Решение № 2-327/2019 2-327/2019(2-3887/2018;)~М-3546/2018 2-3887/2018 М-3546/2018 от 22 сентября 2019 г. по делу № 2-327/2019

Дело __

__


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 сентября 2019 года г. Новосибирск

Заельцовский районный суд г. Новосибирска в составе судьи Борисовой Т.Н., при секретаре Чепакиной М.И., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 В.ча, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделки

у с т а н о в и л:

Г. М.Н., действуя в качестве законного представителя несовершеннолетних Г. П.В. и Г. В.В., обратилась в суд с иском к ФИО3 и ФИО4 Просила признать недействительной доверенность, выданную Г. В.М. 17.05.2016г. на ФИО4, зарегистрированную в реестре нотариуса г.Новосибирска ФИО5 за __; признать недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: ..., совершенный 24.01.2017г., применить последствия недействительности сделки в виде возврата квартиры в собственность Г. В.М. и восстановления регистрационной записи о Г. В.М. как собственнике.

В исковом заявлении, уточненном исковом заявлении представитель истцов указала, что несовершеннолетние Г. В.В. и Г. П.В. являются детьми умершего 03.10.2017г. Г. В.М. Истец Г. М.Н. является их матерью. Она состояла с Г. В.М. в зарегистрированном браке с 07.03.2008г. по 17.03.2015г. Заельцовским районным судом г.Новосибирска произведен раздел совместно нажитого имущества супругов в 2017г. Г. В.М. в период с 08.10.2008г. являлся собственником квартиры по адресу ..., где проживали и состояли на регистрационном учете истцы и их мать. Из медицинской документации следует, что Г. В.М. был тяжело болен, не ориентировался в пространстве и времени, страдал алкоголизмом и находился на амбулаторном лечении, в период с 07.04.2016г. по 27.04.2016г. он перенес две операции по удалению гематомы в правой лобно-темено-височной области головы. По договору купли-продажи от 27.01.2017г. квартира была отчуждена. Продавцом выступала сестра собственника ФИО4 по доверенности от 17.05.2016г., а покупателем подруга Г. С.Н. (второй жены Г. В.М.) – ФИО3 Деньги от продажи квартиры получила ФИО4 По иску нового собственника ФИО3 судом вынесено решение о прекращении права пользования указанной квартирой детьми Г. В.М. и Г. М.Н. Указанные события дают основания сомневаться в его осознанном волеизъявлении по продаже квартиры, выдаче доверенности, имеются сомнения в том, что он самостоятельно принимал решение, а не те люди, что находились с ним рядом, могли воспользоваться его болезненным состоянием с корыстными целями. Лицом, заинтересованным в совершении сделки, является Г. С.А. (супруга умершего).

Считает, что сделка купли-продажи была совершены для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Доказательствами является обстоятельства: договор купли-продажи был подписан ФИО3 24.01.2017г., в том же день ФИО3 выдана доверенность на имя Г. С.А. с правом подписания и заключения договора купли-продажи, акта приема-передачи, предварительного договора, получения денежных средств; ФИО3 и Г. С.А. находятся в приятельских отношениях; ФИО3 до сих пор в квартире не проживает, в наем квартиру не сдавала; Г. С.А. посещает квартиру; полагает, что никаких расчетов по оспариваемому договору купли-продажи также не производилось, доходы ФИО3 не позволяли ей уплатить стоимость 5800000 рублей; после судебного заседания по иску об оспаривании завещания, квартиры была выставлена на продажу, квартиру от имени продавца показывает Г. С.А.

На основании ст. 170, ст. 177 ГК РФ просит признать недействительным договор купли-продажи квартиры и недействительной доверенность, по которой заключен договор купли-продажи.

В судебное заседание законный представитель истцов Г. М.Н. не явилась, извещена. Ее представители ФИО6 и ФИО7 заявленные требования поддержали, дали дополнительные пояснения, в том числе в письменной форме (л.д.142-144 том 1, 236-244 том 2).

Ответчик ФИО3 не явилась, извещена. Ее представитель Колесник В.В. требования не признала, в письменных возражениях и в судебном заседании указала, что ФИО3 знает Г. С.А. с 1985 года, знала Г. В.М., поддерживала с ними отношения и встречалась с ними в период их совместного проживания. Сын ответчицы Андрей неоднократно высказывал желание переехать в г.Новосибирск. В начале 2016 году Г. В.М. сообщил ей о намерении продать свою квартиру, пояснил, что большая квартира ему не нужна, нужны деньги, предложил ей купить квартиру. В январе 2016г. ФИО3 и ее сын приезжали в г.Новосибирск, смотрели квартиру, договорились о цене и что Г. В.М. сам «выпишет» жену. В ноябре 2016 года Г. В.М. и ФИО3 встретились для заключения договора, но на квартиру был наложен арест. 20.01.2017г. от Г. В.М. она узнала, что арест на квартиру снят, можн заключать договор, но он сам на сделке присутствовать не будет, будет по доверенности ФИО4 24.01.2017г. ФИО3 передала ФИО4 5800000 рублей, та написала расписку, затем был подписан договор. В тот же день поехали к Г. В.М., там ФИО4 отдала ему деньги, Г. В.М. передал ФИО3 ключи от квартиры. После регистрации права собственности на квартиру, ФИО3 оформила на себя лицевой счет, привезла стиральную машину, диван, стол, стулья, посуду и постельное белье, стала пользоваться квартирой и разрешила пользоваться ею членам своей семьи. Г. В.М. выехал из квартиры. Г. С.А. появляется в спорной квартире по поручению ФИО3, следит за порядком. 24.01.2017г. она выдала Г. С.А. нотариальную доверенность на совершение в отношении квартиры всех действий. ФИО3 оплачивает коммунальные услуги, налоги. Не считает сделку мнимой, знакомство Г. С.А. с ФИО3 не влияет на действительность сделки, договоренность о продаже квартиры с Г. С.А. была до его регистрации брака с Г. С.А. В момент получения денег Г. В.М. был адекватен, находился в ясном сознании, ориентировался во времени и месте. Просит применить срок исковой давности по оспариванию сделки по ст. 177 ГК РФ – 1 год с даты, когда истец узнала о продаже квартиры - 13.04.2017г. рассматривалось дело о признании детей утратившими право пользования.

Ответчик ФИО4 не явилась, извещена. Ее представитель Целуева Т.А. требования не признала, пояснила, что ФИО4 действовала по доверенности, Г. В.М. обратился к ней как к своей сестре, просил продать квартиру пока она не под арестом. ФИО4 получила от ФИО3 5800000 рублей, выдала ФИО3 расписку, затем они подписали договор. Затем они поехали к Г. В.М. и ФИО4 передала ему расписку о приеме документов, выданную специалистом Росреестра, деньги 5800000 рублей, Г. В.М. пересчитал деньги и написал расписку.

Третьи лица Г. С.А., Г. М.Н., Г. Н.Ф., ФИО8, Г. М.В., Г. Н.В., Управление Росреестра по Новосибирской области, нотариус ФИО5 не явились. В рассмотрении дела участвовали представители Г. М.Н. – ФИО6 и ФИО7, представитель Г. С.А. и Г. Н.Ф. – Колесник В.В.

Представитель Г. Н.Ф. в возражениях указала, что Г. Н.Ф. является матерью Г. В.М. Решение о продаже квартиры по адресу: ... было принято им сразу после Нового 2016 года, у него были на это причины, на семейном совете, где была ФИО4 (сестра Г. В.М.) поддержали его решение, он просил ФИО4 быть его представителем при совершении сделки. Решение о продаже квартиры Г. В.М. принимал самостоятельно, на момент принятия решения он действовал и рассуждал адекватно, сомнений в его психической полноценности не возникло. В момент выдачи доверенности 17.05.2016г. и на момент совершения сделки 24.01.2017г., в период до и после указанных событий, у Г. В.М. не было нарушения сознания, мышления и восприятия, поведение было целенаправленным и адекватным ситуации. Ни она ни ФИО4 не имели корыстной заинтересованности в совершении сделки, не предполагали наслупление смерти Г. В.М.(л.д.145-146 том 1).

Г. М.В. в возражениях указал, что Г. В.М. – его отец, Г. С.А. – его мать. После расторжения брака с его матерью в 2002 году отец продолжал поддерживать сними отношения. 18.03.2016г. родители вновь зарегистрировали брак и стали проживать совместно по адресу .... После выписки 13.05.206г. из больницы отец был слаб физически, но память, интеллект оставались на прежнем «добольничном» уровне, он выполнял все рекомендации врачей и быстро восстановился, перестал употреблять спиртное. 16.05.2016г. у него (Г. М.В.) был день рождения, приходили родственники и знакомые, никто не сомневался в психической полноценности Г. В.М. 17.05.2016г. он пошел к нотариусу и оформил доверенность на ФИО4, сказал, что не хочет ходить по инстанциям, с ним обсуждали подготовку к переезду. После продажи квартиры он и его родители переехали на другую квартиру по адресу .... После операции отец не утратил к своим прежним занятиям, поведение его до смерти было адекватным (л.д.179-180 том 1).

Г. Н.В. в отзыве на исковое заявление указала, что согласная с заявленными требованиями Г. М.Н., уверена, что сделка, совершенная ФИО9 по доверенности была совершена с целью как можно быстрее избавиться от имущества, зарегистрированного на имя ее отца Г. В.М., потому что он был тяжело болен и квартира осталась бы наследникам – детям. Отец ее любил выпить, в 2014 году у него были симптомы энецефалопатии. В 2016 году она приезжала с братом Г. К.М. к отцу в больницу, он медленно ходил, речь была заторможена, глаза были пустые, на фотографию внука не отреагировал, он сильно деградировал, с ним можно было делать что угодно, водить, рассказывать и убеждать в чем угодно. Считает, что при подписании доверенности он не отдавал себе отчет (л.д.189-190 том 1).

Представитель Г. С.А. в возражениях указала, что в момент выдачи доверенности ФИО4 неврологический статус Г. В.М. и его физическое состояние проведенным лечением были восстановлены до уровня сохранного. Решение о продаже квартиры он принял еще в 2015 году, он остался один и расходы на содержание квартиры были неоправданными. Кроме того, он платил алименты на содержание малолетних детей, имел необходимость содержать себя и гасить долги. 17.05.2016г. он самостоятельно воспользовался услугами нотариуса, в момент подписания договора у него не было нарушений сознания, мышления, восприятия, поведение было целенаправленным и адекватным ситуации. После выписки из больницы был социально адаптирован, совершал юридически значимые действия. На дату заключения сделки ее интереса в ее совершении не было. Г. В.М. деньги за проданную квартиру получил ФИО3 пользуется квартирой, проводит оплату ха содержание и коммунальные услуги, в квартире ее вещи )л.д.243-246 том 1).

Нотариус ФИО5 в отзыве на исковое заявление указала, что 17.05.2016г. к ней в офис обратился Г. В.М. с просьбой удостоверить доверенность от его имени на имя ФИО4 для сбора документов, заключения договора и получения средств от продажи квартиры по адресу г.Новосибирск, Красный проспет, 157 кв.20. Г. В.М. мотивированно объяснил причины необходимости отчуждения квартиры, но в связи с давностью события, она их назвать не может. В беседе Г. В.М. был совершено адекватен, действовал самостоятельно. После прочтения доверенности на ФИО4 нотариусом вслух и Г. В.М. лично, он собственноручно подписал доверенность. Способность Г. В.М. понимать значение свих действий и руководить ими, не вызывала у нее сомнений (л.д.242 том 1).

Управление Росреестра по Новосибирской области просило рассматривать дело в отсутствие представителя (л.д.89 том 1).

Выслушав представителей истцов, ответчиков, третьих лиц, свидетелей, изучив письменные доказательства, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

С 1999 года Г. В.М. являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: ....

24.01.2017г. заключен договор купли-продажи указанной квартиры. От имени продавца договор заключила ФИО4, действующая о доверенности от Г. В.М., покупателем является ФИО3 (л.д.230-231 том 1). В тот же день ФИО4 получила от ФИО3 стоимость квартиры 5__лей, что подтверждается распиской (л.д.110 том 1). В тот же день денежные средства в указанной сумме ФИО10 передала Г. В.М., что подтверждается его распиской (л.д.114 том 1).

Полномочия ФИО4 на продажу квартиры от имени Г. В.М. подтверждаются доверенностью, выданной 17.05.2016г., подпись Г. В.М. удостоверена нотариусом нотариального округа г.Новосибирска ФИО5 в установленном законом порядке (л.д.232 том 1).

Право собственности ФИО3 зарегистрировано 08.02.2017г. В настоящее время квартира находится в ее собственности (л.д.225 том 1).

03.10.2017 года Г. В.М. умер (л.д.13 том 1).

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом, в том числе отчуждать его в собственность другим лицам. Ограничение этого права заключается в том, чтобы его действия не противоречили закону и иным правовым актам и не нарушали права и охраняемые законом интересы других лиц.

По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (п.1 ст. 549 ГК РФ).

Сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого (п.1 ст. 182 ГК РФ).

Доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами (п.1 ст. 185 ГК РФ). По смыслу закона, выдача доверенности является односторонней сделкой, порождающей право лица, которому выдана доверенность, выступать от имени лица, выдавшего доверенность.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно п.1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Г. В.М. и Г. П.М. являются детьми Г. В.М. (л.д.11, 12 том 1), наследниками первой очереди по закону. Учитывая положения ч.1 ст. 1112 ГК РФ, у истцов имеется основанный на нормах закона интерес, поскольку оспариваемая сделка является сделкой по распоряжению имуществом, которое в случае недействительности сделки должно войти в состав наследства.

Свидетель ФИО11 пояснила, что знала Г. В.М. с 90-х годов. После операции в мае 2016 года она и ее муж посещала Г. В.М. в больнице. Г. В.М. спустился к ним, разницу в его поведении в марте 2016г. и в этот день не заметила, по ее мнению он чувствовал о себя нормально.

Свидетель ФИО12 пояснил, что был с супругой (ответчиком ФИО4) 16.05.2016г. на дне рождения сына Г. В.М. М.. После выписки из больницы он хорошо себя чувствовал, странно себя не вел, никого не путал.

Свидетель ФИО13 пояснила, что область с Г. В.М. в период с 1993 года по 2015 год. Последний раз видела его осенью 2015 году случайно на улице, он ее не узнал. Он раньше обращался к ней как к врачу в частном порядке. Ей было известно, что он страдал алкогольной зависимостью, с 2014 года не мог водить машину, т.к. его лишили прав. С 2009 года у него появились неврологические проблемы: головная боль, поднималось артериальное давление, ему было трудно на чем-то сосредоточиться, замедление речи, тремор, провалы в памяти.

Свидетель ФИО14 пояснил, что до смерти Г. В.М. поддерживал с ним дружеские отношения, встречался с ним несколько раз в месяц. Его психическое состояние считает нормальным, они беседовали на разные темы, об общих знакомых. Он приезжал к нему после операции в больницу, тот был вполне адекватен, после операции он вел обычный образ жизни.

Свидетель ФИО15 пояснила, что общалась с Г. В.М. в __ годах, встречались в квартире ФИО4 после расторжения брака между ним и Г. М.Н. Он переехал на ...., она стала видеть его на улице и в магазине. Она видела, что он пользуется телефоном, интернетом, пользовался банковскими картами, сам покупал продукты, был опрятно одет, следил за своим здоровьем, сомнений в его нормальном психическом состоянии у нее не было.

Согласно заключения посмертной комиссионной судебно-психиатрической экспертизы, проведенной в отношении Г. В.М., на момент подписания доверенности на имя ФИО4 17.05.2016г., на момент подписания расписки о получении денежных средств 24.01.2017г. Г. В.М. страдал психическим расстройством в форме органического расстройства личности сложного генеза с синдромом зависимости от алкоголя. Ответить на вопрос мог ли Г. В.М. на момент подписания расписки и доверенности понимать знание своих действий и руководить ими не представляется возможным. В заключении комиссия экспертов указала, что судя по медицинской документации в исследуемый период (май 2016г- - январь 2017г) имелось психическое расстройство в форме органического расстройства личности с синдромом зависимости от алкоголя. Однако, это автоматически не означает, что лицо не способно понимать значения своих действий и руководить ими. Ревалентность указанного расстройства возникает в случае выраженности личностных и когнитивных нарушений (от умеренных до выраженных), что крайне затрудняет адекватное восприятие, понимание лицом окружающего, препятствует осознанию им последствий своих действий. Вместе с тем, имеющаяся в материалах дела медицинская документация на приближенный к сделкам период не отражает в необходимом ждя экспертной оценке объеме состояние психической сферы Г. В.М. (описания психического состояния формальны, отрывочны, шаблонны, противоречат устанавливаемым диагнозам) и не позволяют судить носили ли когнитивные нарушения («умеренные», «выраженные»), личностные изменения приходящий характер в период обострения имеющихся у Г. В.М. заболеваний (в отсутствие их системного лечения, возобновления алкоголизации, после оперативных вмешательств на головном мозге), либо эти нарушения к моменту сделок уже приобрели стойких необратимый характер. В деле имеются разноречивые сведения о его трудовой деятельности. Финансовые документы с его подписью не несут информации о том, как он справлялся со своими должностными обязанностями, руководил подчиненными и т.д., что позволяло бы судить о состоянии его психического здоровья. Показания свидетелей относительно психического состояния Г. В.М. также противоречивы и не мог быть использованы для экспертного заключения.

Также экспертами установлено, что объективных данных о назначении и приеме Г. В.М. на момент подписания расписки и доверенности медицинских препаратов, повлиявших на его интеллектуальный и волевой уровень, способность понимать значение своих действий и руководить ими в медицинской документации нет.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В судебном заседании были изучены медицинские документы Г. В.М., собранные по ходатайствам представителей истцов. Действительно, в заключении судебно-психиатрической экспертизы не воспроизведено дословное описание жалоб пациента, его состояние и диагнозы, имеющиеся в медицинских документах. Однако, данное обстоятельство не свидетельствует о том, что врачами-экспертами эти медицинские документы не были изучены. В заключении указаны кратко обстоятельства, на которые эксперты обратили внимание и которыми обосновали свои выводы. О приобщении копии справки __ от 08.08.2017г. ГКБ __ акта судебно-медицинского исследования трупа от 04.10.2017г. и копии медицинской карты Г. В.М. __ находившихся на дату проведения экспертизы в материалах гражданского дела __ до проведения экспертизы сторона истцов ходатайство не заявляла. Кроме того, эти документы существенного значения для дела не имеют, поскольку карта __ заведена по обращению 26.07.2016г. и 14.12.2016г. за консультацией к врачу- гастроэнтерологу, описания его психического состояния не имеет, а справка от 08.08.2017г. по факту обращения в ГКБ №1 с межреберной невралгией и акт исследования трупа составлены по обстоятельствам, находящимися за пределами исследуемого периода.

Отсутствие ответа на вопрос мог ли Г. В.М. осознавать значение свих действий и руководить ими в заключении экспертизы, проведенной ГБЗУ НСО «Новосибирская областная психиатрическая больница №6 специализированного типа» не является достаточным основанием для проведения повторной экспертизы в ином учреждении. По какой причине эксперты не смогли ответить на вопрос в заключении достаточно полно дан ответ. Оснований сомневаться в компетентности врачей, составлявших комиссию, у суда не имеется, все имеют большой опыт работы в области психиатрической экспертизы, выводы мотивированы. Указанные представителями истцов ошибки, допущенные в написании дат и диагнозов, не существенны. Оснований сомневаться в объективности заключения также не имеется: не установлены обстоятельства заинтересованности кого-либо из экспертов в результате, все они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Мнение Г. М.Н. о том, что Г. В.М. не мог так поступить (вопреки интересам детей), на выводы суда не влияет. Кроме того, о том, что договор купли-продажи заключен, Г. В.М. знал достоверно, поскольку получил деньги от продажи и лично приносил в Управление Росреестра НСО выписку из домовой книги 02.02.2017г. (л.д.11 том 1). Впоследствии сделки не оспаривал, снялся с регистрационного учета из проданной квартиры, фактически выехал из нее на другое место жительства. То есть воля на отчуждение квартиры в его действиях прослеживается.

Учитывая совокупность исследованных доказательств, суд считает, что истцами не доказано нахождение Г. В.М. 16.05.2016г. и 24.01.2017г. в таком состоянии, что при подписании доверенности и написании расписки он не понимал значение своих действий и не мог руководить ими. Соответственно, отсутствует основание для признания выдачи доверенности недействительной сделкой.

Кроме того, в силу положений п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п.73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 (ред. от 23.04.2019) «О судебной практике по делам о наследовании» наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления. Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

О том, что договор купли-продажи квартиры был заключен, Г. В.М. узнал 24.01.2017г., когда ему были переданы деньги за эту квартиру. При жизни сделку не оспаривал. На 19.11.2018г. (дата обращения с иском в суд) срок исковой давности по основанию совершения сделок, предусмотренному п.1 ст. 177 ГК РФ, истек.

Согласно ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Представителем истцов заявлено ходатайство о восстановлении срока исковой давности. В заявлении представитель указала, что Г. М.Н. проживает в г.Санкт-Петербурге, длительное время с Г. В.М. не общалась, о его смерти ей стало известно от его дочери Н.. 11.11.2017г. она обратилась к нотариусу. Дети не достигли гражданской и гражданско-процессуальной дееспособности.

Указанные представителем истцов причины пропуска срока исковой давности суд считает неуважительными, поскольку они не препятствовали их законному представителю Г. М.Н. обратиться в суд.

Мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как указано в п.86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

В ходе рассмотрения дела ответчиками и третьими лицами не оспаривалось, что ФИО4 является сестрой Г. В.М., что ФИО3 и ФИО16 являлись подругами Г. С.А. (вдовы Г. В.М.), а также то, что ФИО3 проживала и проживает в настоящее время в г.Кемерово.

Представители истцов в судебном заседании, в подтверждение того, что сделка купли-продажи была мнимой, ссылались в том числе на следующие доказательства:

- договор купли-продажи квартиры по адресу ... от 17.05.2017г. между Г. В.М. и ФИО16, где от имени продавца Г. В.М. договор заключила представитель ФИО4 по доверенности от 17.05.2016г (л.д.86, 87-88 том 1, 92-97 том 2);

- решение Заельцовского районного суда г.Новосибирска от 01.12.2016г. по делу __ которым установлено, что 21.05.2016г. между Г. В.М. и ФИО16 был заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым __ данный договор был признан судом недействительным в связи с отсутствием нотариального согласия супруги Г. М.Н. на его продажу (л.д.16-29 том 1);

- копия материалов гражданского дела __ по иску ФИО16 к Г. В.М. о взыскании неосновательного обогащения;

- копия материалов гражданского дела __ по иску ФИО3 к Г. П.В., Г. В.В. о прекращении права пользования квартирой по адресу: ..., где в исковом заявлении после подписи истца в исковом заявлении имеется подпись Г. С.А., в деле имеется копия доверенности ФИО3 на имя Г. С.А. от 24.01.2017г. Решением Заельцовского районного суда г.Новосибирска от 04.06.2017г. об удовлетворении заявленного требования (л.д.116 том 1).

- доверенность ФИО3 на имя Г. С.А. от 24.01.2017г. с правом заключать договор купли-продажи квартиры по адресу: ..., получать полученные денежные средства от продажи, управлять имуществом (л.д.117 том 1).

Доводы представителей истцов о наличии у сторон договора купли-продажи цели иной, чем переход права собственности к ФИО3 и получение Г. В.М. стоимости квартиры, не нашли своего подтверждения.

Свидетель ФИО11 пояснила, что в 2016 году Г. В.М. предлагал ей и ее мужу купить у него квартиру. Свидетель ФИО14 также пояснил, что Г. В.М. высказывал намерение продать свою квартиру, сообщил, что нужны деньги.

Сделка 17.05.2016г. между ФИО16 и Г. В.М. в отношении этой квартиры не состоялась, поскольку был наложен арест (л.д.16, 99-102 том 2). После того, как судебным приставом-исполнителем 20.01.2017г. были отменены меры по запреты на совершение регистрационных действий (л.д.113 том 2), 24.01.2017г. договор купли-продажи был заключен, хотя и с иным лицом.

Обращение в суд ФИО17 с иском о взыскании с наследников долга Г. В.М. и последующий ее отказ от иска, наличие договоров купли-продажи Г. В.М. и ФИО16 земельных участков в Темрюкском районе Краснодарского края, обращение ФИО16 к Г. В.М. с иском о взыскании неосновательного обогащения, заключение сделок с недвижимым имуществом Г. В.М. при жизни, наличие судебных споров в отношении его имущества, не являются обстоятельствами, свидетельствующими о наличии умысла сторон иного договора на заключение мнимой сделки.

Запрета на удостоверение доверенности на управление и распоряжение имуществом, приобретаемым в том же день (24.01.2017г.) закон не содержит. Учитывая, что ФИО3 постоянно проживает в г.Кемерово, выдача ею доверенности своей знакомой Г. С.А., проживающей в г.Новосибирске, не выходит за рамки обычного поведения покупателей недвижимого имущества и не является действием, свидетельствующим о получении лично Г. С.А. материальной выгоды от заключения ее мужем договора купли-продажи квартиры.

Из материалов дела видно, что сделка совершена в установленной для данного вида сделок форме, подписана сторонами, содержит все существенные условия договора купли-продажи и зарегистрирована в установленном законом порядке. Перед совершением сделки Г. В.М. обратился с иском о признании бывшей супруги утратившей право пользования жилым помещением, после продажи квартиры – снялся с регистрационного учета и фактически переехал на другое место жительства. Никаких доказательств того, что он продолжил пользоваться квартирой, оплачивал коммунальные услуги, сторона истцов не предоставила.

Выдача доверенности 16.05.2016г. и заключение договора купли-продажи от 24.01.2017г. не свидетельствуют о неразумности действий Г. В.М. и ФИО3, наличия умысла на причинение ущерба истцам. Поскольку Г. В.М. был собственником своего имущества, он вправе был распорядиться им по своему усмотрению. На дату заключения договора купли-продажи у истцов никаких охраняемых законом прав на квартиру по адресу ... не имелось, поэтому заключение договора Г. В.М. не нарушало их права.

Знакомство между ФИО3 и Г. В.М., дружеские отношения между ФИО3 и Г. С.А. с 1985 года, сами по себе и в совокупности с иными обстоятельствами, на которые ссылалась сторона истца, не свидетельствуют о мнимости сделки.

На основании изложенного, суд пришел к выводу, что не имеется оснований для признания выдачи доверенности и договора купли-продажи квартиры недействительными сделками, применения последствий недействительности сделок.

В соответствии с ч.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

__ «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

В материалах дела имеются доказательства оплаты за представительство в суде ФИО3 адвокату Колесник В.В 40000 рублей, ФИО4 – адвокату Целуевой Т.А. 40000 рублей.

Учитывая сложность дела, большое количество доказательств, предоставленных сторонами, длительность рассмотрения дела, суд считает расходы ответчиков на услуги своих представителей соответствующими требованиям разумности, удовлетворяет в полном объеме требования ответчиков о возмещении им судебных расходов за счет подавшего исковое заявление в суд законного представителя истцов.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении требований ФИО1 В.ча, ФИО2 отказать.

Взыскать с ФИО18 в пользу ФИО3 расходы на оплату услуг представителя 40000 рублей.

Взыскать с ФИО18 в пользу ФИО4 расходы на оплату услуг представителя 40000 рублей.

Отменить меры обеспечения иска, принятые определением Заельцовского районного суда г.Новосибирска 21.11.2018г. в виде запрета Управлению Федеральной регистрационной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области вносить в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о распоряжении квартирой, расположенной по адресу: ..., кадастровый __

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Заельцовский районный суд г.Новосибирска.

Судья: Т.Н. Борисова

Решение изготовлено в окончательной форме 07.10.2019г.