Апелляционное определение № 11-6042/2026 от 22 апреля 2026 г.

УИД 74RS0007-01-2025-001360-53

Дело № 2-21/2026

Судья Чепак К.И.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-6042/2026
23 апреля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Каплиной К.А.,

судей Силаевой А.В., Рыжовой Е.В.,

при ведении протокола

помощником судьи Бабенковой М.А.,

с участием прокурора Томчик Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1, апелляционному представлению прокуратуры Курчатовского района г. Челябинска на решение Курчатовского районного суда г. Челябинска от 16 января 2026 года по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница №1 г. Копейск» о взыскании компенсации морального вреда и убытков в результате причинения вреда здоровью ненадлежащим оказанием медицинской помощи.

Заслушав доклад судьи Силаевой А.А. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, апелляционного представления и возражений на них, объяснения истца ФИО1 и его представителя ФИО2, поддержавших доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, представителя ответчика государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница №1 г. Копейск» ФИО3 и заключение прокурора Томчик Н.В., полагавших решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница №1 г. Копейск» (далее по тексту ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск») и с учетом уточнений просил о взыскании компенсации морального вреда 3 000 000 руб., расходов на лечение, обследование и покупку лекарственных препаратов 259 809,41 руб., штрафа в размере 50% от присужденных судом сумм, указав в обоснование на то, что 30 августа 2024 года поступил в урологическое отделение ГБУЗ «ГБ №1 г. Копейск» с жалобами на <данные изъяты>. При нахождении в стационаре с 30 августа 2024 года по 02 сентября 2024 года медицинских манипуляций не назначалось и не проводилось. 02 сентября 2024 года была сделана <данные изъяты>. Считает, что в ГБУЗ «ГКБ №1 г. Копейск» оказана ненадлежащая медицинская помощь с дефектами. Действиями ответчика причинен моральный вред.

Истец ФИО1 и представитель истца ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции поддержали исковые требования.

Представитель ответчика ГБУЗ «ГКБ №1 г. Копейск» ФИО3 в судебном заседании суда первой инстанции возражала против удовлетворения исковых требований, представила возражения.

Прокурор Жинжина Т.Н. в заключении полагала исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Представители третьих лиц ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» г. Челябинск», Челябинский областной Фонд Обязательного Медицинского Страхования, ГБУЗ ЧОКБ, ФГБУ «Федеральный клинический центр высоких медицинских технологий ФМБА», третьи лица ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,ФИО8, ФИО9,ФИО11, ФИО12 в судебное заседание суда первой инстанции не явились.

Обжалуемым решением суда исковые требования удовлетворены частично. С ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда 500 000 руб., в возмещение расходов на лечение, обследование и покупку лекарственных препаратов 246 237,41 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С ГБУЗ «ГБ №1 г. Копейск» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина 7 000 руб., в пользу АНО «Центральное бюро судебных экспертиз» расходы по экспертизе 45 000 руб.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 считает решение суда в части взыскания компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской помощи незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Судом не учтена множественность дефектов оказания медицинской помощи при лечении ФИО1 в ГБУЗ № 1 г. Копейск» в период с 30 августа 20254 года по 26 сентября 2024 года, а именно: дефекты диагностики, которые привели к несвоевременному выявлению (недиагностированию) нарушения целостности (перфорации) <данные изъяты>. Судом не оценены результаты экспертизы качества медицинской помощи, по результатам которой ТФОМС Челябинской области к ГБУЗ «ГБ № 1 г. Копейск» применены меры ответственности, а также показания свидетелей ФИО13, ФИО14, данные в судебном заседании суда первой инстанции, из которых следует, что у истца было крайне депрессивное <данные изъяты>, был расстроен, не мог себя обслуживать, передвигаться из-за имеющихся болей, отсутствия сил, он не мог лежать и сидеть, приходилось помогать ему готовить еду, стирать вещи, купать.До настоящего времени он носит бандаж. После перенесенных операций изменилось качество его жизни, не может ходить на лыжах, ездить на рыбалку, ездить на мотоцикле. В настоящее время истец крайне обеспокоен своим состоянием и дальнейшим прогнозом, волнуется за дальнейшие оперативные вмешательства, которые требуют больших финансовых затрат, психоэмоциональногого и физического напряжения. На его иждивении находится 15-летний сын, которому в связи с длительным расстройством здоровья истец не может оказывать поддержку.

В апелляционном представлении прокурор просит решение суда изменить, принять в измененной части новое решение о взыскании компенсации морального вреда в ином размере, штрафа в размере 50% от взысканной судом суммы. Решение суда в части взыскания материальных расходов оставить без изменения. В обоснование ссылается на то, что судом не мотивирован вывод о размере взысканной компенсации морального вреда. Истец ФИО1 испытывает болевые ощущения, продолжает лечение. Не может выполнять привычную деятельность, осуществлять уход за собой. Вред здоровью, причиненный истцу, оценен экспертами, как легкий вред здоровью. Однако обстоятельства его причинения, длительность лечения, реабилитации и наступившие последствия в форме <данные изъяты> свидетельствуют о значительном вреде здоровью. Этим обстоятельствам судом оценка не дана, размер компенсации морального вреда 500 000 руб. против заявленного 3 000 000 руб. является заниженным. В добровольном порядке вред здоровью не возмещен. Решение суда в части отказа во взыскании штрафа противоречит требованиям законодательства о защите прав потребителей.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика ГБУЗ «ГКБ №1 г. Копейск» указывает на то, что в соответствии с заключением судебных экспертов, под выявленными недостатками оказания медицинской помощи комиссия экспертов подразумевает такие нарушения, которые не оказали влияния на состояние здоровья ФИО1 и тактику дальнейшего лечения, поскольку проведенное оперативное лечение «<данные изъяты> установлен верно на основании объективных данных, проведенное хирургическое и медикаментозное лечение было показано и привело к положительной динамике в виде купирования признаков воспалительного процесса. Данные о том, что нарушение целостности (<данные изъяты> имеет травматический характер, отсутствуют. Проведенное хирургическое и медикаментозное лечение, в том числе антибактериальная терапия были показаны и привели к положительной динамике в виде купирования признаков воспалительного процесса, после выписки ФИО1 поступил на амбулаторное лечение к <данные изъяты> поликлиники и какие-либо данные о <данные изъяты> в представленной медицинской документации отсутствуют. В соответствии с выводами экспертов недостатки оформления медицинской документации не оказали какого-либо влияния на состояние здоровья ФИО1 В ходе экспертизы качества медицинской помощи оценен вопрос оплаты случая оказания медицинской помощи в рамках программы ОМС, что не является обстоятельством, оказавшим влияние на состояние здоровья истца. Обращение ФИО1 и его последующая госпитализация в ФБГУ «Федеральный клинический центр высоких медицинских технологий ФМБА» согласно медицинской документации осуществлялись по основному заболеванию № <данные изъяты> не классифицированный в других рубриках и основанному заболеванию № <данные изъяты>. Истцом не указаны в исковом заявлении, а также не представлены в материалы дела доказательства заключения договора возмездного оказания платных медицинских услуг с ГБУЗ «ГБ № 1 г. Копейск», а так же оказания платных медицинских услуг на основании такого договора в период нахождения в стационаре в ГБУЗ «ГБ № 1 г. Копейск» с 30 августа 2024 года по 26 сентября 2024 года, в связи с чем оснований для взыскания штрафа по основанию, предусмотренному п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», не имеется.

В письменном мнении относительно доводов апелляционной жалобы, апелляционного представления представитель третьего лица ГБУЗ «ЧОКБ» указал, что из материалов дела следует, что медицинская помощь ФИО1 оказывалась ответчиком ГБУЗ «ГБ № 1 г. Копейск» бесплатно, в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, следовательно, основания для применения к спорным отношениям сторон положений Закона РФ «О защите прав потребителей» в части взыскания в пользу истца штрафа не имеется. Доказательств тому, что между сторонами заключались какие-либо договоры об оказании платных медицинских услуг, материалы дела не содержат. Истец воспользовался своим правом получить услуги по полису в рамках обязательного медицинского страхования.

В соответствии со ст.ст. 14 и 16 Федерального закона «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», информация о времени и месте рассмотрения дела размещена заблаговременно на интернет-сайте Челябинского областного суда.

Представители третьих лиц ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина» г. Челябинск», Челябинский областной Фонд Обязательного Медицинского Страхования, ГБУЗ ЧОКБ, ФГБУ «Федеральный клинический центр высоких медицинских технологий ФМБА», третьи лица ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,ФИО8, ФИО9,ФИО11, ФИО12 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки не сообщили.

Поскольку в материалах дела имеются доказательства надлежащего извещения участников процесса о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, руководствуясь ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии с абзацем первым ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

Суд апелляционной инстанции в интересах законности вправе проверить решение суда первой инстанции в полном объеме (часть 2).

Вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью четвертой статьи 330 данного кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции (часть 3).

В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» разъяснено, что под интересами законности с учетом положений статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует понимать необходимость проверки правильности применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников гражданских, трудовых (служебных) и иных правоотношений, а также в целях защиты семьи, материнства, отцовства, детства; социальной защиты; обеспечения права на жилище; охраны здоровья; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; защиты права на образование и других прав и свобод человека и гражданина; в целях защиты прав и законных интересов неопределенного круга лиц и публичных интересов и в иных случаях необходимости охраны правопорядка.

Судам апелляционной инстанции необходимо учитывать, что интересам законности не отвечает, в частности, применение судом первой инстанции норм материального и процессуального права с нарушением правил действия законов во времени, пространстве и по кругу лиц.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что в соответствии принципом диспозитивности гражданского процесса суд апелляционной инстанции по общему правилу рассматривает дело в пределах доводов апелляционной жалобы и не вправе пересматривать судебные постановления в той части, в которой они не обжалуются.

Выйти за пределы доводов апелляционной жалобы и проверить решение суда в полном объеме суд апелляционной инстанции может лишь в исключительных случаях.

При этом выход за пределы доводов апелляционной жалобы не может быть произвольным и должен быть обоснован судом апелляционной инстанции в соответствии с интересами законности и задачами гражданского судопроизводства.

С учетом изложенного, законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом положений ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления и возражений на них, заслушав объяснения истца ФИО1 и его представителя ФИО2, поддержавших доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, представителя ответчика государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница №1 г. Копейск» ФИО3 и заключение прокурора Томчик Н.В., полагавших решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия основания согласиться с утверждениями апеллянта и доводами апелляционного представления согласиться не может в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 в период с 30 августа 2024 года по 26 сентября 2024 года находился на лечении в урологическом отделении ГБУЗ «ГБ №1 г. Копейска».

02 сентября 2024 года была сделана <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1 указал, что к 05 сентября 2024 года состояние его ухудшилось, поднялась температура.

05 сентября 2024 года <данные изъяты>.

05 сентября 2024 года произведена под <данные изъяты>.

16 сентября 2024 года проведено обследование - <данные изъяты>.

16 сентября 2024 года проведена <данные изъяты>

Как усматривается из выписного (переводного) эпикриза поставлен заключительный клинический анализ «<данные изъяты>

26 сентября 2024 года ФИО1 выписан на амбулаторное лечение.

27 сентября 2024 года ФИО1 обратился к <данные изъяты> в поликлинику по месту жительства в ГБУЗ «ГБ №1 г. Коркино», продлен больничный лист по 11 октября 2024 года.

30 сентября 2024 года обратился на консультацию к <данные изъяты> ЧУЗ «КБ РЖД-Медицина г. Челябинск», который, осмотрев, пояснил, что необходимо проводить повторную операцию.

ФИО1 в период с 07 октября 2024 года по 15 октября 2024 года находился на лечении в <данные изъяты> отделении ЧУЗ «КБ РЖД-Медицина г. Челябинск».

08 октября 2024 года проведена операция, в ходе которой выявилось, что «<данные изъяты>

02 ноября 2024 года ФИО1 обратился в Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Челябинской области с заявлением о проведении экспертизы качества медицинской помощи.

Согласно заключению по результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от 17 декабря 2024 года №Э при оказания медицинской помощи в ГБУЗ «ГБ №1 г. Копейск» выявлены дефекты оказания медицинской помощи.

07 ноября 2024 года ФИО1 обратился в ГБУЗ «ЧОКБ» на прием к врачу:<данные изъяты> в рамках ОМС врачом поставлен диагноз «<данные изъяты>

10 ноября 2024 года ФИО1 проведена компьютерная томография <данные изъяты>.

03 декабря 2024 года ФИО1 осмотрен заведующим урологического отделения ГБУЗ «ЧОКБ», который направил на госпитализацию, поставив диагноз <данные изъяты>

С 03 декабря 2024 по 10 декабря 2024 года ФИО1 находился в <данные изъяты> отделении ГБУЗ ЧОКБ» с диагнозом «<данные изъяты>», 02 сентября 2024 года <данные изъяты>, больничный лист был продлен до 10.01.2024

В период с 13 января 2025 года по 17 января 2025 года ФИО1 находился в <данные изъяты> отделении ГБУЗ «ЧОКБ» с диагнозом «<данные изъяты>». 02 сентября 2024 года <данные изъяты> Выписан под наблюдение врача-<данные изъяты> по месту жительства, который продлевал мне больничный лист. Протокол № больничный лист продлен по 12 марта 2025 года.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 пояснил, что наличие <данные изъяты> в любое время.

Согласно протоколу телемедицинской консультации ФГАОУ ВО «Первый Московский государственный университет имени ФИО10» от 27 января 2025 года установлен диагноз «<данные изъяты>

ФИО1 обращался в Министерство здравоохранение РФ с просьбой оказания необходимой помощи, в том числе и высокотехнологичной. Министерство здравоохранения РФ перенаправило обращение в Министерство здравоохранения Челябинской области для разрешения вопроса, ответа из Министерства здравоохранения Челябинской области не получено.

18 февраля 2025 года ФИО1 направил в ГБУЗ «ГБ г. Копейск» претензию о возмещении потраченных денежных средств на лечение, проведение оперативных вмешательств, компенсации морального вреда.

В период с 26 февраля 2025 года по 06 марта 2025 года истец находился на лечении в ФГБУ «Федеральный клинический центр высоких медицинских технологий ФМБА», г. Москва, 28 февраля 2025 года проведена <данные изъяты>.

В период с 06 марта 2025 года по 18 марта 2025 года находился на лечении в ФГБУ «Федеральный клинический центр высоких медицинских технологий ФМБА», г.Москва, 07 марта 2025 года проведена <данные изъяты>

В период с 30 августа 2024 года по 10.01.2025 и с 13.01.2025 21.05.2025 года, всего 263 дня находился на больничном.

Определением суда от 14 июля 2025 года по делу назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам <данные изъяты>

В соответствии с заключением экспертов №-<данные изъяты> лечении ФИО1 в ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск» в период 30 августа 2024 года по 26 сентября 2024 года установлены дефекты диагностики (<данные изъяты>

Указанные дефекты диагностики привели к несвоевременному выявлению (недиагностированию) нарушения целостности (перфорации) <данные изъяты> в период стационарного лечения в ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск» в послеоперационном периоде с 02 сентября 2024 года (после проведения первичной операции <данные изъяты>» от 02 сентября 2024 года), что в свою очередь привело к непроведению показанного при нарушении <данные изъяты> (первые клинические признаки которого были отмечены 05 сентября 2024 года).

Экспертами также указано на наличие дефектов лечения (непроведение в период лечения показанного оперативного лечения нарушения <данные изъяты>

Указанный дефект лечения привел к продолжающемуся поступлению <данные изъяты> в течение 11 дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что, в свою очередь, привело к развитию у ФИО1 нового патологического состояния иного осложнения) - <данные изъяты>

К недостаткам диагностики экспертами отнесено непроведение <данные изъяты> - с целью последующего назначения противорецидивной терапии;

Указанный недостаток диагностики обусловил невозможность выбора противорецидивной терапии, однако он не оказал какого-либо влияния на состояние здоровья ФИО1, поскольку в представленной медицинской документации отсутствуют данные о рецидиве <данные изъяты>.

Непроведение КТ при поступлении (для подтверждения диагноза, определения размеров конкремента с целью выбора тактики лечения (консервативное или оперативное), так как вероятность самопроизвольного <данные изъяты> зависит от его размеров)); непроведение общего анализа <данные изъяты> от 16 сентября 2024 года (с целью подбора <данные изъяты> непроведение осмотров заведующим отделением в первые 2 суток с момента поступления в стационар и далее не реже одного раза в 7 дней - при продолжительности стационарного лечения 28 дней (с 30 августа 2024 года по 26 сентября 2024 года) осмотр зав. отделением проведен однократно 16 сентября 2024 года), согласно выводам судебных экспертов, не оказали какого-либо влияния на состояние здоровья ФИО1 и тактику дальнейшего лечения, поскольку веденное оперативное лечение «<данные изъяты> был установлен верно на основании объективных данных, проведенное хирургическое и медикаментозное лечение было показано и привело к положительной динамике в виде купирования признаков воспалительного процесса.

Не использование струны-проводника при проведении <данные изъяты> (в целях обеспечения безопасности и контроля интраоперационных осложнений), как недостаток не оказало какого-либо влияния на состояние здоровья ФИО1 и тактику дальнейшего лечения, поскольку какие-либо данные, подтверждающие травматический характер нарушения целостности (перфорации) <данные изъяты> от 02 сентября 2024 года, отсутствуют.

Непроведение подбора эмпирической антибактериальной терапии с учетом чувствительности микроорганизмов к антибиотикам не оказало какого-либо влияния на состояние здоровья ФИО1 и тактику дальнейшего лечения, поскольку проведенное хирургическое и медикаментозное лечение, в т.ч. антибактериальная терапия, в связи с диагнозом «Острый <данные изъяты> было показано и привело к положительной динамике в виде купирования признаков воспалительного процесса.

Установлено отсутствие рекомендаций по профилактике рецидива при выписке (потребление жидкости, диетотерапия, контрольные лабораторные и инструментальные исследования), что не оказало какого-либо влияния на состояние здоровья ФИО1 и тактику дальнейшего лечения, поскольку после выписки он поступил на амбулаторное лечение к <данные изъяты> поликлиники, какие-либо данные о рецидиве <данные изъяты> в представленной медицинской документации отсутствуют.

<данные изъяты> от 02 сентября 2024 года невозможно однозначно раcценить как недостаток/дефект лечения, так как в ходе операции повреждение <данные изъяты> заподозрено не было, а при отсутствии показаний рутинное стентирование не рекомендуется.

Выявлены недостатки в оформления медицинской документации, а именно: в заключительный клинический диагноз не вынесены диагностированные сопутствующие заболевания и состояния (камень <данные изъяты>), а также состояние после оперативных вмешательств. В протоколе первичного осмотра не сформирован план лечения (назначения медикаментозной терапии указаны только в листах назначений и картах интенсивной терапии); в протоколах осмотров лечащим врачом и листах назначений не указаны назначения проведенных дополнительных лабораторных и инструментальных исследований (не отражена коррекция плана обследования); в протоколах осмотров лечащим врачом в разделе диагноза не указаны осложнения основного заболевания «<данные изъяты> в связи с которыми проводилось лечение. Осложнения отражены только в разделе заключительного клинического диагноза на титульном листе и в выписном эпикризе, а также в протоколе операции от 16 сентября 2024 года). Имеются противоречие данных о термометрии: в протоколах осмотров лечащим врачом показания термометрии в пределах нормальных значений - не отражены множественные эпизоды повышения температуры тела, данные о которых имеются в листах регистрации показателей жизненно важных функций организма

Указанные недостатки оформления медицинской документации не оказали какого-либо влияния на состояние здоровья ФИО1

Допущенные в ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск» дефекты диагностики (в <данные изъяты>

Установленные недостатки лечения и диагностики, а также недостаткиоформления медицинской документации не оказали какого-либо влияния на состояние здоровья и тактику лечения ФИО1 и не состоят в причинно-следственной связи с неблагоприятными последствиями в виде ухудшения стояния его здоровья.

Ухудшение состояния здоровья ФИО1 в виде развития <данные изъяты> не состоит в прямой причинно-следственной связи с какими-либо дефектами или недостатками оказания медицинской помощи в ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск» в период с 30 августа 2024 года по 26 сентября 2024 года, поскольку: причиной развития <данные изъяты> может являться как реакция организма на оперативное вмешательство, так и процесс заживления <данные изъяты> не является следствием каких-либо дефектов или недостатков оказания медицинской помощи, поскольку каких-либо объективных данных, подтверждающих травматический характер нарушения <данные изъяты> в представленной медицинской документации не имеется; отсутствие установленных дефектов и недостатков оказания медицинской помощи не могло гарантировать предотвращение неблагоприятного исхода в виде рубцовых <данные изъяты> является естественным процессом заживления любого повреждения мягких тканей, а с учетом анатомического строения <данные изъяты>

В результате допущенных дефектов диагностики в виде непроведения контрольной <данные изъяты> при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск» в период с 30 августа 2024 года по 26 сентября 2024 года причинен легкий вред здоровью в соответствии с п. 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Приложение к приказу МЗиСР РФ от 24 апреля 2008 года №194н), так как развившаяся в результате них <данные изъяты> повлекла за собой кратковременное расстройство здоровья продолжительностью менее трех недель.

Допрошенные в судебных заседаниях суда первой инстанции 11 декабря 2025 года и 16 января 2026 года свидетели ФИО13 (отец истца) и ФИО14 (брат истца) пояснили, что после проведенных операций ФИО1 был печален, не разговаривал, не мог ходить, <данные изъяты>, ему нужна была помощь в бытовых вопроса, требовался посторонний уход, обычные действия давались с трудом.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался ст. 41 Конституции РФ, положениями ст.ст. 2, 4, 19, 37,98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.ст. 15, 151, 1064, 1085, 1101 Гражданского кодекса РФ, Закона РФ «О защите прав потребителей», разъяснениями Верховного Суда РФ, изложенными в постановлениях Пленума от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», и, оценив заключение экспертов АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №1», исходил из того, что ФИО1 в судебном заседании пояснил, что в связи с тем, что в поликлинике по месту жительства фактически осуществлялась формальная медицинская помощь: уход за нефростомой, канефрон, продление больничного листа, а у него сохранились боли в правой пояснично-франковой области, дискомфорт послеоперационной раны, он вынужден самостоятельно искать лечебное учреждение, специализирующее на получение квалифицированной медицинской помощи, обратился в ЧУЗ «КБ «РЖД-Медицина г. Челябинск», ФГБУ «Федеральный клинический центр высоких медицинских технологий ФМБА», в связи с чем пришел к выводу о взыскании в пользу истца расходов на лечение и медикаменты в сумме 246 237,41 руб.

Решение суда в указанной части не обжалуется.

Определяясь размером компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание характер нравственных страданий, причиненных истцу, тяжесть переживаний в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи, длительность лечения и восстановление (нахождение на больничном листе 263 дня), психологическое состояние истца, степень вины ответчика ГБУЗ «Городская больница № 1 г. Копейск», в том числе объем недостатков, допущенных указанным медицинским учреждением, а также дефекты диагностики и ведения медицинской документации, исходя из конкретных обстоятельств данного дела, учитывая степень вреда (легкая) с учетом требований разумности и справедливости, и пришел к выводу о необходимости взыскания с ГБУЗ «Городская больница № 1 г. Копейск» компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.

С выводами суда об определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца в сумме 500 000 руб. и об отказе во взыскании штрафа судебная коллегия соглашается.

Вопреки утверждениям автора апелляционной жалобы и доводам представления, суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все доказательства, собранные в ходе разрешения спора, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, выводы суда не противоречат материалам дела, основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, судом приняты во внимание доводы как стороны истца, так и ответчика, доказательства были исследованы в таком объеме, который позволил суду разрешить спор по существу.

Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к выводу об определении размера компенсации морального вреда именно в сумме 500 000 руб. подробно со ссылкой на установленные судом обстоятельства и нормы права изложены в решении, их правильность не вызывает сомнений у судебной коллегии.

Как правильно указал суд первой инстанции, а с ним соглашается и судебная коллегия, положения п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» устанавливают ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг, тогда как медицинская услуга оказывалась ФИО1 бесплатно в рамках программы обязательного медицинского страхования, в связи с чем оснований для применения к спорным правоотношениям сторон законодательства не имеется.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства по делу по делу, разрешил спор в соответствии с приведенными выше нормами законодательства, регулирующими спорные правоотношения сторон, исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, которым в соответствии со статьями 60, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса РФ дана надлежащая оценка.

Доводы заявителей жалобы и представления о несогласии с оценкой доказательств, данной судом, не могут являться основанием для отмены принятого по делу судебного акта.

Оснований для проверки судебного акта за пределами доводов апелляционной жалобы по правилам ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Курчатовского районного суда г. Челябинска от 16 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, апелляционное представление прокуратуры Курчатовского района г. Челябинска - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 08 мая 2026 года