Определение № 33-15984/2025 от 25 декабря 2025 г.

Мотивированное
определение изготовлено 26.12.2025

Дело №33-15984/2025

УИД 66RS0003-01-2025-001361-74

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 12.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Кокшарова Е.В.,

судей Мурашовой Ж.А.,

Ершовой Т.Е.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Волковым К.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области о признании решения об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца незаконным,

по апелляционной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области на решение Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 29.07.2025.

Заслушав доклад судьи Кокшарова Е.В., объяснения ФИО1, представителя Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области - ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (далее - пенсионный орган) о признании решения №737692/24 об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, на основании ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» до достижения им возраста 23 лет, незаконным; взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 21200 руб.

В обоснование иска указал, что <дата> умер его отец ( / / )3, который оказывал ему финансовую помощь, в силу отсутствия у ФИО1 собственных денежных средств к существованию, обучения по очной форме в высшем учебном заведении. Полагая, что имеет право на назначение страховой пенсии по случаю потери кормильца, на основании ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» ФИО1 19.09.2024 обратился в территориальное подразделение пенсионного органа с соответствующим заявлением. Решением пенсионного органа №737692/24 ФИО1 отказано в установлении страховой пенсии по случаю потери кормильца на основании ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях», в связи с отсутствием факта нахождения на иждивении умершего кормильца. Необоснованный отказ пенсионного органа в назначении страховой пенсии, нарушает право истца на получение мер поддержки в связи со смертью кормильца.

Решением Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 29.07.2025 иск ФИО1 удовлетворен.

Судом постановлено:

признать решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области №737692/24 об отказе ФИО1 в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца незаконным;

взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области в пользу ФИО1 расходы по оплате юридических услуг в размере 21200 руб., государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Не согласившись с решением суда, Отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области подана апелляционная жалоба, содержащая просьбу отменить судебное постановление, принять по делу новое решение об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку выводы суда, изложенные в судебном постановлении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом неправильно применены нормы материального права.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указано на то, что сам по себе факт обучения по очной форме обучения в образовательном учреждении не свидетельствует о нетрудоспособности ФИО1, поскольку получение образования не ограничивает возможности приобретения постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности. Согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставляемым из информационных ресурсов Социального фонда Российской Федерации ФИО1 на день смерти кормильца (<дата>) осуществлял трудовую деятельность в ФГБОУ ВО «УГГУ» в период с 07.03.2024 по 12.04.2024, т.е. имел собственный источник средств к существованию. Истцом не доказан факт нахождения на иждивении ( / / )3, в связи с чем отнесение его к трудоспособным членам семьи умершего кормильца, является основанием для отказа в назначении пенсии по случаю потери кормильца. Полагает, что исходя из категории спора, уровня сложности и объема, совершенных представителем действий, определенный судом размер возмещения судебных расходов является чрезмерным.

В суд апелляционной инстанции явились представитель Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области - ФИО2, настаивавшая на доводах апелляционной жалобы, ФИО1, указавший на законность и обоснованность решения суда, не подлежащего отмене по доводам апелляционной жалобы.

Третье лицо ФИО3, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции посредством заблаговременного (21.11.2025) размещения соответствующей информации на официальном сайте Свердловского областного суда в сети «Интернет», направления электронного письма, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явилась, правом на участие в деле через своего представителя, наделенного в установленном порядке полномочиями, не воспользовалась.

Судебная коллегия не нашла оснований для отложения судебного разбирательства и сочла возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены либо изменения решения суда, который правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применил нормы материального права, регулирующие возникшие правоотношения, на основании исследования и оценки имеющихся в деле доказательств в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделал обоснованный вывод о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии с ч.2 ст.2 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом. Изменение условий назначения страховых пенсий, норм установления страховых пенсий и порядка выплаты страховых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений в настоящий Федеральный закон.

Положения ст.4 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее - Федеральный закон от 28.12.2013 №400-ФЗ) устанавливают круг лиц, имеющих право на страховую пенсию, к которым относятся граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом (ч.1), а нетрудоспособные члены семей указанных граждан имеют право на страховую пенсию в случаях, предусмотренных ст. 10 настоящего Федерального закона (ч. 2).

Условия назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца определены в ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ, в соответствии с которыми право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке) (ч. 1 ст. 10).

Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в том числе дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет (п. 1 ч. 2 ст. 10).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (ч. 3 ст. 10).

В соответствии с ч.4.1 ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ предполагается и не требует доказательств иждивение детей умершего кормильца, достигших возраста 18 лет, обучающихся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, при условии, что на день смерти кормильца они не осуществляли работу и (или) иную деятельность, в период которой они подлежат обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

Дети умершего кормильца, достигшие возраста 18 лет, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, осуществлявшие на день смерти кормильца работу и (или) иную деятельность, в период которой они подлежали обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», признаются состоявшими на его иждивении в случае, если они получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (ч.4.2 ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях»).

По смыслу приведенных выше нормативных положений иждивение предполагает как полное содержание члена семьи умершим кормильцем, так и получение от него помощи, являющейся для этого лица постоянным и основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у члена семьи умершего кормильца какого-либо собственного дохода (получение пенсии и других выплат). Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего кормильца членом его семьи может быть установлен, в том числе в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим кормильцем, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию нетрудоспособного члена семьи умершего кормильца.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что <дата> умер ( / / )3, являющийся отцом ФИО1, <дата> рождения.

Согласно справке ФГБОУ ВО «Уральский государственный горный университет» от 14.03.2025 №1933, ФИО1 является студентом 3 курса горно-механического факультета очной формы обучения по основной образовательной программе в организации, осуществляющей образовательную деятельность по направлению подготовки (специальности) - 15.03.02 «Технологические машины и оборудование». Начало обучения - 01.09.2022, срок окончания обучения - 30.06.2026.

19.09.2024 ФИО1 обратился в территориальное подразделение пенсионного органа с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, на основании ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области №737692/24 ФИО1 отказано в установлении страховой пенсии по случаю потери кормильца, согласно ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ, в связи с отсутствием факта нахождения на иждивении у умершего кормильца.

Как следует из решения пенсионного органа, ( / / )3, <дата> рождения, умерший <дата>, на момент смерти осуществлял трудовую деятельность в АО «НПК «Уралвагонзавод». Согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставляемым из информационных ресурсов Социального фонда Российской Федерации ФИО1 на день смерти кормильца (<дата>) осуществлял трудовую деятельность в ФГБОУ ВО «УГГУ» с марта 2024 года, т.е. имел собственный источник средств к существованию.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленное требование о признании решения Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области №737692/24 об отказе ФИО1 в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца незаконным, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.39 Конституции Российской Федерации, Федерального закона от 15.12.2001 №166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях», исходил из того, что на момент смерти ( / / )3 и до рассмотрения дела в суде истец являлся студентом, материальная помощь его отца служила для него постоянным и основным источником средств к существованию, полученная ФИО1 оплата, произведенная ФГБОУ ВО «УГГУ», т.е. по месту прохождения непосредственного обучения в организации, осуществляющей образовательную деятельность по договору возмездного оказания услуг за период с 07.03.2024 по 12.04.2024 в размере 30415 руб. (после удержания налога на доходы физических лиц), имела разовый характер, в период учебного года по месту учебы доход у ФИО1 непосредственно от трудовой деятельности, равно как иные самостоятельные средства к существованию, на момент смерти отца отсутствовали.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, верной оценке представленных в материалы дела доказательств.

При решении вопроса о праве ФИО1 на получение пенсии по случаю потери кормильца, подлежат применению положения ч.4.1,4.2 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ, предусматривающие необходимость доказывания факта нахождения совершеннолетних детей на иждивении умерших родителей, поскольку законодательно предоставленная гражданину, достигшему возраста 18 лет, возможность работать и получать заработную плату, осуществлять предпринимательскую деятельность и получать доход, т.е. иметь собственный источник средств к существованию и самостоятельно распоряжаться им, влечет необходимость проверки этих фактов при принятии решения о праве на получение пенсии по случаю потери кормильца.

Как указано выше, право на страховую пенсию по случаю потери кормильца, по общему правилу, имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ). Вместе с тем, исходя из того что нетрудоспособность, как правило, определяется на основании возрастных критериев либо обусловливается наличием инвалидности, нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в частности, его дети, братья, сестры и внуки, не достигшие 18 лет, или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения 18 лет, а также его дети, братья, сестры и внуки, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет (п. 1 ч. 2 ст. 10).

Само по себе предоставление детям умершего кормильца, обучающимся в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, возможности получать страховую пенсию по случаю потери кормильца, в том числе после достижения совершеннолетнего возраста, согласуется с положениями Конституции Российской Федерации (ч. 2 ст. 7; ч. 1 ст. 39), а также международно-правовых актов в области социального обеспечения, нормы которых предусматривают, что термин «ребенок» может охватывать не только лиц, не достигших возраста окончания обязательного школьного образования, но и перешагнувших данный возрастной рубеж, - при условии, что они проходят курс ученичества или продолжают учебу, в связи с чем страховая пенсия по случаю потери кормильца, выплачиваемая детям умершего кормильца, обучающимся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, по своей правовой природе представляет собой особую меру государственной поддержки, целью которой является создание благоприятных условий для реализации указанной категорией лиц конституционного права на образование.

При этом возникновение у детей умершего кормильца после достижения ими возраста 18 лет права на получение пенсии по случаю потери кормильца обусловлено не просто самим фактом их обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а освоением ими исключительно основных образовательных программ и лишь по очной форме обучения.

Согласно разъяснениям, данным в абз.3 п.п. «б» п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 №14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», при определении круга лиц, относящихся к нетрудоспособным иждивенцам, судам необходимо руководствоваться пунктами 2, 3 ст.9 Федерального закона от 17.12.2001 №173-ФЗ «О трудовых пенсиях Российской Федерации», в которых дается перечень нетрудоспособных лиц, а также устанавливаются признаки нахождения лица на иждивении.

Понятие иждивения содержится в п. 3 ст. 9 Федерального закона от 17.12.2001 №173-ФЗ «О трудовых пенсиях Российской Федерации», согласно которого членами семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Под полным содержанием умершим кормильцем членов семьи понимаются действия умершего кормильца, направленные на обеспечение членов семьи всеми необходимыми жизненными благами (питание, жилье, одежда, обувь и другие предметы жизненной необходимости).

Постоянный характер помощи означает, что она не являлась случайной, единовременной, а оказывалась систематически, в течение некоторого периода и что умерший взял на себя заботу о содержании данного члена семьи.

Понятие основной источник средств к существованию предполагает, что помощь кормильца должна составлять основную часть средств, на которые жили члены семьи. Она должна по своим размерам быть такой, чтобы без не члены семьи, получившие её, не смогли бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

Оценивая представленные доказательства по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к правильному выводу о том, что нахождение истца на иждивении отца нашло своё надлежащее подтверждение.

Установив в ходе судебного разбирательства, что ФИО1 не достигший 23-летнего возраста, являлся с 01.09.2022 и на день рассмотрения спора, а также на день смерти отца студентом, обучающимся на бюджетной основе по очной форме обучения в ФГБОУ ВО «Уральский государственный горный университет», материальная помощь его отца являлась постоянным и основным источником средств к существованию, суд первой инстанции, с выводами которого соглашается суд апелляционной инстанции, пришел к обоснованному выводу о наличии у истца права на получение в связи со смертью отца пенсии по случаю потери кормильца. Получаемая ФИО1 оплата произведенная ФГБОУ ВО «УГГУ», т.е. по месту прохождения непосредственного обучения в организации, осуществляющей образовательную деятельность по договору возмездного оказания услуг за период с 07.03.2024 по 12.04.2024 в размере 30415 руб. (после удержания налога на доходы физических лиц), обоснованно не признана судом первой инстанции в качестве постоянного источника материального обеспечения, поскольку имела разовый характер, в период учебного года по месту учебы доход у ФИО1 непосредственно от трудовой деятельности, равно как иные самостоятельные средства к существованию, на момент смерти отца отсутствовали, истец продолжал очное обучение по основной образовательной программе в организации, осуществляющей образовательную деятельность, его статус студента не изменился.

Исходя из положений ч.1 ст. 55, ст.ст. 59,60,67,68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, фактических обстоятельств дела, суд первой инстанции дал надлежащую оценку объяснениям истца о его нахождении на иждивении отца, как нетрудоспособного члена семьи, которые нашли своё подтверждение совокупностью представленных в дело доказательств.

Как видно из постановленного решения, каждое представленное суду доказательство (в том числе, письменные доказательства, объяснения сторон) оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Судом первой инстанции оценены достаточность и взаимная связь всех собранных по делу доказательств в их совокупности, в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном решении.

Несогласие в жалобе ответчика с оценкой доказательств не может повлечь отмену решения, поскольку в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Доводы апелляционной жалобы о не доказанности обстоятельств нахождения истца на иждивении своей отца не опровергают выводов суда, которые являлись предметом исследования и оценки судом первой инстанции, необоснованность их отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов, оснований для их переоценки у судебной коллегии не имеется.

При разрешении спора, суд верно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, правильно распределил бремя их доказывания между сторонами, всесторонне, полно и объективно исследовал имеющиеся в деле доказательства.

Возражения апеллянта о том, что оспариваемый судебный акт, исходя из пределов заявленных требований, не повлечет восстановления прав истца, которые он полагает нарушенными, основаны на неверной трактовке существа спорных правоотношений.

Разрешая заявленное требование о признании решения Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области №737692/24 об отказе ФИО1 в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца незаконным, суд с соблюдением положений ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установил необходимые юридически значимые обстоятельства, свидетельствующие о наличии у истца права на назначение ему страховой пенсии по случаю потери кормильца, на основании ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В целом доводов, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба не содержит. Её содержание по существу содержит иную, ошибочную трактовку существа спорных правоотношений и норм материального права их регулирующих, что основанием к отмене решения явиться не может.

Решение суда в части распределения между сторонами судебных расходов постановлено в соответствии с требованиями ст.ст. 94, 100, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в п.10,12,13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

Возражения апеллянта относительно необоснованного взыскания с пенсионного органа в пользу ФИО1 государственной пошлины в размере 3 000 руб., со ссылкой на положения п.п. 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации не могут быть приняты во внимание. Указанная норма регулирует отношения по уплате государственной пошлины в соответствующий бюджет, в то время как при взыскании в пользу истца расходов по уплате государственной пошлины, факт уплаты которой при подаче иска подтвержден платежными документами в материалах дела (л.д. 19) и ответчиком не оспаривался, вопрос о распределении судебных расходов между сторонами, разрешен в порядке ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327, 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 29.07.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области – без удовлетворения.

Председательствующий: Е.В. Кокшаров

Судья: Ж.А. Мурашова

Судья: Т.Е. Ершова