Апелляционное постановление № 22-321/2025 от 11 марта 2025 г. по делу № 1-126/2024

Судья Лутошкина О.М. №22-321/2025

35RS0009-01-2023-003110-05

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Вологда 12 марта 2025 года

Вологодский областной суд в составе председательствующего судьи Кузьмина С.В.

при ведении протокола секретарем Иващенко К.С.,

с участием:

прокурора Колесовой К.Н.,

потерпевшего С,

представителя потерпевших С, К, П - адвоката С,

представителя потерпевшей Б - адвоката В,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Музыкантова Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Музыкантова Ю.А. на приговор Вологодского районного суда Вологодской области от 27 декабря 2024 года,

установил:

приговором Вологодского районного суда Вологодской области от 27 декабря 2024 года

ФИО1, <ДАТА> года рождения, уроженец <адрес>, несудимый,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении с самостоятельным следованием к месту отбывания наказания,

срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия в колонию-поселение,

зачтено в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, выданным уполномоченным органом, из расчета один день за один день,

срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, распространяется на весь срок отбывания основного наказания и исчисляется со дня освобождения ФИО1 из исправительного учреждения,

мера пресечения на период апелляционного рассмотрения оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

взыскана с осужденного компенсация морального вреда в пользу: Б - 700 000 рублей, С - 700 000 рублей, П - 1 000 000 рублей, К - 1 000 000 рублей,

принято решение по вещественным доказательствам.

ФИО1 признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, смерть человека.

Преступление совершено 16.12.2021 в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Музыкантов Ю.А. считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

Не согласен с описанием фактический стороны преступления, полагая, что суд скопировал предъявленное ФИО1 обвинение.

Полагает, что столкновение автомобиля «...» с автомобилем «...» произошло вследствие выезда последнего на полосу движения автомобиля под управлением ФИО1, а не наоборот, как указал суд первой инстанции в приговоре.

После данного столкновения автомобиль «...» потерял управление и допустил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем «...», в результате которого и были причинены телесные повреждения потерпевшим П, С, Б

Несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела привело к неправильному выводу о наличии прямой причинной связи между действиями ФИО1 и наступившими общественно-опасными последствиями в виде смерти П, причинения тяжкого вреда здоровью С, Б

Считает, что столкновение автомобиля ... с экскаватором-погрузчиком марки «...» при последующем сохранении расположения обоих транспортных средств в пределах своей полосы движения не привело к общественно-опасным последствиям, наличие которых является обязательным для наступления уголовной ответственности.

Ссылаясь на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», полагает, что в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренного ст.264 УК РФ, поскольку общественно-опасные последствия в виде смерти П., причинения тяжкого вреда здоровью С, Б наступили в результате выезда водителя С на полосу движения автомобиля ФИО1, а не вследствие действий ФИО1

В ходе судебного разбирательства из допросов экспертов-автотехников (в том числе эксперта Ю.), из заключения судебной автотехнической экспертизы №24 та от 28.07.2023 г. установлено, что ФИО1 не допускал нарушения ни разрешенной, ни допустимой по условиям видимости скорости движения, что свидетельствует о необоснованном вменении ему в вину нарушения требований абз.1 п.10.1 ПДД РФ.

При движении в условиях, когда опасность в виде движущегося в попутном направлении экскаватора-погрузчика марки «...» могла быть объективно обнаружена ФИО1 с учетом условий видимости лишь за 20 м, согласно заключению судебной автотехнической экспертизы №24 та от 28.07.2023, допросу эксперта М в действиях ФИО2, двигавшегося со скоростью не более 90 км/ч, нарушений требований п.9.10, абз.1 п.10.1 ПДД РФ не имеется, техническая возможность предотвратить столкновение у него отсутствовала.

Обстоятельства об условиях видимости экскаватора-погрузчика подтвердили помимо самого ФИО1 свидетели О, С, К, потерпевшая Б

Полагает, что протокол следственного эксперимента от 17.12.2021 (т.1 л.д.78-82), в ходе которого в отличие от показаний ФИО1 была установлена иная видимость экскаватора-погрузчика, равная 94,4 м, был необоснованно положен в основу обвинительного приговора.

Данное следственное действие произведено в иных условиях видимости, о чем ФИО1 сделана соответствующая отметка в протоколе. Кроме того, в ходе данного следственного действия ФИО1 не было обеспечено право на участие защитника, не были разъяснены предусмотренные ст.51 Конституции РФ и иные права. Протокол является единственным доказательством в обоснование выводов о нарушении ФИО1 требований п.9.10 ПДД РФ.

Оценивая действия участников дорожно-транспортного происшествия на предмет соответствия их требованиям ПДД РФ, эксперты-автотехники исходили из того, что автомобиль «...» под управлением ФИО1 после столкновения с экскаватором-погрузчиком «CASE 570 ST» совершил выезд на полосу встречного движения. При этом экспертами не были учтены зафиксированные в схеме данные о точке столкновения автомобиля «...» и автомобиля «...». Полагает, что неверные исходные данные оказали существенное влияние на правильность выводов экспертов при оценке действий участников дорожно-транспортного происшествия.

Судом первой инстанции необоснованно отказано стороне защиты в проведении по уголовному делу как дополнительной, так и повторной автотехнической экспертизы.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор ввиду отсутствия в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Дынга П.Е. просит приговор оставить без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы - отказать.

В судебном заседании апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат Музыкантов Ю.А. поддержали апелляционную жалобу.

Потерпевший С, представитель потерпевших С, К П - адвокат С, представитель потерпевшей Б - адвокат В полагали, что оснований для изменения либо отмены приговора не имеется.

Прокурор Колесова К.Н., приводя доводы о законности и обоснованности приговора, просила в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам стороны защиты, вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления соответствует установленным по делу фактическим обстоятельствам и подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, надлежащим образом исследованных в судебном заседании, оцененных в соответствии с требованиями УПК РФ и приведенных в приговоре.

Так, из показаний ФИО1 следует, что 16.12.2021 на принадлежащей ему автомашине «...» около 17 часов он выехал из <адрес> в <адрес>, двигался по автодороге .... На дороге было две полосы для движения, по одной в каждом направлении. В машине в качестве пассажиров находились: его жена – О, которая сидела на переднем пассажирском сиденье, ребенок в автолюльке – за ним на заднем сиденье, а за женой, то есть, сзади на правом пассажирском сиденье сидел С. Двигался по своей полосе со скоростью 80-85 км/час, с ближним светом фар. Когда проехал <адрес>, пошел снег, в районе <адрес> в свете фар впереди на расстоянии не более 15-20 м резко появилось что-то, похожее на установку трактора, он успел нажать на тормоз, но его машина врезалась передней правой стороной в заднюю левую часть препятствия. Когда он вышел из машины, то понял, что это был экскаватор-погрузчик (трактор), который до столкновения двигался частично по проезжей части, а частично – по обочине. ФИО3 под его управлением после столкновения с трактором, остановилась в своей полосе. Когда вышел из машины, то видел, что габаритные огни у трактора горели тускло. Метрах 100-150 стояли автомобили: «...», «...». Передняя часть автомашины «...» находилась на встречной для него полосе, то есть, машина стояла поперек дороги. Допускает, что его автомобиль могло выбросить на встречную полосу, и что было второе столкновение. Какие события происходили после столкновения с экскаватором-погрузчиком, ему не известно, поскольку и удар автомашины в трактор и удар его носом об руль, произошли одновременно.

Свидетель Г показал, что около 18 часов он перегонял экскаватор, двигался со стороны <адрес>, со скоростью около 35 км/ч, по правой полосе проезжей части ближе к обочине. Экскаватор был технически исправен, осветительные приборы работали, горели ближний и дальний свет, задние габаритные огни, подсветка номера. У экскаватора сзади расположен ковш, однако, видимость фар он не загораживает. На проезжей части было темно, местами шел снег. Ехали ли сзади него какие-то транспортные средства, не видел. В какой-то момент почувствовал удар в левую заднюю часть экскаватора, где находится установка. Поскольку масса экскаватора составляет 11 тонн, то этот удар траекторию его движения не изменил. Проехав еще метров пять, он затормозил и съехал на обочину, что происходило в это время на проезжей части, не видел. Остановившись, вышел из кабины, увидел, что за его трактором, в той же полосе, стоял автомобиль «...», за ним автомобили «...» и «...». Прибывшие сотрудники ГАИ осмотрели, в том числе, и его транспортное средство, проверили наличие и исправность световых приборов, которые работали.

Потерпевший С показал, что ехал из <адрес> в <адрес> на принадлежащем ему автомобиле марки «...», по дороге посадил в машину ранее незнакомого ему попутчика, который сел на переднее пассажирское сиденье. Интенсивность движения была небольшая. Проехав <адрес>, увидел впереди на встречной полосе трактор, притормозил, снизил скорость примерно до 70 км/ч. Когда почти поравнялся с трактором, из-за последнего на встречную полосу резко выскочил автомобиль, его (С) ослепило фарами, и произошел удар с левой стороны спереди, вдоль всей машины и до заднего крыла, при этом вырвало переднее левое колесо. После первого удара (столкновения с автомобилем «...») сработали подушки безопасности, его машину развернуло, понесло на 90?, она передней частью оказалась на встречной полосе, где столкнулась с автомобилем «...». Автомобиль «...» остался в своей полосе, а передняя часть его автомобиля развернулась на 180?. Он потерял сознание, а когда пришел в себя, вокруг бегали люди, попутчик был еще жив. Левая сторона его автомобиля была полностью повреждена, все стекла, кроме заднего, левая дверь, фара, крыло. По левой стороне его автомобиля от переднего крыла до задней двери остались следы лакокрасочного покрытия автомашины серого цвета. Видел, что перед его автомобилем стоял автомобиль «...», чуть впереди, ближе к обочине – трактор, у которого горели задние фонари, а рядом с его автомобилем сзади, почти сбоку – «...».

Из показаний свидетеля К следует, что 16.12.2021 около 18.00, он управлял автомобилем «...», государственный регистрационный знак №..., принадлежащим АО «...», двигался по автодороге ... со сторону <адрес> в направлении <адрес>, отвозил домой сотрудников С и Б, которые находились на заднем сиденье. На улице было темно, проезжая часть обработана, чистый асфальт, шел маленький снег, видимость не ограничивал, интенсивность движения была средней. Он ехал со скоростью примерно 95 км/ч. Впереди, по его полосе, на расстоянии примерно 100-150 метров двигался автомобиль марки «...». Не доезжая до <адрес>, он увидел, что на движущемся впереди транспортном средстве загорелись стоп-сигналы, и оно резко сместилось на встречную полосу. В следующую секунду он увидел экскаватор, который двигался впереди автомобиля «ВАЗ 2114», в это время последний резко выехал на полосу встречного движения, ударив при этом левой передней стороной автомобиля в правую заднюю часть экскаватора, от чего автомобиль «...» подкинуло, и в то же время он пропал из его поля зрения. Через секунды со встречного направления в его автомобиль въехал автомобиль «...». Момента столкновения автомобилей «...» и «...» он не видел. Поскольку все произошло очень быстро, применить экстренное торможение он не успел. Столкновение автомобилей «...» и «...» произошло на его полосе движения, «...» двигался в заносе, удар пришелся передней частью автомобиля «...» в переднее правое крыло и переднюю правую дверь автомобиля «...». После удара автомобиль «...» развернуло, и он остановился на правой полосе, передней частью в сторону правой обочины.

Потерпевшая Б показала, что 16.12.2021 на служебном автомобиле марки «...», возвращалась домой в <адрес>. За рулем был водитель К, она сидела на заднем сиденье за водителем, рядом с ней - ее коллега С На улице было темно, шел небольшой снег. В какой-то момент впереди идущая автомашина резко затормозила, она поняла это по загоревшимся стоп-сигналам. Затем она почувствовала удар, который пришелся, как ей показалось, в левую переднюю часть автомобиля. Полагает, что столкновение произошло с автомобилем, двигавшимся во встречном направлении, поскольку видела свет фар. Экскаватора на дороге не видела, с каким автомобилем произошло столкновение, не знает.

Согласно заключению эксперта от 24.02.2022 №11-м причиной смерти П явилась сочетанная тупая травма тела груди и живота с переломами костей скелета ушибами и разрывами внутренних органов (сердца, легких, печени). Установлены следующие повреждения: сочетанная тупая травма тела: тупая травма грудной клетки: множественные переломы ребер по нескольким анатомическим линиям 1-7 справа, 1-8 слева, разрывы верхней и средней доли правого легкого, ушибы обоих легких, разрывов и ушиб сердца, поверхностный разрыв внутренней стенки правого желудочка, разрыв левой боковой стенки сердечной сорочки, кровоизлияния по передней поверхности грудной клетки, грудной клетки по правой лопаточной линии, в переднее средостение; кровоизлияния в плевральные полости, слева - следы, кровоизлияние в сердечную сорочку; тупая травма живота: разрывы печени, кровоизлияние в брюшную полость; оскольчатый перелом правой лопатки в подостной ямке; перелом наружного надмыщелка правой большеберцовой кости; оскольчатый перелом правой большеберцовой кости в средней трети; линейный перелом правой малоберцовой кости на границе верхней и средней трети; гематомы в области правого коленного сустава, средней трети левого бедра; кровоизлияния в ткани обеих голеней; рана правой бровной области; ссадины височно-теменной области, височно-теменной области, правой скуловой области, тыла правой кисти, ладонной и внутренней поверхности правой кисти, правого бедра, правой голени и коленной области, левого бедра, левой коленной области, левой голени; кровоподтеки правой локтевой области, тыла правой кисти, передней поверхности грудной клетки, передней брюшной стенки, правого бедра, правой коленной области, правой голени, правой стопы, левого бедра, левой коленной области, левой голени, в проекции наружной и внутренней лодыжек левой голени. Сочетанная тупая травма тела у П образовалась в быстрой последовательности, незадолго до смерти, возникла от ударных воздействий твердых тупых предметов, с местами приложения силы, преимущественно по передней поверхности тела, не исключается возможность образования данной травмы в условиях дорожно-транспортного происшествия, от соударения с частями автомобиля. Разрывы легких и сердца являются опасными для жизни, поэтому все повреждения, входящие в комплекс сочетанной тупой травмы тела, квалифицируются в совокупности по данному признаку как причинившие тяжкий вред здоровью П Сочетанная тупая травма тела состоит в прямой причинной связи со смертью П (т.1 л.д.179-184).

Согласно заключению эксперта от 10.03.2023 №826 у Б установлены следующие повреждения: ссадины на лице, кровоподтек на правой голени, многооскольчатый перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости без смещения, перелом шиловидного отростка правой локтевой кости без смещения, оскольчатый перелом диафиза левой бедренной кости, установлена закрытая травма органов грудной клетки: перелом 8 ребра слева, ушиб левого легкого. Указанные повреждения образовались в результате травмирующих воздействий тупого твердого предмета (предметов), их образование возможно в результате дорожно-транспортного происшествия, в срок, отмеченный в фабуле постановления о назначении судебно-медицинской экспертизы. Ссадины и кровоподтек, как поверхностные повреждения, сами по себе, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Для лечения многооскольчатого перелома дистального метаэпифиза правой лучевой кости без смещения, перелома шиловидного отростка правой локтевой кости без смещения, закрытой травмы органов грудной клетки: перелома 8 ребра слева, ушиба левого лёгкого, необходим срок более 21 дня, поэтому данные повреждения, по признаку длительного расстройства здоровья, каждое в отдельности и все вместе, повлекли за собой средней тяжести вред здоровью. Оскольчатый перелом диафиза левой бедренной кости сопровождается значительной стойкой утратой общей трудоспособности не менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30 процентов), независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи и по этому признаку повлек за собой тяжкий вред здоровью Б (т.3 л.д.115-117).

Согласно заключению эксперта от 08.11.2022 №3945 у С установлены следующие повреждения: ушиб правого легкого, который образовался, вероятнее всего, в результате общего сотрясения тела при воздействии на него твердого тупого предмета; закрытая травма живота, включающая в себя следующие повреждения: два разрыва брыжейки подвздошной кишки длиной по 3,0 см каждый, участок десерозирования стенки сигмовидной кишки длиной около 3,0 см, со скоплением крови в малом тазу, которые образовались, вероятнее всего, в результате общего сотрясения тела при воздействии на него твердого тупого предмета, что привело к резкому натяжению брыжейки подвздошной кишки из-за смещения кишечника. Вышеуказанные повреждения могли быть причинены в результате дорожно-транспортного происшествия, при обстоятельствах и в срок, отмеченных в фабуле постановления о назначении экспертизы, вероятнее всего, пострадавший в момент причинения ему повреждений находился в положении сидя, повреждения могли быть причинены любой частью (частями) салона автомобиля. Для лечения ушиба правого легкого, при отмеченной в медицинских документах клинической симптоматике, согласно общепринятых медицинских норм, необходим срок не более 21 дня, в связи с чем данное повреждение по признаку кратковременного расстройства здоровья повлекло за собой легкий вред здоровью С Закрытая травма живота, включающая в себя следующие повреждения: два разрыва брыжейки подвздошной кишки длиной по 3,0 см каждый, участок десерозирования стенки сигмовидной кишки длиной около 3,0 см, со скоплением крови в малом тазу по своему характеру непосредственно создавала угрозу для жизни пострадавшего, в связи с чем, по признаку опасности для жизни человека повлекла за собой тяжкий вред здоровью С (т.2 л.д.151-153).

При осмотре места происшествия 16.12.2021 - 25 км автодороги ... в <адрес> установлено место дорожно-транспортного происшествия, дорожные условия, транспортные средства, их повреждения (т.1 л.д.11-20, 22-29).

В ходе следственного эксперимента, проведенного 17.12.2021 с 22.30 по 23.20, установлено, что водитель автомобиля «...» ФИО1, двигаясь со скоростью 85 км/ч, видимость экскаватора-погрузчика составляет 94,4 м (т.1 л.д.78-81).

Согласно заключению эксперта от 11.05.2022 №911/2-1/13.1 в данной дорожной ситуации водитель автомобиля «...» ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями п.п.9.10, 10.1 абз.1 ПДД РФ, его действия не соответствовали требованиям п.п. 9.10, 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ, выполняя которые, он имел возможность предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие. В действиях водителя экскаватора-погрузчика «...» Г несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ не имеется. В действиях водителя «...» К несоответствий требованиям п.10.2 абз.2 ПДД РФ не имеется, имеется несоответствие действий п.10.3 ПДД РФ, водитель К не располагал технической возможностью предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие. В действиях водителя «...» С несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ не имеется, водитель С не располагал возможностью предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие (т.1 л.д.223-230).

Эксперт ФБУ «...» Минюста России Ю подтвердил изложенные в заключении от 11.05.2022 № 911/2-1/13.1 выводы. Относительно механизма ДТП пояснил, что автомобиль «...» двигался вне населенного пункта, в попутном направлении ближе к правому краю проезжей части двигался погрузчик. Произошло столкновение автомобиля «...» с задней частью погрузчика, после которого автомобиль «...» выехал на полосу встречного движения, и произошло столкновение со встречным автомобилем «...», двигавшимся во встречном направлении. Автомобиль «...» после столкновения с автомобилем «...» выехал на полосу встречного для него движения, где произошло столкновение с автомобилем «...». Вывод о нарушении водителем автомобиля «...» пунктов 9.10, 10.1 ПДД сделан, исходя из того, что водитель должен соблюдать такую дистанцию, которая позволяла бы ему двигаться с безопасной скоростью, учитывая интенсивность движения, состояние транспортного средства, груза, дорожные и метеорологические условия, состояние проезжей части, покрытие. Поскольку произошло столкновение, то было несоответствие действий водителя автомобиля «...» требованиям п.п.9.10. и 10.1 ПДД РФ, при выполнении которых у водителя автомобиля ...» была возможность предотвратить столкновение. Остальными участниками ДТП нарушений ПДД РФ допущено не было. Если бы погрузчик двигался без включенных габаритных огней, был бы необходим расчет технической возможности избежать столкновения, а в данных обстоятельствах достаточно факта столкновения, чтобы говорить о нарушении водителем автомобиля ««...» ПДД РФ.

Согласно заключению экспертов от 28.07.2023 №24та за 5 метров до столкновения автомобиля «...» с экскаватором «...», «...» находился на расстоянии не менее 23,3 м от автомобиля «...»; автомобиль «...» двигался со стороны <адрес> в сторону <адрес> по правой относительно своего направления движения стороне проезжей части дороги, во встречном ему направлении двигались транспортные средства: экскаватор «...», «...», «...». Первоначально автомобиль «...» контактировал передней правой частью кузова с задней левой частью стабилизатора экскаватора «...». Квалификация столкновения по направлению движения – продольное, по своему характеру взаимного сближения-попутное, по относительному расположению продольных осей – параллельное (прямое), по характеру взаимодействия при ударе – касательное. В результате данного правоэксцентричного столкновения происходит разворот автомобиля «...» с вращением вокруг вертикальной оси, проходящей через центр масс, в направлении хода часовой стрелки. После чего происходит касательное столкновение автомобиля «...» с автомобилем «...». Экскаватор «...» после контакта с автомобилем «ВАЗ ...» стал перемещаться в продольном направлении в направлении места конечного его положения, зафиксированного в схеме места дорожно-транспортного происшествия. Автомобиль «...» контактировал передней левой частью кузова с передней левой частью кузова автомобиля «...». Классификация столкновения по направлению движения – продольное, по характеру взаимного сближения – встречное, продольные оси указанных транспортных средств в начале столкновения относительно друг друга располагались под углом близким к развернутому. Автомобиль «...» после контакта с автомобилем «...» стал перемещаться в продольном направлении в направлении места конечного его положения, зафиксированного в схеме места дорожно-транспортного происшествия, т.к. первичный разворачивающий момент был компенсирован (уравновешен) касательным столкновением с автомобилем «...». После контакта автомобиль «...» контактировал передней правой частью кузова с передней частью автомобиля «...». При этом продольные оси указанных транспортных средств в начале столкновения относительно друг друга располагались под некоторым тупым углом. После первоначального контакта начало происходить взаимное внедрение автомобилей с разрушениями и деформациями элементов кузова, до блокирующего взаимодействия с последующим расцеплением. После контакта автомобиль «...» стал перемещаться в направлении места конечного его положения, зафиксированного в схеме места дорожно-транспортного происшествия, в процессе данного перемещения совершал поступательные движения. Автомобиль «...» после контакта с автомобилем «...» стал перемещаться в направлении места конечного его положения, зафиксированного в схеме места дорожно-транспортного происшествия, в процессе данного перемещения совершал как поступательное, так и вращательное движение, с вращением вокруг вертикальной оси, проходящей через центр масс, в направлении хода часовой стрелки.

В сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля «...» ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями ч.1 п.10.1 с учетом п.10.3 Правил дорожного движения РФ, а именно, вести свое транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения (90 км/ч), учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. Далее при обнаружении движущегося впереди его в попутном направлении – по проезжей части транспортное средства – экскаватор «...», должен был снизить скорость своего автомобиля до скорости движения экскаватора, в соответствии с требованиями п. 9.10 Правил дорожного движения РФ.

Если видимость экскаватора с рабочего места водителя «...» при скорости 80 и 90 км/ч со слов водителя ФИО1 составляла 15-20 м, в действиях водителя автомобиля «...» ФИО1 не соответствий требованиям п. 9.10 Правил дорожного движения РФ не усматривается. В этом случае даже при принятии водителем автомобиля «...» ФИО1 своевременных мер к торможению в момент обнаружения экскаватора «...», водитель ФИО1 не имел технической возможности предотвратить столкновение, поскольку экскаватор «...», при неизменных направлении и скорости движения не покидал опасной зоны.

В случае видимости экскаватора с рабочего места водителя «...» при скорости 80 и 90 км/ч по результатам следственного эксперимента - 94,4 м, действия водителя автомобиля «...» ФИО1 не соответствовали требованиям п. 9.10 Правил дорожного движения РФ. В этой дорожной ситуации водитель автомобиля «...» ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с экскаватором «...» путем своевременного снижения скорости своего автомобиля «...» до скорости движения экскаватора.

В сложившейся дорожной ситуации водитель экскаватора погрузчика марки «...» Г должен был действовать в соответствии с требованиями части 1 п. 10.1 с учетом части 1 п. 10.5 Правил дорожного движения РФ., а именно: вести свое транспортное средство со скоростью, не превышающей максимальную скорость, определенную технической характеристикой транспортного средства (39 км/ч), учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. В действиях водителя экскаватора-погрузчика марки «...» Г несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается.

В сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля «...» К должен был действовать в соответствии с требованиями части 1 п. 10.1 с учетом п. 10.3 Правил дорожного движения РФ, а именно: вести свое транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения (90 км/ч), учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Далее при обнаружении транспортного средства («...») на своей полосе движения и расценив данную ситуацию как опасность для движения, водитель автомобиля «...» К должен был руководствоваться требованиями части 2 п.10.1 Правил дорожного движения РФ, а именно должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Действия водителя автомобиля «...» К не соответствовали требованиям частями 1 п. 10.1 с учетом п. 10.3 Правил дорожного движения РФ. Поскольку в данной дорожной ситуации до момента столкновения автомобиль «...» не был остановлен, то решение вопроса о том, располагал ли водитель марки «...» регистрационный знак №... К технической возможностью предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие, не имеет смысла поскольку, поскольку ни снижение скорости, ни остановка не исключает возможности столкновения.

В сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля «...» С должен был действовать в соответствии с требованиями части 1 п. 10.1 с учетом п. 10.3 Правил дорожного движения РФ, а именно: вести свое транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения (90 км/ч), учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Далее при встречном разъезде с впереди идущим транспортным средством («...»), должен был действовать в соответствии с требованиями п. 9.10 Правил дорожного движения РФ, а именно: при движении по автодороге водитель С должен был двигаться по правому краю проезжей части, а также соблюдать необходимый боковой интервал со встречными транспортными средствами, обеспечивающий безопасность движения. Далее при обнаружении транспортного средства («...») на своей полосе движения и расценив данную ситуацию как опасность для движения, должен был руководствоваться требованиями части 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, а именно должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Поскольку в данной дорожной ситуации до момента столкновения автомобиль «ВАЗ 2114» не был оставлен, то решение вопроса о том, «располагал ли водитель марки «...» С технической возможностью предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие», не имеет смысла поскольку, поскольку ни снижение скорости, ни остановка не исключает возможности столкновения. В действиях водителя автомобиля «...» С несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается (т.4 л.д.38-49).

Эксперт ЭКЦ УМВД России по Вологодской области М подтвердил изложенные в заключении от 28.07.2023 № 24та выводы.

По механизму столкновения автомобиля «...» с экскаватором пояснил, что на основании изображенных на фотографиях повреждений автомобиля было определено, что автомобиль «...» контактировал с экскаватором передней правой частью. В результате столкновения автомобиль «...» могло развернуть на встречную полосу, однако имеющиеся параллельные прямолинейные следы говорят о том, что вращательного момента не наступило, поскольку он сразу был погашен компенсационным столкновением с автомобилем «...».

Эксперт ЭКЦ УМВД России по Вологодской области П подтвердил изложенные в заключении от 28.07.2023 № 24та выводы, указав, что действия водителя автомобиля «...» ФИО1 при конкретной видимости препятствия, указанной следствием, – 94,4 метра, при скоростях 80 и 90 км/час, не соответствовали требованиям п.9.10 ПДД РФ. После столкновения «...» и экскаватора движение «...» было правоэксцентричным, центр тяжести сместился, произошел поворачивающийся момент по часовой стрелке, левая передняя часть автомобиля «...» стала смещаться вправо, а задняя левая часть – в сторону встречной полосы. Имел место разворот, который далее был компенсирован «...», разворачивающееся движение было погашено. «...» и трактор прямолинейно проехали по своей полосе. Автомобиль «...» двигался со стороны <адрес>, по своей полосе движения, а в момент контактирования с автомобилем «...» стал перемещаться на полосу встречного движения. Точки контактирования транспортных средств определены по скоростям движения, удаленности, механизму движения транспортных средств, по тому, как они находились в конечном итоге, по движению. Полагал, что схема места дорожно-транспортного происшествия (т.1 л.д.19-20) составлена некорректно, поскольку в ней не указаны точки контакта каждого автомобиля.

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается показаниями потерпевших П, К, свидетелей П, С, С, Б, О, С, протоколами выемок, осмотров и другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Проверив и оценив приведенные доказательства в соответствии с положениями ст.88 УПК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что для постановления обвинительного приговора доказательств по делу собрано достаточно, и все они, положенные в его обоснование, являются допустимыми.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для того, чтобы давать иную оценку исследованным и проверенным судом доказательствам, а также тем фактическим обстоятельствам, которыми суд руководствовался при принятии решения о виновности осужденного, поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при оценке доказательств по делу не допущено. Все выводы суда подробно мотивированы в приговоре, указаны мотивы, почему суд принимает одни доказательства и отвергает другие.

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевших С, Б, свидетелей Г, К С, С, Б, оглашенных показаний свидетеля С, данных в ходе предварительного расследования, не имеется, поскольку данные показания получены в соответствии с требованиями закона, согласуются между собой и другими доказательствами, существенных противоречий, влияющих на доказанность вины осужденного и квалификацию его действий, не содержат. Причин для оговора ФИО1 не установлено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в том числе о том, что автомобиль «...» под управлением ФИО1 свою полосу движения после столкновения с экскаватором-погрузчиком «CASE 570 ST» не покидал, столкновение с автомобилем «...» под управлением С произошло на полосе движения автомобиля «...», суду первой инстанции были известны, проверены и обоснованно отвергнуты, поскольку опровергаются исследованными и приведенными в приговоре доказательствами.

Вопреки доводам стороны защиты, предусмотренные ст.73 УПК РФ и подлежащие доказыванию обстоятельства судом установлены, в том числе: место дорожно-транспортного происшествия с достаточной для вынесения обвинительного приговора точностью, механизм дорожно-транспортного происшествия, пункты ПДД РФ, которые нарушил ФИО1, наступившие последствия, причинная связь между действиями ФИО1 и наступившими последствиями, а сам приговор в полной мере соответствует требованиям ст.ст.307-309 УПК РФ, противоречий и неясностей не содержит.

Оснований для признания протокола следственного эксперимента от 17.12.2021 недопустимым доказательством не имеется. Следственное действие проведено в соответствии с требованиями УПК РФ. В результате следственного действия установлена скорость движения автомобиля ВАЗ - 85 км/ч и видимость экскаватора-погрузчика – 94,4 м. При этом сторона защиты не оспаривает установленные данные, а указывает на отличие условий видимости, при которых произошло ДТП, и проводился следственный эксперимент. Судом первой инстанции дана оценка доводам стороны защиты.

По уголовному делу проведены автотехнические экспертизы, по результатам которых даны заключение эксперта от 11.05.2022 № 911/2-1/13.1 и заключение экспертов от 28.07.2023 № 24 та.

Судом первой инстанции на основании заключения эксперта от 11.05.2022 №911/2-1/13.1 обоснованно сделан вывод о нарушении ФИО1 требований как п.9.10, так и абз.1 п.10.1 ПДД РФ, поскольку он выбрал скорость движения, не соответствующую дорожным условиям, то есть без учета двигающегося впереди с меньшей скоростью в попутном направлении экскаватора-погрузчика «...», не применил приемы управления автомобилем, которые бы позволили не допустить сокращение дистанции, в результате чего и произошло столкновение автомобиля марки «...» с экскаватором-погрузчиком «...».

Заключением экспертов от 28.07.2023 № 24та не установлено несоответствий действий водителя ФИО1 требованиям абз.1 п.10.1 ПДД РФ. Данное обстоятельство не ставит под сомнение обоснованность заключения от 11.05.2022 №911/2-1/13.1. Допрошенные в судебном заседании эксперты Ю., М и П подтвердили и подробно обосновали свои выводы.

Экспертизы проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, экспертами, квалификация которых сомнений не вызывает. Заключения экспертов оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, выводы не содержат противоречий относительно механизма дорожно-транспортного происшествия, являются ясными и понятными. Поэтому суд первой инстанции обоснованно принял их в качестве доказательств по уголовному делу.

Представленная суду апелляционной инстанции адвокатом Музыкантовым Ю.А. схема развития ДТП на фотографии от 11.03.2025 не ставит под сомнение правильность установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела. Судом дана оценка схеме и фотографии к осмотру места происшествия (т.1 л.д.21), в приговоре приведены обстоятельства, при которых они были изготовлены.

При таких обстоятельствах оснований для назначения повторной комплексной автотехнической экспертизы, о чем просит сторона защиты, не имеется.

Исследованными доказательствами установлено, что 16.12.2021 в вечернее время суток ФИО1, управляя автомобилем «...», двигаясь в направлении <адрес>, нарушил требования п.п.9.10, 10.1. абз.1 Правил дорожного движения РФ, а именно: не выбрал скорость движения, соответствующую дорожным условиям, и не применил такие приемы управления автомобилем, которые бы позволили ему не допустить сокращение дистанции до двигающегося в попутном направлении экскаватора-погрузчика «...», в результате чего произошло столкновение автомобиля марки «...», с экскаватором-погрузчиком «...» под управлением Г, который двигался в попутном направлении прямо по правой полосе проезжей части автомобильной дороги. После столкновения автомобиль марки «...» под управлением О изменил траекторию движения и осуществил выезд на встречную полосу движения по направлению от <адрес>, где произошло столкновение с автомобилем марки «...» под управлением С, который двигался во встречном направлении прямо по правой полосе проезжей части автомобильной дороги в направлении <адрес>. В результате столкновения с автомобилем марки «...» автомобиль марки «...» под управлением С выехал на полосу встречного движения, где произошло столкновение с двигавшимся во встречном направлении со стороны <адрес> в сторону <адрес> автомобилем «...» под управлением К В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир автомобиля марки «...» П получил травмы и скончался в машине скорой помощи при доставлении в БУЗ ВО «...» 16 декабря 2021 года, водителю автомобиля марки «...» С, пассажиру автомобиля марки «...» Б причинен тяжкий вред здоровью.

Нарушение подсудимым ФИО1 указанных пунктов Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями.

Квалификация действий ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, смерть человека, в приговоре подробно мотивирована и является правильной.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, влекущих отмену приговора, допущено не было. Дело расследовано и рассмотрено всесторонне и объективно. В ходе судебного разбирательства исследованы все представленные сторонами доказательства, имеющие значение для установления фактических обстоятельств дела.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ, с учетом всех обстоятельств, влияющих на наказание, в том числе смягчающих наказание обстоятельств, которыми суд признал: наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), принесение извинений потерпевшим, наличие ведомственных наград.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения, данных о личности осужденного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств суд обоснованно пришел к выводу о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Суд рассмотрел возможность применения положений ч.6 ст.15, ст.ст.53.1, 64, 73 УК РФ, но не нашел к тому оснований. Не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Отбывание наказания в колонии-поселении назначено в соответствии с требованиями п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ

При таких обстоятельствах назначенное осужденному наказание является справедливым и соразмерно содеянному, полностью отвечает задачам исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. Оснований для признания назначенного наказания несправедливым вследствие его чрезмерной суровости суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд обоснованно удовлетворил на основании ст.ст.151, 1099 - 1101 ГК РФ гражданские иски о возмещении морального вреда потерпевших Б, С, П, К

Размер компенсации морального вреда определен судом в соответствии с требованиями закона, исходя из обстоятельств дела, характера причиненных физических и нравственных страданий потерпевшим, семейного и материального положения осужденного, требований разумности и справедливости.

Таким образом, оснований, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Вологодского районного суда Вологодской области от 27 декабря 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст.401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда первой инстанции в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанцией.

Председательствующий Кузьмин С.В.