Решение № 2-451/2020 2-451/2020~М-380/2020 М-380/2020 от 1 июля 2020 г. по делу № 2-451/2020

Дело №2-451/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

2 июля 2020 года г. Карасук

Карасукский районный суд Новосибирской области в составе

председательствующего судьи Недобор С.Н.

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2

при секретаре Кузменко Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Карасукском районе Новосибирской области (межрайонное) о признании решения незаконным и его отмене, обязании назначить досрочную пенсию

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Карасукском районе Новосибирской области (межрайонное) о признании решения незаконным и его отмене, обязании назначить досрочную пенсию, в обоснование требований указав, что 08.04.2020 года она обратилась к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии в связи с воспитанием ребёнка-инвалида с детства до возраста восьми лет. Её общий трудовой стаж составляет более 30 лет, она достигла возраста 50 лет. Решением ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Карасукском районе Новосибирской области (межрайонное) №237588/20 от 20.04.2020 г. в назначении пенсии ей было отказано по тем основаниям, что она занимает должность государственной гражданской службы, а в соответствии с п.1.1 ч.1 ст.8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия лицам, замещающим должности государственной гражданской службы РФ, в соответствии с п.1 ч.1 ст.32 ФЗ в 2020 году назначается по достижении возраста 50 лет + 24 месяца, то есть, право на страховую пенсию у неё возникнет только 08.05.2022 года. С решением она не согласна, поскольку имеет страховой стаж более 15 лет, воспитывала ребенка-инвалида до возраста восьми лет и считает, что замещение должности федеральной государственной гражданской службы не может препятствовать назначению досрочной страховой пенсии по указанным ответчиком основаниям. Пенсия родителям, воспитавшим ребёнка-инвалида до достижения им возраста восьми лет, назначается как мера социальной поддержки, обусловлена приоритетом интересов и благосостояния детей, отражает признание общественной значимости осуществления ухода за такими детьми. При этом воспитание ребёнка-инвалида сопряжено с повышенными психологическими и эмоциональными нагрузками, физическими и материальными затратами. Назначение страховой пенсии по старости государственным служащим в ином порядке вызвано иными причинами. Применение указанных норм в совокупности приведет к нарушению социальной справедливости в отношении граждан, которые занимают государственные должности, по сравнению с гражданами, которые осуществляют трудовую деятельность в иной сфере, при том, что и те и другие граждане в силу сложившихся жизненных обстоятельств воспитывая детей-инвалидов, имеют право на равные социальные права. Принятое ответчиком решение об отказе в назначении ей страховой пенсии по старости нарушает её права и ставит в неравное положение в отношении других матерей детей-инвалидов, которые не являются государственными служащими и могут реализовать свое право досрочного выхода на пенсию в 50 лет. Истец полагает, что она приобрела право на страховую пенсию, как родитель, воспитавший ребенка-инвалида до достижения им возраста 8 лет, т.к. она достигла возраста 50 лет, величина её индивидуального пенсионного коэффициента более 30 и её страховой стаж на дату обращения в пенсионный орган составил более 15 лет, поэтому страховая пенсия по старости должна быть назначена ей ранее достижения возраста, установленного ст.8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях». Отказывая ей в назначении страховой пенсии по старости досрочно, ответчик необоснованно руководствуясь п.1.1. части 1 ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» лишил её права на досрочное назначение страховой пенсии по старости на том основании, что она занимает должность государственной гражданской службы Российской Федерации. Это приводит к нарушению конституционного принципа равенства перед законом (ст.19 Конституции Российской Федерации), нарушению социальной справедливости в отношении неё, поскольку она занимает должность государственной гражданской службы, по сравнению с другими гражданами, которые имеют страховой стаж более 15 лет и индивидуальный пенсионный коэффициент не менее 30, но на дату обращения в пенсионный орган трудовой деятельностью не занимаются, либо осуществляют трудовую деятельность в иных сферах, при том, что и другие граждане, также как и она, воспитывали детей-инвалидов с детства, имеют право на равные социальные права и должны пользоваться равной социальной защитой.

Истец просит признать незаконным и отменить решение ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Карасукском районе Новосибирской области (межрайонное) №237588/20 от 20.04.2020 г. об отказе в установлении (выплате) ей пенсии, обязать ответчика назначить ей досрочную страховую пенсию по старости с 8 мая 2020 года по основаниям пункта 1 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, суду пояснила, что обратилась в декабре 2019 года, за полгода до возникновения права. 8 апреля 2020 года ей позвонила специалист 7 и просила лицевой счет карты, куда перечислять денежные средства. 9 апреля 2020 года ей позвонили и сказали, что пенсия не положена. Она пришла в пенсионный орган, её просили написать заявление об отказе, но она данное заявление писать не стала, ей пришел отказ. Она занимает должность государственного гражданского служащего.

Представитель ответчика ГУ - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Карасукском районе Новосибирской области (межрайонное) ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала представленный отзыв, согласно которому ФИО1 обратилась с заявлением о назначении страховой пенсии в соответствии с п.1 ч.1 ст.32 Федерального закона «О страховых пенсиях». При этом ФИО1 являлась и является государственным гражданским служащим, что подтверждается трудовой книжкой. В соответствии с ч.1.1 ст.8 закона лицам, замещающим государственные должности Российской Федерации и замещаемые на постоянной основе государственные должности субъектов Российской Федерации, замещаемые на постоянной основе муниципальные должности, должности государственной гражданской службы Российской Федерации и должности муниципальной службы, страховая пенсия по старости назначается по достижении ими в соответствующем году возраста, указанного в Приложении 5 к Федеральному закону. Истец приобрела право на пенсию по п.1 ч.1 ст.32 Закона №400-ФЗ, но законодатель ставит во взаимосвязь ст.32 и ч.1.1 ст.8 Закона №400-ФЗ и соотносит их вместе в Приложение №5. Определяя дату назначения пенсии ФИО1 и, учитывая, что право возникло с 8 мая 2020 года, истец является гражданским служащим, к дате следует прибавить 24 месяца. В иске просит отказать.

Суд, выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Одним из условий назначения страховой пенсии по старости согласно ст.8 Федерального закона от 28.12.2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» является достижение гражданином определенного возраста. По общему правилу страховая пенсия назначается по достижении мужчинам 60 лет, а женщинам - 55 лет.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.32 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 одному из родителей инвалидов с детства, воспитавшему их до достижения ими возраста 8 лет: мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж соответственно не менее 20 и 15 лет.

Таким образом, право на досрочное назначение страховой пенсии по указанному основанию возникает у одного из родителей ребенка-инвалида с детства, воспитавшего его до достижения 8 лет.

Согласно ч.1.1 ст.8 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» лицам, замещающим государственные должности Российской Федерации и замещаемые на постоянной основе государственные должности субъектов Российской Федерации (далее - государственные должности), замещаемые на постоянной основе муниципальные должности (далее - муниципальные должности), должности государственной гражданской службы Российской Федерации и должности муниципальной службы (далее - должности государственной гражданской и муниципальной службы), страховая пенсия по старости назначается по достижении ими в соответствующем году возраста, указанного в приложении 5 к настоящему Федеральному закону.

В соответствии с приложением №5 к Федеральному закону №400-ФЗ возраст, по достижении которого назначается страховая пенсия по старости в период замещения государственных должностей, муниципальных должностей, должностей государственной гражданской и муниципальной службы, определяется в соответствии с ч.1 ст.8 и ст.ст.30 - 33 настоящего Федерального закона плюс 24 месяца, если гражданин приобретает право на назначение пенсии в 2020 году.

В судебном заседании установлено, что истец является матерью 8., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельствами о рождении и перемене имени. Из медицинского заключения №51 на ребенка (подростка) инвалида с детства в возрасте до 16 лет от 14 августа 1995 года следует, что 9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения имеет заболевание и патологическое состояние, соответствующее разделу А пункту I подпункту 2 «Перечня медицинских показаний, дающих право на получение пособия на детей-инвалидов с детства в возрасте до 16 лет». Из медико-социального заключения на ребенка-инвалида №51 от 28.07.1997 г. на 10. ДД.ММ.ГГГГ года рождения следует, что она признается инвалидом сроком на 2 года до 1 сентября 1999 года. Из ответа на запрос из ГБУЗ НСО «Купинская ЦРБ» следует, что 11., ДД.ММ.ГГГГ года рождения являлась инвалидом с детства с период с 14.08.1995 г. по 01.09.1999 г., о чем свидетельствуют записи участкового педиатра в форме 112 (истории развития ребенка).

08.04.2020 г. ФИО1 обратилась с заявлением о назначении пенсии в ГУ - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Карасукском районе Новосибирской области (межрайонное) и просила назначить ей страховую пенсию по старости. 08.05.2020 г. ФИО1 достигла возраста 50 лет. Согласно решению об отказе в установлении (выплате) пенсии №237588/20 от 20.04.2020 г. ФИО1 отказано в назначении страховой пенсии по старости по пункту 1 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях», учитывая, что заявителем не выполнено условие согласно приложению №5.

На момент обращения истца с заявлением о назначении страховой пенсии по старости родителю инвалида с детства, её страховой стаж составлял более 15 лет, истец родила и воспитывала до 8-летнего возраста ребенка-инвалида, на 8 мая 2020 года достигла возраста 50 лет.

На момент обращения и на момент рассмотрения дела судом истец занимает должность государственной гражданской службы, работает помощником судьи в Купинском районном суде Новосибирской области, что подтверждается копией трудовой книжки. Указание в заявлении от 8 апреля 2020 года и анкете сведений о том, что должности государственной гражданской службы ФИО1 не замещает, не соответствуют действительности.

Исходя из положений Федерального закона №400-ФЗ, законодатель установил определенный возрастной ценз для приобретения права на назначение страховой пенсии по старости в период замещения гражданином соответствующей должности государственной (муниципальной) службы. В Приложении №5 указано в наименовании первой графы о том, что в графе указан год, в котором гражданин приобретает право на назначение страховой пенсии по старости в соответствии с ч.1 ст.8 и статьями 30-33 настоящего Федерального закона, таким образом, ч.1 ст.8 и ст.30-33 Закона используются в совокупности.

Как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2019 года №3370-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Т. на нарушение ее конституционных прав пунктами 1 и 5 статьи 5 Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части увеличения пенсионного возраста отдельным категориям граждан» такая дифференциация направлена на обеспечение в пенсионной системе баланса частных и публичных интересов, основана на специфике осуществляемой данными категориями граждан профессиональной деятельности, в силу чего не может рассматриваться как нарушающая их права, поскольку, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционный принцип равенства, гарантируя одинаковые права и обязанности для лиц, относящихся к одной категории субъектов права, не исключает возможность установления дифференцированного режима для различных категорий лиц, если такая дифференциация обусловлена объективными факторами и не носит произвольного, дискриминирующего характера.

Таким образом, исходя из требований законодательства, при занятии ФИО1 должности государственной гражданской службы право на назначение страховой пенсии по старости по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.32 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях», у неё возникает через 24 месяца после даты возникновения права, которой является 8 мая 2020 года.

Решение ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Карасукском районе Новосибирской области (межрайонное) от 20 апреля 2020 года является законным и обоснованным.

Руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Карасукский районный суд.

Решение в окончательной форме принято 5 июля 2020 года.

СУДЬЯ: подпись

Решение не вступило в законную силу.

Подлинное решение вшито в материалы гражданского дела №2-451/2020, которое находится в производстве Карасукского районного суда Новосибирской области.