Приговор № 1-67/2020 от 22 ноября 2020 г. по делу № 1-67/2020

Дело № 1-67/2020


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Волосово 23 ноября 2020 года

Волосовский районный суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Ануфриевой О.А.

при секретаре Петросян В.А.,

с участием государственного обвинителя – помощника Волосовского районного прокурора Васильевой А.В.,

защитника – адвоката Иванова С.И.,

подсудимой ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки РФ, со средним профессиональным образованием, <данные изъяты>, п. <адрес> несудимой,

задержанной в порядке ст. 91 УПК РФ в период ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ,

содержащейся под стражей по настоящему делу с ДД.ММ.ГГГГ

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершила умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГГГ в период с 11 часов 00 минут по 20 часов 08 минут ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в <адрес>, испытывая к ФИО7 внезапно возникшие личные неприязненные отношения, умышленно, с целью причинения ФИО7 тяжкого вреда здоровью, нанесла ему в область правого и левого бедер не менее трех ударов ножом, причинив ФИО7 телесные повреждения в виде слепой колото-резаной раны правого бедра с повреждением правой бедренной артерии и двух слепых колото-резаных ран левого бедра, осложнившихся обильной кровопотерей, которые как создающие угрозу жизни и вызвавшие развитие угрожающего жизни состояния и расстройство жизненно важных функций организма человека, относятся к тяжкому вреду, причиненному здоровью человека, и от которых ДД.ММ.ГГГГ наступила смерть ФИО7 на месте происшествия

В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в содеянном признала частично и отказалась от дачи показаний, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ.

Из оглашенных в судебном заседании показаний ФИО1 в качестве подозреваемой и обвиняемой следует, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время, после 19 часов, она, ее сожитель Свидетель №1 и их общий знакомый ФИО7 находились в квартире Свидетель №1 по адресу: <адрес>, где на кухне распивали спиртные напитки. При этом находились в состоянии «запоя» около недели. Когда Свидетель №1 вышел из кухни, а она сидела за столом, нарезая ножом колбасу, со спины к ней подошел ФИО7 и стал приставать, запуская руки под одежду. Ее просьбу прекратить эти действия ФИО7 проигнорировал, поэтому она нанесла ему удар ножом, ударив им назад, при этом не видела, куда именно наносила удар, поскольку ФИО7 был за ее спиной. Количество нанесенных ударов не помнит, т.к. находилась в состоянии алкогольного опьянения, но допускает, что могла нанести несколько ударов. Умысла на убийство ФИО7 или причинение ему тяжкого вреда здоровью не имела, хотела просто отпугнуть его. После нанесенного ею удара ФИО7 извинился и пошел в комнату, и в этот момент Свидетель №1, видевший произошедшее, нанес ФИО7 удар рукой по лицу. Крови на потерпевшем она не видела. Затем они с Свидетель №1 выпили по рюмке водки и пошли в комнату, где ФИО7 спал на раздвижном кресле. После этого она уснула, а когда проснулась и подошла к ФИО7, тот был мертв. Она вызвала скорую помощь, приехавшие сотрудники которой констатировали смерть ФИО7 (т. 2 л. <...>).

Свои показания ФИО1 подтвердила в ходе проверки показаний на месте, где продемонстрировала механизм нанесения ФИО7 удара ножом (т. 2 л. д. 18-28).

В судебном заседании ФИО1 подтвердила свои показания на предварительном следствии, но настаивала на том, что нанесла один удар ножом потерпевшему.

Кроме частичного признания, виновность ФИО1 в содеянном подтверждается исследованными в суде доказательствами.

По показаниям свидетеля Свидетель №1 на предварительном следствии, ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время он, его сожительница ФИО1 и их общий знакомый ФИО7 находились в его квартире по адресу: <адрес>, где на кухне распивали спиртные напитки. В какой-то момент он пошел в ванную комнату, откуда услышал, как ФИО1 на повышенных тонах просит ФИО7 убрать от нее руки. Он вышел на кухню, где ФИО1 сказала, что ФИО7 приставал к ней, после чего он нанес тому пощечину, ФИО7 стал извиняться, и конфликт был исчерпан. Крови на ФИО7, ФИО1 или на полу он не видел. После этого ФИО7 ушел в комнату, и ФИО1 рассказала ему, что ударила ФИО7 ножом в ногу. Затем они пошли в комнату, где ФИО7 спал в кресле. В какой-то момент ФИО1 разбудила его, и они поняли, что ФИО7 мертв. ФИО1 вызвала сотрудников скорой медицинской помощи, которые по приезду констатировали смерть ФИО7 (т. 1 л.д. 89-92).

В судебном заседании Свидетель №1 подтвердил свои показания, пояснив, что в связи с давностью событий плохо помнит подробности произошедшего.

Свидетель Свидетель №2, фельдшер ГКУЗ ЛО «Волосовская МБ», на предварительном следствии показала, что в 20 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ ей был передан вызов о смерти ФИО7 по адресу: <адрес>. В 20 часов 40 минут она прибыла в квартиру, где ее встретила женщина, которая находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения. Со слов этой женщины, днем ее знакомый ФИО7 пришел домой и лег спать, после чего она также легла спать, а, проснувшись, обнаружила у ФИО7 обильное кровотечение и отсутствие признаков жизни, в связи с чем вызвала скорую помощь. Труп ФИО7 находился на разобранном кресле в комнате, она осмотрела его и констатировала биологическую смерть ФИО7 Под трупом на кресле было много крови и рядом с креслом на полу также была обнаружена лужа крови. В момент осмотра ею трупа спавший на диване мужчина проснулся и начал вести себя неадекватно: угрожать ей, выгонять ее, ударил кулаком по лицу женщину. После этого она покинула квартиру (т. 1 л.д. 101-104).

Из показаний свидетеля Свидетель №3 в судебном заседании следует, что Свидетель №1 и ФИО1 проживают по соседству, злоупотребляют спиртными напитками, ведут антиобщественный образ жизни. ДД.ММ.ГГГГ года в квартире Свидетель №1 стал жить ФИО3 по прозвищу «хохол». ДД.ММ.ГГГГ она весь день находилась дома и около 11 часов из окна кухни видела, как ФИО3 заходил в подъезд их дома, при этом был в нормальном состоянии, телесных повреждений и крови на нем не имелось.

По показаниям свидетеля ФИО8 на предварительном следствии, с лета 2019 года в <адрес> проживают ФИО3 и Катя, которые злоупотребляют алкоголем, ведут антиобщественный образ жизни (т. 1 л.д. 113-115).

В ходе осмотра места происшествия – <адрес> были обнаружены и изъяты: два резиновых тапка из коридора квартиры; нож из раковины кухни; нож из тумбы комнаты; следы пальцев рук; трусы и штаны трупа; а также был осмотрен находящийся в квартире труп ФИО7 (т. 1 л.д. 10-26).

В соответствии с протоколом выемки в помещении ИВС ОМВД России по <адрес> у подозреваемой ФИО1 изъяты трикотажные штаны черного цвета и пара носков (т. 2 л.д. 29-36).

Изъятые предметы и вещества осмотрены, что подтверждается соответствующим протоколом (т. 2 л. д. 69-104).

По заключению эксперта при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО7 установлены повреждения: слепая колото-резаная рана правого бедра с повреждением правой бедренной артерии и 2 слепые колото-резаные раны левого бедра.

Установленные раны как создающие угрозу для жизни, вызвавшие развитие угрожающего жизни состояния и расстройство жизненно важных функций организма человека относятся к тяжкому вреду, причиненному здоровью человека. Названные раны бедер привели в совокупности к одному логическому осложнению и взаимно отягощали друг друга, поэтому не могут быть разграничены по тяжести вреда, причиненного здоровью человека, и оценены в их совокупности.

Также у ФИО7 установлены повреждения: кровоподтек правой щечной области и нижней губы, ссадина нижней губы на цветочной кайме справа, кровоподтек слизистой оболочки нижней губы, надрыв слизистой оболочки нижней губы, 3 ссадины шеи, ссадина тыльной поверхности 5 пястно-фалангового сустава правой кисти, кровоподтек тыльной поверхности правой кисти между 4 и 5 пястными костями с распространением на суставную поверхность, кровоподтек тыльной поверхности левой кисти в проекции 1 пястной кости. Данные повреждения образовались от действия тупого твердого предмета (-ов), при ударах или соударениях, а также трении-скольжении о таковой (-ые). Эти повреждения не сопровождаются кратковременным расстройством здоровья или незначительной стойкой утратой общей трудоспособности и квалифицируются как не причинившие вред здоровью. Они могли образоваться в приблизительный период от нескольких минут до нескольких десятков минут до наступления смерти.

Все установленные повреждения у ФИО7 образовались прижизненно.

Смерть ФИО7 наступила от вышеуказанных колото-резаных ран с повреждением правой бедренной артерии, осложнившихся массивной кровопотерей, в период времени от 5-6 часов до 12-24 часов до момента фиксации трупных изменений на месте происшествия ДД.ММ.ГГГГ на 01 час 30 минут (т. 1 л.д. 118-153).

Согласно заключению эксперта локализация и механизм образования, установленных у ФИО7 повреждений в виде слепой колото-резаной раны правого бедра с повреждением правой бедренной артерии и 2 слепых колото-резаных ран левого бедра не противоречат возможности образования их при обстоятельствах, указанных подозреваемой ФИО1 при проведении проверки показаний на месте (т. 1 л.д. 189-203).

Из заключения эксперта следует, что на трусах и брюках ФИО7 найдена кровь человека, происхождение которой возможно от ФИО7; на левом тапке найдена кровь человека, происхождение крови от ФИО7 исключается; на ноже № найдена кровь человека, происхождение которой возможно от ФИО7 На спортивных брюках ФИО1 найдена кровь человека, групповая принадлежность которой не установлена (т. 1. л.д. 206-212).

Из заключения эксперта следует, что на левом тапке, изъятом из коридора квартиры, обнаружены следы крови в виде следов от брызг (в области боковой поверхности подошвы слева) и помарок (в области боковой поверхности подошвы слева, в области союзки). Следы от брызг образовались в результате контакта следовоспринимающей поверхности с летящими под острыми углами брызгами крови. Помарки образовались в результате контакта следовоспринимающей поверхности с каким-либо объектом (-ми).

На штанах подозреваемой ФИО1 обнаружены следы крови в виде помарок (передняя поверхность правой половины) и потеков (передняя поверхность правой половины). Помарки образовались в результате контакта следовоспринимающей поверхности с каким-либо объектом (-ми). Потеки образовались в результате стекания жидкой крови по следовоспринимающей поверхности под действием силы тяжести.

На штанах трупа обнаружены следы крови в виде участков пропитывания (в верхней трети на передней и задней поверхностях), помарок (на всей лицевой части). Участки пропитывания образовались в результате длительного контакта следовоспринимающей поверхности с жидкой кровью (вследствие капиллярных свойств материала), при этом пропитывание происходило с изнаночной части к наружной. Помарки образовались в результате контакта следовоспринимающей поверхности с каким-либо объектом (-ми).

На трусах трупа обнаружены следы крови в виде участков пропитывания (на всех поверхностях), которые образовались в результате длительного контакта следовоспринимающей поверхности с жидкой кровью (вследствие капиллярных свойств материала), при этом пропитывание происходило с изнаночной части к наружной.

На ноже, изъятом из верхнего ящика тумбочки, расположенной в комнате, обнаружены следы крови в виде помарок на обухе и правой щеке клинка. Помарки образовались в результате контакта следовоспринимающей поверхности с каким-либо объектом (-ми). На ноже, изъятом из раковины кухни, следов крови не обнаружено.

На штанах трупа установлено три сквозных повреждения (на передней поверхности в верхней трети справа и в средней трети – на границе с верхней – слева), морфологические особенности которых свидетельствуют о том, что они имеют признаки колото-резаных и образовались от воздействия травмирующего орудия обладавшего колюще-режущими свойствами, например, клинка ножа, имевшего в следообразующей части обух с ребрами и острую режущую кромку (лезвие).

На трусах трупа установлено два сквозных повреждения (нижняя треть справа). Морфологические особенности строения повреждения № свидетельствуют о том, что оно является резаным и образовалось от воздействия травмирующего орудия, обладающего режущим действием, и имеющим в следообразующей части достаточно острую режущую кромку. Таким орудием мог являться, например, клинок ножа, имеющий в следообразующей части острую режущую кромку (лезвие). Морфологические особенности строения повреждения № свидетельствуют о том, что оно является колото-резаным и образовалось от воздействия травмирующего орудия, обладавшего колюще-режущими свойствами, например, клинка ножа, имевшего в следообразующей части обух с хорошо выраженными ребрами и острую режущую кромку (лезвие). Взаиморасположение, морфология и форма этих повреждений, а также наличие одного повреждения на коже справа свидетельствует о том, что они могли образоваться от одного травмирующего воздействия, при этом материал трусов в момент нанесения повреждения был собран в складку. Результаты экспериментально-сравнительного исследования свидетельствуют о том, что все колото-резаные повреждения на предметах одежды и кожных лоскутах трупа ФИО9 могли быть причинены обоими представленными на исследование клинками ножей. При этом наиболее вероятно, что колото-резаные повреждения на предметах одежды и кожных лоскутах трупа ФИО7 были причинены клинком ножа № (т. 1 л.д. 156-186).

По заключению эксперта на эмульсионных слоях трех отрезков прозрачной бесцветной липкой ленты, изъятых в ходе осмотра места происшествия имеются три следа ногтевых фаланг пальцев рук, которые оставлены ФИО1 – указательным и большим пальцем правой руки, а также большим пальцем левой руки (т. 1 л.д. 215-221).

Оценивая и анализируя вышеприведенные доказательства, суд признает каждое из них относимым, допустимым и достоверным, а их совокупность – достаточной для разрешения дела.

Показания вышеуказанных свидетелей суд признает достоверными, поскольку они подробны, непротиворечивы, согласуются с письменными доказательствами и подсудимой ФИО1 не оспаривались.

Оснований для оговора подсудимой свидетелями в ходе судебного разбирательства не установлено.

Анализируя показания, данные ФИО1 на предварительном следствии, суд считает их правдивыми, поскольку они подробны, последовательны, непротиворечивы, подтверждаются показаниями свидетеля Свидетель №1, протоколом осмотра места происшествия, заключениями судебных экспертиз.

Указанные показания были подтверждены подсудимой в ходе проверки показаний на месте, где ФИО1 самостоятельно, без чьих-либо подсказок продемонстрировала механизм нанесения ударов ножом потерпевшему.

Протоколы допроса ФИО1 в качестве подозреваемой и обвиняемой, а также протокол проверки показаний на месте с ее участием соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона; следственные действия произведены с участием защитника.

Объективность заключений проведенных по делу судебных экспертиз сомнений у суда не вызывает, поскольку экспертами сделаны конкретные, научно-обоснованные и мотивированные выводы на основе проведенных исследований. Заключения экспертов получены в соответствии с требованиями главы 27 УПК РФ.

С учетом изложенного, оснований полагать самооговор ФИО1 на предварительном следствии у суда не имеется.

При таких обстоятельствах утверждение ФИО1 в судебном заседании о нанесении ФИО7 одного удара суд находит несостоятельным, поскольку оно опровергается совокупностью вышеприведенных доказательств.

В данной связи суд также учитывает, что в момент случившегося подсудимая находилась в состоянии алкогольного опьянения; в показаниях на предварительном следствии ФИО1 поясняла, что не помнит точное количество нанесенных ударов потерпевшему вследствие нахождения в состоянии опьянения; в судебном заседании показала, что не помнит подробности ее допроса в качестве подозреваемой и обвиняемой в связи с плохой памятью.

Судом установлено, что мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие в ходе конфликта во время совместного распития спиртных напитков.

Использование ФИО1 ножа в качестве оружия подтверждается показаниями подсудимой, протоколом осмотра места происшествия, протоколом осмотра предметов, в том числе, двух ножей, изъятых с места происшествия, а также заключениями судебных экспертиз.

Данных о том, что ФИО1 действовала в состоянии необходимой обороны или при превышении ее пределов, в ходе рассмотрения дела не установлено.

Вопреки позиции стороны защиты, об умысле ФИО1 на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью свидетельствуют характер и целенаправленность ее действий, выбранное ею орудие преступления – нож, нанесение удара в область жизненно важных органов (паховую область), а также количество нанесенных ударов.

При таких обстоятельствах, суд считает доказанным, что, нанося удары ножом потерпевшему, подсудимая ФИО1 осознавала общественную опасность своих действий, предвидела возможность наступления общественно-опасных последствий в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не желала наступления этих последствий, но относилась к их наступлению безразлично, т.е. действовала с косвенным умыслом.

При этом отношение ФИО1 к наступлению смерти ФИО7 выражалось в форме неосторожности.

Согласно заключению комиссии экспертов по результатам стационарной судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 в период инкриминируемого ей деяния и в настоящее время хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, лишающим ее способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, не страдала и не страдает, могла и может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент инкриминируемого ей деяния ФИО1 находилась в состоянии простого (непатологического опьянения). По своему психическому состоянию ФИО1 могла правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, в последующем давать о них показания. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается.

Заключение экспертов является мотивированным, соответствует данным, имеющимся в материалах дела, основано на внимательном изучении личности подсудимой с применением научно обоснованных методик, и признается судом достоверным.

Учитывая выводы экспертов, а также поведение ФИО1 в ходе судебного разбирательства, суд признает ее вменяемой и подлежащей уголовной ответственности.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимой, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни ее семьи.

Исследованием данных о личности подсудимой установлено, что она не судима; на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит; по последнему месту жительства главой администрации поселения и участковым уполномоченным характеризуется без жалоб и замечаний; по прежнему месту жительства председателем правления ТСЖ характеризуется без жалоб и замечаний, участковым уполномоченным 38 отдела полиции УМВД России по <адрес> г. Санкт-Петербурга характеризуется отрицательно, как лицо, ведущее аморальный образ жизни, злоупотребляющее спиртными напитками в кругу лиц, привлекавшихся к уголовной ответственности; привлекалась к административной ответственности за мелкое хулиганство ДД.ММ.ГГГГ по ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ (т. 1 л.д. 224-235, 238, 240, 242, 244-247).

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – частичное признание подсудимой вины и ее раскаяние в содеянном.

Отягчающим наказание обстоятельством суд признает в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку судом установлено, что данное обстоятельство явилось фактором, способствовавшим совершению преступления, что подсудимая ФИО1 подтвердила в судебном заседании.

С учетом изложенного и исходя из принципа индивидуализации уголовной ответственности и наказания, суд приходит к выводу о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы, с его реальным отбыванием, полагая, что цели уголовного наказания в данном случае могут быть достигнуты только в условиях изоляции подсудимой от общества.

Вместе с тем, принимая во внимание фактические обстоятельства преступления и смягчающие наказание обстоятельства, суд считает возможны не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, которые могут быть признаны основанием для назначения подсудимой наказания с применением ст. 64 УК РФ, судом не установлено.

Правовых оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется в связи с наличием отягчающего наказание обстоятельства.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд определяет ФИО1 отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

В силу требований п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит зачету из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 суд считает необходимым не изменять до вступления приговора в законную силу.

Разрешая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ, полагая необходимым два резиновых тапка, носки и штаны ФИО1, трусы и штаны с трупа ФИО7, два ножа – уничтожить, три липкие ленты со следами рук – хранить при уголовном деле.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки по делу в виде вознаграждения адвокатов за участие в уголовном судопроизводстве по назначению суд считает необходимым взыскать с подсудимой ФИО1, не усматривая оснований для ее освобождения от их уплаты.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на ТРИ года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей РФ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, а также с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 не изменять до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

Вещественные доказательства: два резиновых тапка, носки и штаны ФИО1, трусы и штаны с трупа ФИО7, два ножа – уничтожить, три липкие ленты со следами рук – хранить при уголовном деле.

Процессуальные издержки в виде вознаграждения адвоката Карпиной Н.Н. в размере 6250 рублей и адвоката Болотиной О.Л. в размере 1250 рублей за участие в уголовном судопроизводстве по назначению суда взыскать с осужденной ФИО1 в доход государства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ленинградский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или представления осужденная в тот же срок вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, в том числе с участием адвоката.

Судья: