Апелляционное определение № 33-4662/2026 от 18 марта 2026 г.

Судья Гатина Г.Р. 16RS0019-01-2024-000583-78

Дело № 2-4/2025

№ 33-4662/2026

учет № 160


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 марта 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Соловьевой Э.Д.,

судей Кутнаевой Р.Р., Камалова Р.И.

с участием прокурора Янусика А.С.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Анисимовой В.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Кутнаевой Р.Р. гражданское дело с апелляционной жалобой ФИО1 на решение Мамадышского районного суда Республики Татарстан от 18 декабря 2025 года, которым частично удовлетворены исковые требования ФИО2 к ФИО1 о компенсации морального вреда, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, с ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на взысканную сумму компенсации морального вреда 100 000 рублей, с момента вступления решения суда в законную силу по день фактического исполнения решения суда, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей. В удовлетворении исковых требований в большем размере отказано.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя ответчика ФИО1 – ФИО3 в поддержку доводов жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1, государственному казенному учреждению «Главное Управление содержания и развития дорожно-транспортного комплекса Татарстана при Министерстве транспорта и дорожного хозяйства Республики Татарстан» (далее ГКУ «Главтатдортранс») о компенсации морального вреда, взыскании утраченного заработка, расходов на лечение, судебных расходов.

В обоснование исковых требований указано, что <адрес> в <данные изъяты> ФИО1 на <адрес>, управляя автомобилем ЗИЛ ММ – 3554 М с государственным регистрационным номером ...., при движении со стороны г. Мамадыш в направлении Тюлячи, в нарушение пунктов 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской федерации (далее ПДД РФ) не выбрал скорость, необходимый боковой интервал, обеспечивающие безопасность дорожного движения, которые позволили бы избежать столкновения со встречным автомобилем, не справился с управлением, выехал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения и совершил столкновение со встречным автомобилем Scania с государственным регистрационным номером ...., под управлением ФИО2, принадлежащим на праве собственности ООО «Агропромышленная компания Продовольственная программа» на основании договора купли-продажи .... от <дата> года, заключенного с <данные изъяты>

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) водитель ФИО2 получил перелом нижней трети левой голени и доставлен в ГАУЗ «Мамадышская ЦРБ».

Гражданская ответственность ФИО1 на дату ДТП не была застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО.

В день происшествия на проезжей части автодороги имелись снежный накат, наледь, дефекты в виде просадок, выступов и углублений.

Дорожные знаки, предупреждающие о дорожной обстановке, установлены не были.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 по Вахитовскому району г. Казани от 23 мая 2023 года дело об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.34 Кодекса Российской федерации об административных правонарушениях (далее КоАП РФ), в отношении ГКУ «Главтатдортранс» прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Автодорога Мамадыш-Тюлячи находится на балансе ГКУ «Главтатдортранс», на котором и лежит ответственность за содержание данного участка автодороги.

В результате ДТП истец пережил сильнейший болевой шок и страх смерти, находился на больничном с 27 января 2023 года по 6 апреля 2023 года, в результате полученных травм ограничен в движении, по сегодняшний день принимает обезболивающие препараты, проходит реабилитационные мероприятия.

Указывая на изложенные обстоятельства, истец просил взыскать в солидарном порядке с ФИО1 и ГКУ «Главтатдортранс» компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, недополученный заработок в размере 193 592, 69 рублей, расходы на лечение в размере 11 015, 99 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 193 592,69 рублей, расходы по уплате госпошлины в размере 8 246 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму долга в размере 504 608, 68 рублей, начиная с 1 июня 2023 года по день фактической оплаты суммы долга, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

В процессе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены АО «Татавтодор», Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан, ООО «Агропромышленная компания Продовольственная программа».

В ходе судебного разбирательства представителем истца ФИО2 – ФИО4 представлен письменный отказ от части исковых требований, в том числе от требований, предъявленных к ответчику ГКУ «Главтатдортранс», а также от требований к ответчику ФИО1 в части взыскания расходов на лечение и утраченного заработка.

Определением суда от 18 декабря 2025 года принят отказ истца от иска в части требований к ответчику ГКУ «Главтатдортранс», а также в части исковых требований к ответчику ФИО1 о взыскании утраченного заработка и расходов на лечение.

В окончательном виде истец просил взыскать с ответчика ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей, начиная с даты вступления решения суда в законную силу по день исполнения обязательства, расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей, расходы по уплате госпошлины в размере 8 246 рублей.

Истец ФИО2 и его представитель ФИО4 в судебное заседание суда первой инстанции не явились, обратившись с ходатайством о рассмотрение дела в их отсутствие.

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО3 в судебное заседание также не явились, предоставили письменные возражения на иск, согласно которым просили учесть тяжелое имущественное положение ответчика и снизить размер компенсации морального вреда до разумных пределов – 100 000 рублей, а также размер расходов на оплату услуг представителя до 10 000 рублей.

Представители третьих лиц АО «Татавтодор», ГКУ «Главтатдортранс» ФИО5, ФИО6 разрешение спора оставили на усмотрение суда.

Представители третьих лиц Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан, <данные изъяты> будучи извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Судом первой инстанции постановлено решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе ФИО1 в лице своего представителя ФИО3 просит об изменении решения суда первой инстанции в части взыскания компенсации морального вреда со снижением ее до разумных пределов – 100 000 рублей, настаивая на своей позиции о том, что как заявленный истцом, так и взысканный судом размер компенсации морального вреда необоснованно завышен и не подтверждается допустимыми и относимыми доказательствами, а также не соответствует сложившейся судебной практике в регионе.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 – ФИО3 апелляционную жалобу поддержал по приведенным в ней основаниям.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, на основании статей 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 указанного названного кодекса (пункт 1).

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Положениями статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, в том числе жизнь и здоровье (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

На основании статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 15 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Пунктом 28 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Таким образом, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из материалов дела следует, что <дата> года в <данные изъяты> на <адрес> произошло столкновение транспортного средства ЗИЛ ММ 3554 М под управлением ФИО1 и принадлежащего ООО «Агропромышленная компания Продовольственная программа» транспортного средства Scania под управлением ФИО2

В результате ДТП автомобилям марки Scania и марки ЗИЛ ММ 3554 М причинены механические повреждения, а ФИО2 - телесные повреждения.

По факту ДТП постановлением инспектора ДПС ОГИБДД отдела МВД России по Мамадышскому району Республики Татарстан от 27 января 2023 года ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 КоАП РФ за то, что 27 января 2023 года в 09 часов 50 минут на 22 км автодороги Мамадыш-Тюлячи, управляя автомобилем марки ЗИЛ в нарушение требований пунктов 9.10, 10.1 ПДД РФ не выбрал скорость, необходимый боковой интервал, обеспечивающие безопасность дорожного движения, которые позволили бы избежать столкновения, тем самым, нарушил правила расположения транспортного средства на проезжей части.

Решением начальника ОГИБДД отдела МВД России по Мамадышскому району Республики Татарстан от 3 марта 2023 года постановление должностного лица отменено, производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.

Решением Мамадышского районного суда Республики Татарстан от 27 апреля 2023 года решение начальника ОГИБДД ОМВД России по Мамадышскому району Республики Татарстан от 3 марта 2023 года отменено, производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Решением Верховного Суда Республики Татарстан от 7 июня 2023 года решение Мамадышского районного суда Республики Татарстан от 27 апреля 2023 года оставлено без изменения, жалобы ООО «Агропромышленная компания Продовольственная программа», ФИО2, ФИО1 – без удовлетворения.

Ранее Мамадышским районным судом Республики Татарстан рассмотрено гражданское дело № .... по иску ООО «Агропромышленная компания Продовольственная программа» к ГКУ «Главтатдортранс», <данные изъяты> ущерба, причиненного в результате ДТП.

Вступившим в законную силу решением Мамадышского районного суда Республики Татарстан от 2 августа 2024 года установлено, что участок дороги, на котором произошло ДТП, не соответствовал установленным нормативным требованиям и не обеспечивал безопасность движения транспортных средств.

Факт ненадлежащего состояния проезжей части в месте ДТП подтверждается протоколом осмотра места происшествия, актом сотрудников ОГИБДД, письменными объяснениями участников дорожно-транспортного происшествия: водителей <данные изъяты>., пассажира <данные изъяты> а также фотоматериалами. При этом погодные условия накануне дорожно-транспортного происшествия – 26 января 2023 года (небольшой дождь, снег) способствовали образованию гололедно-изморозевых отложений и образованию гололедицы на дороге.

В то же время, наличие зимней скользкости на дороге не освобождало водителя ФИО1 от обязанности соблюдения пункта 10.1 ПДД РФ о выборе скорости, обеспечивающей его возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения Правил.

ФИО1 неверно оценил дорожную ситуацию, тогда как водитель в каждом конкретном случае должен учитывать дорожные условия, состояние дорожного покрытия и его сцепные свойства.

Суд пришел к выводу о том, что действия водителя <данные изъяты> и ГКУ «Главтатдортранс» состоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями, поэтому суд признал их вину в ДТП обоюдной и равной, по 50% за <данные изъяты> и ГКУ «Главтатдортранс».

Апелляционным опере6делнием судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 7 июля 2025 года решение Мамадышского районного суда Республики Татарстан от 2 августа 2024 года оставлено без изменения.

Кассационным определением от 12 ноября 2025 года вышеназванные решение суда и апелляционное определение оставлены без изменения.

Согласно экспертному заключению государственного автономного учреждения здравоохранения «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Республики Татарстан» от 7 апреля 2023 года № 77, выполненному в ходе проведения административного расследования, у ФИО2 обнаружены ушибленно-рваная рана левой пяточной области, потребовавшая первичную хирургическую обработку (наложение швов) и гематома левой голени, потребовавшая ее вскрытие и опорожнение, что подтверждается клинико – объективными данными (по записям предоставленных медицинских документов). Учитывая анатомо-физиологические особенности данных анатомических областей, вышеуказанные телесные повреждения как единый комплекс повреждений, расцениваются как повреждения, причинившие средний вред здоровью, так как повлекли за собой длительное расстройство здоровья сроком более 21 дня (трех недель). При этом, эксперт допускает возможность образования данных повреждений в срок и при обстоятельствах рассматриваемого ДТП.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что вред здоровью ФИО2 причинен в результате ДТП, которое произошло по вине ГКУ «Главтатдортранс», не обеспечившего надлежащее состояние дорожного покрытия, а также по вине Х.И.М., которым были нарушены требования пункта 10.1 ПДД РФ.

Как следует из материалов дела, 27 января 2023 года ФИО2 обратился в приемное отделение Мамадышской ЦРБ, где ему произведено ПХО раны, наложена асептическая повязка, установлен диагноз: рваная рана левой пятки.

С 28 января 2023 года по 6 апреля 2023 года истец наблюдался амбулаторно, проводились обработки рваной раны левой пятки, вскрытие и опорожнение гематомы левой голени, перевязки ран.

ФИО2 с <дата> года находился на листках нетрудоспособности.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что вред здоровью, причиненный истцу в результате ДТП, повлек для него не только физические, но и нравственные страдания.

ФИО2 длительное время проходил лечение, перенес ограничение подвижности, был вынужден отказаться от привычного образа жизни, нуждался в постороннем уходе, медицинском наблюдении, что подтверждается копией медицинской амбулаторной карты.

С учетом фактических обстоятельств дела, возраста истца, характера и тяжести перенесенных повреждений, длительности лечения и ограничения физической активности, необходимости медицинского и бытового сопровождения, вызванных травмой, которые безусловно повлекли претерпевание нравственных страданий, суд пришел к выводу, что компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей в полной мере будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

Принимая во внимание установленную степень вины ответчика ФИО1 (50%) в причинении вреда, с него в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей.

При этом суд дал оценку доводам представителя ответчика о тяжелом материальном положении ответчика ФИО1, по результатам которой признал их несостоятельными ввиду отсутствия достаточных и объективных доказательств в обоснование тяжелого имущественного положения.

Рассматривая требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с даты вступления решения суда в законную силу по день фактического исполнения обязательства, суд исходил из разъяснений, содержащихся в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которым проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации).

Суд апелляционной инстанции полагает, что с учетом фактических обстоятельств произошедшего, тяжести причиненного истцу вреда здоровью, определенный судом размер компенсации морального вреда в общей сумме 200 000 рублей соответствует критериям разумности и справедливости.

Судебная коллегия, вопреки доводам жалобы, не усматривает оснований считать данную сумму завышенной, судом произведено уменьшение суммы взыскиваемой компенсации по сравнению с заявленными исковыми требованиями.

Высказанная ответчиком позиция об оптимальном размере компенсации морального вреда, которая составляет, по его мнению, сумму равную 100 000 рублей, по сути, ничем не мотивирована и носит произвольный характер.

Ссылка в жалобе на то, что определенный судом размер компенсации морального вреда ничем не подтвержден, признается судебной коллегией несостоятельной, поскольку определение суммы компенсации морального вреда является оценочной компетенцией суда, реализуемой на основе внутреннего убеждения и закона.

Таким образом, приведенные в апелляционной жалобе доводы ответчика о неподтвержденности размера компенсации морального вреда не опровергают выводов суда, направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой и определения иного размера возмещения, чем это установлено судом первой инстанции, у судебной коллегии не имеется.

Судом правильно определены имеющие значение для разрешения спора обстоятельства по делу, выводы суда первой инстанции соответствуют представленным доказательствам.

Поскольку обстоятельств, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми решение суда могло бы быть изменено или отменено, судебной коллегией по доводам апелляционной жалобы не установлено, в ее удовлетворении следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Мамадышского районного суда Республики Татарстан от 18 декабря 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) в срок, не превышающий трех месяцев, через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 2 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи