Апелляционное постановление № 22-7570/2023 от 28 сентября 2023 г.

Судья Сабиров Д.Р. дело № 22 – 7570/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Казань 29 сентября 2023 года

Верховный Суд Республики Татарстан в составе

председательствующего Ибрагимова Ш.Г.,

с участием прокурора Пронина М.В.,

осужденного ФИО1,

адвоката Кореневой И.В.,

при секретаре Мавриной П.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Кореневой И.В. на приговор Сабинского районного суда Республики Татарстан от 8 августа 2023 года, которым

ФИО1, <дата>, <данные изъяты>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, несудимый,

осужден по части 2 статьи 109 УК РФ к 1 году ограничения свободы с установлением следующих ограничений: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не менять постоянное место жительства в городе Казани; не выезжать за пределы территории муниципального образования города Казани; являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации один раз в месяц.

На основании пункта «а» части 1 статьи 78 УК РФ и в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ ФИО1 освобожден от наказания, назначенного за совершение преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 УК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Заслушав доклад судьи Ибрагимова Ш.Г., объяснения осужденного ФИО1 и адвоката Кореневой И.В., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Пронина М.В., полагавшего судебное решение оставить без изменения, суд

установил:

ФИО1 признан судом виновным в причинении по неосторожности смерти ФИО29 вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей.

Преступление совершено 15 июня 2019 года в ГАУЗ «Пестречинская ЦРБ», расположенном по адресу: Республика Татарстан, <...> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Осужденный вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Коренева И.В., выражая несогласие с приговором, просит его отменить, ФИО1 - оправдать. В обоснование жалобы указано, что суд, ссылаясь на ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей, не привел, какие пункты приказа МЗ РФ №919н были нарушены ФИО1 и к каким последствиям привели. Со стороны медицинского персонала в период подготовки ФИО30 к операции, а именно при снятии ЭКГ медсестрой были перепутаны электроды, что дало неверные сведения о работе сердца и общего состояния ФИО31, при этом хирург ФИО32 не смотрел ЭКГ. ФИО33 и заместитель главного врача ФИО34 в нарушение требований Приказа МЗ РФ № 354н от 6.06.2013 г. направили тело ФИО35 на проведение судебно-медицинской экспертизы без патологоанатомического вскрытия. Инфаркт мог возникнуть до операции или во время операции от болевого синдрома. Ввиду непроведенного патологоанатомического исследования трупа неизвестно, в какой момент произошел инфаркт. Заключения судмедэкспертиз о возможных методах обезболивания носят вероятный, предположительный характер, не содержат ссылок на медицинскую практику и не имеют научного обоснования. Ввиду наличия противоречий в заключениях экспертов о причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи и наступившими последствиями сторона защиты в суде 1 инстанции ходатайствовала о проведении повторной комплексной ситуационной экспертизы в другом регионе РФ, однако все экспертизы проведены специалистами ГАУЗ БСМЭ МЗ РТ, две из которых одним экспертом. Обращает внимание, что в ходе следствия были проведены две экспертизы, выводы которых противоречат друг другу, так и в ходе судебного разбирательства были проведены две экспертизы, выводы которых противоречат друг другу, при вынесении обвинительного приговора суд за основу взял выводы СМЭ № 265 от <дата>. и СМЭ№251 от <дата> Допрошенная в суде эксперт ФИО36., участвовавшая при проведении экспертиз СМЭ № 251 и 265 на вопрос, видела ли она заключение СМЭ № 98, ответила, что заключение предоставили сотрудники полиции, что свидетельствует о сговоре стороны обвинения и свидетеля. Также обращает внимание на наличие сговора стороны обвинения с правоохранительными органами.

В возражении на апелляционную жалобу заместитель прокурора Гималтдинов М.В. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает приговор суда законным и обоснованным.

Постановленный судом приговор в целом соответствует требованиям уголовно-процессуального закона по его содержанию, в нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со статьей 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку, с приведение ее мотивов и аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судебная коллегия не усматривает.

В обоснование вины осужденного в приговоре суд сослался только на допустимые доказательства, имеющиеся в материалах уголовного дела, которые согласуются между собой и в своей совокупности устанавливают одни и те же факты, изобличающие ФИО1 в совершении преступления.

Вина осужденного, несмотря на отрицание содеянного, подтверждается показаниями:

потерпевшей ФИО37. о том, что в июне 2019 года ее папу ФИО38 положили на лечение в больницу. Во время операции больной скончался. Ее папа перенес инфаркт, также у него были гипертония, сахарный диабет. Со слов матери ей известно, что она ставила в известность ФИО1 о том, что у ФИО40 слабое сердце;

свидетеля ФИО41 о том, что операцию ФИО42., у которого были сложные сопутствующие заболевания, а именно инфаркт миокарда от 2015 года, сахарный диабет, ишемическая болезнь сердца, принял решение провести под местной анестезией. Ввиду сильной болевой реакции больного, вызвал анестезиолога ФИО1, который в 12 часов 30 минут осмотрел больного и провел беседу с ним, после чего больной дал согласие на общую анестезию. ФИО1 ввел больному общую анестезию, однако у ФИО43 произошла остановка сердца, в связи с чем начаты реанимационные мероприятия, которые были безуспешны, и была констатирована смерть больного в ходе операции. У ФИО44 был ряд тяжелых сопутствующих заболеваний, о которых ФИО1 знал. Консилиум врачей не был создан, поскольку это был экстренный случай.

исследованными в судебном заседании показаниями свидетеля ФИО45., из которых следует, что у супруга ФИО46 были различные заболевания, среди которых ишемическая болезнь сердца, тромбоз сосудов, сахарный диабет. Кроме того, ФИО57 перенес операцию на почки в 2018 году, в 2010 году перенес инфаркт;

исследованными в судебном заседании показаниями свидетеля ФИО47., из которых следует, что у его супруги отец ФИО48 страдал ишемической болезнью сердца, тромбозом сосудов, сахарным диабетом.

По ходатайству стороны обвинения в судебном заседании в качестве специалиста была допрошена ФИО49., которая выводы, изложенные в экспертных заключениях с ее участием, подтвердила, пояснив, что спинно-мозговая анестезия облегчила бы состояние больного. Операционное поле в данном случае можно было бы закрыть стерильной салфеткой.

Допрошенный в суде апелляционной инстанции эксперт ФИО50 показал, что перед тем, как выбрать метод анестезии, анестезиолог должен оценить состояние пациента, в том числе заболевания, которыми он страдал ранее. То есть, в данном случае имелась необходимость проведения ЭКГ, однако этого сделано не было. Полагает, что анестезиолог, положившись на минимальный набор клинического обследования, принял решение выбрать рисковый метод анестезии. Патология у пациента не являлась тяжелой и поэтому врач-хирург не обязан был собрать консилиум врачей перед операцией.

Каких-либо данных о заинтересованности указанных лиц при даче показаний в отношении ФИО1, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих эти показания под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы суда и решение суда о виновности осужденного, на правильность применения уголовного закона и меру назначенного ему наказания судом апелляционной инстанции не установлено.

Вина подсудимого в совершенном преступлении подтверждается также материалами дела:

заключением эксперта № 1591 от <дата> установлено, что непосредственной причиной смерти ФИО51 явилась внезапная сердечная смерть, осложнившаяся отеком легких, что подтверждается морфологическими, гистологическими и биохимическими данными, данными медицинских документов, перечисленными в судебно-медицинском диагнозе. Согласно данным медицинских документов и данным, выявленным при экспертизе трупа, у ФИО52 имелась патология в виде гипертонической болезни, хронической ишемической болезни сердца, постинфарктного кардиосклероза, состояния после стентирования венечной артерии. Остановка сердца произошла при общей анестезии под эндотрахеальным наркозом;

заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 265 от <дата> с выводами о том, что непосредственной причиной смерти ФИО53. явилось острое нарушение кровоснабжения миокарда (донекротическая стадия острого инфаркта миокарда), отек головного мозга. Выбранный врачом анестезиологом-реаниматологом метод обезболивания – внутривенный наркоз с интубацией трахеи проведен в рекомендованной дозировке, но оказал действие на сердце, приведший к гипоксии миокарда и, как следствие, к ишемии. Смерть наступила быстро, через 5-10 минут после введения препаратов.

Судом действия ФИО1 правильно квалифицированы по части 2 статьи 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

С учетом вышеизложенных доказательств суд обоснованно пришел к выводу, что в данном случае имело место реализация допущенного врачом риска, которая не может быть обоснована, так как имелись иные методы обезболивания, что рассматривается как дефект оказания медицинской помощи ФИО54 врачом ФИО1 в виде ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей, который состоит в прямой причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом, выразившимся в наступлении смерти ФИО55

ФИО1, 15 июня 2019 года около 10 часов стало известно о предстоящей операции больному ФИО59 под местной анестезией и ему сообщили, что если не хватит глубины анестезии, то его пригласят в операционную. Осужденный пояснил, что, когда его пригласили, у больного было вскрыто операционное поле, времени для проведения полного анамнеза больного, выбора вида анестезии у него не было. Вместе с тем, согласно должностной инструкции ФИО1 обязан был провести мероприятия по подготовке больного и проведении планового и экстренного анестезиологического пособия (предоперационное знакомство с историей болезни, осмотр больного, назначение дополнительных обследований, консультация специалистов, психотерапевтической подготовки), однако в приговоре суда правильно указано, что этого в полной мере не было сделано.

Выводы исследованного судом заключения повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 98 от <дата>, которая по мнению защиты в части того, что тотальная внутривенная анестезия с ИВЛ была предпочтительнее в связи с временным фактором и возможность применения иных методов обезболивания, носят предположительный характер, а также то, что именно метод анестезии ТВА с ИВЛ был единственным правильным выбором, обоснованно признаны судом несостоятельными, вследствие того, что анестезиолог ФИО1 должен был провести оценку функционального состояния пациента ФИО58 и предположить риск анестезии предстоящей операции, однако, в нарушение должностной инструкции, данная оценка и предполагаемый риск анестезии не были проведены, тем самым не обеспечена квалифицированная и своевременная медицинская помощь.

Поэтому суд апелляционной инстанции, с учетом вышеуказанных и других доказательств по делу надлежащим образом исследованных в судебном заседании, также приходит к убеждению, что подготовка ФИО56 к операции была проведена осужденным ненадлежащим образом, и оснований для удовлетворения жалобы защиты и вынесении в отношении ФИО1 оправдательного приговора не усматривает.

При определении меры наказания судом учтены требования статей 6, 43, 60 УК РФ об общих началах назначения наказания, которое является соразмерным с учетом сведений о личности осужденного и смягчающих его наказание обстоятельств, указанных в приговоре.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствия отягчающих обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о возможности исправления подсудимого ФИО1 с применением в отношении него наказания в виде ограничения свободы с возложением дополнительных обязанностей, предусмотренных статьей 53 УК РФ, без применения дополнительных видов наказания.

При этом суд не нашел оснований для назначения подсудимому более строгого вида наказания, предусмотренного санкцией уголовного закона за совершение данного преступления.

Кроме того, суд также обоснованно не усмотрел оснований для применения при назначении наказания статьи 64 УК РФ, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, судом не установлено, как и оснований для применения статьи 76.2 УК РФ и освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа.

Между тем, в соответствии с пунктом «а» части 1 статьи 78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли два года после совершения преступления небольшой тяжести.

Поскольку ФИО1 преступление, предусмотренное частью 2 статьи 109 УК РФ, совершено 15 июня 2019 года, к настоящему времени истек предусмотренный пунктом «а» части 1 статьи 78 УК РФ срок давности привлечения подсудимого к уголовной ответственности.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечение срока давности уголовного преследования.

В силу части 8 статьи 302 УПК РФ если основание прекращения уголовного дела, предусмотренное пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ обнаруживается в ходе судебного разбирательства, то в случае постановления обвинительного приговора осужденный освобождается от наказания.

При таких обстоятельствах на основании пункта «а» части 1 статьи 78 УК РФ и в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ судом принято правильное решение об освобождении ФИО1 от наказания, назначенного за совершение преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 УК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, суд

постановил:

приговор Сабинского районного суда Республики Татарстан от 8 августа 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска срока, установленного частью 4 статьи 401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный (оправданный) вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: