Решение № 2-1746/2019 2-1746/2019~М-1310/2019 М-1310/2019 от 25 июня 2019 г. по делу № 2-1746/2019

№ 2-1746/2019 КОПИЯ


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Пермь 26 июня 2019 года

Пермский районный суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Дружининой О.Г.,

при секретаре Фридрицкой И.А.,

с участием прокурора Грязевой А.В.,

ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей. В обоснование указала, что 10.11.2018 года в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), произошедшего 31.10.2018 года по вине водителя ФИО5, погиб супруг истца и отец малолетней дочери ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Приговором Ужурского районного суда <адрес> от 20.03.2019 года ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ; ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок два года с отбыванием наказания в колонии-поселения с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок два года шесть месяцев. Обстоятельства произошедшего ДТП и причинения вреда здоровью истца, ее супругу подтверждаются материалами уголовного дела по факту произошедшего ДТП. В результате полученных в результате ДТП травм муж истца – ФИО4 скончался ДД.ММ.ГГГГ, истец получила телесные повреждения, которые характеризуются как тяжкий вред здоровью. Грубые нарушения ФИО5 пунктов 1.4 и 10.1 Правил дорожного движения состоят в прямой причинной связи с последствиями в виде смерти ФИО4 и причинением истцу ФИО6 тяжкого вреда здоровью. Смерть отца стала для малолетней дочери истца невосполнимой утратой: дочь лишилась отцовской любви, заботы, воспитания с его стороны, моральной и материальной поддержки, которые так были ей необходимы. Когда дочь узнала, что ее папа умер, она сильно плакала, переживала. Дочь понимает, что ее папу нельзя вернуть. Смертью супруга и отца истцу и ее дочери причинены нравственные страдания, моральный вред. В результате трагического случая она, будучи еще малолетним ребенком, осталась без одного из самых близких ей людей и главного человека в жизни - своего отца; навсегда лишилась отцовского воспитания, заботы, любви, моральной и материальной поддержки.

В судебное заседание истец не явилась, о дате, времени и месте проведения судебного заседания извещена надлежащим образом; направила ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании заявленные к нему требования не признал в части размера компенсации морального вреда, заявленного истцом ко взысканию. Пояснял, что после произошедшего ДТП и в период рассмотрения дела судом неоднократно предлагал свою помощь истцу, однако истец уклонялась от помощи, в разговор не вступала. Готов был оказывать материальное содержание семье истца в размере 10 000 рублей ежемесячно. В настоящее время дохода не имеет, после судебного заседания отбывает за получением предписания и направления в колонию-поселение по месту отбывания наказания. Единовременно денежную компенсацию выплатить не может, на праве собственности объектов недвижимого имущества, транспортных средств не имеет. Состоит в фактических брачных отношениях с ФИО11 более 13 лет, имеет на иждивении дочь ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Факт наличия трудовых отношений в момент ДТП отрицал, пояснял, что работал с 03.09.2018 года по 25.06.2019 года в качестве водителя в ООО «<данные изъяты>» без оформления трудовых отношений, выполнял работы по доставке грузов, за указанный период времени совершил семь рейсов. Также указывал, что при рассмотрении уголовного дела судом принес извинения истцу, раскаялся в произошедшем.

Суд, заслушав пояснения ответчика, заключение прокурора, полагавшего возможным удовлетворить заявленные требования, определив размер компенсации морального вреда с учетом разумности и справедливости, исследовав материалы дела, установил следующее.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрирован брак, фамилия после заключения брака жены - ФИО6, что следует из записи акта о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ №, предоставленной Ачинским территориальным отделом агентства записи актов гражданского состояния <адрес> по запросу суда.

Родителями ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются ФИО4 и ФИО6, что подтверждается записью акта о рождении от ДД.ММ.ГГГГ № Ачинского территориального отдела агентства записи актов гражданского состояния <адрес>, свидетельства о рождении (л.д. 9).

ФИО4 умер ДД.ММ.ГГГГ, что следует из записи акта о смерти от ДД.ММ.ГГГГ № Ачинского территориального отдела агентства записи актов гражданского состояния <адрес>, свидетельства о смерти (л.д. 10), справки о смерти (л.д. 11).

Согласно п.4 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором Ужурского районного суда <адрес> от 20.03.2019 года, вступившим в законную силу 02.04.2019 года, установлено, что

31.10.2018 года около 09-00 часов ФИО5, управляя технически исправным автомобилем КАМАЗ 5490-S5, регистрационный знак № с полуприцепом КОЛУМАН S, регистрационный знак №, двигался по автодороге сообщением «<адрес><адрес>» со стороны с. <адрес><адрес> в направлении <адрес>. Проезжая по 10 км 977 м данной автодороги в <адрес> со скоростью около 65 км/час, не превышающей установленного ограничения, ФИО5, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, выразившихся в нарушении предписаний Правил дорожного движения Российской Федерации, но без достаточных к тому оснований, самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, то есть, действуя по неосторожности, в нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения, выбрал скорость, не обеспечивающую ему контроль за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения, не учитывая наличие поворота автодороги направо, проезжая по указанному закруглению дороги, не справился с управлением, вследствие чего, в нарушение пункта 1.4 Правил дорожного движения, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем марки LADA XRAY, регистрационный знак №. В результате столкновения автомобили КАМАЗ 5490-S5 с полуприцепом и LADA XRAY съехали в левый кювет автодороги по ходу движения автомобиля КАМАЗ 5490-S5. Водитель и пассажир автомобиля LADA XRAY ФИО4 и ФИО6 получили телесные повреждения, с которыми были доставлены в медицинские учреждения. ФИО4 от полученных травм 10.11.2018 года скончался.

Причиной смерти ФИО4 явилась сочетанная тупая травма тела (автотравма), включающая в себя: <данные изъяты>. Указанная сочетанная тупая травма тела, сопровождавшаяся закрытой тупой травмой <данные изъяты>, отнесена к критериям, характеризующим вред здоровью опасный для жизни человека, и по указанному признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Повреждения, входящие в комплекс сочетанной тупой травмы тела, состоят в прямой причинной связи с наступившей смертью ФИО4

ФИО6 получила телесные повреждения в виде <данные изъяты>. Указанные повреждения внутренних органов <данные изъяты> в совокупности по признаку опасности для жизни в момент причинения, отнесены к критериям, характеризующим вред здоровью опасный для жизни человека, и по указанному признаку квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Грубые нарушения ФИО5 пунктов 1.4 и 10.1 Правил дорожного движения состоят в прямой причинной связи с последствиями в виде смерти ФИО4 и причинением тяжкого вреда здоровью ФИО6

При рассмотрении уголовного дела ФИО5 с предъявленным обвинением согласился, свою вину признал полностью.

Указанным приговором Ужурского районного суда <адрес> ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации; ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев.

Согласно выписке из истории болезни КГБУЗ «<адрес>» ФИО6 ММ.ГГГГ года рождения, находилась на лечении в указанном учреждении в период с 31.10.2018 года по 01.11.2018 года с диагнозом: <данные изъяты> (л.д. 17).

Из выписки из истории болезни КГБУЗ «<адрес>) следует, что в период с 01.11.2018 года по 23.11.2018 года ФИО6 находилась на лечении в ККБ с диагнозом: <данные изъяты> смещением. Компрессионный перелом L4 позвонка с деформацией краниальной замыкательной пластинки. Травматический шок 2-3 ст. (л.д. 18-21).

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) при причинении лицу морального вреда, т.е. физических или нравственных страданий, действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.д.).

В соответствии со ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (п.2 ст.1083 ГК РФ).

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., компенсация определяется судом в денежной или иной материальной форме, а по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 г., - только в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Исходя из этого, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Учитывая установленные при рассмотрении дела обстоятельства, суд приходит к выводу о доказанности факта того, что указанное выше ДТП произошло в результате действий ФИО5, который, в нарушение п.10.1 Правил дорожного движения, выбрал скорость, не обеспечивающую ему контроль за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения, не учитывая наличие поворота автодороги направо, проезжая по указанному закруглению дороги, не справился с управлением, вследствие чего, в нарушение пункта 1.4 Правил дорожного движения, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем марки LADA XRAY, регистрационный знак №; в результате столкновения автомобили КАМАЗ 5490-S5 с полуприцепом и LADA XRAY съехали в левый кювет автодороги по ходу движения автомобиля КАМАЗ 5490-S5, в результате чего водитель и пассажир автомобиля LADA XRAY ФИО4 и ФИО6 получили телесные повреждения, с которыми были доставлены в медицинские учреждения; ФИО4 от полученных травм 10.11.2018 года скончался; ФИО6 причинен тяжкий вред здоровью.

Принимая во внимание установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, с учетом вышеприведенных положений закона, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в пользу ФИО6 с ФИО5, как лица, причинившего вред в результате управления источником повышенной опасности.

Основаниями заявленных истцом требований о взыскании компенсации морального вреда являются гибель мужа истца в результате произошедшего ДТП, причинение тяжкого вреда здоровью истца и гибель отца несовершеннолетней дочери истца.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает все юридически значимые обстоятельства по данному делу:

фактические обстоятельства ДТП, имевшего место вследствие нарушения водителем ФИО5 п.п.1.4 и 10.1 Правил дорожного движения; тяжесть и необратимость наступивших последствий, неожиданную гибель ФИО4, обусловленную не естественными причинами, в результате полученных от ДТП травм; глубину нравственных страданий истца в связи со смертью близкого родного человека – мужа для истца (в браке с 20.11.2009 года по момент смерти ФИО4), отца для несовершеннолетней ФИО3, малолетний возраст ФИО3, оставшейся без отца (на момент ДТП и смерти отца ей было 8 лет); боль утраты, которая для них невосполнима в силу близости отношений и является психологическим потрясением; обстоятельства, повлекшие смерть ФИО4; привязанность истца и дочери к погибшему (проживали вместе одной семьей);

характер и степень причиненного вреда здоровью истца ФИО6 (<данные изъяты> указанные повреждения квалифицируются как тяжкий вред здоровью); нравственные страдания и переживания, доставленные истцу; возраст истца на момент получения травм (36 лет); а также обстоятельства ДТП; физические страдания истца в момент получения повреждений; страдания истца в процессе излечения травм (в период с 01.11.2018 года по 23.11.2018 года проведены две операции: <данные изъяты>);

также судом учитывается степень вины ответчика в произошедшем ДТП, признание вины в полном объеме, поведение после ДТП (оказание иной помощи потерпевшим непосредственно после ДТП, выразившееся в оказании помощи пострадавшим сразу после столкновения, сообщении об аварии по номеру 112 в единую дежурно-диспетчерскую службу; принесение извинений потерпевшей). Как следует из пояснений ответчика в судебном заседании, в период рассмотрения уголовного дела судом неоднократно предлагал свою помощь истцу, однако истец уклонялась от помощи, в разговор не вступала; готов был оказывать материальное содержание семье истца в размере 10 000 рублей ежемесячно.

Также при определении размера компенсации морального вреда суд считает возможным учесть имущественное положение ответчика, наличие на иждивении малолетней дочери.

Суд, с учетом изложенного приходит к выводу, что заявленная ко взысканию истцом сумма компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей является завышенной и определяет денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца.

Согласно ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при рассмотрении дел о компенсации причиненных нравственных или физических страданий необходимо учитывать, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме. Учитывая это, государственная пошлина по таким делам должна взиматься на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, предусматривающего оплату исковых заявлений неимущественного характера.

Поскольку истец при обращении в суд с требованиями о компенсации морального вреда освобожден от уплаты государственной пошлины (п.п.3 ч.1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации), с учетом удовлетворения исковых требований к ответчику ФИО5, с него в пользу местного бюджета подлежит взысканию сумма государственной пошлины в размере 300 рублей (за требование неимущественного характера).

Руководствуясь ст.ст.194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО6 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в результате дорожно-транспортного происшествия от 31.10.2018 года в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать с ФИО5 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Пермский районный суд Пермского края в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья подпись Дружинина О.Г.

Копия верна. Судья Дружинина О.Г.

Мотивированное решение составлено 01.07.2019 года.

Судья Дружинина О.Г.

Подлинный экземпляр находится

в гражданском деле № 2-1746/2019

Пермского районного суда Пермского края

УИД 59RS0008-01-2019-001803-17