Апелляционное постановление № 1-745/2024 22-7504/2024 от 16 сентября 2024 г. по делу № 1-745/2024

САнкт-Петербургский городской суд

№ 1- 745/2024 Судья Трифонова Э.А.

№ 7504


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 17 сентября 2024 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда ФИО2

при секретаре Скорике Д.Д.

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Плотникова Д.Н., лица, в отношении которого прекращено уголовное дело ФИО3, её защитника – адвоката Кобин Л.В.

рассмотрев в судебном заседании от 17 сентября 2024 года апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Приморского района Санкт-Петербурга ФИО4

на постановление Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 29 мая 2024 года, которым уголовное дело в отношении ФИО3 <...> ранее не судимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ в связи с применением сторон,

ФИО3 освобождена от уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ в связи с примирением с потерпевшим

Доложив дело, заслушав выступления прокурора Плотникова Д.Н., поддержавшего апелляционное представление, просившего постановление суда отменить, материалы дела направить на новое судебное разбирательство; лица, в отношении которого прекращено уголовное дело ФИО3, её защитника – адвоката Кобин Л.В., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, полагавших, что постановление суда является законным и обоснованным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 предъявлено обвинение в нарушении лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека,

а именно, в том, что она <дата> около 16.20, управляя автомобилем «ФОРД KUGA» государственный регистрационный номер №..., следовала по проезжей части <адрес> в условиях светлого времени суток, естественного освещения, неограниченной видимости, сухого дорожного покрытия и будучи обязанной знать и соблюдать относящиеся к ней требования Правил дорожного движения РФ, знаков и разметки, а также действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, проявила преступное легкомыслие и невнимательность к дорожной обстановке и её изменениям,

на нерегулируемом перекрестке, образованном пересечением проезжих частей <адрес> проспекта, при выполнении маневра правого поворота <адрес> в сторону <адрес>, не убедилась в безопасности маневра, и в том, что не создаст помех другим участникам дорожного движения, избрала скорость около 15-17 км/ч, которая не обеспечивала ей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения РФ, при наличии малолетнего ФИО, пересекавшего на электросамокате, по нерегулируемому пешеходному переходу, проезжую часть Комендантского проспекта, не приняла своевременно мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, не уступила ему дорогу, выехав с пересечения проезжих частей, оказалась на стороне встречного движения, где на расстоянии около 04 метров от правого края проезжей части <адрес> и в 15,5 метрах до угла <адрес> совершила на него наезд:

в результате дорожно-транспортного происшествия потерпевшему ФИО были причинены закрытые переломы диафизов левых большеберцовой кости и малоберцовой кости в верхней трети, которые в связи с наличием перелома диафиза большеберцовой кости, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоснособности не менее чем на 1/3, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, расцениваются как тяжкий вред здоровью;

своими действиями нарушила требования п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 8.6, 10.1,13.1 Правил дорожного движения РФ согласно которым участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а так же выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами; действовать таким образом чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой, при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения, при повороте направо транспортное средство должно двигаться по возможности ближе к правому краю проезжей части; водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства; при повороте направо или налево водитель обязан уступить дорогу пешеходам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и велосипедистам, пересекающим проезжую часть дороги, на которую он поворачивает;

указанные нарушения находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями,

Действия ФИО3 квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Постановлением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 29.05.2024 года уголовное дело в отношении ФИО3 прекращено по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон, ФИО3 освобождена от уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора Приморского района Санкт-Петербурга ФИО4 выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным, просит постановление отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе, полагает, что при вынесении постановления судом был неправильно применен уголовный закон, а также допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Ссылаясь на положения ст. 76 УК РФ, п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», обращает внимание, что суд освободил ФИО3 от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ в связи с примирением сторон, указав о том, что она ранее не судима, обвиняется в совершении преступления небольшой тяжести, вину признала, в содеянном раскаялась, возместила ущерб, компенсировала моральный вред, чем загладила причиненный преступлением вред, также судом учтено, что общественная опасность совершенного ФИО3 преступления заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности, а дополнительным объектом преступного посягательства является жизнь и здоровье человека.

Полагает, что суд неверно истолковал положения п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», а также ошибочно указал в постановлении о том, что при рассмотрении ходатайства об освобождении ФИО3 от уголовной ответственности по ч. 1 ст. 264 УК РФ и прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон необходимо учитывать и принимать во внимание субъективное мнение потерпевшего и его законного представителя, поскольку факта причинения вреда совершенным преступлением государству не выявлено.

Указывает, что суд оставил без внимания, что основным объектом преступления, в совершении которого обвинялась ФИО3, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств и не сослался в своем решении на то, какие именно действия ФИО3 расценены как загладившие вред этим общественным интересам.

Указывает, что суд сделал необоснованный вывод о том, что неуказание представителя государства в списке лиц обвинительного заключения, подлежащих вызову в суд, свидетельствует о том, что какой-либо вред интересам государства не выявлен и не установлен.

Полагает, что согласие потерпевшего и его законного представителя на прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон, возмещение потерпевшему материального ущерба и компенсация морального не устраняет наступившие последствия в виде допущенных нарушений в сфере безопасности дорожного движения, не свидетельствует о заглаживании вреда, причиненного основному объекту преступного посягательства. Считает, что принятые ФИО3 меры являются недостаточными, носят формальный характер и бесспорно не свидетельствуют о снижении степени общественной опасности совершенного преступления.

Просит также учесть, что прекращение уголовного дела в отношении ФИО3 исключает возможность назначения ему не только основного наказания, но и дополнительного – в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, что свидетельствует о недостаточности принятых мер по снижению общественной опасности совершенного преступления, поскольку ФИО3 не лишена возможности управлять автомобилем, является участником дорожного движения, что также указывает о недостаточности принятых судом мер по недопущению совершения им новых преступлений в сфере дорожного движения.

Цитирует постановление Конституционного ФИО5 от 24.04.2003 года № 7-П

Проверив материалы дела, заслушав участников уголовного судопроизводства, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Исходя из положений ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Согласно ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Исходя из положений ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего.

Под ущербом следует понимать имущественный вред, который может быть возмещен в натуре (в частности, путем предоставления имущества взамен утраченного, ремонта или исправления поврежденного имущества), в денежной форме (например, возмещение стоимости утраченного или поврежденного имущества, расходов на лечение) и т.д.

Под заглаживанием вреда понимается имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим (п.п. 9, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 г. N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности»)

Таким образом, законом указан исчерпывающий перечень оснований, необходимых для освобождения лица от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим.

Несмотря на особенности, число объектов преступного посягательства, их приоритет, уголовный закон не содержит запрета на применение ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ст. 264 УК РФ, о чем свидетельствуют разъяснения п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения».

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО3 впервые совершила преступление, которое хотя и направлено против безопасности дорожного движения, однако является неосторожным, относится к категории небольшой тяжести, последствием которого явилась полученная потерпевшим, пересекавшим проезжую часть на самокате, травма – закрытые переломы диафизов левых большеберцовой и малоберцовой костей в верхней трети, которая безусловно расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3. ФИО3 <...>, ранее не судима, на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит, как ранее, так и в настоящее время трудоустроена медицинским регистратором, положительно охарактеризована по месту работы, оказывает содействие волонтерской организации в сборе гуманитарной помощи для мобилизованных Российской армии, вину признала и раскаялась в содеянном, после дорожно-транспортного происшествия поддерживала связь с родителями потерпевшего, перечислила 20000 рублей на диагностику и лечение, возместила потерпевшему причиненный преступлением вред, передав в счет компенсации морального вреда причиненного преступлением 190000 рублей, принесла свои извинения, отягчающие обстоятельства отсутствуют.

Согласно материалам дела ФИО3 привлекалась к административной ответственности за совершение административных правонарушений в области дорожного движения, которые не относятся к нарушениям, влекущим лишение права управления транспортным средством, штрафы оплачены. Факт привлечения к административной ответственности не относится к предусмотренным ст. 63 УК РФ обстоятельствам отягчающим наказание, а также не является обстоятельством не позволяющим освободить лицо от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим.

Потерпевший ФИО и его законный представитель – ФИО1 заявили ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3, указав о достигнутом примирении с ФИО3, о том, что последняя компенсировала моральный вред причиненный преступлением в полном объеме, материальные претензии к ней отсутствуют.

Согласно протоколу судебного заседания от <дата>, потерпевший ФИО, его законный представитель – ФИО1 указанное ходатайство поддержали, указал об отсутствии претензий к ФИО3, которая в полном объеме возместила вред, причиненный преступлением и о примирении с ней.

ФИО3 её права и последствия прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию были разъяснены, она сообщила о том, что понимает последствия прекращения уголовного дела по указанному основанию.

Заявление потерпевшего ФИО и его законного представителя - ФИО1 о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 в связи с примирением сторон было рассмотрено судом в полном соответствии с положениями уголовно-процессуального закона в судебном заседании с участием, как потерпевшего, так и его законного представителя, а также их представителя – адвоката. В судебном заседании, как потерпевший, так и его законный представитель, при участии представляющего их интересы адвоката, оказывающего им юридическую помощь, ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 в связи с примирением сторон поддержали. Какие либо обстоятельства, свидетельствующие о том, что на потерпевшего и его законного представителя оказывалось давление со стороны ФИО3 либо иных лиц с целью примирения не установлены, потерпевшая сторона о таких обстоятельствах не указывала, государственный обвинитель на такие обстоятельства не ссылается.

Какие либо фактические обстоятельства, указывающие на то, что действия законного представителя потерпевшего – его отца, противоречили интересам потерпевшего, не установлены.

Доводы прокурора с судебном заседании суда апелляционной инстанции о том, что в судебном заседании суда первой инстанции при обсуждении заявления потерпевшего и его законного представителя о прекращении уголовного дела не принимал участие педагог не свидетельствует о допущенном судом нарушении уголовно-процессуального закона при разрешении вопроса о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, поскольку в соответствии с положениями ст. 280 УПК РФ участие педагога или психолога является обязательным в допросе потерпевших и свидетелей в возрасте до 16 лет в ходе судебного разбирательства, в судебном же заседании <дата> допрос малолетнего потерпевшего ФИО в порядке ст.ст.278-280 УПК РФ не производился, малолетний потерпевший показания об обстоятельствах совершенного в отношении него преступления не давал. Участие потерпевшего ФИО в судебном заседании в обсуждении заявления потерпевшей стороны о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 в связи с примирением сторон не связано с получением у него показаний об обстоятельствах совершенного в отношении него преступления, не может быть расценено как допрос.

Суду была представлена расписка законного представителя потерпевшего о получении от ФИО3 денежных средств в счет компенсации морального вреда причиненного потерпевшему совершенным преступлением, а в материалах уголовного дела квитанция о перечислении ФИО3 20000 рублей законному представителю потерпевшего, при таких обстоятельствах доводы прокурора в суде апелляционной инстанции об отсутствии сведений о том, каким образом ФИО3 загладила вред причиненный преступлением, об отсутствии сведений о получении потерпевшей стороной денежных средств в счет компенсации морального вреда причиненного преступлением не основаны на представленных материалах уголовного дела.

При этом следует учесть, что государственный обвинитель в апелляционном представлении не ставит под сомнение факт передачи ФИО3 денежных средств потерпевшей стороне в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, факт отсутствия у потерпевшего и его законного представителя претензий к ФИО3, а также сообщенные ими сведения о достигнутом примирении с ФИО3

Таким образом, все условия, необходимые для освобождения ФИО3 от уголовной ответственности по указанным в ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ основаниям, были выполнены.

При этом судом должным образом учтена вся совокупность данных, характеризующих особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства совершения уголовно наказуемого деяния, конкретные действия, предпринятые ФИО3 для заглаживания, причиненного преступлением вреда, данные о ее личности, проверен факт возмещения причиненного потерпевшему вреда, добровольность заявленного потерпевшим и его законным представителем ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением.

Решение суда о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 в связи с примирением сторон надлежаще мотивировано, принято с учетом всей совокупности данных, характеризующих обстоятельства совершения преступления, характера и степени общественной опасности содеянного, данных о её личности, сведений о возмещении причиненного потерпевшему вреда, оснований ставить под сомнение выводы суда, не имеется.

Доводы апелляционного представления, согласно которым действия ФИО3 направленные на заглаживание вреда, причиненного преступлением, в виде возмещения потерпевшему материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных преступлением, не может свидетельствовать об устранении последствий в виде допущенных нарушений в сфере безопасности дорожного движения, не свидетельствует о заглаживании вреда причиненного общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения, о том, что жизнь и здоровье человека выступает лишь в качестве дополнительного объекта преступного посягательства по преступлению, предусмотренному ст. 264 УК РФ, а также о том, что прекращение уголовного дела в отношении ФИО3 исключает возможность назначения ей за совершенное преступление, как основного наказания, так и дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, основаны на ошибочном толковании автором представления норм уголовного закона.

Согласно ч. 1 ст. 2 УК РФ к задачам Уголовного Кодекса РФ относится охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений и для осуществления этих задач УК РФ устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений.

При этом согласно положениям ст.ст. 2, 18 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью; признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства; права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими и определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечивается правосудием.

Ч. 1 ст. 264 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за нарушение лицом, управляющим транспортным средством правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Из диспозиции данной нормы уголовного закона следует, что состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 264 УК РФ, является материальным, уголовная ответственность за совершение данного преступления наступает вследствие такого нарушения лицом, управляющим транспортным средством правил дорожного движения, которое повлекло за собой наступление последствий в виде тяжкого вреда здоровью человека по неосторожности, которые отнесены законом к числу обязательных признаков объективной стороны состава преступления, при отсутствии которых, квалификация деяния по ч. 1 ст. 264 УК РФ невозможна.

Смысл, содержание и применение положений ст. 264 УК РФ определяют именно права человека и гражданина, положения указанной нормы направлены на охрану государством именно жизни и здоровья человека, гражданина от общественно опасных действий, связанных с нарушением водителем - лицом, управляющим источником повышенной опасности правил дорожного движения, являются одной из составных частей мер предпринимаемых государством для обеспечения общественной безопасности и общественного порядка. Интересы государства и общества в данной ситуации не могут быть отделены от интересов человека, его права на жизнь и здоровье, на безопасность в области дорожного движения.

В связи с этим принятые ФИО3 меры по заглаживанию причиненного вреда направлены на восстановление именно тех законных интересов общества и государства, которые были нарушены в результате совершения конкретного уголовно-наказуемого деяния, в котором она обвинялась. Суд обоснованно признал данные меры достаточными для уменьшения общественной опасности содеянного ФИО3 и позволяющие отказаться от её дальнейшего уголовного преследования.

Следует учесть, также, что вопреки доводам апелляционного представления санкция ч. 1 ст. 264 УК РФ не предусматривает безусловного лишения виновного лица права заниматься определенной деятельностью (в том числе, связанной с управлением транспортными средствами), позволяет принять решение о сохранении за лицом указанного права с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления.

То, что преступление, в котором предъявлено обвинение ФИО3 является преступлением в сфере безопасности движения и эксплуатации транспортных средств и общественная опасность указанного преступления заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности, вопреки позиции автора апелляционного представления, не исключает возможность освобождения ФИО3 от уголовной ответственности в связи с примирением сторон. Положения ст. 25 УПК РФ ст. 76 УК РФ устанавливают условия, соблюдение которых дает возможность освобождения от уголовной ответственности по указанному основанию и лица, совершившего преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ.

При этом, довод государственного обвинителя о том, что предпринятые ФИО3 меры по заглаживанию вреда, причиненного преступлением не устраняют наступившие последствия в виде допущенных нарушений в сфере безопасности дорожного движения, не свидетельствуют о заглаживании вреда, причиненного объекту преступного посягательства – общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являются недостаточными, носят формальный характер, бесспорно не свидетельствуют о снижении степени общественной опасности совершенного преступления, является необоснованным, представляет собой общее формальное высказывание без ссылки на конкретные обстоятельства настоящего уголовного дела, на то, какие же конкретно действия должна была выполнить именно ФИО3 по восстановлению нарушенных ею прав в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств для бесспорного уменьшения степени общественной безопасности преступления, совершенного ею, которые свидетельствовали бы о снижении степени его общественной опасности.

Следует учесть и то, что в ходе судебного заседания, возражая против удовлетворения ходатайства потерпевшего и его законного представителя о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 в связи с примирением сторон, указав, что преступление, совершенное ФИО3 является двухобъектным и вред, причиненный ею общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств не был заглажен, не смотря на возмещение ею вреда, причиненного потерпевшему, государственный обвинитель также не мотивировал свою позицию.

Возражая против прекращения уголовного дела в отношении ФИО3 в связи с примирением сторон государственный обвинитель не указал, какие именно обстоятельства в силу своей значимости и социальной опасности, а также данные о личности обвиняемой исключают возможность прекращения уголовного дела по указанному основанию. Не сослался на такие обстоятельства и данные о личности ФИО3 государственный обвинитель и в апелляционном представлении. При этом следует учесть, что предпринятые ФИО3 меры по возмещению вреда причиненного преступлением потерпевшему, которые потерпевший и его законный представитель оценили как достаточные для достижения примирения, государственным обвинителем не оспаривались, и не признавались недостаточными для восстановления прав потерпевшего.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, допущенных судом первой инстанции при принятии обжалуемого решения не установлено. Постановление суда законно, обоснованно и мотивированно, отмене либо изменению не подлежит.

Принимая во внимание изложенной выше суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 29 мая 2024 года, которым уголовное дело в отношении ФИО6, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ прекращено в связи с примирением сторон оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Приморского района Санкт-Петербурга ФИО4 оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалобы, представление подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ могут быть поданы в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд, постановивший итоговое судебное решение- постановление в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу.

В случае пропуска указанного срока, или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Лицо, уголовное дело в отношении которого, прекращено, потерпевший вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Такое ходатайство им может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение 3-х суток со дня получения им извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Судья