Решение № 12-151/2020 5-58/2020 от 15 декабря 2020 г. по делу № 12-151/2020

Судья Кравченко В.В.

Дело № 5-58/2020


РЕШЕНИЕ

№ 12-151/2020
16 декабря 2020 г.
г. Ростов-на-Дону
Судья Южного окружного военного суда Потапченко Игорь Николаевич (<...>), при секретаре Сидоровой В.Э., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении – ФИО1 и защитника - адвоката Бабенко А.В, рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе защитника Бабенко А.В., поданной в интересах военнослужащего войсковой части № <данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, имеющего высшее образование, женатого, имеющего на иждивении двух малолетних детей, ранее неоднократно привлекавшегося к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, проживающего по адресу: <адрес>

на постановление судьи Новороссийского гарнизонного военного суда от 3 ноября 2020 г. о назначении административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

установил:

согласно судебному постановлению водитель ФИО1 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ, будучи отстраненным от управления транспортным средством - автомобилем «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, находясь в медицинском учреждении – Новороссийском филиале ГБЗУ «Наркологический диспансер», в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В жалобе, поданной в порядке пересмотра, защитник Бабенко А.В. просит постановление судьи ввиду незаконности и необоснованности отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В обоснование автор жалобы излагает обстоятельства дела и указывает, что С.В.РБ. при себе какой-либо емкости для сбора биологического объекта (мочи), кроме выданной ему сотрудником наркологического диспансера, не имел, биологический материал он не фальсифицировал и не мог фальсифицировать, поскольку постоянно находился под контролем сотрудника ДПС и медицинского работника этого учреждения. Кроме того, ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения не находился, наркотические либо психотропные вещества не употреблял, был в адекватном состоянии и не отказывался от прохождения медицинского освидетельствования, что свидетельствует об отсутствии у него мотива на фальсификацию биологического объекта.

Между тем суд основывал обжалованный судебный акт на показаниях сотрудников ДПС А.И. и И.О., показавших что у водителя остановленного ими транспортного средства «<данные изъяты>» - ФИО1 были признаки опьянения – запах алкоголя изо рта. При этом пройти медицинское освидетельствование на месте при помощи алкотестера ФИО1 отказался, выразив желание пройти его в специализированном медицинском учреждении, куда и был доставлен и где им в ходе сдачи биологического материала (мочи) якобы была произведена его фальсификация. Данное обстоятельство было внесено в акт № 1156 с выводом об отказе от прохождения медицинского освидетельствования. При этом ФИО2 не утверждал о фальсификации С.В.РВ. биологического материала, поскольку находился в коридоре медицинского учреждения, предполагая лишь о наличии у него возможности для этого. Однако сомнения в пользу ФИО1 судом трактованы не были.

Также судом проигнорированы нарушения при проведении медицинского освидетельствования, выражающиеся в нарушении требований Порядка проведения химико-токсикологического исследования, утвержденного приказом Министерства здравоохранения России от 18декабря 2015 г. № 933н, п. 5 которого устанавливает проведение измерения биологического объекта (мочи) с помощью бесконтактного устройства с автоматической регистрацией результатов измерения в течение пяти минут после отбора данного объекта. Однако после продува в 4 часа 29 минут 17 июля 2020 г. воздуха через алкометр и произведения отбора биологического объекта (мочи), который ФИО1 был передан медицинскому сотруднику, никаких исследований биологического материала не производилось, что подтверждается отсутствием в акте фиксации времени его отбора и проведения исследования. Само же медицинское освидетельствование было окончено в 4часа 55 минут. Однако изложенное обстоятельство в пользу ФИО1 опять же судом трактовано не было.

Кроме того, со слов фельдшера медицинского учреждения А.Л. суду стало известно, что измерение температуры биологического объекта (мочи) ФИО1, в нарушение вышеприведенного Порядка было произведено стеклянным ртутным термометром для измерения жидкости, что, по ее мнению, допускается в силу приказа Минздравсоцразвития России от 27 января 2006 г. № 40 «Об организации проведения химико-токсикологических исследований при аналитической диагностике наличия в организме человека алкоголя, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ». Однако судом не учтено, что положения данного приказа, в отличие от вышеприведенного Порядка, носят рекомендательный характер.

Изложенные показания вступают в противоречие с показаниями допрошенного судом врача-нарколога А.В., который пояснил, что измерение температуры биологического объекта (мочи) производилось бесконтактным способом, при этом название прибора он не помнит.

Названные противоречия в показаниях допрошенных лиц, которые нельзя признать допустимыми доказательствами, в совокупности с выявленными при производстве медицинского освидетельствования нарушениями, без их фактического устранения были положены судом в основу обжалуемого судебного постановления. В связи с изложенным автор жалобы полагает, что принятое судебное постановление нельзя признать законным и обоснованным, поскольку вина ФИО1 в инкриминируемом ему административном правонарушении материалами дела не доказана, а его вина не установлена.

Рассмотрев материалы дела, доводы жалобы, заслушав лицо, привлекаемое к административной ответственности – ФИО1 и его защитника – Бабенко А.В. в обоснование поданной жалобы, оснований для отмены или изменения постановления судьи первой инстанции не нахожу.

В соответствии с п. 2.3.2 ПДД водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

В силу ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признается законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно наличие достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Поэтому адекватность поведения ФИО1 при его обследовании, на что он указывал в ходе производства по делу, не свидетельствует об отсутствии оснований для направления его на медицинское освидетельствование в случае наличия хотя бы одного из перечисленных в вышеназванной норме признаков.

Из протокола от 17 июня 2020 г. о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, составленного в отношении водителя ФИО1, обстоятельством, послужившим законным основанием для направления его на медицинское освидетельствование, явилось наличие запаха алкоголя изо рта, а также его отказ от проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения при помощи алкотестера на месте.

Эти обстоятельства подтверждаются составленными 17 июня 2020 г. протоколами об административном правонарушении и об отстранении от управления транспортным средством, рапортом сотрудника ДПС А.И.., собственноручно написанной ФИО1 объяснительной, из содержания которой следует, что он отказался от прохождения медицинского освидетельствования, вину в совершении правонарушения он осознает и просит его строго не наказывать, а также актом №1156 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Все юридически значимые обстоятельства, предусмотренные ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ, включая отстранение от управления транспортным средством, направление на медицинское освидетельствование в связи с наличием признаков опьянения, нашли свое отражение в соответствующих процессуальных документах, достоверность и объективность содержания которых сомнений не вызывает, а правильность их содержания удостоверена подписями, проставленными, в том числе, самим ФИО1

Будучи доставленным в медицинское учреждение, был выявлен факт фальсификации ФИО1 пробы его биологического объекта (мочи), выразившийся в подмене отбираемого биологического материала на фиктивную биологическую жидкость, имеющую температуру и плотность ниже допустимых норм, в связи с чем было прекращено дельнейшее медицинское освидетельствование, с указанием в п.14вышеприведенного акта о фальсификации биологического объекта (мочи), а в п. 17 вывода об отказе от медицинского освидетельствования.

Вышеизложенные обстоятельства, вопреки доводам жалобы, подтверждаются содержанием как акта медицинского освидетельствования, так и показаниями допрошенных в суде в качестве свидетелей инспекторов ОРДПС по г. Новороссийску <данные изъяты> полиции И.О. и <данные изъяты> А.И. составлявшего процессуальные документы, а также фельдшера кабинета медицинского освидетельствования Новороссийского филиала ГБЗУ «Наркологический диспансер» А.Л. и врача-нарколога А.В., проводивших медицинское освидетельствование.

Оснований сомневаться в достоверности показаний данных свидетелей не имеется, поскольку они последовательны и согласуются, вопреки утверждениям в жалобе, как между собой, так и с другими материалами дела. Каких-либо неприязненных отношений между указанными свидетелями и ФИО1 или иной заинтересованности в таких показаниях в суде не установлено и из материалов дела не усматривается.

Утверждение защитника о нарушениях при проведении медицинского освидетельствования своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашло.

В соответствии с пунктом 19 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 № 933н, медицинское заключение «от медицинского освидетельствования отказался» выносится в случаях: отказа освидетельствуемого от проведения медицинского освидетельствования (до начала его проведения); отказа освидетельствуемого при проведении медицинского освидетельствования от осмотра врачом – специалистом (фельдшером), от любого инструментального или лабораторных исследований, предусмотренных пунктом 4 данного Порядка; фальсификации выдоха; фальсификации пробы биологического объекта (мочи).

В этих случаях медицинское освидетельствование и заполнение акта прекращаются, в журнале и в пункте 17 акта делается запись «от медицинского освидетельствования отказался».

При этом в силу п. 9 указанного Порядка проведение медицинского освидетельствования во всех случаях начинается с первого исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, после которого врачом-специалистом производится сбор жалоб, анамнеза и осмотр в целях выявления клинических признаков опьянения.

Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения, проведенного с применением технического средства - алкотестера, результат выдыхаемого ФИО1 воздуха при активном выдохе составил 0,41 и 0,40 мг/литр, а при химико-токсикологическом исследовании обнаружена фальсификация мочи: температура - 26°C, относительная плотность - 1003, на основании чего врачом вынесено заключение об отказе от освидетельствования в связи с фальсификацией биологического объекта (мочи).

Что касается несогласия подателя жалобы с действиями работника медицинской организации, которая руководствовалась приказом Минздравсоцразвития России от 27января 2006 г. № 40 «Об организации проведения химико-токсикологических исследований при аналитической диагностике наличия в организме человека алкоголя, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ», то компетенция названного Министерства по регламентации положений, отраженных в названном приказе, подтверждена вышеприведенным постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475.

Указанные в приложении № 2 к названному приказу Рекомендации предназначены для организации работы по отбору, транспортировке и хранению биологических объектов для проведения химико-токсикологических исследований на наличие алкоголя и его суррогатов, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ, вызывающих опьянение (интоксикацию), и их метаболитов и распространяются на медицинские организации, в которых проводится медицинское освидетельствование.

Учитывая изложенное, данный приказ является нормативным правовым актом, поскольку содержит правила поведения, рассчитанные на неоднократное применение медицинскими организациями, влекущее юридические последствия для неопределенного круга лиц, а п. 4 Рекомендаций, фактически устанавливающий порядок отбора мочи, допускает применение при определении необходимых показателей, стеклянного ртутного термометра.

Вопреки доводам жалобы наличие слова «рекомендации» в наименовании и тексте Рекомендаций не предполагает его произвольного правоприменения.

Поэтому, вопреки мнению подателя жалобы, неисследование биологического объекта после выявления факта фальсификации его ФИО1, как и не указание в акте фиксации времени отбора у ФИО1 биологического объекта (мочи) и измерение его стеклянным ртутным термометром, не свидетельствуют о нарушении порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Кроме того об обстоятельствах отсутствия в акте фиксации времени отбора биологического материала и времени определения необходимых показателей, допрошенным судом врачом-наркологом А.В., даны исчерпывающие пояснения.

В силу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в п. 11 постановления от 26 июня 2019 г. № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ», отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица либо медицинского работника о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.26 КоАП РФ, и может выражаться как в форме действий, так и в форме бездействия, свидетельствующих о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование, в частности, предпринимает усилия, препятствующие совершению данного процессуального действия или исключающие возможность его совершения, например, отказывается от прохождения того или иного вида исследования в рамках проводимого медицинского освидетельствования.

С учетом изложенного факт отказа ФИО1 от выполнения законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения сомнений не вызывает.

Вопреки мнению автора жалобы обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьей гарнизонного суда в достаточном объеме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст.26.11 КоАП РФ. Изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО1 события и состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.26 КоАП РФ является обоснованным и мотивированным, а изложенные в жалобе доводы своего подтверждения не нашли.

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах установленных сроков привлечения к административной ответственности, соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено в размере, предусмотренном санкцией ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Что касается иных доводов автора жалобы, то их следует признать направленными на переоценку представленных в гарнизонный военный суд доказательств, которые были исследованы и правильно оценены, и не опровергают выводы судьи о виновности ФИО1 в административном правонарушении, в связи с чем эти доводы подлежат отклонению как необоснованные.

Следовательно, жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Новороссийского гарнизонного военного суда от 3 ноября 2020 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу защитника Бабенко А.В. - без удовлетворения.

Судья И.Н. Потапченко