Приговор № 1-37/2021 от 18 июля 2021 г. по делу № 1-37/2021

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.п. Никель 19 июля 2021 год

Печенгский районный суд Мурманской области в составе: председательствующего судьи Мазурова Д.Н., при секретаре Богдановой С.Н., с участием государственного обвинителя от Печенгской районной прокуратуры Мурманской области заместителя прокурора Тарана О.В., подсудимой ФИО1, защитника Коршунова А.Е., рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1 ФИО22, родившейся *.*.* в <адрес>, гражданки Российской Федерации, зарегистрированной по адресу: <адрес>, проживающей по адресу: <адрес>, не трудоустроенной, со средним образованием, разведенной, не судимой, под стражей содержащейся с 23.12.2020г.,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации

установил:

ФИО1 умышленно причинила Х. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшей, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

Во время с 21 часов 30 минут 18 декабря 2020 года до 14 часов 02 минут 19 декабря 2020 года ФИО1, находясь по месту жительства по адресу: <адрес>, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, действуя умышленно с целью причинения тяжкого вреда здоровью, нанесла потерпевшей Х. в область головы удары твердым тупым предметом, используя его в качестве оружия, причинив в результате своих умышленных действий Х. повреждения, вызвавшие комплекс острых патологических состояний, включающий в себя: <данные изъяты>, является единым целым повреждением, образующие комплекс повреждений, который не может быть разделен, так как каждое последующее травматическое воздействие только усугубляли (отяжеляли) друг друга, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и причинение по неосторожности смерти Х., наступившей не позднее 14 часов 02 минут 19 декабря 2020 года на месте происшествия.

В судебном заседании ФИО1 не признала себя виновной в совершении преступления, показав суду, что к причинению смерти Х. она не причастна, ударов ей не наносила и не ссорилась с ней. В привычке Х. при жизни было злоупотреблять алкоголем, который она употребляла регулярно и вследствие опьянения теряла координацию движений, от чего часто падала. По всей видимости, подобные события произошли и в день смерти потерпевшей. Х. вновь выпила и отсутствовала дома, где, скорее всего, получила повреждения, повлекшие ее смерть. В ходе следствия она оговорила себя, взяв вину на себя, в результате оказанного на нее давления в виде обещания, что если она признает свою виновность, то останется на свободе.

Вместе с тем предъявленное ФИО1 обвинение нашло свое полное подтверждение в соответствии с исследованными в судебном разбирательстве доказательствами.

Так, согласно показаниям ФИО1, ранее данными при производстве предварительного расследования, в день происшествия между ней и Х. произошла ссора на почве того, что Х. в состоянии алкогольного опьянения шумно себя вела, выходила в тамбур к соседям, гремела у себя в комнате. Х. проявила к ней агрессию и стала на нее наступать, замахивалась руками, в связи с чем, она оттолкнула ее, отчего та ударилась об компьютерный стол, а затем взяла попавшуюся под руку доску и несколько раз ударила ею по голове потерпевшей. После этого Х. заперлась у себя в комнате, придвинув к двери кресло, чтобы не было возможности войти, а она дождалась дочь, которая вернулась домой около полуночи, попросила ее проведать бабушку и легла спать. На следующий день дочь разбудила ее, сообщив, что Х. не выходит из комнаты и не отвечает. Заглянув в приоткрытую дверь в комнату к потерпевшей, она увидела ее сидящей в кресле без признаков жизни и вызвала бригаду скорой медицинской помощи, которая констатировала смерть пострадавшей. Доску, которой она била Х., она приготовила к выносу на помойку, когда прибиралась в комнате потерпевшей после осмотра места происшествия полицией. Х. своими запойными явлениями мешала ей жить, вызывала беспокойство неадекватным поведением, оскорбляла ее мошенницей и грозилась выгнать из квартиры (т.2 л.д.15-24, 39-43).

Свои показания в ходе проверки показаний на месте, зафиксированные на видеозаписи, воспроизведенной в суде, ФИО1 полностью подтвердила, уточнив их визуально путем демонстрации на манекене, как, каким предметом и куда она нанесла удары потерпевшей Х., причинив травмы, повлекшие ее смерть. В частности ФИО1 показала, что била потерпевшую по голове ребром доски и ее плоской поверхностью, ухватившись за доску обеими руками (т.2 л.д.25-33).

Эти показания ФИО1 полностью согласуются с другими доказательствами, собранными по уголовному делу:

- показаниям потерпевшей Потерпевший №1, которая в суде и ранее в ходе предварительного расследования показала, что между ее бабушкой потерпевшей Х. и ее матерью подсудимой ФИО1 существовали сложные отношения, отягощенные жилищным вопросом, так как ее мать проживала на жилой площади бабушки, чего потерпевшая не желала. После смерти дедушки бабушка стала прибегать к алкоголю и часто выпивала, в том числе в компании с матерью, после чего они ссорились, вспоминая старые обиды. Бабушка жаловалась ей на то, что мать ее побивает и показывала ей синяки и ссадины, но мать эти доводы отрицала и говорила, что бабушка сама упала и ударилась, что могло быть на самом деле. В то же время мать в отличие от бабушки в состоянии алкогольного опьянения становилась агрессивной, затевала ссору с бабушкой, цеплялась к ней. В день события она провела первую половину дня с матерью, они сделали ей покупки, а потом она ушла гулять с подругами и вернулась домой около полуночи. Бабушка была еще жива, она с ней пообщалась, подала по ее просьбе кофе, но внутрь комнаты не заходила, так как бабушка по своему обыкновению заперлась в комнате, придвинув к двери кресло. Утром ее удивило, что кофе остался нетронутым, бабушка из комнаты не вышла и не откликается. Она разбудила мать и та вызвала скорую медицинскую помощь, констатировавшую смерть бабушки. Ей было страшно, поэтому в комнату бабушки она не заходила. Мать ей о произошедшей ссоре с бабушкой не рассказывала, сама бабушка тоже ничего ей не говорила (т.1 л.д.124-132);

- протоколами осмотра места происшествия с фототаблицей и дополнительного осмотра жилища по адресу: <адрес>, где в комнате № в кресле, обращенном спинкой к входной двери, в полусогнутом положении находится труп Х. с признаками насильственной смерти в виде повреждений в области головы. В помещении обнаружены доска из ДСП со следами вещества бурого цвета, идентифицированные с помощью теста «гемофан» как кровь и такие же следы расположены на стене в виде брызг, на диване, постельных принадлежностях и одежде трупа. Компьютерный стол развален, находившиеся на нем предметы опрокинуты. В ходе дополнительного осмотра места происшествия были изъяты ранее обнаруженные доска из ДСП, постельные принадлежности и предметы одежды, имеющие на себе следы вещества красно-бурого цвета, идентифицированные при первом осмотре, как кровь, а также изъят мобильный телефон марки «Micromax» (т.1 л.д.27-42, 50-72);

- протоколом осмотра трупа Х. с повреждениями в области головы (т.1 л.д.43-46);

- заключениями экспертов о том, что на представленном на исследование предполагаемом орудии травмы (доска, изъятая с места происшествия), обнаружена кровь человека, которая могла произойти от потерпевшей Х. и образовалась вследствие контактов поверхностей доски с окровавленным предметом или жидкой крови из источников наружного кровотечения на теле потерпевшей. При сопоставлении морфологических свойств доски с лоскутами кожи из лобной области головы от трупа Х. экспертами установлено, что они образовались не менее чем от пяти раздельных травматических воздействий и могли быть причинены представленной на исследование доской. Этим же предметом мог быть причинен линейный конструкционный перелом на фрагменте свода черепа от трупа Х. (т.2 л.д.169-175, 181-189, 195-202);

- заключением судебно-медицинского эксперта, согласно которому причиной смерти Х. явился комплекс острых патологических состояний, включающий в себя: <данные изъяты>), образовавшейся не менее чем от однократного воздействия твердого тупого предмета, имеющего в своем строении ограниченные контактные поверхности в виде ребра или узких граней, давностью возникновения от 3 до 24 часов к моменту наступления смерти, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Кроме того, экспертом на трупе Х. обнаружены три ушибленные раны и ссадина на кожном покрове лобной области с кровоизлиянием и повреждением апоневроза, образованные от трех ударных травматических воздействий тупого твердого предмета, имеющего те же характеристики и ту же давность образования, сами по себе влекущие легкий вред здоровью человека. Две ушибленные раны кожного покрова левой височной области с кровоизлиянием на внутренней поверхности, возникшее во время от 3 до 24 часов до момента наступления смерти вследствие двух ударных травматических воздействий твердого тупого предмета с теми же характеристиками, расценивающиеся как легкий вред здоровью человека. <данные изъяты>, является единым целым повреждением, причинившие вред здоровью средней тяжести по признаку кратковременного расстройства здоровья, полученные около 3 часов до наступления смерти также в результате травматических воздействий твердого тупого предмета, характерные свойства которого не идентифицируются.

Несмотря на то, что выявленные экспертом повреждения, кроме ушибленной раной правой теменной области с линейным конструкционным переломом правой теменной кости, тяжкого вреда здоровью не влекут, они должны оцениваться в комплексе прижизненных повреждений, который не может быть разделен, так как каждые последующие травматические воздействия только усугубляли (отяжеляли) друг друга и квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью Х. по признаку опасности для жизни человека и все указанные повреждения находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Х.

Перечисленные повреждения не сопровождались пульсирующим кровотечением либо активным истечением, так как не затрагивают области расположения магистральных артерий и вен.

При судебно-химическом исследовании крови от трупа Х. установлено наличие этилового спирта в концентрации 0,8 ‰ (т.2 л.д.77-96).

- заключениями экспертов, которыми была определена кровь потерпевшей Х., относящаяся к группе Ар, которая была обнаружена на смывах с обоев, фрагментах ткани с мягкой мебели, кресла и дивана, наволочке, одеяле, доске, предметах одежды, изъятых с трупа Х., халате и кофте, футболке и брюках, биологическом материале, взятом от трупа. Следы крови отобразились на объектах в виде помарок, пропитывания, капель, брызг. Крови потерпевшей Х. на одежде ФИО1, футболке, шортах не обнаружено (т.1 л.д.237-242, т.2 л.д.111-120, 126-131, 137-142, 149-153).

Изъятые при производстве предварительного следствия предметы одежды с трупа Х. и взятые у подсудимой ФИО1 (банный халат, кофта, трикотажный халат, футболка, бриджи, брюки, рубашка-поло, трусы), постельные принадлежности (простынь, наволочка, одеяло), мобильный телефон марки «Micromax», доска из ДСП, биологические образцы от трупа Х. в виде срезов ногтевых пластин, волос и смывов с рук и с других участков тела Х., <данные изъяты> Х., ватный диск, фрагменты обивочной ткани с мягкой мебели с пятнами вещества бурого цвета были согласно требованиям уголовно-процессуального закона осмотрены и приобщены к материалам дела как вещественные доказательства (т.1 л.д.183-186, 187-192, 193-201, 202-206, 207-210, 211-214, 215-219, 220-223, 224-227, 228-232, 233-237, 238-240, 241-243, 244-246, 247-250, 251-252).

Доска из ДСП, как видно из протокола осмотра, представляет собой твердый тупой предмет прямоугольной формы размерами 49,5х30,0см, толщиной 1,8см, имеющий боковые грани, прямоугольные углы (т.1 л.д.207-210).

Следователем были допрошены в качестве свидетелей соседи потерпевшей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, которые подтвердили, что Х. в последнее время жизни злоупотребляла спиртным и занимала у соседей деньги на алкоголь, а также в состоянии алкогольного опьянения могла проявить необычность в поведении, например, однажды стучалась к Свидетель №4 с просьбой переночевать, хотя имеет свое жилье. Свидетель №6 приобретала для Х. продукты и слышала периодически доносившиеся из ее квартиры звуки ссоры двух женщин. Однако Х. не была агрессивным человеком, всегда отдавала свои долги по получении пенсии, жалоб на побои со стороны своей невестки не предъявляла. Свидетель №3, Свидетель №5 в день смерти видели Х. живой, она возвращала им заемные средства, признаков алкогольного опьянения, а также следов травм они у потерпевшей не заметили (т.1 л.д.156-159, 160-163, 164-166, 167-170, 171-174).

Показания свидетеля Свидетель №2 в той части, что ей известно, что ФИО1 периодически избивает Х., как выяснилось в суде, были построены на слухах, в связи с чем, не могут быть использованы судом (пункт 2 части 2 статьи 75 УПК РФ).

Свидетель Свидетель №1 на допросе у следователя показала, что Х. приходится ей родной сестрой. В последние годы жизни с потерпевшей они ни не виделись, но общались по телефону, в разговоре Х. жаловалась ей на частые ссоры с невесткой ФИО1 по любому поводу, и говорила, что та ее бьет (т.1 л.д.150-155).

Изложенные доказательства суд оценивает как достоверные, относимые и допустимые, а их совокупность считает достаточной для доказанности вины ФИО1 в совершении преступления. Исследованные в суде доказательства были получены с соблюдением процессуальных требований закона, согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, противоречий не имеют и соответствуют установленной судом реальной картине происшествия.

Доводы ФИО1 о непричастности к причинению Х. тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей, суд находит необоснованными, мотивы, по которым были отвергнуты ранее данные ею показания, надуманными, так как материалами уголовного дела заявление подсудимой о самооговоре опровергается.

Как видно из содержания соответствующих протоколов показания ФИО1 в качестве подозреваемой и обвиняемой были даны ею добровольно с участием защитника, что исключает применение недозволенных методов расследования. При этом показания ФИО1 подтверждаются другими доказательствами по уголовному делу и соответствуют им вплоть до мельчайших подробностей. В частности указанный ФИО1 механизм нанесения Х. ударов в область головы доской в точности соответствует заключениям экспертов о локализации и характере причинения вреда здоровью потерпевшей именно тем предметом, о котором показала подсудимая.

По видеозаписи проверки показаний ФИО1 на месте происшествия четко прослеживается, что ФИО1, реконструируя произошедшие события, действует свободно, самостоятельно без подсказок, принуждения или какого-либо иного вмешательства следователя в процесс дачи показаний.

Права подозреваемой, в том числе право не свидетельствовать против себя и своих близких родственников, ФИО1 были разъяснены, в производстве следственного действия участвовал защитник, жалоб и замечаний на протокол не последовало.

Допрошенный в суде в качестве свидетеля оперативный уполномоченный полиции Л., на которого ФИО1 указала, как на лицо, понудившее ее признать свою вину, опроверг заявление подсудимой и показал суду, что ФИО1 была вольна в своих действиях, никакого давления или принуждения на нее не оказывалось, условий не ставилось.

По показаниям эксперта Эксперт №1 повреждения Х., повлекшие ее смерть, не могли быть причинены в результате падения из положения стоя, так как имеют разную направленность по вертикали и горизонтали, разностороннюю локализацию и механизм их образования преимущественно связан с ударными воздействиями с достаточной силой доской, а именно ребром, ребрами либо узкой гранью доски в лобную область, а также в левую височную область головы, что полностью согласуется как с показаниями ФИО1, данными на следствии, так и с объективными следами происшествия, оставленными на изъятом предмете (т.2 л.д.204-207).

Имеющиеся в материалах уголовного дела показания свидетеля Свидетель №7 значения для уголовного дела не имеют, так как свидетель не дала показаний об обстоятельствах дела, подлежащих доказыванию, поэтому в расчет судом они не принимаются (т.1 л.д.175-178).

Ссылка стороны защиты на данные ФИО1 доследственные объяснения не может быть взята судом во внимание и не является основанием для оправдания подсудимой, так как к доказательствам объяснения не относятся и изложенные в них сведения материалами уголовного дела опровергаются.

По заключению комиссии экспертов, сделанному в рамках амбулаторной судебной психиатрической экспертизы, ФИО1 психических отклонений, влияющих на ее вменяемость, не обнаруживает. В период инкриминируемого в вину деяния и в настоящее время ФИО1 могла и может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В состоянии физиологического аффекта или какого-либо иного эмоционального состояния, которое могло бы существенно сказаться на ее поведении, ФИО1 во время исследуемой ситуации не находилась. Признаков алкоголизма, наркомании, токсикомании ФИО1 не выявляет (т.2 л.д.215-219).

Сомнений в обоснованности выводы экспертов у суда не вызывают. Заключение дано специалистами соответствующего профиля и основано на полном и тщательном изучении материалов дела и обследовании испытуемой. Заключение мотивированно, решение комиссии по поставленным вопросам выражено ясно и принято единодушно, противоречий не имеет.

На учете у врача психиатра ФИО1 не состояла, в психиатрические клиники не госпитализировалась, за психиатрической помощью не обращалась, на психическое состояние здоровья жалоб не предъявляет.

В связи с этим ФИО1 признается судом вменяемым лицом.

Явка с повинной ФИО1 не может быть использована в качестве доказательства, так как она была дана без участия защитника (пункт 1 части 2 статьи 75 УПК РФ), но должна быть учтена при назначении наказания подсудимой, поскольку указанные в ней сведения согласно материалам дела и показаниям свидетеля Л. не были известны органу следствия и существенно повлияли на дальнейшее продвижение расследования (т.2 л.д.90).

Таким образом, суд находит вину ФИО1 в совершении преступления установленной и содеянное ею квалифицирует в текущей редакции уголовного закона по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции от *.*.* № 26-ФЗ, далее – УК РФ), как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

О том, что ФИО1 имела прямой умысел на причинение тяжкого вреда здоровью Х., указывают характер и локализация причиненных травм с применением ощутимой физической силы, вооруженность нападавшей твердым травмоопасными предметом, направленность травматических воздействий в жизненно важные части тела человека – в область головы и неоднократность нанесенных ударов.

Данные обстоятельства исключают действия ФИО1 в рамках самообороны или превышения ее пределов, так как по своему характеру заведомо не соответствуют отражению нападения или угрозы его осуществления, от которых сама ФИО1 вреда здоровью не получила.

Выявленное при освидетельствовании ФИО1 повреждение в виде кровоподтека с ссадиной возникло за семь-девять дней до момента проведения следственного действия *.*.* и не могло быть получено подсудимой при обстоятельствах ссоры с потерпевшей (т.2 л.д.101-104).

Отношение ФИО1 к наступившим в результате ее действий последствиям в виде наступления смерти Х. с учетом ее собственных показаний об этом и других обстоятельств дела, в частности, что потерпевшая Х. умерла не сразу, а некоторое время продолжала совершать активные движения, следует признать неосторожным.

За недоказанностью суд исключает из предъявленного обвинения ФИО1 совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения.

Сама ФИО1 в судебном заседании и ранее при предварительном расследовании не дала показаний о том, что во время происшествия она находилась в состоянии алкогольного опьянения. Показания потерпевшей Потерпевший №1, согласно которым, ее мать после совершения покупок направилась в магазин за вином, против чего она возражала, так как боялась, что мать выпьет и станет агрессивной, являются косвенными доказательствами и не подтверждают пребывание ФИО1 в момент инкриминируемого ей в вину события в состоянии алкогольного опьянения. Освидетельствование ФИО1 на предмет алкогольного опьянения не проводилось, биологические образцы не изымались и не исследовались.

Подлежит исключению из объема обвинения ФИО1 нанесение ею Х. ударов руками и причинение потерпевшей <данные изъяты>, а, кроме того, давность образования названных повреждений, определенная экспертом, не совпадает с давностью образования повреждений, причинивших смерть потерпевшей, и выходит за пределы времени совершения преступления, вмененного в вину подсудимой.

При определении вида и размера наказания ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного деяния, относящегося к категории особо тяжких преступлений (статья 15 УК РФ), влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и условия жизни ее семьи, а также сведения о личности виновной.

Как усматривается из материалов дела, ФИО1 впервые привлекается к уголовной ответственности. По месту жительства ФИО1 характеризуется удовлетворительно, жалоб и замечаний на ее поведение в быту не поступало. Хронические заболевания у ФИО1 не выявлены, наркотической или алкогольной зависимостями, а также токсикоманией она не страдает. Дочь ФИО1 достигла совершеннолетия, но продолжает оставаться на иждивении подсудимой.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств согласно пункту «и» части 1 статьи 61 УК РФ следует признать явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления, учитывая, что ранее данные показания ФИО1, в которых она полностью признавала свою вину и принимала деятельное участие в установлении обстоятельств события, в том числе путем проверки показаний на месте, были положены судом в основу обвинения. Наряду с этим к смягчающим наказание ФИО1 обстоятельствам на основании части 2 статьи 61 УК РФ суд относит наличие у нее на иждивении дочери Потерпевший №1

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств не усматривается.

Оснований для понижения категории преступления по правилам, указанным в части 6 статьи 15 УК РФ, а также для применения в соответствии с положениями статей 64, 73 УК РФ более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, или условного осуждения не установлено.

С учетом изложенного, суд полагает необходимым приговорить ФИО1 к реальному лишению свободы без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, указанного в санкции части 4 статьи 111 УК РФ, так как данные о личности подсудимой и материалы уголовного дела указывают на то, что иные меры уголовной ответственности своих целей не достигнут и должного воздействия на ее исправление не возымеют.

Исходя из требований части 1 статьи 62 УК РФ, максимальный срок лишения свободы, который может быть назначен ФИО1, составляет десять лет. При этом должны быть учтены и другие, не указанные в части 1 статьи 62 УК РФ, смягчающие наказание обстоятельства.

Местом для отбытия наказания ФИО1, совершившей впервые особо тяжкое преступление согласно пункту «б» части 1 статьи 58 УК РФ следует определить исправительную колонию общего режима.

Гражданские иски по уголовному делу не поданы.

Вещественные доказательства: доска из ДСП, предметы одежды с трупа Х. и взятые у подсудимой ФИО1 (банный халат, кофта, трикотажный халат, футболка, бриджи, брюки, рубашка-поло, трусы), постельные принадлежности (простынь, наволочка, одеяла), пришедшие в негодность, биологический материал от трупа Х. в виде срезов ногтевых пластин, волос и смывов с рук и с других участков тела Х., <данные изъяты> Х., ватный диск, фрагменты обивочной ткани с мягкой мебели, марлевые тампоны, образцы крови Х. в соответствии со статьей 81 УПК РФ подлежат уничтожению, мобильный телефон марки «Micromax», изъятый у подсудимой, надлежит вернуть владельцу ФИО1 или ее доверенному лицу.

Процессуальные издержки на оплату участия в уголовном деле защитника по назначению с учетом материального положения ФИО1, не работающей и не имеющей средств на оплату услуг защитника необходимо возместить за счет средств федерального бюджета в порядке, установленном частью 3 статьи 313 УПК РФ.

В целях обеспечения исполнения приговора суда действие избранной в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу надлежит сохранить.

В силу требований пункта «б» части 31 статьи 72 УК РФ в срок лишения свободы ФИО1 должно быть зачтено время ее содержания под стражей из расчета полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима за один день содержания под стражей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 ФИО23 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, за которое назначить ей наказание в виде семи лет шести месяцев лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу.

Зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время содержания под стражей до постановления приговора с *.*.* по *.*.*, а также засчитать время содержания под стражей до вступления настоящего приговора суда в законную силу, исходя из расчета: полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима за один день содержания под стражей.

Избранную ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства: доску из ДСП, предметы одежды с трупа Х. и взятые у подсудимой ФИО1 (банный халат, кофта, трикотажный халат, футболка, бриджи, брюки, рубашка-поло, трусы), постельные принадлежности (простынь, наволочка, одеяла), пришедшие в негодность, биологический материал от трупа Х. в виде срезов ногтевых пластин, волос и смывов с рук и с других участков тела Х., <данные изъяты> Х., ватный диск, фрагменты обивочной ткани с мягкой мебели, марлевые тампоны, образцы крови Х., находящиеся в камере хранения СО по г. Заполярный СУ СК России по Мурманской области, уничтожить, мобильный телефон марки «Micromax» возвратить ФИО1 или ее доверенному лицу.

Процессуальные издержки, связанные с участием в уголовном деле защитника по назначению, возместить за счет средств федерального бюджета.

Приговор суда может быть обжалован сторонами в апелляционном порядке в Мурманский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной ФИО1 – в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: Д.Н. Мазуров