Решение № 2А-87/2020 2А-87/2020~М-83/2020 М-83/2020 от 24 сентября 2020 г. по делу № 2А-87/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 сентября 2020 года город Тамбов

Тамбовский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Шевеня Е.В., при секретаре судебного заседания Костиной К.А., с участием административного истца ФИО3, его представителя ФИО4, представителей административного ответчика – командира войсковой части № ФИО5 и ФИО6, а также прокурора – помощника военного прокурора Тамбовского гарнизона старшего лейтенанта юстиции Кислицына К.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело №2а-87/2020 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № старшего прапорщика в отставке ФИО3 об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с увольнением ФИО3 с военной службы и его исключением из списков личного состава воинской части без предоставления жилого помещения по избранному месту жительства,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с административным иском, в котором указал, что приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № он уволен с военной службы в отставку на основании пп. «а» п. 1 ст. 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» (далее – Федеральный закон «О воинской обязанности и военной службе») – в связи с достижением предельного возраста пребывания на военной службе.

Между тем, до издания административным ответчиком такого приказа решением жилищного органа Минобороны РФ он был принят на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, в избранном им после увольнения с военной службы месте жительства – в городе Москве.

Отмечает, что согласия на увольнение с военной службы он не давал, жилым помещением как по месту службы, так и по избранному после увольнения с военной службы месту жительства он обеспечен и не был.

Указывает, что жилое помещение по избранному месту жительства ему не предлагалось, а его отказ от получения жилищной субсидии был вызван тем, что такое форму жилищного обеспечения он не избирал и своего желания о получении жилья в натуральной форме не менял.

С учетом приведенных обстоятельств, сославшись на положения ст. 23 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – Федеральный закон «О статусе военнослужащих», ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года № 1237 (далее – Положение о порядке прохождения военной службы), а также разъяснения действующего законодательства, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», указал, что его увольнение с военной службы без обеспечения жильем противоречит действующему законодательству, нарушает его жилищные права, а также право продолжить военную службу до его обеспечения жильем в установленном законом порядке.

Тем самым, считая свои права нарушенными, с учетом уточнения в судебном заседании заявленных требований, принятия судом к совместному рассмотрению с изначально заявленными требований административного истца, касающихся его исключения из списков личного состава воинской части, ФИО3 просит суд:

- признать незаконными и отменить приказы командира войсковой части № – от ДД.ММ.ГГГГ № (по личному составу), от ДД.ММ.ГГГГ № (по строевой части) об увольнении ФИО3 с военной службу, исключении его из списков личного состава воинской части;

- возложить на административного ответчика обязанность по восстановлению ФИО3 на военной службе с обеспечением его положенными видами довольствия за период незаконного увольнения.

Административный истец ФИО3, его представитель ФИО4, каждый в отдельности, в суде поддержали вышеуказанные требования, а также доводы в их обоснование, приведенные в административном исковом заявлении.

Дополнительно в судебном заседании административный истец пояснил, что в период службы жильем по линии Минобороны РФ как по месту службы в г. Тамбове, так и где-либо еще он не обеспечивался, проживал и проживает у своих знакомых на основании устного договора, согласно которому такое жилье ему было предоставлено, до момента его, ФИО3 увольнения с военной службы с предоставлением положенного ему жилья.

Представитель административного истца ФИО4, сославшись на положения ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и п. 11 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 8, дополнительно указал на то, что ФИО3 в установленном порядке был признан нуждающимся в предоставлении по избранному им месту жительства жилого помещения в натуральной форме и в последующем такую форму своего жилищного обеспечения не менял.

Отметил, что соответствующее жилье ФИО3 не предлагалось, и он таковым обеспечен не был. Тем самым, по мнению представителя административного истца, правовых оснований для увольнения его доверителя с военной службы без согласия последнего и без его обеспечения жильем у командира войсковой части № не имелось, в то время как ФИО3 и по истечении срока контракта мог продолжить военную службу в добровольном порядке до обеспечения его жильем в г. Москве в натуральной форме.

Представители административного ответчика – командира войсковой части № ФИО5 и ФИО6, каждый в отдельности, в судебном заседании требования административного истца не признали, настаивая на том, что при увольнении ФИО3 с военной службы и его исключении из списков личного состава воинской части командир войсковой части № действовал в соответствии с законом.

При этом представитель командира войсковой части 54607 ФИО5 сослалась на доводы, приведенные ею в письменных возражениях, обосновав свою позицию отказом ФИО3 от предложенной ему жилищной субсидии. Также ФИО5 полагала, что отказ ФИО3 от служебного жилья указывал на отсутствие нуждаемости последнего в жилье по месту службы.

Представитель командира войсковой части № ФИО6, сославшись на положения положений п. 1 ст. 23, п. 17 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы дополнительно пояснил, что административный истец, изъявивший желание получить жилое помещение не по месту увольнения с военной службы, подлежал увольнению. В обоснование такой позиции ФИО6 отметил, что ФИО3, зная о своих правах на получение служебного жилого помещения или же компенсации за найм жилого помещения по месту службы, соответствующими правами не воспользовался, ни к командованию воинской части ни к жилищным органам Минобороны РФ по вопросу реализации таких прав не обращался. Кроме того, в связи с отсутствием жилых помещений, подлежащих распределению военнослужащим, в избранном ФИО3 после увольнения месте жительства – в городе Москве, ему в целях содействия в реализации жилищных прав была предложена жилищная субсидия, от которой административный истец отказался. При этом ФИО3 заявил и об отсутствии необходимости его обеспечения служебным жильем. При таких обстоятельствах командование воинской части при решении вопроса об увольнении ФИО3 с военной службы исходило из отсутствия нуждаемости ФИО3 в жилье по месту службы.

Заинтересованное лицо – федеральное казенное учреждение «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» (далее – Расчетный центр), надлежаще извещенное о времени и месте судебного заседания, явку своего представителя в суд не обеспечило. При этом представитель заинтересованного лица ФИО7 в письменном сообщении указала, что Расчетным центром обязательства по обеспечению ФИО3 денежным довольствием исполнены, а также просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Прокурор Кислицын К.А. в своем заключении полагал законными оспариваемые административным истцом действия командира войсковой части №, связанные с увольнением административного истца с военной службы и его исключением из списков личного состава воинской части, а требования рассматриваемого административного искового заявления не подлежащими удовлетворению.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетеля, заслушав заключение прокурора, а также исследовав письменные доказательства, военный суд исходит из следующего.

Как видно из послужного списка ФИО3 первый контракт о прохождении военной службы он заключил в ДД.ММ.ГГГГ.

В ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 с Министерством обороны Российской Федерации в лице командира войсковой части № был заключен новый контракт о прохождении военной службы до достижения административным истцом предельного возраста пребывания на военной службы – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что следует из содержания такого контракта, выписки из приказа командующего войсками Западного военного округа от ДД.ММ.ГГГГ №, а также послужного списка ФИО3

В силу положений п. 1 ст. 49 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» ФИО3, которому ДД.ММ.ГГГГ исполнилось 50 лет, достиг предельного возраста пребывания на военной службе.

Как следует из решения начальника территориального отделения в г. Тамбове ФГКУ «Западное региональное управление Жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее – Отделение ЗРУЖО) от ДД.ММ.ГГГГ № с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 принят на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма в городе Москве – избранном им месте жительства после увольнения с военной службы.

Согласно выписке из обжалуемого административным истцом приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № (по личному составу) ФИО3 уволен с военной службы в отставку по основанию, предусмотренному пп. «а» п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» - по достижении предельного возраста пребывания на военной службе.

Этот же приказ содержит запись об увольнении ФИО3 с военной службы без его согласия в связи с отказом от субсидии для приобретения или строительства жилого помещения, с оставлением в списках очередников на получение жилого помещения.

Выпиской из приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № (по строевой части), подтверждается, что ФИО3, уволенный с военной службы в отставку, с ДД.ММ.ГГГГ был исключен из списков личного состава указанной воинской части.

В соответствии с пп. «а» п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», а также пп. «а» п. 3 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, военнослужащий, достигший предельного возраста пребывания на военной службе, подлежит увольнению.

Вместе с тем, согласно п. 1 ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие - граждане, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях в федеральном органе исполнительной власти или федеральном государственном органе, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, без их согласия не могут быть уволены с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями без предоставления им жилых помещений или жилищной субсидии, за исключением случаев, когда такие военнослужащие отказались от предложенного им жилого помещения, расположенного по месту военной службы или по избранному месту жительства, которое соответствует требованиям, установленным законодательством Российской Федерации, либо отказались от жилищной субсидии или не представили документы, необходимые для предоставления жилого помещения или жилищной субсидии.

При желании указанных военнослужащих получить жилые помещения не по месту увольнения с военной службы они обеспечиваются жилыми помещениями по избранному месту жительства в порядке, предусмотренном п. 14 ст. 15 данного Федерального закона.

Аналогичное приведенному выше положение закреплено и в п. 17 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службе, согласно которому военнослужащий, общая продолжительность военной службы которого составляет 10 лет и более, нуждающийся в улучшении жилищных условий по нормам, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, без его согласия не может быть уволен с военной службы по достижении предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями без предоставления ему жилого помещения по нормам жилищного законодательства. При желании такого военнослужащего получить жилое помещение не по месту дислокации воинской части он увольняется с военной службы и обеспечиваются жилыми помещениями в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» обеспечение жилым помещением военнослужащих-граждан, имеющих общую продолжительность военной службы 10 лет и более, при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями и членов их семей при перемене места жительства осуществляется федеральными органами исполнительной власти и федеральными государственными органами, в которых предусмотрена военная служба, за счет средств федерального бюджета на строительство и приобретение жилого помещения, в том числе путем выдачи государственных жилищных сертификатов. Право на обеспечение жилым помещением на данных условиях предоставляется указанным гражданам один раз. Документы о сдаче жилых помещений Министерству обороны Российской Федерации (иному федеральному органу исполнительной власти или федеральному государственному органу, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба) и снятии с регистрационного учета по прежнему месту жительства представляются указанными гражданами и совместно проживающими с ними членами их семей при получении жилого помещения по избранному месту жительства.

Таким образом, анализ содержания приведенных выше положений п. 1 ст. 23, п. 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», а также п. 17 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, позволяет прийти к выводу о том, что данные нормы не содержат прямого запрета на увольнение военнослужащих, изъявивших желание получить жилые помещения не по месту военной службы, до предоставления им жилых помещений по избранному месту жительства.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, в том числе приведенных выше положений п. 1 ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» п. 17 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, содержащимся в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» при разрешении споров о правомерности увольнения с военной службы военнослужащих, обеспеченных служебными жилыми помещениями, до реализации ими права на жилище по избранному постоянному месту жительства, отличному от места военной службы, суды должны учитывать условия заключенного военнослужащими договора найма служебного жилого помещения (жилищного договора) и другие заслуживающие внимание обстоятельства.

Верховный Суд Российской Федерации в своем решении от 14 сентября 2016 года № ВКАПИ 16-44, подтвердив соответствие правовой нормы – п. 17 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы Федеральному закону «О статусе военнослужащих», по результатам анализа норм действующего законодательства пришел к выводу о том, что военнослужащие, указанные в абзаце втором п. 1 ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих», пожелавшие воспользоваться правом на выбор постоянного места жительства при увольнении с военной службы с обеспечением их жилыми помещениями, вне зависимости от формы такого обеспечения при перемене места жительства не могут претендовать на социальную гарантию в виде запрета на увольнение без их согласия до получения жилых помещений при условии, что они до этого обеспечены жилым помещением, в том числе служебным, из которого не подлежат выселению до предоставления жилья для постоянного проживания.

С учетом приведенных выше положений нормативных правовых актов, а также позиций Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что при принятии воинским должностным лицом решения об увольнении военнослужащего, достигшего предельного возраста пребывания на военной службе, признанного нуждающимся в получении жилья по избранному постоянному месту жительства, отличному от места военной службы, должна учитываться как обеспеченность такого военнослужащего жильем по месту прохождения им военной службы так и другие заслуживающие внимания обстоятельства.

Материалами изученного в судебном заседании жилищного дела ФИО3 подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ административный истец, подлежавший увольнению с военной службы в связи с достижением предельного возраста пребывания на военной службе, обратился в Отделение ЗРУЖО с заявлением о принятии его на учет нуждающихся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма, по избранному им после постоянному месту жительства – в городе Москве. Указанным выше решением начальника Отделения ЗРУЖО от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что ФИО3 принят на такой учет.

Эти же материалы сведений о наличии у ФИО3 жилых помещений, занимаемых по договору социального найма, принадлежащих ему на праве собственности или же жилых помещений специализированного жилого фонда не содержат.

Из содержания рапорта ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ видно, что указанного числа он изъявил желание уволиться с военной службы по возрасту после предоставления ему постоянного жилья.

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ командованием войсковой части № со ФИО3 были проведены беседы по вопросу его увольнения с военной службы по возрасту. Из содержания соответствующих листов бесед усматривается, что ФИО3 каждый раз возражал против его увольнения до обеспечения жильем.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае суд находит значимыми и следующие обстоятельства.

Согласно п. 2 ст. 1, п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей, в своем интересе. Граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно ч. 1 ст. 1 и ст. 2 Жилищного кодекса Российской Федерации органы государственной власти и органы местного самоуправления в пределах своих полномочий обеспечивают условия для осуществления гражданами права на жилище, в то время как согласно ч. 2 ст. 1 названного Кодекса граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований.

Согласно абзацам четвертому и седьмому п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями обеспечиваются прапорщики и мичманы, сержанты и старшины, солдаты и матросы, поступившие на военную службу по контракту после 1 января 1998 года, и совместно проживающие с ними члены их семей.

В соответствии с абзацем вторым п. 1 ст. 15 названного Федерального закона военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, и совместно проживающим с ними членам их семей предоставляются не позднее трехмесячного срока со дня прибытия на новое место военной службы служебные жилые помещения в населенных пунктах, в которых располагаются воинские части, а при отсутствии возможности предоставить жилые помещения в указанных населенных пунктах - в других близлежащих населенных пунктах.

Как предусмотрено ч. 2 ст. 99 Жилищного кодекса Российской Федерации специализированные жилые помещения, к которым в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 92 Жилищного кодекса Российской Федерации относятся служебные жилые помещения, предоставляются по установленным названным Кодексом основаниям гражданам, не обеспеченным жилыми помещениями в соответствующем населенном пункте.

В силу приведенных выше положений ч. 2 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также п. 2 Инструкции о предоставлении военнослужащим - гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, служебных жилых помещений, утвержденной приказом Министра обороны Российской Федерации от 30 сентября 2010 года № 1280, реализация военнослужащим права на обеспечение служебным жильем носит заявительный характер.

Тем самым, суд находит, что реализация ФИО3, относящимся к категории военнослужащих, обеспечиваемых на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями, права на обеспечение жильем, в частности, служебным по линии Минобороны РФ по месту прохождения военной службы, завесила от волеизъявления последнего в форме соответствующего заявления.

Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что в период прохождения ФИО3 военной службы по контракту в воинских частях в городе Тамбове – с декабря 2002 года по день его исключения из списков личного состава войсковой части 54607 (20 июля 2020 года) в компетентные органы Минобороны РФ по вопросу жилищного обеспечения по месту прохождения военной службы он не обращался, нуждающимся в получении жилых помещений, включая служебные, по месту прохождения военной службы, не признавался.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля начальник Отделения ЗРУЖО ФИО1 пояснил, что ФИО3, подлежавший увольнению с военной службы по возрасту, был признан нуждающимся в получении жилого помещения в натуральном виде по избранному им месту жительства – в городе Москве. Вместе с тем, в связи с отсутствием в городе Москве жилых помещений, подлежащих распределению военнослужащим, жилые помещения в избранном ФИО3 месте жительства ему не предлагались и не распределялись.

Также ФИО2 пояснил, что при поступлении в Отделение ЗРУЖО ин-формации о введении в эксплуатацию жилого комплекса в селе <адрес> от ФИО3 было получено предварительное согласие с предоставлением жилого помещения в таком жилом комплексе. Однако позже возможность предоставления ФИО3 жилья в данном жилом комплексе не подтвердилась, в связи с чем таковое ему не предлагалось.

С учетом отсутствия жилья в городе Москве, а также отсутствии информации о выделении лимитов бюджетных обязательств на его строительство, Отделением ЗРУЖО в адрес ФИО3 было направлено уведомление о готовности предоставить субсидию для приобретения или строительства жилого помещения. Однако от получения жилищной субсидии ФИО3 отказался.

Кроме того, свидетель показал, что ФИО3 на учете нуждающихся в получении служебного жилья по месту службы не состоял и вопрос об обеспечении его таковым не ставил.

Административный истец, не оспаривая то, что за период военной службы по контракту к командованию воинских частей, жилищные органы Минобороны по вопросу обеспечения служебным или иным жильем по месту военной службы он не обращался, нуждающимся в таковом не признавался, в судебном заседании пояснил, что в период военной службы проживал у своих знакомых на основании устной договоренности, в казарме, а также снимал жилье в период брака без компенсации ему соответствующих расходов.

Из содержания корешка уведомления от ДД.ММ.ГГГГ №, заявления ФИО3 на имя начальника Отделения ЗРУЖО от ДД.ММ.ГГГГ, а также сообщения начальника Отделения ЗРУЖО от ДД.ММ.ГГГГ № видно, что ФИО3 отказался от предложенной ему субсидии для приобретения или строительства жилого помещения.

При этом в названном заявлении от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 также указал, что не нуждается и в обеспечении его служебным жилым помещением по месту прохождения военной службы.

Оценив изложенные выше обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что ФИО3, обладая в силу закона правом на обеспечение по линии Минобороны РФ служебным жильем по месту прохождения военной службы, по собственному усмотрению, обладая свободой в установлении и реализации своих жилищных прав, действуя, исходя из собственного интереса, соответствующее право на обеспечение служебным жильем в период военной службы не реализовал.

Более того, не ставя перед командованием вопроса обеспеченности жильем по месту службы, ФИО3 до момента своего увольнения указал на то, что не нуждается и в служебном жилье.

При таких обстоятельствах суд находит, что обжалуемое административным истцом решение командира войсковой части № об увольнении ФИО3 с военной службы без обеспечения последнего жилым помещением по избранному месту жительства, однако, с оставлением его в списках очередников на получение такого жилья, не может быть признано нарушающим жилищные права административного истца, который о своей нуждаемости в жилье по месту службы не заявлял, каких-либо действий для реализации своих жилищных прав по месту службы не предпринимал, в то время как соответствующая возможность у него имелись.

Кроме того, суд также принимает во внимание и то, что, в силу положений абзаца 2 п. 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» административным истцом и после увольнения с военной службы не утрачено право на получение ежемесячной денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений в порядке и размерах, определенных постановлением Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2004 г. № 909 «О порядке выплаты денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений военнослужащим - гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту, гражданам Российской Федерации, уволенным с военной службы, и членам их семей».

Тем самым, поскольку приведенный ФИО3 в обоснование административного иска довод о том, что увольнение с военной службы нарушило его жилищные права, не нашел своего подтверждения в суде, а иные обстоятельства, указывающие на несоответствие принятого административным ответчиком решения об увольнении ФИО3 с военной службы действующему законодательству, в ходе рассмотрения дела не установлены, суд не находит оснований к признанию незаконным приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № в части увольнения ФИО3 с военной службы.

При принятии решения по требованию административного истца о признании незаконным приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № в части, касающейся исключения ФИО3 из списков личного состава воинской части, суд учитывает то, что несоответствие такого приказа закону административный истец обосновал незаконностью приказа об увольнении с военной службы. Иных доводов и обстоятельств, в обоснование соответствующего требования ФИО3 не привел, о невыполнении административным ответчиком обязанностей по его, ФИО3, обеспечению до исключения из списков личного состава воинской части положенными видами довольствия административный истец не заявил.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для признания незаконным приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № в части, касающейся исключения ФИО3 из списков личного состава воинской части, поскольку такой приказ носит производный характер по отношению к приказу об увольнении ФИО3 с военной службы, изданному административным ответчиком на законных основаниях.

С учетом приведенных выше выводов суда оснований для восстановления ФИО3 на военной службе не имеется.

При изложенных обстоятельствах административное исковое заявление ФИО3 не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 111, 175-180 и 227 КАС РФ, военный суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО3 об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с увольнением ФИО3 с военной службы и его исключением из списков личного состава воинской части без предоставления жилого помещения по избранному месту жительства – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Западный окружной военный суд через Тамбовский гарнизонный военный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий

Мотивированное решение суда составлено 1 октября 2020 года.