Приговор № 1-539/2018 от 21 ноября 2018 г. по делу № 1-539/2018

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

21 ноября 2018 года г. Самара

Кировский районный суд г. Самары в составе: председательствующего Жаркова А.Л., при секретарях судебного заседания Гудковой Г.В. и Гладышевой Ю.В., с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Кировского района г. Самары – Свиридова В.В., защитника – адвоката Степановой Н.И., представившей удостоверение № и ордер № от 19 октября 2018 года, потерпевшего ФИО1., в открытом судебном заседании, рассмотрев материалы уголовного дела № 1-539/2018 в отношении,

ФИО3, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, со средним профессиональным образованием, не замужней, ранее не судимой, работающей <данные изъяты> в <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, фактически проживающая по адресу: <адрес>,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст. 111 УК Российской Федерации,

установил:

ФИО3 совершила умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

Так, в период времени с 22 часов 00 минут 04 июня 2018 года до 01 часов 15 минут 05 июня 2018 года, ФИО3 находилась на квартире своего знакомого ФИО1., проживающего по адресу: <адрес>, где в ходе употребления спиртных напитков между названными лицами на бытовой почве возникла ссора. В ходе ссоры ФИО3 ушла из кухни в комнату, а ФИО1 проследовал за ней и потребовал, что бы та покинула его квартиру. Не желая выполнять данные требования, ФИО3 отказалась покидать квартиру, а когда ФИО1 продолжил настаивать на своем, и хотел зайти к ней в комнату, ФИО3, действуя из личной неприязни, достала из находящейся при ней сумочки кухонный нож, и осознавая общественную опасность своих действий, предвидя наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека и желая их наступления, через приоткрытую межкомнатную дверь, действуя умышленно, стала наносить удары ножом, используя его в качестве оружия, в направлении жизненно-важных органов находящегося рядом с дверью ФИО1 При этом ФИО3 нанесла ФИО1 не менее шести ударов ножом в области живота с правой стороны, грудной клетки справа, и в область правого и левого плеча, а также один удар закрывающейся дверью в область лица, причинив потерпевшему, помимо телесных повреждений, сильную физическую боль.

В результате указанных выше умышленных насильственных действий ФИО3 потерпевшему ФИО1 было причинено слепое ранение живота (рана в правой подвздошной области), проникающее в брюшную полость с повреждением подвздошной кишки и ее брыжейки, являющееся опасным для жизни и по этому признаку относящееся к тяжкому вреду здоровью человека, а также раны в правой подключичной области, в области правого 5-го межреберья, правой скуловой области, на правом и левом плече, которые, как в совокупности, так и каждая в отдельности, причинили легкий вред здоровью человека, а также ссадины в левой скуловой области, как вред здоровью не расценивающиеся.

В судебном заседании подсудимая ФИО3 виновной себя в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью человека признала частично и показала, что в ночь с 4 на 5 июня 2018 года она находилась дома у своего знакомого ФИО1, проживающего по адресу: <...>, где в ходе распития спиртных напитков между ними возник конфликт. В ходе данного конфликта ФИО1 стал применять по отношению к ней физическое насилие, нанося ей удары руками и палкой и при этом выгонять ее из квартиры. В ответ на указанные действия ФИО1 она достала из своей сумочки кухонный нож и, защищаясь, стала наносить им удары через приоткрытую дверь в сторону ФИО1. Точное количество ударов, нанесенных ею потерпевшему ножом, она не помнит, но не отрицает, что все телесные повреждения у ФИО1 образовались от ее действий. Когда она увидела на теле ФИО1 кровь, то прекратила свои действия и вызвала скорую помощь. Никакого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего она не имела, а применила в отношении него насилие, так как защищалась, в связи с чем, просит суд расценивать ее действия как самооборону.

Несмотря на указанную позицию подсудимой относительно предъявленного ей обвинения, ее виновность в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью человека, подтверждается совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, потерпевший ФИО1 в судебном заседании показал, что в ночь с 4 на 5 июня 2018 года он находился дома по адресу: <адрес>, где со своей знакомой ФИО3 распивал спиртные напитки. Примерно с 22 часов 00 минут 04 июня 2018 года до 01 часов 15 минут 05 июня 2018 года у них с ФИО3 на бытовой почве возник конфликт, в ходе которого он решил выгнать ФИО3 из дома, поскольку ему надоело ее поведение и постоянные скандалы. Он попросил ФИО3 покинуть квартиру, однако она закрылась в комнате и не стала никуда выходить. Когда он попытался зайти в комнату, с тем чтобы выгнать ее из дома, ФИО3 стала удерживать дверь и через имевшийся проем приоткрытой двери стала наносить ему удары ножом в области груди живота и рук. Он пытался вырвать у нее нож, но ему не удалось сделать этого, затем от полученных повреждений он почувствовал себя плохо, а после приезда скорой помощи терял сознание.

Далее потерпевший показал, что никакого насилия к ФИО3 он не применял и применять не собирался, а лишь хотел, что бы она ушла из его квартиры, и если бы она это сделала, конфликт был бы завершен. Никаких прав на проживание в указанной квартире ФИО3 не имела, а он разрешил ей там проживать некоторое время, поскольку у нее не имелось жилья в Самаре.

Согласно рапорту полицейского патрульно-постовой службы У МВД России по г. Самаре прапорщика полиции ФИО4 от 05 июня 2018 года, в ночь с 4 на 5 июня 2018 года он в составе наряда прибыл по адресу: г. <адрес>, по сообщению о ножевом ранении. Прибыв в указанную квартиру, они обнаружили гражданина ФИО1 со следами колото-резанных ранений на лице, в области груди и живота, а также гражданку ФИО3 в руках которой находился нож. Данная гражданка вела себя агрессивно, в связи с чем, к ней применялись физическая сила и спецсредства.

Как видно из протокола осмотра места происшествия от 05 июня 2018 года и иллюстрационных таблиц к нему, в ходе производства данного следственного действия, осмотрена квартира №, расположенная в доме № по <адрес>, при осмотре в комнате, на диване, обнаружен нож с деревянной ручкой и со следами вещества бурого цвета.

После ознакомления в ходе судебного заседания с иллюстрационной таблицей к указанному протоколу подсудимая ФИО3 подтвердила, что именно этим кухонным ножом она наносила удары потерпевшему ФИО1.

Согласно протоколу осмотра предметов от 18 сентября 2018 года, осмотренный нож имеет деревянную рукоятку и длину лезвия 7,5 см.

Из рапорта, зарегистрированного в отделе полиции №1 УМВД России по г. Самаре 5 июня 2018 года за № 12416, указанного числа в 02 часа 13 минут в больницу им. Середавина г. Самары скорой помощью доставлен гражданин ФИО1 с ножевыми ранениями грудной клетки живота и головы.

Как видно из протокола принятия устного заявления от 05 июня 2018 года, в нем ФИО1 сообщает сотрудникам полиции, что гражданка ФИО3, находясь в его квартире, нанесла ему удары ножом по туловищу и лицу.

По заключению судебно-медицинского эксперта № 04-8М/2483 от 1 августа 2018 года у ФИО1 установлены повреждения: слепое ранение живота (рана в правой подвздошной области), проникающее в брюшную полость с повреждением подвздошной кишки и ее брыжейки, что подтверждается данными операции; раны: в правой надключичной области (1), в области правого 5-го межреберья (1), в правой скуловой области (1), на правом (1) и левом (1) плече; ссадины на левой скуловой области. Слепое ранение живота и раны в правой надключичной области, в области правого 5-го межреберья образовались от воздействия твердого предмета, обладавшего в момент причинения свойствами колющего, на что указывает наличие раневых каналов.

Слепое ранение живота явилось опасным для жизни и в соответствии с п. 6.1.15 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утвержденных приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194 н) причинило тяжкий вред здоровью. Раны в правой надключичной области, в области правого 5-го межреберья, в правой скуловой области, на правом и левом плече, как в совокупности, так и каждая в отдельности, причинили легкий вред здоровью, а ссадины вреда здоровью не причинили.

Свидетель ФИО2., соседка потерпевшего, в суде показала, что в конце января 2018 года между ее соседями по квартире ФИО1 и ФИО3 происходил конфликт, в ходе которого ФИО3, находившаяся на балконе, просила вызвать полицию, поскольку ФИО1 не пускал ее внутрь квартиры. После приезда полиции конфликт прекратился. О том, что происходило в квартире соседей в июне 2018 года ей ничего не известно, поскольку тогда ее не было дома.

Оценивая в ходе судебного заседания, заявление подсудимой ФИО3 относительно того, что тяжкий вред здоровью потерпевшего ФИО1 был ею причинен в ходе защиты от его насильственных действий, в ввиду опасения за свои жизнь и здоровье, а также заявление защитника-адвоката Степановой Н.И., поддержанное ее подзащитной, о необходимости квалифицировать действия ФИО3 по ч.1 ст. 114 УК Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, суд не может признать их убедительными, поскольку они опровергаются собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, потерпевший ФИО1 в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, относительно причин возникновения конфликта и его хода, давал последовательные показания о том, что в ночь с 4-го на 5-ое июня 2018 года он никакого насилия по отношению к ФИО3 не применял и применять не собирался, а лишь хотел, чтобы она покинула его квартиру, в связи с возникшим скандалом. ФИО3 на это требование не реагировала, закрылась в комнате, когда он хотел зайти туда, стала наносить ему удары ножом.

Вместе с тем, подсудимая ФИО3 в ходе предварительного расследования и в суде в данной части давала противоречивые показания. Так, 05 июня 2018 года, в ходе допроса в качестве подозреваемой, ФИО3, в присутствии защитника, давала показания о том, что после того как они с ФИО5 поругались, она ушла в комнату и закрыла дверь, через некоторое время пришел ФИО1 и стал говорить ей чтобы она уходила, стал снимать одеяло, выгонял, тогда она достала из сумки нож, стала размахивать им и прикрыла дверь в комнату, когда ФИО1 пытался открыть дверь, она придерживая ее ногой, «тыкала» ножом в сторону ФИО1, не придавая значения тому, сколько раз и куда она попала, а остановилась лишь после того как увидела, что у потерпевшего на лице сильно пошла кровь.

При этом ФИО3 в ходе данного допроса, который состоялся через непродолжительное время после случившегося, ничего не показывала о фактах применения либо попыток применения насилия по отношению к ней со стороны потерпевшего.

В ходе допросов в качестве обвиняемой 28 августа и 20 сентября 2018 года ФИО3 показывала, что стала наносить удары ФИО1 ножом, так как последний хотел применить к ней физическое насилие, но также не поясняла на основании каких данных она сделала такой вывод, и были ли со стороны потерпевшего реальные попытки это насилие применить.

В судебном заседании подсудимая ФИО3 стала заявлять о том, что ФИО1, зайдя к ней в комнату, стал наносить ей удары руками и палкой, от которых она защищалась и уклонялась, и лишь после этого она достала нож и начала им размахивать.

Убедительных причин таких противоречий в своих показаниях подсудимая суду назвать не смогла, а поэтому суд, с учетом отсутствия в материалах дела каких-либо данных о наличии у ФИО3 в момент задержания телесных повреждений, не может признать показания подсудимой данные ей в судебном заседании относительно мотивов применения насилия по отношению к подсудимому, достоверными и кладет в основу приговора в данной части показания потерпевшего, оснований не доверять которым по делу установлено.

При этом заявления потерпевшего о том, что в ходе конфликта он брал в руки ручку от швабры и «тыкал» им в сторону ФИО3, не могут поставить под сомнения выводы суда в данной части, поскольку, со слов потерпевшего, ударов с использованием этой ручки он не наносил, а эти его действия были вызваны только агрессивным поведением подсудимой.

Учитывая изложенное суд полагает, что ФИО3 наносила удары ножом ФИО1 умышленно, не желая уходить из его квартиры, а не по причине, якобы связанной с применением к ней насилия со стороны потерпевшего, поскольку последнее обстоятельство не нашло своего подтверждения в судебном заседании.

При этом на вопрос суда препятствовал ли ФИО1 тому, чтобы она покинула жилое помещение, ФИО3 ответила отрицательно, сам потерпевший показал в суде, что лишь хотел, что бы подсудимая ушла из квартиры, поскольку вела себя неадекватно. При этом ранее, в подобных ситуациях, ФИО3 уходила от него, однако через некоторое время он вновь разрешал ей пожить у него, так как у ФИО3 не имелось жилья в Самаре.

Таким образом, поскольку в судебном заседании установлено, что ФИО3, при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, нанесла удары ножом потерпевшему ФИО1, причинив ему слепое ранение живота (рана в правой подвздошной области), проникающее в брюшную полость с повреждением подвздошной кишки и ее брыжейки, являющееся опасным для жизни и по этому признаку относящееся к тяжкому вреду здоровью человека, суд квалифицирует ее действия в данной части по п. «з» ч.2 ст. 111 УК Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Оценивая заявление подсудимой ФИО3, о том, что она не предполагала, что в результате ее действий могут наступить такие последствия, поскольку умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего не имела, надеясь, что тот, увидев нож, отойдет от двери, суд, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства совершенного преступления, полагает, что подсудимая, нанося многократные удары ножом в верхнюю часть тела потерпевшего, в том числе и область жизненно-важных органов, безусловно осознавала общественную опасность своих действий, предвидела возможность наступления таких общественно опасных последствий, как причинение тяжкого вреда здоровью человека и желала их наступления а, следовательно, совершала преступление умышленно, в связи с чем, вышеприведенная квалификация его действий является правильной.

Назначая меру наказания подсудимой ФИО3, суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК Российской Федерации, принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного ей преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности подсудимой, влияние наказания на исправление осужденной.

То обстоятельство, что ФИО3 непосредственно после совершения преступления самостоятельно вызвала для потерпевшего бригаду скорой помощи, в настоящее время принесла ему свои извинения, суд признает смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК Российской Федерации.

Также смягчающим вину обстоятельством суд признает аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления – п. «з» ч.1 ст. 61 УК Российской Федерации, указанным образом суд оценивает поведение потерпевшего ФИО1, который предъявлял к Мясниковой требование покинуть его квартиру в ночное время суток, безразлично относясь к тому обстоятельству, где она будет ночевать.

Поскольку по делу установлено, что ФИО3 ранее не судима, имеет заболевание остеохондроз, по месту жительства характеризуется положительно, на учете в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит, трудоустроена, суд также признает эти обстоятельства, смягчающими наказание подсудимой в силу ч.2 ст. 61 УК Российской Федерации.

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, личности виновной, ее заявления о том, что факт нахождения ее в момент совершения преступления в состоянии опьянения никак не связан с ее преступными действиями, суд приходит к выводу о том, что состояние опьянения, в данном случае, не может быть признано, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК Российской Федерации, отягчающим наказание обстоятельством.

Назначение дополнительного вида наказания, предусмотренного ч. 2 ст. 111 УК Российской Федерации, в виде ограничения свободы, суд, принимая во внимание данные о личности подсудимой, характер ее преступных действий, и наступившие в результате них последствия, считает нецелесообразным.

Вместе с тем, принимая во внимание совокупность изложенных выше данных, а также обстоятельства и характер совершенного преступления, а также характер наступивших в результате этого последствий для здоровья потерпевшего, суд, в силу требований уголовного закона (ст. 43 УК РФ) о применении наказания в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, не находит оснований для применения ст. 73 УК Российской Федерации об условном осуждении по отношению к осужденной ФИО3, либо для применения положений ст. 53.1 УК Российской Федерации о замене наказания в виде лишения свободы принудительными работами.

С учетом положений п. «б» ч. 1 ст. 58 УК Российской Федерации, суд полагает необходимым назначить ФИО3 отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Каких–либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного ФИО3 преступления, ее поведением во время и после совершения преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, которые с применением ст. 64 УК Российской Федерации дают право на назначение осужденной более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией ч.2 ст. 111 УК Российской Федерации, судом не установлено.

Принимая во внимание наличие по делу смягчающего наказание подсудимой обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст. 61 УК Российской Федерации, суд, при определении размера наказания в виде лишения свободы подсудимой руководствуется положениями ч.1 ст. 62 УК Российской Федерации.

Учитывая, что в ходе ознакомления с материалами уголовного дела ФИО3 было заявлено ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке, однако в дальнейшем указанный порядок рассмотрения данного дела был судом прекращен по инициативе государственного обвинителя суд, при назначении наказания подсудимой, руководствуется положениями ч. 5 ст. 62 УК Российской Федерации.

Исходя из обстоятельств дела, характера и способа совершенного преступления, степени реализации преступных намерений, характера и размера наступивших последствий, поведения подсудимой сразу после совершения преступления, а также других фактических обстоятельств преступления, влияющих на степень его общественной опасности, суд не находит оснований для предусмотренного частью 6 статьи 15 УК Российской Федерации изменения категории преступления на менее тяжкую.

Данных, указывающих на то, что ФИО3 страдает тяжелым заболеванием, препятствующим отбыванию наказания в виде лишения свободы, перечень которых утвержден постановлением Правительства РФ от 06 февраля 2004 года № 54, суду не представлено.

Руководствуясь ст.ст. 307-308 и 309 УПК Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО3 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «з» частью 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которой назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год и 6 (шесть) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО3 – заключение под стражу, до вступления приговора в законную силу – оставить без изменения и содержать ее в учреждении ПФРСИ при ИК-15 УФСИН России по Самарской области.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы ФИО3 исчислять с 21 ноября 2018 года. В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ) время содержания под стражей ФИО3 с 05 июня 2018 года по дату вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст. 72 УК Российской Федерации.

По вступлению приговора в законную силу, вещественное доказательство по делу: кухонный нож – уничтожить. Исполнение приговора в данной части поручить ОП № 1 УМВД России по г. Самаре, по месту хранения вещественного доказательства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Самарского областного суда через Кировский районный суд г. Самары в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной ФИО3 в тот же срок, со дня вручения ей копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий А.Л. Жарков