Апелляционное определение № 33-4835/2026 от 29 апреля 2026 г.

УИД 34RS0017-01-2025-001045-13

Судья Новичков А.С. дело № 33-4835/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Волгоград 30 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Кудрявцевой А.Г.,

судей Шиповской Т.А., Колгановой В.М.,

при помощнике судьи Кучеренко Е.В.

с участием прокурора Кумскова Е.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-142/2026 по иску ФИО1 к администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области, муниципальному учреждению «Ольховское районное бюро технической инвентаризации» о признании незаконными и отмене распоряжения о наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения в связи с утратой доверия и приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области,

апелляционному представлению прокурора Ольховского района Волгоградской области

на решение Иловлинского районного суда Волгоградской области от 3 февраля 2026 года, которым постановлено:

исковые требования ФИО1 к администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области, муниципальному учреждению «Ольховское районное бюро технической инвентаризации» о признании незаконными и отмене распоряжения о наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения в связи с утратой доверия и приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать распоряжение администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области от 27 августа 2025 года № <...>-л о наложении дисциплинарного взыскания на ФИО1 в виде увольнения в связи с утратой доверия незаконным и отменить его.

Признать приказ (распоряжение) администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области от 1 ноября 2025 года № <...>-лс об увольнении ФИО1 незаконным и отменить его.

Восстановить ФИО1 на работе в муниципальном учреждении «Ольховское районное бюро технической инвентаризации» в должности начальника.

Взыскать с муниципального учреждения «Ольховское районное бюро технической инвентаризации» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 1 ноября 2025 года по 12 января 2026 года в размере 78 382 рубля 98 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Настоящее решение суда в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Заслушав доклад судьи Волгоградского областного суда Шиповской Т.А., выслушав пояснения представителя ФИО1 ФИО2, возражавшего против доводов апелляционных жалобы и представления, прокурора Кумскова Е.Д., полагавшего решение суда незаконным и подлежащим отмене, а апелляционные жалобу и представление подлежащими удовлетворению, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области, муниципальному учреждению «Ольховское районное бюро технической инвентаризации» о признании незаконными и отмене распоряжения о наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения в связи с утратой доверия и приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указала, что в соответствии с приказом администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области № <...>-л от 30 сентября 2013 года и на основании трудового договора № <...> от 30 сентября 2013 года со 2 октября 2013 года она принята на должность начальника муниципального учреждения «Ольховское районное бюро технической инвентаризации». 29 августа 2025 года ей на ознакомление предоставили распоряжение главы Ольховского муниципального района Волгоградской области № <...>-л от 27 августа 2025 года о наложении на неё дисциплинарного взыскания в виде увольнения в связи с утратой доверия, то есть за то, что с 2020 по 2024 год она не предоставила сведения за себя и членов своей семьи о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера.

ФИО1 считает, что распоряжение № <...>-л от 27 августа 2025 года является незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм трудового законодательства. Полагает, что основанием для наложения взыскания послужило предвзятое отношение к ней со стороны главы Ольховского муниципального района Волгоградской области. 26 февраля 2025 года на неё было наложено шесть дисциплинарных взысканий, которые на основании решения Иловлинского районного суда от 22 июля 2025 года по делу № <...> признаны незаконными. Иных дисциплинарных взысканий она не имеет. Она добросовестно ежегодно, в период с 1 января до 30 апреля текущего года, предоставляет сведения за себя и членов своей семьи о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера. Однако такие сведения за 2024 год в установленный законом срок она не представила по объективным причинам и представила их лишь 7 августа 2025 года.

Кроме того, истец указывает, что ежегодно, помимо ответчика, вышеуказанные сведения проверяются прокуратурой Ольховского района Волгоградской области. При этом никаких замечаний к предоставленным истцом сведениям, в том числе за 2024 год, ни со стороны ответчика, ни со стороны прокуратуры не было. Она всегда осуществляла свои трудовые функции надлежащим образом, каких-либо замечаний со стороны работодателя относительно качества её работы не было. Действия работодателя в данной ситуации незаконны, нарушают трудовые права и интересы истца, поскольку при наложении дисциплинарного взыскания работодателем не учтены тяжесть совершенного ею проступка и обстоятельства его совершения.

Незаконными действиями работодателя ей причинен моральный вред, выразившийся в переживаниях, плохом самочувствии, потере работоспособности, в связи с чем она была вынуждена обратиться к врачу.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, с учетом неоднократных уточнений исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просила суд признать распоряжение администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области от 27 августа 2025 года № <...>-л о наложении дисциплинарного взыскания на ФИО1 в виде увольнения в связи с утратой доверия незаконным и отменить его; признать приказ (распоряжение) администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области от 1 ноября 2025 года № <...>-лс об увольнении ФИО1 незаконным и отменить его; восстановить ФИО1 на работе в муниципальном учреждении «Ольховское районное бюро технической инвентаризации» в должности начальника; взыскать с муниципального учреждения «Ольховское районное бюро технической инвентаризации» компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей; взыскать с муниципального учреждения «Ольховское районное бюро технической инвентаризации» средний заработок за время вынужденного прогула за период с 1 ноября 2025 года по 12 января 2026 года в размере 78 382 рубля 98 копеек.

Суд постановил указанное выше решение.

В апелляционной жалобе администрация Ольховского муниципального района Волгоградской области просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В апелляционном представлении прокурор Ольховского района Волгоградской области просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлевторения.

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом по правилам главы 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки судебную коллегию не уведомили.

Информация о движении дела также размещена на официальном интернет-сайте Волгоградского областного судаwww.oblsud.vol.sudrf.ru.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях на неё, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Положениями пункта 1 статьи 1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и свобод работников и работодателей.

В соответствии с абзацами 15, 17, 19 статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются: обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту; обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права; обеспечение права работников на защиту своего достоинства в период трудовой деятельности.

В силу абзаца 2 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Согласно абзацам 2 и 6 части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Федеральный закон от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» устанавливает, как следует из его преамбулы, основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений.

Исходя из положений пункта 2 статьи 1 Федерального закона «О противодействии коррупции», противодействие коррупции - деятельность федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, институтов гражданского общества, организаций и физических лиц в пределах их полномочий: по предупреждению коррупции, в том числе по выявлению и последующему устранению причин коррупции (профилактика коррупции) (подпункт «а»); по выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию коррупционных правонарушений (борьба с коррупцией) (подпункт «б»); по минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений (подпункт «в»).

В статье 3 Федерального закона «О противодействии коррупции» закреплены основные принципы противодействия коррупции. Одним из них является принцип неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений (пункт 4 статьи 3 Федерального закона «О противодействии коррупции»).

В соответствии с частью 5 статьи 275 Трудового кодекса Российской Федерации (действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) лицо, поступающее на должность руководителя государственного (муниципального) учреждения (при поступлении на работу), и руководитель государственного (муниципального) учреждения (ежегодно) обязаны представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруга (супруги) и несовершеннолетних детей.

Согласно пункту 4 части 1 статьи 8 Федерального закона «О противодействии коррупции» сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей обязаны представлять представителю нанимателя (работодателю) лица, замещающие должности, указанные в пунктах 1.1 - 3.1 настоящей части. В силу пункта 3.1 части 1 статьи 8 названного закона к таким лицам, в том числе, относятся руководители муниципальных учреждений.

Невыполнение гражданином или лицом, указанным в части 1 статьи 8 Федерального закона «О противодействии коррупции», обязанности представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей является правонарушением, влекущим освобождение его от замещаемой должности, в том числе от должности в муниципальном учреждении (часть 9 статьи 8 Федерального закона «О противодействии коррупции»).

В соответствии с пунктом 7.1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае непредставления или представления неполных или недостоверных сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера либо непредставления или представления заведомо неполных или недостоверных сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруга (супруги) и несовершеннолетних детей, если указанные действия дают основание для утраты доверия к работнику со стороны работодателя.

Часть 3 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации относит к дисциплинарным взысканиям увольнение работника, в том числе по основанию, предусмотренному пунктом 7.1 части 1 статьи 81 этого Кодекса, в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Из содержания приведенных норм права следует, что в случае установления факта непредставления руководителем муниципального учреждения сведений о доходах он подлежит увольнению работодателем, если указанные действия являются основанием для утраты доверия к нему со стороны работодателя. Возможность увольнения такого работника за утрату доверия обусловлена особым правовым статусом указанного лица.

Согласно части 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка.

В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.

В соответствии с частью 5 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации за каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Как установлено судом, истец ФИО1 на основании приказа администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области № <...>-л от 30 сентября 2013 года и трудового договора № <...> от 30 сентября 2013 года со 2 октября 2013 года была принята на должность начальника муниципального учреждения «Ольховское районное бюро технической инвентаризации» (МУ «Ольховское БТИ»). Учредителем данного учреждения является муниципальное образование – Ольховский муниципальный район, функции и полномочия которого осуществляет его администрация.

Постановлением администрации Ольховского муниципального района от 11 мая 2016 года утверждены Положения о предоставлении сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, согласно которым руководитель учреждения обязан ежегодно не позднее 30 апреля года, следующего за отчетным, представлять указанные сведения за себя, супруга (супруги) и несовершеннолетних детей.

26 июня 2025 года прокуратурой Ольховского района проведена проверка соблюдения требований законодательства о противодействии коррупции, по результатам которой главе района внесено представление № <...> об устранении нарушений, где указано, что ФИО1 не исполнила обязанность по предоставлению сведений за период с 2020 по 2023 год. 6 августа 2025 года администрация направила истцу запрос о предоставлении объяснений.

В письменных объяснениях от 8 августа и 18 августа 2025 года ФИО1 указала, что ежегодно представляла сведения, однако сведения за 2024 год были подготовлены 21 мая 2025 года и не представлены по объективным причинам, а после устранения ошибки представлены 7 августа 2025 года.

На основании распоряжения администрации № <...>-р от 12 августа 2025 года создана комиссия по рассмотрению представления прокурора, которая 14 августа 2025 года приняла решение о проведении служебной проверки. Распоряжением № <...>-р от 15 августа 2025 года назначена служебная проверка, создана комиссия. По результатам служебной проверки 27 августа 2025 года составлено заключение, которым установлено, что ФИО1 на протяжении четырех лет не исполняла обязанность по представлению сведений, и комиссия решила привлечь её к дисциплинарной ответственности в виде увольнения в связи с утратой доверия.

Распоряжением администрации № <...>-л от 27 августа 2025 года к ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения по пункту 7.1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неисполнением обязанности по предоставлению сведений о доходах за период с 2020 по 2024 год. С данным распоряжением истец ознакомлена 29 августа 2025 года. В период с 28 августа по 31 октября 2025 года ФИО1 находилась на больничном. Приказом (распоряжением) администрации № 20-лс от 1 ноября 2025 года она уволена с должности начальника МУ «Ольховское БТИ» по пункту 7.1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

В ходе судебного разбирательства обозревалось личное дело истца, в котором отсутствовали какие-либо сведения о доходах и информация о результатах их проверки. Свидетели ФИО3, ФИО4, ФИО5 дали показания о порядке представления и хранения сведений в администрации, указав, что регистрация таких сведений не осуществлялась, они не приобщались к личным делам, а хранились в сейфе. Свидетель ФИО6 пояснила, что устно ежегодно докладывала первому заместителю главы района о непредставлении ФИО1 сведений за 2020-2024 годы.

Также установлено, что 11 сентября 2025 года в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о создании ООО «Ольховское бюро технической инвентаризации», единственным участником которого является ФИО1, а до 12 сентября 2025 года она являлась его генеральным директором.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 81, 192, 193, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, Федерального закона «О противодействии коррупции», а также разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, установив, что факт непредставления истцом сведений о доходах за 2020-2023 годы не нашел объективного подтверждения, поскольку отсутствуют доказательства надлежащего хранения и регистрации таких сведений у работодателя, а показания свидетелей о непредставлении противоречат отсутствию первичной документации, и что за указанные периоды истекли сроки привлечения к дисциплинарной ответственности, пришел к выводу о том, что работодателем не доказано совершение истцом значительного коррупционного проступка.

Суд также установил, что при наложении взыскания за несвоевременное представление сведений за 2024 год ответчиком нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности: не учтены тяжесть проступка, обстоятельства его совершения, предшествующее поведение истца (наличие поощрений, отсутствие взысканий), не соблюдены принципы соразмерности и справедливости; кроме того, выявлены процессуальные нарушения – датирование протоколов будущими событиями, неидентичность копий распоряжений, отсутствие подписи прокурора, заинтересованность главы района.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности распоряжения о наложении дисциплинарного взыскания и приказа об увольнении, удовлетворив требования о признании их незаконными, восстановлении на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 78 382,98 рубля, отказав во взыскании компенсации морального вреда с муниципального учреждения ввиду отсутствия доказательств причинения страданий именно этим ответчиком.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда, изложенными в обжалуемом судебном постановлении, поскольку они являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на верном применении норм материального права и представленных сторонами доказательствах, которым суд по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дал надлежащую оценку.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции неправомерно применил нормы Федерального закона «О муниципальной службе в Российской Федерации» и Указ Президента Российской Федерации от 30 мая 2005 года № 609 «Об утверждении Положения о персональных данных государственного гражданского служащего Российской Федерации и ведении его личного дела», поскольку истец не является муниципальным служащим, а также ошибочно сослался на Приложение № 1 вместо Приложения № 2 к постановлению администрации, не влекут отмену решения.

Суд ссылался на указанные нормативные акты для оценки общего порядка работы с документами личного состава, хранения и учета сведений о доходах, что имеет значение для определения добросовестности работодателя при фиксации факта предоставления или непредоставления таких сведений.

Кроме того, выводы суда о незаконности увольнения основаны не только на отсутствии надлежащей системы учета, но и на совокупности иных обстоятельств, в том числе на нарушении процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности и несоразмерности взыскания тяжести проступка.

Ссылка заявителей на то, что даже одно только несвоевременное представление сведений о доходах за 2024 год является достаточным основанием для увольнения по пункту 7.1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, отклоняется как основанная на формальном толковании закона без учета принципов соразмерности, справедливости и вины, поскольку ФИО1 в вину поставлено непредставление сведений о доходах за четыре года.

Как верно указал суд первой инстанции, истец не отрицала факт нарушения срока представления сведений за 2024 год, однако данное нарушение было ею устранено (сведения представлены в августе 2025 года), достоверность и полнота представленных сведений сомнений не вызывают, нарушение не носило систематического характера, корыстная или иная личная заинтересованность истца отсутствовала.

При этом работодателем не учтено, что истец ранее к дисциплинарной ответственности не привлекалась (шесть взысканий, наложенных ранее, признаны незаконными вступившим в законную силу решением суда от 22 июля 2025 года), имела поощрения и благодарности. Применение крайней меры дисциплинарной ответственности – увольнения – в отсутствие отягчающих обстоятельств и при доказанности добросовестного исполнения истцом своих обязанностей в целом противоречит требованиям статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Доводы жалобы о том, что суд не дал оценки показаниям свидетеля ФИО3, поскольку она не работала в кадровой службе, а также необоснованно отклонил показания свидетелей ФИО6 и ФИО7, являются несостоятельными. Суд первой инстанции в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценил все представленные доказательства, включая показания свидетелей, и привел мотивы, по которым принял одни и отклонил другие.

Показания свидетелей ФИО6 и ФИО7, являющихся сотрудниками администрации и находящихся в служебной зависимости от работодателя, обоснованно признаны недостаточными для вывода о факте непредставления сведений, поскольку они не подтверждены никакими письменными доказательствами (актами, докладными записками с регистрацией, требованиями о предоставлении объяснений за соответствующие периоды), тогда как отсутствие надлежащей системы регистрации и хранения сведений у работодателя, установленное судом, объективно препятствует бесспорному установлению факта непредставления сведений именно истцом.

Суд правильно указал, что бремя доказывания законности увольнения лежит на работодателе, который не представил бесспорных доказательств умышленного непредставления сведений за 2020-2023 годы, а также не обосновал невозможность применения более мягкого взыскания за нарушение срока предоставления сведений о доходах за 2024 год.

Утверждение апеллянтов о том, что нарушения процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности в виде: датирования протокола комиссии от 14 августа 2025 года событиями, произошедшими 15 и 18 августа 2025 года; неидентичность копий распоряжения о проведении служебной проверки; указание в приказе об увольнении даты распоряжения о наложении взыскания 28 августа 2025 года вместо 27 августа 2025 года; участие в комиссии главы района, заинтересованность которого подтверждена предшествующим незаконным привлечением истца к дисциплинарной ответственности, являются незначительными, не может быть принято во внимание.

Данные нарушения свидетельствуют о формальном подходе работодателя к процедуре привлечения к ответственности, что само по себе является самостоятельным основанием для признания дисциплинарного взыскания незаконным независимо от наличия или отсутствия проступка.

Судебная коллегия также отмечает, что в нарушение утвержденного Положения о служебных проверках истец не была ознакомлена с распоряжением о назначении служебной проверки, что не оспаривалось ответчиком.

Доводы жалобы о том, что истец, являясь руководителем муниципального учреждения, одновременно занималась предпринимательской деятельностью (учредительство и руководство обществом с ограниченной ответственностью с аналогичными видами деятельности), не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции в рамках заявленных требований и не относятся к основанию увольнения – непредставлению сведений о доходах, в связи с чем не могут служить основанием для отмены решения.

Более того, на момент увольнения (1 ноября 2025 года) истец не являлась генеральным директором общества, что подтверждено решением единственного участника от 12 сентября 2025 года, а учредительство само по себе не создает трудовых отношений и не запрещено действующим законодательством при условии уведомления работодателя (доказательств обратного не представлено).

Ссылка на акт контрольно-счетного органа от 24 ноября 2025 года, составленный после увольнения истца, правомерно не принята судом первой инстанции, поскольку данный акт касается финансово-хозяйственной деятельности учреждения, не связан с исполнением обязанности по предоставлению сведений о доходах, а кроме того, объяснения по нему у истца не истребовались ввиду её нахождения на больничном и последующего увольнения.

Апелляционное представление прокурора, по сути, дублирует доводы жалобы и дополнительно указывает на то, что суд не привел мотивов отклонения доказательств стороны ответчика. Между тем, решение суда содержит подробный анализ всех представленных доказательств, включая показания свидетелей, письменные документы, результаты прокурорской проверки.

При этом, истечение установленных законом сроков давности привлечения к дисциплинарной ответственности (в данном случае за 2020–2021 годы) является самостоятельным и безусловным основанием, исключающим саму возможность применения дисциплинарного взыскания за данные проступки, независимо от их фактического наличия или отсутствия. Суд, установив пропуск работодателем сроков, предусмотренных частью 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, вправе отказать в признании законным взыскания без исследования их обоснованности по существу. Таким образом, даже если бы факт непредставления сведений за 2020–2021 годы подтвердился, увольнение со ссылкой на эти нарушения всё равно являлось бы незаконным ввиду истечения сроков.

При таких обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, принятым при правильном применении норм материального и процессуального права. Доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления направлены на иную оценку доказательств и переоценку выводов суда, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

определила:

решение Иловлинского районного суда Волгоградской области от 3 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области, апелляционное представление прокурора Ольховского района Волгоградской области - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев с даты изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 18 мая 2026 года.