Апелляционное определение № 01-0870/2025 10-3640/2026 от 4 марта 2026 г. по делу № 01-0870/2025

Судья фио №10-3640\2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


адрес 05 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе председательствующего – судьи ЛЕБЕДЕВОЙ Г.В. и судей фио и ФИО1, при секретаре судебного заседания МЕЛЬНИКОВОЙ А.С., с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления Прокуратуры адрес фио, осужденного ФИО2, его защитника – адвоката ВАГИНОЙ Л.В., представившей удостоверение №18474 ГУ МЮ РФ по адрес, выданное 15 сентября 2020 года, и ордер ММКА №1813 от 04 марта 2026 года, осужденного ФИО3 и его защитника – адвоката МАНТЫШЕВА А.Х., представившего удостоверение №11180 ГУ МЮ РФ по адрес, выданное 15 февраля 2011 года, и ордер МКА «Исакова, ФИО4 и партнеры» №556 от 04 марта 2026 года, рассмотрела в открытом судебном заседании, в апелляционном порядке, материалы уголовного дела в отношении ФИО2 и ФИО3 по апелляционным жалобам защитников – адвоката Вагиной Л.В. (в защиту фио) и адвоката Мантышева А.Х. (в защиту ФИО3) на приговор Перовского районного суда адрес от 25 сентября 2025 года, которым

ФИО2, паспортные данные, гражданин РФ, со средне-специальным образованием, разведенный, имеющий ребенка паспортные данные, не работавший, постоянно зарегистрированный по адресу: адрес, не судимый, и

ФИО3, паспортные данные, гражданин РФ, со средне-специальным образованием, холостой, не работавший, постоянно зарегистрированный по адресу: адрес -Кузбасс, адрес, не судимый,

были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, каждый, и им было назначено наказание:

- ФИО2 – в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в ИК общего режима,

- ФИО3 – в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в ИК общего режима,

ранее избранная в отношении фио и ФИО3 мера пресечения в виде заключения под стражу была оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу каждому; срок отбывания наказания исчислен ФИО2 и ФИО3 со дня вступления приговора в законную силу каждому с зачетом в срок отбывания наказания времени их содержания под стражей с 20 июня 2025 года до дня вступления приговора в законную силу каждому из расчета на основании положений п.»б» ч.3.1 ст.72 УК РФ – 1 день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в ИК общего режима; тем же приговором частично удовлетворены исковые требования потерпевшей ФИО5, и с фио и ФИО3 солидарно в пользу потерпевшей ФИО5 в счет возмещения материального ущерба взыскано 9.717.000 рублей; судьба вещественных доказательств по уголовному делу разрешена.

Заслушав доклад судьи фио, изложившей обстоятельства дела, существо обжалуемого приговора суда и доводы апелляционных жалоб, выслушав выступления осужденных фио и ФИО3 и их защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб, и мнение прокурора фио, возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

25 сентября 2025 года Перовским районным судом адрес постановлен приговор, которым ФИО2 и ФИО3, каждый, признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, - мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, организованной группой, в особо крупном размере. Указанное преступление было совершено ФИО2 и ФИО3 в составе организованной группы в период с 26 мая по 20 июня 2025 года в адрес в отношении потерпевшей ФИО5, у которой путем обмана были похищены денежные средства в сумме 9.727.000 рублей, в особо крупном размере. Конкретные обстоятельства совершенного ФИО2 и ФИО3 преступления подробно изложены в приговоре суда.

Уголовное дело в отношении фио и ФИО3 было рассмотрено судом 1й инстанции в общем порядке судебного разбирательства.

В судебном заседании суда 1й инстанции ФИО2 в совершении преступления, за которое он был осужден, виновным себя признал, а ФИО3 в совершении преступления, за которое он был осужден, виновным себя признал частично.

Защитником осужденного фио – адвокатом Вагиной Л.В. подана апелляционная жалоба на приговор суда, в которой адвокат Вагина Л.В. ссылается на несправедливость приговора и факт постановления приговора с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Суд не в полной мере учел, что фио полностью признал вину, активно способствовал раскрытию преступления, предоставив следствию информацию, имеющую существенное значение для раскрытия всех обстоятельств дела и изобличения других соучастников преступления, роль фио в совершении преступления, которая была второстепенной, то, что фио ранее не судим, удовлетворительно характеризуется по месту жительства, имеет на иждивении малолетнего ребенка, на учетах в НД и ПНД не состоит, фактически осуществлял трудовую деятельность, готов возмещать причиненный потерпевшей ущерб, в судебном заседании заявил о принесении ей извинений, имеет ряд заболеваний, наличие которых может усугубиться в местах лишения свободы, и необоснованно не применил к фио положения ст.64 УК РФ, и не в полной мере исследовал возможность назначения ему наказания в виде принудительных работ, ограничения свободы или возможность применения к нему положений ст.73 УК РФ. Судом не учтено, что цели уголовного наказания - исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений - могут быть достигнуты и без изоляции фио от общества, а его раскаяние, активное способствование раскрытию преступления и возмещение ущерба свидетельствуют о том, что он представляет минимальную общественную опасность. При наличии ряда смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, а так же с учетом фактических обстоятельств дела исправление фио возможно и без его изоляции от общества, и у суда имелись все основания для применения к нему ст.ст.64, 73 УК РФ. Кроме того, суд необоснованно удовлетворил исковые требования ФИО5, поскольку на основании ч.3 ст.250 УПК РФ ее гражданский иск должен был быть оставлен судом без рассмотрения с сохранением за ней права на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства. Так же судом не учтено, что в материалах уголовного дела отсутствует исковое заявление ФИО5, так как имеющийся на лд151 т.1 документ, обозначенный как исковое заявление, признаками такового не обладает, поскольку потерпевшая в нем просит признать ее истцом, но не просит взыскать сумму ущерба с подсудимых. Кроме того, суд в нарушение ст.268 УПК РФ не разъяснил гражданскому истцу и гражданскому ответчику их права, обязанности и ответственность в судебном разбирательстве, предусмотренные ст.ст.44, 45, 54 и 55 УПК РФ. Просит изменить приговор суда, назначить ФИО2 наказание с применением положений ст.73 УК РФ и оставить без рассмотрения гражданский иск потерпевшей ФИО5

Защитником осужденного ФИО3 – адвокатом Мантышевым А.Х. так же подана апелляционная жалоба на приговор суда, в которой адвокат Мантышев А.Х. ссылается на незаконность, необоснованность и несправедливость приговора. Суд необоснованно квалифицировал действия фио по признаку организованной группы, не учтя при этом его фактическую роль и характер его действий, отсутствие допустимых и достоверных доказательств существования устойчивой организованной группы с распределением ролей, осведомленность фио о полном объеме преступного умысла других лиц, наличие у него единого умысла на хищение именно 9.727.000 рублей и его непосредственную причастность к хищению суммы, не превышающей 1.866.000 рублей, и выводы суда основаны не на совокупности доказательств, а на предположениях и догадках, что прямо запрещено уголовно-процессуальным законом. Из материалов дела следует, что фио и фио были привлечены в уже существовавшую группу, не принимали участия в ее создании, планировании преступлений или распределении ролей, их роль сводилась к выполнению разовых поручений (курьеры, наблюдатель), фио не являлся организатором или руководителем группы, был привлечен к одному, последнему эпизоду по уже отработанной схеме, не был осведомлен о предыдущих хищениях и общем масштабе деятельности группы, не взаимодействовал с другими участниками, кроме фио и анонимного «куратора», который так и не был установлен, выполнял исключительно роль курьера в разовом эпизоде, и его умысел был ограничен хищением суммы 1.866.000 рублей, в связи с чем в действиях фио отсутствуют признаки участника организованной группы. В деле нет доказательств устойчивой связи между участниками, кроме разовых поручений через мессенджер «Телеграмм», а распределение ролей между подсудимыми выглядит искусственным - фио лишь распечатывал документы, а фио непосредственно получал деньги. Судом нарушен принцип индивидуализации ответственности фио. Суд признал показания фио и фио, данные в суде, избранным способом защиты, и не принял их во внимание, сославшись на согласованность других доказательств, но это противоречит принципу оценки доказательств по внутреннему убеждению и требованию мотивировки приговора. В приговоре отсутствует детальный анализ доказательств, объясняющий - почему суд отверг доводы защиты и принял во внимание только доказательства обвинения. Суд не установил и не указал в приговоре признаков организованной группы - устойчивость, наличие организатора, распределение ролей и предварительную сплоченность. Суд нарушил принципы состязательности сторон и презумпции невиновности, занял обвинительную позицию, возложив на защиту бремя опровержения недоказанного тезиса об участии фио в организованной группе, тогда как обвинение не представило бесспорных доказательств участия фио в организованной группе, нарушил правила оценки доказательств, дав им одностороннюю оценку, и проигнорировал и не оценил доводы защиты, указывающие на отсутствие доказательств причастности фио к хищению всей суммы денежных средств. В материалах дела отсутствуют доказательства осведомленности фио о полном объеме хищения, и его умысел был направлен на завладение лишь частью денежных средств - 1.866.000 рублей, в связи с чем возложение на него ответственности и взыскание полной суммы ущерба является избыточным. Суд, перечислив значительное количество смягчающих наказание обстоятельств, не дал им надлежащей оценки, не воспользовался предоставленными законом возможностями для смягчения ответственности фио и не рассмотрел возможность применения к нему положений ст.73 УК РФ. фио ранее не судим, положительно характеризуется, имеет постоянное место жительства, готов трудоустроиться и возмещать ущерб, он вырос в неполной семье при отсутствии мужского воспитания, он заботится о своей маме, которая страдает хроническими заболеваниями и является пенсионером, фактически состоит в брачных отношениях, занимается воспитанием и обеспечением малолетнего ребенка своей супруги. При назначении фио наказания суд не учел влияние назначаемого наказания на условия жизни его семьи, данные о личности фио, его поведение до совершения преступления, наличие у него стабильного места работы до задержания, его участие в общественной жизни и другие аспекты, которые могут свидетельствовать о его социальной адаптации, а так же его роль и степень вовлеченности в совершение преступления. Суд не привел в приговоре мотивов, по которым счел невозможным исправление фио без реального отбывания наказания, чем нарушил требования ст.307 УПК РФ, и назначенное ему наказание является чрезмерно суровым. Суд постановил взыскать с фио солидарно с фио всю сумму ущерба, однако это решение несправедливо, поскольку вина фио доказана только в отношении эпизода на 1.866.000 рублей, именно эта сумма находится в прямой причинно-следственной связи с его деянием, и фио добровольно возместил сумма, в связи с чем взыскание всей суммы с второстепенных участников нарушает принцип соразмерности, и налицо несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, что выразилось в возложении на фио ответственности за действия неустановленных лиц без надлежащих доказательств. Просит изменить приговор суда, исключить из обвинения ФИО3 квалифицирующий признак организованной группы, смягчить ФИО3 наказание, применив к нему положения ст.73 УК РФ, и изменить решение суда в части гражданского иска, снизив сумму взыскания до 1.866.000 рублей.

Гособвинителем, помощником Перовского межрайонного прокурора адрес фио поданы возражения на апелляционную жалобу адвоката Вагиной Л.В., в которых тот считает доводы апелляционной жалобы несостоятельными и просит отказать в ее удовлетворении, а приговор суда – оставить без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденные ФИО2 и ФИО3 и их защитники – адвокаты Вагина Л.В. и Мантышев А.Х. поддержали доводы апелляционных жалоб и просили их удовлетворить.

Прокурор фио в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы апелляционных жалоб не поддержала и просила оставить их без удовлетворения, а приговор суда – оставить без изменения.

На исследовании доказательств, которые были исследованы в судебном заседании суда 1й инстанции, участники процесса не настаивали и об этом не ходатайствовали. Ходатайств о приобщении к материалам уголовного дела и исследовании дополнительных документов и доказательств участники процесса не заявляли.


Изучив и проверив письменные материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса относительно доводов апелляционных жалоб, и обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Уголовное дело в отношении фио и ФИО3 рассмотрено судом 1й инстанции с соблюдением требований Уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, и на основании исследованных в судебном заседании доказательств, оценка которым дана в приговоре суда. Положения ст.ст.14-16 УПК РФ судом 1й инстанции при рассмотрении уголовного дела были соблюдены.

Нарушений норм Уголовного и Уголовно-процессуального законодательства РФ, которые могли бы повлечь за собой отмену или изменение приговора суда, как в ходе производства по уголовному делу предварительного расследования, так и в ходе его рассмотрения судом 1й инстанции допущено не было.

Судебное заседание по уголовному делу в его целом и судебное следствие по уголовному делу в частности, как следует из протокола судебного заседания суда 1й инстанции и аудиозаписи судебного заседания, изученных судебной коллегией, проведены судом 1й инстанции в соответствии с требованиями глав 35-39 УПК РФ. Судом 1й инстанции исследованы все представленные ему доказательства, заявленные в ходе судебного следствия по уголовному делу ходатайства рассмотрены судом 1й инстанции в соответствии с требованиями УПК РФ, решения по ним приняты судом 1й инстанции в установленном законом порядке и надлежащим образом мотивированы. В судебном заседании по рассмотрению уголовного дела по его существу председательствующий судья создал участникам процесса все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им процессуальных прав. Фактов лишения судом 1й инстанции как стороны защиты, так и стороны обвинения возможности реализации их процессуальных прав судебной коллегией объективно не установлено. Как сторона обвинения, так и сторона защиты активно пользовались предоставленными им УПК РФ правами, принимали участие в исследовании доказательств и участвовали в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения участников процесса во внимание судом 1й инстанции были приняты.

Протокол судебного заседания суда 1й инстанции соответствует требованиям ст.259 УПК РФ. Поданные на протокол судебного заседания замечания рассмотрены судом 1й инстанции в соответствии с требованиями УПК РФ.

Постановленный судом 1й инстанции приговор соответствует требованиям ст.ст.307-309 УПК РФ, в нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, и разрешены все необходимые вопросы, предусмотренные ст.299 УПК РФ.

Факт совершения ФИО2 и ФИО3 преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, был установлен судом 1й инстанции на основании доказательств, которые были исследованы в судебном заседании суда 1й инстанции, были признаны судом 1й инстанции достоверными и допустимыми, и в необходимом объеме приведены в приговоре суда:

1) показаний потерпевшей ФИО5 о том, что 21 мая 2025 года, примерно в 11 часов, когда она находилась дома по адресу: Москва, адрес, на ее мобильный телефон поступило смс-сообщение с неизвестного абонентского номера с информацией о том, что в ее учетную запись на Едином портале государственных услуг (Госуслуги), якобы, был осуществлен вход с нового устройства, и если это не она - она может обратиться на горячую линию портала «Госуслуги» по номеру телефона, указанному в смс-сообщении. Она позвонила по указанному телефону, на звонок ответила женщина, представившаяся сотрудником по работе с клиентами, она (фио) сообщила о сложившейся ситуации, оператор подтвердила, что кто-то осуществил несанкционированный вход в ее учетную запись на портале «Госуслуги», сказав, что ее учетная запись на портале «Госуслуги» действительно «взломана», в связи с чем ее персональные данные попали в руки к мошенникам, которые оформили на ее имя нотариальную доверенность, по которой неоднократно пытались обналичить денежные средства с принадлежащих ей счетов, и для решения данного вопроса и предотвращения подозрительных банковских операций по переводу денежных средств она переключит ее (фио) на сотрудника Росфинмониторинга, после чего ее разговор продолжился с женщиной, которая представилась как ФИО6 и сообщила о 13 попытках снятия денежных средств с ее (фио) банковских счетов в различных банковских организациях, которые частично были заблокированы ЦБ РФ, а так же сказала, что в дальнейшем с ней свяжется следователь ФСБ России. В тот же день ей (фио) на мобильный телефон в мессенджере «Teлеграмм» поступил звонок с номера 8-495-624-31-58 от мужчины, который представился следователем ФСБ России фио и сообщил, что в настоящее время их ведомство при содействии Росфинмониторинга проводит проверку в отношении банковских сотрудников, которые за денежное вознаграждение «сливают» данные клиентов, со счетов которых в дальнейшем списываются денежные средства, а она (фио) стала жертвой в данной мошеннической схеме со стороны сотрудников банка, и что ее (фио) дальнейшее общение касаемо действий, направленных на сохранение сбережений, будет происходить с сотрудником Росфинмониторинга фио. В тот же день на ее (фио) мобильный телефон в мессенджере «Teлеграмм» поступил звонок от пользователя «Шевцова Анна», которая сообщила о необходимости снятия всех ее (фио) сбережений с банковских счетов и вкладов с целью дальнейшего их перевода на «безопасную» ячейку, в первую очередь - со счета, на который, якобы, уже произошло 13 мошеннических атак. 23 мая 2025 года по указанию фио она (фио) направилась в офис ПАО «Сбербанк», заказала для выдачи 5.000.000 рублей со своего накопительного счета, 26 мая 2025 года сняла в офисе ПАО «Сбербанк» по адресу: Москва, адрес со своего вклада 5.000.000 рублей, сообщила о своих действиях фио, и та сообщила, что через некоторое время подъедет представитель Росфинмониторинга, которому она (фио) должна будет передать деньги для дальнейшего их внесения на «безопасную» ячейку, после чего 26 мая 2025 года, примерно в 22 часа, по адресу: Москва, адрес она (фио) встретилась с мужчиной, который представился как фио, и передала ему полиэтиленовый пакет, в котором находилась коробка с деньгами в размере 5.000.000 рублей, мужчина предъявил ей документ под названием «Заявка на инкассацию средств», согласно которому в ПАО «Сбербанк» для нее открыли обновленный счет для внесения денег с лимитом страхования на сумму 5.000.000 рублей, после чего ушел, а она (фио) сообщила о своих действиях фио, которая все это время была с ней на связи. 28 мая 2025 года, продолжая общение с фио по сбережению своих активов, она (фио) сняла с накопительного счета в ПАО «Сбербанк» 1.061.000 рублей, закрыв вклад, о чем сообщила фио, а та сказала о необходимости снятия денег на сумму около 1.800.000 рублей с ее (фио) страхового счета ПАО «Сбербанк». Она (фио) не могла обналичить деньги с этого счета, постольку счет был открыт по программе «Сберстрахование» в рамках продукта «Как зарплата», а при обналичивании денег данный вклад необходимо было закрыть, что автоматически обозначает потерю части ранее внесенных средств, о чем сообщила фио, после чего та в период с 28 мая по 09 июня 2025 года убеждала ее обналичить деньги со страхового счета, ссылаясь на преступные действия сотрудников банка, в результате которых она может потерять свои сбережения, если не внесет их на «безопасный счет». 09 июня 2025 года она (фио) по указанию фио направилась в офис ПАО «Сбербанк», сняла со своего страхового счета 1.800.000 рублей, о чем сообщила фио, а та сказала, что к ней подъедет представитель Росфинмониторинга, которому она должна будет передать деньги, снятые 28 мая и 09 июня 2025 года, на общую сумму 2.861.000 рублей, для дальнейшего внесения их на «безопасную» ячейку. 09 июня 2025 года, примерно в 16 часов, фио позвонила и сказала, что сотрудник Росфинмониторинга будет примерно через час ожидать ее по адресу: Москва, адрес, и попросила придумать кодовое слово, услышав которое, она (фио) должна будет передать деньги. Она (фио) придумала кодовое слово «Маркуша», а затем проследовала по указанному фио адресу, где примерно в 17 часов встретилась с мужчиной, который назвал кодовое слово «Маркуша», после чего представился как фио, а затем она (фио) передала ему полиэтиленовый пакет, в котором находилась коробка с деньгами в размере 2.861.000 рублей, мужчина предъявил ей документ - «Заявка на инкассацию средств», согласно которому в ПАО «Сбербанк» для нее открыли обновленный счет для внесения денежных средств с лимитом страхования на сумму 2.861.000 рублей, а затем ушел. На следующий день фио указала ей (фио) на необходимость снятия денег с ее страхового счета, открытого в ПАО «Сбербанк» по программе «Сберстрахование» в рамках продукта «Как пенсия», убеждала сделать это в период с 10 по 19 июня 2025 года, и 19 июня 2025 года она (фио) по указанию фио направилась в офис ПАО «Сбербанк», закрыла свой вклад и сняла со своего счета 1.866.000 рублей. 20 июня 2025 года, примерно в 12 часов, фио сообщила, что через некоторое время подъедет представитель Росфинмониторинга, которому она должна будет передать снятые деньги, и примерно в 15 часов 10 минут 20 июня 2025 года она (фио) по адресу: Москва, адрес встретилась с мужчиной, который представился как Крупской фио, после чего передала ему полиэтиленовый пакет, в котором находилась коробка с наличными деньгами в размере 1.866.000 рублей, мужчина предъявил ей документ - «Заявка на инкассацию средств», согласно которому в ПАО «Сбербанк» для нее открыли обновленный счет для внесения денежных средств с лимитом страхования на сумму 1.866.000 рублей, и ушел. Впоследствии она (фио) поняла, что стала жертвой мошенников, в связи с чем обратилась в полицию. В результате мошеннических действий неизвестной группы лиц ей был причинен материальный ущерб на общую сумму 9.727.000 рублей,

2) показаний свидетелей – сотрудников полиции ФИО7 и фио о том, что в ОУР ОМВД России по адрес поступила оперативная информация о том, что ФИО5 обналичивает большое количество денег с принадлежащих ей банковских счетов, а так же от негласного источника поступила оперативная информация о том, что ФИО2, находясь в магазине «ДНС» по адресу: Москва, адрес распечатал фиктивные документы, сделанные от имени государственных учреждений и ведомств, после чего, передал их ФИО3, который передал эти документы ФИО5, а взамен получил от нее наличные деньги. После этого они отследили местонахождение лиц, подозревавшихся в совершении преступления, 20 июня 2025 года приехали по адресу: Москва, адрес и задержали фио, и в тот же день по адресу: Москва, адрес задержали ФИО3,

3) показаний свидетеля фио о том, что 21 июня 2025 года он участвовал в качестве понятого при личном досмотре фио, у которого был изъят мобильный телефон «Redmi» с сим-картой «Мегафон» с номером 8-999-321-10-24, о чем был составлен протокол. В тот же день в его (фио) присутствии как понятого был произведен личный досмотр ФИО3, в ходе которого тот выдал мобильный телефон «Redmi» с сим-картой «МТС» с номером 8-915-983-06-98 и с сим-картой «Т-Mobile» с номером 8-983-228-57-82 и мобильный телефон «Redmi A5», о чем был составлен протокол. В тот же день она (фио) присутствовал в качестве понятого при предъявлении лиц для опознания, в ходе чего ФИО5 опознала мужчину, которому она 20 июня 2025 года, примерно в 15 часов 10 минут, по адресу: Москва, адрес передала пакет, в котором находилась коробка с принадлежащими ей наличными деньгами в размере 1.866.000 рублей, предназначенными для дальнейшего внесения их на безопасный счет,

4) письменных материалов уголовного дела:

- заявления ФИО5 в орган полиции с просьбой привлечь к ответственности неизвестное лицо, которое путем обмана завладело принадлежащими ей денежными средствами на общую сумму 9.727.000 рублей (т.1, лд4),

- протокола осмотра места происшествия с фототаблицей, в ходе которого был осмотрен участок местности по адресу: адрес, где ФИО5 26 мая, 09 июня и 20 июня 2025 года передавала принадлежащие ей наличные денежные средства на общую сумму 9.727.000 рублей (т.1, лд6-10),

- протокола предъявления ФИО5 лиц для опознания, в ходе которого ФИО5 опознала ФИО3, которому она 20 июня 2025 года, примерно в 15 часов 10 минут, по адресу: адрес передала полиэтиленовый пакет, в котором находилась коробка с денежными средствами в размере 1.866.000 рублей, предназначенными для дальнейшего внесения их на безопасный счет (т.1, лд37-41),

- протокола проверки показаний ФИО3 на месте с фототаблицей, в ходе которой ФИО3 указал на пешеходную дорожку по адресу: адрес, где он 20 июня 2025 года встретился с потерпевшей ФИО5 и, представившись ей сотрудником Росфинмониторинга, получил от нее пакет с наличными денежными средствами (т.1, лд62-70),

- протокола проверки показаний фио на месте с фототаблицей, в ходе которой ФИО2 указал на магазин «ДНС» по адресу: адрес, находясь в котором он 20 июня 2025 года распечатал фиктивные документы от имени государственных учреждений, которые в последующем были переданы ФИО3 потерпевшей ФИО5 (т.1, лд92-100),

- протокола осмотра предметов и документов с фототаблицей, в ходе которого были осмотрены, в частности, мобильный телефон «Redmi A3», принадлежащий ФИО3, и мобильные телефоны «Redmi A5» и «Redmi Note 10 Pro», принадлежащие ФИО2, в которых обнаружены фотографии приобретенных билетов до адрес, скриншоты переписки в мессенджере «Телеграмм», место завладения денежными средствами потерпевшей ФИО5, поисковые запросы в приложениях с навигацией с указанием этого места, текстовые файлы формата «pdf» документов от имени банковских учреждений и государственных ведомств, видеозаписи, снятые на мобильный телефон фио, на которых тот пересчитывает наличные денежные средства, диалоги в мессенджере «Телеграмм» между ФИО2 и ФИО3 о распределении преступных ролей при совершении преступлений и финансовых активов, и между ФИО3 и ФИО2 и их кураторами (т.1, лд193-216, т.2, лд1-81), и других документов, содержание которых изложено в приговоре суда.

Указанные доказательства были объективно исследованы судом 1й инстанции в ходе судебного разбирательства, а их анализ и оценка указанным доказательствам изложены в приговоре суда.

Указанные выше положенные в основу приговора суда доказательства суд 1й инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и дал им оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, в результате чего пришел к убеждению, что эти доказательства получены с соблюдением требований действующего законодательства и являются допустимыми и достоверными. Так же судом 1й инстанции дана оценка другим исследованным по уголовному делу доказательствам, в том числе – показаниям фио и ФИО3 Исследованные по уголовному делу доказательства суд 1й инстанции оценил надлежащим образом, по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности исследованных по уголовному делу доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью, как того требуют положения ст.17 УПК РФ, и мотивировал в приговоре – в связи с чем он признал достоверными одни исследованные по уголовному делу доказательства и отверг другие.

Объективных данных, свидетельствующих о том, что в результате нарушения правил проверки и оценки доказательств суд 1й инстанции неверно установил в приговоре обстоятельства уголовного дела, свидетельствующие о виновности фио и ФИО3 в совершении преступления, за которые они были осуждены, судебной коллегией не установлено.

Письменные материалы уголовного дела, положенные судом 1й инстанции в основу доказательственной базы по уголовному делу, судебная коллегия признает имеющими доказательственную силу по настоящему уголовному делу, поскольку данные документы отвечают требованиям действующего законодательства и существенных нарушений требований действующего законодательства при их составлении и сборе, которые могли бы повлечь признание их недопустимыми доказательствами по делу, судебная коллегия не усматривает, как не усматривает оснований и для того, чтобы сомневаться в достоверности изложенной в этих документах информации.

Показания потерпевшей и свидетелей, которые были исследованы судом 1й инстанции и приведены в приговоре суда и в настоящем апелляционном определении выше, последовательны и объективно подтверждаются письменными материалами уголовного дела, признанными судом достоверными и состоятельными, в связи с чем судебная коллегия полностью доверяет их показаниям. Оснований считать о наличии у потерпевшей и свидетелей субъективных оснований для оговора фио и ФИО3, для искажения фактических обстоятельств совершенного преступления и личной заинтересованности в исходе настоящего уголовного дела, а так же в необоснованном привлечении фио и ФИО3 к уголовной ответственности у судебной коллегии не имеется.

Судом 1й инстанции дана надлежащая оценка показаниям фио и ФИО3 и доводам стороны их защиты, показания фио и ФИО3 и доводы стороны их защиты судом 1й инстанции проверены и оценены, и оснований не соглашаться с оценкой, данной показаниям фио и ФИО3 и доводам стороны их защиты судом 1й инстанции, судебная коллегия не находит.

Оснований для признания доказательств, которые положены в основу приговора суда, недопустимыми и недостоверными судебная коллегия не усматривает.

Выводы суда 1й инстанции о виновности фио и ФИО3 в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании суда 1й инстанции на основании исследованных по уголовному делу доказательств, в том числе – письменных материалов уголовного дела, которые были признаны судом 1й инстанции достоверными и состоятельными, и признаются таковыми судебной коллегией.

Суд 1й инстанции, оценив признанные им достоверными доказательства в их совокупности, дал юридическую оценку преступным действиям фио и ФИО3, квалифицировав их действия, каждого, по ч.4 ст.159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, организованной группой, в особо крупном размере, мотивировал принятое решение о квалификации преступных действий фио и ФИО3, и судебная коллегия с указанной квалификацией преступных действий фио и ФИО3 соглашается.

Квалифицирующий признак организованной группы при совершении ФИО2 и ФИО3 преступления нашел свое подтверждение в совокупности исследованных по уголовному делу и признанных судом достоверными доказательств, мотивирован судом 1й инстанции надлежащим образом, и судебная коллегия с этим решением суда 1й инстанции соглашается.

Квалифицирующий признак особо крупного размера при совершении преступления правильно установлен судом 1й инстанции с учетом суммы денежных средств, похищенных у потерпевшей ФИО5 путем обмана, и принимая во внимание положения примечания 4 к ст.158 УК РФ.

Одновременно судебная коллегия отмечает, что преступные действия фио и ФИО3 представляют собой оконченный состав преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, поскольку ФИО2, ФИО3 и их неустановленные соучастники, действуя в составе организованной группы, незаконно завладев путем обмана денежными средствами потерпевшей ФИО5, имели возможность пользоваться и распоряжаться ими по своему усмотрению.

Законных оснований для квалификации преступных действий фио и ФИО3 иным образом, нежели как по ч.4 ст.159 УК РФ, судебная коллегия не видит.

Законных оснований для освобождения фио и ФИО3 от уголовной ответственности как по реабилитирующим, так и по нереабилитирующим основаниям, судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционных жалоб о незаконности, необоснованности и несправедливости приговора суда являются несостоятельными и расцениваются судебной коллегией как исключительно субъективное мнение авторов апелляционных жалобы, обусловленное их несогласием с приговором суда и избранной ими защитной позицией по уголовному делу.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Мантышева А.Х., сводящиеся к отсутствию в действиях фио квалифицирующего признака организованной группы, являются несостоятельными, поскольку факт совершения как ФИО3, так и ФИО2 преступления, за которое они были осуждены, при тех обстоятельствах дела, которые были установлены судом 1й инстанции, и непосредственно в составе организованной группы подтверждается совокупностью исследованных по уголовному делу доказательств, которые признаны судом достоверными и свидетельствуют о том, что неустановленное следствием лицо создало организованную преступную группу для систематического совершения преступлений, связанных с хищениями путем обмана денежных средств у пожилых граждан под предлогом пресечения компетентными государственными органами подозрительных операций по банковским счетам потерпевших с целью сохранения их денежных средств, в которую в период времени с 27 мая по 06 июня 2025 года, находясь на территории адрес, через мобильное приложение – мессенджер «Teлеграмм» вступили ФИО3 и ФИО2, имея при этом корыстный умысел, направленный на хищение имущества у пожилых граждан. Неустановленное лицо разработало схему систематического осуществления противоправных действий, целью совершения которых являлось хищение денежных средств путем обмана, определило структуру преступной деятельности организованной группы, основанной на строгой конспирации и иерархии с четким распределением ролей среди ее участников, и в целях осуществления данной противоправной деятельности как лично, так и через других участников созданной им организованной группы привлекло к участию в организованной группе неустановленных лиц, а также фио и ФИО3 В созданной им организованной группе неустановленное лицо возложило на себя общее руководство противоправной деятельностью организованной группы - функции по направлениям деятельности и обязанности по руководству как другими участниками организованной группы, так и лицами, не осведомленными об их преступной деятельности, привлеченными участниками организованной группы для выполнения вспомогательных функций и задач, приискание участников организованной группы и распределение между ними преступных ролей, разработку плана хищения денежных средств граждан, разработку принципа распределения преступного дохода между участниками организованной группы, а также финансирование прочих расходов, необходимых для обеспечения непрерывного функционирования подконтрольной ему организованной группы. Совместно с создавшим и руководившим организованной группой неустановленным лицом во исполнение общего преступного умысла действовали и другие ее участники, которые выполняли следующие функции - выбирали в качестве потерпевшего гражданина преклонного возраста, приискивая при неустановленных следствием обстоятельствах информацию о его персональных данных и банковских счетах, при ведении диалога посредством мессенджеров сообщали введенным в заблуждением гражданам о том, что по их банковским счетам проводятся подозрительные операции, при возникшей в ходе разговора с гражданами необходимости, продолжали разговор с потерпевшим, представляясь при этом сотрудниками государственных органов и продолжая вводить его в заблуждение относительно произошедших событий с целью дальнейшего хищения наличных денежных средств, в случае согласия введенного в заблуждение гражданина на передачу денежных средств - выбирали адрес хищения денежных средств, после хищения денежных средств распределяли их между всеми участниками организованной группы. На ФИО2, ФИО3 и других неустановленных участников организованной группы неустановленное лицо во исполнение общего преступного умысла возложило следующие функции - прибывать по указным им участниками организованной группы адресам, где под видом специализированного курьера (инкассатора) или сотрудника государственного органа называть заранее известное потерпевшему или иным привлекаемым для совершения преступления лицам кодовое слово и получать от них наличные денежные средства, получать часть похищенных денежных средств в качестве вознаграждения на конкретную выполненную работу и осуществлять дальнейшую передачу полученных от потерпевших денежных средств. Достоверно осознавая, что возможные массовые обращения обманутых граждан в правоохранительные органы, иные государственные учреждения, общественные организации или средства массовой информации могут повлечь для участников организованной группы негативные последствия, в том числе - связанные с привлечением к уголовной ответственности, все участники организованной группы, которые общались по телефонам с гражданами или непосредственно встречались с потерпевшими, в целях соблюдения установленных правил конспирации использовали кодовые слова и частично скрывали лица, и преследовали цель извлечения путем обмана преступного дохода от каждого из граждан, которого удалось таким образом ввести в заблуждение. При совершении организованной группой преступлений каждый ее участник согласовывал свои действия с ее неустановленным организатором и руководителем, при этом осознавая, что выполняет согласованную часть единого преступного умысла, реализуемого в связи с его участием в организованной группе, и исполнял определенные обязанности, вытекающие из целей ее деятельности, и вклад участников группы при совершении преступлений был неравнозначен по объему выполненных преступных действий, но в конечном итоге приводил к достижению общего преступного результата. В результате сплоченных и согласованных преступных действий организованной преступной группы, в состав которой входили ФИО2 и ФИО3, в период времени с 26 мая по 20 июня 2025 года у потерпевшей ФИО5 путем обмана были похищены денежные средства в общей сумме 9.727.000 рублей, при чем ФИО3 непосредственно получил от ФИО5 путем обмана часть похищенных у нее денежных средств, а ФИО2 распечатал полученные от руководителя преступной группы заведомо поддельные документы, передал их ФИО3 и наблюдал за окружающей обстановкой в тот момент, пока ФИО3 непосредственно получал от ФИО5 путем обмана денежные средства, с целью его информирования о появлении нежелательных свидетелей или сотрудников полиции.

Факт устойчивости и сплоченности организованной преступной группы, в состав которой входили ФИО2 и ФИО3, установлен судом на основании фактов единства руководящего состава организованной группы, единой цели руководителя и участников организованной группы, которая выражалась в получении незаконного дохода от хищения путем обмана денежных средств граждан, наличия организационно-управленческих механизмов, которые выражались в постоянном планировании руководителем организованной группы преступной деятельности, в наличии системы мер по контролю над каждым соучастником, в наличии персональной отчетности участников организованной группы о своей преступной деятельности, распределении полученного преступного дохода согласно соразмерного вклада каждого участника в деятельность организованной группы, постоянства форм и методов преступной деятельности, предварительной договоренности и соорганизованность участников организованной группы, которая выражалась в их общности при реализации преступных целей, которые достигались путем детального распределения ролей между участниками организованной группы, наличия иерархии, которая выражалась в разработанном и внедренном руководителем организованной группы иерархическом построении, характерным для данной организованной группы, и в распределении ролей между участниками, конспирации и наличии технической оснащенности, согласно которой при осуществлении деятельности по хищению денежных средств граждан участники организованной группы должны были соблюдать методы конспирации, заключавшиеся в использовании псевдонимов при общении с гражданами, в использовании сим-карт операторов сотовой связи, оформленных на третьих лиц, и частичном сокрытии лиц предметами одежды при встрече с потерпевшими. Организованность преступной группы, в состав которой входили ФИО2 и ФИО3, установлен судом на основании факта четкого подчинения фио, ФИО3 и их неустановленных соучастников организатору преступной группы и решимости фио, ФИО3 и их неустановленных соучастников организованно достигать осуществления их совместных преступных намерений.

Что касается того факта, что ФИО2 и ФИО3 не были знакомы с рядом лиц, входящих в состав организованной группы, то судебная коллегия отмечает, что для квалификации действий лиц в составе организованной группы не требуется наличия личного знакомства всех соучастников и их осведомленности об анкетных данных всех участников организованной группы, как не требуется полной осведомленности отдельных участников организованной преступной группы об ее качественном и количественном составе, поскольку именно отсутствие осведомленности о данных и количестве конкретных лиц, которые будут выполнять роль для достижения единой преступной цели, свидетельствует о совершении преступления в организованной группе, в которой имеется организатор, обеспечивающий своим руководством и организацией преступного процесса достижение преступного результата, охваченного единым преступным умыслом всех соучастников на совершение преступлений.

То, что ФИО2 и ФИО3 действовали непосредственно с прямым умыслом на совершение преступления – хищения путем обмана денежных средств у потерпевшей ФИО5, установлено судом на основании конкретных обстоятельств их действий, осуществляемых в целях достижения общей преступной цели организованной группы.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что ФИО2 и ФИО3 не могли не понимать преступного характера своих действий в свете того, что на момент совершения ими преступления по настоящему уголовному делу факты завладения путем обмана денежными средствами пожилых потерпевших широко освещались всеми средствами массой информации.

Факт осуществления ФИО2 и ФИО3 преступных функций в организованной преступной группе непродолжительное время не может расцениваться как основание для исключения из их осуждения соответствующего квалифицирующего признака ввиду того, что преступная деятельность фио и ФИО3 была оперативно пресечена сотрудниками полиции.

Что отдельно касается доводов апелляционной жалобы адвоката Мантышева А.Х. о том, что фио и фио были привлечены в уже существовавшую группу, не принимали участия в ее создании, планировании преступлений или распределении ролей, их роль сводилась к выполнению разовых поручений (курьеры, наблюдатель), и фио не являлся организатором или руководителем группы, то судебная коллегия обращает внимание на то, что орган предварительного расследования не вменял ФИО3 и ФИО2 совершение организации и руководства организованной преступной группой, и такие факты не были установлены и судом 1й инстанции, а так же отмечает, что второстепенные роли ФИО3 и фио в организованной преступной группе не могут являться основанием для исключения из их осуждения квалифицирующего признака совершения мошенничества в составе организованной группы, существование которой и непосредственное участие в которой ФИО3 и фио установлено и доказано совокупностью исследованных по уголовному делу доказательств, которые признаны судом достоверными и состоятельными.

Что касается доводов апелляционной жалобы адвоката Мантышева А.Х. о том, что умысел фио, который выполнял исключительно роль курьера в разовом эпизоде, был ограничен хищением суммы 1.866.000 рублей, то судебная коллегия отмечает, что факт получения ФИО3 при содействии фио от потерпевшей ФИО5 только части суммы похищенных у нее путем обмана денежных средств – 1.866.000 рублей - не может свидетельствовать об отсутствии в действиях как ФИО3, так и фио события и состава преступления, установленного судом 1й инстанции, учитывая, что ФИО3 и ФИО2 выполняли отведенные им в организованной преступной группе преступные роли, определенные их неустановленным соучастником, реализация которых привела к хищению организованной преступной группой, в состав которой входили ФИО3 и ФИО2, у потерпевшей ФИО5 путем ее обмана денежной суммы в общем размере 9.727.000 рублей.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Мантышева А.Х. о том, что суд нарушил принцип индивидуализации ответственности фио, а так же принципы состязательности сторон и презумпции невиновности, заняв обвинительную позицию и возложив на защиту бремя опровержения недоказанного тезиса об участии фио в организованной группе, тогда как обвинение не представило бесспорных доказательств участия фио в организованной группе, являются несостоятельными и расцениваются судебной коллегией как исключительно субъективное мнение адвоката Мантышева А.Х., обусловленное его несогласием с приговором суда и избранной им защитной позицией по уголовному делу.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Мантышева А.Х., сводящиеся к неверной оценке показаний фио и фио, данных ими в суде, и односторонней оценке доказательств, данной судом, направлены на переоценку исследованных по уголовному делу доказательств, надлежащая оценка которым дана судом 1й инстанции.

Что касается доводов апелляционной жалобы адвоката Мантышева А.Х. о том, что в приговоре отсутствует детальный анализ доказательств, объясняющий - почему суд отверг доводы защиты и принял во внимание только доказательства обвинения, и о нарушении судом правил оценки доказательств, то судебная коллегия еще раз обращает внимание на то, что суд 1й инстанции проверил положенные в основу приговора суда доказательства в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ, сопоставив их между собой, и дал им оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, в результате чего пришел к убеждению, что эти доказательства получены с соблюдением требований действующего законодательства и являются допустимыми и достоверными, и исследованные по уголовному делу доказательства суд 1й инстанции оценил надлежащим образом, по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности исследованных по уголовному делу доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью, как того требуют положения ст.17 УПК РФ, и мотивировал в приговоре – в связи с чем он признал достоверными одни исследованные по уголовному делу доказательства и отверг другие.

Принимая во внимание вышеизложенное, указанные выше доводы апелляционных жалоб судебная коллегия признает несостоятельными и неспособными оказать влияние на решение, принимаемое судебной коллегией, об обоснованности осуждения фио и ФИО3 за преступление, предусмотренное ч.4 ст.159 УК РФ, при тех обстоятельствах дела, которые были установлены судом 1й инстанции, событие и состав которого в действиях фио и ФИО3 объективно наличествуют.

Фактов, достоверно свидетельствующих об искусственном создании доказательств по уголовному делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов, ни судом 1й инстанции, ни судебной коллегией установлено не было.

Оснований для отмены приговора суда с постановлением в отношении фио и ФИО3 оправдательного приговора, либо с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд 1й инстанции, либо с возвращением уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, а так же оснований для переквалификации действий фио и ФИО3 относительно квалификации, данной судом 1й инстанции, объективно не имеется.

При назначении ФИО2 и ФИО3 наказания за совершение преступления суд 1й инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, фактические обстоятельства совершенного ими преступления, роли фио и ФИО3 в совершении преступления, влияние назначаемого наказания на исправление фио и ФИО3 и на условия жизни их семей, данные о личности фио, который не судим, до задержания работал, имеет на иждивении малолетнего ребенка, страдает тяжкими хроническими заболеваниями, оказывает помощь родственникам и положительно характеризуется, наличие в отношении фио смягчающих наказание обстоятельств – активное способствование расследованию и раскрытию преступления (п.»и» ч.1 ст.61 УК РФ), наличие у него малолетнего ребенка (п.»г» ч.1 ст.61 УК РФ), раскаяние фио, признание им вины, данную ему положительную характеристику, состояние здоровья фио, наличие у него тяжких хронических заболеваний, оказание им материальной и иной помощи родственникам (признанных таковыми в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ), данные о личности ФИО3, который не судим, до задержания работал, оказывал помощь родственникам, имеет благодарственные письма и грамоты и положительно характеризуется, и наличие в отношении ФИО3 смягчающих наказание обстоятельств – активное способствование расследованию и раскрытию преступления (п.»и» ч.1 ст.61 УК РФ), раскаяние ФИО3, признание им вины, данные ему положительные характеристики, состояние здоровья ФИО3 и его родственников, оказание им материальной и иной помощи родственникам, частичное добровольное возмещение ущерба в сумме сумма (признанных таковыми в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ).

адрес ст.63 УК РФ отягчающих наказание обстоятельств судом 1й инстанции в отношении фио и ФИО3 установлено не было.

В связи с наличием в отношении фио и ФИО3, каждого, смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п.»и» ч.1 ст.61 УК РФ, при назначении им, каждому, наказания суд 1й инстанции учел положения ч.1 ст.62 УК РФ.

Оснований для назначения ФИО2 и ФИО3 более мягкого основного вида наказания, нежели лишение свободы, и оснований для применения к ним, к каждому, положений ст.64 и ст.73 УК РФ суд 1й инстанции не усмотрел, мотивировав свое решение, и таких оснований не усматривает и судебная коллегия.

Основное наказание в виде лишения свободы, назначенное ФИО2 и ФИО3 судом 1й инстанции, отвечает целям, указанным в ст.6, ст.7 и ст.43 УК РФ, является справедливым, соразмерным содеянному и данным о личности фио и ФИО3, и оснований для смягчения вида основного наказания, назначенного ФИО2 и ФИО3, каждому, судом 1й инстанции, для смягчения срока основного наказания в виде лишения свободы, назначенного ФИО2 и ФИО3, каждому, судом 1й инстанции, и для применения к ФИО2 и ФИО3, к каждому, положений ст.64 и ст.73 УК РФ судебная коллегия не видит, учитывая при этом конкретные обстоятельства совершенного ими преступления и отсутствие в отношении них, каждого, такой совокупности смягчающих наказание обстоятельств, которую можно было бы признать исключительной и существенно уменьшающей степень общественной опасности совершенного ими преступления.

Все значимые объективно наличествующие в отношении фио и ФИО3 смягчающие наказание обстоятельства судом 1й инстанции при назначении ФИО2 и ФИО3 наказания были учтены.

Оснований считать о нарушении судом 1й инстанции при назначении ФИО2 и ФИО3 наказания требований ст.60 УК РФ судебная коллегия не видит.

Законных оснований для освобождения фио и ФИО3 от отбывания назначенного им судом 1й инстанции наказания судебная коллегия не усматривает.

Оснований для назначения ФИО2 и ФИО3 дополнительных видов наказаний суд 1й инстанции не усмотрел.

Режим отбывания наказания – исправительная колония общего режима – назначен судом 1й инстанции ФИО2 и ФИО3, совершившим тяжкое преступление, в соответствии с положениями п.»б» ч.1 ст.58 УК РФ и правильно.

Оснований для применения к ФИО2 и ФИО3 положений ч.6 ст.15 УК РФ суд 1й инстанции не усмотрел, и таких оснований не усматривает и судебная коллегия, учитывая конкретные обстоятельства совершенного ими преступления.

Решение об оставлении без изменения до вступления приговора в законную силу ранее избранной ФИО2 и ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу принято судом 1й инстанции правильно и в целях обеспечения исполнения приговора.

Решение об исчислении срока назначенного ФИО2 и ФИО3 наказания и о зачете в срок отбывания наказания в виде лишения свободы времени их содержания под стражей в порядке избранной им меры пресечения принято судом 1й инстанции правильно.

Положения п.»б» ч.3.1 ст.72 УК РФ суд 1й инстанции применил к ФИО2 и ФИО3 правильно.

Судьба вещественных доказательств по уголовному делу разрешена судом 1й инстанции в соответствии с положениями ст.81 УПК РФ.

Решение по заявленному в рамках уголовного дела гражданскому иску судом 1й инстанции принято, надлежащим образом мотивировано и изменению или отмене не подлежит.

Что касается доводов апелляционной жалобы адвоката Вагиной Л.В. о том, что суд необоснованно удовлетворил исковые требования ФИО5, поскольку на основании ч.3 ст.250 УПК РФ ее гражданский иск должен был быть оставлен судом без рассмотрения с сохранением за ней права на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства, то судебная коллегия отмечает, что согласно положениям ч.2 ст.250 УПК РФ – суд вправе рассмотреть гражданский иск в отсутствие гражданского истца, если об этом ходатайствует гражданский истец или гражданский иск поддерживает прокурор, и несмотря на то, что потерпевшая ФИО5 не явилась в судебное заседание суда 1й инстанции, от нее было получено заявление с просьбой рассматривать уголовное дело в ее отсутствие, в котором ФИО5 поддержала заявленный ею исковые требования в полной мере (т.3, лд156), а так же исковые требования ФИО5 были поддержаны в ходе судебных прений государственным обвинителем (т.3, лд186), в связи с чем суд 1й инстанции правомерно рассмотрел гражданский иск потерпевшей ФИО5 по его существу, и законных оснований для оставления ее гражданского иска без рассмотрения в настоящем случае не имелось.

Что касается доводов апелляционной жалобы адвоката Вагиной Л.В. о том, что судом не учтено, что в материалах уголовного дела отсутствует исковое заявление ФИО5, так как имеющийся на лд151 т.1 документ, обозначенный как исковое заявление, признаками такового не обладает, поскольку потерпевшая в нем просит признать ее истцом, но не просит взыскать сумму ущерба с подсудимых, то судебная коллегия отмечает, что в своем исковом заявлении (т.1, лд151) потерпевшая ФИО5 просит признать ее гражданским истцом на сумму причиненного ей материального ущерба в размере 9.727.000 рублей по факту совершенного в отношении нее ФИО8 и ФИО3 преступления, постановлением следователя ФИО5 признана гражданским истцом по уголовному делу (т.1, лд152), и вправе претендовать на возмещение причиненного ей преступлением материального ущерба с взысканием суммы указанного ущерба с лиц, виновных в совершении преступления, а настоящем случае – с фио и ФИО3

Что касается доводов апелляционной жалобы адвоката Вагиной Л.В. о том, что суд в нарушение ст.268 УПК РФ не разъяснил гражданскому истцу и гражданскому ответчику их права, обязанности и ответственность в судебном разбирательстве, предусмотренные ст.ст.44, 45, 54 и 55 УПК РФ, то указанное обстоятельство не может рассматриваться как основание для отмены решения суда 1й инстанции в части заявленного по уголовному делу гражданского иска. Одновременно судебная коллегия отмечает, что ФИО2 и ФИО3 были ознакомлены с письменными материалами уголовного дела, знали о существовании искового заявления потерпевшей ФИО5 и имели возможность высказывать в судебном заседании свои возражения относительно заявленного ею гражданского иска.

Что касается доводов апелляционной жалобы адвоката Мантышева А.Х. о несправедливости решения суда о взыскании с фио солидарно с фио всей суммы ущерба, поскольку в прямой причинно-следственной связи с их деянием находится только сумма - 1.866.000 рублей, то судебная коллегия еще раз отмечает, что факт получения ФИО3 при содействии фио от потерпевшей ФИО5 только части суммы похищенных у нее путем обмана денежных средств – 1.866.000 рублей - не свидетельствует об отсутствии вины ФИО3 и фио в хищении у ФИО5 всей суммы денежных средств, установленной судом 1й инстанции, учитывая, что ФИО3 и ФИО2 выполняли отведенные им в организованной преступной группе преступные роли, определенные их неустановленным соучастником, реализация которых привела к хищению организованной преступной группой, в состав которой входили ФИО3 и ФИО2, у потерпевшей ФИО5 путем ее обмана денежной суммы в общем размере 9.727.000 рублей.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия считает доводы апелляционных жалоб несостоятельными, а обжалуемый приговор суда 1й инстанции - законным, обоснованным, мотивированным и справедливым, и не видит оснований для изменения или отмены указанного приговора, в том числе - по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, в связи с чем оставляет приговор суда без изменения, а апелляционные жалобы на приговор суда – оставляет без удовлетворения.

На основании вышеизложенного и руководствуясь положениями ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия


ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Перовского районного суда адрес от 25 сентября 2025 года, постановленный в отношении ФИО2, паспортные данные, и ФИО3, паспортные данные, - оставить без изменения, а апелляционные жалобы на указанный приговор суда – оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор суда могут быть обжалованы в кассационном порядке, предусмотренном гл.47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд 1й инстанции, постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня их вступления в законную силу, осужденными – в тот же срок со дня получения ими копий вступивших в законную силу апелляционного определения и приговора суда, а в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. В случае кассационного обжалования апелляционного определения и приговора суда осужденные вправе ходатайствовать о своем личном участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: