Приговор № 2-17/2017 2-2/2018 2-61/2016 от 12 сентября 2018 г. по делу № 2-17/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Иркутск 13 сентября 2018 г.

Иркутский областной суд в составе: председательствующего – судьи Иркутского областного суда Рукавишникова П.П., с участием прокуроров Инютиной Л.И., ФИО1, ФИО2, ФИО3 и Руды М.С., потерпевших Р., О. и С., представителей потерпевшего ФИО4 и ФИО5, обвиняемых ФИО6 и ФИО7, адвокатов Копылова Н.Г., Кузьминой С.А., Павленко А.И. и Сокольникова Ю.Н., при секретарях Григорьевой К.С., Ланиной Е.А., Палеха А.В., ФИО8, ФИО9, ФИО10, рассмотрев материалы уголовного дела в отношении

ФИО6, родившегося <...>, гражданина РФ, военнообязанного, с образованием 8 классов, холостого, имеющего ребёнка, работавшего сторожем, проживающего в <...>, зарегистрированного <...>, ранее судимого:

1/ 25.09.2009 г. Эхирит-Булагатским районным судом Иркутской области по п.Б ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 2 года,

2/ 27.04.2011 г. Эхирит-Булагатским районным судом Иркутской области по ч.1 ст.111 УК РФ к 3 годам лишения свободы, в силу ст. 70 УК РФ частично присоединено наказание по приговору от 25.09.2009 г. и окончательно назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы, освободившегося 28.01.2013 г. условно-досрочно на 1 год 6 месяцев 28 дней на основании постановления Братского районного суда Иркутской области от 15.01.2013 г., содержащегося под стражей по настоящему делу с 28.02.2016 г.,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «З» ч. 2 ст. 105, п. «В» ч. 4 ст. 162 УК РФ,

ФИО7, родившегося <...>, гражданина РФ, военнообязанного, со средне-специальным образованием, холостого, военнослужащего в/ч № с декабря 2015 года в должности <...>, звание – рядовой, проживающего <...>, ранее не судимого, содержащегося под стражей по настоящему делу со 02.03.2016 г.,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «В, З» ч. 2 ст. 105, п. «В» ч. 4 ст. 162 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО11 и ФИО12 совершили убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем, ФИО12 – в отношении малолетнего, заведомо для ФИО12 находящегося в беспомощном состоянии.

Кроме того, ФИО11 и ФИО12 совершили разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Преступления были совершены при следующих обстоятельствах:

Не позднее 10.11.2015 года в п. Усть- Ордынский Эхирит-Булагатского района Иркутской области ФИО11 предложил ФИО12 совершить кражу из дома Р., ФИО12 согласился, после чего ФИО11 и Сабиров распределили роли, согласно которым они должны были незаконно проникнуть в дом <...>, где ФИО11 должен был похитить имущество и деньги, а ФИО12 должен был следить за окружающей обстановкой. Реализуя совместный умысел на хищение, 10.11.2015 года в период с 10 часов 05 минут до 20 часов 55 минут, приготовив перчатки и понаблюдав за домом, ФИО11 и ФИО12 пришли к дому <...>, незаконно проникли в этот дом через незакрытую дверь, где ФИО11 увидел Н.. Осознавая, что его застигли на месте совершения хищения, ФИО11 решил напасть на Н. с использованием ножа в целях хищения чужого имущества. Увидев, что ФИО11 совершает нападение на Н., ФИО12 с целью хищения чужого имущества путём совершения разбойного нападения присоединился к его действиям, тем самым вступив в предварительный сговор с ФИО11 на совершение нападения на Н. и Т. в целях хищения чужого имущества.

Реализуя совместный умысел на разбойное нападение в целях хищения чужого имущества, 10.11.2015 года в период с 10 часов 05 минут до 20 часов 55 минут ФИО11 прошёл на кухню дома <...>, где с целью разбойного нападения и убийства Михалёв взял имеющийся на кухне нож и нанёс Н. множественные (не менее 3) удары ножом в область спины. Оказывая сопротивление ФИО11, Н. выбежала в коридор, где передала ФИО11 60000 рублей в коробке, которые ФИО11 забрал себе. Н. стала убегать. Но ФИО11 догнал её в прихожей дома, где с целью доведения до конца совместного с ФИО12 умысла на разбойное нападение и с целью убийства, вооружившись ножом, ФИО11 нанёс Н. множественные удары ножом в грудь, шею, руки, ноги до тех пор, пока Н. не перестала подавать признаки жизни.

Своими умышленными действиями ФИО11 причинил Н. проникающие колото-резанные ранения правой боковой поверхности грудной клетки (рана №36), передней поверхности грудной клетки справа (рана №44), передней поверхности грудной клетки справа (рана №45) с повреждением диафрагмы, печени, левого легкого; резаные раны передней поверхности шеи с переходом на ее левую и правую боковые поверхности (рана №1) с повреждением наружной сонной артерии, внутренней сонной артерии справа, общей сонной артерии, внутренней яремной вены слева, повреждениями щитовидного хряща, проникающими в гортань, и множественных резаных ран: резаные раны левой боковой поверхности шеи (рана №2), левой боковой поверхности шеи (рана №3), в области угла нижней челюсти слева (рана №4), в области левой ветви нижней челюсти (рана №5), в области левой ключицы (рана №6), в подключичной области слева (рана №7), в подключичной области слева (рана №8), в области левого плечевого сустава (рана №9), на наружно - боковой поверхности левого плеча в верхней трети (рана №10), в области околососкового кружка левой молочной железы (рана №11), в области левой молочной железы (рана №12), на передней поверхности грудной клетки слева по средне-ключичной линии (рана №13), на левой боковой поверхности грудной клетки (рана № 14), на задней поверхности левого предплечья в нижней трети (рана №15), на задней поверхности левого предплечья в нижней трети (рана 16), на левой боковой поверхности левого предплечья в нижней трети (рана №17), на передней поверхности левого предплечья в верхней трети (рана №18), на ладонной поверхности левой кисти в области 3 пальца (рана №19), на ладонной поверхности левой кисти в области 4 пальца (рана №20), на наружной боковой поверхности левого бедра в средней трети (рана №21), на наружной боковой поверхности левого бедра в нижней трети (рана №22), на наружной боковой поверхности левой голени в верхней трети (рана №23), в подколенной области слева (рана № 24), в области правого плечевого сустава (рана №25), на задней поверхности правого плечевого сустава (рана №26), на наружной боковой поверхности правого плеча в средней трети (рана №27), на передней поверхности правого предплечья в верхней трети (рана №28), на задней поверхности правого предплечья в верхней трети (рана №29), на тыльной поверхности правой кисти (рана №30), на тыльной поверхности правой кисти у основания 5 пальца (рана №31), на ладонной поверхности правой кисти в области 5 пальца (рана №32), на ладонной поверхности правой кисти в области 4 пальца (рана №33), в подмышечной области справа (рана № 34), на внутренней боковой поверхности правого плеча в верхней трети (рана 35), на спине слева (рана №37), в надключичной области справа (рана №38), в области правой ключицы (рана №39), в области правой ключицы (рана №40), в подключичной области справа (рана №41), в области правой молочной железы (рана № 42), в области правой молочной железы (рана №43), в заушной области слева (рана № 46), в заушной области слева (рана №47), осложнившиеся массивной кровопотерей, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых в результате умышленных действий ФИО11 последовала смерть Н. на месте происшествия, а также - ссадины подбородка справа, не причинившие вред здоровью.

Одновременно с вышеуказанными действиями ФИО11 10.11.2015 года в период с 10 часов 05 минут до 20 часов 55 минут в доме <...>, осознавая, что преступные действия ФИО11 и ФИО12 обнаружены малолетней Т., родившейся <...>, с целью доведения до конца совместного с ФИО11 умысла на разбойное нападение и с целью убийства, находясь в зале указанного дома №, осознавая, что Т. является малолетней, в силу своего возраста и физического состояния неспособна себя защищать и оказать активное сопротивление, то есть находится в беспомощном состоянии, ФИО12 вооружился имевшимся в доме ножом, переместил Т. в коридор, где ФИО12 нанёс Т. множественные удары ножом в шею, грудь, спину, руки, причинив ей проникающие колото-резанные ранения передней поверхности грудной клетки слева (рана №3), передней поверхности грудной клетки справа (рана № 4), передней поверхности грудной клетки справа (рана № 5), левой боковой поверхности грудной клетки (рана № 9), спины справа (рана №11), поясничной области справа (рана № 12) с повреждением левого легкого, диафрагмы, печени, селезенки, околопочечной клетчатки; резаные раны передней поверхности шеи с переходом на ее левую и правую боковую поверхности (рана №1) с повреждением общей сонной артерии, внутренней яремной вены справа, наружной яремной вены слева, полным пересечением трахеи, пищевода, межпозвоночных дисков и спинного мозга между 4 и 5 шейным позвонком, левого плечевого сустава (рана №2), на левой боковой поверхности правого предплечья в средней трети (рана 6), на левой боковой поверхности правого предплечья в средней трети (рана №7), на правой боковой поверхности левого предплечья (рана №8), в подлопаточной области справа (рана № 10), осложнившиеся массивной кровопотерей, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых в результате умышленных действий ФИО12 последовала смерть Т. на месте происшествия, а также - ссадины щечной области справа (1), подбородочной области справа (1), кровоподтек (1) левого предплечья, не причинившие вред здоровью.

После этого ФИО11 и ФИО12 скрылись, похищенными 60000 рублями распорядились по своему усмотрению.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО11 свою вину не признал и суду пояснил, что убийства он не совершал, в процессе предварительного расследования оговорил себя и ФИО12, 10.11.2015 года в доме у Р. не был, ФИО12 не видел, посещал магазин «Арго», но алкоголь не приобретал. Он и Ф. ходили в Теле-2, он, т.е. ФИО11, ходил в магазин за сигаретами, затем он и Ф. сходили в Евросеть. Затем он и Ф. ходили в магазин «Арго», пришли домой к Ф., затем он, т.е. ФИО11, ходил к Ф1, ходил в магазин, вернулся в дом Ф., пришли К2 и О1, принесли спиртное, распили. Ф. попросил их уйти, они ушли. 10 ноября 2015 года с 12 до 14 часов он, т.е. ФИО11, находился у Ф. дома, с 14 до 15 часов он, т.е. ФИО11, не помнит, где находился; помнит, что он и Ф. ходили и перевод получали, ходили на почту, пошли в Теле-2, точно не помнит, когда именно ходили получать перевод, затем ходили в «Арго». Пришли с магазина, не помнит точно – до 12 часов или после 12 часов,

Ф. дал ему 200 рублей, не помнит, светло или темно было в это время. Под вечер, время не помнит, ходил к Ф1 больше часа, но меньше 2 часов. 10 ноября 2015 года с 17 до 18 часов он, т.е. ФИО11, скорее всего, находился у Ф.. Ж2 приходила до того как он, т.е. ФИО11, и Ф. ходили на почту.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО12 свою вину не признал и суду пояснил, что убийства он не совершал, об убийстве Н. и Т. узнал 11.11.2015 года. До 11 часов 10.11.2015 года он с матерью, Л. и бабушкой ездили в больницу, затем он вернулся домой и пошёл к бабушке строить гараж, примерно в 11-12 часов зашёл к сестре матери за Д., которая примерно в 12 часов стала помогать ему строить гараж до того времени, пока не стало темнеть. Мать также помогала строить гараж. Домой вернулся с матерью. Из дома никуда не выходил, возможно, - только за дровами. Спать лёг около 23 часов.

Суд, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, находит вину ФИО11 и ФИО12 в совершении преступлений установленной и доказанной совокупностью нижеприведённых доказательств.

Из оглашённых в судебном заседании показаний ФИО12, данных им на предварительном следствии 03.04.2016 и 21.03.2016 года усматривается, что 10.11.2015 года он находился дома <...>, что может подтвердить его мать Е. и все родственники, к бабушке он не ходил, а весь день сидел дома (лд 146-149, 168-171, 226-231 т.12). ФИО11 приходится ему двоюродным дедушкой. На его проводы в армию 28.11.2015 г. ФИО11 приобретал алкоголь. Когда мама начинает злоупотреблять алкоголем, то ФИО11 может с ней также распивать спиртные напитки у них дома. Он, т.е. ФИО12, не помнит, занимался ли он строительством гаража 10.11.2015 года (лд 226-231 т.12).

При допросе 22.04.2016 года ФИО12 изменил показания и пояснил, что он точно не помнит, где он был 10.11.2015 года (лд 243-248 т.12).

В процессе очной ставки с Ж. 24.05.2016 года ФИО12 пояснил, что 10.11.2015 года он поехал с Е. в поликлинику, где был примерно до 11 часов 30 минут, домой он вернулся примерно в 12 часов 30 минут, далее весь день находился дома, также дома была Е., вечером около 18 часов приехал Л. (лд 15-20 т.13).

В ходе очной ставки с Е. 25.05.2016 года ФИО12 пояснил, что 10.11.2015 года с Е. он ездил в поликлинику, пришли домой около 12 часов. До 11.11.2015 г. он находился дома (лд 22-29 т. 13).

Из оглашённых в судебном заседании показаний ФИО11 на предварительном следствии усматривается, что примерно в начале ноября 2015 г. он предложил ФИО7 совершить кражу из дома Р. <...>, ФИО12 сказал, что подумает. Со слов Л. ему было известно, что меньше миллиона рублей у Р. не бывает. Примерно 08.11.2015 г. Руслан сказал, что согласен совершить кражу у Р., решили совершить кражу в дневное время, взять перчатки, деньги разделить поровну. 10.11.2015 г. около 11 ч. или 11 ч. 30 минут он и ФИО12 наблюдали за обстановкой около часа, затем приняли совместное решение заходить в дом, подошли к входной двери, которая вела в застеклённый тамбур, далее справа была деревянная дверь, ведущая непосредственно в дом. Когда он зашёл в дом и попал в прихожую, он сразу пошёл влево в комнату, в которой была лестница, ведущая на 2 этаж. Он прошёл дальше вправо, прошёл в комнату, в которой находятся шкаф и кресло. Зайдя в данное помещение через дверной проём, он увидел женщину 30-40 лет, она стояла на кухне. Увидев его, она стала кричать: «Ты кто такой, что ты здесь делаешь?». Он понял, что если оставить женщину в живых, то она сообщит, что он проник к ней в дом, он принял решение убить женщину. Он толкнул женщину и, взяв кухонный нож с кухонного гарнитура, стал наносить женщине удары беспорядочно, она закрывалась руками, в связи с чем удары приходились и в руки, после этого женщина стала убегать в соседнюю комнату, он нанёс ей около 3-4 ударов в спину, куда точно - сказать не может, плохо помнит, всего ударов нанёс более 30 в разные части тела, себя не контролировал. Нож металлический, ручка с тёмными накладками с заклёпками металлическими белого цвета. На крик женщины вышла девочка 8-10 лет, Руслан в тот момент, когда он стал наносить удары женщине, схватил девочку, она стала сопротивляться. После этого он увидел девочку, которая лежала в прихожей, голова её была на пороге, а ногами была обращена к двери. Руслан также наносил ножевые ранения девочке, куда точно – не помнит. Он прошёл по дому и в зале, который находится следующим после кухни, на столе или тумбочке взял коробку с деньгами купюрами по 5000, 1000, 500 и 100 рублей. Он и Руслан заранее не договаривались убивать хозяев. После этого он стал перерезать горло женщине ножом, которым наносил удары, т.к. она подавала признаки жизни, а Руслан стал перерезать шею девочке. После этого он бросил свой нож на кухонный гарнитур, он и Руслан ушли из дома. Когда выходили, то тела потерпевших лежали в прихожей, на одежде были следы крови. При пересчёте оказалось в коробке 60000 рублей и мелочь монетами. Он передал Руслану 20000 рублей. Свои вещи он сжёг в кочегарке на окраине посёлка недалеко от места жительства Е., после чего пошёл к Ф. распивать спиртное. ФИО12 свою одежду, скорее всего, сжёг (лд 25-32 т.11). 7 или 8 ноября 2015 г. он предложил сыну его племянницы ФИО7 совершить кражу из дома Р., следить за подходом к дому. ФИО12 согласился, договорились взять перчатки. Перчатки он приобрёл в магазине «Арго». Около 12 часов 30 минут он встретился с ФИО12, он и ФИО12 были одеты в кроссовках, на руках были одеты перчатки. Прошли <...> около 13 часов, наблюдали за домом около получаса, решили заходить в дом двухэтажный желтого цвета. Открыв шпингалет, прошли через калитку в ограду. Пройдя в дом, попали в прихожую размером около 2х2 метра. Далее он прошёл налево из прихожей и попал в коридор размером примерно 4х3 метра, в коридоре была лестница на 2 этаж и маленький коридор, ведущий на кухню. Руслан при этом шёл за ним. Он сразу же пошёл в кухню, а Руслан пошёл в зал. Когда он зашёл на кухню, то увидел женщину 30-35 лет около кухонного гарнитура, на поверхности которого рядом с ней лежал нож. Он решил напасть на женщину с целью узнать, где в доме хранятся деньги и завладеть ими. Когда он подошёл к женщине она начала кричать на него «Кто он такой, что здесь делает». Он подошёл к ней, взял с поверхности кухонного гарнитура нож с ручкой чёрного цвета с тремя металлическими заклёпками, ручка ему показалась пластиковой, клинок ножа примерно 12 см, рукоять примерно такого же размера, ширина клинка примерно 1,5 см. Нож он взял с целью нанесения ударов женщине для того, чтобы узнать, где деньги и убить её, понимая, что она может дать показания против него. Когда он взял нож, женщина пыталась убежать от него в коридор. Однако он нагнал её и нанёс несколько ударов ножом, держа его передним хватом в правой руке, в области спины женщины, сколько ударов – не помнит, примерно 2-3, может ошибиться. От ударов женщина упала на пол в коридоре и стала кричать, чтобы они её не убивали и что она отдаст нам деньги. В этот момент он увидел, что из зала вышел Руслан, который удерживал девочку лет 7-8. Девочка тоже кричала, однако Руслан её удерживал и требовал, чтобы она замолчала. Он, т.е. ФИО11, сказал женщине, чтобы она отдала деньги. Женщина подошла к шкафу, достала с него коробку из-под обуви, передала её ему, сказав, что там деньги. Взяв коробку и убедившись, что в ней есть деньги, он решил убить женщину и стал пытаться нанести ей удары в область туловища, удерживая клинок в правой руке передним хватом, она стала закрываться от ударов руками, хвататься за клинок, затем побежала в сторону выхода. Он, т.е. ФИО11, нагнал её в маленькой прихожей, повалил и стал наносить множество ударов по передней части её груди, при этом нож держал уже обратным хватом, а женщина лежала на спине лицом вверх. Ударов было много, сколько – не помнит, со временем сопротивление женщины ослабло и прекратилось, после этого с целью убедиться, что женщина точно мертва, стал указанным ножом перерезать её горло спереди, при этом нож он взял в правую руку передним хватом и стал пилить горло. Сколько режущих движений – не помнит, порядка 10. Когда хлынуло большое количество крови, он прекратил свои действия.

В тот момент, когда у него была борьбы с женщиной в прихожей, он услышал, как сзади него подбежала девочка 7-8 лет и начала сильно кричать, он также слышал, что на неё кричал Руслан, но их он не видел т.к. боролся с женщиной. В процессе борьбы с женщиной он услышал, что ребёнок замолчал и лишь постанывал, а когда перерезал горло женщине, то видел, как Руслан делает то же самое девочке, то есть перерезал её горло спереди ножом. Он не видел, какие именно телесные повреждения девочке причинил Руслан, кроме перерезания горла спереди. После того как он убил женщину, и они получили коробку с деньгами, а ФИО7 в свою очередь убил девочку, они покинули данный дом. Нож он протёр и положил на кухонный гарнитур рядом с умывальником. Коробка была небольшая, видимо, от детской обуви. Они вышли из дома, кто закрывал калитку – не помнит. Пересчитав деньги, он отдал Руслану 20000 рублей, 1 купюра 5000 рублей, остальные – по 1000 рублей. Домой они вернулись не позднее 16 часов. Около 17 часов он сжёг свою одежду в кочегарке на окраине посёлка недалеко от места жительства Е., затем зашёл к Ф., у которого дома были М2, О2, Л2, к ним он принёс спиртное, которое приобрёл в магазине «Арго». В лес он уехал 12.11.2015 г. и пробыл там до 27.11.2015 г. На следующий день после совершения преступления он рассказал Е. о совершении преступления совместно с Русланом. К протоколу составлены схемы (лд 70-79 т.11).

Свои показания о совершении совместно с ФИО12 убийства и разбойного нападения ФИО11 подтвердил в процессе проведения дополнительного допроса с использованием видеозаписи (лд 108-114 т.11), при дополнительном допросе (лд 115-117 т.11), при проведении следственного эксперимента и проверки показаний на месте с использованием видеозаписи (лд 118-135, 136-155 т.11), дополнительном допросе (лд 175-179 т.11), проверке показаний на месте с использованием видеозаписи (лд 180- 205 т.11)

В ходе просмотра видеозаписей (лд 114, 135, 155, 205 т.11) суд убедился, что ФИО11 давал признательные показания без применения незаконных методов допроса, с соблюдением права на защиту.

В ходе очной ставки с ФИО13 пояснил, что 11 ноября 2015 года он уехал в лес. До 11.11.2015 года он и Ф. 2 дня ходили на почту получать денежный перевод, когда ходили первый день – не помнит, второй раз ходили на следующий день (лд 80-86 т.12)

В ходе очной ставки с ФИО14 пояснил, что он доверяет сотруднику полиции Г.. В 2016 году по просьбе оперативника Б. Г. довёз его до места жительства Ж. Он, т.е. ФИО11, спрашивал у Г. о двойном убийстве, совершённом в ноябре 2015 года в микрорайоне <...>. При этом о том, что данное преступление совершено им, т.е. ФИО11, он не говорил, утаив этот факт (лд 214-220 т.11)..

В ходе очной ставки Г. пояснил, что 18.02.2016 г. он видел стоящих на улице в районе территории полиции Б. и ФИО11, которые общались. По просьбе Б. он отвёз ФИО11 на ул. <...>(лд 217 т.11).

В ходе очной ставки с ФИО15 пояснил, что имеет нормальные отношения с сотрудником полиции Б., доверяет ему, подтверждает показания Б. Он действительно пришёл в отдел полиции, чтобы сознаться и сдаться за совершённое им и его племянником ФИО12 убийство Н. и Т. - матери и дочери, которое они совершили 10.11.2015 года в районе микрорайона <...>. Обратился он именно к Б., т.к. знал его не один год, надеялся на его помощь, т.к. решил быть в «сознанке». Подтверждает показания Б. о том, что, узнав, что он может быть наказан сроком не менее 15 лет, он, т.е. ФИО11, сказал, что не совершал данное преступление, поскольку был не готов к такому сроку. В настоящее время даёт правдивые показания, изобличающие его и ФИО12 в совершённом преступлении. На деляну он действительно уехал 19.02.2016 года (лд 221-227 т.11).

Потерпевший Р. суду пояснил, что примерно в 20 часов 10.11.2015 г. он прибыл домой <...> и обнаружил в доме трупы жены и дочери в крови с телесными повреждениями. Из дома исчезла коробка с деньгами в сумме около 70000 рублей. В доме был беспорядок и следы крови. В квартире лежали ножи.

Из оглашённых в судебном заседании показаний потерпевшего Р. и видеозаписи его показаний усматривается, что 10.11.2015 года в утреннее время он уехал из дома по адресу: <...>, в доме оставались его супруга Н., дочь Т., <...> года рождения, и дочь У., <...> года рождения. Вернувшись домой примерно в 20 часов 55 минут, он обнаружил при входе в дом трупы Н. и Т. с телесными повреждениями, дочь У. лежала в кроватке. На плите стояла кастрюля с куском мяса, которое сильно дымилось, плита была включена. В доме были ножи со следами крови. Из дома пропали его деньги в сумме около 65000 рублей, которые лежали в коричневой картонной коробке на шкафу. О том месте, где лежала коробка, знали только он, Н. и Т. лд 7-12, 17-34, 36-49, 50, 55-58, 70-75, 80-101, 102-106, 110-113 т.2)

Потерпевший О. суду пояснил, что примерно в 21 час 30 минут, приехав <...> он обнаружил в доме сотрудников милиции, а также обнаружил трупы дочери Н. и внучки Т. с перерезанным горлом и телесными повреждениями. В доме был беспорядок, следы крови. Следы вели на кухню к ножам.

В судебном заседании потерпевший О. изобразил схему расположения кухни дома <...>.

Потерпевшая С. суду пояснила, что Н. – её дочь, Т. – её внучка. 10.11.2015 г. муж привёз её к дому дочери и сообщил, что дочь и внучку убили. Подробности ей неизвестны.

Свидетель Э1 суду пояснил, что Н. – супруга его брата, Т. – его племянница. Между 11 и 12 часами 10.11.2015 г. он приходил в дом, Н. сообщила, что брат уехал в Иркутск. Примерно в 16 и 19 часов он приходил на свою ферму <...> и ничего подозрительного на территории дома брата не заметил, только коровы брата кричали так, как кричат, когда их не покормят. 10.11.2015 г. около 21 часа его брат – Р. сообщил ему по телефону об убийстве Н. и Т.. Приехав в дом брата, он увидел там трупы Н. и Т. с телесными повреждениями, следы крови, в зале лежали перевёрнутые колонки от домашнего кинотеатра. В доме был запах гари от горелого мяса, т.к. выкипела вода в кастрюле, где готовилось мясо.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Э1 усматривается, что 10.11.2015 г. в доме Р. он увидел Н. и её дочь Т.. На их телах были множественные резаные раны. Со слов брата ему известно, что из дома пропала коробка с деньгами. Обычно коров кормят с 13 до 14 часов. Когда он приходил на вечернюю уборку, то коровы, принадлежащие Р., мычали и просили их покормить (лд 115-120, 121-127, 150-152 т.2).

В судебном заседании свидетель Э1 подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования.

Свидетель Ю1 суду пояснила, что потерпевший Р. – брат её мужа. Около 21 часа 10.11.2015 г. Р. сообщил об убийстве, она и её муж приехали в дом, где около двери она увидела трупы Н. и Т.. В доме были дым и гарь, т.к. на плите стояла кастрюля со сгоревшим мясом. В доме она видела следы крови и 2 ножа.

Свидетель Е. пояснила, что по характеру её сын ФИО12 спокойный, уравновешенный. ФИО11 она видела в декабре 2015 года на проводах сына в армию. Детально она не помнит, о чём именно были у неё разговоры с ФИО11 в декабре 2015 года и январе 2016 года.

От дальнейшей дачи показаний в судебном заседании Е. отказалась.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Е. усматривается, что 10.11.2015 года около 9 часов Л. довёз её до больницы. Обратно домой она вернулась в обеденное время на автобусе. Затем находилась дома с сыном, никуда не ходила (лд 36-38 т.3). Где находился ФИО6 10.11.2015 г. она не помнит (лд 39-42 т.3). До декабря 2015 года ФИО12 пользовался телефоном № (лд 53-56 т.3). ФИО11 злоупотребляет алкоголем, употребляет алкоголь практически каждый день. 10.11.2015 г. она вместе с ФИО7 ездили в больницу, вернулись около 10 часов 35 минут, мать пошла к себе домой <...>, а она и сын пошли к себе домой. Дома находился ФИО11, который сразу же ушёл около 10 часов 50 минут. ФИО11 пришёл домой, когда на улице было темно, Л. уже спал. Она увидела, что одежда ФИО11 была в крови. ФИО11 помыл всю одежду от крови. Когда она увидела ФИО11, она сказала ему, слышал ли он о том, что в микрорайоне было совершено двойное убийство. Он спросил, знает ли она, кто совершил это убийство, она ответила, что нет, на что он ей ответил, что это он, что он хотел совершить кражу, а получилось, что он убил мать и ребёнка, которые оказались дома и увидели его, при этом он не убил младенца, который был в кроватке. После этого он сказал, что убийство он совершил из-за денег, т.к. он в них сильно нуждается. Она спросила, как он мог это сделать, там же ребёнок, он сказал, что он может всё сделать, напомнил, что ранее он порезал её брата. ФИО11 сказал, что знает, сколько было похищено денег и что деньги были в коробке, денег было много. На проводы ФИО16 покупал спиртное. У ФИО11 были кроссовки с полосками белого цвета. Сразу после убийства, 12.11.2015 г. ФИО11 уехал работать в лес, прожил там 2 недели, звонил и выяснял, спрашивали ли о нём сотрудники полиции, не нашли ли убийцу, указывал, чтобы она не говорила полицейским о том, что он совершил убийство (лд 62-67 т.3).

Аналогичные показания Е. дала в ходе дополнительного допроса с использованием видеозаписи (лд 79 т.3), которая была исследована в судебном заседании, пояснив, что когда ФИО11 уходил из дома, то одежда у него была чистая. ФИО11 спросил у неё, знает ли она, кто убил ребёнка и мать, после этого сам ответил, что это он, сказал, что маленького ребёнка он не тронул. Также ФИО11 сообщил, что деньги были в коробке и денег было много, погулять ему хватит (лд 68-78 т.3).

Свидетель Б. суду пояснил, что в феврале 2016 года ФИО11 расспрашивал его, раскрыли ли они убийство, похож ли он на человека, совершившего преступление, затем ФИО11 сообщил ему, что хочет понести ответственность за преступление, на следующий день напишет чистосердечное признание, явку с повинной. Он, т.е. Б., понял, что ФИО11 будет писать чистосердечное признание по убийству Н. и Т.. На следующий день ФИО11 спросил, какое наказание он может понести за это преступление. Он сказал, что около 17 лет. Тогда ФИО11 сказал, что не будет признаваться. Он и ФИО11 обменялись контактами, ФИО11 пользовался телефонным номером №, он пользовался номером №.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Б. усматривается, что 18.02.2016 г. в дежурную часть «Эхирит-Булагатский» в п.Усть-Ордынский пришёл в состоянии алкогольного опьянения ФИО11 по прозвищу «Ш.», обратился к нему и стал расспрашивать о раскрытии убийства Н. и Т.. Он сказал, что это тайна следствия. ФИО11 сказал, что это же больной человек совершил, что он на такого не похож, после этого сказал, что утром придёт и напишет явку с повинной, что и как было, что без его признательных показаний доказать его причастность невозможно. ФИО11 ему рассказал, что совершил убийство Н. и Т., при этом попросил, чтобы он дал ему погулять до следующего дня. Он сделал ФИО11 дозвон на его номер телефона №, который ФИО11 ему продиктовал. По его просьбе Г. отвёз ФИО11 домой. На следующий день племянница ФИО24 пояснила, что ФИО11 уехал 19.02.2016 г. в 5 часов утра (лд 190-193, 194-197 т.2).

В судебном заседании свидетель Б. подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования.

Подсудимый ФИО11 в судебном заседании подтвердил, что у него был разговор с Б., отрицая то, что он желал написать чистосердечное признание.

Свидетель Г. суду пояснил, что примерно в конце зимы в 2016 году при выходе из отдела он увидел, как Б. разговаривал с ФИО11, которого называли «Ш.».

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Г. усматривается, что около 20 часов 18.02.2016 г. при выходе из здания МО МВД России «Эхирит-Булагатский» он видел, как Б. разговаривал с мужчиной по кличке «Ш.». По просьбе Б. он довёз «Ш.» до ул.<...> (лд 223-225 т.4).

В судебном заседании свидетель Г. подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, пояснив, что ФИО11 показывал ему дорогу до дома.

Свидетель Х1 суду пояснил, что в феврале 2016 г. ФИО11 приходил в отдел, просил вызвать оперуполномоченного Б., который шёл со 2 этажа. ФИО11 и Б. встретились и вышли из здания.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Х1 усматривается, что 18.02.2016 г. около 20 часов в дежурную часть обратился ФИО11 по прозвищу «Ш.», сказал, что ему необходимо переговорить с оперуполномоченным Б., после чего ФИО11 и Б. вышли на улицу и разговаривали (лд 12-14 т.5).

В судебном заседании свидетель Х1 подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, пояснив, что ФИО11 приходил в отдел около 20 часов 18 февраля.

Свидетель Л. суду пояснил, что ФИО12 – его пасынок, Р. – был мужем У1, у них 4 детей, после развода Р. помогал У1. Летом 2015 года он, т.е. Л., ремонтировал свой автомобиль ВАЗ 2105. Примерно к 9 часам 10 ноября 2015 года он отвёз ФИО7, Ж. и Е. в больницу, после чего уехал на работу. Вернулся около 17-18 часов, дома никого не было, пробыл в доме у Е. 10-15 минут, съездил к родителям <...> примерно на 40 минут, вернулся в дом Е., когда уже стемнело, в доме были Е. и ФИО7, который выходил на 5-10 минут за зарядным устройством. Его, т.е. Л., отец 3-4 года назад некоторое время работал у Р. по хозяйству, проживал в отдельной постройке. Он, т.е. Л., приходил отца проведать, но в дом Р. не заходил.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Л. усматривается, что в 2015 году он говорил ФИО11, что Р. при деньгах, свою семью содержит, а также содержит бывшую жену – У1, с детьми, является предпринимателем, и у него есть деньги. ФИО11 слышал это. ФИО11 может охарактеризовать с отрицательной стороны, в состоянии алкогольного опьянения он вёл себя агрессивно (лд 21-23 т.3). ФИО11 спросил, где живёт Р.. Он, т.е. Л., указал, что он живёт в микрорайоне<...> (лд 28-29 т.3). Около 8 часов 30 минут он на своём автомобиле привёз Е., Ж. и ФИО12 в больницу, затем поехал на работу. Домой приехал около 17 часов, дома никого не было. Около 18 часов 30 минут он вновь пришёл в дом к Е., где была она и ФИО12. ФИО11 по характеру скрытный, всегда спаивал Е., постоянно вёл разговоры о тюрьме, злоупотреблял спиртным. У него с ФИО11 про Р. был разговор, что живёт с другой, а помогает У1. (лд 30-34 т.3). ФИО11 «наводку» он не давал, только сказал «вот коммерсанты живут, машина сломалась, эту продали, другую купили, а мы своими руками делаем» (лд 88-92 т.12).

В судебном заседании свидетель Л. свои показания подтвердил частично, пояснив, что адрес <...> он не называл в ходе допроса; лично ФИО11 не говорил, что у Р. имеются деньги, возможно, ФИО11 это слышал, когда он общался с Е.. Когда он, т.е. Л., и ФИО11 ремонтировали автомобиль, то мимо проехал джип, и он сказал ФИО11, что они сами ремонтируют автомобиль, а некоторые – в автосервисах. ФИО11 спрашивал о том, где живёт Р., он, т.е. Л., сказал ФИО11, что Р. живёт в микрорайоне. Этот разговор состоялся летом 2015 года.

С учётом оценки совокупности доказательств, в том числе показаний ФИО11 о том, что со слов Л. ему было известно, что меньше миллиона рублей у Р. не бывает (лд 28 т.11), - суд признаёт достоверными показания свидетеля Л. в процессе предварительного расследования о том, что он сообщил ФИО11 сведения о наличии у Р. денег, а также адрес его проживания.

Свидетель Ч. суду пояснила, что в 2015 году она работала продавцом в магазине «Арго». После 6 ноября 2016 года ФИО11 пришёл в магазин и попросил продать ему хозяйственные перчатки. Ввиду наличия таких перчаток с дефектом – затянутой нитки, она предложила ФИО11 купить более тёплые перчатки. ФИО11 отказался и попросил тонкие хозяйственные. Она продала ему тонкие чёрные хозяйственные перчатки с пупырышками с красной окантовкой. Её удивило то, что в холодное время зимой ФИО11 просит тонкие перчатки, ещё и с браком. После убийства ребёнка и матери ФИО11 приходил в магазин вдвоём с Ф., они приобретали продукты в лес, при этом покупали большое количество продуктов и дорогого алкоголя, в первый раз покупали в пределах 3000 рублей, рассчитывался ФИО11. На следующий день ФИО11 и Ф. приехали во второй раз, покупали дорогостоящую водку и продукты, рассчитывался ФИО11. Ранее Ф. в магазине не хватало на самую дешёвую водку.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Ч. усматривается, что 10 и 11 ноября 2015 года в её магазин приходили Ф. и мужчина по прозвищу «Ш.», на вид ему около 50 лет, глаза у него очень холодные. 10.11.2015 г. около 16-17 часов в магазин пришли Ф. и «Ш.», приобрели очень много продуктов, в том числе – хорошую водку и бутылку коньяка, перчатки хлопчатобумажные с красными пупырышками, алкоголь приобретали достаточно дорогой. Приобретали они очень много продуктов, в том числе и фрукты, так как что им ни предложи – на всё соглашались, говорили, что приобретают продукты для того, чтобы ехать в лес. Ранее они коньяк никогда не приобретали. Всего купили на сумму более 3000 рублей, расплачивался «Ш.», доставал деньги из внутреннего кармана куртки, при этом у неё созналось впечатление, что у него там целая пачка денег. 11.11.2015 г. они также вдвоём пришли в магазин, товаров приобрели на сумму чуть более тысячи рублей, приобрели 10 бутылок боярышника и другое, рассчитывался «Ш.». В начале ноября 2015 года «Ш.» приходил в магазин один и сказал, что ему нужны перчатки в лес рабочие, она ему предложила утеплённые перчатки, т.к. на улице уже было холодно. Однако он ей сказал, что ему нужны обыкновенные перчатки. Она продала ему пару чёрных тряпичных перчаток с красными пупырышками (лд 5-8, 9- 11 т.5).

В судебном заседании свидетель Ч. подтвердила свои показания, данные ею в процессе предварительного расследования, пояснив, что Ф. ранее никогда не приобретал товары на такую сумму, самое большее, что он мог купить – это «Боярышник».

Свидетель Г2 суду пояснил, что примерно в феврале 2016 года у него дома он распивал спиртное с ФИО11, который говорил: «Ни денег, ничего нет, податься некуда мне».

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Г2 усматривается, что в феврале 2016 года ФИО11 в разговоре сказал, что хочет совершить какое-нибудь преступление, «Ломануть кого-нибудь богатенького и сесть в тюрьму». Он, т.е. Г2, и его супруга заметили изменения в поведении ФИО11: летом он был жизнерадостный, а в феврале было понятно, что у него на душе что-то тяжелое происходит, он постоянно о чём-то думал. Он понял, что ФИО11 хочет совершить преступление и уехать в тюрьму. Он сказал ФИО11, что он не будет с ним совершать преступление, что ему это не надо, и тогда ФИО11 ушел, и больше он его не видел. До этого ФИО11 никогда не предлагал совершить преступление (лд 226-229, 230-233 т.4).

В судебном заседании свидетель Г2 подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, пояснив, что в ноябре 2015 года он ФИО11 не видел, у ФИО11 был складной нож.

Свидетель Д2 суду пояснила, что после убийства ФИО11 приходил к ним и ночевал, был вспыльчивый и взгляд был дикий. У ФИО11 не было денег даже на сигареты.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Д2 усматривается, что в феврале 2016 года в ходе распития спиртного ФИО11 сказал, что хочет «ломануть кого-нибудь богатенького и сесть в тюрьму». Она заметила изменения в поведении ФИО11 с лета 2015 года: у ФИО11 постоянно бегали глаза из одной стороны в другую, как будто он совершил что-то страшное, при этом стал вести себя агрессивно, на любую критику в его адрес начинал «психовать», кричать на них, постоянно о чём-то думал (лд 234-237 т.4). Когда в феврале ФИО11 пришёл к ним в первый раз, он вёл себя как-то подозрительно, вспыльчивый был, дёрганый, срывался на её детей, она с ним из-за этого поругалась. Во время распития спиртного ФИО11 предложил Г2 кого-нибудь богатенького «ломануть», то есть совершить преступление. ФИО11 сказал, что ему уже надоело на свободе, и он хочет в тюрьму. Она предложила ФИО11 идти работать, на что он ответил, что ему это не надо (лд 238-241 т.4).

В судебном заседании свидетель Д2 подтвердила свои показания, данные ею в процессе предварительного расследования.

Свидетель Ф. суду пояснил, что в 2015 году ФИО11 у него проживал. ФИО11 говорил ему «мне надо уехать, меня менты достали». В магазине «Арго» он и ФИО11 приобретали спиртное. Был ли у него дома ФИО11 в ноябре 2015 года – он не помнит.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Ф. усматривается, что у него есть знакомый ФИО11 по прозвищу «Ш.», который в ноябре 2015 года часто ночевал у него, также периодически ФИО11 жил и у своей племянницы Е.. После убийства Н. и Т., которое произошло 10.11.2015 г., ФИО11 начал вести себя по другому, подолгу задумывался о чём-то, говорил, что ему срочно нужно уехать в лес; говорил, что в тайгу ему надо уехать, т.к. его могут поймать сотрудники полиции. 10.11.2015 года он получил перевод от своей сестры в сумме 3000 рублей. В тот день он вместе с ФИО11 ходили в магазин «Арго», где приобретали продукты и алкоголь; при этом в магазине ФИО11 ему сказал, что у него есть крупные деньги. На следующий день, насколько он помнит, они на такси ездили в магазин «Арго», приобретали также продукты и алкоголь, при этом ФИО11 говорил, что у него крупные деньги, за такси платил ФИО11. 12.11.2015 г. ФИО11 уехал в лес (лд 222-225 т.2). По характеру ФИО11 очень скрытый, молчаливый. С 10.11.2015 г. ФИО11 был скрытый, замкнутый, вздрагивал от каждого звонка, как будто чего-то боялся, говорил, что надо скрыться. С ФИО11 они практически каждый день выпивали спиртное. Ночевал ли у него ФИО11 10.11.2015 г. – он не помнит, вечером они на такси ездили в магазин «Арго», за такси платил ФИО11, который сказал, что у него только крупные деньги (лд 230-234, 235-237 т.2).

В судебном заседании свидетель Ф. подтвердил свои вышеуказанные показания, данные им в процессе предварительного расследования пояснив, что когда давал показания, то правду говорил, в настоящее время не помнит всех обстоятельств 10.11.2015 г.

Свидетель Ш1 суду пояснил, что ФИО11 работал у него в качестве сторожа. В последний раз он забирал ФИО11 на работу по ул. <...>, где, по словам ФИО11, он проживал у своей сестры.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Ш1 усматривается, что он занимается заготовкой леса, привлекал ФИО11 в качестве сторожа 3-4 раза. 10.11.2015 года ФИО11 звонил ему и спрашивал относительно работы. 12.11.2015 г. ФИО11 увёз в лес М1, обратно его привезли 27.11.2015 г., оплатил ему 7500 рублей (лд 166-169 т.3).

В судебном заседании свидетель Ш1 подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, пояснив, что действительно ФИО11 позвонил 10.11.2015 года, работал с 12.11.2015 года.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Я1 усматривается, что 10.11.2015 г. в 12 часов 25 минут ей звонила мама Т., интересовалась количеством уроков во 2 четверти (лд 159-162 т.2)

Показания Я1 и потерпевших подтверждают факт совершения ФИО11 и ФИО12 убийства и разбойного нападения 10.11.2015 года.

Свидетель Л1 суду пояснил, что 10 ноября 2015 года его сын Л. был на работе. Помогал ли ФИО11 его сыну Л. ремонтировать автомобиль – он не знает. Осенью 2015 года его сын Л. проживал то дома, то с Е.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Л1 усматривается, что У1 была замужем за Р., который около 9 лет женат на Н.. Его сын Л. проживает совместно с Е.. 10.11.2015 г. он весь день был дома, Л. около 9 часов утра уехал на работу, домой вернулся около 18 часов. ФИО11 приходится дядей Е.. Е. злоупотребляет спиртными напитками (лд 241-244, 245-248 т.2, 1-4 т.3).

В судебном заседании свидетель Л1 подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, пояснив, что не помнит, где ночевал его сын Л. 10.11.2015 года, не помнит, проживал ли в ноябре 2015 года его сын Л. с Е.

Свидетель Х. суду пояснил, что он принимал участие в качестве понятого при проведении проверки показаний ФИО11, который с адвокатом рассказывал, что пошёл украсть, зашли, он убил женщину, а тот, с кем он пришёл – убил ребёнка. ФИО11 указал, как он увидел женщину, схватился за нож и бил её, показал всё на манекене. ФИО11 сам указал место – двухэтажный желтый дом.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Х. усматривается, что ФИО11 рассказал, что вместе с Русланом пришли в дом, где он нанёс удары ножом женщине, а Руслан колол ножом девочку, также ФИО11 описал коробку, в которой были деньги, которые они поделили (лд 206-209 т.11).

В судебном заседании свидетель Х. подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, пояснив, что в протоколе его допроса стоят его подписи, содержание протокола соответствует действительности. Фотографии к протоколу проверки показаний (лд 195-204 т.11) соответствуют действительности.

Свидетель Я. суду пояснила, что совместно со Х. она принимала участие в качестве понятого при проведении проверки показаний ФИО11 на месте. ФИО11 рассказал подробности убийства женщины и её ребёнка. ФИО11 сказал, что они пришли вдвоём для того, чтобы украсть деньги, их встретила хозяйка дома, которая сначала не хотела отдавать, но затем отдала деньги, ФИО11 нанёс ей около 30 ножевых ранений. Второй удерживал ребёнка, которого убили. ФИО11 указал место – двухэтажный дом, на манекене показал, как он наносил удары, а также показал действия подельника.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Я. усматривается, что ФИО11 рассказал как наносил удары ножом женщине, забрал деньги, Руслан держал девочку за шею одной рукой, второй рукой наносил удары, деньги поделили, он отдал Руслану 20000 рублей, одежду сжёг (лд 210-213 т.11).

В судебном заседании свидетель Я. подтвердила свои показания, данные ею в процессе предварительного расследования, пояснив, что ФИО11 описывал нож, называл имя «Руслан», описывал действия Руслана и свои действия. ФИО11 сначала всё сам подробно рассказал, затем его спрашивали.

Свидетель Э. суду пояснил, что он участвовал в качестве понятого при опознании по фотографиям. Перед ФИО11 на столе располагались фотографии, он показывал и рассказывал. Первый раз опознавали женщину, второй - девочку. ФИО11 легко взял и показал на фотографиях, не задумываясь. Он сказал, что убил женщину, указал на фотографию. ФИО11 сказал, что ребёнка он не убивал, её убил его товарищ.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Э. усматривается, что 11.03.2016 г. он участвовал в качестве понятого при проведении опознания по фотографиям. Обвиняемый указал на фотографию женщины и сказал, что эту женщину он убил, затыкав ножом и перерезав ей горло, при этом женщина отдала ему коробку с деньгами. После этого он указал, что на данном преступлении он был совместно с Русланом, который убил дочку данной женщины. Обвиняемый опознал женщину и девочку по фотографиям уверенно (лд 103-107 т.11).

В судебном заседании свидетель Э. подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования.

Свидетель И1 суду пояснила, что она принимала участие в качестве понятого при проведении опознания по фотографии. ФИО11 из нескольких фотографий указал фотографию женщины и сказал, что он её убил, перерезал горло. Затем из нескольких фотографий ФИО11 указал на фотографию девочки и сказал, что второй молодой человек убил девочку.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля И1 усматривается, что из 3 фотографий женщин мужчина указал на одну фотографию, пояснив, что он убил данную женщину в п. Усть-Ордынском 10.11.2015 г., когда вместе с племянником пробрался к ним в дом, при этом его подельник убил девочку, которая также была в доме. Далее из трёх фотографий обвиняемый указал на фотографию девочки и пояснил, что его подельник Руслан убил эту девочку, при этом обеим жертвам они перерезали горло (лд 98-102 т.11).

В судебном заседании свидетель И1 подтвердила свои показания, данные ею в процессе предварительного расследования. Осмотрев протоколы предъявления для опознания (лд 80-87, 89-96 т.11), свидетель И1 пояснила, что протоколы содержат её подписи.

Свидетель Ж1 суду пояснил, что он участвовал в качестве понятого в производстве следственного эксперимента. ФИО11 показывал на манекене, как он наносил удары ножом, рассказал, что его соучастник наносил удары ножом девочке. Из машины ФИО11 показывал жёлтый двухэтажный дом, объяснял, как они туда пробрались, где что было; рассказывал, что с соучастником направился в кочегарку, показывал, как закидывал вещи.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Ж1 усматривается, что ФИО11 продемонстрировал на манекене, как он убил женщину, нанося удары ножом по спине, груди и рукам. Указал, что ударов нанёс очень много, перерезал ей горло. Пояснил, что перед тем как он убил женщину, она отдала ему коробку с деньгами. ФИО12 убил девочку. После проведения следственного эксперимента была проведена проверка показаний на месте, в ходе которой обвиняемый указал путь движения до двухэтажного желтого дома потерпевших <...>, где ФИО11 нанёс удары ножом женщине, отдавшей ему коробку с деньгами. ФИО12 нанёс ножевые ранения девочке. После того как они убили потерпевших, они покинули дом, он сжёг вещи и коробку в кочегарке. ФИО11 указал, что денег в коробке было около 60000 рублей, при этом 20000 рублей он отдал ФИО12, а остальные 40000 рублей забрал себе, которые впоследствии «пропил» (лд 156-160 т.11).

В судебном заседании свидетель Ж1 подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования.

Свидетель В1 суду пояснила, что в марте или апреле 2016 года она участвовала в качестве понятой при проведении следственного эксперимента с участием ФИО11, который рассказал, что он был с соучастником, им нужны были деньги, они зашли в дом, не ожидали, что там будет мать с ребёнком, и никакого другого выхода не нашли, кроме убийства матери и ребёнка. ФИО11 рассказывал, сколько ножевых ранений было нанесено. Насколько помнит, ФИО11 говорил, что он убил женщину, а соучастник убил ребёнка, они отобрали деньги. Затем ФИО11 указал котельную, в которой сожгли вещи. В морге ФИО11 с использованием манекена показывал, какие действия он совершил. ФИО11 понимал, что он совершил, признавался, и ему было стыдно.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля В1 усматривается, что ФИО11 продемонстрировал на манекене, как он убил женщину, нанеся ей удары ножом по спине, груди и рукам, перерезал ей горло; ФИО11 пояснил, что перед тем как он убил женщину, она отдала ему коробку с деньгами – около 60000 рублей; ФИО12 в свою очередь убил дочку потерпевшей; после убийства вещи, в которых он был одет, он сжёг в кочегарке, 20000 рублей отдал ФИО12 (лд 161-165 т.11).

В судебном заседании свидетель В1 подтвердила свои показания, данные ею в процессе предварительного расследования, пояснив, что ФИО11 показывал свои действия и действия ФИО12. Доступ в кочегарку был свободным. ФИО11 указывал, куда необходимо проехать.

Свидетель П. суду пояснил, что он и его брат М. участвовали в качестве понятых при производстве обыска у Е.. Е. и Ж. приходили к ним и, предлагая деньги, говорили, чтобы они в суде сказали, что сотрудники полиции подбросили им нож и деньги. Он не согласился на предложение Е. и Ж.. При обыске он наблюдал за действиями следственных органов. Никто ничего не подкидывал.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля П.. усматривается, что он со своим братом М. в конце февраля 2016 года принимали участие в качестве понятых в производстве обыска <...>, где проживала Е., все предметы были изъяты и упакованы, они расписались на упаковке. Через несколько дней приходили Ж. и Е., Ж. разговаривала с М., из разговора он понял, что она предлагает ему и М. оговорить сотрудников полиции, а именно: сказать, что последние при производстве обыска подкинули деньги и нож, за это она должна была как-то отблагодарить (лд 76-79 т.5).

В судебном заседании свидетель П. подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, пояснив, что действительно приходили женщины и предлагали вознаграждение.

Свидетель М. суду пояснил, что он и его брат П. участвовали в качестве понятых при производстве следственного действия, в ходе которого сотрудники полиции искали деньги и нож в доме в связи с убийством женщины и ребёнка. Обнаружили перчатки, джинсы, куртку и кроссовки. Утром П. сообщил, что женщины просили сказать, что милиция подкинула нож, но он, т.е. М., этого не помнит.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля М.. усматривается, что он со своим братом П. в конце февраля 2016 года принимали участие в качестве понятых в производстве обыска <...>, где проживала Е., которая претензий по поводу производства обыска не высказывала. Протокол обыска был оглашён вслух. Через несколько дней после производства обыска к брату пришли Е. и её мать Ж., которая сказала, чтобы они сказали, что видели как сотрудники подкинули деньги и нож. На его вопрос Ж. сказала: «Вы же не верите, что убийство совершил ФИО11 и ФИО12, и надо подставить сотрудников», при этом она передала листочек с номером телефона и сказала: «надумаете – позвоните, а я не обижу и оплачу как надо», после чего они ушли (лд 72-75 т.5).

В судебном заседании свидетель М. подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, пояснив, что он не помнит, чтобы он стоял с женщинами возле ограды, не помнит разговора с Ж. о том, что необходимо «подставить» сотрудников.

Суд признаёт достоверными показания М., данные им в процессе предварительного расследования, поскольку они согласуются с другими исследованными судом доказательствами, версия о незаконных методах допроса опровергается содержанием протоколов допроса, имеющих необходимые реквизиты, а также постановлением следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 06.09.2017 г., согласно которому доводы, в том числе свидетелей Е. и М., о незаконных методах ведения следствия не нашли своего подтверждения в ходе проведённой проверки.

Свидетель И. суду пояснил, что он участвовал в производстве предварительного расследования по уголовному делу в отношении ФИО11 и ФИО12, отбирал у них образцы крови. У ФИО11 образцы крови отбирались в Усть-Ордынской больнице в присутствии медика, составлялся протокол в соответствии с УПК. ФИО11 расписывался на упаковке с образцами крови ФИО11. У ФИО12 образцы крови отбирались в г.Иркутске в медцентре по ул.Байкальской в присутствии медика. Сабиров расписывался на конверте в лечебном учреждении. Конверт с образцами крови ФИО12 опечатывался в присутствии ФИО12 после изъятия крови. Какую именно печать ставил на упаковке с образцами крови – не помнит, в его распоряжении были 3 печати, Протокол (лд 7-9 т.11) составлял он, возможно, перепутал печати. ФИО11 он допрашивал с участием адвоката, показания ФИО11 отражены в протоколе со слов ФИО11. Незаконные методы допроса не применялись.

В судебном заседании свидетель И., осмотрев вещественное доказательство – выпил с калитки, пояснил, что именно этот выпил он изымал в ходе осмотра места происшествия, самостоятельно спиливал. Размеры выпила он не измерял линейкой, определил приблизительно, некорректно. Выпил узнаёт по внешнему виду. На фотографии 4 на листе дела 79 в томе 8 изображён этот выпил. На фотографии лд 250 в томе 1 бирка вещественного доказательства составлена им, т.е. И., он зачеркнул своей рукой «А2» и написал «И.». На листе 79 в томе 8 и на обороте листа 250 в томе 1 изображена та же бирка.

Суд доверяет показаниям свидетеля И., поскольку они подтверждаются содержанием протоколов следственных действий, показаниями экспертов, в том числе - А., а также другими исследованными доказательствами.

Свидетель Е2 суду 28.11.2017 года пояснил, что он работает медбратом, в день обслуживает около 300 человек, насколько помнит, отбирал кровь у ФИО12 в медицинской организации «Инвитро» около 1 года назад, кровь брали на специальную медицинскую салфетку, которую он узнаёт. Такие салфетки делают в «Инвитро». В протоколе на листах дела со 192 по 195 в т.12 имеются его подписи. Он лично прочитывал протокол. Всё было так, как написано в протоколе.

Свидетель П2 суду пояснила, что она участвовала в производстве предварительного расследования по уголовному делу в отношении ФИО11 и ФИО12, назначала медико-криминалистическую и запаховую экспертизы. После того как ножи вернулись с медико-криминалистической экспертизы, в том виде, в каком они пришли, она направила их эксперту. ФИО11 и ФИО12 по окончании предварительного расследования знакомились с ножами и образцами крови. ФИО11 написал, что подпись не его. При направлении в суд она доупаковывала вещественные доказательства. При допросе свидетеля Е. самочувствие у неё было хорошее.

Эксперт П1 суду пояснил, что он проводил экспертизы по уголовному делу, исследовались 2 выпила, образцы крови. Основной выпил – 2 доски, скреплённые запирающим устройством, второй выпил – отрезок доски. Размеры измеряли линейкой и вносили в заключение. Свободный выпил был с одной стороны неровный. Для увлажнения свободного выпила и отъёма запаховых проб, возможно, использовался тампон, который поместили в упаковку. По запросу суда были направлены фотоснимки с третьей экспертизы № 2/643, т.к. в заключении помещены ошибочно фотографии из второй экспертизы № 320 от марта 2016 года. При производстве третьей экспертизы делались дополнительные надписи на конвертах: 390-16 и 391-16

Эксперт Н1 суду пояснил, что он участвовал в качестве эксперта в проведении экспертизы с экспертом А. и третьим экспертом, производил описание выпилов, измерения производил штангенциркулем. Предметы, представляемые на исследование, упаковываются либо в фольгу, либо в бумажный конверт.

Эксперт А. суду пояснила, что, что она производила запаховые экспертизы по уголовному делу. В третьем заключении ошибочно помещены фотографии из второго заключения. Но в процессе экспертиз на конвертах ставились дополнительные номера. После производства экспертиз образцы крови ФИО12 и ФИО11 упаковывались в общую упаковку. При производстве третьего заключения на конвертах с образцами крови проставлены дополнительные номера. Запаховые пробы хранились в лаборатории, поскольку сохранность запаховых проб следователь обеспечить не может.

Свободный образец запаха не несёт индивидуализирующий признак, он выступает фоном, поэтому нет необходимости свободный образец упаковывать в фольгу. Свободный образец запаха был упакован только во фрагменты газеты.

У собак, участвовавших в производстве экспертиз, не было физиологического периода, препятствующего производству экспертиз. Помещение для производства экспертиз готовилось согласно методическим рекомендациям. ФИО17 крови, которые содержались на ножах, было достаточно для получения вывода о наличии запаховых следов проверяемых граждан. После каждой собаки в процессе производства экспертизы нет необходимости мыть полы, чтобы не создавать дополнительных раздражителей. Способ упаковки образцов не повлиял на достоверность результатов.

В судебном заседании эксперт А., осмотрев вещественное доказательство – выпил с калитки, пояснила, что это действительно именно тот выпил, который исследовали при производстве экспертизы; если ранее проводились какие-либо исследования с объектами, представленными на запаховую экспертизу, они никакого значения для запахового исследования не имеют и на достоверность не влияют в связи с тем, что были получены конкретные выводы. Необязательно в заключении указывать, что эксперт делает вырезы. Эксперт П1 в заключении указал, что он делал с образцом. Фотографии из второго заключения ошибочно попали в третье. Методические рекомендации при проведении исследований не были нарушены, все исследования проводились согласно методикам.

Суд находит показания эксперта А. достоверными, поскольку они подтверждаются заключениями исследованных экспертиз, содержанием протоколов следственных действий, показаниями экспертов, в том числе – П1, Н1, свидетеля И., а также другими исследованными доказательствами, в связи с чем заключения экспертиз с участием эксперта А. суд признаёт допустимыми доказательствами.

Эксперт Р1 суду пояснил, что он проводил почерковедческую экспертизу по настоящему делу. В соответствии с методикой и приказом № 511 «О производстве экспертиз» на фототаблицах не обязательно ставить штамп, что это образец; не обязательно указывать количество представленных образцов. При производстве экспертизы не было необходимости указывать, каким красящим веществом выполнены образцы подписей. Если сбивающие факторы не были выявлены, то они не указываются в заключении. Разметки в заключении указывают на месторасположение признаков, не препятствуют осмотру изображения подписи. Выводы эксперта были сделаны на основе тех образцов, которые были представлены на экспертизу. Подписи и рукописные записи были исследованы на предмет предварительной технической подготовки. Сопоставимость пишущих приборов не была предметом экспертизы. Те образцы, которые были представлены эксперту судом на экспертизу, были вариативны, но умышленно или неосторожно был изменён почерк – не входило в предмет экспертизы. ФИО12 и ФИО11 исполняли образцы вариативно. Раздельное исследование объектов проводилось в процессе производства экспертизы. Все средства измерения, использованные при производстве экспертизы, были надлежаще поверены.

Свидетель Ж. суду пояснила, что ФИО11 – её брат, ФИО12 – её внук. Утром 10.11.2015 года она, Л., её дочь Е. и её внук ФИО7 на автомобиле Л. ездили в больницу. Около 10 часов утра она ушла из больницы и пошла на работу, вернулась в 14 часов 40 минут, ФИО12 строил гараж, ему помогала Д. и Е., в доме была также её дочь Ю.. Около 18 часов ФИО12 пошёл домой, затем примерно через 5-15 минут прибегал за зарядным устройством. ФИО11 в ноябре 2015 года не приходил в дом по ул. <...>. В. является её тётей, ФИО12 является внучатым племянником В.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля Ж. усматривается, что Е. – её дочь, ФИО7 – её внук. ФИО6 – её брат. 10.11.2015 г. она, её дочь, Руслан и Л. ездили больницу, домой она вернулась к 15 часам. Руслан с Е. строили гараж. Руслан закончил в 17.30, его мать ушла около 17.00, Руслан ушёл около 19 часов. Насколько помнит, ему помогала Д. (лд 183-190 т.3). ФИО7 18.10.2014 г. приобрёл телефон Айфон 4, который в армию не брал, 18.12.2015 г. оставил у неё (лд 209-211 т.3). Бывало, что Михалёв вёл разгульный образ жизни. ФИО12 по характеру добросовестный. 10.11.2015 г. Л. отвёз её, Е. и Руслана в больницу. Она вернулась в два, в третьем часу, Руслан делал гараж, затем ушёл домой. 11.11.2015 года к ней приехала В.. Она не помнит обстоятельств 10.11.2015 года, до 15 часов находилась на работе (лд 15-20 т.13)

В судебном заседании свидетель Ж. пояснила, что при обыске в конце мая или в начале июня 2016 года у её дочери Е. изымали одежду ФИО11.

Суд отмечает, что свидетель Ж. не наблюдала ФИО11 и ФИО12 всё время, в течение которого им инкриминируется совершение преступлений; кроме того, в процессе предварительного расследования Ж. поясняла, что В. приезжала к ней 11.11.2015 г., а не 10.11.2015 г.; а также поясняла, что не помнит обстоятельств 10.11.2015 года.

Свидетель В. суду пояснила, что она является сестрой прабабушки ФИО7, дружит с его бабушкой – Ж.. ФИО11 ей приходится племянником. Примерно после 14 часов 10.11.2015 года она приехала к Ж. <...>, видела там ФИО12, Д. и Е., они строили из досок гараж. Примерно в 18 часов 10.11.2015 года ФИО12 ушёл домой. Чем занимался ФИО12 до 14 часов и после 18 часов 10.11.2015 года она, т.е. В., не видела. По характеру ФИО12 добродушный, работящий, приветливый.

Суд отмечает, что свидетель В. не отрицала, что не видела, чем занимался ФИО12 до 14 часов и после 18 часов.

Свидетель Д. суду пояснила, что с 3 по 10 ноября 2015 года она помогала ФИО12 строить гараж. Были ли перерывы – не помнит. 10.11.2015 г. к бабушке приезжала В.. 10.11 2015 года ФИО12 приступил к строительству гаража в 12 часу дня.

Свидетель Ю. суду пояснила, что ФИО12 – её племянник. Примерно в 12 часу 10 ноября 2015 года к ним домой пришёл ФИО12, она разбудила дочь, после чего ФИО12 и её дочь – Д. строили гараж. Как долго они строили гараж – она не помнит. 10 ноября 2015 г. к Ж. приезжала В..

Свидетель А1 суду пояснил, что ФИО12 по характеру доброжелательный. В ноябре 2015 года он приезжал к ФИО12 на проводы в армию. ФИО12 строил гараж в августе-сентябре 2015 года, точную дату он, т.е. А1, не помнит.

Свидетель Г1 суду пояснила, что около 10 часов 10.11.2015 года она видела ФИО12 с его матерью в больнице, пообщалась с ними около 5 минут.

Суд отмечает, что из показаний свидетелей В., Д., Ю., А1, Г1 не следует, что ФИО12 имеет алиби, поскольку указанные свидетели не утверждали, что наблюдали ФИО12 в течение всего периода, в течение которого ФИО12 и ФИО11 совершили убийство и разбойное нападение. К тому же свидетели В., Д. и Ю. являются родственниками ФИО12 и ФИО11, поэтому вправе не свидетельствовать против них.

Свидетель Д1 суду пояснила, что ФИО12 по характеру спокойный, неконфликтный.

Свидетель В2 суду пояснил, что он знаком с ФИО12 с 2011 года, около 3 лет прожили в одной комнате в общежитии. По характеру ФИО12 добрый, отзывчивый, не лидер. Примерно на 2 курсе ФИО12 начал подрабатывать.

Специалист К. суду пояснил, что кровь человека – это идеальный источник запаха. Поскольку на старте собаке дают идеальный запах, она из совокупности будет выбирать тот запах, который превалирует, а кровь будет превалировать в любом случае. Собака не реагирует на другой запах. Собака работает с тем, что ей дали занюхать. Методики экспертного исследования при производстве экспертиз не нарушены. В сухом виде кровь может храниться длительный промежуток времени, на объекте крови достаточно много. Нарушение упаковки было, но с учётом того, что крови достаточное количество, на экспертизу это влияет не сильно, т.к. на объектах крови достаточно много. Эксперт должен учитывать методику, разработанную ФИО19, ФИО20 и ФИО21. Он, т.е. К., не может утверждать, что запаха на ножах, которые были направлены на ольфакторное исследование, не было. Учитывая концентрацию крови, он, т.е. К., предполагает, что её хватило для экспертизы. Запах каждого человека индивидуален. Высушенная кровь человека – это носитель запаха. Если на объекте имеются образцы крови и пота, сильным запахом для собаки будет запах крови. На сохранность запахового следа на объекте влияет множество факторов.

Специалист Ч1 суду пояснил, что очерёдность проведения ольфакторного и иного исследования является спорным вопросом, поскольку экспертам нужно сохранение следов. Запах без крови с металлической поверхности быстро улетучивается. Очерёдность проведения разнополых собак также имеет значение, за этим должен следить кинолог. Длительность хранения объекта, состояние собаки, климат, время года, степень подготовленности кинолога, уборка помещения влияют на дальнейшее обнаружение запаховых следов собакой. Чем чаще производятся пуски собак при исследовании, тем больше теряется интерес у собаки. Кровь может долго хранить запах, существует технология изъятия этого запаха. Если кинолог проследит правильность состояния собаки, то в этом случае нарушений в проведении экспертизы не будет. Запах крови человека для собаки будет сильнее запаха человека, который контактировал с объектом.

Суд отмечает, что специалисты К. и Ч1 не представили в судебное заседание каких-либо методик, в которых содержится запрет на использование бумажной упаковки, в связи с чем показания специалистов К. и Ч1 не свидетельствуют о недопустимости заключений экспертиз.

Объективно вина ФИО11 и ФИО12 подтверждается:

- телефонным сообщением, согласно которому 10.11.2015 г. Э1 сообщил, что <...> совершено убийство Н. и Т. (лд 5 т.1),

- сообщением скорой помощи от 10.11.2015 г., согласно которому до прибытия констатирована смерть Н. и Т. (лд 6 т.1),

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен дом <...>, при осмотре обнаружены трупы Т. и Н. с телесными повреждениями. В доме обнаружены пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь, с которых взяты смывы; ножи. В прихожей обнаружен комбинезон с пятнами вещества бурого цвета. На кухне обнаружен след вещества бурого цвета. На кухонном гарнитуре обнаружен нож № 3 с рукоятью чёрного цвета и нож № 4 с зазубренным лезвием с пятнами вещества бурого цвета. На полу около кухонного гарнитура обнаружен нож № 5 с пятнами вещества бурого цвета. На полу около кухонного гарнитура обнаружен след подошвы обуви. В зале обнаружены пятна вещества бурого цвета. В зале на полу обнаружены 2 полотенца с пятнами вещества бурого цвета. В топке печи обнаружены продукты горения. К протоколу составлены схемы и фототаблица (лд 111-155 т.1),

- протоколом осмотра трупа, согласно которому осмотрен труп Н.. На трупе обнаружены многочисленные резаные раны, а также ссадины. К протоколу составлена фототаблица (лд 156-175 т.1),

- протоколом осмотра трупа, согласно которому осмотрен труп Т.. На трупе обнаружены многочисленные резаные раны, а также ссадины и кровоподтёк. К протоколу составлена фототаблица (лд 177-187 т.1),

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрены дом, двор и надворные постройки <...>. При осмотре калитки на расстоянии 110 см от земли на штакетнике калитки обнаружено пятно вещества бурого цвета, с калитки сделан спил. В прихожей № 1 на поручне лестницы обнаружено полотенце с пятнами вещества бурого цвета. К протоколу составлена фототаблица (лд 190 – 207 т.1),

- протоколом выемки, согласно которому в Усть-Ордынском СМО ИОБСМЭ изъяты от трупа Н. образцы крови, срезы ногтевых пластин с пальцев рук, мазки, 3 кожных лоскута, носки. От трупа Т. изъяты образцы крови, срезы ногтевых пластин с пальцев рук, 6 кожных лоскутов, майка. Кроме того, изъяты футболка, рейтузы носки, 2 плавок, куртка, кофта, трико (лд 210 – 214 т.1),

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия, согласно которому осмотрены внутридворовая территория и хозяйственные постройки на участках № и № <...>. Вход на участок располагается через калитку. Территория за домом огорожена забором (лд 216-222 т.1),

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования, согласно которому от Р. получены образцы крови и слюны (лд 227-229 т.1),

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен участок <...>. На калитке имеется выпил. В связи с необходимостью назначения запаховой экспертизы в нижней части калитки с той же штакетины сделан спил. К протоколу составлена фототаблица (лд 246 – 250 т.1),

- картами вызова скорой помощи от 10.11.2015 г. и протоколами установления смерти, согласно которым в доме <...> констатирована смерть Н. (лд 171-172 т.2) и Т. (лд 173-174 т.2),

- копиями извещений и расписок, согласно которым Ф. получил почтовые переводы 10.11.2015 г. 3000 рублей и 19.11.2015 г. 3000 рублей (лд 228-229 т.2).

- протоколом обыска, согласно которому при обыске по ул. <...> изъяты рюкзак, 2 пары перчаток, кроссовок, 3 куртки, пара кроссовок, джинсы (лд 85-92 т.3)

- протоколом обыска, согласно которому при обыске <...> изъяты перчатки в чёрном пакете, ботинки. На территории имеется гараж (лд 201-208 т.3),

- протоколом выемки, согласно которому у Ж. изъят телефон марки «Айфон», имеи №. К протоколу составлена фототаблица (лд 214-218 т.3), который был осмотрен, сим-карта в телефоне отсутствует, в ходе осмотра распечатаны документы и фотографии (лд 219-224 т.3),

- протоколом осмотра, согласно которому осмотрены полученные из телефона файлы: 10.11.2015 г. имеются соединения данного телефона, принадлежащего ФИО12, с телефонными номерами №, №, № (лд 225- 230 т.3),

- справкой Росгидромета, согласно которой по данным наблюдений в 2015 г. устойчивый снежный покров образовался 3 ноября (лд 163 т.4),

- протоколом осмотра, согласно которому осмотрены сведения о соединениях зарегистрированного на ФИО12 абонентского номера №, имевшего соединения 10.11.2015 г. с телефонным номером №, используемым Ж. (лд 170 т.5) К протоколу приобщена детализация, составлена фототаблица (лд 159-178 т.5).

В судебном заседании ФИО12 пояснил, что он при себе хранил телефон, 10.11.2015 г. не давал никому позвонить со своего телефона. № – это номер его бабушки Ж. Свидетель Ж. подтвердила, что 10 ноября 2015 года она пользовалась сим-картами № и №,

- протоколом осмотра детализации абонентских номеров: №, которым пользовался ФИО6; №, которым пользовалась Е.; №, которым пользовался Ф.; №, которым пользовалась Ж., согласно которым за 10.11.2015 г. телефонных соединений между ФИО11 и ФИО12 (№) не зафиксировано. Телефон ФИО11 № имел соединения 10.11.2015 г. через базовую станцию по ул. Ватутина, № в п. Усть-Ордынский. Телефонный №, используемый ФИО12, имел соединения 10.11.2015 г. с телефонным номером №, используемым Ж. (лд 214 т.5). Время детализации московское (лд 202-203 т.5). К протоколу приобщена детализация, составлена фототаблица (лд 202-220 т.5),

- справкой Теле-2, согласно которой ФИО6 пользуется телефонным номером № (лд 223 т.5),

- справкой МТС, согласно которой Ж. пользуется телефонным номером № (лд 229 т.5),

- протоколом осмотра, согласно которому осмотрены предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия <...>. На ключах, ножах, комбинезоне, вырезе линолеума, сапогах резиновых, полотенцах имеются пятна бурого цвета (лд 245-252 т.5),

- протоколом осмотра, согласно которому осмотрены предметы, изъятые в ходе дополнительного осмотра места происшествия <...>. На обрывке бумаги, полотенце, смыве со снега, коврике, спортивном трико, куртке, кофте, носках, футболке, рейтузах, майке, плавках, бюстгалтере, фрагменте газеты, куске ткани имеются пятна бурого цвета. На спортивном трико, куртке, кофте, бюстгальтере Н.; футболке, майке Т. имеются повреждения (лд 4-18 т.6),

- протоколом осмотра, согласно которому осмотрены 6 пар ботинок, изъятых у С1 Ботинки изготовлены из кожзаменителя. К протоколу составлена фототаблица (лд 22-34 т.6),

- протоколом осмотра, согласно которому осмотрены предметы, изъятые по ул. <...>. На кроссовках имеются пятна вещества бурого цвета (лд 36- 39 т.6,

- протоколом осмотра, согласно которому осмотрен выпил с калитки, длина его 140 мм. К протоколу составлена фототаблица (лд 41 - 44 т.6).

- заключением судебно-медицинской экспертизы и справкой эксперта, согласно которым при судебно-медицинском исследовании трупа Т. обнаружены следующие повреждения:

- А) Проникающие колото-резанные ранения передней поверхности грудной клетки слева (рана №3), передней поверхности грудной клетки справа (рана № 4), передней поверхности грудной клетки справа (рана № 5), левой боковой поверхности грудной клетки (рана № 9), спины справа (рана №11), поясничной области справа рана № 12) с повреждением левого легкого, диафрагмы, печени, селезенки, околопочечной клетчатки. Эти повреждения носят признаки прижизненности, возникли незадолго до наступления смерти от воздействия (не менее 6 воздействий в указанные области) острого колюще-режущего предмета, чем мог быть нож, и относятся к категории повреждений причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Б) Резаные раны передней поверхности шеи с переходом на ее левую и правую боковую поверхности (рана №1) с повреждением общей сонной артерии, внутренней яремной вены справа, наружной яремной вены слева, полным пересечением трахеи, пищевода, межпозвоночных дисков и спинного мозга между 4 и 5 шейным позвонком, левого плечевого сустава (рана №2), на левой боковой поверхности правого предплечья в средней трети (рана 6), на левой боковой поверхности правого предплечья в средней трети (рана №7), на правой боковой поверхности левого предплечья (рана №8), в подлопаточной области справа (рана № 10). Эти повреждения носят признаки прижизненности, возникли незадолго до наступления смерти от воздействия (не менее 19 воздействий в указанные области) предмета, имеющего режущую кромку, чем могло быть лезвие ножа, и относятся в своей совокупности к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни,

осложнившиеся массивной кровопотерей, от которых последовала смерть Т.;

- В) Ссадины щечной области справа (1), подбородочной области справа (1), кровоподтек (1) левого предплечья. Эти повреждения носят признаки прижизненности, возникли незадолго до наступления смерти, причинены не менее, чем 3-х кратным воздействием в указанной области тупого твердого предмета (предметов), относятся к категории повреждений не причинивших вреда здоровью.

Смерть Т. <...> г.р. наступила не менее 4 часов назад на момент осмотра трупа на месте происшествия 10.11.2015 г.

После причинения вышеуказанных повреждений Т. могла совершать активные действия короткий промежуток времени, исчисляемый минутами.

При судебно-медицинском исследовании кожного лоскута с резаной раной с области шеи в отделении медицинской криминалистики ГБУЗ ИОБСМЭ от 02.12.2015 года. Заключение: На представленном на исследовании кожном лоскуте с передней поверхности шеи имеется повреждение резаного характера. Повреждение могло быть причинено в результате не менее чем 14-кратных воздействий острой режущей кромкой (лезвием) режущего предмета. Ориентация остроугольных концов повреждения и надрезов по плоскости указывают на то, что направления воздействия травмирующего спереди назад, справа налево и слева на право, снизу вверх и сверху вниз (лд 52-62 т.6),

- заключением судебно-медицинской экспертизы и справкой эксперта, согласно которым при судебно-медицинском исследовании трупа Н. обнаружены следующие повреждения: А) Проникающие колото-резанные ранения правой боковой поверхности грудной клетки (рана №36), передней поверхности грудной клетки справа (рана №44), передней поверхности грудной клетки справа (рана №45) с повреждением диафрагмы, печени, левого легкого. Эти повреждения носят признаки прижизненности, возникли незадолго до наступления смерти от воздействия (не менее 3 воздействий в указанные области) острого колюще-режущего предмета, чем мог быть нож, и относятся к категории повреждений причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Б) Резаные раны передней поверхности шеи с переходом на ее левую и правую боковые поверхности (рана №1) с повреждением наружной сонной артерии, внутренней сонной артерии справа, общей сонной артерии, внутренней яремной вены слева, повреждениями щитовидного хряща, проникающими в гортань, и множественных резаных ран: резаные раны левой боковой поверхности шеи (рана №2), левой боковой поверхности шеи (рана №3), в области угла нижней челюсти слева (рана №4), в области левой ветви нижней челюсти (рана №5), в области левой ключицы (рана №6), в подключичной области слева (рана №7), в подключичной области слева (рана №8), в области левого плечевого сустава (рана №9), на наружно - боковой поверхности левого плеча в верхней трети (рана №10), в области околососкового кружка левой молочной железы (рана №11), в области левой молочной железы (рана №12), на передней поверхности грудной клетки слева по средне-ключичной линии (рана №13), на левой боковой поверхности грудной клетки (рана № 14), на задней поверхности левого предплечья в нижней трети (рана №15), на задней поверхности левого предплечья в нижней трети (рана 16), на левой боковой поверхности левого предплечья в нижней трети (рана №17), на передней поверхности левого предплечья в верхней трети (рана №18), на ладонной поверхности левой кисти в области 3 пальца (рана №19), на ладонной поверхности левой кисти в области 4 пальца (рана №20), на наружной боковой поверхности левого бедра в средней трети (рана №21), на наружной боковой поверхности левого бедра в нижней трети (рана №22), на наружной боковой поверхности левой голени в верхней трети (рана №23), в подколенной области слева (рана № 24), в области правого плечевого сустава (рана №25), на задней поверхности правого плечевого сустава (рана №26), на наружной боковой поверхности правого плеча в средней трети (рана №27), на передней поверхности правого предплечья в верхней трети (рана №28), на задней поверхности правого предплечья в верхней трети (рана №29), на тыльной поверхности правой кисти (рана №30), на тыльной поверхности правой кисти у основания 5 пальца (рана №31), на ладонной поверхности правой кисти в области 5 пальца (рана №32), на ладонной поверхности правой кисти в области 4 пальца (рана №33), в подмышечной области справа (рана № 34), на внутренней боковой поверхности правого плеча в верхней трети (рана 35), на спине слева (рана №37), в надключичной области справа (рана №38), в области правой ключицы (рана №39), в области правой ключицы (рана №40), в подключичной области справа (рана №41), в области правой молочной железы (рана № 42), в области правой молочной железы (рана №43), в заушной области слева (рана № 46), в заушной области слева (рана №47). Эти повреждения носят признаки прижизненности, возникли незадолго до наступления смерти от воздействия (не менее 58 воздействий в указанные области), предмета имеющего режущую кромку, чем могло быть лезвие ножа, и относятся в своей совокупности к категории повреждений причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни,

осложнившиеся массивной кровопотерей, от которых последовала смерть Н.;

- В) Ссадины подбородка справа (2). Эти повреждения носят признаки прижизненности, возникли незадолго до наступления смерти, причинены действием (не менее 2-х воздействий в указанную область) тупого твердого предмета, относятся к категории не причинивших вред здоровью.

Смерть гр. Н. наступила не менее 4 часов назад на момент осмотра трупа на месте происшествия 10.11.2015 г.

После причинения вышеуказанных повреждений Н. могла совершать активные действия короткий промежуток времени, исчисляемый минутами.

При судебно – медицинском исследовании кожного лоскута с резаной раной с области шеи в отделении медицинской криминалистики ГБУЗ ИОБСМЭ от 02.12.2015 года. Заключение: На кожном лоскуте от трупа Н. 2 резаных повреждения, расположенных параллельно друг другу, повреждение «А» и повреждение «Б». Повреждение «А» причинено 12-и кратным воздействием, повреждение «Б» - 4-х кратным. Повреждения причинены режущей кромкой (лезвием) острого режущего предмета. На щитовидном хряще расположено 2 резанных повреждения, проникающие в полость гортани. Механизм образования повреждений соответствует механизму образования повреждений на кожном лоскуте от трупа Н. (лд 73-88 т.6),

- заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы, согласно которому при обстоятельствах, изложенных ФИО6 в протоколе допроса от 28.02.2016 г., в протоколе следственного эксперимента от 15.03.2016 г., в протоколе дополнительного допроса от 17.03.2016 г. и в протоколе проверки показаний на месте от 19.03.2016 г. – могли быть причинены проникающие колото-резаные ранения и резаные раны, выявленные при секции трупа Н. (лд 100-114 т.6), что объективно подтверждает признательные показания ФИО11 о механизме нанесения телесных повреждений Н. и опровергает версию стороны защиты о противоречии признательных показаний ФИО11 локализации телесных повреждений у Н.,

- заключением дополнительной судебно-медицинской, согласно которому при обстоятельствах, изложенных ФИО6 в протоколе проверки показаний на месте от 19.03.2016 г. могли быть причинены колото-резаные ранения грудной клетки; при обстоятельствах, изложенных ФИО6 в протоколах дополнительного допроса от 11.03.2016 г. и 17.03.2016 г. – могла быть причинена резаная рана шеи (лд 125-136 т.6), что объективно подтверждает признательные показания ФИО11 о механизме нанесения телесных повреждений Т. и опровергает версию стороны защиты о противоречии признательных показаний ФИО11 локализации телесных повреждений у Т.,

- заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у ФИО11 02.03.2016 г. имеется кровоподтёк грудной клетки, ссадины коленного сустава и голени, не причинившие вреда здоровью, имеют срок давности не менее 6-7 суток назад с момента освидетельствования 02.03.2016 г.. Ссадины подошвенной поверхности стопы имеют срок давности не менее 12-13 суток назад с момента освидетельствования (лд 187-188 т.6),

Суд замечает, что со слов ФИО11 он был избит в камере неизвестными, не помнит чем били, не видел (лд 188 т.6), что в совокупности с наличием защитника при проведении следственных действий с ФИО11, заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у ФИО11 15.03.2016 г. каких-либо повреждений не обнаружено (лд 196-197 т.6), а также постановлением следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 06.09.2017 г. согласно которому доводы ФИО11 о незаконных методах ведения следствия не нашли своего подтверждения - опровергает версию стороны защиты об оказании на Михалёва воздействия со стороны правоохранительных органов,

- заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому при осмотре Е. телесных повреждений не обнаружено (лд 210-211 т.6), что не подтверждает версию стороны защиты об оказании на Е. воздействия со стороны правоохранительных органов,

- заключением психологической экспертизы, согласно которому Михалев во время следственных действий не находился в угнетённом, шоковом или ином состоянии, препятствующим осознанной даче показаний, жалоб не предъявлял, отвечал по существу заданного, находился в постоянном контакте. Признаков заранее заученного текста не выявлено, речь не подготовлена по содержанию. В показаниях ФИО11 от 11.03.2016 г., проверке показаний от 15.03.2016 г. и 19.03.2016 г. не имеются признаки психологического воздействия, давления, внушаемости, недобровольности либо несамостоятельности дачи показаний (лд 222-247 т.6), что подтверждает обоснованность выводов суда о соответствии действительности признательных показаний ФИО11,

- заключением психологической экспертизы, согласно которому исходя из анализа видеозаписи, свидетель Е. говорит заранее заученными выражениями и фразами, не даёт развёрнутых сведений, связанных с восприятием того, что она и её родственники узнали от обвиняемого. В показаниях Е., данных ею в ходе дополнительного допроса от 27.02.2016 не имеются признаки психологического воздействия, внушаемости, недобровольности либо несамостоятельности дачи показаний (лд 7-25 т.7), что подтверждает обоснованность выводов суда о соответствии действительности показаний Е. о том, что ФИО11 сообщил ей о совершении убийства и разбойного нападения,

- заключением медико-криминалистической экспертизы, согласно которому на поверхности комбинезона имеются следы бурого вещества, похожего на кровь, в виде брызг, помарок, статических следов, капель. Следы в виде брызг могли образоваться в результате придания частицам следообразующего вещества дополнительной кинетической энергии (лд 34-44 т.7),

- заключением трасологической экспертизы № 436, согласно которому след подошвы обуви, представленный на исследование, пригоден для установления видовой принадлежности обуви (лд 55-56 т.7),

- заключением трасологической экспертизы, согласно которому след подошвы обуви, обнаруженный в ходе осмотра места происшествия и описанный в заключении № 436, мог быть оставлен подошвой демисезонного кроссовка 44 размера на левую ногу, аналогичного описанным в заключении (лд 68-70 т.7), что в совокупности с протоколом осмотра места происшествия объективно подтверждает признательные показания ФИО11 о том, что он и ФИО12 при совершении преступления были одеты в кроссовки,

- заключением генотипической экспертизы, согласно которому на марлевом тампоне с соскобом снега бурого цвета, на тампонах со смывами вещества с пола перед лестницей, с пола в зале, с крышки подполья, на полотенце обнаружена кровь Н. (лд 82-111 т.7), что вопреки утверждениям стороны защиты не противоречит, а подтверждает признательные показания ФИО11 о совершении им и ФИО12 убийства и разбойного нападения, в том числе – убийства Н.,

- заключением трасологической экспертизы, согласно которому на одежде Н. – куртке имеется 26 повреждений, кофте – 21 повреждение, трико – 2 повреждения. На одежде Т. – футболке имеется 13 повреждений. Данные повреждения являются колото-резаными, могли быть образованы однолезвийным клинком (лд 122-126 т.7), что подтверждает признательные показания ФИО11 о количестве нанесённых им Н. повреждений,

- заключением генотипической экспертизы, согласно которому на поверхности рукоятки и клинка ножа № 1 обнаружена кровь человека, которая произошла от Т.. На поверхности рукояток и клинков ножей № 2, 3, 4, на поверхности комбинезона обнаружена кровь человека, которая произошла от Н.. На поверхности рукоятки ножа № 5 обнаружен пот, который произошёл от Н.. На поверхности комбинезона обнаружена кровь, которая произошла от Н. (лд 139-167 т.7), что не противоречит признательным показаниям ФИО11, поскольку он не утверждал, что следы крови Н. и Т. не могли остаться на указанных ножах;

- заключением молекулярно-генетической экспертизы, согласно которому следы крови на ноже № 1 произошли от Т.. Следы крови и эпителиальные клетки на ножах № № 1, 2, 3, 4, 5 и ключах произошли от Н.. Биологические следы на ноже № 1 произошли в результате смешения следов крови Т. и Н.. Биологические следы на ноже № 4 могли быть образованы смешением биологического материала Н. в примеси с биологическим материалом Т. и неустановленного мужчины. На рукояти ножа № 3 присутствует биологический материал как минимум двух неродственных мужчин (лд 178-225 т.7), что не противоречит признательным показаниям ФИО11, поскольку он не утверждал, что следы крови Н. и Т. не могли остаться на указанных ножах; учитывая то, что ножи использовались в хозяйственно-бытовых нуждах, обнаружение биологического материала мужчин на ножах также не противоречит признательным показаниям ФИО11. Учитывая длительность совершения ФИО11 и ФИО12 преступления, конкретные обстоятельства дела, обилие следов крови на месте происшествия, попытки Н. убежать, перемещения Н. и Т., а также ФИО11 и ФИО12 по дому, учитывая также то обстоятельство, что после совершения убийства ФИО11 передвигался по дому (лд 74 т.11) - обнаружение биологических следов и следов крови Н. и Т. на вышеуказанных ножах, а также на других предметах, в том числе – на комбинезоне, не противоречит выводам суда о виновности ФИО11 и ФИО12 в совершении убийства и разбойного нападения при изложенных в настоящем приговоре обстоятельствах,

- заключением медико-криминалистической экспертизы, согласно которому на кожных лоскутах от трупа Н. расположены колото-резаные повреждения, образовавшиеся в результате воздействия одним плоским колюще-режущим предметом, не исключается – от воздействия клинка ножа № 3 или от аналогичного клинка. Ножи №№ 1, 2, 4 и 5 как травмирующие предметы исключаются (лд 1-15 т.8), что объективно подтверждает выводы суда о виновности ФИО11, согласуется с его признательными показаниями о нанесении повреждений ножом,

- заключением медико-криминалистической экспертизы, согласно которому на кожных лоскутах от трупа Т. расположены колото-резаные повреждения, образовавшиеся в результате воздействия одним плоским колюще-режущим предметом, не исключается – от воздействия клинка ножа № 2 или от аналогичного клинка. Ножи №№ 1, 3, 4 и 5 как травмирующие предметы исключаются (лд 25-40 т.8), что вопреки утверждениям стороны защиты не противоречит признательным показаниям ФИО11, поскольку эксперт допустил причинение повреждений аналогичным клинком, который ФИО11 и ФИО12 имели возможность скрыть,

- заключением генетической экспертизы, согласно которому на двух фрагментах досок с запирающим устройством обнаружена кровь Н. (лд 51-56 т.8), что подтверждает признательные показания ФИО11 о совершении им и ФИО12 убийства и разбойного нападения, в том числе – убийства Н.,

- заключением трасологической экспертизы, согласно которому пятна вещества бурого цвета на фото 2-4 фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия от 11.11.2015 г. <...> оставлены трикотажной перчаткой, окрашенной веществом бурого цвета. Следы на наружной стороне калитки, вероятно, оставлены пальцами перчатки на левую руку (лд 65-66 т.8), что объективно подтверждает признательные показания ФИО11 об использовании им и ФИО12 перчаток при совершении убийства и разбойного нападения, а также согласуется с показаниями свидетеля Ч. о приобретении ФИО11 перчаток,

- заключением экспертизы запаховых следов человека, согласно которому на деревянном выпиле с запирающим устройством калитки выявлены запаховые следы человека (лд 77-81 т.8),

- заключением экспертизы запаховых следов человека, согласно которому в запаховой пробе с выпила калитки с запирающим устройством выявлены запаховые следы человека, которые происходят от ФИО6 (лд 92-98 т.8), что объективно подтверждает признательные показания ФИО11 о том, что он находился на месте преступления,

- заключением экспертизы запаховых следов человека, согласно которому на ноже № 3 выявлены запаховые следы человека, которые происходят от ФИО6; на ножах № № 1, 4, 5 выявлены запаховые следы человека, которые происходят от ФИО7 (лд 124-136 т.8), что в совокупности с заключением

медико-криминалистической экспертизы о возможности причинения колото-резаных повреждений Н. от воздействия клинка ножа № 3 (лд 1-15 т.8) – объективно уличает ФИО11 и ФИО12 в том, что они были на месте совершения преступления, подтверждает выводы суда о виновности ФИО11 и ФИО12, согласуется с признательными показаниями ФИО11 о нанесении им и ФИО12 телесных повреждений ножом и опровергает версию стороны защиты об оговоре ФИО11 себя и ФИО12,

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования, согласно которому у ФИО11 изъяты образцы эпителия (лд 3-5 т.11),

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования, согласно которому у ФИО11 изъяты образцы крови (лд 7-9 т.11),

- протоколом предъявления для опознания по фотографии, согласно которому ФИО11 опознал по фотографии Н. как женщину, которую он убил, нанеся удары ножом, она отдала ему деньги (лд 80-88 т.11),

- протоколом предъявления для опознания по фотографии, согласно которому ФИО11 опознал по фотографии Т. как девочку, которую убил ФИО12, нанеся ей множественные удары ножом (лд 89-97 т.11),

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования, согласно которому у ФИО12 изъяты образцы слюны (лд 185-188 т.12),

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования, согласно которому у ФИО12 изъяты образцы крови (лд 192-195 т.12),

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен участок <...>, где имеется дом. Произведена съёмка участка сверху. К протоколу составлена фототаблица (лд 117-121 т.14), в судебном заседании был просмотрен диск с осмотром ул. <...>, вид сверху (лд 122 т.14),

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен дом <...>, при осмотре изъяты волосы Т. и Н., обнаружены тапочки со следами вещества бурого цвета (лд 179-182 т.14),

- заключением судебной физико-химической экспертизы № 6769 от 23.01.2018 г., согласно которому: 1. На представленных сухих кожных лоскутах от трупов Н. и Т. на участках повреждений обнаружены следы железной (Fe) металлизации.

2. На представленной куртке, рубашке Н. на участках повреждений обнаружены следы железной (Fe) металлизации.

На одежде Т., бюстгальтере Н. следов металла на участках повреждений не обнаружено на уровне чувствительности примененных методов исследования.

3. Следы металла, обнаруженные на сухих кожных лоскутах от трупов Н. и Т. на участках повреждений; куртке, рубашке Н. на участках повреждений могли быть оставлены предметами или материалами, имеющими данный элемент (Fe) в своем составе, в том числе ножами, представленными на исследование;

- справкой ООО Т-2 Мобайл от 13.06.2018 г. о том, что в детализации абонентского № за период с 15.10.2015 г. по 15.11. 2015 года указано московское время,

- заключением судебной почерковедческой экспертизы № 6790 от 17.02.2018г., согласно которому: подпись от имени ФИО7, расположенная на оборотной стороне конверта № 1 (в котором хранились образцы крови ФИО7) в нижней части ближе к правому краю, вероятно, выполнена ФИО7. Подпись от имени ФИО6, расположенная на оборотной стороне конверта № 2 (в котором хранились образцы крови ФИО6) под кратким текстом «Подпись не моя», вероятно, выполнена ФИО6.. Краткий текст «Подпись не моя», расположенный на оборотной стороне конверта № 2 (в котором хранились образцы крови ФИО6), выполнен ФИО6, что подтверждает факт подписания ФИО11 и ФИО12 конвертов, в которых хранились их образцы крови,

- заключением судебной генетической экспертизы № 2869 от 22.06-06.07.2018 года, согласно которому на фрагменте марли с указанием «…образец крови ФИО6В….» в объекте № 7 обнаружена кровь, которая произошла от ФИО6. На фрагменте марли с указанием «…образец крови ФИО7А….» в объекте № 8 обнаружена кровь, которая произошла от ФИО7, что в совокупности со сведениями, содержащимися в заключении судебной почерковедческой экспертизы № 6790 от 17.02.2018г., показаниями Е2, И., а также с учётом исследованных судом доказательств опровергает версию стороны защиты о том, что для производства экспертиз использовалась кровь, которая не принадлежит ФИО11 и ФИО12,

- справкой ОГБУЗ «Областная больница № 2» о том, что режим работы кабинета по приёму анализов 10 и 11 ноября 2015 года с 8 до 10 часов.

В судебном заседании по ходатайству стороны защиты исследованы:

- протокол осмотра предметов, согласно которому осмотрены предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия 19.02.2016 г. по ул.<...> и осмотра места происшествия 23.02.2016 г. по ул.<...>: спортивная кофта с помарками вещества бурого цвета, похожего на кровь; жилетка, кофта, брюки, футболка мужские; куртка серого цвета, спортивная куртка синего цвета; черные утеплённые штаны; футболка красная, трико серое и брюки серые ФИО11 с помарками вещества бурого цвета, похожего на кровь (лд 198-200 т.54)

- протокол осмотра предметов, согласно которому осмотрены предметы, изъятые в ходе обыска в жилище Ж.: ботинки замшевые коричневого цвета, перчатки из трикотажной ткани, пакет чёрного цвета. К протоколу составлена фототаблица (лд 202-210 т.54).

Суд отмечает, что отсутствие биологических следов Н. и Т. на одежде и предметах, обнаруженных по месту жительства Ж., Е. и ФИО11 (лд 198-200, 202-210 т.54), заключения экспертов, из которых следует, что не обнаружены биологические следы Н. и Т. на изъятой одежде и обуви, которую могли носить ФИО11 и ФИО12 (лд 43-53, 65-74, 128-133, 158-161 т.49), - не свидетельствуют о непричастности ФИО11 и ФИО12 к совершению преступлений, поскольку их вина в совершении убийств и разбойного нападения при обстоятельствах, изложенных в настоящем приговоре, подтверждается материалами дела. К тому же в первоначальных признательных показаниях ФИО11 пояснил, что одежда, в которой совершалось убийство и разбойное нападение, была сожжена, что объективно соответствует сведениям об отсутствии биологических следов Н. и Т. на изъятой в ходе последующих следственных действиях одежде и обуви, которую могли носить ФИО11 и ФИО12.

В судебном заседании были исследованы вещественные доказательства, в том числе – компакт-диск с полученными из сотового телефона ФИО12 сведениями;

ножи, предметы со следами вещества бурого цвета, образцы крови и буккального эпителия ФИО12 и ФИО11.

Учитывая факт проведения экспертиз, доводы стороны защиты о ненадлежащей упаковке вещественных доказательств не влияют на выводы суда о допустимости доказательств, поскольку перед проведением экспертиз вещественные доказательства имели иную упаковку, что отражено в соответствующих протоколах следственных действий.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, как относимые, допустимые и достаточные для разрешения уголовного дела, суд находит вину ФИО11 и ФИО12 доказанной.

Действия ФИО11 подлежат квалификации по п. «З» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем, поскольку 10.11.2015 года при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, ФИО11 в процессе разбойного нападения совершил убийство Н., нанеся ей удары ножом, поэтому квалифицирующий признак «сопряжённое с разбоем» нашел своё подтверждение в судебном заседании.

Действия ФИО12 подлежат квалификации по п.п. «В,З» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем, в отношении малолетнего, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, поскольку 10.11.2015 года при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, ФИО12 в процессе разбойного нападения совершил убийство Т., родившейся <...>, нанеся ей удары ножом. При этом, учитывая антропометрические данные, ФИО12 осознавал, что Т. находится в беспомощном состоянии в силу своего малолетнего возраста и не может оказать сопротивления, поэтому квалифицирующие признаки «сопряжённое с разбоем, в отношении малолетнего, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии» нашли своё подтверждение в судебном заседании.

Об умысле ФИО11 и ФИО12 на убийство свидетельствует нанесение ими ножами многочисленных ударов в жизненно важные органы человека – тело и шею Н. и Т.

Кроме того, действия ФИО11 и ФИО12, каждого, подлежат квалификации по п.В ч.4 ст.162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, поскольку 10.11.2015 г. при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, ФИО11 и ФИО12 заранее договорились между собой совершить хищение, незаконно проникли в дом <...>, где, осознавая, что его застигли на месте совершения хищения, ФИО11 решил напасть на Н. с использованием ножа в целях хищения чужого имущества. Увидев, что ФИО11 совершает нападение на Н., ФИО12 с целью хищения чужого имущества путём совершения разбойного нападения присоединился к его действиям, тем самым вступив в предварительный сговор с ФИО11 на совершение нападения на Н. и Т. в целях хищения чужого имущества; затем ФИО11 и ФИО12 напали на Н. и Т., нанесли им удары ножами, причинив тяжкий вред здоровью, завладели деньгами в сумме 60000 рублей, поэтому квалифицирующие признаки «с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего» нашли своё подтверждение в судебном заседании.

Квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» обоснованно вменён в вину ФИО11 и ФИО12, поскольку они предварительно договорились о совершении кражи чужого имущества, затем соисполнитель ФИО11 совершил действия, подлежащие правовой оценке как разбой: нанёс удары ножом Н. с целью хищения её имущества. ФИО12 присоединился к действиям ФИО11, продолжил свое участие в преступлении, воспользовавшись примененным ФИО11 насилием для завладения деньгами в сумме 60000 рублей, принадлежащими Н. и Р., при этом ФИО12, действуя согласованно с ФИО11, с целью хищения чужого имущества применил насилие, опасное для жизни о здоровья, нанеся удары ножом Т.

Суд находит обоснованным установить, что ФИО11 и ФИО12 совершили преступления при обстоятельствах, указанных в описательной части настоящего приговора, поскольку это подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Судом достоверно установлено, что смерть Н. наступила от действий ФИО11, смерть Т. наступила в результате действий ФИО12 в результате нанесения ими ударов ножом при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, что подтверждается исследованными судом доказательствами, в частности – заключениями судебно-медицинских экспертиз о том, что причиной смерти Н. и Т. явились множественные колото-резаные ранения.

Место, время и способ совершения ФИО11 и ФИО12 преступлений, указанные в описательной части настоящего приговора, установлены судом из показаний ФИО11 об обстоятельствах совершения им и ФИО12 убийства Н. и Т., а также – разбойного нападения, из показаний потерпевших Р., О., С., свидетелей Ю1, Е., Ш1, а также из других исследованных судом доказательств.

О совершении ФИО11 и Сабировым разбойного нападения группой лиц по предварительному сговору свидетельствует то обстоятельство, что, действия ФИО11 и ФИО12, заранее договорившихся о совершении хищения, в момент завладения 60000 рублями были согласованными и сопряжёнными с непосредственным участием ФИО11 и ФИО12 в процессе лишения жизни Н. и Т., нанесении им ударов ножом, применении к ним опасного для жизни насилия. Согласованность действий ФИО11 и ФИО12 выразилась в том, что удары Н. и Т. ножом ФИО11 и ФИО12 наносили одновременно в одном месте с целью хищения имущества, о чём между ФИО11 и ФИО12 состоялась предварительная договорённость.

Судом установлено, что мотивом совершения разбойного нападения и убийства Н. и Т. явилось желание ФИО11 и ФИО12 похитить чужое имущество, т.е. мотив был корыстным, о чём свидетельствуют не только действия ФИО11 и ФИО12, похитивших 60000 рублей в ходе разбойного нападения, но и заранее состоявшаяся между ними договорённость о хищении чужого имущества, а также последующие после совершения убийства Н. и Т. действия ФИО11 и ФИО12, в результате которых они, завладев деньгами в сумме 60000 рублей, распорядились ими по своему усмотрению.

Подлежат исключению из числа доказательств выводы эксперта № 1.1 и 1.2 (лд 247 т.6), а также выводы эксперта № 1.1 и 1.2 (лд 24 т.7), поскольку эксперты в этих выводах высказались о достоверности показаний ФИО6 и Е., тогда как оценка достоверности их показаний является компетенцией суда. Выводы экспертов № 2 и 3 о том, что ФИО6 не говорит заранее заученными выражениями и фразами; Е. говорит заранее заученными выражениями и фразами (лд 247 т.6, 24 т.7) являются обоснованными, допустимыми, согласующимися с другими доказательствами по делу и подтверждающими выводы суда относительно оценки показаний ФИО11 и Е., подтверждающими виновность ФИО11 и ФИО12 в совершении преступлений при обстоятельствах, указанных в описательной части настоящего приговора.

Подлежат исключению из числа доказательств заключения психофизиологической судебной экспертизы в отношении ФИО11 и ФИО12 (лд 163-250 т.8, 1-59 т.9; 73-250 т.9), поскольку экспертами сделан вывод о том, что в памяти ФИО12 имеется информация о совершении им убийства девочки в доме Р. 10.11.2015 года; ФИО12 знает, кто лишил жизни Н. и Т. (лд 85 т.9), в памяти ФИО11 имеется информация о совершении им убийства в доме Р. 10.11.2015 года; ФИО11 знает, кто лишил жизни Н. и Т. (лд 171 т.8), тогда как оценка достоверности показаний ФИО11 и ФИО12, а также установление фактических обстоятельств дела является компетенцией суда. Кроме того, ст 74 УПК РФ не предусматривает заключение психофизиологической судебной экспертизы в качестве вида доказательств.

Подлежат исключению из числа доказательств в связи с недопустимостью:

- протокол выемки, согласно которому у Б. изъята детализация услуг на абонентский № (лд 200-203 т.2), а также

- протокол осмотра, согласно которому осмотрена детализация услуг на абонентский №. В 03.39.34 19.02.2016 г. на № поступил входящий звонок с номера №, зарегистрированный на ФИО6 (лд 204 – 207 т.2),

поскольку вопреки требованиям ч.7 ст.166 УПК РФ протокол выемки не подписан следователем (лд 200-202 т.2), что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Протокол осмотра участка местности в 100 м. от дома № 9-1 по ул. 5 Северная (лд 111-116 т.14) суд признаёт неотносимым доказательством, поскольку сведения, содержащиеся в данном протоколе, не влияют на степень доказанности вины ФИО11 и ФИО12.

Суд критически оценивает показания ФИО11 и ФИО12 о том, что они не совершали убийства и разбойного нападения, и расценивает эти показания как способ защиты, связанный с желанием ФИО11 и ФИО12 уйти от законной уголовной ответственности за содеянное.

Эти показания ФИО11 и ФИО12 опровергаются не только имеющимися по делу объективными данными, в том числе – протоколами осмотра места происшествия, выемок, осмотра, заключениями судебно-медицинских, геномной, запаховой экспертиз, в результате которых запах ФИО11 и ФИО12 был обнаружен на месте преступления, показаниями Е. и Б. о том, что ФИО11 рассказал им о совершении убийства и разбойного нападения, показаниями свидетелей Х., Я.,Э., И1, Ж1, В1 о том, что при производстве следственных действий ФИО11 подробно рассказывал о совершении им и ФИО12 убийства и разбойного нападения, но и показаниями самого ФИО11, в том числе – с использованием видеозаписи, с признанием вины в совершении им и ФИО12 преступлений при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, которым суд придаёт доказательственное значение, поскольку эти показания ФИО11 дал неоднократно, с участием защитника, при этом ФИО11 не только изобличил ФИО12, но и сообщил о преступных действиях, совершённых им самим совместно с ФИО12, поэтому оговор ФИО11 ФИО12, а также самооговор ФИО11 самого себя суд исключает.

Показания ФИО11 о совершении им и ФИО12 убийства и разбойного нападения при изложенных в приговоре обстоятельствах, в том числе – на очных ставках с Г., Б. и при проведении с участием ФИО11 следственных экспериментов с использованием видеозаписи согласуются с показаниями:

- потерпевших Р., О., С., свидетелей Э1 и Ю1 об обнаружении трупов Н. и Т. с телесными повреждениями, обнаружении в доме ножей со следами крови, пропаже денег в сумме около 65000 рублей,

- свидетеля Е. о том, что ФИО11 сообщил ей, что он совершил преступление, хотел совершить кражу, а получилось, что убил мать и ребёнка, убийство совершил из-за денег, которых в коробке было много, погулять ему хватит,

- свидетеля Л. о том, что он говорил ФИО11 о наличии денег у Р. и о месте его проживания; ФИО11 по характеру скрытный, злоупотреблял спиртным,

- свидетеля Ч. о приобретении ФИО11 в холодное время тонких перчаток с браком, о приобретении 10.11.2015 года около 16-17 часов ФИО11 дорогого алкоголя после убийства ребёнка и матери,

- свидетеля Г2 о том, что он и его супруга заметили изменение в поведении ФИО11: было понятно, что у него что-то тяжёлое происходит,

- свидетелей Х., Я., И1, Э. и Ж1 о том, что ФИО11 с участием адвоката рассказывал, что пошёл украсть, зашли, он убил женщину, а Руслан колол ножом девочку. Также ФИО11 описал коробку, в которой были деньги, которые они поделили; опознал женщину и девочку по фотографии уверенно; показывал на манекене, как он наносил удары ножом, ФИО12 нанёс ножевые ранения девочке; ФИО11 указал, что денег в коробке было около 60000 рублей, из которых 20000 рублей он отдал ФИО12, остальные забрал себе,

- свидетеля Л1 о том, что его дочь была замужем за Р., сын проживает с Е., 11.11.2015 г. ему стало известно об убийстве Н. и Т.,

- свидетеля Ф. о том, что 10.11.2015 года он и ФИО11 приобретали в магазине «Арго» спиртное, в магазине ФИО11 ему сказал, что у него есть крупные деньги, за такси платил ФИО11; после убийства семьи Н. и ФИО22 начал вести себя по другому, говорил, что ему надо уехать, т.к. его могут поймать сотрудники полиции; с 10.11.2015 г. Михалёв вздрагивал от каждого звонка, как будто чего-то боялся, говорил, что надо скрыться,

- свидетеля Д2 о том, что в феврале 2016 года в ходе распития спиртного ФИО11 сказал, что хочет «ломануть кого-нибудь богатенького и сесть в тюрьму». Она заметила изменения в поведении ФИО11 с лета 2015 года: у ФИО11 постоянно бегали глаза из одной стороны в другую, как будто он совершил что-то страшное,

- свидетеля В1 о том, что ФИО11 рассказал, что он был с «подельником», им нужны были деньги, они зашли в дом, не ожидали, что там будет мать с ребёнком, и никакого другого выхода не нашли, кроме убийства матери и ребёнка, ФИО11 показывал свои действия и действия ФИО12,

- свидетеля Ш1 о том, что 10.11.2015 года ФИО11 звонил ему и спрашивал относительно работы, 12.11.2015 г. ФИО11 увёз в лес М1,

- свидетеля Я1 о том, что 10.11.2015 г. она имела телефонный разговор с мамой Т.,

и подтверждаются объективными данными, исследованными судом.

Признательные показания ФИО11 и показания потерпевших не содержат никаких существенных противоречий. ФИО11 неоднократно подробно пояснил о совершении им и ФИО12 убийства и разбойного нападения, продемонстрировав свои действия. Потерпевшие Р. и О. дали стабильные показания об обстоятельствах обнаружения трупов своих родственников с телесными повреждениями, что подтверждает признательные показания ФИО11 о совершении им и ФИО12 преступлений.

Ссылки стороны защиты на неверное описание потерпевшими следов крови на месте происшествия, на несоответствие следов крови на месте происшествия и следов на комбинезоне признательным показаниям ФИО11 несостоятельны, поскольку эмоциональное состояние потерпевших на месте происшествия не исключает различного восприятия следов, в своих признательных показаниях ФИО11 не утверждал об образовании на месте происшествия либо на комбинезоне тех следов, которые, по мнению стороны защиты, обязательно должны были образоваться; из показаний ФИО11 следует, что он преследовал Н., нанося ей многочисленные телесные повреждения; каких-либо сведений о неизбежности образования тех следов, которые, как утверждала сторона защиты, во всех случаях должны были образоваться на месте происшествия, в том числе – следов крови, материалы дела не содержат.

Обнаружение запаховых следов ФИО11 на выпиле калитки и на ноже № 3 (лд 92-98 т.8), а также обнаружение на ножах № 1, 4 и 5 запаховых следов ФИО12 (лд 124-136 т.8) в совокупности с другими исследованными судом доказательствами объективно изобличает ФИО11 и ФИО12 в том, что они были на месте происшествия 10.11.2015 г., совершив убийство и разбойное нападение. При этом необнаружение запаховых следов ФИО12 на ноже № 2, которым могли быть причинены повреждения Т. (лд 25-40 т.8) не свидетельствует о невиновности ФИО12, поскольку эксперт допустил причинение повреждений клинком любого другого ножа с аналогичными конструктивными особенностями (лд 37 т.8), который, как это установлено судом, ФИО11 и ФИО12 имели возможность скрыть, учитывая то, что они самостоятельно покинули место происшествия и имели возможность принять меры к сокрытию орудий и следов преступлений. О принятии ФИО11 и ФИО12 активных мер по сокрытию следов преступления свидетельствует использование ими при совершении убийства и разбойного нападения перчаток, а также последующее сжигание одежды, в которой было совершено преступление. К тому же в процессе предварительного расследования ФИО11 пояснил, что он не знает, куда ФИО12 дел свой нож после совершения убийства Т. (лд 30 т.11); после совершения убийства и разбойного нападения он, т.е. ФИО11, прошёлся ещё по 1 этажу дома, вытер нож, которым совершил убийство (лд 74 т.11).

По этой же причине доводы стороны защиты о нехарактерном отсутствии следов крови на месте происшествия в том месте, где, по мнению стороны защиты, они обязательно должны были быть; несоответствии расположения трупа показаниям ФИО11; наличии нехарактерных следов крови на комбинезоне - не влияют на выводы суда о виновности ФИО11 и ФИО12, поскольку они не обвиняются в совершении преступлений конкретными ножами, а также в том, что они при совершении преступления использовали определённое количество ножей, ФИО11 в признательных показаниях не сообщал, что ФИО12 держал в руке только один нож. Вопреки доводам стороны защиты на месте обнаружения тел Н. и Т. были обнаружены следы крови, наличие одежды на Н. и Т. объективно не способствует увеличению количества следов крови. Учитывая продолжительность совершения ФИО11 и ФИО12 убийства Н. и Т., оказание ими сопротивления, учитывая обстановку во время происшествия, - наличие обнаруженных запаховых следов ФИО11 и ФИО12, в том числе – на разных ножах, объективно опровергает их алиби и подтверждает их виновность в совершении преступлений.

Вопреки доводам стороны защиты пояснения ФИО11 в процессе предварительного расследования о том, что, насколько он помнит, трупы лежали на боку (лд 75 т.11) – вполне соответствует расположению трупов на месте происшествия (лд 128 т.1). Кроме того, в процессе следственного эксперимента ФИО11 сообщил, что женщина перевернулась (лд 126 т.11), не уточнив более детально обстоятельств.

Доводы стороны защиты о недоказанности корыстного умысла ФИО11 и ФИО12 в связи с наличием в доме ценных вещей опровергаются показаниями ФИО11 о том, что после совершения убийства и разбойного нападения в доме они больше ничего не искали, так как в коробке было достаточно много денег (лд 74 т.11).

Наличие ссадин подбородка справа у Н., наличие ссадин и кровоподтёка у Т. не противоречит выводам суда о причинении их в результате действий ФИО11 и ФИО12, поскольку судом установлено, что ФИО12, удерживая малолетнюю Т., <...> года рождения, нанёс ей многочисленные телесные повреждения твёрдым предметом – ножом; ФИО11 также нанёс оказывавшей ему сопротивление Н. многочисленные телесные повреждения твёрдым предметом - ножом, в том числе в шею, т.е. в область подбородка.

Показания Е. о том, что ФИО11 сообщил ей о совершении убийства им одним, не свидетельствуют о невиновности ФИО12, поскольку Е. в соответствии со ст. 51 Конституции РФ вправе не свидетельствовать против своего сына – ФИО12.

Показания потерпевших Р., О. и С., свидетелей Е. о сообщении ей ФИО11 о совершении убийства и хищении денег, Л. о сообщении им ФИО11 адреса Р. и о наличии у него денег, свидетелей Э1, Ю1, Ч., Б., Г2, Г., Х., Э.,Ж1, Р2, Я., Х1, Ф., Д2, В1, П. и М. о производстве обыска, Ш1, Я1, а также имеющиеся объективные данные не содержат противоречий с показаниями ФИО11 о совершении преступлений при изложенных в приговоре обстоятельствах - ни по образу действий подсудимых, ни по орудиям преступлений, ни по времени и месту совершения преступлений, ни по линии последующего поведения ФИО11 и ФИО12 после совершения преступлений.

Анализ показаний ФИО11 и ФИО12 в совокупности с оценкой судом имеющихся доказательств свидетельствует, что ФИО11 первоначально на предварительном следствии дал правдивые показания, ФИО12 выдвинул версию, что 10.11.2015 года он весь день находился дома. В дальнейшем, опасаясь ответственности за групповое преступление, они изменили свои показания, пытаясь убедить суд в своей непричастности к совершению преступлений при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора. При этом ФИО11 стал утверждать, что 10.11.2015 года он и ФИО12 убийства и разбойного нападения не совершали, а ФИО12 изменил свои первоначальные показания и стал утверждать, что 10.11.2015 года он строил с помощью родственников гараж. Указанную линию защиты стали подтверждать родственники ФИО11 и ФИО12.

Однако в своих первоначальных показаниях ФИО11 сообщил о таких обстоятельствах, которые могли стать ему известными только как лицу, участвовавшему совместно с ФИО12 в совершении преступлений при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора. Эти показания ФИО11 подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, даны ФИО11 неоднократно с приведением таких деталей, о которых мог знать только исполнитель убийства и разбойного нападения. Свои преступные действия ФИО11 продемонстрировал при проверке его показаний.

Суд отмечает, что ранее судимый ФИО11 изобличил в качестве соучастника убийства и разбойного нападения своего родственника - ФИО12, а не постороннее лицо, что в совокупности с другими доказательствами также подтверждает признательные показания ФИО11.

Выводы судебно-медицинских экспертиз о том, что смерть Н. и Т. наступила от многочисленных колото-резаных и резаных ран, в том числе – в области шеи согласуются с заключением трасологической экспертизы о наличии на куртке Н. 26 повреждений, на кофте – 21 повреждения, трико – 2 повреждений; на футболке Т. – 13 повреждений (лд 122-126 т.7) и объективно подтверждают показания ФИО11 о способе нанесения им и ФИО12 телесных повреждений Н. и Т. в процессе совершения убийства и разбойного нападения.

Судом установлено, что при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, действия ФИО11 и ФИО12 при совершении разбойного нападения были последовательными, согласованными, взаимообусловленными.

При оценке детального совпадения первоначальных неоднократных признательных показаний ФИО11 с показаниями Е. в процессе предварительного расследования о том, что ФИО11 рассказывал о совершении убийства матери и ребёнка и хищения денег; показаниями свидетелей Х., Я., И1, Э. и Ж1 о том, что ФИО11 с рассказывал о совершении убийства женщины и девочки в совокупности с материалами дела и установленными обстоятельствами содеянного, судом со всей очевидностью усматривается согласованный характер действий ФИО11 и ФИО12 как в момент разработки плана совершения хищения из дома <...>, незаконного проникновения в дом, разбойного нападения при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, так и после совершения сопряжённого с убийством разбойного нападения, что возможно лишь при наличии предварительного сговора между участниками преступной группы.

Суд признаёт достоверными показания свидетеля Е. о том, что ФИО11 рассказал ей о совершении убийства, одежда его была в крови, поскольку эти показания подтверждаются показаниями самого ФИО11 о совершении им и ФИО12 убийства и разбойного нападения.

Показания свидетеля Е. о том, что под влиянием незаконных методов допроса она оговорила ФИО11, не видела его 10.11.2015 г., помогала ФИО12 строить гараж (лд 93-96, 97-111, 112, 113-127, 128-132 т.3), свидетеля Л. о том, что адрес Р. он ФИО11 не указывал, не говорил ему, что у Р. есть деньги, а также аналогичные их показания и показания других свидетелей защиты о том, что ФИО11 и ФИО12 не могли совершить преступление 10.11.2015 года – суд признаёт не соответствующими действительности, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе – первоначальными признательными показаниями ФИО11, показаниями Е. в процессе предварительного расследования о том, что ФИО11 рассказал ей о совершении убийства и хищения, заключениями судебно-медицинских, генетических, медико-криминалистических экспертиз и другими доказательствами.

Показания Л. о том, что примерно в 300 метрах от дома Е. есть котельная, которую днём не закрывают – подтверждают признательные показания ФИО11 о том, что после совершения им и ФИО12 убийства женщины и девочки, хищения коробки с деньгами, - он сжёг свою одежду в кочегарке на окраине посёлка недалеко от места жительства Е..

Показания Е. о том, что во время застолий, когда употребляли алкогольные напитки, Л. говорил о том, что у Р. много денег, при этих разговорах присутствовал и ФИО11 (лд 62-67 т.3) подтверждают признательные показания ФИО11 о том, что 6 или 7 ноября 2015 г. Л. рассказал ему, что Р., проживающий <...>, является предпринимателем, и у него дома может храниться большая сумму денег (лд 71 т.11). К тому же в судебном заседании Л. подтвердил свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, о том, что он, т.е. Л., сказал, что Р. при деньгах, свою семью содержит, а также содержит свою бывшую жену – У1 с детьми, что Р. является предпринимателем, у него есть деньги; при этом ФИО11 слышал то, что он сказал про Р..

Показания Е. о том, что ФИО11 рассказал ей о совершении убийства матери и ребёнка согласуются с показаниями ФИО11 о том, что он действительно рассказывал Е. о совершении преступления (лд 75-76 т.11), при этом ФИО11 пояснил, что сообщил об участии ФИО12 в совершении преступления, и Е. начала предъявлять ему претензии по поводу того, что он втянул её сына в совершение преступления (лд 76 т.11), о чём Е. вправе не сообщать правоохранительным органам в соответствии со ст.51 Конституции РФ.

Признательные показания ФИО11 о том, что он и ФИО12 договорились взять перчатки, перчатки чёрного цвета хозяйственные он приобрёл в магазине «Арго» <...> (лд 72 т.11) – подтверждаются показаниями свидетеля Ч. о покупке ФИО11 перчаток.

Составленные со слов ФИО11 схемы места происшествия и расположения помещений, мебели, маршрута движения, расположения трупов (лд 78-79, 153-154 т.11) –подтверждаются протоколами осмотра места происшествия.

Показания ФИО11 о том, какое количество денег он и ФИО12 похитили, а также описание коробки, в которой находились деньги, - подтверждаются показаниями потерпевшего Р., сообщившего о сумме похищенного и описавшего указанную коробку.

Признательные показания ФИО11 в ходе очной ставки с Б. о том, что он действительно пришёл в отдел полиции, чтобы сознаться и сдаться за совершённое им и его племянником ФИО12 убийство Н. и Т. - матери и дочери, которое они совершили 10.11.2015 года в районе микрорайона <...>, (лд 221-227 т.11) - подтверждаются показаниями свидетеля Б. о том, что ФИО11 сообщил, что совершил убийство Н. и Т.; показаниями свидетеля Г. о том, что он видел, как Б. разговаривал с ФИО11; показаниями свидетеля Х1 о том, что в феврале 2016 года ФИО11 просил вызвать Б., ФИО11 и Б. встретились, вышли на улицу и разговаривали.

Показания ФИО11 о том, что после совершения им и ФИО12 убийства и разбойного нападения он, т.е. ФИО11, пошел к Ф., принёс спиртное, которое приобрёл в магазине «Арго» - подтверждаются показаниями свидетеля Ф. о том, что 10.11.2015 года он вместе с ФИО11 ходили в магазин «Арго», где приобретали продукты и алкоголь; при этом в магазине ФИО11 ему сказал, что у него есть крупные деньги (лд 222-225 т.2), они на такси ездили в магазин «Арго», за такси платил ФИО11, который сказал, что у него только крупные деньги (лд 230-234, 235-237 т.2); а также – показаниями свидетеля

Ч. о том, что 10.11.2015 г. около 16-17 часов в магазин пришли Ф. и мужчина по прозвищу «Ш.», приобрели очень много продуктов, в том числе – хорошую водку и бутылку коньяка, алкоголь приобретали достаточно дорогой, приобретали они очень много продуктов, ранее они коньяк никогда не приобретали; всего купили на сумму более 3000 рублей, расплачивался «Ш.», доставал деньги из внутреннего кармана куртки, при этом у неё создалось впечатление, что у него там целая пачка денег (лд 5-8, 9- 11 т.5).

В судебном заседании ФИО11 пояснил, что 10.11.2015 года он пользовался номером №, имел телефонное соединение с Б.. Кроме того, в судебном заседании ФИО11 подтвердил, что 10.11.2015 г. в утреннее время Ф. звонил своей сестре, т.е. подтвердил, что в детализации указано время московское.

Анализ детализации телефонных соединений свидетельствует, что 10.11.2015 года у ФИО11, пользовавшегося телефонным номером №, отсутствуют соединения с 09:39:59 до 13:10:45; у ФИО12, пользовавшегося телефонным номером №, отсутствуют соединения с 10:45:02 до 15:49:26. Следовательно, у ФИО11 и ФИО12 отсутствует привязка к конкретным действиям и месту в период инкриминируемых им убийства и разбойного нападения, что согласуется с признательными показаниями ФИО11 о совершении им и Сабировым разбойного нападения и убийства.

Из детализации телефонных соединений следует, что 10.11.2015 года телефонных соединений между ФИО11 и ФИО12 не было, что вполне характерно для их личного общения в этот день и также согласуется с признательными показаниями ФИО11 о совершении им и Сабировым разбойного нападения и убийства.

Изменив показания и пытаясь детально воспроизвести события, ФИО12 запутался в приведённых им же подробностях.

Первоначально ФИО12 утверждал, что 10.11.2015 г. он весь день находился дома, никуда не выходил; затем стал говорить, что не помнит, где он находился 10.11.2015 г.; после чего ФИО12 вновь изменил показания и стал утверждать, что 10.11.2015 г. строил гараж у бабушки – Ж..

В процессе очной ставки с ФИО23 сообщал, что 10.11.2015 года он вернулся домой примерно в 12 часов 30 минут, далее весь день находился дома, также дома была Е. (лд 18 т.13), в ходе очной ставки с ФИО23 сообщал, что 10.11.2015 года с Е. он ездил в поликлинику, пришли домой около 12 часов. До 11.11.2015 г. он находился дома (лд 22-29 т. 13).

Впоследствии ФИО12 стал утверждать, что он 10.11.2015 года во второй половине дня строил гараж вместе с родственниками.

Такое изменение ФИО12 показаний суд расценивает как способ защиты.

В показаниях свидетелей защиты также имеются существенные противоречия.

Свидетель В. пояснила, что не видела, чем занимался ФИО12 до 14 часов и после 18 часов 10.11.2015 года, приехала в пос.Усть-Ордынский примерно после 14 часов.

Свидетель Ю. пояснила, что не помнит, как долго ФИО12 и Д. строили гараж.

Свидетель Д. в процессе предварительного расследования пояснила, что 10.11.2015 г. ФИО12 пришёл в 14 часов, около 19 часов она и ФИО12 зашли к ней домой, гараж она помогала строить не каждый день, проживает <...> в том числе с тётей Е. и двоюродной сестрой Т1, с 1 по 10 ноября 2015 года Е. иногда помогала строить ФИО12 гараж без неё, т.е. Д. (лд 66-71 т.5), тогда как в судебном заседании утверждала, что ФИО12 приступил к строительству гаража в 12 часу дня, гараж помогала строить каждый день, Е. и сестра Т1 проживали <...>, без неё Е. не помогала строить ФИО12 гараж.

Свидетель Е. первоначально дала показания, что 10.11.2015 г. она в обеденное время вернулась домой, затем находилась дома с сыном, никуда не ходила (лд 36-38 т.3), затем Е. стала давать показания, что она 10.11.2015 года помогала ФИО12 строить гараж, не видела ФИО11 10.11.2015 г. (лд 93-96, 97-111, 112, 113-126, 127, 128-132 т.3).

Суд отмечает, что вышеуказанное изменение Е. своих показаний соответствует изменению показаний ФИО12, первоначально пояснявшего, что 10.11.2015 года он находился дома по ул.<...>, что может подтвердить его мать Е. и все родственники, к бабушке он не ходил, а весь день сидел дома (лд 146-149, 168-171, 226-231 т.12), после чего ФИО12 изменил свои показания и в соответствии с изменившимися показаниями Е. стал утверждать, что он строил гараж совместно с Е.

Свидетель Ж.:

- в процессе очной ставки с ФИО12 не опровергла и не подтвердила показания ФИО12 о том, что ФИО12 10.11.2015 года после 12 часов 30 минут весь день находился дома; также пояснила, что точно обстоятельств 10.11.2015 года она не помнит (лд 18 т.13),

- в ходе дополнительного допроса пояснила, что В. приезжала к ней 11.11.2015 года (лд 11 т.4),

однако, в дальнейшем Ж. стала утверждать, что 10.11.2015 года после 14 часов 40 минут ФИО12 строил гараж, ему помогали Д. и Е.; В. приезжала к ней не 11.11.2015 года, а 10.11.2015 г.

В процессе предварительного расследования Ж. не смогла объяснить, о чём она разговаривала с ФИО12 10.11.2015 г. в 15 часов 49 минут в течение 124 секунд и в 16 часов 09 секунд в течение 24 секунд (лд 18 т.4).

Между тем, наличие указанных сеансов связи продолжительностью 124 и 24 секунды нехарактерно для обстоятельств строительства 10.11.2015 года после14 часов 40 минут ФИО12 гаража в ограде дома Ж., а характерно для нахождения ФИО12 не в том месте, где находилась Ж.

ФИО12 пояснил, что гараж он строил практически один, ему 2 раза в строительстве помогала сестра Д.. В конце ноября 2015 года мама и бабушка помогли навесить ворота, больше они ему не помогали (лд 226-231, 243-248 т.12), тогда как свидетели Ж. и Е. пояснили, что 10.11.2015 г. Е. помогала ФИО12 строить гараж (лд 95, 107-108, 118, 188 т.3).

Вышеуказанные противоречия являются существенными, свидетельствующими о желании свидетелей облегчить участь своих родственников – ФИО11 и ФИО12.

Суд учитывает, что Е., Ж., В., Д., В. и Ю. являются родственниками ФИО11 и ФИО12, Л. считает ФИО12 своим пасынком, поэтому в соответствии со ст.51 Конституции РФ они вправе не свидетельствовать против родственников, круг которых определён законом.

Из детализации телефонных соединений следует, что ФИО11, ФИО12, Е. и Ж. после 10.11.2015 г. имели телефонные соединения. Следовательно, они имели техническую возможность обсудить линию защиты.

Суд замечает, что в процессе расследования уголовного дела и его рассмотрения в судебном заседании изменяющиеся показания ФИО12 соответствовали показаниям его родственников, при этом эти показания о наличии у ФИО11 и ФИО12 алиби опровергаются совокупностью имеющихся по делу доказательств, подтверждающих совершение ФИО12 и ФИО11 убийства и разбойного нападения.

Показания свидетеля Л. о том, что не в полной мере соответствуют действительности обстоятельства, изложенные им в показаниях, данных им в процессе предварительного расследования, суд признаёт не соответствующими действительности, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, проведённой проверкой в соответствии со ст.144 УПК РФ, а также тем обстоятельством, что в судебном заседании свидетель Л. неоднократно изменял свои показания, то подтверждая свои показания, данные им в процессе предварительного расследования, то поясняя, что они не соответствуют действительности. Такую позицию свидетеля Л. в судебном заседании суд связывает с желанием облегчить участь ФИО12, являющегося сыном Е., с которой Л. находится в фактически брачных отношениях, а также родственника Е. и ФИО12 – ФИО11. Поэтому суд признаёт соответствующими действительности показания Л., данные им в процессе предварительного расследования, о том, что он сообщил ФИО11 адрес Р., сообщил, что у Р. имеются деньги. К тому же показания Л. о том, что он сообщил адрес Р., подтверждаются показаниями ФИО11 о том, что со слов Л. ему известно, что меньше миллиона рублей у Р. не бывает (лд 28 т.11), Л. рассказал ему, т.е. ФИО11, о том, что бывший муж У1 Р. является предпринимателем, сказал адрес: <...> и то, что дома может находится большая сумма денег (лд 71, 117 т.11); он, т.е. ФИО11, сказал Л., где бы денег раздобыть, на что Л. ему сказал: «Я могу тебе дать наводку», сказал, что тот коммерсант, порядочные деньги у него водятся в доме (лд 141 т.11).

Учитывая вышеизложенное и установленные судом обстоятельства совершения ФИО11 и ФИО12 убийства и разбойного нападения, суд приходит к выводу о том, что показания свидетеля Е., Ж., В., Д., Ю., Л., М., Ю. и других свидетелей защиты не свидетельствуют о невиновности ФИО12 и ФИО11, не свидетельствуют о наличии у них алиби, поскольку их вина доказана совокупностью исследованных судом доказательств.

Заключение генетической экспертизы № 2869 от 06.07.2018 г. об обнаружении мужской ДНК в подногтевом содержимом Н., а также заключение эксперта о наличии на одежде Н. и Т. их вырванных волос (лд 142-148 т.49) - соответствуют и не противоречат признательным показаниям ФИО11 о механизме нанесения им и ФИО12 ножевых ранений Н. и Т.

Утверждения ФИО11 о наличии у него алиби, в том числе в связи с показаниями свидетеля Ф., - несостоятельны, поскольку, изменив свои показания, ФИО11 пояснил, что точно не помнит, где именно и в котором часу он находился 10.11.2015 года; из показания Ф. не следует, что ФИО11 10.11.2015 года с утра до вечера провёл с ним.

Необнаружение органами следствия следов рук ФИО11 и ФИО12 и заключение эксперта об отсутствии следов рук ФИО11 и ФИО12 на месте происшествия (лд 2-14 т.49), приобщённая стороной защиты справка о том, что размер ноги ФИО11 41, ФИО12 – 42, рост ФИО11 167 см, ФИО12 – 182 см., а также доводы защиты об отсутствии видеозаписи встречи ФИО11 и ФИО12 возле магазина (лд 117-126 т.54) - не свидетельствуют о непричастности ФИО11 и ФИО12 к совершению преступлений, поскольку их вина подтверждается материалами дела. Сам ФИО11 судебном заседании пояснил, что рост у него 157 сантиметров; органами следствия ФИО11 и ФИО12 не обвиняются в том, что при совершении преступления они носили обувь своего размера; ФИО11 указывал, что встретился с ФИО12 за магазином (лд 72 т.11), что не предполагает возможность видеозаписи их встречи во всех случаях, поскольку ФИО11 не уточнял, на каком расстоянии от магазина он и ФИО12 встретились, позволяло ли это расстояние вести видеозапись, впоследствии ФИО11 изменил свои показания. Кроме того, видеозапись содержит описание, в том числе, лиц мужского пола (лд 117-126 т.54).

Судом установлено, что ФИО11 и ФИО12 предприняли согласованные меры по сокрытию следов преступления, в том числе – после его совершения: использование перчаток, сожжение одежды после совершения преступлений, протирание ножа, которым было совершено убийство, обход места совершения убийства после совершения убийства и разбойного нападения (лд 74 т.11), поэтому доводы стороны защиты о нехарактерных следах либо их отсутствии на месте происшествия и на предметах, находившихся в доме, о несовпадении следов крови, запаха и пота на ножах, не влияют на выводы суда о виновности подсудимых, т.к. ФИО11 и ФИО12 имели возможность и предприняли меры по сокрытию следов преступления, в признательных показаниях ФИО11 не сообщал, что он и ФИО12 не брали в доме другие ножи, в том числе – после совершения убийства и разбойного нападения; ФИО11 не пояснял, что им и ФИО12 не были приняты меры по сокрытию следов преступления. Суд замечает, что на месте совершения преступления была обнаружена кастрюля со сгоревшим мясом на включенной плите (лд 127 т.1), что не исключало возникновения пожара с уничтожением следов.

Передача органами следствия комбинезона на хранение потерпевшему не влияет на выводы суда о виновности ФИО11 и ФИО12, поскольку в соответствии с заключением эксперта на поверхности комбинезона выявлены следы в виде брызг, помарок, капель, статистических следов (лд 34-44 т.7) обнаружена кровь, которая произошла от Н. (лд 139-167 т.7), что с учётом обнаружения комбинезона на месте совершения убийства соответствует признательным показаниям ФИО11 о совершении им и ФИО12 убийства и разбойного нападения с причинением телесных повреждений Н. и Т.

Заключение генетической экспертизы № 2869 от 06.07.2018 г. о принадлежности ФИО11 и ФИО12 приобщённой по настоящему делу в качестве вещественного доказательства крови, а также об обнаружении следов крови в подногтевом содержимом Н. и Т. - согласуется и не противоречит заключению генотипической экспертизы от 16.02.2016 года об обнаружении следов крови в подногтевом содержимом Н. и Т. (лд 187-217 т.49), поскольку эксперт Б1 в судебном заседании разъяснила, что при проведении экспертизы № 1988 от 16.02.2016 г. (лд 187-217 т.49) использовался набор, который не позволил определить мужскую ДНК; тогда как при производстве экспертизы № 2869 она использовала другой новый набор, который позволил определить мужскую ДНК.

Ссылки стороны защиты на наличие противоречий в показаниях потерпевших и в признательных показаниях ФИО11 несостоятельны, поскольку потерпевшие стабильно сообщили об обнаружении трупов Н. и Т. с телесными повреждениями; в признательных показаниях ФИО11 стабильно и подробно рассказал о совершении им и ФИО12 убийства Н. и Т. и разбойного нападения.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих признание недопустимыми доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, органы следствия не допустили.

Вопреки утверждениям стороны защиты в материалах дела отсутствуют сведения о наличии отводов адвокатам, с участием которых ФИО11 дал показания о совершении им и ФИО12 преступлений;

При осмотре вещественных доказательств установлено, что их упаковка позволяет определить индивидуальные признаки и свойства этих вещественных доказательств, отражённые в протоколах следственных действий, в том числе – образцов крови и слюны ФИО11 и ФИО12.

Доводы стороны защиты о незаконных методах ведения предварительного расследования опровергаются не только постановлением следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 06.09.2017 г. согласно которому доводы ФИО11 и ФИО12, а также свидетелей Е., Л., М., Д., Ю. о незаконных методах ведения следствия не нашли своего подтверждения в ходе проведённой проверки, но и постановлениями следователя от 30.06.2016 г. и от 15.09.2016 г. об отказе в возбуждении уголовного дела, согласно которому в ходе проведённой проверки фактов фальсификации доказательств не выявлено, доводы об оказании физического насилия и психологического давления не подтвердились (лд 112- 140 142-144 т.13), а также показаниями свидетелей К1, И., П2 о том, что в ходе предварительного расследования незаконные методы предварительного расследования не применялись, предварительное расследование производилось в соответствии с требованиями закона; показаниями Л. о том, что на листах дела 21-23, 28-29, 30-34 в томе 3 его подписи стоят в конце протоколов; показаниями Ж. о том, что подписи в протоколах её допросов ставила она. В судебном заседании была просмотрена видеозапись допроса Е., из которой видно, что права ей были разъяснены, в том числе – право не свидетельствовать против себя и своих родственников, сомнений в добровольности показаний Е. не возникло, свидетель дала показания самостоятельно, подтвердив признательные показания ФИО11.

Судом исследовалась версия стороны защиты о том, что при производстве экспертиз использовались образцы крови не ФИО11 и ФИО12, а других лиц.

В судебном заседании ФИО11 и ФИО12 добровольно сдали буккальный эпителий, который был подвергнут экспертному исследованию для проверки указанной версии стороны защиты. Из показаний свидетеля И. следует, что он упаковывал образцы крови ФИО11, у ФИО12 образцы крови отбирались в медцентре. Подсудимые ФИО11 и ФИО12 подтвердили факт сдачи ими образцов крови в процессе предварительного расследования, свидетель Е2 пояснил, что он отбирал образцы крови у ФИО12, который подтвердил эти показания Е2. ФИО12 в судебном заседании подтвердил, что в протоколе получения образцов для сравнительного исследования (лд 191-193, 195 т.12) имеются его подписи. ФИО12 и ФИО11, осмотрев конверты, в которых упакованы образцы крови, подтвердили, что на этих конвертах имеются их подписи. Упаковка образцов крови, как установил суд, содержит все необходимые реквизиты.

Вышеуказанное в совокупности с заключением генетической экспертизы № 2869 от 06.07.2018 г. о принадлежности ФИО11 и ФИО12 приобщённой по настоящему делу в качестве вещественного доказательства крови и другими доказательствами - вопреки мнению стороны защиты свидетельствует, что при производстве экспертиз, в том числе – экспертизы запаховых следов человека, использовались образцы крови именно ФИО11 и ФИО12, а не иных лиц.

С учётом показаний свидетелей И., П2, экспертов Р1, П1, Н1, А., пояснившей, что при производстве экспертизы на старте собаке давали пробу, которая была получена из образцов крови, и этот запах она искала, собака выявляла тот запах, который ей дали на старте; при наличии положительного результата количество примесей значения не имеет; обработка ножей, в том числе - дактилоскопическим порошком не повлияла на сохранность запаховых следов, поскольку были выявлены запаховые следы; учитывая также исследование судом фототаблиц вещественных доказательств в совокупности с оценкой заключений экспертиз и других доказательств - суд приходит к выводу о допустимости и достоверности заключений экспертиз и о том, что для производства экспертиз были представлены именно те ножи и выпил с калитки, которые были изъяты в ходе осмотра места происшествия; упаковка вещественных доказательств и допущенные технические ошибки в оформлении не повлияли на допустимость и достоверность выводов экспертиз.

Факт хранения проб в лаборатории, а также показания допрошенных по инициативе стороны защиты специалистов К. и Ч1 не свидетельствуют о недопустимости экспертиз запаховых следов человека (лд 77-81, 92-98, 124-136 т.8), поскольку в соответствии с заключением генетической экспертизы № 2869 от 06.07.2018 г. приобщённая по настоящему делу в качестве вещественного доказательства кровь принадлежит ФИО11 и ФИО12, эксперт А. пояснила, что фактически пробы хранились в лаборатории, в методических рекомендациях ФИО19, ФИО20 и ФИО21, на которые сослался К., не указано о запрете на использование бумажной упаковки, эти методические рекомендации являются рекомендательными.

К тому же:

- К. пояснил, что методика производства самой экспертизы не была нарушена; с учётом того, что ему, т.е. К., неизвестны факторы, которые влияли на упаковку из бумаги, он не может высказаться о достоверности экспертиз запаховых следов человека; если были соблюдены все условия, за исключением упаковки, есть очень большая вероятность, что на экспертизу попал объект крови, в котором индивидуальный запах достаточно хорошо сохранился; сам он, т.е. К., никогда не работал экспертом,

- Ч1 пояснил, что в проведении экспертизы запаховых следов человека и в определении запаха крови он не участвовал. Были нарушения в упаковке для экспертизы, но ему не известно, сколько хранится запах человека в сухой крови, которая хранилась в бумажном пакете,

- эксперт А. пояснила, что экспертизы запаховых следов человека производились без нарушений. Её показания подтвердили эксперты Н1 и П1

Показания специалиста Б2 не опровергают выводов суда о допустимости доказательств и виновности ФИО11 и ФИО12, поскольку специалист Б2 пояснил, что с учётом показаний ФИО11 о нанесении более 30 ударов, с учётом отсутствия конкретизации - вывод эксперта противоречивым не является, нельзя исключить наличие тех повреждений, которые он исследовал; судить по неконкретным показаниям ФИО11 о возможности или невозможности причинения каких-либо повреждений не представляется возможным.

Суд отмечает, что в ходе предварительного расследования ФИО11 не утверждал, что он наносил только колющие удары.

Кроме того, специалист Б2 в судебном заседании пояснил, что не может категорично высказаться относительно достоверности оцениваемых им экспертиз, неоднократно пояснял, что дал ошибочное разъяснение; пояснял, что категорично не может утверждать, что выводы экспертиз противоречат показаниям ФИО11; также сообщил, что он, т.е. Б2, не помнит названия учебника и методических рекомендаций, по которым он сделал свои выводы.

Несмотря на наличие одинаковых фотографий конвертов в заключениях разных экспертиз, - эксперт А. уточнила, что при производстве последующих экспертиз на конвертах указывались новые цифровые обозначения, которые, как установил суд при осмотре, имеются на конвертах с образцами крови ФИО11 и ФИО12, что свидетельствует о допустимости заключений эспертиз.

Доводы ФИО11 о его плохом слухе не свидетельствуют о нарушении его права на защиту, поскольку в судебном заседании ФИО11 хорошо ориентировался в ходе судебного разбирательства, пользовался услугами своих адвокатов, участвовал в дискуссии, вопросы задавал по существу, отвечал на вопросы также по существу, заявлял ходатайства, активно защищался, своевременно реагировал на ход судебного разбирательства, находился в постоянном контакте, что свидетельствует об удовлетворительном состоянии здоровья ФИО11 и соблюдении его права на защиту.

Утверждение стороны защиты о недопустимости протокола проверки показаний ФИО11 на месте является несостоятельным, поскольку из протоколов следственных действий (лд 136-155, 180-205 т.11) следует, что перед началом проверок ФИО11 разъяснялись его права, в том числе – не свидетельствовать против себя и родственников, в следственных действиях участвовал адвокат, в начале проверки ФИО11 в соответствии с требованиями ч.4 ст.194 УПК РФ было предложено рассказать о том, что происходило 10.11.2015 года (лд 140 т.11), после ответа ФИО11 ему были заданы вопросы, на которые он подробно ответил с участием своего защитника; затем в ходе проверки от 19.03 2016 г. Михалёву вновь были разъяснены все права, после чего ФИО11 с участием своего защитника подробно дал показания о совершении им совместно с ФИО12 убийства и разбойного нападения (лд 180-205 т.11), что свидетельствует о проведении проверок показаний на месте с соблюдением норм уголовно-процессуального закона.

Пояснительная подпись следователя к фототаблице о нанесении ФИО11 3-4 ударов, а не 2 ударов ножом в спину Н. (лд 131 т.11) является технической неточностью, но, вопреки утверждениям стороны защиты, не свидетельствует о том, что показания ФИО11 противоречат заключению эксперта о наличии 2 повреждений в области спины (лд 86 т.1), поскольку непосредственно из показаний ФИО11 в ходе следственного эксперимента следует, что он наносил в среднюю часть спины 2 удара (лд 121 т.11), при этом протокол следственного эксперимента с участием ФИО11 (лд 118-135 т.11) является допустимым доказательством, т.к. содержит все необходимые реквизиты, перед проведением следственного эксперимента ФИО11 с участием его защитника были разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст.47 УПК РФ и ст.51 Конституции РФ (лд 119-120 т.11). Кроме того, ранее ФИО11 пояснял, что в область спины он нанёс, как ему кажется, 2-3 удара, но может ошибаться (лд 73 т.11).

Вопреки утверждениям стороны защиты образцы крови у ФИО11 и ФИО12 отобраны в соответствии с требованиями 202 УПК РФ (лд 7-9 т.11, 192-195 т.12), что подтверждается показаниями Е2 и И., содержанием протоколов получения образцов для сравнительного исследования. Затем с соблюдением норм уголовно-процессуального закона по постановлению следователя была назначена экспертиза (лд 86-87 т.8), образцы крови использовались при проведении экспертизы (лд 92-97 т.8). При этом не возникает сомнений относительно использования в производстве экспертизы именно тех образцов крови, которые были отобраны у ФИО11 и ФИО12 (лд 7-9 т.11, 192-195 т.12), что подтверждается заключением судебной генетической экспертизы, согласно которому на фрагменте марли с указанием «…образец крови ФИО6В….» в объекте № 7 обнаружена кровь, которая произошла от ФИО6. На фрагменте марли с указанием «…образец крови ФИО7А….» в объекте № 8 обнаружена кровь, которая произошла от ФИО7,

В соответствии со ст. 252 УПК РФ в пределы судебного разбирательства не входит детальное исследование методов оперативно-розыскной деятельности, которые были применены при раскрытии преступлений, совершённых ФИО11 и ФИО12, а также - степень соответствия действий свидетеля Б. ведомственным инструкциям после сообщения ему ФИО11 о своей причастности к убийству.

Все иные доводы стороны защиты не колеблют выводов суда, поскольку не влияют на существо принятого судом решения о виновности ФИО11 и ФИО12 в совершении ими убийства и разбойного нападения при обстоятельствах, изложенных в настоящем приговоре, что подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании допустимых доказательств.

Показания подсудимых в процессе предварительного следствия и в судебном заседании о том, что они не совершали преступлений при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, суд оценивает как реализацию подсудимыми своего права на защиту.

Тем более, что ФИО12 и ФИО11 в судебном заседании так и не смогли внятно объяснить, откуда появился их запах соответственно на ножах, изъятых с места происшествия, и на выпиле калитки ограды дома <...>, в котором проживали Н. и Т.

Что касается утверждений стороны защиты о возможной причастности иных лиц к совершению убийства и разбойного нападения, то они не освобождают ФИО11 и ФИО12 от уголовной ответственности, поскольку совокупность допустимых доказательств по делу свидетельствует о совершении именно ФИО11 и ФИО12 убийства и разбойного нападения при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора.

Таким образом, имеющиеся по делу объективные данные полностью соответствуют обстоятельствам совершённого ФИО11 и Сабировым разбойного нападения, а также убийства Н. и Т., изложенным в описательной части настоящего приговора, и подтверждаются неоднократными подробными первоначальными признательными показаниями ФИО11 в процессе предварительного расследования, показаниями потерпевших Р., О. и С., свидетелей Е. о том, что ФИО11 рассказывал ей о совершённом преступлении; Л. о том, что он рассказывал ФИО11 о наличии у Р. денег и о месте его жительства; свидетелей Э1, Ю1, Б., Г., Х1, Ч., Г2, Д2, Ф., Ш1, Я1, Х., Я., Э., И1, Ж1, В1, П. и М. о производстве обыска, И., Е2, П2, П1, Н1, А., Р1, не доверять которым у суда нет никаких оснований. Поэтому суд находит бесспорно установленной и неопровержимо доказанной вину ФИО11 и ФИО12 в совершении убийства и разбойного нападения при обстоятельствах, изложенных в настоящем приговоре, а их показания о непричастности к совершению этих преступлений суд признаёт не соответствующими действительности.

В соответствии с заключением судебной стационарной психолого-психиатрической экспертизы ФИО6 обнаруживает <...>, что не лишает его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, ФИО11 в полной мере мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию ФИО11 в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. В момент правонарушения ФИО11 не находился в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение (лд 148-157 т.6).

В соответствии с заключением стационарной психолого-психиатрической судебной экспертизы ФИО7 каким-либо психическим расстройством не страдает и ранее не страдал, может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, он мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В применении к нему принудительного лечения не нуждается. В момент правонарушения ФИО12 не находился в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение (лд 169-177 т.6).

Оценивая заключения судебно - психиатрических экспертиз в совокупности с оценкой поведения ФИО11 и ФИО12 в судебном заседании, суд находит эти заключения достоверными, поскольку они научно обоснованны, проведены компетентными специалистами, проанализировавшими поведение ФИО11 и ФИО12. Поэтому с учётом изложенного, суд признаёт ФИО11 и ФИО12 вменяемыми в отношении инкриминируемых им деяний, они должны нести уголовную ответственность за содеянное.

Назначая наказание, суд в соответствии с ч.2 ст.22 УК РФ учитывает наличие у ФИО11, не исключающих вменяемости, признаков <...>.

При назначении основного и дополнительного наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённых ФИО11 и ФИО12 преступлений – убийств и разбойного нападения, относящихся к разряду особо тяжких, влияние назначенного наказания на исправление осуждённых и на условия жизни их семей, при которых ФИО11 и ФИО12 проживали с Е., ФИО11 работал сторожем, ФИО12 служил в воинской части, смягчающие наказание обстоятельства: для ФИО11 - наличие у ФИО11 ребёнка, явка ФИО11 с повинной (лд 12 т.11), что подтверждается показаниями свидетелей Б., Г. и Х1, признание ФИО11 своей вины, активное способствование ФИО11 раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступлений, принесение ФИО11 извинений потерпевшему (лд 226 т.11); для ФИО12 - молодой возраст ФИО12, совершение ФИО12 преступлений впервые, принесение ФИО12 извинения потерпевшему в последнем слове.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание, для ФИО11 суд учитывает рецидив преступлений. В соответствии со ст.ст. 15, 18 УК РФ в действиях ФИО11 имеет место опасный рецидив преступлений, поскольку он совершил особо тяжкие преступления, имея судимость за тяжкое преступление, за которое был осуждён к реальному лишению свободы.

В отношении ФИО12 суд не усматривает обстоятельств, отягчающих наказание.

В соответствии с ч.3 ст.62 УК РФ, несмотря на отсутствие отягчающих обстоятельств, наказание ФИО12 назначается в пределах санкции п.Ж ч.2 ст.105 УК РФ, поскольку санкцией п.п. «В,З» ч. 2 ст. 105 УК РФ предусмотрено пожизненное лишение свободы.

В соответствии с ч.1 ст.68 УК РФ, учитывая наличие опасного рецидива, при назначении наказания ФИО11 суд учитывает характер и степень общественной опасности ранее совершённых преступлений и обстоятельства, в силу которых для ФИО11 исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным.

В соответствии с ч.2 ст.68 УК РФ срок наказания ФИО11 не может быть менее одной трети части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного УК РФ.

Суд отмечает, что Н. и Т. по месту жительства характеризуются положительно.

С учётом данных о личности ФИО11 и ФИО12, которые характеризуются как удовлетворительно, так и положительно, с учётом конкретных обстоятельств дела, при которых при обстоятельствах, изложенных в настоящем приговоре, завладев деньгами в сумме 60000 рублей, не успокоившись в содеянном, ранее судимый ФИО11 совершил убийство Н., а ФИО12 совершил убийство Т., <...> г. рождения, сопряжённое с разбойным нападением; ФИО11 совершил особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь и собственность, после условно-досрочного освобождения 28.01.2013 года из мест лишения свободы, что свидетельствует о высокой степени социальной запущенности; учитывая все вышеизложенные обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу о необходимости в целях восстановления социальной справедливости, исправления осуждённых и предупреждения совершения новых преступлений назначить ФИО11 и ФИО12 наказание только в виде лишения свободы и на длительный срок, но не на максимальный срок, предусмотренный законом, с применением ч.3 ст. 69 УК РФ, с частичным сложением наказаний, с ограничением свободы ФИО11 за каждое преступление, с возложением на ФИО11 в период отбывания ограничения свободы обязанности один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы; с установлением ФИО11 ограничений: не изменять без согласия этого органа своего места работы и жительства; не выезжать без согласия этого органа за пределы территории муниципального образования по месту своего жительства.

В соответствии с ч.6 ст.53 УК РФ ограничение свободы не назначается ФИО12, поскольку он является военнослужащим.

Учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, а также то, что Сабиров ранее не судим; ФИО11, хотя ранее и судим за тяжкое преступление, однако явился с повинной, активно сотрудничал с органами следствия, не пытаясь уйти от законной уголовной ответственности, неоднократно и в мельчайших подробностях рассказал о роли и степени участия ФИО12 в совершении преступлений, а также – о своих преступных действиях, чем активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, изобличил соучастника преступления, не стал скрывать от органов предварительного расследования фактические обстоятельства совершения им и ФИО12 убийства и разбойного нападения, - суд полагает возможным не назначать ФИО12 и ФИО11 пожизненное лишение свободы.

С учётом особой тяжести содеянного, данных о личности ФИО11 и ФИО12 и всех обстоятельств дела суд не усматривает оснований для назначения ФИО11 и ФИО12 условного наказания, наказания, ниже низшего предела, предусмотренного законом, для изменения категории преступлений на менее тяжкую, а также – для назначения ФИО11 наказания менее одной трети части максимального срока наиболее строгого вида наказания в соответствии с ч.3 ст. 68 УК РФ.

В силу ст. 58 УК РФ ФИО11 и ФИО12 должны отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима.

Принимая во внимание то, что ФИО11 и ФИО12 содержатся под стражей, не имеют значительных источников дохода, суд находит правильным не назначать ФИО11 и ФИО12 дополнительного наказания в виде штрафа. Это послужит компенсации вреда потерпевшим.

Заявленные по делу гражданские иски Р., О. и С. подлежат удовлетворению в соответствии с требованиями ст.ст. 151, 1064, 1080, 1101 ГК РФ.

В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст.1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Гражданский иск Р. о взыскании с ФИО11 и ФИО12 солидарно 60000 рублей компенсации материального вреда подлежит удовлетворению в соответствии со ст.ст. 1064, 1080 ГК РФ, поскольку судом установлено, что 10.11.2015 года при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, ФИО11 и ФИО12 похитили из дома Р. принадлежащие ему 60000 рублей, распорядились похищенным по своему усмотрению.

Судом установлено, что 60000 рублей из дома ФИО16 и ФИО12 похитили совместными преступными умышленными действиями, поэтому в силу требований ст.ст.1064, 1080 ГК РФ материальный вред подлежит взысканию с ФИО11 и ФИО12 в солидарном порядке.

Гражданский иск С. о взыскании с ФИО11 и ФИО12 солидарно компенсации материального вреда в сумме 151600 рублей подлежит удовлетворению в соответствии со ст.ст. 1064, 1080 ГК РФ, поскольку судом установлено, что 10.11.2015 г. при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора, ФИО11 и ФИО12 совершили убийство Н. и Т., затраты истца на проведение поминальных обедов составили: 81000 рублей после захоронения Т. и Н. 13.11.2015 г., 27000 рублей – поминальный обед по истечении 9 дней со дня смерти, 21600 рублей - поминальный обед по истечении 40 дней со дня смерти, 22000 рублей - поминальный обед по истечении 1 года со дня смерти, что составляет часть традиции погребения. Затраты подтверждаются накладными квитанциями потребительского общества «Уряал».

Гражданский иск О. о взыскании компенсации материального вреда с ФИО11 в сумме 28967 рублей 26 копеек, с ФИО12 – в сумме 8667 рублей 26 копеек подлежит удовлетворению в соответствии со ст.ст. 1064, 1080 ГК РФ, поскольку судом установлено, что затраты истца на погребение Н. составили 35300 рублей, на погребение Т. – 15000 рублей. Затраты подтверждаются квитанциями-договорами ИП «ФИО24.» от 12.11.2015 г. № и № за минусом 12665 рублей 48 копеек, которые были компенсированы О. УПФР в Усть-Ордынском Бурятском автономном округе Иркутской области платёжным поручением от 27.11.2015 года.

Гражданский иск потерпевших Р., О. и С. о взыскании с ФИО11 и ФИО12, с каждого, по 2000000 рублей компенсации морального вреда в пользу каждого истца подлежит удовлетворению с учётом нижеследующего.

В силу ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда, который согласно требованиям ст.1101 ГК РФ, осуществляется в денежном выражении в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и с учетом требований разумности и справедливости.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Факт причинения Р., О. и С. нравственных страданий в связи с совершением подсудимыми убийства их близких родственников – Н. и её малолетней дочери Т., родившейся <...>, очевиден и сомнений не вызывает. Р., О. и С. вынуждены по вине ФИО11 и ФИО12 испытывать чувство неуверенности, переживать утрату близких им лиц, которые приносили им радость, заботились о них, обеспечивали им стабильное положение в обществе.

При определении размера компенсации морального вреда судом учитывается то, что ФИО11 и ФИО12 причинили Р., О. и С. нравственные страдания умышленными действиями. Потерпевшие потеряли семейные связи, понесли невосполнимую утрату, переживают нравственные и физические страдания, поскольку единовременно были убиты их близкие родственники, в том числе – малолетняя Т., родившаяся <...>, и её родная мать – Н.. Судом также учитывается материальное положение подсудимых, которые, хотя и не имеют источников дохода, но находятся в трудоспособном возрасте. С учётом конкретных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, с учётом характера и степени причинённых Р., О. и С. нравственных страданий, при которых Р., О. и С. испытывают психологическое потрясение в связи с тем, что подсудимые умышленно убили Н. и Т., с учётом роли и степени участия каждого из подсудимых в совершении преступления, учитывая всё вышеизложенное, суд находит правильным удовлетворить исковые требования и взыскать с ФИО11 и ФИО12, с каждого, по 2000000 рублей компенсации морального вреда в пользу каждого потерпевшего.

На основании ч.4 ст.132 УПК РФ ФИО11 и ФИО12 подлежат освобождению от уплаты процессуальных издержек, поскольку они заявляли об отказе от защитников, но отказ не был удовлетворён и защитники участвовали в уголовном деле по назначению.

В силу требований ст.81 УПК РФ вещественные доказательства подлежат возвращению законным владельцам; предметы, не представляющие ценности и не истребованные сторонами, подлежат уничтожению.

В соответствии со ст. 58 УК РФ ФИО11 и ФИО12 должны отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, конкретные обстоятельства дела, данные о личности ФИО11, ранее судимого за совершение двух преступлений, в том числе – тяжкого, и то, что ФИО11 осуждается за умышленное совершение при опасном рецидиве двух особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь и собственность, что свидетельствует о высокой степени общественной опасности содеянного им и характеризует ФИО11 как лицо, упорно не желающее встать на путь исправления и быть полезным для общества, представляющее повышенную опасность для людей, в целях исправления осуждённого суд полагает необходимым в соответствии с ч.2 ст.58 УК РФ назначить ФИО11 отбывание первых 10 лет лишения свободы в тюрьме.

Учитывая данные о личности ФИО11 и ФИО12, особую тяжесть совершённых ими преступлений, конкретные обстоятельства настоящего дела, изложенные в настоящем приговоре, а также в целях обеспечения исполнения приговора суд находит правильным меру пресечения ФИО11 и ФИО12 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю: заключение под стражу, поскольку с учетом конкретных фактических обстоятельств суд приходит к выводу о том, что имеются основания полагать, что ФИО11 и ФИО12, находясь на свободе, могут продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться, воспрепятствовать производству по делу, что в совокупности с вышеизложенными доводами является исключительным обстоятельством и определяет невозможность изменения ФИО11 и ФИО12 меры пресечения на более мягкую, не связанную с реальным лишением свободы.

Руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО6 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «З» ч. 2 ст. 105, п. «В» ч. 4 ст. 162 УК РФ, и назначить ему наказание с применением ч.3 ст.62, ч.2 ст.68 УК РФ:

- по п. «З» ч.2 ст. 105 УК РФ – 19 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, с возложением на ФИО6 в период отбывания ограничения свободы обязанности один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы; с установлением ФИО6 ограничений: не изменять без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, своего места работы и жительства; не выезжать без согласия этого органа за пределы территории муниципального образования по месту своего жительства;

- по п.В ч.4 ст.162 УК РФ – 12 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, с возложением на ФИО6 в период отбывания ограничения свободы обязанности один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы; с установлением ФИО6 ограничений: не изменять без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, своего места работы и жительства; не выезжать без согласия этого органа за пределы территории муниципального образования по месту своего жительства.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ путём частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО6 наказание в виде лишения свободы сроком на 24 (двадцать четыре) года с отбыванием первых 10 (десяти) лет лишения свободы в тюрьме, 14 (четырнадцати) лет лишения свободы – в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с возложением на ФИО6 в период отбывания ограничения свободы обязанности один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы; с установлением ФИО6 ограничений: не изменять без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, своего места работы и жительства; не выезжать без согласия этого органа за пределы территории муниципального образования по месту своего жительства.

ФИО7 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «В,З» ч. 2 ст. 105, п. «В» ч. 4 ст. 162 УК РФ, и назначить ему наказание с применением ч.3 ст.62 УК РФ:

- по п.п. «В,З» ч.2 ст. 105 УК РФ – 18 лет лишения свободы,

- по п.В ч.4 ст.162 УК РФ – 11 лет лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ путём частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО7 наказание в виде лишения свободы сроком на 23 (двадцать три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО6 и ФИО7, каждому, исчислять с 13 сентября 2018 г.

Зачесть ФИО6 в срок отбывания наказания в тюрьме срок содержания ФИО6 под стражей с 28 февраля 2016 года по 13 сентября 2018 года.

Зачесть ФИО7 в срок отбывания наказания срок содержания ФИО7 под стражей со 2 марта 2016 года по 13 сентября 2018 года.

До вступления настоящего приговора в законную силу меру пресечения ФИО6 и ФИО7, каждому, оставить прежнюю: заключение под стражу.

В соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ взыскать с осуждённого ФИО6 в пользу потерпевшего Р. компенсацию морального вреда в сумме 2000000 (два миллиона) рублей.

В соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ взыскать с осуждённого ФИО7 в пользу потерпевшего Р. компенсацию морального вреда в сумме 2000000 (два миллиона) рублей.

В соответствии со ст.ст.1064, 1080 ГК РФ взыскать с осуждённых ФИО6 и ФИО7 солидарно в пользу потерпевшего Р. возмещение материального ущерба в сумме 60000 (шестьдесят тысяч) рублей.

В соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ взыскать с осуждённого ФИО6 в пользу потерпевшего О. компенсацию морального вреда в сумме 2000000 (два миллиона) рублей.

В соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ взыскать с осуждённого ФИО7 в пользу потерпевшего О. компенсацию морального вреда в сумме 2000000 (два миллиона) рублей.

В соответствии со ст.ст.1064, 1080 ГК РФ взыскать с осуждённого ФИО6 в пользу потерпевшего О. возмещение материального ущерба в сумме 28967 (двадцать восемь тысяч девятьсот шестьдесят семь) рублей 26 копеек.

В соответствии со ст.ст.1064, 1080 ГК РФ взыскать с осуждённого ФИО7 в пользу потерпевшего О. возмещение материального ущерба в сумме 8667 (восемь тысяч шестьсот шестьдесят семь) рублей 26 копеек.

В соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ взыскать с осуждённого ФИО6 в пользу потерпевшей С. компенсацию морального вреда в сумме 2000000 (два миллиона) рублей.

В соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ взыскать с осуждённого ФИО7 в пользу потерпевшей С. компенсацию морального вреда в сумме 2000000 (два миллиона) рублей.

В соответствии со ст.ст.1064, 1080 ГК РФ взыскать с осуждённых ФИО6 и ФИО7 солидарно в пользу потерпевшей С. возмещение материального ущерба в сумме 151600 (сто пятьдесят одна тысяча шестьсот) рублей.

На основании ч.4 ст.132 УПК РФ осуждённых ФИО6 и ФИО7 освободить от уплаты процессуальных издержек.

Вещественные доказательства:

- детализацию абонентского номера № (лд 208 т.2), компакт-диск с полученными из телефона обвиняемого ФИО7 файлами (лд 231 т.3), детализацию абонентского номера № на CD-R диске (лд 179 т.5), DVD-R диск со сведениями о телефонных соединениях абонентских номеров №, №, №, № (лд 221 т.5), детализацию телефонного номера № на бумажном носителе (лд 244 т.5) - хранить при деле;

- нож №1, фрагмент следа ладони руки №2 с конвектора в прихожей №2, фрагмент следа ладони руки №1 со стены прихожей №1 над конвектором, след пальца руки на наличнике двери в прихожую №1, фрагмент следа ладони руки № 3 с наличника двери в прихожую № 1; смыв с пятен вещества бурого цвета, похожего на кровь, с крышки подполья; смыв с пятен вещества бурого цвета, похожего на кровь, с пола прихожей №1; нож №2, вырез линолеума со следом подошвы обуви, нож №3, нож №4, нож №5, смыв с пятен вещества бурого цвета, похожего на кровь, с пола зала, полотенце №1, полотенце №2 (лд 1-2 т.6), соскоб снега из ограды дома, образцы крови от трупов Н. и Т., ногтевые срезы с пальцев рук Н. и Т., мазки Н., футболку, рейтузы, носки, плавки и майку Т., куртку, кофту, плавки, бюстгальтер, трико, носки Н., 3 кожных лоскута от трупа Н., 6 кожных лоскутов от трупа Т. (лд 19-21 т. 6), выпил с калитки (лд 45 т.6), образцы слюны Е1 на ватном тампоне (лд 59 т.54) волосы Т. и Н. (лд 77 т.54), образцы крови и буккального эпителия ФИО6, образцы крови и слюны обвиняемого ФИО7 (лд 211 т.54); пластиковую бутылку с прозрачной жидкостью с запахом ацетона (лд 7 т.54), спил двух штакетников с калитки (лд 19-21 т.6) – уничтожить;

- 2 ключа от автомобиля «Ниссан» (л.д.215-216 т.54), комбинезон синего цвета (лд 1-2 т.6) – передать в распоряжение потерпевшего Р.;

- белый кроссовок, полотенце в полоску (лд 40 т.6) – передать в распоряжение Е.;

- пару ботинок марки «SAIJUN» 40 размера, пару ботинок марки «SAIJUN» 41 размера, пару ботинок марки «SAIJUN» 42 размера, пару ботинок марки «SAIJUN» 43 размера, пару ботинок марки «SAIJUN» 44 размера, пару ботинок марки «SAIJUN» 45 размера (лд 28-32 т.4, 35 т. 6) – передать в распоряжение С1;

- детализацию абонентского номера № за период с 15.10.2015 по 15.11.2015 представленную оператором сотовой связи на оптическом диске; детализацию телефонных переговоров абонентского номера № за период с 15.10.2015 по 15.11.2015, представленную оператором сотовой связи на оптическом диске; детализацию телефонных переговоров абонентского номера № за период с 15.10.2015 по 15.11.2015, представленную оператором сотовой связи на оптическом диске (лд 106-107 т. 24); детализацию телефонных переговоров абонентского номера №; за период времени с 06.11.2015 по 15.11.2015, представленную оператором сотовой связи на оптическом диске (лд 168-169 т. 24); детализацию телефонных переговоров абонентского номера № за период времени с 06.11.2015 по 15.11.2015, представленную оператором сотовой связи на 2 оптических дисках (лд 209-210 т. 24); сопроводительное письмо филиал ПАО «МТС» в Иркутской области об исполнении судебного решения о получении детализации соединений абонентских номеров №, полученных по судебному решению в ПАО «МТС» с бумажным конвертом с надписью филиал ПАО МТС в Иркутской области (лд 79-80 т. 26); сопроводительное письмо ООО «Т2 Мобайл» о предоставлении детализаций соединений 21 абонентского номера: № и приложенный к нему конверт, сопроводительные письма ПАО «Мегафон» о предоставлении детализации соединений 8 абонентских номеров: №, конверт (лд 81-82 т.27) – хранить в материалах дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд РФ в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осуждёнными ФИО6 и ФИО7 – в тот же срок со дня вручения им копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённые ФИО6 и ФИО7 вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: