Апелляционное определение № 33-2294/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья Мороз И.М. N 2-6067/2025

Докладчик Катющик И.Ю. N 33-2294/2026

УИД 54RS0007-01-2025-006788-80


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Черных С.В.,

судей: Пилипенко Е.А., Катющик И.Ю.,

при секретаре К.Е.,,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 12 марта 2026 года апелляционную жалобу представителя администрации Октябрьского района г. Новосибирска ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 27 ноября 2025 года по иску ФИО3 к администрации Октябрьского района г. Новосибирска, мэрии г. Новосибирска о признании права собственности.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Катющик И.Ю., возражения представителя ФИО3 ФИО4, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к администрации Октябрьского района г. Новосибирска, мэрии г. Новосибирска о признании права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>.

В обоснование требований истец указала, что в 1997 году обратилась в мэрию г. Новосибирска и администрацию Октябрьского района г. Новосибирска с заявлением о предоставлении ее семье земельного участка для строительства жилого дома, поскольку дом, в котором они ранее проживала, разрушился. Мэрией г. Новосибирска своевременно этот вопрос решен не был, в связи с чем муж истца в 1998 году самовольно построил дом на пустом земельном участке по адресу: <адрес>. Истец проживает в спорном жилом доме с момента его возведения.

После окончания строительства истец неоднократно обращалась к ответчикам по поводу оформления права собственности, на что получала рекомендации обратиться позднее из-за изменений в законодательстве. Также она обращалась в суд с исковым заявлением о признании права собственности на указанный жилой дом, в удовлетворении иска было отказано, однако после этого ей были осуществлено изменение конструктивных элементов, в связи с чем изменилась площадь дома и назначение помещений.

После смерти мужа истец полностью взяла на себя бремя содержания спорным жилым домом, оплачивает коммунальные услуги, обрабатывает земельный участок.

Согласно заключениям специалистов сформировать земельный участок под спорным индивидуальным жилым домом возможно. Индивидуальный жилой дом соответствует строительным, противопожарным, санитарным нормам и правилам, пригоден для дальнейшей эксплуатации, не создает угрозу жизни и здоровью проживающих в нем граждан, не нарушает права и законные интересы третьих лиц.

Истец считает возможным признать за ней право собственности на указанный жилой дом, как на самовольную постройку, и в силу приобретательной давности.

Решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 27 ноября 2025 года исковые требования ФИО3 к мэрии г. Новосибирска удовлетворены, за ней признано право собственности на индивидуальный жилой дом общей площадью 75,7 кв.м., жилой – 52,4 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, согласно техническим параметрам, указанным в техническом паспорте здания, составленном 23 июня 2025 года ООО «ВЕКТОРПРОЕКТ».

С данным решением выражает несогласие представитель администрации Октябрьского района г. Новосибирска ФИО2, в апелляционной жалобе просил решение отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что решение суда вынесено с грубым нарушением норм процессуального и материального права. Так, ранее в 2021 году истец уже обращалось в суд с аналогичным исковым заявлением, в удовлетворении которого было отказано. Подавая настоящее исковое заявление, истец указала, что после 2021 года ею были внесены изменения конструктивных элементов, в связи с чем изменилась площадь дома, а также назначение помещений, следовательно, изменились предмет и основание иска. Однако, по мнению администрации Октябрьского района г. Новосибирска, проведенная реконструкция объекта не изменила ни предмет, ни основание иска, в связи с чем в принятии искового заявления должно было быть отказано.

Кроме того, к спорному жилому дому в связи с его реконструкцией в 2021 году подлежат применению Правила землепользования и застройки г. Новосибирска, утвержденные советом депутатов г. Новосибирска N 1288 от 24 июня 2009 года, которым жилой дом истца не соответствует, а именно не соблюден минимальный отступ объекта от границ смежного земельного участка, процент застройки также нарушает установленные нормами параметры. Более того, строительство дома осуществлялось без разрешительных документов на земельном участке, в отношении которого истец не имеет никаких предусмотренных законом прав. При таких обстоятельствах признание права собственности на самовольную постройку исключается.

Также, по мнению апеллянта, не подлежат применению нормы о давности владения спорным строением, поскольку приобретательная давность не распространяется на случаи, когда в качестве объекта владения и пользования выступает самовольно возведённое строение, в том числе расположенное на неправомерно занимаемом земельном участке, поскольку в подобной ситуации отсутствует такое необходимое условие, как добросовестность застройщика, так как, осуществляя самовольное строительство, лицо должно было осознавать отсутствие у него оснований для возникновения права собственности.

ФИО3 в заседание судебной коллегии не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просила, воспользовавшись правом, предоставленным статьей 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доверила ведение дела представителю ФИО4, которая возражала против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменном отзыве. На вопросы судебной коллегии пояснила, что реконструкция жилого дома в 2021 году заключалась в переводе нежилого помещения (пристройки) в жилое путем проведения отопления, в связи с чем увеличилась жилая площадь дома. Дома, в котором ранее до 1997 года проживала семья истца, в настоящее время не существует, но он не снят с регистрационного учета. Спорный жилой дом является единственным жильем истца, иных помещений в собственности или на другом праве она не имеет.

Представители администрации Октябрьского района г. Новосибирска, мэрии г. Новосибирска в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, что подтверждается судебными извещениями и отчетами об отслеживании почтовых отправлений, ходатайств об отложении судебного заседания и доказательств наличия уважительных причин неявки в суд не направили.

В силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Принимая во внимание, что участвующие в деле лица, извещались судом о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, об уважительных причинах неявки не сообщили, в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года N 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения дела размещена на сайте Новосибирского областного суда, судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав пояснения участников процесса, проверив материалы дела и решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции, ранее ФИО3 с семьей проживала в доме, расположенном по адресу: <адрес>, однако, как указывает истец, дом был старый, засыпной, не имел фундамента и стал непригодным для проживания.

В мае 1997 года истец обратилась в мэрию г. Новосибирска с заявлением о предоставлении земельного участка для строительства жилого дома. В июне 1997 года мэрия г. Новосибирска поручила администрации Октябрьского района г. Новосибирска решить вопрос о предоставлении семье истца земельного участка для улучшения жилищных условий.

Поскольку данный вопрос решен не был, в 1998 году супруг истца самовольно возвел на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>, жилой дом. С указанного времени семья постоянно проживала в построенном доме. Супруг истца умер ДД.ММ.ГГГГ. До настоящего времени истец проживает в спорном жилом доме, несет бремя его содержания.

Истец произвела реконструкцию спорного жилого дома за счет перестройки веранды и создания вместо нее жилого помещения, в связи с чем общая площадь жилого дома стала составлять 75,7 кв.м., а жилая – 52,4 кв.м. При этом, спорный объект недвижимости не противоречит противопожарным, санитарно-эпидемиологическим и строительно-техническим нормам и правилам, не нарушает права и законные интересы третьих лиц, не создает угрозы для жизни и здоровья граждан.

Руководствуясь положениями статей 218, 219, 222, 234, 263, 271 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 1, 8, 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, учитывая, что требования о сносе спорного объекта недвижимости к истцу не предъявляются, сам спорный объект недвижимости соответствует строительно-техническим нормам и правилам, не создает угрозы для жизни и здоровья граждан, не нарушает права и законные интересы других лиц, что подтверждается заключениями специализированных организаций, истец добросовестно и открыто владеет указанным жилым домом, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований истца и признании за ней право собственности на указанный объект недвижимости.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может, полагая данные выводы суда основанными на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих возникшие правоотношения, и сделаны без учета обстоятельств, имеющих существенное правовое значение для правильного разрешения возникшего спора.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.

Иск о признании права, заявленный лицами, права и сделки которых в отношении спорного имущества никогда не были зарегистрированы, могут быть удовлетворены в тех случаях, когда права на спорное имущество возникли до вступления в силу Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и не регистрировались в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 названного Федерального закона, либо возникли независимо от их регистрации в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Действующее гражданское законодательство предусматривает различные правила, позволяющие признать право собственности на то или иное недвижимое имущество либо как на самовольную постройку (статья 222 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо в порядке приобретательной давности (статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации), что требует установления и исследования различных юридически значимых обстоятельств.

Из содержания статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», следует, что в предмет доказывания по делу о признании права собственности в силу приобретательной давности входит факт добросовестного, открытого и непрерывного владения истцом спорным имуществом как своим собственным в течение срока, установленного действующим законодательством.

В свою очередь в силу пункта 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Как отмечено в Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 марта 2014 года), приобретательная давность не может распространяться на случаи, когда в качестве объекта владения и пользования выступает самовольно возведенное строение, в том числе расположенное на неправомерно занимаемом земельном участке, поскольку в подобной ситуации отсутствует такое необходимое условие, как добросовестность застройщика, так как, осуществляя самовольное строительство, лицо должно было осознавать отсутствие у него оснований для возникновения права собственности. Тогда как лишь совокупность всех перечисленных в статье 234 Гражданского кодекса Российской Федерации условий (добросовестность, открытость и непрерывность владения как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет) является основанием для приобретения права собственности на это имущество в силу приобретательной давности.

В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», разъяснено, что в соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными.

В целях установления юридически значимых обстоятельств и проверки доводов сторон судебной коллегией из Октябрьского районного суда г. Новосибирска истребована копия решения суда от 17 июня 2021 года по гражданскому делу № по иску ФИО3 к мэрии г. Новосибирска о признании права собственности.

Учитывая фактические обстоятельства дела, основание и предмет заявленных требований, распределение бремени доказывания по настоящему спору, исходя из положений ст. ст. 56, 57, 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции счел необходимым для правильного установления юридически значимых обстоятельств по делу приобщить к материалам дела решение Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 17 июня 2021 года, принять его в качестве нового доказательства.

Решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 17 июня 2021 года, вступившим в законную силу 27 июля 2021 года, исковые требования ФИО3 к мэрии г. Новосибирска о признании права собственности на индивидуальный жилой дом оставлены без удовлетворения.

Основанием для отказа в удовлетворении исковых требований явилось то обстоятельство, что индивидуальный жилой дом, общей площадью 73,0 кв.м., жилой площадью 68,2 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, является самовольной постройкой, права на земельный участок и разрешительная документация у истца отсутствует.

В силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных этим кодексом.

Вопреки доводам истца, в результате проведенной истцом после 2021 года реконструкции нового объекта недвижимости не возникло, поскольку была изменена жилая площадь дома путем утепления ранее пристроенной веранды. Предмет иска (требование о признании права собственности на тот же дом) и основание (отсутствие разрешений, прав на землю, фактическое владение) остались прежними, что судом первой инстанции оставлено без внимания.

Земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, не сформирован и в государственном кадастре недвижимости не учтен, что подтверждается сведениями из ФГБУ «ФПК «Роскадастр».

Таким образом, как в 2021 году, так и в настоящее время жилой дом является самовольным строением.

Бремя доказывания наличия условий для признания права собственности на самовольную постройку возложено на самовольного застройщика. Обращаясь с настоящим иском, ФИО3, ссылаясь на непрерывность владения домовладением с 1998 года и отсутствие правопритязаний со стороны третьих лиц, указывает на возникновение у нее права собственности на данный объект недвижимости в порядке приобретательной давности.

В системе действующего правового регулирования добросовестность выступает одним из условий приобретения права собственности по давности владения имуществом. Принцип добросовестности относится к основным началам гражданского законодательства и означает, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых позиции в их взаимосвязи следует, что право собственности на самовольную постройку в порядке приобретательной давности может быть признано при условии возведения такой постройки на земельном участке, предоставленном для этих целей, а также ее соответствия установленным строительно-техническим и иным требованиям.

Земельный участок, на котором расположен спорный жилой дом, на каком-либо вещном праве ни самой ФИО3, ни ее супругу ФИО1 не предоставлялся. Разрешение на строительство жилого дома им не выдавалось, акт ввода объекта в эксплуатацию отсутствует, земельный участок, как объект гражданских прав, не формировался, кадастрового учета ни земельный участок, ни жилой дом не проходили, что свидетельствует о самовольном характере возведения спорного домовладения на самовольно занятом земельном участке.

В связи с этим сам факт владения самовольно возведенным спорным домовладением, несение расходов по его содержанию, а также период такого владения, правового значения не имеют, поскольку основания для применения положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации по делу отсутствовали, так как возможность признания права собственности на самовольно возведенную на неправомерно занимаемом земельном участке постройку в порядке приобретательной давности действующим законодательством не предусмотрена.

То обстоятельства, что истцу не предъявлялось требований о сносе спорного объекта недвижимости, что жилой дом соответствует градостроительным, строительным, противопожарным и иные нормы нормам, не нарушает прав законных интересов других лиц, не является достаточным основанием для признания права собственности, поскольку обязательным условием для признания права собственности на самовольную постройку является наличие прав на земельный участок.

Указание суда на добросовестность владения истцом спорным объектом не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Судебная коллегия отмечает, что установление обстоятельств о том, допускается ли строительство на нем спорного объекта, соответствует ли постройка параметрам, установленным документацией по планировке территории, правилам землепользования и застройки или обязательными требованиями к параметрам постройки, содержащимися в иных документах, а также нарушает ли сохранение постройки права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает ли угрозу жизни и здоровью граждан - не влечет юридических последствий для истца.

Учитывая, что среди оснований приобретения права собственности на земельные участки, установленных положениями Земельного кодекса Российской Федерации, приобретательная давность не указана, данное обстоятельство не может являться основанием для приобретения права собственности на земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, а может быть приобретено только лишь с соблюдением определенных административных процедур, связанных с принятием уполномоченным органом государственной власти или местного самоуправления решения о предоставлении такого земельного участка в установленном законом порядке.

В силу п. 1 ст. 3.3 Федерального закона от 25 октября 2001 года N 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» отсутствие государственной регистрации права собственности на земельные участки, государственная собственность на которые не разграничена, не является препятствием для распоряжения ими.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 февраля 2021 года N 186-О, в условиях действующей презумпции государственной собственности на землю и наличия на территории Российской Федерации значительного количества нераспределенной земли несформированность земельного участка и отсутствие государственной регистрации права собственности публичного образования на него не означает, что соответствующее публичное образование фактически отказалось от своего права собственности или проявляет безразличие к правовой судьбе этого земельного участка. Соответственно, для любого добросовестного и разумного участника гражданских правоотношений должно быть очевидным, что земли, на которых земельные участки не сформированы и не поставлены на кадастровый учет, относятся к государственной собственности и что само по себе отсутствие такого учета не свидетельствует о том, что они являются бесхозяйными. Действующее законодательство запрещает любое самовольное, совершенное без каких-либо правовых оснований занятие земельного участка или части земельного участка.

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, учитывая положения п. 2 ст. 214 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 16 Земельного кодекса Российской Федерации и ст. 7.1 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, занятие без каких-либо правовых оснований несформированного земельного участка, заведомо для владельца относящегося к публичной собственности, не может расцениваться как непротивоправное, совершенное внешне правомерными действиями, т.е. добросовестное и соответствующее требованиям оспоренного положения.

Как следует из материалов дела, ФИО3 обращалась в 1997 году в мэрию г. Новосибирска с заявлением о предоставлении земельного участка для строительства жилого дома. Доказательств того, что земельный участок был ей предоставлен, не имеется, письмо заместителя мэра г. Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ таковым доказательством не является.

Для проверки доводов ФИО3 о правомерном занятии земельного участка для строительства дома судебной коллегией приняты меры к истребованию сведений о собственнике, правообладателе, фактическом пользователе земельных участков и домостроений, расположенных по адресам: <адрес>; сведений о первоначальном выделении земельных участков для строительства жилых домов, об учтенных пользователях (собственниках) объектов недвижимости.

По данным ФГБУ «ФПК «Роскадастр» земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, также не сформирован и в государственном кадастре недвижимости не учтен.

Жилые дома по адресам: <адрес> поставлены на кадастровый учет в 2011 году. Из технического паспорта по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ на дом № действительно следует, что самозастройка была осуществлена ФИО1; на дом № технический паспорт составлен ДД.ММ.ГГГГ, содержит отметку об отсутствии землеотводных документов и разрешения на строительство, какой-либо привязки к семье истца не имеется.

Сопоставление мест расположения жилых домов по адресам: <адрес> и <адрес> позволяет судебной коллегии прийти к выводу о том, что жилой дом №, сведения о котором до настоящего времени содержатся в ЕГРН, фактически на земельном участке отсутствует, ранее располагался рядом с жилым домом №, тогда как дом № расположен в двух домах от дома №. Доказательств возведения дома № на месте предыдущей учтенной за супругом истца застройки дома № не имеется, что также подтверждает строительство объекта недвижимости на не отведенном для этой цели земельном участке в нарушение установленного законом порядка. Решения об отводе земельного участка под строительство спорного жилого дома у истца или у иных лиц, каких-либо разрешений либо согласований на строительство уполномоченных на то органов не имеется.

Следовательно, позиция ФИО3 о том, что ее право пользования земельным участком никем не оспаривается, фактические границы земельного участка установлены, земельный участок используется ею длительное время, открыто и добросовестно в соответствии с его функциональным назначением и в соответствии с правилами застройки и землепользования, со стороны претензий не имеется, доводов апелляционной жалобы не опровергает.

Спорный участок заведомо для истца относился к публичной собственности, действия по его самовольному занятию и использованию (будучи правонарушением) не могут расцениваться в качестве добросовестного владения.

В силу пункта 2 статьи 15 Земельного кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица имеют право на равный доступ к приобретению земельных участков в собственность. Земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, могут быть предоставлены в собственность граждан и юридических лиц, за исключением земельных участков, которые в соответствии с Земельным кодексом Российской Федерации, федеральными законами не могут находиться в частной собственности.

Так, в соответствии с положениями пункта 2 статьи 214 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями пункта 1 статьи 16 Земельного кодекса Российской Федерации земля, не находящаяся в собственности граждан, юридических лиц или муниципальных образований, является государственной собственностью.

В соответствии со статьей 25 Земельного кодекса Российской Федерации права на земельные участки возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами.

В силу статьи 39.1 Земельного кодекса Российской Федерации земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, предоставляются на основании: 1) решения органа государственной власти или органа местного самоуправления в случае предоставления земельного участка в собственность бесплатно или в постоянное (бессрочное) пользование; 2) договора купли-продажи в случае предоставления земельного участка в собственность за плату; 3) договора аренды в случае предоставления земельного участка в аренду; 4) договора безвозмездного пользования в случае предоставления земельного участка в безвозмездное пользование.

Таким образом, действующим законодательством установлен специальный механизм приобретения земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, в частную собственность.

Данное правовое регулирование осуществлено законодателем в рамках его компетенции исходя из исторически сложившихся обстоятельств, а также с учетом того, что в Российской Федерации на сегодняшний день по объективным причинам на значительной доле земель земельные участки не сформированы и не поставлены на кадастровый учет. В подобных условиях установление презумпции государственной собственности на землю является одним из определяющих факторов при выработке государственной политики и нормативного правового регулирования в сфере земельных отношений, в том числе оборота земель.

Вместе с тем в соответствии с положениями пунктов 2 - 6 статьи 3.8 Федерального закона от 25 октября 2001 года N 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» до 1 марта 2031 года гражданин, который использует для постоянного проживания возведенный до 14 мая 1998 года жилой дом, который расположен в границах населенного пункта и право собственности на который у гражданина и иных лиц отсутствует, имеет право на предоставление в собственность бесплатно земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, который не предоставлен указанному гражданину и на котором расположен данный жилой дом.

При таких обстоятельствах, учитывая установленные обстоятельства расположения дома истца, обладающего признаками самовольной постройки, на земельном участке, который для целей строительства не предоставлялся, фактически в гражданский оборот спорный дом не введен, оснований для признания на спорный объект недвижимости права собственности не имелось.

Судебная коллегия не может признать законным и обоснованным оспариваемое решение суда, поскольку оно принято при неправильном применении норм материального права (часть 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем решение Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 27 ноября 2025 года подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Октябрьского районного суда г.Новосибирска от 27 ноября 2025 года отменить, принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО3 к администрации Октябрьского района г. Новосибирска, мэрии г. Новосибирска о признании права собственности отказать.

Апелляционную жалобу представителя администрации Октябрьского района г. Новосибирска ФИО2 удовлетворить.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба (представление) на апелляционное определение может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий Черных С.В.

Судья Пилипенко Е.А.

Судья Катющик И.Ю.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 марта 2026 года