналов большинства ран сверху вниз, слева направо, очевидно предполагает, что С.И.А. находился в сидячем положении, учитывая тот факт, что он превышал по росту подсудимого.

Поскольку ФИО1 умышленно и одновременно причинил смерть С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н., то в его действиях усматривается квалифицирующий признак убийства двух и более лиц.

Установленным суд считает и то, что убийство М.Н.С. совершено с целью облегчить совершение им убийства С.И.А..

Из оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ показаний подсудимого ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, следует, что Л.Н.Н., схватил его за одежду сзади и просил прекратить действия по причинению вреда здоровью потерпевшим, в ответ подсудимый нанес ему удар ножом в шею и продолжил наносить удары С.И.А.. Таким образом, Л.Н.Н. по сути пресекал правонарушение со стороны ФИО1, то есть совершал другие общественно полезные действия.

Кроме того, у суда нет оснований считать, что убийство потерпевших совершено К-вым в состоянии аффекта, даже при наличии оскорбления со стороны С.И.А.. С потерпевшими М.Н.С. и Л.Н.Н., как следует из признанными судом достоверными показаний подсудимого, он вообще не вступал в какой-либо конфликт, а с последним был дружен.

ФИО1. И.Н. в момент правонарушения в состоянии аффекта не находился. На это указывает отсутствие типичной для аффекта динамики возникновения и развития эмоциональной реакции. Эмоциональное состояние ФИО1 в момент правонарушения квалифицируется, как эмоциональное возбуждение на фоне алкогольного опьянения, однако оно не достигало степени выраженности аффекта и не ограничивало его в способности к осознанной регуляции своих действий.

По заключению комиссии экспертов-психиатров № 4-0233-18 от 09 августа 2018 года, в исследуемой ситуации нашли отражение такие индивидуально-психологические особенности ФИО1 как ... однако они не оказали существенного влияния на его сознание и деятельность во время совершения правонарушения (т. 4, л.д. 215-220).

Таким образом, суд считает изложенные в обвинении обстоятельства установленными, вину ФИО1 доказанной, а добытые доказательства достаточными и достоверными, и квалифицирует его действия по п.п."а,б,к" ч.2 ст.105 УК РФ - как убийство, то есть умышленное причинение смерти трем лицам, в связи с выполнением одним из лиц общественного долга, с целью облегчить совершение другого преступления.

По эпизоду умышленного повреждения чужого имущества

Несмотря на отрицание ФИО1 к причастности в совершении данного преступления, его виновность полностью доказана исследованными судом доказательствами.

Свидетель В.В.М. показал, что состоит в должности пожарного, 10 февраля 2018 года в ночное время поступило сообщение о пожаре квартиры № двухквартирного дома по ул. ... При тушении дома установлено, что входная дверь в дом подперта снаружи перевернутым креслом. В результате пожара в данной квартире повреждено домашнее имущество, мебель, внутренняя отделка и кровля дома. Основной очаг пожара находился около окна, где прогорел пол, то есть вдали от печи, электрической проводки и розеток.

Допрошенный в качестве свидетеля Р.Д.Р. - старший дознаватель УНДи ПР ГУ МЧС России по Свердловской области, показал, что в ходе осмотра места происшествия установлено, что зона наибольших термических повреждений располагалась в дальней левой комнате от входа в квартиру №, в ближнем левом углу, на что указывают наибольшие термические повреждения мебели, полового покрытия, где имелся сквозной прогар. Дополнительно в вышеуказанной комнате обнаружено две дополнительные зоны интенсивного горения. Одна из которых располагалась в районе центральной части левой стены от входа в комнату, в месте расположения дивана, выраженная локальным выгоранием части дивана и горючей отделки стены над ним, вторая зона располагалась в районе ближнего правого угла комнаты на кровати, выраженная в виде термических повреждений конструкции кровати и матраса. Два возгорания находились рядом с трупами Л.Н.Н. и С.И.А., третье – отдельно от трупов. По результатам проверки им был сделан вывод, что наиболее вероятной причиной пожара явился поджог, на что указывали несколько (три) самостоятельных очага возгорания, исправная электропроводка, подпертая снаружи дверь на веранду.

Наличие следов копоти на стенах, мебели и в помещениях дома по ул...., а также трех самостоятельных очагов пожара, наличие на телах трупов обугленностей установлено при осмотре места происшествия 10 февраля 2018 года (т.1 л.д.71-95).

При осмотре выданных подсудимым предметов одежды, в которых он был в ночь с 09 на 10 февраля 2018 года, на штанах и комбинезоне имеются следы термического воздействия (том 1 л.д. 169-175, 176-197).

Согласно локальному сметному расчету № 40/2019 от 13 февраля 2019 года, инженерами отдела капитального строительства МКУ «УКХ» проведено обследование дома по ул. ..., в ходе которого установлено, что пожаром повреждено: кровля дома, 2 окна, наружная стена, частично повреждено покрытие пола, стены и потолок покрыты копотью, частично разрушена печь, оплавлена электропроводка, оплавлены потолочные светильники. Стоимость ремонтных работ по восстановлению дома на основании локального сметного расчета составляет 425090,10 рублей (т.8 л.д. 159-170).

Допрошенная в качестве потерпевшей Л.Т.Ф. показала, что погибший Л.Н.Н. являлся ее бывшим супругом. Во время брака они совместно купили частный дом, расположенный по ул. .... Дом на два хозяина. До пожара был пригодным для проживания круглый год. Ее ежемесячный доход составляет около 30000 рублей. Ущерб от пожара для нее является значительным, поскольку другого собственного жилья она и ее ребенок не имеют, намерена сделать ремонт и заселиться в дом. В право наследования доли Л.Н.Н. на указанную квартиру никто не вступал, при этом, даже половина суммы упомянутого ущерба является для нее значительной.

Дом по ул. ..., на момент смерти Л.Н.Н. принадлежал на праве собственности Л.Т.Ф., что подтверждается договором купли-продажи (т. 8 л.д.191-192), а также свидетельством о праве собственности (т. 8 л.д. 193).

Таким образом, учитывая, что причиной пожара был поджог, на что указывают три самостоятельных очага возгорания, располагающихся на значительном расстоянии от источника открытого огня (печи), исправная электропроводка, отсутствие электрических приборов обогрева помещения, подпертая снаружи дверь на веранду, незначительный промежуток времени, произошедший с момента насильственной смерти потерпевших до возгорания, о чем свидетельствует, в частности тот факт, что в крови М.Н.С. обнаружен карбоксигемоглобин в концентрации – 23,5%, что подразумевает, что она непродолжительное время дышала в очаге пожара; помимо подсудимого и погибших никого в жилом помещении не было, в своей совокупности указывают о наличии у подсудимого прямого умысла на повреждение указанного выше чужого имущества путем поджога.

Поврежденное имущество потерпевшей для восстановления которого необходимо 425090,10 рублей, безусловно, причинило значительный ущерб, поскольку Л.Т.Ф. одна содержит несовершеннолетнего ребенка, имеет месячный доход в сумме 30000 рублей, поврежденное жилое помещение является для нее единственным, она вынуждена снимать жилье по найму.

Как установлено судом, возгорание части двухквартирного дома конструкцией которого предусмотрено наличие одной общей деревянной стены и единой крыши, а также расположенных рядом принадлежащих другим лицам построек, создавало высокую вероятность распространения огня и возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей и повреждения имущества иных лиц.

Данное обстоятельство подтвердил в судебном заседании свидетель Р.Д.Р., пояснив при этом, что распространение огня на другие сооружения, находящиеся в непосредственной близости от очага пожара было предупреждено принятию своевременных мер по его локализации и тушению.

Таким образом, в данной конкретной ситуации способ повреждения имущества путем поджога является общеопасным, а в действиях ФИО1 усматривается наличие квалифицирующего признака данного преступления – совершение путем поджога.

Сведений, указывающих на причастность к поджогу иных лиц помимо ФИО1 судом не установлено (т.7 л.д. 34-38, 170-172; т.8 л.д. 19, 20-21, 24-29, 30-35).

При таких обстоятельствах, суд считает изложенные в обвинении обстоятельства совершенного К-вым преступления доказанными, а добытые доказательства достаточными и достоверными, и квалифицирует его действия по данному эпизоду по ч.2 ст.167 УК РФ – как умышленное повреждение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Предметом исследования в судебном заседании являлось и психическое состояние здоровья подсудимого ФИО1.

По сообщению из медицинского учреждения по месту фактического жительства ФИО1 на учете у психиатра и нарколога не состоит (т.6 л.д.208).

Согласно заключению комиссии экспертов № 4-0233-18 от 09 августа 2018 года, в период, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, у ФИО1 отсутствовали признаки какого-либо временного психического расстройства (в том числе патологического аффекта), он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. В исследуемый период времени у него отсутствовали признаки помраченного или расстроенного сознания, не отмечалось галлюцинаторных и бредовых переживаний, он правильно ориентировался в окружающей обстановке, вступал в общение с реальными лицами, его действия были целенаправленными, менялись в зависимости от конкретно складывающейся ситуации.

Таким образом, ФИО1 мог в период, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

По психическому состоянию ФИО1 в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 4, л.д. 215-220).

Оснований сомневаться в правильности выводов экспертов у суда не имеется. Они составлены лицами, имеющими длительный стаж экспертной работы. Исследованию экспертов подверглись все стороны жизни подсудимого, включая особенности личности, характер, поведенческие наклонности, влияние алкоголя на поведение.

Поведение ФИО1 в ходе предварительного и судебного следствия также не вызывает у суда сомнений с точки зрения его психического состояния, подтвержденного экспертами-психиатрами, а потому суд признает его вменяемым.

При назначении наказания подсудимому ФИО1, суд с учетом требований ст.ст.6, 7, 43, и 60 - 63 УК РФ, учитывает принцип гуманизма, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, наступившие по делу последствия, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд принимает во внимание отсутствие у ФИО1 таких трудно расторгаемых социальных связей как регистрации на территории РФ, постоянного легального источника доходов, семьи и несовершеннолетних детей. Учитывает суд и имеющиеся в материалах дела удовлетворительную характеристику с места фактического проживания (т.6 л.д.122).

Определяя наказание подсудимому ФИО1, суд принимает во внимание, что последний обратился в органы полиции с явкой с повинной по факту совершения им убийства С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н. в условиях неочевидности, когда на причастность к совершению указанного преступления в качестве обвиняемой было допрошено иное лицо, добровольно выдал орудие преступления, то есть активно способствовал таким образом раскрытию и расследованию преступления (убийства), установлению всех обстоятельств совершенного преступления и освобождения от уголовного преследования непричастных лиц и признает это в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством по данному преступлению (п.п. «а,б,к» ч.2 ст. 105 УК РФ).

В качестве смягчающего наказание обстоятельства по обвинению убийства в соответствии с п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ суд также учитывает аморальное поведение потерпевшего С.И.А., оскорбившего грубой нецензурной бранью подсудимого, послужившего поводом для совершения убийства.

В тоже время, положения ч.1 ст. 62 УК РФ по эпизоду убийства не могут быть применены к ФИО1, как в связи с наличием отягчающего наказание обстоятельства, так и в силу ч.3 ст. 62 УК РФ.

В силу ч.2 ст.61 УК РФ в качестве смягчающих наказание обстоятельств по обоим преступлениям суд также считает возможным признать состояние здоровья ФИО1, имеющего неудовлетворительное состояние физического и психического здоровья, принесение извинений Л.Т.Ф.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства по преступлению, предусмотренному п. «а,б,к» ч.2 ст. 105 УК РФ, суд в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ признает совершение К-вым преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Данное обстоятельство достоверно установлено судом и подтверждается не только показаниями свидетеля Б.С.А., но и самими подсудимыми. По мнению суда именно состояние опьянения, вызванного употреблением алкоголя подсудимым, с учетом мнения комиссии судмедэкспертов, констатировавшей эмоциональное возбуждение у ФИО1 на фоне алкогольного опьянения, способствовало потере контроля над своим поведением и совершению им убийства трех лиц. На данное обстоятельство ссылается сам подсудимый, а свидетель ФИО1 подтвердила, что со слов последнего именно влияние алкогольного опьянения на поведение побудило его к совершению преступления.

В действиях ФИО1 при совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ судом также усматривается наличие предусмотренного п. «е.1» ч.1 ст.63 УК РФ отягчающего наказание обстоятельства – совершения преступления с целью скрыть другое преступление, поскольку в ходе судебного заседания установлено, что совершение поджога дома по ул. ..., преследовало цель скрыть совершенное ранее убийство С.И.А., М.Н.С. и Л.Н.Н., а также всех следов, указывающих на причастность ФИО1 к причинению смерти указанным лицам, о чем в частности свидетельствует тот факт, что два очага возгорания находились рядом с трупами.

Каких-либо предусмотренных ст.64 УК РФ исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного подсудимым преступлений, его поведением во время или после совершения преступлений, либо совокупности смягчающих наказание обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных К-вым преступлений, судом не установлено.

Одновременно с этим суд не находит возможным изменить категорию совершенных подсудимым преступлений: особо тяжкого (ст. 105 УК РФ) и средней тяжести (ст. 167 УК РФ) на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, либо применить ст.73 УК РФ, поскольку предусмотренные для этого законом основания отсутствуют.

При назначении наказания суд не может не принять во внимание отягчающие наказание обстоятельства, а также то, что К-вым совершено особо тяжкое преступление против жизни, в отношении трех лиц с применением в качестве орудия ножа, нанесением большого количества колото-резаных ран, в состоянии алкогольного опьянения.

Учитывая, данные обстоятельства, что жизнь человека является невосполнимой утратой, наказание в виде лишения свободы на определенный срок за лишение жизни трех лиц не повлечет за собой достижение целей восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений.

Принимая во внимание изложенное, суд считает, что, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, повышенная общественная опасность содеянного и данные о личности подсудимого ФИО1 свидетельствуют о его исключительной опасности для общества, поэтому его исправление за преступление, предусмотренное п. «а,б,к» ч.2 ст. 105 УК РФ возможно только при назначении ему наказания в виде пожизненного лишения свободы, в отсутствие препятствий, предусмотренных ч.2 ст. 57 УК РФ.

Наказание по ч.2 ст. 167 УК РФ необходимо назначить в виде лишения свободы на определенный срок с учетом данных о личности ФИО1 и наступивших последствий.

Так как ФИО1 назначается наказание в виде пожизненного лишения свободы, то в соответствии с п. «г» ч.1 ст.58 УК РФ наказание ему следует отбывать в исправительной колонии особого режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 следует исчислять со дня провозглашения приговора – с 23 апреля 2019 года, при этом в силу п.9 ч.1 ст.308 УПК РФ в срок наказания подлежит зачету время его предварительного содержания под стражей

В материалах дела имеется протокол задержания ФИО1 по подозрению в совершении преступления в рамках ст. ст. 91-92 УПК РФ с 11 марта 2018 года. При этом, согласно пояснениям ФИО1, которые согласуются с датой написания им явки с повинной, фактическое задержание подсудимого состоялось 09 марта 2018 года. В связи с чем, срок с 09 марта 2018 года по 22 апреля 2019 года подлежит зачету в срок отбытия наказания.

Поскольку ФИО1 назначается наказание в виде пожизненного лишения свободы и в настоящее время он продолжает оставаться под стражей, суд также считает невозможным до вступления приговора в законную силу изменить ему меру пресечения на иную, не связанную с заключением под стражей, полагая, что при иной более мягкой мере пресечения ФИО1 с учетом назначенного ему наказания и наличия гражданства другого государства может скрыться и таким образом воспрепятствовать исполнению приговора.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд принимает во внимание положения п.п.3,5 ч.3 ст.81 УПК РФ.

В ходе предварительного и судебного следствия потерпевшей А.О.С. заявлен гражданский иск о взыскании с осужденного компенсации морального вреда в размере 5 000000 рублей за убийство ее дочери - М.Н.С., а также взыскании причиненного ей ущерба, понесенного на организацию похорон в размере 47 365 рублей (т.5 л.д. 45–49) и 8688,93 рублей; потерпевшим Л.Н.Н. заявлен гражданский иск о взыскании с осужденного компенсации морального вреда в размере 900 000 рублей за убийство его брата, а также взыскании причиненного ему ущерба, понесенного на организацию похорон в размере 46 025 рублей (т.5 л.д. 76-80); потерпевшей Л.Н.Н. заявлен гражданский иск о взыскании с осужденного причиненного ей ущерба, связанного с восстановлением поврежденного пожаром имущества в размере 425090 рублей 10 коп. (т.8 л.д. 201).

Судом установлена вина ФИО1 в убийстве М.Н.С. и Л.Н.Н.. М.Н.С. приходилась дочерью А.О.С., с которой она вместе не проживала, но постоянно созванивалась и имела периодические родственные встречи; погибший Л.Н.Н. приходился братом Л.С.Н. и их родственные отношения поддерживались на протяжении длительного времени эпизодически, в связи с чем, суд полагает, что степень нравственных страданий, перенесенных потерпевшими (гражданскими истцами) в результате смерти М.Н.С. и Л.Н.Н. различна.

В то же время, суду очевидно, что в результате утраты дочери и брата, А.О.С. и Л.Н.Н., безусловно, испытали нравственные переживания, а утрата близких родственников является для них невосполнимой.

В соответствии со ст.151, 1099 и 1101 ГК РФ потерпевший имеет право на компенсацию причиненного ему морального вреда в денежном выражении. Учитывая обстоятельства дела, исходя из принципа разумности и справедливости, материального положения ФИО1, его возраста, суд считает возможным взыскать в пользу А.О.С. в счет компенсации причиненного морального вреда по убийству М.Н.С. с ФИО1 1 000000 рублей, а в пользу Л.С.Н. по убийству Л.Н.Н. взыскать с ФИО1 300000 рублей.

Что касается требований о возмещении понесенных гражданскими истцами расходов на погребение, то в соответствии со ст.1094 ГК РФ ФИО1, как ответственный за вред, вызванный смертью потерпевших, обязан возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Согласно представленным в суд документам, подлинность которых сомнений не вызывает, а также признания гражданского иска в данной части самим осужденным, понесены расходы на организацию похорон обоих потерпевших в размере 56053, 93 рублей (47365 рублей + 8688,93 рублей) и 46025 рублей, суд признает обоснованными и подлежащими возмещению потерпевшей в полном объеме.

Требования Л.Н.Н. о возмещении вреда вследствие пожара также подлежат удовлетворению. В силу ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Судом установлена вина ФИО1 в умышленном уничтожении имущества гражданского истца. На восстановление нарушенного права ей необходимо затратить денежных средств в сумме 425 090 рублей. Указанная сумма подтверждена на основании заключения специалистов и осужденным (гражданским ответчиком) не оспорена.

По делу также имеются процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката по назначению за оказание в период предварительного следствия и суда подсудимому юридической помощи, которые в силу ч.2 ст.132 УПК РФ подлежат взысканию с осужденного ФИО1 в сумме 50 400 рублей (т.6 л.д.158) и 19 607 руб. 50 коп.

При этом суд не усматривает предусмотренных законом оснований для освобождения подсудимого полностью или частично от уплаты указанных процессуальных издержек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,б,к» ч.2 ст.105, ч.2 ст.167 УК РФ и назначить ему наказание:

- по п.п. «а,б,к» ч.2 ст.105 УК РФ – в виде пожизненного лишения свободы;

- по ч.2 ст.167 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 2 (два) года;

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений назначить ФИО1 окончательное наказание в виде пожизненного лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок отбытия ФИО1 наказания исчислять с 23 апреля 2019 года, засчитав в срок наказания время содержания его под стражей из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима с 09 марта 2018 года по 22 апреля 2019 года.

Исковые требования А.О.С., Л.С.Н. о компенсации морального вреда к ФИО1 удовлетворить.

Взыскать в пользу А.О.С. в счет компенсации морального вреда с ФИО1 1000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать в пользу Л.С.Н. в счет компенсации морального вреда с ФИО1 300 000 (триста тысяч) рублей.

Исковые требования А.О.С., Л.С.Н. к ФИО1 возмещении расходов на погребение удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу А.О.С. 56053 (пятьдесят шесть тысяч пятьдесят три) рубля 93 коп., а в пользу Л.С.Н. 46 025 (сорок шесть тысяч двадцать пять) рублей.

Исковые требования Л.Т.Ф. к ФИО1 о возмещении ущерба удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Л.Т.Ф. 425 090 (четыреста двадцать пять тысяч девяносто) рублей 10 копеек.

Взыскать в доход государства процессуальные издержки с ФИО1 в сумме 70 007 (семьдесят тысяч семь) рублей 50 коп.

Вещественные доказательства по делу:

- предметы одежды ФИО1: куртку, кофту и штаны – уничтожить;

- нож – уничтожить;

- предметы одежды потерпевшей М.Н.С.: штаны, шорты, носки, трусы, полотенце, две кофты, футболку, бюстгальтер, а также образец крови М.Н.С. на марле и волос; предметы одежды потерпевшего С.И.А.: черный тапок, две пары шерстяных носков, синтетические носки, штаны с содержимым карманов (бусами и шнурком), рубаху, футболку, а также образец крови С.И.А. на марле; предметы одежды потерпевшего Л.Н.Н.: сандалии, носки, брюки, ремень, штаны, трусы, дубленку, кофту, а также образец крови Л.Н.Н. на марле; предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия,: подушку, три выреза с матрасов, вырез с линолеума, вырез с одеяла, марлевую салфетка, срез ткани, фрагмент доски, волос, рубашку – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осужденным в этот же срок со дня вручения ему копии приговора путем подачи апелляционной жалобы или представления через Свердловский областной суд. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а в случае подачи апелляционного представления или апелляционной жалобы потерпевшей ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции может быть заявлено осужденным в течение 10 суток со дня получения их копий. Осужденный также вправе ходатайствовать об участии в суде апелляционной инстанции защитника.

Председательствующий С.В. Строкин