Решение № 2-2534/2017 от 10 августа 2017 г. по делу № 2-2534/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 августа 2017 года г. Иркутск

Иркутский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Барахтенко О.В., при секретаре Комине А.А.,

с участием представителя истца ФИО2 – ФИО3,

ответчика ФИО4 и ее представителя ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2534/2017 по иску ФИО2 к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО4, в котором просит взыскать сумму неосновательного обогащения в размере 700 000 руб.

В обоснование заявленных исковых требований истец указала, что ею, ФИО2, 24 марта 2015 года ФИО6, действующему на основании доверенности от 24 марта 2015 года, выданной ФИО4, были переданы денежные средства в размере 700 000 руб. Данная доверенность предусматривает право распоряжаться недвижимым имуществом, поименованным в доверенности, с правом на получение денежных средств.

Указанные денежные средства были переданы истцом в качестве предоплаты за приобретение следующих объектов недвижимого имущества: Кафе «Рябинка» и земельный участок, находящиеся по адресу: Иркутская область, Иркутский район, 9 км Качугского тракта.

Ммежду этими же сторонами было подписано Соглашение о задатке от 24 марта 2015 года, по условиям которого стороны определили следующее:

- Продавец намерен передать Покупателю или третьему лицу по указаниюПокупателя права собственности на недвижимое имущество: кафе «Рябинка» иземельный участок, расположенные на 9 км Качугского тракта;

- Цены объекта составляет 6 900 000 рублей;

- В обеспечение взаимных обязательств по предстоящему отчуждению правсобственности на недвижимое имущество Покупатель передает, а Продавец принимаетзадаток в сумме 700 000 руб.;

- Соглашение действует до 10 апреля 2016 года.

По мнению истца, подписанное между сторонами Соглашение является смешанным договором и содержит в себе элементы предварительного договора купли-продажи (совершен в письменной форме, определены условия основного договора (предмет, его стоимость) и срок для заключения основного договора) и соглашения о задатке (определено обязательство, которое обеспечено задатком и размер задатка).

В совокупности с п. 5 и иными условиями Соглашения следует, что основной договор стороны должны были заключить до 10 апреля 2016 года.

Согласно п. 5, 6 ст. 429 ГК РФ в случаях, если сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса.

Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Ответчиком до окончания срока действия Соглашения были направлены 2 телеграммы: 07 апреля 2017 года и 09 апреля 2017 года (то есть, за 2 дня и за день до срока, определенного Соглашением):

по месту работы истца в косметологический центр Casa Blanka. При этом попытка вручения данной телеграммы была не самому истцу, а только администратору косметологического центра Casa Blanka, которая отказалась их получать, поскольку телеграммы были адресованы иному получателю;

по месту проживания истца телеграмма вручена только 11 апреля 2017 года, то есть за сроками, предусмотренными для заключения основного договора.

Текст данных телеграмм сводился к необходимости прийти к назначенному времени для регистрации сделки по купли-продажи кафе «Рябинка».

Ответчиком не направлялись в разумные сроки по адресу проживания истца ни письма с предложением заключить основной договор, ни проект основного договора, при этом ответчик по условиям Соглашения располагал сведениями об адресе истца.

Ответчик впоследствии также не воспользовался своим правом на обращение в суд в порядке, предусмотренном п. 5 ст. 429 ГК РФ, с иском о понуждении истца заключить основной договор.

Иные телеграммы были направлены за пределами срока заключения основного договора, поэтом в силу ст. 59 ГПК РФ не являются относимыми доказательствами по делу.

По мнению истца, действия ответчика по направлению телеграммы с предложением заключить основной договор в предпоследний день оговоренного сторонами срока для совершения намерения по заключению основного договора не является выполнением обязательства, предусмотренного ч. 6 ст. 429 ГК РФ, поскольку у ответчика не имелось разумного срока для заключения основного договора.

Истец в установленный Соглашением срок также не направлял в адрес ответчика юридически значимых сообщений и не совершал иных действий, направленных на заключения основного договора.

Поскольку ни одна из сторон в согласованный в предварительном договоре срок не направила другой стороне надлежащее предложение заключить основной договор, то обязательство из предварительного договора, обеспеченное задатком, прекратилось в силу закона (п. 6 ст. 429 ГК РФ).

В свою очередь, прекращение основного обязательства влечет прекращение обеспечивающего его обязательства (п. 4 ст. 329 ГК РФ), в данном случае - обязательства уплаченного в пользу ответчика задатка.

При изложенных обстоятельствах на стороне ответчика образовалось неосновательно сбереженное имущество в размере невозвращенной суммы (п. 1 ст. 1102 ГК РФ).

Об авансовом характере платежа также свидетельствует тот факт, что в расписке от 24 марта 2017 года данную сумму ответчик принял от истца в качестве предоплаты, при этом указанная расписка была составлена и подписана непосредственно представителем ответчика, которым было подписано и Соглашение.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела была извещена надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания, сведений об уважительности причин своей неявки суду не представила. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить.

Представитель истца ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании исковые требования своего доверителя поддержал в полном объеме, подтвердив доводы, изложенные в редакции уточненного искового заявления. Полагал, что требования заявлены законно и обоснованно, следовательно, подлежат удовлетворению в полном объеме.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, представив суду свои возражения в письменном виде. Полагала, что предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска не имеется.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5 в судебном заседании позицию своей доверительницы поддержал, также просил в удовлетворении заявленных требований отказать, пояснив суду, что заключенное между сторонами соглашение о задатке, содержит все необходимые элементы предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества. Подписывая соглашение о задатке, стороны согласовали все существенные условия необходимые для заключения основного договора купли-продажи недвижимого имущества (предмет договора, цену, срок для заключения основного договора), кроме того стороны пришли к соглашению об обеспечении исполнения обязательств по заключению основного договора задатком. По своей правовой природе указанное соглашение является предварительным договором купли-продажи, обеспеченным задатком. ФИО4 в материалы дела представлены копии телеграмм с предложением о заключении основного договора купли-продажи недвижимости, направленных по месту жительства и работы. Телеграммы были направлены по адресам постоянного жительства и работы истца, которые она сама сообщила при оформлении договоров. Таким образом, телеграммы направлялись за 5, за 3 и за 1 день до истечения срока, предусмотренного соглашением о задатке для оформления основного договора купли-продажи недвижимости. Ни одна из направленных телеграмм не была вручена адресату с первой попытки. Полагал, что истец сознательно уклонилась от получения телеграмм в срок до 10 апреля 2016 года. То обстоятельство, что ни ответчик, ни его представители не направляли истцу никаких сообщений ранее, объясняется тем, что вплоть до 03 апреля 2016 года истица подтверждала свои намерения на оформление основного договора купли-продажи на условиях, согласованных сторонами в соглашении о задатке. Необходимость в направлении телеграмм возникла лишь тогда, когда истец и ее супруг перестали отвечать на телефонные звонки. При этом, в течении срока действия соглашения о задатке, предложений о пересмотре условий, на которых предполагалось заключить основной договор купли-продажи, ни одна сторона не делала. Подписание соглашения о задатке и передача денежных средств состоялись 24 марта 2015 года около 11 часов утра единовременно, в офисе агентства недвижимости «Слобода» по адресу: <...>. При подписании соглашения представитель агентства недвижимости подробно, со ссылкой на нормы Гражданского кодекса РФ, разъяснил сторонам последствия передачи задатка. При таких обстоятельствах, у истца не имеется законных оснований требовать возврата внесенного ею задатка, поскольку именно истец проигнорировала свои обязательства по заключению основного договора купли-продажи недвижимости.

Выслушав пояснения сторон и их представителей, допросив свидетеля, изучив письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований, исходя из следующего.

Согласно п. 1 ст. 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

В силу пункта 6 указанной нормы обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Пунктом 1 ст. 329 ГК РФ предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пп. 1, 3 ст. 380 ГК РФ задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения. В случае сомнения в отношении того, является ли сумма, уплаченная в счет причитающихся со стороны по договору платежей, задатком, в частности вследствие несоблюдения правила, установленного пунктом 2 названной статьи, эта сумма считается уплаченной в качестве аванса, если не доказано иное.

Судом установлено, что 24 марта 2015 года между ФИО6, действующим по доверенности за ФИО4 (Продавец), и ФИО2 (Покупатель) было заключено соглашение о задатке, в соответствии с условиями которого Продавец намерен продать Покупателю или третьему лицу по указанию Покупателя права собственности на кафе «Рябинка» и земельный участок общей площадью 117 кв.м. по адресу: ...., 9 км Качугского тракта (п. 1 Соглашения).

Цена Объекта составляет 6 900 000 руб. (п. 2 Соглашения).

Пунктом 3 Соглашения сторонами предусмотрено, что в обеспечение взаимных обязательств по предстоящему отчуждению права собственности на Объект Покупатель передает Продавцу, а Продавец принимает от Покупателя задаток в сумме 700 000 руб.

Соглашение вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до 1 апреля 2016 года (п. 5 Соглашения).

Указанное соглашение о задатке подписано сторонами.

Исходя из положений п. 1, 3 ст. 421 ГК РФ, стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Учитывая изложенное, принимая во внимание позицию сторон, суд приходит к выводу о том, что указанное соглашение о задатке является смешанным договором, поскольку содержит элементы предварительного договора купли-продажи и соглашения о задатке.

В подтверждение факта передачи денежной суммы в размере 700 000 руб. стороной истца в материалы дела представлена расписка от 24 марта 2015 года, в соответствии с которой ФИО6 получил предоплату за помещение, находящееся на 9 км Качугского тракта (кафе «Рябинка» и земельный участок, общей площадью 117 кв.м., адрес: Иркутская область, Иркутский район, 9 км Качугского тракта, на землях МИПП Урожай, в размере 700 000 руб. от ФИО1.

Факт получения представителем ФИО4 – ФИО6 денежных средств от ФИО2 в размере 700 000 руб. в ходе рассмотрения дела по существу не оспаривался.

Установлено, что в срок до 10 апреля 2016 года основной договор купли-продажи указанных выше объектов недвижимости сторонами в установленном законом порядке не был заключен.

Гражданско-правовой договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (п. 2 ст. 432 ГК РФ). Форма оферты должна соответствовать форме заключаемого договора. В силу п. 3 ст. 434 ГК РФ письменная форма договора считается соблюденной, даже если письменное предложение заключить договор принято без акцепта в письменной форме по основанию п. 3 ст. 438 ГК РФ.

Относимых и допустимых доказательств того, что соответствующее предложение заключить основной договор, в срок до 10 апреля 2016 года включительно какой-либо из сторон предварительного договора (каковым является соглашение о задатке) было направлено, в материалах дела не имеется.

Направление ответчиком истцу телеграммы с требованием заключить основной договор осуществлено в неразумный срок до дня истечения срока действия предварительного договора (соглашения о задатке). При этом телеграмма, направленная ФИО2 не по месту жительства, а по месту работы, в соответствии с положениями ст. 165.1 ГК РФ не может повлечь для ФИО2 юридически значимые последствия. Указанная телеграмма не может быть расценена как совершение действий, направленных на заключение основного договора, поскольку она направлена не по адресу истца, указанному в заключенном между сторонами соглашении о задатке. Тогда как телеграмма, направленная по месту жительства ФИО2, получена ею за пределами срока, установленного сторонами для заключения основного договора. Представленная стороной ответчика телеграмма от 05 апреля 2016 года от имени ФИО7 – риэлтора АН «Слобода» исходила не от ответчика или его представителя по доверенности, а от иного лица, которое стороной по договору не является.

Предоставленным п. 5 ст. 429 ГК РФ правом на понуждение заключить основного договора ответчик не воспользовался.

Поскольку ни одна из сторон в согласованный в предварительном договоре срок не направила другой стороне надлежащее предложение заключить основной договор, то обязательство из предварительного договора, обеспеченное задатком, прекратилось в силу закона (п. 6 ст. 429 ГК РФ). В свою очередь, прекращение основного обязательства влечет прекращение обеспечивающего его обязательства (п. 4 ст. 329 ГК РФ), в данном случае - обязательства уплаченного в пользу ответчика задатка.

При изложенных обстоятельствах на стороне ответчика образовалось неосновательно сбереженное имущество в размере невозвращенной суммы задатка (п. 1 ст. 1102 ГК РФ), которое подлежит взысканию с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО2.

Оснований, предусмотренных п. 2 ст. 381 ГК РФ, для оставления задатка ответчику или уплаты двойной суммы задатка истцу, суд не усматривает. Установленные данной нормой последствия по своей правовой природе являются мерой ответственности за неисполнение одной из сторон обеспеченного задатком обязательства, в данном случае - обязательства из предварительного договора заключить основной договор.

В рассматриваемом случае обе стороны предварительного договора не направили в согласованный им срок надлежащего предложения о заключении основного договора. При этом, предварительный договор (каковым является соглашение о задатке) не содержит описания конкретных действий, которые каждая из сторон обязана предпринять для заключения основного договора. Последнее, исходя из положений ст. ст. 1, 2, 8, 421, 429, 431 ГК РФ, предполагает, что таковое предложение могло быть направлено любой стороной предварительного договора.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля риэлтор АН «Слобода» ФИО7, сопровождавший сделку между сторонами, также подтвердил, что кроме телеграммы и телефонных звонков в адрес истца им никаких мер по направлению от имени ФИО4 в адрес ФИО2 предложения о заключении основного договора купли-продажи не предпринималось.

С учетом изложенного нельзя признать доказанным, что основной договор не заключен между сторонами исключительно по вине истца. Сам по себе факт утраты истцом интереса к приобретению имущества ответчика не свидетельствует о наличии вины истца как потенциального покупателя имущества.

Доводы стороны ответчика о применении к возникшим правоотношениям положений ч. 4 ст. 380 ГК РФ суд оценивает критически, исходя из того, что ч. 4 ст. 380 ГК РФ, введенная в действие Федеральным законом от 08 марта 2015 года № 42-ФЗ, вступила в действие с 01 июня 2015 года, т.е. после заключения между сторонами соглашения о задатке.

Одновременно подписывалось соглашение о задатке, расписка о получении денежных средств и передавались непосредственно сами денежные средства, либо в разное время в течение дня правового значения для рассмотрения настоящего гражданского дела не имеет.

При этом, исходя из положений ст.ст. 182, 185 ГК РФ, денежные средства подлежат взысканию именно с ФИО4, учитывая, что ФИО6 при заключении сделки и получении денежных средств действовал в ее интересах на основании нотариально удостоверенной доверенности серии 38АА №1636285 от 24 марта 2015 года, которой предусмотрено его право пользоваться и распоряжаться принадлежащими ФИО4 на праве собственности объектами недвижимого имущества, а также право получать деньги за проданные объекты.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также подлежит взысканию государственная пошлина в размере 10 200 руб., уплаченная истцом при подаче иска в суд.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО4 - удовлетворить.

Взыскать с ФИО4, **/**/**** года рождения, уроженки г. .... в пользу ФИО2 неосновтаельное обогащение в размере 700 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 200 руб.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Иркутский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: О.В. Барахтенко