Апелляционное постановление № 22-3137/2023 от 13 декабря 2023 г. по делу № 1-6/2023

Судья Судоплатов А.В. Дело №22-3137/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 декабря 2023 года г.Саратов

Саратовский областной суд в составе:

председательствующего судьи Савицкой Н.Ю.,

при секретаре судебного заседания Барковской А.А.,

с участием прокурора Даниловой О.Г.,

адвоката Волкова А.В. в защиту интересов оправданного Ф.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению с дополнением государственного обвинителя на приговор Саратовского районного суда Саратовской области от 16 марта 2023 года, которым

Ф., <дата> года рождения, уроженец <адрес>, не судимый,

оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24, п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Кроме того, за Ф. признано право на реабилитацию.

Заслушав выступления прокурора Даниловой О.Г., поддержавшей доводы апелляционного представления с дополнениями об отмене приговора, мнение защитника -адвоката Волкова А.В., полагавшего приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования Ф. обвинялся по ч.1 ст.264.1 УК РФ - за управление автомобилем лицом, находившимся в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Согласно предъявленному обвинению, <дата> в вечернее время Ф., будучи привлеченный к административной ответственности по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ за управление транспортным средством в состоянии опьянения на основании постановления мирового судьи судебного участка №<адрес> от <дата>, находясь в состоянии опьянения, управлял транспортным средством – <данные изъяты>. В указанный день он был остановлен сотрудниками ОВ ДПС ГИБДД МО МВД России «<адрес>» <адрес> у <адрес> в <адрес> с признаками опьянения и направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянение, от прохождения которого Ф. отказался, тем самым не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Приговором Саратовского районного суда Саратовской области от 16 марта 2023 года Ф. оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24, п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В апелляционном представлении с дополнением государственный обвинитель считает приговор суда незаконным и необоснованным, выводы суда не соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела. В доводах указывает, что в нарушение требований уголовно-процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре» в описательно-мотивировочной части приговора не дана оценка всем исследованным в судебном заседании доказательствам, а выводы суда о том, что в действиях Ф. нет состава преступления, не соответствуют как материалам уголовного дела, так и требованиям уголовного закона, поскольку судом в приговоре не учтена вся совокупность представленных доказательств. Полагает, что у уполномоченных лиц имелись законные основания для направления Ф. на медицинское освидетельствование, поскольку поведение последнего в присутствии инспекторов ГИБДД К. и М., в том числе его высказывание о намерение сжечь свой автомобиль, явно не соответствовало обстановке, однако данное обстоятельство оставлено судом без оценки. При этом указывает, что основания и признаки опьянения, выявленные у Ф. сотрудниками ГИБДД, доводились до него, о чем свидетельствует изученная в судебном заседании видео-запись, которой суд также не дал должной оценки. О том, что Ф. был уведомлен о направлении его на медицинское освидетельствование, свидетельствуют как исследованные в суде видеозаписи, так и показания свидетелей инспекторов ГИБДД К. и М. Доводы суда о заинтересованности указанных свидетелей обвинения (М. и К.) в даче показаний против Ф., автор представления считает необоснованными, поскольку их показания объективно подтверждаются видеозаписями и показаниями самого Ф. о намерение сжечь свой автомобиль. По мнению автора представления, судом не сделано обоснованных выводов о том, что Ф. уведомлялся о намерении внесения изменений К. в протоколы, однако Ф. не пожелал при этом участвовать, кроме того, суд не учел, что последний знакомился с составленными в отношении него протоколами и актом освидетельствования в полном объеме и тем самым понимал и основания, и причины как отстранения от управления транспортным средством, так и необходимости прохождения медицинского освидетельствования, от которого он отказался, о чем лично произвел запись в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование. Согласно доводам представления суд отразил в приговоре недостоверные сведения о якобы двух составленных инспектором К. протоколах об административном правонарушении, предусмотренном ст.12.26 КоАП РФ, в то время как материалами уголовного дела установлено составление лишь одного протокола об административном правонарушении по ст.12.26 КоАП РФ, что также отражено на исследованной видеозаписи. Автор представления на основе анализа уголовного и уголовно-процессуального законодательства, Правил дорожного движения РФ, положений постановления Пленума ВС РФ, а также показаний свидетелей и самого Ф. приходит к выводу о том, что суд не дал соответствующую оценку всей совокупности доказательств, которая указывает на наличие оснований для направления на медицинское освидетельствование Ф., о чем ему было сообщено инспектором ГИБДД. Кроме того, государственный обвинитель обращает внимание суда на отсутствие в приговоре сведений о выявленных судом нарушениях требований УПК РФ при получении в качестве доказательств протоколов <адрес> от <дата>, <адрес> от <дата>, а также акта <адрес>, в отношении которых суд в приговоре сделал необоснованный вывод о недопустимости данных доказательств. Кроме того, автор представления указывает, что в нарушение положений ст.312 УПК РФ копия приговора Саратовского районного суда в отношении Ф., выданная прокуратуре <адрес> не соответствует приговору, подшитому в материалах уголовного дела, а в нарушение п.14 ч.3 ст.259 УПК РФ в протоколе судебного заседания содержится лишь резолютивная часть выступлений государственного обвинителя и адвоката без указания основного содержания их речей. Просит оправдательный приговор отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы, изложенные в апелляционном представлении и дополнениях к нему, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены оправдательного приговора в отношении Ф.

В силу положений ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Указанные положения уголовно-процессуального закона судом соблюдены, оправдательный приговор в отношении Ф. соответствует требованиям ст. ст. 303 - 306 УПК РФ.

Приведенные стороной обвинения доводы о доказанности вины Ф. в инкриминируемом преступлении проверялись судом и обоснованно отвергнуты с приведением убедительной аргументации в обоснование принятых решений в приговоре, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Как следует из материалов уголовного дела, суд в судебном заседании исследовал как доказательства, представленные стороной обвинения, так и доказательства, представленные стороной защиты, изложил в приговоре установленные им обстоятельства уголовного дела, основания оправдания подсудимого по обвинению в управлении автомобилем, находясь в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения и доказательства, их подтверждающие.

В частности, судом были исследованы следующие доказательства, которые по мнению стороны обвинения, подтверждают вину Ф. в совершении инкриминируемого ему деяния:

показания свидетеля К. - инспектора ГИБДД МО МВД России «<адрес>» <адрес>, согласно которым, во время несения службы совместно с инспектором М. в <адрес><дата> после 16.00 часов, им было остановлено транспортное средство под управлением Ф. В ходе установления личности Ф., у которого отсутствовало водительское удостоверение, были выявлены признаки опьянения, а именно: неадекватное поведение, поведение не соответствующее обстановке, расширенные зрачки, глаза блестели. В их присутствии Ф. высказывал намерение сжечь свой автомобиль. После чего, они прошли с Ф. в служебный автомобиль, где под видеозапись он разъяснил Ф. его процессуальные права, составил протокол об отстранении от управления транспортным средством, затем провел освидетельствование Ф., которым не было установлено состояние алкогольного опьянения. В связи с наличием у Ф. признаков наркотического опьянения, он направил его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, о чем также составил протокол. От прохождения медицинского освидетельствования Ф. отказался, о чем сделал советующую запись в протоколе. Копии всех протоколов им были вручены Ф. В связи с отсутствием у него опыта работы, протоколы об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в отношении Ф., были заполнены им на месте их составления частично, а так же был допущен ряд ошибок при их составлении. Фактически данные протоколы и акт были составлены им в отсутствие Ф. Допущенные при составлении ошибки были им исправлены путем вынесения <дата> постановлений об описках, о чем в этот же день он оповещал Ф. по телефону, который отказался от участия <дата> в рассмотрении допущенных им ошибок. В ходе своего допроса он ошибочно указывал, что у Ф. <дата> были сужены, а не расширены зрачки. Наблюдаемые у Ф. признаки опьянения и основания для направления его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения им доводились до подсудимого в устной форме вне салона служебного автомобиля, в котором осуществлялась видеозапись, а также в отсутствие понятых (т.1 л.д. 174-187, 180-183, 184-188);

показания свидетеля М.- инспектора ДПС ОВ ГИБДД МО МВД России «<адрес>» <адрес>, согласно которым <дата> он совместно с инспектором К. в <адрес><дата> несли службу патрулирования. Около 16 часов 30 минут у <адрес> К. было остановлено транспортное средство под управлением Ф., у которого имелись признаки наркотического опьянения в виде: поведение не соответствующее обстановке, расширенные зрачки. Запах алкоголя отсутствовал. При проверке документов было установлено, что Ф. ранее лишен права управления транспортным средством, не имел при себе водительского удостоверения, в связи с чем им был составлен протокол по ч.1 ст.12.7 КоАП РФ. Водитель Ф. находился в неадекватном поведении, эмоционально высказывая свое намерение сжечь автомобиль, которым он управлял. Утверждает, что инспектором К. до водителя Ф. доводилось о наличии у последнего признаков опьянения, а после освидетельствования на месте, и основания для направления его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Он также разъяснял Ф. последствия отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, поскольку у него имелись признаки наркотического опьянения;

показания свидетеля С.- заместителя начальника ОГИБДД МО МВД России «<адрес>» <адрес>, из которых следует, что в ходе проверки документов было установлено, что составленные <дата> инспектором К.: протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в отношении Ф. содержат описки, в связи с чем в последствии инспектором К. были вынесены определения об исправлении описок;

протокол <адрес> об отстранении Ф. от управления транспортным средством от <дата>, с учетом изменений внесенных определением инспектора ДПС ОВ ГИБДД МО МВД России «<адрес>» К. от <дата> (т.1 л.д. 46, 47);

акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения <адрес> от <дата>, с учетом исправлений, внесенных определением об описке инспектора ДПС ОВ ГИБДД МО МВД России «<адрес>» К. от <дата> (т.1 л.д. 48-50);

протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <адрес> от <дата>, с учетом изменений внесенных определением об описки от <дата> (т.1 л.д. 51-53);

рапорт инспектора ДПС ОВ ДИС ГИБДД МО МВД России «<адрес>» <адрес> К. от <дата> об остановке им <дата> в 16 часов 28 минут, в ходе дежурства совместно с инспектором М., автомобиля <данные изъяты> под управлением Ф., у которого имелись признаки наркотического опьянения (т.1 л.д. 45);

вступившее в законную силу <дата> постановление мирового судьи судебного участка №<адрес> от <дата>, которым Ф. был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев (т.1 л.д. 113);

протокол выемки у свидетеля К. DVD-R диска с записью от <дата> разбирательства с Ф. (т.1 л.д. 194-197);

протокол осмотра DVD-R диска с записью от <дата> разбирательства с Ф. (т.1 л.д. 198-212, 213, 214-215);

протокол осмотра места происшествия от <дата>, в ходе которого осмотрен участок местности напротив <адрес> и расположенный на нем автомобиль марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак №. (т.1 л.д. 55-63, 65);

заключение судебно-психиатрической экспертизы № от <дата> в отношении Ф. (т.1 л.д. 242-244);

справка инспектора ИАЗ ОВ ДПС ГИБДД МО МВД России «<адрес>» Г. об исчислении срока лишения права Ф. управления транспортными средствами с <дата> (т.1 л.д. 147).

С учетом всех исследованных доказательств, суд пришел к обоснованному и мотивированному выводу о том, что приведенные в обвинительном заключении обстоятельства носят предположительный характер и не подтверждаются материалами уголовного дела и доказательствами, исследованными в судебном заседании, принимая во внимание и положения закона о том, что все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены, в соответствии с положениями ст. 14 УПК РФ толкуются в пользу обвиняемого.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а постанавливается лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Поскольку представленные стороной обвинения в судебном заседании доказательства не позволили суду сделать достоверный вывод о доказанности вины Ф. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, суд правильно постановил в отношении него оправдательный приговор.

Правильность оценки собранных по делу доказательств, данной судом первой инстанции в приговоре, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Оснований для того, чтобы давать иную оценку вышеуказанным доказательствам, суд апелляционной инстанции не находит.

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого приговора суда, в том числе, и по доводам апелляционного представления с дополнением к нему, не установлено.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, заключается в управлении транспортным средством в состоянии опьянения, лицом, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения или за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения" водитель, не выполнивший законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, признается в соответствии с пунктом 2 примечаний к статье 264 УК РФ лицом, находящимся в состоянии опьянения, если направление на медицинское освидетельствование осуществлялось в соответствии с правилами, утвержденными Правительством Российской Федерации, и отказ от медицинского освидетельствования (от любого предусмотренного вида исследования в рамках проводимого освидетельствования) зафиксирован должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспорта, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование либо уполномоченным медицинским работником в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", обстоятельства, послужившие законным основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование, должны быть указаны в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Процедура, предшествующая направлению водителя на медицинское освидетельствование, регламентирована Правилами освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. N 475 действующими на <дата>.

Указанный нормативный правовой акт не позволяет уполномоченному должностному лицу подвергнуть водителя освидетельствованию по своему произвольному усмотрению. Для этого нужны достаточные основания полагать, что управляющее транспортным средством лицо находится в состоянии опьянения. Согласно пункту 3 Правил освидетельствования к таким основаниям относится наличие у водителя одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Обнаружив указанные выше внешние признаки опьянения или возбудив дело по статье 12.24 КоАП РФ, уполномоченное должностное лицо в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи отстраняет водителя от управления транспортным средством, составляя протокол, в котором указывает основание отстранения от управления.

Проведение освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте, а так же направление лица на освидетельствование на состояние опьянения в отсутствие оснований, предусмотренных вышеуказанными Правилами, влечет нарушение установленной процедуры, и соответственно требование уполномоченного должностного лица о прохождении водителем медицинского освидетельствования на состояние опьянения нельзя считать законным.

Как следует из материалов уголовного дела, <дата> в отношении Ф. в салоне служебного автомобиля под видеозапись инспектором ГИБДД МО МВД России «<адрес>» <адрес> К. в отношении Ф. были составлены: протокол <адрес> об отстранении от управления транспортным средством от <дата>, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения <адрес> от <дата>, протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <адрес> от <дата>.

Данные протоколы должны быть оформлены по форме, утвержденной вышеуказанными Правилами и содержать отметку о наличии у лица, отстраняемого от управления транспортным средством, признака опьянения.

Согласно протоколу <адрес> об отстранении Ф. от управления транспортным средством от <дата>, указанный в данном бланке признак - поведение, не соответствующее обстановке, зачеркнут, ни один из других признаков, указанных в бланке данного протокола, не отмечен.

Из акта освидетельствования Ф. на состояние алкогольного опьянения <адрес> от <дата> следует, что состояние указанного опьянения не установлено, сведений о наличии у Ф. каких-либо признаков алкогольного опьянения, не указано.

Согласно протоколу о направлении Ф. на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <адрес> от <дата>, в качестве признака опьянения указано - «расширенные зрачки», что не предусмотрено действующим законодательством в качестве признака опьянения, а в качестве основания направления на данное освидетельствование указано - «отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения», в то время как Ф. от освидетельствования не отказывался и прошел его на месте, по результатам которого был установлен отрицательный результат наличия алкогольного опьянения.

Согласно определениям от <дата>, инспектор ДПС К., ссылаясь на положения ст.29.12.1 КоАП РФ, регламентирующей порядок исправления описок, опечаток и арифметических ошибок в постановлениях, определениях по делу об административном правонарушении, в вышеуказанные процессуальные акты в отношении Ф. от <дата> внес изменения.

Так, в протоколе об отстранении Ф. от управления транспортным средством изменения внесены в части времени управления транспортным средством, имени Ф.; в акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения внесены изменения в части даты и времени его составления, пределы допустимой абсолютной погрешности прибора, с помощью которого проводилось освидетельствование Ф. на месте.

При этом, как следует из копии протокола о направлении Ф. на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, врученной последнему <дата> непосредственно после его составления инспектором, в нем отсутствуют сведения о наличии у Ф. признака опьянения «расширенные зрачки».

Кроме того, как следует из определения от <дата> (л.д. 52-53 т.1), вынесенного инспектором ДПС К., в мотивировочной части данного постановления он указывает о допущенных им описках при составлении протокола №<адрес> о направлении Ф. на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в части неверного указания времени составления протокола, времени направления Ф. на медицинское освидетельствование, а также неверного указания основания направления последнего на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, которым необходимо указать «наличие достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения» вместо указанного «отказ лица от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения». После чего, в той же мотивировочной части определения приходит к выводу о внесении указанных изменений в акт освидетельствования № <адрес> от <дата> Согласно резолютивной части данного определения, вышеуказанные изменения внесены не в протокол о направлении Ф. на медицинское освидетельствование, а в акт освидетельствования № <адрес> от <дата>

Вместе с тем, по смыслу статьи 29.12.1 КоАП РФ изменения могут быть внесены в постановление только в том случае, когда исправления вызваны необходимостью устранить допущенные должностным лицом при изготовлении текста постановления несоответствия, при условии, что они не приводят к изменению существа принятого постановления. Исправление описки, опечатки, арифметических ошибок допускается только без изменения содержания решения, тех выводов, к которым пришел административный орган на основе исследования доказательств, установления обстоятельств и применения закона.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 23.10.2015 N 310-АД15-7738, следует, что ст. 29.12.1 КоАП РФ, предусматривающая исправление допущенных в постановлении (определении) по делу об административном правонарушении описок, опечаток и арифметических ошибок, не предполагает возможность ее произвольного применения судьей, органом и должностным лицом, в том числе в целях исправления процессуальных ошибок. Положения указанной нормы не наделяют административные органы правом исправлять допущенные ошибки, послужившие основанием для привлечения лица к ответственности.

Из смысла частей 3, 5, 6, 6.1 статьи 27.12 и части 3, 5 статьи 27.12.1 КоАП РФ пункта 9 Правил, Приказа МВД России от 4 августа 2008 г. N 676 следует, что протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, протокол об отстранении от управления транспортным средством и акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения составляются в присутствии лица, в отношении которого они составляются.

Иное толкование вышеприведенных норм означало бы нарушение прав лица, в отношении которого составлены данные акты.

Таким образом, указанными выше нормами лицу, в отношении которого составлены данные процессуальные акты, обеспечивается правовая возможность для защиты прав и законных интересов и непосредственное участие его при составлении протокола об отстранении от управления транспортным средством, протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и внесении изменений в такие процессуальные акты.

Учитывая вышеуказанные положения закона и разъяснения Верховного Суда РФ, у инспектора ДПС К. отсутствовали правовые основания в одностороннем порядке самовольно внести изменения в процессуальные акты, составленные в отношении Ф. <дата> в части замены основания направления на медицинское освидетельствование, указания признаков опьянения, поскольку указанное не является технической опиской, а затрагивает изменение описания фактических обстоятельств и свидетельствует о действиях инспектора, направленных на исправление процессуальных ошибок.

При внесении указанных изменений инспектором К. требования Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, разъяснения Верховного Суда РФ и Постановления Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. N 475 соблюдены не были.

Таким образом, первоначальное содержание протокола об отстранении от управления транспортным средством, акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в отношении Ф., свидетельствующие об отсутствии признаков опьянения у последнего и не содержащие основания проведения освидетельствований, с учетом внесенных изменений, стали свидетельствовать об обратном.

При таких обстоятельствах проведение установленной законом административной процедуры с нарушением закона, порождает недопустимость полученных доказательств, которые не могут быть использованы при установлении вины в отношении Ф.

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Отсутствие по делу допустимых доказательств порождает неустранимые сомнения в виновности привлекаемого к уголовной ответственности Ф.

Допущенные по настоящему делу нарушения требований процедуры направления Ф. на медицинское освидетельствование, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Возможность внесения изменений в процессуальные документы, в части касающейся явных технических описок, не влияющих на существо принятого решения, в том числе в отсутствие надлежащим образом извещенного лица, чьи права и интересы затрагивает данный документ, не влияет на законность принятого судом решения и не является основанием для его отмены.

Судом первой инстанции на основании показаний самого Ф., анализа видеозаписи действий сотрудников ДПС К. и М., достоверно установлено, что сотрудники ДПС, как перед проведением освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, так и перед направлением Ф. на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, не разъяснили Ф. основания проведения данных освидетельствований.

Из исследованной видеозаписи, фиксирующей ход составления в отношении Ф. протокола об отстранении от управления транспортным средством, акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения на протяжении около 1,5 часов, какого –либо поведения, не соответствующего обстановке со стороны Ф., в том числе агрессивного, как следует из показаний К. и М., не зафиксировано. Напротив Ф. ведет себя спокойно, отвечает на поставленные вопросы. Какие-либо видимые признаки опьянения Ф. отсутствуют. Ф. неоднократно высказывает непонимание, в связи с чем он должен пройти освидетельствование, на что инспектором ему поясняется, что имеются подозрения, не указывая какие, и не сообщая основания проведения освидетельствования как на месте так и в медицинском учреждении.

При таких обстоятельствах, с учетом всей совокупности исследованных в судебном заседании представленных доказательств, в том числе сведений, содержащихся в процессуальных актах, составленных <дата> в отношении Ф. инспектором ДПС К. до внесения в них изменений, согласно которым у Ф. отсутствовали какие-либо признаки опьянения, а так же не было указано оснований для проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте, так и медицинского освидетельствования на состояние опьянения, и не сообщались данные сведения Ф. сотрудниками ДПС К. и М., согласно исследованной видеозаписи, а так же показаний самого Ф., у инспекторов ДПС <дата> отсутствовали законные основания для проведения Ф. как освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, так и направления последнего на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Учтивая вышеизложенное, суд первой инстанции верно отнесся критически к показаниям инспекторов ДПС К. и М., данным последними в качестве свидетелей об обратном, поскольку они опровергаются исследованной видеозаписью, а так верно принял во внимание показания Ф1 и Ф2

При таких обстоятельствах, отказ Ф. от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, не может свидетельствовать о наличии в действиях последнего состава преступления предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает, что приговор суда является законным и обоснованным, и оснований для отмены приговора и направления дела на новое разбирательство по доводам, изложенным в апелляционном представлении и дополнении к нему, не имеется.

Ошибочное указание суда первой инстанции о составлении инспектором К. двух протоколов об административном правонарушении, предусмотренном ст.12.26 КоАП РФ, не влияет на законность принятого судом решения и не является основанием к его отмене.

Вопреки доводам апелляционного представления, судебные прения, как следует из аудиозаписи судебного заседания, проведены в соответствии с положениями статьи 292 УПК РФ, участникам судопроизводства была предоставлена возможность довести до суда свою позицию, что ими было сделано в полной мере.

То обстоятельство, что в протоколе судебного заседания речь сторон в прениях отражена не в полном объеме, не является основанием для отмены приговора.

Доводы апелляционного представления о том, что текст приговора, оглашенный в судебном заседании, не соответствует копии приговора, врученной государственному обвинителю, является надуманным, опровергается текстом приговора и аудиозаписью судебного заседания от 16 марта 2023 года.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона при производстве по делу судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, п.4 ч.1 ст.389.20 и ст.389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Саратовского районного суда Саратовской области от 16 марта 2023 года в отношении Ф. оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя и дополнение к нему, без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в течение шести месяцев в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции. Оправданный вправе участвовать в судебном заседании суда кассационной инстанции при условии заявления им ходатайства об этом.

Председательствующий