Приговор № 1-184/2020 от 13 мая 2020 г. по делу № 1-184/2020

Дело №

75RS0№-68


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 мая 2020 года г. Чита

Центральный районный суд г. Читы в составе

председательствующего судьи Герасимовой Н.А.,

при секретаре Пузыревой Д.С.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Центрального района г. Читы Круликовского М.О.

потерпевшего Ф.В.С.

подсудимых ФИО1, <данные изъяты>

<данные изъяты> судимого:

06.06.2011 Черновским районным судом г. Читы по п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, к 2 годам 2 месяцам лишения свободы. На основании п. «в» ч. 7 ст. 79 УК РФ условно-досрочное освобождение по приговору Черновсого районного суда г. Читы от 11.11.2008 отменено, на основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 11.11.2008 назначено к отбытию 2 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

04.08.2011 Черновским районным судом г. Читы по п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ, к 3 годам 6 месяцам лишения совбоды. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору суда от 06.06.2011 к отбытию назначено 4 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

с учетом ст. 72 УК РФ в редакции Федерального закона от 03.07.2018 N 186-ФЗ фактически освободившегося по отбытии наказания 15.01.2015.

осужденного:

28.06.2020 Ингодинским районным судом г. Читы по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

в порядке ст. 91, 92 УПК РФ не задерживался,

мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении,

ФИО2, <данные изъяты> не судимого,

в порядке ст. 91, 92 УПК РФ не задерживался,

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

защитников – адвокатов Тихоновой Т.С., Цыденова Т.Б.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО1 совершили грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 23 часов 05.10.2019 до 01 часа 06.10.2019 ФИО1 и ФИО2, находясь возле бара «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, после того, как ФИО2 сообщил, что у ранее ему знакомого Ф.В.С. имеются денежные средства, реализуя возникший совместный умысел на открытое хищение имущества потерпевшего Ф.В.С. с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, отвели Ф.В.С. во двор № по <адрес> в <адрес>, где ФИО1, действуя по совместному умыслу с ФИО2, с целью подавления воли и пресечения сопротивления со стороны Ф.В.С., обхватил последнего рукой за шею, чем причинил потерпевшему физическую боль, а ФИО2, действуя по совместному умыслу с ФИО1, открыто похитил, а именно, достал из кармана брюк Ф.В.С. принадлежащий ему сотовый телефон марки «Самсунг ФИО20 50» стоимостью <***> рублей, из кармана куртки Ф.В.С. принадлежащие ему : паспорт гражданина РФ, СНИЛС в количестве 2 штук на имя Ф.В.С., банковскую карту ПАО «Сбербанк», денежные средства в сумме 100 рублей. После чего, ФИО1, продолжая преступные совместные действия с ФИО2, открыто похитил, то есть, снял с шеи Ф.В.С. цепь из желтого металла, не представляющую материальной ценности.

Похищенным имуществом ФИО1 и ФИО2 распорядились по своему усмотрению, причинив потерпевшему Ф.В.С. материальный ущерб в размере 25 100 рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину признал частично, указав, что он умысла на открытое хищение имущества потерпевшего не имел, насилия в отношении него никто не применял, за шею на хватал, руки не плечо не клал, в сговор на хищение имущества с ФИО1 не вступал, полагает, что его действия надлежит квалифицировать по ст. 330 УК РФ, как самоуправство, так как он забрал имущество потерпевшего, чтобы поговорить с ним на следующий день в связи с тем, что потерпевший до этого похитил его вещи. Кто снял цепь с шеи потерпевшего, и снимал ли, не знает, так как на улице было темно.

Как следует из оглашенных в силу ст. 276 УПК РФ показаний ФИО2, данных им в ходе предварительного следствия (т.1 л.д. 61-64, 111-114, 189-191), которые он подтвердил при проверке показаний на месте (т.1 л.д. 115-120), на очной ставке с Ф.В.С. (т.1 л.д. 147-151), ФИО2, также оспаривая факт открытого хищения имущества потерпевшего и указывая на наличие признаков самоуправства в его действиях, указал, что когда они зашли во двор и разговаривали с Ф.В.С., ФИО1 положил свою руку на плечо потерпевшего, при этом ФИО1 снял с ФИО5 цепочку, а он забрал у него телефон, паспорт, в котором были банковская карта, 2 СНИЛСа и справка об освобождении, сказав, что забирает их как гарантию для того, чтобы завтра встретиться для разговора по поводу поведения Ф.В.С. и вернет ему вещи.

На очной ставке с ФИО1 (т. 1 л.д. 162-168) ФИО2, изменив показания, пояснил, что телефон и документы Ф.В.С. ему отдал сам, чтобы на следующий день встреться для разговора, при этом, ФИО1 никаких действий в отношении Ф.В.С. не предпринимал, просто разговаривал, цепь он действительно забрал у ФИО1, но как она у него оказалась, он не знает.

Анализируя показания подсудимого ФИО2 на предварительном следствии и в суде, проследив изменение им своих показаний, сопоставив их с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что ФИО2, не отрицая отдельных обстоятельств, пытается улучшить свое правовое положение и, излагая обстоятельства в выгодном для себе свете, желая приуменьшить роль и последствия совершенного преступления, дает не достоверные, противоречивые показания, которые не согласуются как с показаниями потерпевшего, так и с показаниями подсудимого ФИО1, скрывает обстоятельства совершенного им с ФИО1 преступления как в части своих действия, так и в части действий ФИО1

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о необходимости расценивать показания ФИО2 как способ защиты от предъявленного им обвинения и учитывает его показания лишь в той части, в которой они согласуются с другими доказательствами по делу, подтверждаются ими и не противоречат им.

Подсудимый ФИО1 указав, что вину признает частично, фактически вину не признав, указал, что он противоправных действий в отношении потерпевшего, в том числе, открытого хищения имущества потерпевшего Ф.В.С., не совершал, насилия в отношении него не применял, при этом, когда по-приятельски уже во дворе положил руку не плечо Ф.В.С.., он, увидев на шее у потерпевшего цепь, спросил, золотая ли она, снял ее с разрешения Ф.В.С., чтобы посмотреть и, по просьбе ФИО6 отдал ее последнему.

На предварительном следствии ФИО1 при допросе в качестве подозреваемого (т.1 л.д. 83-88), в качестве обвиняемого (т.1 л.д. 177-180, 200-203), не признавая вину, также отрицая факт открытого хищения имущества Ф.В.С. и применения к нему насилия, не опасного для жизни и здоровья, указал, что он только положил руку на плечо потерпевшего после того, как тот сообщил, что деньги у него на карточке, которая дома и поинтересовался, долго ли ехать. Цепочку он видел, но не срывал ее, вещи у потерпевшего никто не забирал, потерпевший сам отдал ФИО2 телефон.

Данные показания ФИО1 подтвердил на очной ставке с ФИО2 (т.1 л.д. 162-168), настаивая, что цепь ФИО2 не передавал, не снимал с потерпевшего.

На очной ставке с Ф.В.С. (т.1 л.д. 166-161) ФИО1, настаивая, что цепочку потерпевшего не брал, уточнил, что потерпевший кроме телефона отдал сам ФИО2 паспорт, чтобы они не беспокоились, что он зайдет в дом и вернется с картой, что послужит гарантией, что он вернет долг.

Анализируя показания подсудимого ФИО1 на предварительном следствии и в суде, сопоставив их с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что ФИО1, отрицая вину, пытается улучшить свое правовое положение, излагает обстоятельства в выгодном для себе свете, дает не достоверные и противоречивые показания, которые не соответствуют совокупности иных доказательств, представленных стороной обвинения, в том числе, находятся в противоречии как с показаниями потерпевшего, так и показаниями подсудимого ФИО2, и свидетелей.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о необходимости расценивать показания ФИО1 как способ защиты от предъявленного обвинения.

Не смотря на позицию подсудимых, озвученную в суде, суд приходит к выводу, что их вина в содеянном при установленных судом обстоятельствах нашла свое подтверждение в ходе судебного следствия и подтверждается показаниями потерпевшего, данными им в ходе предварительного следствия, свидетелей, письменными доказательствами по делу.

Потерпевший Ф.В.С. в судебном заседании не подтвердил, что в отношении него было совершено открытое хищение его имущества, указав, что он сам отдал телефон и документы ФИО7 для гарантии, что на следующий день они встретятся для разговора по поводу вещей, которые он забрал из квартиры ФИО2, когда жил у него. Цепь он также добровольно отдал ФИО1, чтобы тот посмотрел.

Как следует из показаний, данных потерпевшим Ф.В.С. на предварительном следствии (т.1 л.д. 16-19, 94-97, 169-172), когда он встретил ФИО2 с двумя парнями, тот сообщил, что у него есть деньги, на что высокий парень (ФИО1) положил руку на плечо, приобнял за шею, а ФИО7 сказал – здесь не надо, пойдемте во двор, при этом ФИО1 продолжал держать его за шею, а ФИО7 взял за запястье, чтобы он не убежал. Во дворе его ФИО1 держал за шею, а ФИО7 вытащил из карманов телефон стоимостью <***> рублей, паспорт, 2 СНИЛСа, банковскую карту, 100 рублей и справку об освобождении, после чего, ФИО1, продолжая держать его за шею, снял с него цепь желтого цвета, не представляющую для него ценности. Также требовали деньги с его карточки и он, обманув их, что карточка у него дома, указал адрес друга, где спрятался. От того, что ФИО1 держал его за шею, когда забирали вещи и снимали цепь, он испытал физическую боль.

Данные показания Ф.В.С. подтвердил при проверке показаний на месте (т.1 л.д. 98-104), на очных ставках с ФИО2 (т. 1 л.д. 51-54, 147-157), с Ш.И.Н. (т.1 л.д. 131-134), с ФИО1 (т.1 л.д. 155-161).

Оглашенные показания потерпевший Ф.В.С. не подтвердил, пояснив, что на предварительном следствии оговорил подсудимых.

Вместе с тем, анализируя показания потерпевшего, данные ими в суде, суд не признает их достоверными и полагает, что потерпевший изменил показания с целью помочь уйти подсудимым от ответственности за содеянное, что следует из пояснений потерпевшего, указавшего, что претензий он к подсудимым не имеет, а также обусловленное страхом перед подсудимыми в связи с нахождением им в СИЗО.

При указанных обстоятельствах, суд к показаниям потерпевшего, данных им в суде, относится критически, в том числе, с учетом того, что данные показания не согласуются с другими доказательствами по делу, противоречат им, в том числе, находятся в противоречии с показаниями подсудимых и свидетелей.

Как следует из протокола допроса, потерпевший был допрошен с соблюдением требований норм УПК РФ, в обстановке, в которой исключалась какая-либо возможность давления на него со стороны следователя, оперативных сотрудников либо иных лиц.

Перед допросом потерпевшему были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, потерпевший был предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Данные обстоятельства подтвердила допрошенная в судебном заседании следователь Н.А.Д.., указавшая, что потерпевший показания давал добровольно, сам, при этом у нее не было сомнений в правдивости показаний потерпевшего.

Таким образом, оснований полагать, что Ф.В.С. оговорил на предварительном следствии подсудимых, не имеется, так как Ф.В.С., давая следователю показания, указал только ему известные как свои действия, так и действия подсудимых, свидетеля, свое состояние, что полностью согласуется с показаниями свидетеля Ш.И.Н., указавшего, что Ф.В.С. был напуган, трясся, сопротивления не оказывал.

Тот факт, что первоначально потерпевший Ф.В.С. на следствии указывал о применении в отношении него ножа, а затем указал, что ножом ему никто не угрожал, Ш.И.Н., находившийся рядом в момент, когда ФИО1 и ФИО2 совершали в отношении него преступление, никаких действий по отношении к нему не предпринимал, преступления в отношении него не совершал, не свидетельствуют о недостоверности показаний потерпевшего в целом, не может служить основанием для критического отношения ко всем без исключения показаниям потерпевшего, а также не влияет на объем предъявленного ФИО2 и ФИО1 обвинения и характер совершенных ими противоправных действий, образующих состав преступления.

Таким образом, оснований не доверять показаниям потерпевшего Ф.В.С. в части, не противоречащей обстоятельствам, установленных судом, суд не усматривает, поскольку данные показания объективно согласуются с исследованными в судебном заседании доказательствами, что также свидетельствует об отсутствии оснований для оговора потерпевшим подсудимых.

При этом суд отмечает, что Ф.В.С. в период всего предварительного следствия уверенно указывал на ФИО7 и ФИО1 как на лиц, совершившее преступление в отношении него.

Как следует из содержания протоколов допроса, Ф.В.С. прочитал протоколы, замечания по их содержанию не имел.

При допросах Ф.В.С., как видно из протоколов, оперативные сотрудники полиции либо иные лица не присутствовали.

Кроме того, суд отмечает, что изложенные Ф.В.С. и зафиксированные в протоколе проверки показаний на месте, последовательны и аналогичны обстоятельствам, изложенным им при его допросах, кроме того, они объективно подтверждаются письменными доказательствами по делу.

В этой связи, у суда не имеется оснований сомневаться в том, что в ходе предварительного следствия Ф.В.С. описал действия подсудимых ФИО7 и ФИО1 именно так, как они имели место.

Таким образом, суд в основу приговора берет показания Ф.В.С. в части, не противоречащей обстоятельствам дела, данные им на предварительном следствии и изложенные выше, где Ф.В.С., допрошенный в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, поясняет об обстоятельствах совершенного ФИО7 и ФИО1 преступления.

Данные показания последовательны, согласуются с иными доказательствами по делу, не противореча им, даны Ф.В.С. спустя непродолжительное время после совершения преступления, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, поэтому принимаются судом в качестве доказательств вины ФИО1 и ФИО2 как наиболее правдивые и подтвержденные другими доказательствами по делу.

Кроме того, данные показания не находятся в противоречии с показаниями свидетеля Ф.Д.И.., подтвердившего в судебном заседании, что когда к нему забежал в дом Ф.В.С., то сообщил, что его грабят, в связи с чем, во двор вышла его мама и выгнала парней, которые пытались войти, но собака их не пускала. При этом Ф.В.С. ему пояснил, что у него забрали телефон, документы, также хотели забрать деньги с карты.

Свидетель Ш.И.Н. в судебном заседании, также поддерживая версию подсудимых, указал, что вещи потерпевший отдал ФИО7 добровольно, при этом цепь снял ФИО7, а не ФИО1.

Однако, из показаний свидетеля Ш.И.Н.., данных им на предварительном следствии (т.1 123-126, 127-130) и подтвержденных свидетелем после их оглашения, следует, что он видел, как ФИО2, предъявляя ФИО8 претензии по поводу долга, забрал у него телефон и документы, а ФИО1 снял цепь, при этом, ФИО4 держал за шею потерпевшего.

Данные показания свидетель Ш.И.Н. подтвердил на очной ставке с Ф.В.С. (т. 1 л.д. 131-134).

Анализируя показания свидетеля, данные ими в суде, суд не признает их достоверными и полагает, что свидетель изменил показания с целью помочь уйти подсудимым от ответственности за содеянное в силу дружеских отношений с подсудимыми.

При указанных обстоятельствах, суд к показаниям свидетеля, данных им в суде, относится критически, в том числе, с учетом того, что данные показания не согласуются с другими доказательствами по делу, противоречат им, в том числе, находятся в противоречии с показаниями подсудимых, свидетелей и потерпевшего, в том числе, фактически не подтвержденных самим свидетелем, указавшего, что он подтверждает оглашенные показания.

Как следует из протокола допроса, свидетель на предварительном следствии был допрошен с соблюдением требований ст.ст. 56, 187-191 УПК РФ, в обстановке, в которой исключалась какая-либо возможность давления на него со стороны следователя, оперативных сотрудников либо иных лиц.

Перед допросом свидетелю были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, он был предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Данные обстоятельства подтвердила допрошенная в судебном заседании следователь Н.А.Д., указавшая, что свидетель показания давал добровольно, сам, при этом у нее не было сомнений в правдивости показаний свидетеля.

Таким образом, оснований полагать, что Ш.И.Н. оговорил на предварительном следствии подсудимых, не имеется, так как он, давая следователю показания, указал только ему известные как свои действия, так и действия подсудимых, потерпевшего, его состояние, что полностью согласуется с показаниями потерпевшего.

Как следует из содержания протоколов допроса, Ш.И.Н. прочитал протоколы, замечания по их содержанию не имел.

При допросах Ш.И.Н., как видно из протоколов, оперативные сотрудники полиции либо иные лица не присутствовали.

Таким образом, суд в основу приговора берет показания Ш.И.Н. в части, не противоречащей обстоятельствам дела, данные им на предварительном следствии и изложенные выше, где Ш.И.Н., допрошенный в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, поясняет об обстоятельствах совершенного ФИО2 и ФИО1 преступления.

Также в судебном заседании были допрошены свидетели Р.С.В., Д.Д.С., которые указали данные, характеризующие личность подсудимых, при этом Д.Д.С. подтвердила также факт хищения имущества ФИО7 Ф.В.С.

Вместе с тем, указанные показания правового значения для рассматриваемого дела и квалификации действий подсудимых не имеют, поскольку свидетели очевидцами произошедшего не являлись, по обстоятельствам дела им ничего не известно.

Объективно вина подсудимых подтверждается письменными доказательствами: заявлением Ф.В.С., в котором он просит привлечь к уголовной ответственности лиц, которые открыто похитили его имущество (т. 1 л.д. 3).

При осмотре места происшествия потерпевший указал обстоятельства совершения в отношении него преступления применительно к местности (т. 1 л.д. 4-8).

На следствии Ф.В.С. опознал ФИО1, как лицо, открыто похитившее у него имущество с применением насилия (т.1 л.д. 75-78).

При личном досмотре у ФИО2 были изъяты вещи потерпевшего - цепь, телефон, банковская карта, паспорт, 2 СНИЛСа, справка об освобождении которые осмотрены, приобщены к материалам дела, возвращены потерпевшему (т.1 л.д. 26, 31-33, 34, 35-39, 40, 44-45, 46).

Скриншотом подтверждена стоимость телефона (т.1 л.д. 172).

Суд считает, что исследованные в судебном заседании доказательства полностью подтверждают вину ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемого каждому из них деяния, так как представленные стороной обвинения доказательства последовательны, взаимодополняют друг друга, согласуются между собой и получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, то есть являются допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, имеют непосредственное отношение к инкриминируемому им обвинению и в своей совокупности являются достаточными для постановления обвинительного приговора в отношении подсудимых.

Оснований сомневаться в достоверности исследованных доказательств у суда не имеется.

Тот факт, что ФИО1 и ФИО2, находясь в районе <адрес> в <адрес>, также требовали у потерпевшего передачи им банковской карты, на которой находились его денежные средства, для чего они проследовали с потерпевшим на <адрес> в <адрес>, где потерпевший скрылся от подсудимых в доме своего знакомого, не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору, поскольку согласно разъяснениям, изложенным в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2-015 № «О судебной практике по делам о вымогательстве», в случаях, когда вымогательство сопряжено с непосредственным изъятием имущества потерпевшего, при наличии реальной совокупности преступлений эти действия в зависимости от характера применённого насилия должны квалифицироваться как грабеж или разбой.

Таким образом, в рассматриваемом случае, действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 в части изъятия имущества потерпевшего с применением к нему насилия, не опасного для жизни и здоровья, имевших место в районе <адрес>, верно квалифицированы органом следствия как самостоятельный состав преступления, предусмотренный п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, что позволяет суду рассмотреть дело в объеме предъявленного обвинения по правилам ст. 252 УПК РФ, в том числе, с учетом того, что по ч. 1 ст. 163 УК РФ органом следствия материалы уголовного дела выделены в отдельное производство.

На основании вышеизложенного, анализируя приведенные в приговоре доказательства, оценив их в совокупности, суд действия подсудимых квалифицирует:

ФИО3 - по п.п. «а», «г» ч.2 ст.161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья;

ФИО2 - по п.п. «а», «г» ч.2 ст.161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

При этом, руководствуясь положениями ч. 2 ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, суд вносит в описание преступного деяния, признанного судом доказанным, уточнение в части действий подсудимых при совершении инкриминируемого преступления, а именно, в судебном заседании установлено и следует из показаний потерпевшего, что фактически умысел у подсудимых ФИО1 и ФИО2 возник после того, как ФИО2 сообщил, что у ранее ему знакомого Ф.В.С. имеются денежные средства.

Данным уточнением не ухудшается положение подсудимых и не нарушается их право на защиту.

Суд считает, что при совершении инкриминируемого преступления подсудимые осознавали общественную опасность своих действий, предвидели наступление общественно опасных последствий и желали их наступления, то есть действовали с прямым умыслом, преследуя корыстную цель.

Исходя из обстоятельств совершения преступления, конкретных действий ФИО1 и ФИО2, суд считает установленным, что ФИО1 и ФИО2 открыто похитили имущество Ф.В.С., поскольку совокупность изложенных в приговоре доказательств, в том числе показания потерпевшего и свидетеля Ш.И.Н., свидетельствует о том, что неправомерность действий ФИО1 и ФИО2 были очевидны как для них самих, так и для потерпевшего и свидетеля.

Квалифицирующий признак – группой лиц по предварительному сговору – суд считает установленным исходя из обстоятельств совершения преступления, согласно которых сговор на совершение преступления между соучастниками состоялся до начала действий, непосредственно направленных на открытое хищение чужого имущества (грабеж), а именно после того, как ФИО2 сообщил ФИО1, что у Ф.В.С. имеются денежные средства, после чего, подсудимые для достижения совместного умысла, увели потерпевшего во двор <адрес> по улице ленинградская, где открыто, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, похитили имущество потерпевшего, о чем свидетельствуют согласованность их действий и их участие в совершении преступления по совместному умыслу.

Квалифицирующий признак – с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья – суд считает установленным, так как при совершении преступления по совместному умыслу с ФИО7 ФИО1 держал Ф.В.С. за шею, причиняя ему физическую боль.

Суд считает установленным, что ФИО1, удерживая потерпевшего за шею, действовал по совместному умыслу с ФИО2, целью которых было подавить волю потерпевшего, при этом, подсудимые достигли своей цели, поскольку в судебном заседании установлено и подтверждено представленными и исследованными в судебном заседании доказательствами, что потерпевший испугался, сопротивления им не оказывал.

В данном случае примененное насилие в отношении потерпевшего при совершении подсудимыми грабежа служило средством для завладения имуществом потерпевшего и было применено с целью лишить потерпевшего возможности противодействовать открытому хищению, что объективно следует из установленных в судебном заседании обстоятельств.

Доводы подсудимых и стороны защиты об отсутствии корыстного мотива при изъятии имущества потерпевшего не состоятельны, поскольку в судебном заседании установлено, что открытое хищение имущества потерпевшего совершено посредством согласованных совместных действий ФИО1 и ФИО2, которые преследовали единую преступную цель извлечения материальной выгоды, а после применённого к потерпевшему насилия, не опасного для жизни и здоровья, он был вынужден не сопротивляться в момент, когда ФИО2 забирал у него телефон, документы и денежные средства в размере 100 рублей, а ФИО1 снимал цепь.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства при производстве следствия суд не усматривает.

С учетом данных о личности подсудимых, данных о их состоянии здоровья, принимая во внимание, что действия подсудимых носили последовательный, целенаправленный характер, учитывая их адекватное поведение на следствии и в суде, на учете у врача психиатра не состоят, у суда не имеется оснований сомневаться в психическом состоянии подсудимых, в связи с чем, суд признает подсудимых ФИО1 и ФИО2 вменяемыми.

При назначении вида и размера наказания подсудимым ФИО1 и ФИО2 суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, степень тяжести содеянного, личность подсудимых – ФИО1 судим, ФИО2 - не судим, учитывает роль подсудимых при совершении преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи, совокупность смягчающих обстоятельств, материальное положение подсудимых, мнение потерпевшего, просившего смягчить наказание.

Суд, в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ учитывает в действиях ФИО1 опасный рецидив преступлений, поскольку он совершил умышленное тяжкое преступление, будучи судим за умышленное тяжкое преступление к реальному лишению свободы.

Отягчающим обстоятельством ФИО1, в силу п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, суд признает рецидив преступлений, в связи с чем, оснований для применения при назначении ему наказания норм ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

Иных отягчающих обстоятельств у ФИО1, а также отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ в отношении ФИО2 судом не установлено.

Суд подсудимым учитывает обстоятельства, смягчающие наказание:

ФИО2 - в силу п. «г» ч. 1 ст. 61, ч. 2 ст. 61 УК РФ – частичное признание вины, женат, имеет на иждивении малолетнего ребенка, положительно характеризуется, не судим, является лицом, впервые совершившим преступление.

Ввиду отсутствия смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.п. «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ оснований для применения при назначения наказания ФИО2 норм ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

ФИО1 - в силу п. «г» ч. 1 ст. 61, ч. 2 ст. 61 УК РФ – состояние здоровья, женат, имеет на иждивении двоих малолетних детей, положительно характеризуется.

Учитывая общественную опасность содеянного, конкретные обстоятельства совершения преступления, тяжесть совершенного преступления, данные о личности подсудимых ФИО1 и ФИО2, суд полагает наиболее справедливым и способствующим исправлению подсудимых назначение им наказания в виде лишения свободы в пределах санкции статьи обвинения, при этом ФИО1 – по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ, поскольку иной вид наказания, в данном случае, не сможет обеспечить достижение целей наказания.

По указанным выше обстоятельствам оснований для назначения более мягкого вида наказания подсудимым, оснований для применения норм ст. 64 УК РФ, ФИО1 – также норм ч. 3 ст.68 УК РФ, при назначении им наказаний, не имеется, в том числе, с учетом, что обстоятельства, смягчающие наказание подсудимым, нельзя признать исключительными.

С учетом материального положения подсудимых ФИО1 и ФИО2, данных о их личности, совокупности смягчающих обстоятельств, характера и степени общественной опасности преступления, конкретных обстоятельств, суд считает возможным не назначать каждому из них дополнительное наказание в виде штрафа, подсудимому ФИО2 – также дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Однако, суд, с учетом личности подсудимого ФИО1, который совершил преступление при опасном рецидиве, тяжести совершенного преступления, обстоятельств его совершения, считает целесообразным назначить дополнительное наказание в виде ограничения свободы сроком в 6 месяцев, не усматривая при вышеизложенных обстоятельствах оснований для освобождения ФИО1 от данного дополнительного наказания, а также, с учетом совокупности смягчающих обстоятельств, не усматривая оснований назначения указанного вида дополнительного наказания в максимальном размере, предусмотренным санкцией статьи обвинения.

Исходя из фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, не смотря на наличие у ФИО1 смягчающих наказание обстоятельств, учитывая наличие отягчающего обстоятельства, суд не находит оснований для изменения ему категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Исходя из фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, не смотря на наличие у ФИО2 смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд не находит оснований для изменения каждому из них категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Учитывая обстоятельства дела, личность подсудимого ФИО2, общественную опасность содеянного, конкретные обстоятельства дела, тяжесть совершенного преступления, также принимая во внимание отсутствие исключительных обстоятельств, существенным образом снижающих степень общественной опасности содеянного, суд не усматривает оснований для применения к подсудимому ФИО2 ст. 73 УК РФ и приходит к выводу о том, что исправление подсудимого и предупреждение совершения им преступлений, достижимы только в условиях изоляции подсудимого от общества при реальном лишении свободы.

Учитывая обстоятельства дела, личность подсудимого ФИО1, общественную опасность содеянного, конкретные обстоятельства дела, тяжесть совершенного преступления, принимая во внимание, что ФИО1, будучи судимым за умышленное преступление, должных выводов для себя не сделал, в период не погашенной судимости, при опасном рецидиве совершил умышленное тяжкое преступление против собственности, что свидетельствует о не достижении цели наказания, суд не усматривает оснований для применения к подсудимому ФИО1 ст. 73 УК РФ и приходит к выводу о том, что исправление подсудимого и предупреждение совершения им преступлений, достижимы только в условиях изоляции подсудимого от общества при реальном лишении свободы.

Учитывая, что ФИО1 совершил преступление по данному делу до постановления приговора от ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, окончательно ему надлежит назначить наказание к отбытию по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Оснований для полного сложения наказания с учетом совокупности смягчающих обстоятельств судом не установлено.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, суд считает необходимым назначить ФИО3 отбытие наказания в исправительной колонии строгого режима, в силу п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ – ФИО2 в исправительной колонии общего режима.

Изложенные обстоятельства с учетом назначенного наказания, личности подсудимых ФИО1 и ФИО2, также свидетельствуют о том, что в целях обеспечения исполнения назначенного наказания до вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 и ФИО2 надлежит изменить на заключение под стражу, взяв их под стражу в зале суда.

Учитывая, что вещи потерпевшего: телефон, чехол, 2 сим карты, цепочка, паспорт гражданина РФ, страховое свидетельство, страховое свидетельство, банковская карта, справка, возвращены ему в период следствия по принадлежности, соответственно, оснований для разрешения судьбы указанных вещественных доказательств не имеется.

Учитывая отсутствие данных о неплатёжеспособности осужденных ФИО1 и ФИО2, принимая во внимание их состояние здоровья, трудоспособность, материальное положение, суд приходит к выводу, что процессуальные издержки, затраченные на оплату труда адвокатов, надлежит взыскать с осужденных в доход государства, а именно, с ФИО2 – в размере 9375 руб., с ФИО1 – в размере 13125 руб., при этом, оснований для освобождения подсудимых от взыскания процессуальных издержек либо о снижении их размера судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 296-300, 304, 307, 308,309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы на срок в 2 года 6 месяцев, с ограничением свободы сроком в 6 месяцев, установив, в соответствии с ч.1 ст. 53 УК РФ ФИО1 следующие ограничения: находиться по месту жительства с 22 до 6 часов, не выезжать за пределы того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, и не изменять место жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными дополнительного наказания в виде ограничения свободы, являться в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации.

На основании ч. 5 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору суда от 28.04.2020, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком в 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком в 6 месяцев, установив, в соответствии с ч.1 ст. 53 УК РФ ФИО1 следующие ограничения: находиться по месту жительства с 22 до 6 часов, не выезжать за пределы того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, и не изменять место жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными дополнительного наказания в виде ограничения свободы, являться в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы подлежит самостоятельному исполнению и подлежит исчислению с даты отбытия наказания в виде лишения свободы.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы на срок в 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания подсудимым ФИО1 и ФИО2 исчислять с даты вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей по приговору от 28.04.2020 - с 18.10.2019 по 13.05.2020, время содержания под стражей по настоящему делу с 14.05.2020 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Зачесть в срок наказания время содержания ФИО2 под стражей с 14.05.2020 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО2 до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взять их под стражу в зале суда.

Взыскать с ФИО2 в доход государства процессуальные издержки, затраченные на оплату труда адвоката, в размере 9375 (девять тысяч триста семьдесят пять) руб.

Взыскать с ФИО1 в доход государства процессуальные издержки, затраченные на оплату труда адвоката, в размере 13125 (тринадцать тысяч сто двадцать пять) руб.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Центральный районный суд г. Читы в течение 10 суток со дня провозглашения приговора, осужденными – в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционных жалоб или представления, осуждённые в течение десяти дней со дня получения их копий вправе ходатайствовать о своём участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

По вступлении в законную силу приговор может быть обжалован в кассационном порядке.

Ходатайство об ознакомлении с протоколом и аудиозаписью судебного заседания стороны вправе подать в письменном виде в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания, в этот же срок со дня их ознакомления подать на них замечания, вправе знакомиться с материалами уголовного дела, в том числе, в случае подачи жалобы.

Председательствующий судья Н.А. Герасимова

«КОПИЯ ВЕРНА»Судья Центрального районного судаг. Читы Н.А. Герасимова________________Помощник судьи ФИО15______________________«_____»_______________________2020г.

Подлинный документ подшит в деле№ Центрального районного суда г. Читы Забайкальского края«___»________________________2020Помощник судьи ФИО15________________________________