Решение № 2-2760/2018 2-2760/2018~М-2620/2018 М-2620/2018 от 17 сентября 2018 г. по делу № 2-2760/2018

РЕШЕНИЕ Дело № 2-2760/2018

Именем Российской Федерации

г. Минусинск 18 сентября 2018 года

Минусинский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Шкарина Д.В.,

при секретаре Витютневой П.С.,

с участием помощника прокурора Глуховеровой Г.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13)» о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе и взыскании заработка за вынужденный прогул,

УСТАНОВИЛ:

истец обратился в Минусинский городской суд с иском к АО «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13)» о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе и взыскании заработка за вынужденный прогул. Свои требования мотивировав тем, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. он работал в Минусинский ТЭЦ ОАО «Енисейская ТГК-13» в должности электромонтера по ремонту и монтажу кабельных линий 5 разряда в электрическом цеху. ДД.ММ.ГГГГ. приказом № л/с трудовой договор с ФИО1 был расторгнут и последний был уволен по основанию предусмотренному пп. «б», п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Истец считает, что расторжение трудового договора по данному основанию является незаконным, поскольку ДД.ММ.ГГГГ. в состоянии алкогольного опьянения он не находился. В связи с чем, просит признать приказ филиала Минусинская ТЭЦ ОАО «Енисейская ТГК-13» № л/с от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора с ФИО1 незаконным. Восстановить ФИО1 на работе в филиале Минусинская ТЭЦ ОАО «Енисейская ТГК-13» в должности электромонтера по ремонту и монтажу кабельных линий 5 разряда в электрическом цеху с ДД.ММ.ГГГГ., а также взыскать с филиала Минусинская ТЭЦ ОАО «Енисейская ТГК-13» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула (л.д. 3).

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, направил своего представителя по доверенности ФИО2 (л.д. 4), который на исковых требованиях настаивал в полном объеме, по основаниям изложенным в иске. Также поддержал ранее поданные письменные дополнения к исковому заявлению (л.д. 129-131), согласно которых ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ не употреблял спиртные напитки, а только утром натощак выпил четыре грамма настойки на спирту, назначенную ему врачом, о чем он пояснял врачу и начальнику цеха. Также указал, что ФИО1 был готов пройти медицинское освидетельствование в учреждении здравоохранения, однако ему было в этом отказано. Протокол трезвости и акт о появлении на работе в состоянии алкогольного опьянения подписал, поскольку ему поясняли, что если он не подпишет, то будет передан в полицию для привлечения к уголовной ответственности, а также на него будет наложен штраф в размере 10 000 рублей. В случае подписания документов с учетом его болезни будет только привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания. В своем объяснении ФИО1 указал, что выпил 4,00 граммов водки, что соответствует 1-ой чайной ложки настойки, настоянной на спирту. Однако при написании объяснения последний не разделил цифры «400» точкой или запятой. Доказательство в виде протокола контроля трезвости №8 от 13.08.2018г. является не допустимым, так как алкометр Драгер не соответствует требованиям качества, на него отсутствует сертификат соответствия. Доказательство в виде акта о появлении работника на работе в состоянии алкогольного опьянения от 13.08.2018г. также является недопустимым, так как письменная фиксация в данном акте появления ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения фактически ни чем не подтверждается.

Представитель АО «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13)» по доверенности ФИО3 (л.д. 15-16), исковые требования ФИО1 не признал, поддержал ранее предоставленные письменные возражения на исковые требования (л.д. 133). Суду пояснил, что установление факта нахождения работника в состоянии алкогольного опьянения при входе его на территорию организации - работодателя и последующий запрет ему прохода на названную территорию является правовым основанием к увольнению указанного работника, по пп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. При этом тяжесть совершенного проступка ФИО1 соответствует назначенному дисциплинарному наказанию, так как последний работает в должности электромонтера по ремонту и монтажу кабельных линий и выполняемые им работы относятся к опасным. Нахождение его в состоянии алкогольного опьянения создавало для него и других работников угрозу жизни и здоровью, риск причинения имущественного ущерба и иных тяжелых последствий. Все алкотестеры на предприятии имеют сертификаты качества и поверенные в установленном порядке.

В судебном заседании свидетель П.А. суду пояснила, что работает в АО «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13)» в должности фельдшера с 2014 года, знакома с ФИО1 в силу должностных обязанностей. ДД.ММ.ГГГГ. начальник электрического цеха ФИО4 привел в предрейсовый кабинет ФИО1 и пояснил, что на проходной у ФИО1 с помощью алкотестера установлено наличие в выдыхаемом воздухе алкогольных паров в количестве 0,16 мг./л., в связи с чем необходимо провести предсменный медицинский контроль. При визуальном осмотре ФИО5 был установлен характерный запах алкоголя изо рта, покраснение сосудов в глазах, покраснение лица, тремор рук, а также пальценосовая проба у ФИО1 была смазанная. После установления состояния алкогольного опьянения с помощью алкотестра ФИО1 через 20 минут повторно прошел освидетельствование с помощью алкометра другой марки, который также установил состояние алкогольного опьянения ( 0,39 мг./л.), при этом ФИО1 не отрицал, что употреблял спиртные напитки. По итогам предсменного медицинского контроля, был составлен протокол контроля трезвости, которым было установлено у ФИО1 алкогольное опьянение, с результатами протокола ФИО1 был согласен, о том, что употреблял какие-либо лекарственные препараты ФИО1- не пояснял. Также ФИО1 не высказывал желания пройти медицинское освидетельствование в условиях Минусинской ЦРБ, в случае не согласия работников с показаниями алкотесторов им незамедлительно выдаются направления на медицинское освидетельствование в ЦРБ и предоставляется служебная машина в течение первых двух часов.

Свидетель Л.В. в судебном заседании пояснила, что является супругой ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ. её супруг в 07 часов 15 минут уехал на работу, при этом чувствовал себя плохо, 5 лет назад он прошел лечение, после которого по назначению врача пьет настойку на спирту три раза в день, в том числе и каждое утро. При этом в это утро ФИО1 не завтракал, выпил настойку на голодный желудок и уехал на работу. Также пояснила, что ФИО1 вообще не употребляет спиртные напитки, и что празднование дня рождения их дочери ДД.ММ.ГГГГ не состоялось, поскольку дочь находилась за пределами города.

Выслушав явившиеся стороны, допросив свидетелей, получив заключение прокурора об отсутствии в действиях ответчика нарушений действующего законодательства при увольнении ФИО1, суд приходит к следующим выводам.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 17 марта 2004 года N 2 разъяснил, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса РФ, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

Согласно статье 192 Трудового кодекса РФ, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

Исходя из смысла данной статьи, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

На основании статьи 193 Трудового кодекса РФ, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт.

При применении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года (в действующей редакции)"О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдения установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Судом установлено, что истец с ДД.ММ.ГГГГ работал в филиале Минусинской ТЭЦ ОАО "Красноярскэнерго» (в последующем реорганизованного в АО «Енисейская территориальная генерирующая компания ТГК-3») в должности электромонтажника- наладчика на основании трудового договора № (л.д. 98-100). С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был переведен на работу в электрический цех, работал в должности электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования 5 разряда, на основании бессрочного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 101-104). Неоднократно уведомлялся о продолжении трудовых отношений (л.д. 105-107, 117), а также о внесении изменений в трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 107-116, 118-121).

Приказом №-лс от ДД.ММ.ГГГГ было прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № и ФИО1 уволен с ДД.ММ.ГГГГ, в связи, с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей, появление работника на работе в состоянии алкогольного опьянения, в соответствии с подпунктом "б" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ (л.д. 24).

Пунктом 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от ДД.ММ.ГГГГ (в действующей редакции) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту "б" пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием. Необходимо также учитывать, что увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию. Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

Таким образом, из содержания указанных норм права в их системной взаимосвязи следует, что установление факта нахождения работника в состоянии алкогольного опьянения при входе его на территорию организации - работодателя и последующий запрет ему прохода на названную территорию является правовым основанием к увольнению указанного работника, по основанию предусмотренному п. п. "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, поскольку в данном случае выявление дисциплинарного проступка происходит фактически на территории организации - работодателя, а появление соответствующего работника на его рабочем месте не происходит по независящим от его воли обстоятельствам, а именно ввиду своевременного выявления работодателем названного дисциплинарного проступка.

Вместе с тем, по смыслу закона сам по себе факт нарушения порядка отстранения работника от исполнения трудовых обязанностей, при предположении нахождения его в состоянии алкогольного опьянения, не может свидетельствовать о незаконности увольнения данного работника по основанию предусмотренному п. п. "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, так как законодатель не связывает возможность такого увольнения с обязательным отстранением работника от исполнения трудовых обязанностей.

Из материалов дела следует, что факт совершения ФИО1 рассматриваемого дисциплинарного проступка - появления на работе в смену ДД.ММ.ГГГГ. в состоянии алкогольного опьянения, подтвержден следующими письменными доказательствами, представленными ответчиком: служебной запиской начальника электрического цеха А.Ф. (л.д. 18); протоколом контроля трезвости № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 20), с результатами которого ФИО1 согласился, о чем имеется его подпись; результатами анализа прибора ALCOTEST 6820, согласно которому установлено у ФИО1 0,39 мг./л. в выдыхаемом воздухе (л.д. 20); актом о появлении работника на работе в состоянии алкогольного опьянения от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 21); актом о недопущении к работе/отстранении от работы от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.23); служебной запиской заместителя директора по общим вопроса ФИО6 (л.д. 22); и показаниями свидетеля – фельдшера П.А., составившей протокол контроля трезвости и установившей клинические признаки алкогольного опьянения ФИО1. Данные доказательства истцом в ходе судебного разбирательств ничем объективно не опровергнуты.

Кроме того, судом установлено, что ответчик истребовал от истца в установленном законом порядке объяснения по факту рассматриваемого дисциплинарного проступка (л.д. 19), в котором ФИО1 указал, что ДД.ММ.ГГГГ был задержан на проходной в состоянии алкогольного опьянения. 12 августа употреблял алкоголь, был день рождения дочери, выпил 400 грамм водки. При этом, оспариваемое истцом дисциплинарное взыскание применено к нему в предусмотренный ч. 3 ст. 193 Трудового кодекса РФ срок.

Суд критически относиться к показаниям свидетеля Л.В., так как она является женой истца ФИО1 и заинтересована в исходе дела.

Учитывая, что ДД.ММ.ГГГГ в 07:50 ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился на проходной АО «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13)», т.е. на территории Предприятия, намереваясь пересечь контрольно-пропускной пункт и пройти к своему рабочему месту с тем, чтобы приступить к выполнению трудовых обязанностей, и в последующем, в момент медицинского освидетельствования и установления факта алкогольного опьянения, истец находился в медицинском кабинете также на территории Предприятия, суд приходит к выводу, о доказанности того обстоятельства, что ФИО1 находился в нетрезвом состоянии в рабочее время на территории Предприятия, которая по смыслу абзаца 8 ст. 57 Трудового кодекса РФ и разъяснениям, данным в абзаце втором п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2, является местом работы истца.

Суд не принимает во внимание доводы истца и его представителя, о том, что протокол контроля трезвости № от ДД.ММ.ГГГГ. и акт о появлении работника на работе в состояни алкогольного опьянения от ДД.ММ.ГГГГ. являются недопустимыми доказательствами, поскольку они опровергаются материалами дела.

Из протокола контроля трезвости № от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что, он составлен по итогам всестороннего медицинского освидетельствования истца, включающего подробное описание как внешних признаков, так и результаты измерений прибора Lion Alcoblow и Алкотестер DRAGER (которое были приобретены ответчиком в специализированной организации, имеют паспорта и сертификаты, а также свидетельства о поверке, л.д. 152-168), у истца ФИО1 имелись клинические признаки опьянения: покраснение лица, глаза инъецированы, запах алкоголя, пальеносовая проба смазана. Результаты измерений прибора Алкотестер DRAGER: в 08:00 - наличие в выдыхаемом воздухе алкоголя в количестве 0,39 мг/л, и при повторном исследовании в 08:20 – 0,39 мг/л выдыхаемого воздуха.

Принимая во внимание, что трудовое законодательство не содержит специальных требований к форме медицинского документа, которым установлено наличие у работника состояния опьянения, а само освидетельствование проведено в соответствии с разрешенной методикой, и в полной мере соответствует порядку проведения медицинского освидетельствования, установленному Приказом Минздрава России от 18.12.2015 N 933н, при этом медицинское освидетельствование проведено квалифицированным фельдшером и в специализированном медицинском кабинете АО «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13)», при этом из него не следует, что истец указывал на какие-либо замечания к процедуре проведения медицинского освидетельствования суд не усматривает нарушений действующего законодательства при проведении медицинского освидетельствования истца, и считает указанные доказательства допустимыми.

Также несостоятельным суд находит довод представителя истца ФИО2 о том, что истец не был ознакомлен с регламентом о пропускном и внутриобъектовом режимах на филиале «Минусинская ТЭЦ АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)», поскольку данные обстоятельства не имеют правового значения для разрешения рассматриваемого спора по существу, так как увольнение истца имело место за нарушение трудовой дисциплины, запрещенное непосредственно Трудовым кодексом РФ, поэтому в данном случае нарушение пропускного режима основанием к увольнению истца не являлось.

При таком положении, поскольку наличие у ответчика оснований для увольнения ФИО1 за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения подтверждено надлежащими доказательствами, порядок увольнения работодателем не нарушен, тяжесть совершенного истцом дисциплинарного проступка соответствует примененному работодателем дисциплинарному взысканию, поскольку ФИО1 работает в должности электромонтера по ремонту и монтажу кабельных линий (с допуском к электроустановкам выше 1000В) и выполняемые им работы относятся к опасным, суд приходит к выводу, что оснований для признания увольнения ФИО1 незаконным и восстановлении его на работе не имеется, соответственно, не подлежат удовлетворению производные исковые требования о взыскании оплаты времени вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13)» о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе и взыскании заработка за вынужденный прогул – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Минусинский городской суд в течение одного месяца, со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий:

Мотивированный текст решения суда изготовлен 23 сентября 2018 года