Апелляционное постановление № 22К-1423/2025 от 15 сентября 2025 г. по делу № 3/1-258/2025

Судья Прейбис И.И. Дело № 22 – 1423 – 2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

гор. Калининград 16 сентября 2025 года

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Куратник Н.И.,

с участием прокурора Бурковой Т.В.,

защитника – адвоката Кадаевой О.В.,

при помощнике судьи Юхневич Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело с апелляционной жалобой защитника обвиняемого – адвоката Кадаевой О.В. на постановление Ленинградского районного суда г.Калининграда от 22 августа 2025 года, которым А, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 11 месяцев 30 суток, то есть до 4 ноября 2025 года,

УСТАНОВИЛ:

В апелляционной жалобе адвокат Кадаева О.В. просит отменить постановление, избрать А. меру пресечения – домашний арест. В обоснование указывает следующее. Суд не дал оценку доводам защиты. Доказательств того, что, находясь под домашним арестом, А. может совершить действия, указанные в ч.1 ст. 97 УПК РФ, суду не представлено. Доводы следователя ничем не подтверждены. Показания БВ., с которым у обвиняемого был конфликт, о том, что А. пытался уничтожить доказательства, голословны, другими доказательствами не подтверждены, очная ставка между Б. и А. не проведена. ДД.ММ.ГГГГ года проведено медицинское освидетельствование А. в <данные изъяты> больнице в отделении <данные изъяты>, что не соответствует профилю его заболеваний. В протоколе задержания указано, что А. застигнут при совершении преступления, однако, ему предъявлено обвинение в совершении преступления в 2016 году. Принятое решение основано лишь на тяжести предъявленного обвинения, с которым сторона защиты не согласна. До заключения под стражу А. длительно проживал семьей с В., которая охарактеризовала его положительно, не возражала против его проживания в ее квартире под домашним арестом. Производство по уголовному делу уже окончено, А. не может повлиять на собранные доказательства. В период содержания под стражей состояние здоровья А. ухудшилось, в связи с чем он по состоянию здоровья не смог ознакомиться с материалами уголовного дела, не принимал участия в судебном заседании по ходатайству следователя, на протяжении трех недель медицинскими сотрудниками составлялись справки о невозможности участия А. в следственных действиях из-за высокого давления на фоне перенесенных заболеваний.

Заслушав выступления защитника – адвоката Кадаевой О.В., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Бурковой Т.В. об оставлении постановления без изменений, изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 110 ч.1 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Согласно ч.2 ст.109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения срок содержания под стражей может быть продлен судьей районного суда свыше шести до двенадцати месяцев в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, в случае особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, до 12 месяцев.

Указанные положения закона не нарушены.

Ходатайство подано следователем, в производстве которого находится уголовное дело, в пределах его компетенции с согласия уполномоченного руководителя следственного органа, и обоснованно рассмотрено судом по месту производства предварительного расследования.

Требования, предъявляемые в соответствии с ч.8 ст.109 УПК РФ к содержанию поданного ходатайства и представленным материалам, соблюдены.

Задержание А. произведено в соответствии с требованиями ст.ст. 91-92 УПК РФ, порядок задержания не нарушен.

Доводы защиты о том, что, исходя из давности вмененного преступления, в протоколе задержания необоснованно указано на то, что А. застигнут при его совершении, не ставят под сомнение законность задержания, основанием которого послужило также то, что очевидцы указали на А. как на лицо, совершившее преступление.

Данных о том, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, изменились так, что необходимость в данной мере пресечения отпала, не имеется.

Представленные суду материалы, в том числе протоколы допросов свидетелей, копии судебных решений о признании недействительными сделок по земельным участкам, присвоение которых вменяется А., содержат конкретные сведения, указывающие на обоснованность подозрений в причастности последнего к расследуемому преступлению, чему суд, не входя в обсуждение вопроса о виновности, дал должную оценку в обжалуемом постановлении, а кроме того, данный вопрос уже неоднократно являлся предметом судебной проверки на предыдущих стадиях.

Как следует из материалов дела, А. обвиняется в совершении тяжкого преступления, с использованием служебного положения главы администрации МО «<данные изъяты>», за которое предусмотрено наказание, исключительно в виде лишения свободы.

Из показаний свидетеля Б. – сотрудника администрации МО «<данные изъяты>», следует, что вскоре после визита следователя А. просил его (Б.) подготовить «задним числом» акт уничтожения документов Комиссии по устранению конфликта интересов администрации (л.д.№).

Доводы защиты о неправильной квалификации действий обвиняемого, о его конфликте с Б. не являются предметом проверки в рамках материала о мере пресечения, поскольку вопросы виновности, квалификации, достоверности собранных доказательств и законности произведенных следственных действий не подлежат разрешению судом на данной стадии.

Учитывая характер и степень общественной опасности расследуемого преступления, данные о личности А., информацию о попытке обвиняемого незадолго до задержания оказать давление на свидетеля в целях уничтожения доказательств, а также принимая во внимание особую сложность уголовного дела и необходимость выполнения ряда следственных и процессуальных действий, без которых закончить предварительное расследование не представляется возможным, суд апелляционной инстанции находит правильным вывод суда о необходимости продления срока содержания А. под стражей, поскольку имеются достаточные основания полагать, что в случае избрания более мягкой меры пресечения обвиняемый под угрозой возможного лишения свободы может скрыться, уничтожить доказательства, либо иным образом воспрепятствовать производству по делу.

Выводы суда в постановлении должным образом мотивированы, принятое решение соответствует положениям уголовно-процессуального закона и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».

Доводы стороны защиты не ставят выводы суда под сомнение, не влекут отмену или изменение обжалуемого постановления, поскольку изложенные выше фактические обстоятельства свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в ч.1 ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства в случае применения в отношении него более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения.

Тяжесть инкриминируемого преступления не являлась единственным основанием при решении вопроса о мере пресечения, а обоснованно учитывалась судом в соответствии со ст. 99 УПК РФ в совокупности с иными обстоятельствами, свидетельствующими о наличии риска уклонения обвиняемого от правосудия.

Учитывая характер и степень общественной опасности расследуемого преступления, необходимость последовательного и взаимообусловленного производства значительного объема следственных и процессуальных действий, в том числе допросов свидетелей, осмотров земельных участков, осмотров документов, пяти длительных землеустроительных экспертиз, направленных на установление обстоятельств, подлежащих доказыванию, собирание и проверку доказательств, доводы следователя и выводы суда о том, что расследование уголовного дела представляет особую сложность, являются обоснованными.

Такой неэффективной организации расследования, которая могла бы повлечь отказ в удовлетворении ходатайства следователя, по уголовному делу не допущено.

Как следует из представленных материалов, в истекший период после предыдущего решения о мере пресечения выполнялись следственные действия, указанные в предыдущем ходатайстве о мере пресечения и иные, в которых возникла необходимость, ДД.ММ.ГГГГ А. было перепредъявлено обвинение, после чего выполнялись требования ст.ст.215, 217, 219 УПК РФ, судом в порядке ч.3 ст. 217 УПК РФ было принято решение об ограничении А. срока ознакомления с материалами уголовного дела.

Предварительное следствие не было окончено в ранее установленный срок по объективным причинам, в связи с необходимостью последовательного выполнения следственных действий и экспертиз, определение объема и очередности которых относится к исключительной компетенции следователя и не подлежит судебному контролю.

Поскольку в ходатайствах указываются те действия, которые требуется произвести в целом по уголовному делу за все время предварительного расследования, в последующих ходатайствах ранее названные действия неизбежно дублируются.

Из пояснений адвоката Кадаевой О.В. в суде апелляционной инстанции следует, что принятое судом решение об ограничении А. срока ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ч.3 ст.217 УПК РФ, как и результаты медицинского освидетельствования А., стороной защиты в установленном порядке не обжаловались, на настоящий момент уголовное дело уже направлено прокурору для утверждения обвинительного заключения.

Срок содержания А. под стражей продлен в соответствии со ст.109 УПК РФ в пределах заявленного ходатайства и срока предварительного следствия по делу.

С учетом объема проведенных и запланированных действий, а также необходимости принятия прокурором решения в порядке, установленном ст.221 УПК РФ, и выполнения судом требований, предусмотренных ч.3 ст.227 УПК РФ, установленный судом срок содержания А. под стражей на данный момент разумные пределы не превысил.

Ходатайство стороны защиты о применении более мягкой меры пресечения рассмотрено судом надлежащим образом и обоснованно отклонено по мотивам, с которыми суд апелляционной инстанции согласен.

Доводы апелляционной жалобы о том, что А. может содержаться под домашним арестом по месту жительства его сожительницы, с которой он проживал совместно, опровергаются показаниями самого обвиняемого о том, что он жил один, права собственности на жилье не имеет, а по месту регистрации не проживает уже более 30 лет (л.д№).

Как следует из материалов дела, в суде первой инстанции судебное разбирательство по ходатайству следователя неоднократно откладывалось для обеспечения участия обвиняемого, однако, согласно поступившим из филиала «Медицинская часть №4» ФКУЗ МСЧ-39 ФСИН России сведениям на даты назначенных судебных заседаний А. по состоянию здоровья каждый раз не мог принимать участие в рассмотрении ходатайства следователя, его явка не могла быть обеспечена.

В связи с тем, что судом были приняты необходимые и достаточные меры для обеспечения участия А. в судебном заседании, однако, установлено наличие обстоятельств, исключающих возможность его доставления в суд, подтвержденных соответствующими медицинскими документами, суд обоснованно рассмотрел ходатайство следователя в отсутствие обвиняемого с участием его защитника, что соответствует требованиям ч.13 ст.109 УПК РФ.

Само по себе наличие у обвиняемого ряда заболеваний, а также имеющиеся в деле справки о том, что он по состоянию здоровья не может принимать участие в судебных заседаниях, в том числе на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, не свидетельствуют о том, что он по состоянию здоровья не может содержаться под стражей.

Согласно медицинскому заключению от ДД.ММ.ГГГГ по результатам медицинского освидетельствования А. было установлено отсутствие у него заболеваний, включенных в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 №3 (далее – Перечень тяжелых заболеваний).

Как следует из сообщения ФКУЗ МСЧ-39 ФСИН России от 15.09.2025, А находится под наблюдением медицинских работников ФСИН России, ДД.ММ.ГГГГ был госпитализирован в отделение <данные изъяты> ГБУЗ «<данные изъяты>», находился на стационарном обследовании, прошел полный цикл лабораторных и инструментальных обследований, был осмотрен врачом-кардиологом, врачом-неврологом, после проведенного стационарного лечения и осмотра врачей-специалистов ДД.ММ.ГГГГ медицинской комиссией ГБУЗ «<данные изъяты>» проведено медицинское освидетельствование А., по заключению медицинской комиссии № № от ДД.ММ.ГГГГ установлено отсутствие у него заболевания, включенного в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений.

За время содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области А. регулярно осматривается врачами-специалистами, получает необходимое лечение, ежедневно осматривается медицинскими работниками на утренних покамерных обходах.

Рекомендованную врачами-специалистами ГБУЗ «<данные изъяты>» медикаментозную терапию получает в полном объеме.

Несмотря на проводимую терапию, регистрируются случаи нестабильного артериального давления, гипертонических кризов.

В то же время, 26.08.2025 – спустя всего несколько дней после вынесения судом постановления от 22.08.2025 о мере пресечения, А не дал письменного согласия на предложение начальника филиала «Медицинская часть №4» о госпитализации в филиал «Больница» ФКУЗ МСЧ-39 ФСИН России для обследования и лечения.

Свой отказ от дачи данного согласия А. мотивировал желанием согласовать этот вопрос с адвокатом.

Как следует из сообщения ФКУЗ МСЧ-39 ФСИН России от 15.09.2025, в случае получения от А. согласия на госпитализацию он будет направлен на госпитализацию в филиал «Больница» ФКУЗ МСЧ-39 ФСИН России в плановом порядке.

Учитывая изложенное выше, нахождение А. в условиях СИЗО под медицинским наблюдением, а также его отказ от предложенной ему госпитализации для обследования и лечения по надуманным основаниям, поскольку решение о даче согласия на госпитализацию либо об отказе от нее основывается на самочувствии и текущем состоянии обвиняемого, в связи с чем данный вопрос не требует консультации юриста, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что объективных данных о том, что обвиняемый нуждается в лечении, которое не может быть ему предоставлено в условиях содержания под стражей, на данный момент не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену постановления, не допущено.

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинградского районного суда г.Калининграда от 22 августа 2025 года в отношении обвиняемого А оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий: <данные изъяты>

<данные изъяты>