Решение № 2-740/2017 2-740/2017~М-584/2017 М-584/2017 от 19 июля 2017 г. по делу № 2-740/2017

Дело № 2-740/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Юргинский городской суд Кемеровской области

в с о с т а в е:

председательствующего судьи Королько Е.В.,

при секретаре судебного заседания Прошиной Н.А.,

с участием:

ст. помощника прокурора Юргинской межрайонной прокуратуры

Барабановой О.В.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика Миндерова Д.В.,

20 июля 2017 года

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Юрге Кемеровской области гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда жизни в результате дорожно-транспортного происшествия,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд к ФИО3 с вышеуказанным иском, указав следующее. Истец является матерью АЕС, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая 15.08.2015г. около 20 часов на автодороге Новосибирск-Иркутск на 71 км+ 57м + 50м + 69,1 м подъезд к г. Томск, являясь пешеходом, была смертельно травмирована в результате ДТП водителем ФИО3, который управлял автомобилем «***», государственный регистрационный знак ***. Неоднократно следователями СО по Юргинскому району выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении водителя ФИО3 по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, которые отменялись. Истец намерена добиваться привлечения ответчика к уголовной ответственности, поскольку уверена в наличии его вины в смерти дочери. После смерти дочери ее четверо малолетних детей: ***, *** года рождения, ***, *** года рождения, ***, *** года рождения, ***, *** года рождения, которые приходятся истцу внуками, проживают с истцом и находятся на ее иждивении, поскольку АЕС с их отцом АЕВ разошлась, он проживает в г. Томск, имеет большую задолженность по алиментам, связь с детьми не поддерживает. В связи с похоронами дочери и на поминальные обеды 17.08.2015г и на 9 день, были понесены расходы. Согласно товарных чеков на суммы: 2 838руб., 7 114руб., 24 125руб., 6 135руб., 12 350руб., а всего на сумму 52 562 рубля были приобретены продукты питания и спиртное для поминальных обедов. Для проведения поминального обеда был снят зал ФИО4 Юргинского района, за аренду которого оплачено 3 000 рублей. В ООО «Салон обрядовых услуг» было заказано фото погибшей с надписью на памятнике, за что оплачено 1 200 рублей. Всего понесены расходы, связанные с погребением дочери, на сумму 56 762 рублей. Смерть дочери потрясла истца, она не могла ни кушать, ни спать, не могла встать с постели, особенно, когда ознакомилась с актом судебно-медицинского исследования трупа ее дочери. Дети остались без матери, они ее зовут, ждут, все это происходит на глазах истца, они вместе переносят это горе. По вине ФИО3 ей причинены как физические, так и нравственные страдания, компенсацию морального вреда оценивает в 1 000 000 рублей. Просит взыскать с ФИО3 в свою пользу в счет возмещения материального ущерба 56 762 рубля, в счет компенсации морального вреда, в связи со смертью дочери, 1 000 000 рублей (л.д. 2-6).

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2, полномочия которого определены устным заявлением истца, занесенным в протокол судебного заседания 31.05.2017г. (протокол на л.д. 92-93), в судебном заседании поддержали доводы и требования искового заявления в полном объеме. В судебном заседании 12.05.2017г. ФИО1 пояснила суду, что ее дочь АЕС., в девичестве Р., *** года рождения, проживала вместе со своими четырьмя детьми в ***. Вечером 15.08.2015года, проживая в г. Томск, где работала, она пришла с работы и по телефону супруг сообщил ей, что дочь Л. погибла, что ее сбила машина насмерть, смерть наступила мгновенно, «скорую помощь» вызывать нет смысла. Она сначала не поверила, у нее началась истерика, чуть позже она поехала на место ДТП на трассу возле ***. По прибытии на место ДТП увидели, что на проезжей части лежит ее дочь Л., вокруг нее очень много людей, в нескольких метрах от ее тела находился автомобиль, сбивший ее, в нем сидел ФИО3, из автомобиля он не выходил, постоянно звонил по телефону. Через минут 30-40 приехала «скорая помощь» и сотрудники ДПС, констатировали смерть дочери и тело дочери увезли. На месте ДТП находились очень долго, примерно до 04.30 часов утра 16 августа 2015г. Она и супруг были в таком состоянии, что им сразу на месте ДТП сотрудники «скорой помощи» ставили уколы, стоять на ногах не могли. Она (истец) не хотела жить, ее только останавливало, что теперь надо воспитывать внуков – детей Л.. На протяжении трех месяцев со дня смерти дочери, деревенский фельдшер не отходил от нее, она постоянно принимала успокоительные средства. Даже сейчас, по прошествии почти двух лет, спокойно говорить об этом не может. После смерти дочери ей пришлось сразу уволиться с работы в г. Томске, до пенсии не доработала шесть лет, семья фактически осталась без средств к существованию. Воспитанием внуков теперь полностью занимается она и супруг, отец внуков с детьми не общается, материально не помогает, проживает в г. Томске, не трудоустроен. Она обратилась в органы опеки, намерена оформлять опекунство. До трудоустройства в г. Томске, они проживали одной семьей, она ежедневно помогала дочери в воспитании детей. С дочерью Лизой у нее были очень близкие отношения. После отъезда в г. Томск они ежедневно по несколько раз в день с ней созванивались. Для нее это очень тяжелая потеря.

Ответчик ФИО3 и его представитель – адвокат Миндеров Д.В., действующий на основании ордера от 20.04.2017г. (л.д. 57), в судебном заседании возражали против удовлетворения требований истца, представлены письменные отзывы на исковое заявление (л.д. 59-60, 135-138), указывая, что по данному факту ДТП проводилось расследование, 16.05.2016г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием в деянии состава преступления. Соответственно ФИО3 не виновен в причинении смерти АЕС в результате ДТП. В постановлении указывается, что АЕС находилась в состоянии алкогольного опьянения, сама выскочила на проезжую часть перед автомобилем, которым управлял ФИО3, то есть сама стала виновником ДТП. При этом она нарушила п. 4.1. Правил дорожного движения РФ, поскольку находилась на проезжей части в темное время суток без световозвращающих элементов. Полагает, что в обрядовые действия входит непосредственно погребение, а также проведение поминального обеда непосредственно в день погребения. Согласно традициям, на поминальном обеде не предусмотрено распитие спиртных напитков. Соответственно расходы, понесенные ФИО1 на погребение АЕС подлежат уменьшению на суммы, потраченные на поминальный обед девять дней, а также на приобретение спиртных напитков. Гражданская ответственность ФИО3 была застрахована в ОАО «АльфаСтрахование», поэтому сумма на погребение должна быть выплачена страховой компанией. Не представлено доказательств, понесенных моральных и физических страданий. Просит отказать в удовлетворении исковых требований.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Открытое акционерное общество «АльфаСтрахование», в судебное заседание не явился, о его дате, времени и месте извещены своевременно и надлежащим образом (л.д. 161,162), в письменном заявлении просят рассмотреть дело в отсутствии их представителя (л.д.131-132), указывают, что гражданская ответственность ФИО3 была застрахована в ОАО «АльфаСтрахование» в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, истец обратился в суд без обращения к соответчику - ОАО «АльфаСтрахование» с необходимым пакетом документов по данному ДТП, претензионный порядок не соблюден, что является основанием для оставления искового заявления без рассмотрения.

Выслушав пояснения сторон и их представителей, допросив свидетелей ЛЕМ., РНМ., ССВ., ССВ., ФАИ., заслушав заключение ст. помощника прокурора Юргинской межрайонной прокуратуры Барабанову О.В., полагавшую, что в судебном заседании нашло свое подтверждение причинение ответчиком истцу морального вреда в результате гибели в ДТП 15.08.2015 года ее дочери АЕС., и возможным удовлетворение иска с уменьшением размера компенсации морального вреда с учетом имущественного положения ответчика, суд пришел к выводу, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (в частности статья 1079 Гражданского кодекса РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (в частности, статья 1079 ГК Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1100 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Копия паспорта на л.д. 8 подтверждает личность истца ФИО1, *** года рождения, уроженки ***.

Представленными суду документами подтверждается, что АЕС, *** года рождения (в девичестве – РЕС, фамилия А. присвоена после заключения брака ***) приходится дочерью ФИО1 (в девичестве – ФИО5, фамилия ФИО1 присвоена после заключения брака ***) (копия свидетельства о рождении на л.д. 10, копия справки о заключении брака на л.д. 58, копия свидетельства о заключении брака на л.д. 51).

Согласно копии свидетельства о смерти АЕС, *** года рождения, умерла *** в ***, актовая запись *** от 20.08.2015г. (л.д. 11).

Как следует из пояснений сторон, показаний свидетелей и письменных материалов дела, в том числе справки о ДТП, 15.08.2015 года около 21 час. 00 мин. на 72 км автодороги «Подъезд к г. Томск», водитель ФИО3, управляя автомобилем марки «***», государственный регистрационный знак ***, совершил наезд на пешехода АЕС, в результате чего АЕС была смертельно травмирована (л.д. 18, 19, 20-21, 25, 26-28, 30-39, 165-167).

Автомобиль марки ***», государственный регистрационный знак ***, на момент ДТП зарегистрирован за супругой ФИО3 – ССВ (л.д. 61-62, 63, копия свидетельства о браке на 66), которая пояснила в судебном заседании, что доверила управление автомобилем своему супругу ФИО3, он также был допущен к управлению транспортным средством в соответствии со страховым полисом ОСАГО (л.д. 91).

В настоящее время материалы проверки по факту ДТП направлены на дополнительную проверку начальнику Межмуниципального отдела МВД России «Юргинский» (л.д. 164).

Причиной смерти АЕС явился травматический шок, развившийся в результате сочетанной тупой травмы головы, грудной клетки, живота, левой верхней конечности, нижних конечностей. Все повреждения образовались одновременно от воздействия тупых твердых предметов, возможно от ударов выступающих частей движущегося автомобиля с последующим падением и ушибом о дорожное покрытие, в данном случае в момент ДТП 16.08.2015г., что подтверждается актом судебно-медицинского исследования трупа № 314 от 17.08.2015- 08.09.2015г.г. (л.д. 33-35).

Согласно справке о составе семьи, администрации Зеледеевского сельского поселения от 20.03.2017г., АЕС на день смерти – 15.08.2015г., проживала и была зарегистрирована по адресу: *** совместно с ней были зарегистрированы и проживали ее дети: ***, *** года рождения, ***, *** года рождения, ***, *** года рождения, ***, *** года рождения (л.д. 17).

Согласно копии паспорта истца ФИО1, она с 26.02.1997 года также зарегистрирована по месту жительства по адресу: *** (л.д.50). Из пояснений истца следует, что на момент ДТП она временно проживала в г. Томск, где была трудоустроена. Справкой от 30.05.2017г. подтверждается, что ФИО1 действительно работала у ИП ФИО6 (г. Томск) в должности кассира с 04.05.2015г. по 30.08.2015г., в период с 16.08.2015г. по 30.08.2015г. находилась в отпуске без содержания в связи со смертью дочери. По возвращении из отпуска уволилась по собственному желанию (л.д. 90).

Свидетели ЛЕМ., РНМ., в судебном заседании подтвердили, что истец тяжело переживает потерю дочери, с которой у нее были близкие отношения.

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, сам факт нравственных переживаний ФИО1 в связи со смертью близкого человека является очевидным и в силу ч. 1 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) не нуждается в доказывании.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Исходя из изложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Анализируя вышеизложенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что в судебном заседании нашел подтверждение факт причинения истице морального вреда, так как в результате данного ДТП истица потеряла близкого человека – дочь, то есть понесла невосполнимую потерю, чем ей были причинены значительные нравственные страдания.

Следовательно, истец ФИО1 имеет право требовать денежную компенсацию морального вреда в связи с гибелью своей дочери АЕС

Доводы стороны ответчика о том, что не установлена вина ФИО3 в причинении смерти АЕС не могут быть приняты судом, поскольку в силу действующего законодательства компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса РФ).

Вместе с тем, суд полагает, что требования о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей являются завышенными.

В соответствии с положениями статьи 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 1 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

В соответствии с п. 2 данной статьи Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Таким образом, обстоятельства дорожно-транспортного происшествия в силу действующего законодательства, не могут полностью освободить причинителя вреда от ответственности, за исключением случаев, предусмотренных ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, однако, судом таких обстоятельств не установлено.

При судебно-химическом исследовании крови (акт № 5146 от 27.08.2015г.) обнаружен этиловый спирт в крови в концентрации 1,4 промилле, что применительно к живым лицам соответствует легкой степени алкогольного опьянения, что подтверждается актом судебно-медицинского исследования трупа АЕС № 314 от 17.08.2015- 08.09.2015г.г. (л.д. 33-35).

Согласно протокола осмотра места происшествия и схемы места ДТП следует, что место наезда расположено на расстоянии 1 м от правого края проезжей части по направлению движения в сторону ***, на полосе движения водителя ФИО3

При таких обстоятельствах суд усматривает в действиях погибшей наличие грубой неосторожности.

В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 неоднократно отказывалось, поскольку в ходе проверки не установлено в его действиях нарушений требований Правил дорожного движения РФ (л.д. 18, 166).

Суд приходит к выводу, что размер возмещения должен быть уменьшен с учетом положений п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ.

Согласно п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Судом установлено, что заработная плата ФИО3 стабильно составляет 10 500 рублей (февраль, март 2017 г. – 12 000 рублей), из которой удерживаются алименты в размере 25% (л.д. 64), ответчику принадлежит на праве совместной собственности с ССВ квартира в ***, общей площадью 57,8 кв. м (л.д. 65), он имеет кредитные обязательства (л.д. 70-76). Суд учитывает имущественное положение ответчика при определении размера компенсации морального вреда.

Решая вопрос о размере денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд принимает во внимание, что ФИО3 совершил наезд на пешехода АЕС находящуюся на проезжей части в состоянии алкогольного опьянения, а также имущественное положение ответчика - с учетом удержаний алиментов его доход ежемесячно составляет 8 125,25- 9 299 рублей, при этом он имеет кредитные обязательства, оценивая характер нравственных страданий, связанных с внезапной потерей близкого человека - дочери, требования разумности и справедливости, суд находит возможным удовлетворить требования ФИО1, определив компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, которые и подлежат взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в части взыскания с ответчика ФИО3 денежной компенсации морального вреда в сумме, превышающей 200 000 рублей, суд отказывает.

Определяя компенсацию морального вреда в вышеуказанном размере, суд принял во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Истец указывает, что на погребение дочери ею понесены затраты в размере 56 762 рубля, просит взыскать эти расходы с ответчика ФИО3

В силу п. 1 ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12.01.1996г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со ст. 3 названного Федерального закона погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, т.е. размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте РФ или в муниципальном образовании, предусмотренного ст. 9 Федеральным законом «О погребении и похоронном деле», с учетом их разумности.

Истец указывает, что на приобретение продуктов питания и спиртных напитков на поминальные обеды в день похорон 17.08.2015г и на девятый день были понесены расходы, согласно товарных чеков на суммы: 2 838руб., 7 114руб., 24125руб., 6 135руб., 12 350руб., а всего на сумму 52 562 рубля. Для проведения поминального обеда был снят зал *** ***, за аренду которого оплачено 3 000 рублей. В ООО «Салон обрядовых услуг» было заказано фото погибшей с надписью на памятнике, за что оплачено 1 200 рублей. Всего просит взыскать расходов, связанных с погребением дочери, на сумму 56 762 рублей.

На основании вышеизложенных норм закона, исследовав представленные истцом доказательства в подтверждение несения названных расходов, суд приходит к выводу о том, что расходы на погребение в части сумм, уплаченных истцом за поминальный обед на девятый день, расходы на приобретение спиртных напитков возмещению не подлежат, поскольку данные действия выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела.

Таким образом, возмещению подлежат следующие расходы на сумму 25 257 рублей (21 057руб. + 3000руб. + 1 200руб.):

приобретение продуктов для поминального обеда 17.08.2017г.: на сумму 2 838 рублей (товарный чек от 16.08.2015г. на л.д.107), на сумму 11 105 рублей (товарный чек от 16.08.2015г. на л.д.107 на сумму 24 125 рублей за минусом 8 520 рублей (2 ящика водки) минус 4 500 рублей (25 бутылок вина)), на сумму 7 114 рублей (товарный чек от 16.08.2015г. на л.д.107), а всего на сумму 21 057 рублей;

аренда зала для поминального обеда в размере 3 000 рублей (расписка на л.д. 109);

изготовление фотографии с надписью в ООО «Салон обрядовых услуг» в размере 1 200 рублей (квитанция на л.д. 108).

Из положений ст. 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» следует, что страховая компания возмещает расходы на погребение лицам, понесшим расходы, размер возмещения не может превышать 25 000 рублей.

В силу закона (глава 59 Гражданского кодекса Российской Федерации) потерпевший вправе предъявить требование о возмещении вреда непосредственно его причинителю.

При этом согласно абзацу второму п. 2 ст. 11 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страхователь, к которому потерпевшим предъявлен иск, должен привлечь страховщика к участию в деле. В противном случае страховщик имеет право выдвинуть в отношении требования о страховой выплате возражения, которые он имел в отношении требований о возмещении причиненного вреда.

Как указал Верховный Суд РФ в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2007 года, утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 30.05.2007г., вопрос о возмещении вреда самим лицом, чья ответственность застрахована, решается в зависимости от выраженного им согласия на такое возмещение либо отсутствия такого намерения.

Суду представлена копия страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств серии ФИО7 на период с 18.03.2015г. по 17.03.2016г. в отношении транспортного средства – автомобиль марки ***, государственный регистрационный знак ***, которым управлял ФИО3 в момент ДТП 15.08.2015г. (л.д. 91).

Определением суда от 31.05.2017г. страховая компания - ОАО «АльфаСтрахование» привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора (л.д.94-95).

Истец требований к страховой компании не заявлял, полагая, что все расходы должны быть возмещены ответчиком.

Если страховщик привлечен к участию в деле, то независимо от того, настаивает ли потерпевший на возмещении вреда его причинителем, ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования, суду следует отказать потерпевшему в иске.

Исходя из существа института страхования Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» имеет своей целью защитить не только права потерпевшего на возмещение вреда, но и интересы страхователя - причинителя вреда.

Судом установлено, что ответчик, являясь причинителем вреда, не заявлял о намерении возместить ущерб лично, напротив, выражал несогласие, заявив о привлечении к участию в деле страховой компании, истец предъявил иск о взыскании всех расходов только непосредственно с ответчика.

При таких обстоятельствах, оснований для взыскания с ответчика расходов на погребение в размере лимита ответственности страховой компании в 25 000 рублей у суда не имеется, в связи с чем, суд пришел к выводу о том, что размер расходов на погребение, которые подлежат взысканию с ответчика, следует уменьшить на 25 000 рублей.

С учетом изложенного, с ФИО3 в пользу ФИО1 подлежит взысканию материальный ущерб в размере 257 рублей (25 257 руб. – 25 000руб.). В части взыскания с ФИО3 материального ущерба в размере 56 505 рублей (56 762руб. – 257руб.) суд отказывает.

Так как истец на основании п. 3 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина, излишне оплаченная истцом в размере 1903 рублей 00 копеек по квитанции 9854283380 от 06.04.2017г. (л.д. 7), подлежит возврату ФИО1 в порядке, установленном статьей 333.40 Налогового кодекса РФ.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку решение состоялось в пользу истца, освобожденного от уплаты государственной пошлины, с ответчика ФИО3 подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 700 рублей, из них: 300 рублей - по требованию неимущественного характера о взыскании морального вреда, 400 рублей – по требованию о взыскании материального ущерба с учетом размера удовлетворенных требований.

Руководствуясь ст.ст. 191-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 257 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, а всего 200 257 (двести тысяч двести пятьдесят семь) рублей.

Отказать в удовлетворении исковых требований в части взыскания с ответчика ФИО3 в пользу ФИО1 материального ущерба в размере 56 505 рублей, компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей.

Государственная пошлина, излишне оплаченная истцом в размере 1903 рублей 00 копеек по квитанции 9854283380 от 06.04.2017г., подлежит возврату ФИО1 в порядке, установленном статьей 333.40 Налогового кодекса РФ.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 700 (семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд через Юргинский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Юргинского городского суда -подпись- Е.В. Королько

Решение принято в окончательной форме 02 августа 2017 года

Судья Юргинского городского суда -подпись- Е.В. Королько