Решение № 2-315/2019 2-315/2019~М-294/2019 М-294/2019 от 6 августа 2019 г. по делу № 2-315/2019

Дело №2-315/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 августа 2019 года Курская область г. Суджа

Суджанский районный суд Курской области в составе:

председательствующего судьи - Заречного А.А.,

с участием прокурора - Рогача В.В.,

при секретаре - Нечаевой А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, указывая, что в результате совершенного ФИО3 преступления погиб ее сын ФИО1, в связи с чем она понесла нравственные страдания и просит взыскать с непосредственного причинителя вреда ФИО3 и владельца источника повышенной опасности ФИО4 компенсацию морального вреда в солидарном порядке в размере 1 500 000 рублей.

В судебном заседании ФИО2 и ее представитель ФИО5 требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснив, что моральный вред был причинен истцу в связи с совершением ответчиком преступления, в результате которого ее сын погиб, в связи с чем истец испытывает нравственные страдания.

ФИО4 в судебном заседании исковые требования признала частично, указав, что не оспаривает тот факт, что моральный вред должен быть взыскан, вместе с тем, полагает, что он должен быть снижен до 200 000 рублей.

ФИО3 о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил заявление с просьбой рассматривать дело в его отсутствии указав, что полагает сумму заявленных исковых требования чрезмерно завышенной.

Выслушав объяснения сторон, изучив представленные доказательства, заслушав заключение прокурора Рогача В.В., полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 управляя транспортным средством «ВАЗ-21102», государственный регистрационный знак № 46, принадлежащим ФИО4, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека – ФИО1

Приговором <адрес> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ и ему назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 2 года.

Как следует из приговора суда и установлено в судебном заседании в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ по вине ФИО3, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения были причинены телесные повреждения, в том числе являющиеся компонентами тупой сочетанной травмы тела, что подтверждается обнаружением при судебно-медицинском исследовании трупа - множественных повреждений костей скелета, внутренних органов и мягких тканей, в том числе несовместимых с жизнью, в результате чего согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ наступила смерть ФИО1

Истец по делу ФИО2 является матерью погибшего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В соответствии со ст. ст. 151,1101 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. п. 2, 4 Постановления от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты. Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Суд, обсудив доводы ФИО2 и ее представителя, учитывая вышеуказанные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, приходит к выводу о том, что лично ФИО2 был причинен моральный вред, выразившийся в фактически невосполнимой утрате жизни близкого человека.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статьей 1079 ГК РФ предусмотрены случаи наступления ответственности при отсутствии вины причинителя вреда за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Пунктом 3 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновение транспортных средств и т.п.) третьим лицам, по основаниям, предусмотренным п. 1 настоящей статьи.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В судебном заседании установлен факт причинения вреда жизни ФИО1 в результате взаимодействия источника повышенной опасности (дорожно-транспортное происшествие), что сторонами не оспаривалось.

Таким образом, солидарный характер ответственности в таком случае владельца источника повышенной опасности перед потерпевшим, вне зависимости от вины кого-либо из водителей, прямо предусмотрен абз. 1 п. 3 ст. 1079 ГК РФ.

Установление вины конкретного водителя и степени его вины в данном случае юридически значимым обстоятельством по делу не является, поскольку спор разрешается не между владельцами источников повышенной опасности в порядке ст. 1064 ГК РФ либо в порядке ст. 1081 ГК РФ (право регресса к лицу, причинившему вред), а между потерпевшим (третьим лицом), с одной стороны, и владельцем источника повышенной опасности (водителем транспортного средства), с другой стороны.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла ФИО1, которые могут быть основанием для освобождения от гражданско-правовой ответственности, в данном случае по делу не установлено.

При таких обстоятельствах, требования истца о взыскании солидарно с ФИО3 и владельца источника повышенной опасности ФИО4 в пользу ФИО2 компенсации морального вреда, подлежат удовлетворению.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходя из положений ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, учитывая фактические обстоятельства дела, при которых был причинен вред, характер причиненных истцу нравственных страданий, требования разумности и справедливости, а также правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, выраженную в абзаце 3 пункта 32 Постановления Пленума от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", о том, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.

Моральный вред в связи со смертью по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания.

Суд учитывая, что жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). При определении подлежащего взысканию размера компенсации, принимая во внимание, что смерть сына, несомненно, является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой.

С учетом близких родства и отношений между погибшим ФИО1. и истцом, при отсутствии иных детей, лишение истца душевного тепла и поддержки со стороны сына, изменения привычного образа жизни, гибель несовершеннолетнего сына безусловно свидетельствует о претерпевании истцом нравственных страданий. Поскольку потеря родного человека является невосполнимой утратой, горем, которые нелегко пережить, и с которыми трудно смириться, суд с учетом разумности и справедливости, а также положений ст. 56 ГПК РФ, считает необходимым установить размер компенсации морального вреда в размере 1 200 000 рублей, что будет отвечать признакам справедливого вознаграждения истца за переносимые страдания, при этом, оснований для компенсации морального вреда в большем размере не усматривает.

Кроме того, с ответчиков подлежит взысканию в бюджет муниципального района госпошлина в размере 300 рублей, однако солидарного порядка возмещения расходов по уплате государственной пошлины, не отнесенных главой 7 ГПК РФ к судебным издержкам, гражданским процессуальным законодательством также не предусмотрено, поэтому на основании ч.1 ст. 98 ГПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчиков в равных долях по 150 рублей с каждого.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 (один миллион двести тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО3 и ФИО4 в бюджет Суджанского муниципального района Курской области государственную пошлину в равных долях по 150 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Суджанский районный суд Курской области в течение одного месяца со дня его принятия.

Судья: