Решение № 2-237/2019 2-237/2019(2-4608/2018;)~М-3170/2018 2-4608/2018 М-3170/2018 от 1 августа 2019 г. по делу № 2-237/2019

Подлинник Дело№2-237/19


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Красноярск 02 августа 2019 года

Свердловский районный суд города Красноярска,

в составе судьи Куликовой А.С.,

при секретаре Кандрусевич М.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО9 об установлении факта признания отцовства, признании факта родственных отношений, признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ :

ФИО8 обратился в суд с указанным иском, мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ умерла его бабушка со стороны отца-ФИО3, после смерти которой осталось наследство, включая квартиру, расположенную по адресу <адрес>.

В период с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. сын умершей ФИО3 – ФИО2, проживал совместно с матерью истца – ФИО4 В период отношений ФИО4 родила сына –ФИО8, записав его на свою фамилию, а в ЗАГСЕ указала отцом ребенка ФИО1

В ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 умер, не успев оформить отцовство в отношении истца. При жизни ФИО2 признавал истца своим сыном, также истец общался с бабушкой ФИО3, которая признавала его своим внуком.

Перед смертью ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 составила завещание, согласно которому оставила все свое имущество своему сожителю ФИО9 Поскольку на момент составления завещания ФИО3 была тяжело больным человеком, страдала онкологическим заболеванием легких, находилась под постоянным психологическим давлением ответчика, была слаба и беспомощна, то она не могла в полной мере осознавать значение своих действий, подчиняясь воле ответчика. ФИО9 заставил ФИО3 оформить завещание в его пользу, поскольку полностью контролировал последние месяцы жизни супруги.

Считает, что ответчик воспользовался тяжелым состоянием здоровья ФИО3, из корыстных побуждений исключил общение супруги с внуком, чем лишил последнего права на наследство. Поскольку в силу ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, который в момент ее совершения не был способен понимать значение своих действий, может быть признана судом недействительной, истец просит суд установить факт признания отцовства ФИО2 по отношению к ФИО8, установить факт родственных отношений истца с ФИО3, признать завещание, составленное ФИО3, недействительной сделкой.

Определением суда от 25.12.2018 г. дела объединены в одно производство.

В судебное заседание истец ФИО8 не явился, доверил представление интересов ФИО10 (полномочия проверены), который иск поддержал, настаивал на его удовлетворении, суду пояснил, что в процессе рассмотрения дела, на основании показаний свидетелей со стороны истца, нашел подтверждение факт того, что ФИО9 подавил волю завещателя на момент составления ею спорного завещания, поэтому суду надлежит исключить из доказательств по делу заключение судебной медицинской экспертизы, так как выводы экспертов не находятся во взаимосвязи с показаниями свидетелей стороны истца. Установление фактов необходимо истца в будущем, не только для вступления в наследство после смерти родственников.

Ответчик ФИО9 в судебном заседании иск не признал, суду пояснил, что прожил с ФИО3 в гражданском браке около 30 лет, помогал воспитывать ее сына от первого брака ФИО2 Знал о том, что от А. была беременна его подруга Р., с которой он проживал на квартире по <адрес> в <адрес>, но кого она позже родила, не знал. Также пояснил, что супруга не говорила ему о том, что у нее есть внук Д., он к ним не приезжал, ответчик его никогда не видел. А. как-то оговорился, что у него есть сын, но жена с ним в это время не общалась. После того, как жене удалили в декабре 2017 года легкое, она попросила завезти ее к нотариусу, по какой причине-не сказала. Спустя несколько месяцев он узнал, что жена ходила к нотариусу для составления завещания, по которому все свое имущество передала ему. О том, что она желала оставить квартиру внуку, ФИО3 никогда не говорила, к нотариусу он с ней не заходил, не заставлял ее написать завещание в свою пользу. До самой смерти супруга не была беспомощной и безвольной, находилась в сознании и в твердом уме, сама ухаживала за собой, без посторонней помощи обслуживала свои нужды, понимала происходящее.

Представитель ответчика – ФИО11 (доверенность в деле) исковые требования не признала, просила в иске отказать.

Суд, с учетом требований ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке лиц, участвующих в деле.

Суд, выслушав лиц, участвующих по делу, исследовав материалы дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении иска по следующим правовым основаниям.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 50 Семейного кодекса РФ в случае смерти лица, которое признавало себя отцом ребенка, но не состояло в браке с матерью ребенка, факт признания им отцовства может быть установлен в судебном порядке по правилам, установленным гражданским процессуальным законодательством.

Подобные заявления рассматриваются судами по правилам особого производства, при этом принимаются во внимание любые достоверные доказательства факта признания лицом своего отцовства, выраженные в устной или письменной форме, включая свидетельские показания.

В соответствии со ст.ст. 264-268 ГПК РФ, суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение или прекращение личных или имущественных прав граждан.

На основании ст. 268 ГПК РФ, решение суда по заявлению об установлении факта, имеющего юридическое значение, является документом, подтверждающим данный факт.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (пункт 3).

Согласно пункту 1 статьи 171 ГК РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Таким образом, из вышеприведенных норм закона следует, что необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления лица, совершающего сделку, поскольку сделку, совершенную гражданином в состоянии, когда он не осознавал окружающей его обстановки, не отдавал отчета в совершаемых действиях и не мог ими руководить, нельзя считать действительной.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год ФИО2 и ФИО4 состояли в фактических брачных отношениях, указанные лица проживали одной семьей по адресу: <адрес>, в квартире бабушки ФИО2, вели общее хозяйство и имели общий бюджет. Брачные отношения между данными лицами не были зарегистрированы в установленном законом порядке.

ДД.ММ.ГГГГ родился истец ФИО8, матерью которого является ФИО4., отец в актовую запись о рождении внесен со слов матери- ФИО1.

В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО2 умер.

Из пояснений свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7 следует, что при жизни ФИО2 признавал себя отцом ФИО8, однако не оформил отцовство. ФИО3 также при жизни общалась с внуком и его матерью ФИО4, признавала ФИО8 своим родным внуком.

При таких обстоятельствах, суд считает установленным факт того, что при жизни ФИО2 признавал себя отцом ФИО8 Поскольку ФИО3 является родной матерью ФИО2, следовательно подлежат удовлетворению требования об установлении факта родственных отношений между внуком ФИО8 и его бабушкой по линии отца ФИО3

Вместе с тем, суд, установив юридически значимые обстоятельства по делу, исследовав весь объем доказательств по правилам гл. 6 ГПК РФ, приходит к выводу об отказе стороне истца в требованиях о признании завещания недействительной сделкой по следующему.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в нотариальном порядке оформила завещание, по которому распорядилась завещать все имущество ко дню смерти ФИО9

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла.

При жизни ФИО3 принадлежала на праве собственности квартира, расположенная по адресу: <адрес>, на регистрационном учете в данном жилье состояли ФИО3, ее сожитель ФИО9

После смерти ФИО3 в наследство вступил ФИО9, обратившись к нотариусу с заявлением, свидетельства о праве на наследство не выдавались (л.д.59-79).

Из письменного заявления нотариуса ФИО12, представленного суду, следует, что при удостоверении оспариваемого завещания нотариусом была выявлена воля и добровольное желание завещателя на составление завещания, сомнений в дееспособности завещателя у нотариуса не было (л.д.117).

Из заключения посмертной психолого-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в момент подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 достаточно ориентировалась в сложившейся ситуации, сохраняла адекватную оценку и смысловое восприятие происходящего, была способна к свободному волеизъявлению и могла понимать значение своих действий и руководить ими (л.д.171-176).

В обоснование исковых требований сторона истца ссылается на статью 177 ГК РФ, указывая, что в момент совершения завещания ФИО3 не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

Однако суд приходит к выводу о том, что при совершении завещания ДД.ММ.ГГГГ завещатель понимала в полной мере совершаемые ею действия, отдавала им отчет и могла руководить ими. Указанные действия выражались в том, что истица добровольно и без принуждения со стороны каких-либо лиц завещала принадлежавшее ей имущество сожителю ФИО9 При этом, судом установлено, что в момент составления завещания, ФИО3 находилась в кабинете нотариуса одна, на ее волеизъявление никто влияния не оказывал, нотариус выясняла у нее, в чью пользу желает составить завещание наследодатель, понимает ли она характер и последствия совершаемых действий. При этом, суд считает, что в случае наличия у ФИО3 намерений оставить свое имущество внуку, как утверждает сторона истца, завещатель беспрепятственно могла использовать такую возможность, указав нотариусу фамилию, имя и отчество внука. Вместе с тем, ФИО3 ясно и четко, без принуждения со стороны распорядилась своим имуществом в пользу одного человека- ФИО9 С учетом изложенного судом признаны несостоятельными доводы стороны истца о том, что ответчик принуждал завещателя составить в его пользу завещание, а ФИО3 намеревалась оставить все внуку.

При этом суд также отвергает доводы стороны истца о недоверии выводам, изложенным экспертами в заключении судебно-психиатрической комиссии экспертов, поскольку данное заключение отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 ГПК РФ компетентными лицами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, выводы экспертов последовательны, не содержат противоречий, экспертами даны ответы на все поставленные судом вопросы, основаны на медицинской документации и материалах гражданского дела, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ. В этой связи вышеуказанное заключение принято судом в качестве допустимого доказательства. Оснований ставить под сомнение допустимость и достоверность данного заключения не имеется. Заключение комиссии экспертов научно обоснованно, базируется на специальных познаниях в области судебной медицины, психологии и психиатрии, основано на изучении всех имеющихся медицинских документов, касающихся состояния здоровья ФИО3, при этом эксперты в описательной части заключения принимали во внимание состояние головного мозга истицы на спорный период (л.д.177), отметив имеющийся у нее рак мозга.

При таких обстоятельствах, суд считает, что при совершении юридически значимого действия, именно составления завещания ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не находилась в состоянии, не позволяющем ей понимать значение совершаемых ею действий и их юридические последствия.

В связи с чем, в удовлетворении требований о признании завещания недействительным суд считает необходимым отказать.

Истцом не представлено суду доказательств того, что в спорный период умершая действовала под влиянием заблуждения, преднамеренного создания ответчиком у истца не соответствующего действительности представления о дальнейшем правовом статусе квартиры, других обстоятельствах, влияющих на ее решение.

Судом установлено, что истица присутствовала у нотариуса лично, подпись в документе ставила лично, имела возможность обратиться за квалифицированным юридическим сопровождением своих действий, оформив доверенность на представителя, однако не сделала этого. Поэтому судом не приняты во внимание доводы стороны истца о том, что осуществление истицей спорного документа мотивировано тем, что ее вынудил к этому ответчик.

Также не приняты во внимание суда доводы стороны истца о том, что неадекватность состояния истицы следует из подлинных медицинских документов, а также из показаний свидетелей, допрошенных по делу, которые не взяты во внимание при проведении судебной экспертизы.

Однако суд считает, что показаниями свидетелей могут быть установлены только факты, свидетельствующие об особенностях поведения ФИО3, совершаемых ею поступках, действиях и об отношении к ним. Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства, его степени и влияния на осознание своих действий и их правовых последствий, требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, ни родственники, включая удостоверившего согласие нотариуса, ни суд не обладают.

Как следует из экспертного заключения, все имеющиеся в деле медицинские документы, заключения узких специалистов по состоянию здоровья ФИО3 учтены и оценены экспертами при разрешении вопросов.

Сами по себе оценочные суждения истца, свидетелей, допрошенных по ходатайству истца, о неадекватности поведения ФИО3 в быту без учета выводов экспертов, сделанных на основании специальных познаний в области психиатрии и исходя из совокупности всех имеющихся по делу фактических данных, включающих медицинскую документацию об имеющихся у истицы заболеваниях, их особенностях, развитии и течении, - не являются достаточными и допустимыми доказательствами того, что она при составлении спорного завещания не понимала значение совершаемых ею действий и не могла ими руководить.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО8 к ФИО9 об установлении факта признания отцовства, признании факта родственных отношений, признании завещания недействительным, - удовлетворить частично.

Установить юридический факт признания при жизни ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершим ДД.ММ.ГГГГ, отцовства в отношении ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Установить факт родственных отношений между внуком ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и его бабушкой со стороны отца ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

В удовлетворении иска в части признания завещания от ДД.ММ.ГГГГ, составленного ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, недействительным- отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд города Красноярска в течение месяца со дня его вынесения.

В окончательной форме решение изготовлено 07 августа 2019 года.

Судья А.С.Куликова