Апелляционное определение № 33-1868/2026 от 26 апреля 2026 г.

Судья Продун Е.А. дело № 11RS0004-01-2025-000374-89

(№ 2-15/2026)

(№ 33-1868/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ

в составе председательствующего Тепляковой Е.Л.,

судей Пунегова П.Ф. и Щелканова М.В.

при секретаре Микушевой А.И.

рассмотрела в судебном заседании 27 апреля 2026 года в г.Сыктывкаре Республики Коми гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации, взыскании материального ущерба

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Печорского городского суда Республики Коми от 14 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Тепляковой Е.Л., объяснения ФИО1, ФИО2 – представителя ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми (с учетом уточнения требований – л.д.45, 46, 101, 102, 112-114, 118, 119, 139, 171, 175, 176, 225, 243 т.1; л.д.4 т.2) о признании незаконными действий (бездействия) ответчика, выразившихся в не отправке его писем, принятых должностными лицами исправительного учреждения 11 сентября 2024 года в адрес Министерства ..., 11 ноября 2024 года в адрес УФСИН России по ..., 28 января 2025 года в адрес Прокуратуры ..., 19 февраля 2025 года в адрес ФИО13, 3 апреля 2025 года в адрес Генеральной прокуратуры ..., 14 апреля 2025 года в адрес Прокуратуры ..., и его заявлений (обращений) на имя начальника ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми ФИО27, принятых должностными лицами исправительного учреждения 14 апреля 2025 года и 18 апреля 2025 года; взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении и убытков, связанных с понесенными расходами на отправку писем, указав в обоснование требований, что письма и заявления были цензурированы и уничтожены, в результате не отправки писем и заявлений нарушены его права, предусмотренные частями 4, 5 статьи 12 и статьей 91 Уголовно-исполнительного кодекса РФ.

Судом к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена ФСИН России, в качестве заинтересованных лиц - УФСИН России по Республике Коми, сотрудники ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и Печорская прокуратура по надзору за исполнением законов в исправительных учреждениях (л.д.38, 121, 182, 247 т.1; л.д.30, 44, 69 т.2).

На основании определения от 28 октября 2025 года суд перешел к рассмотрению административного дела по правилам гражданского судопроизводства (л.д.126 т.2).

1 декабря 2025 года в суд поступило заявление ФИО1 об уточнении исковых требований в части размера взыскиваемых сумм, в котором истец просил взыскать с ответчика моральный вред (компенсацию) за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 11 200 рублей, в том числе 1000 рублей за неотправленное письмо от 11 сентября 2024 года (истцом ошибочно указана дата 11 сентября 2025 года), 1000 рублей – за письмо от 11 ноября 2024 года (истцом ошибочно указана дата 11 ноября 2025 года), 1000 рублей - за письмо от 28 января 2025 года, 2000 рублей – за письмо от 19 февраля 2025 года, 3000 рублей – за письмо от 3 апреля 2025 года, 3000 рублей – за письмо от 14 апреля 2025 года, 100 рублей – за не переданное заявление на имя начальника ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми ФИО7 от 14 апреля 2025 года, 100 рублей - за заявление на имя начальника ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми ФИО7 от 18 апреля 2025 года, и материальный ущерб, связанный с понесенными расходами на отправку писем, в размере 1440 рублей исходя из средней стоимости заказных писем в размере 90 рублей (15 рублей – стоимость конверта, 75 рублей – начальная цена отправки заказного письма весом до 20 г; всего просил взыскать с ответчика 12 640 рублей (л.д.141-144 т.2).

В судебном заседании, проведенном с использованием систем видеоконференц-связи ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по Республике Коми, ФИО1 заявленные требования поддержал.

Представитель ответчиков ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России и третьего лица УФСИН России по Республике Коми исковые требования не признала.

Третьи лица ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, Печорская прокуратура по надзору за исполнением законов в исправительных учреждениях в суд не явились, и дело рассмотрено в их отсутствие.

Решением Печорского городского суда Республики Коми от 14 января 2026 года исковое заявление ФИО1 удовлетворено частично; признаны незаконными действия (бездействие) ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, не обеспечившего отправку корреспонденции, принятой от ФИО1 11 сентября 2024 года, 11 ноября 2024 года, 28 января 2025 года, 19 февраля 2025 года, 14 апреля 2025 года и 18 апреля 2025 года; с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана сумма материального ущерба в размере 368 рублей; в остальной части требования ФИО1 к ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании материального ущерба оставлено без удовлетворения; в иске ФИО1 к ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о компенсации морального вреда отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 не согласен с решением суда и просит его отменить или изменить в части отказа в признании незаконными действий (бездействия) исправительного учреждения по не отправке письма от 3 апреля 2025 года, адресованного в Генеральную прокуратуру РФ, в части размера взысканного материального ущерба и отказа во взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в связи с нарушением судом норм материального и процессуального права, а также просит наложить штраф или вынести частное определение в адрес ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми за неисполнение требований суда о представлении видеозаписи со стационарного регистратора исправительного учреждения от 3 апреля 2025 года, подтверждающей доводы истца о не отправке ответчиком закрытого письма в адрес ....

Дело в суде апелляционной инстанции рассматривается в соответствии со статьями 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса РФ в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства и не сообщивших об уважительных причинах неявки.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с требованиями частей 1 и 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, и в обжалуемой части, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия оснований для отмены или изменения решения суда не усматривает.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению; вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

При этом установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить ответчик, а потерпевший в свою очередь представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Возложение обязанности доказывания на истца основано на положениях статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (пункт 1); нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 12 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан (абзац третий пункта 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению следует, что, по общему правилу, обязательным условием удовлетворения требования о компенсации морального вреда является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с нарушением его личных неимущественных прав или нематериальных благ, в результате незаконных действий причинителя вреда, который должен быть доказан с определенной степенью достоверности.

В статье 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан Российской Федерации обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления.

Согласно части 4 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные имеют право обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами к администрации учреждения или органа, исполняющего наказания, в вышестоящие органы управления учреждениями и органами, исполняющими наказания (далее - вышестоящие органы), суд, органы прокуратуры, органы государственной власти и органы местного самоуправления, к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по правам ребенка, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, уполномоченному по правам человека в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации, в общественные наблюдательные комиссии, общественные объединения, а также в соответствии с международными договорами Российской Федерации в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека.

Порядок осуществления прав осужденных устанавливается настоящим Кодексом, а также иными нормативными правовыми актами; при осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы других лиц (части 10 и 11 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса РФ).

В соответствии с частью 4 статьи 15 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные имеют право обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами к администрации учреждения или органа, исполняющего наказания, в вышестоящие органы управления учреждениями и органами, исполняющими наказания (далее - вышестоящие органы), суд, органы прокуратуры, органы государственной власти и органы местного самоуправления, к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по правам ребенка, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, уполномоченному по правам человека в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации, в общественные наблюдательные комиссии, общественные объединения, а также в соответствии с международными договорами Российской Федерации в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека.

В силу статьи 15 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные могут направлять предложения, заявления, ходатайства и жалобы в соответствии с Федеральным законом от 2 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» и иными законодательными актами Российской Федерации с учетом требований настоящего Кодекса (часть 1); предложения, заявления, ходатайства и жалобы осужденных к лишению свободы могут быть изложены в устной и письменной формах (часть 2); направление предложений, заявлений, ходатайств и жалоб осужденных к лишению свободы, адресованных в органы, указанные в части четвертой статьи 12 настоящего Кодекса, и получение ответов на данные предложения, заявления, ходатайства и жалобы осуществляются через администрацию учреждений и органов, исполняющих наказания (часть 3); предложения, заявления, ходатайства и жалобы осужденных к аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, лишению свободы, смертной казни, адресованные Президенту Российской Федерации, в палаты Федерального Собрания Российской Федерации, Правительство Российской Федерации, законодательные органы субъектов Российской Федерации, исполнительные органы субъектов Российской Федерации, суд, органы прокуратуры, вышестоящие органы уголовно-исполнительной системы и их должностным лицам, Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по правам ребенка, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, уполномоченному по правам человека в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации, в общественные наблюдательные комиссии, образованные в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также адресованные в соответствии с международными договорами Российской Федерации в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, и ответы на них цензуре не подлежат; указанные предложения, заявления, ходатайства и жалобы не позднее одного рабочего дня передаются операторам связи для их доставки по принадлежности (часть 4); органы и должностные лица, которым направлены предложения, заявления и жалобы осужденных, должны рассмотреть их в установленные законодательством Российской Федерации сроки и довести принятые решения до сведения осужденных (часть 6).

Пунктом 6.14 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции РФ от 4 июля 2022 года № 110 (далее – Правила внутреннего распорядка ИУ), предусмотрено, что осужденные к лишению свободы имеют право получать и отправлять за счет собственных средств письма без ограничения их количества.

Получение и отправление осужденными к лишению свободы за счет собственных средств писем, в том числе в электронном виде (при наличии технической возможности), почтовых карточек и телеграмм без их ограничения производятся только через администрацию исправительного учреждения. С этой целью в каждом изолированном участке и в случае необходимости в других доступных для осужденных к лишению свободы местах вывешиваются почтовые ящики, из которых ежедневно, кроме выходных и праздничных дней, уполномоченными на то работниками исправительного учреждения изымается для отправления корреспонденция (пункт 126 Правил внутреннего распорядка ИУ).

Письма опускаются в почтовые ящики или передаются администрации исправительного учреждения в незапечатанном виде, за исключением адресованных в организации и должностным лицам, переписка с которыми цензуре не подлежит (пункт 129 Правил внутреннего распорядка ИУ).

Согласно пункту 132 Правил внутреннего распорядка ИУ отправление писем производится не позднее рабочего дня после осуществления цензуры в соответствии с пунктом 135 настоящих Правил, если этому не препятствуют сложившиеся обстоятельства, в том числе в случаях, при наступлении которых вводится режим особых условий.

С момента приема почтовой карточки, телеграммы или письма от осужденного к лишению свободы до их отправки, а также с момента поступления почтовой карточки, телеграммы или письма и до вручения адресату администрация исправительного учреждения несет ответственность за их сохранность (пункт 133 Правил внутреннего распорядка ИУ).

Пунктом 135 Правил внутреннего распорядка ИУ предусмотрено, что получаемые и отправляемые осужденными к лишению свободы письма, почтовые карточки и телеграммы подвергаются цензуре со стороны администрации исправительного учреждения. Срок осуществления цензуры составляет не более трех рабочих дней, а в случае, если письма почтовые карточки и телеграммы написаны на иностранном языке и требуют перевода - не более семи рабочих дней.

Письма осужденных к лишению свободы и письма, поступившие на их имя, содержащие оскорбления, угрозы, призывы к расправе, совершению преступления или иного правонарушения, информацию об охране исправительного учреждения, его работниках, способах передачи запрещенных в исправительном учреждении вещей и предметов и другие сведения, которые могут способствовать совершению преступления, а также выполненные тайнописью, шифром, содержащие государственную или иную охраняемую законом тайну, адресату не отправляются и осужденным к лишению свободы не вручаются (пункт 136 Правил внутреннего распорядка ИУ).

В соответствии с пунктом 143 Правил внутреннего распорядка ИУ каждый осужденный к лишению свободы вправе обращаться с предложениями, заявлениями, ходатайствами и жалобами к администрации ИУ, в вышестоящие органы УИС, суд, органы прокуратуры, органы государственной власти и органы местного самоуправления, к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по правам ребенка, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, уполномоченному по правам человека в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации, в общественные наблюдательные комиссии, общественные объединения, а также в соответствии с международными договорами Российской Федерации в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека

Предложения, заявления, ходатайства и жалобы осужденного к лишению свободы отправляются за счет его собственных средств, за исключением случая, предусмотренного в пункте 150 настоящих Правил (пункт 144 Правил внутреннего распорядка ИУ).

Указанные в пункте 143 правил внутреннего распорядка ИУ предложения, заявления, ходатайства и жалобы осужденного к лишению свободы цензуре не подлежат (пункт 149 Правил внутреннего распорядка ИУ) и не позднее одного рабочего дня передаются операторам связи для их доставки по принадлежности (пункт 151 Правил внутреннего распорядка ИУ).

Работником исправительного учреждения, ответственным за отправку предложений, заявлений, ходатайств и жалоб, подавшему их осужденному к лишению свободы выдается расписка от имени администрации исправительного учреждения с указанием даты приема (пункт 151 Правил внутреннего распорядка ИУ).

Согласно пункту 147 Правил внутреннего распорядка ИУ администрация исправительного учреждения ежедневно обходит камеры и принимает от осужденных к лишению свободы, находящихся в ДИЗО, ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, общих и одиночных камерах, безопасном месте и запираемых помещениях, ТПП, предложения, заявления, ходатайства и жалобы как в письменном, так и в устном виде.

Регистрация предложений, заявлений, ходатайств и жалоб, изложенных письменно и адресованных администрации ИУ, осуществляется службой делопроизводства ИУ в течение трех дней со дня их подачи, заявитель под расписку ознакамливается с этим, после чего они докладываются начальнику ИУ или лицу, его замещающему, который осуществляет их рассмотрение (пункт 148 Правил внутреннего распорядка ИУ).Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 на основании приговора суда отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми.

В 2024 и 2025 годах сотрудниками ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми от осужденного получены для отправки закрытые конверты, адресованные в государственные органы, личное письмо ФИО1, адресованное матери, ФИО13, и заявления (обращения) на имя начальника ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми: 11 сентября 2024 года сотрудником ФИО14 получен закрытый конверт в адрес Министерства ...; 11 ноября 2024 года этим же сотрудником получен закрытый конверт в адрес УФСИН России по ...; 28 января 2025 года сотрудником ФИО4 получен закрытый конверт в адрес Прокуратуры ...; 19 февраля 2025 года сотрудником ФИО5 получено личное письмо в адрес матери осужденного, ФИО8; 14 апреля 2025 года сотрудником ФИО3 получен закрытый конверт в Прокуратуру ...; 14 апреля 2025 года сотрудником ФИО3 получено заявление (обращение) ФИО1 на имя начальника ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми; 18 апреля 2025 года сотрудником ФИО6 получено заявление (обращение) ФИО1 на имя начальника ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми.

По объяснениям ФИО1, письмо в адрес Министерства ... содержало заявления (5 шт.) и ответы (оригиналы) из ... (4 шт.) за 2022-2023 годы по вопросу разъяснения положений Правил внутреннего распорядка ИУ, Уголовно-исполнительного кодекса РФ, с которыми он не согласен; письмо в адрес УФСИН по Республике Коми содержало обращение к ... и ответы (оригиналы) из ... (2 штуки), ФСИН РФ (1 шт.) и ... (2 шт.) за 2023-2024 годы по вопросу перевода в другое исправительное учреждение для обеспечения его безопасности в связи с конфликтом с осужденными, в том числе с ФИО29; письмо в адрес Прокуратуры ..., переданное 28 января 2025 года, содержало заявления и обращения по цензурированию писем в госорганы, а также оригиналы ответов из Генеральной прокуратуры ... (2 шт. - 2024 год), из Печорской спецпрокуратуры (2 шт. - 2025 год) и 3 расписки от цензора ФИО30 за 2023 год (по неотправленным письмам); личное письмо в адрес матери содержало письмо и оригиналы выписок из ... (5 шт.), выписку из ..., справки из ..., ..., выписки из больниц <Адрес обезличен> (для дальнейшего хранения); письмо в Прокуратуру ..., переданное 14 апреля 2025 года, касалось обжалования прокурорской проверки по обращениям ФИО1 о не отправке писем (параллельно с подачей настоящего иска); заявление (обращение) на имя начальника ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, переданное 14 апреля 2025 года, касалось приобретения медикаментов, отсутствующих в МЧ...; заявление (обращение) на имя начальника ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, переданное 18 апреля 2025 года, касалось разъяснения вопросов об ограничении в письменных и канцелярских принадлежностях (л.д.112 т.1).

Принятые закрытые письма и заявления (обращения) осужденного в нарушение требований частей 1, 4 статьи 15 Уголовно-исполнительного кодекса РФ и пункта 133 Правил внутреннего распорядка ИУ в канцелярии ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми не зарегистрированы и в адрес получателей не отправлены, личное письмо ФИО1, вопреки требованиям статьи 91 Уголовно-исполнительного кодекса РФ и пунктов 128, 133, 135 Правил внутреннего распорядка ИУ для проведения цензурирования не передавалось и в адрес получателя не отправлено, его сохранность не обеспечена, что подтверждается подлинными расписками сотрудников исправительного учреждения о приеме 11 сентября 2024 года, 11 ноября 2024 года, 28 января 2025 года и 14 апреля 2025 года закрытых писем ФИО1, а также представлениями Печорского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях в адрес начальника ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми от 31 марта 2025 года, 11 апреля 2025 года, 19 мая 2025 года и 15 июля 2025 года об устранении выявленных нарушений федерального законодательства, которые были рассмотрены ответчиком и удовлетворены (л.д.94-98, 153, 201-204, 211-212, 218-220, 237-239 т. 1, л.д.77 т.2).

Также, по объяснениям истца, им подготовлено для отправки закрытое заказное письмо в адрес Генеральной прокуратуры ..., которое 3 апреля 2025 года обсуждалось и демонстрировалось им на личном приеме у старшего помощника Печорского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО15 и после окончания приема в присутствии прокурора было вкинуто в почтовый ящик для корреспонденции в здании ПКТ ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми под запись стационарного видео-регистратора. Письмо содержало заявления и обращения (20 шт.) для постановки на контроль и их переадресации в ФСИН и ..., а также запросы на проверку отправлений в ...

В связи с утратой указанных закрытых писем, личного письма и заявлений (обращений) на имя начальника исправительного учреждения он был вынужден повторно направить письма и обращения, ответы на которые получены им частично (на 80%).

Для отправки всех писем им приобретались марки и почтовые конверты (л.д.112, 118, 119, 175 т.1).

Ответчик в процессе рассмотрения дела настаивал на том, что данных о том, что ФИО1 3 апреля 2025 года вкинул в почтовый ящик закрытое письмо, адресованное в Генеральную прокуратуру ..., в ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми не имеется, видеозапись со стационарного регистратора за эту дату не сохранилась, в журнале исходящей корреспонденции такое письмо осужденного не зарегистрировано (л.д.159-165, 230-231 т.1).

Печорской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях суду представлен ответ ФИО1 на его обращение от 11 апреля 2025 года, согласно которому по результатам проведенной проверки факт не отправки исправительным учреждением 3 апреля 2025 года закрытого письма ФИО1, адресованного в Генеральную прокуратуру ..., не нашел подтверждения; установлено, что 3 апреля 2025 года и на следующий день, 4 апреля 2025 года, зарегистрирована отправка двух закрытых писем истца, адресованных в другие государственные органы – прокуратуру ... и Печорскую прокуратуру по надзору за исполнением законов в исправительных учреждениях (л.д. 149, 150 т.1).

Судом также установлено, что согласно тарифам на услуги общедоступной почтовой связи, утвержденным приказами АО «Почта России» № 159-п от 18 июня 2024 и № 25-п 30 января 2025 года, стоимость заказного письма (марками) составляла до 10 февраля 2025 года - 72 рубля за первые 20 грамм, за каждые последующие 20 грамм – 3 рубля 50 копеек; с 10 февраля 2025 года – 76 рублей, за каждые последующие 20 грамм – 4 рубля (л.д.208-217 т.2).

В октябре 2024 года ФИО1 воспользовался правом на судебную защиту, обратившись в суд с административным иском к ФСИН России о признании незаконным отказа в переводе для дальнейшего отбывания наказания в другое исправительное учреждение, расположенное ближе к месту жительства родственников, в рамках которого предметом рассмотрения также являлась конфликтная ситуация, возникшая у ФИО1 с осужденными отряда <Номер обезличен> ФИО16 и ФИО17 в ноябре 2024 года.

Вступившим в законную силу решением Печорского городского суда Республики Коми от 6 февраля 2025 года по делу № 2а-127/2025 в удовлетворении административного иска ФИО1 отказано (л.д.187-191 т.2).

По информации ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ», ФИО1 вызывалась скорая медицинская помощь <Дата обезличена>, <Дата обезличена> и <Дата обезличена>, во всех случаях установлен диагноз «...» (л.д.168-174 т.2).

Из ответа филиала «Медицинская часть <Номер обезличен>» ФКУЗ МСЧ-... ФСИН России следует, что осужденный ФИО1 прибыл в ФКУ ИК-49 с диагнозом «...»» (л.д.175 т.2).

Установив указанные обстоятельства и руководствуясь приведенными положениями законодательства, суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности действий (бездействия) ответчика ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, который не обеспечил отправку и сохранность корреспонденции, принятой от осужденного ФИО1 11 сентября 2024 года, 11 ноября 2024 года, 28 января 2025 года, 19 февраля 2025 года, 14 апреля 2025 года и 18 апреля 2025 года, в результате чего истцу причины убытки в виде расходов на приобретение почтовых марок, отправку указанных писем.

Определяя размер причиненного истцу материального ущерба в сумме 368 рублей, суд исходил из минимальных тарифов, установленных Почтой России в 2024 и 2025 годах, так как доказательств, позволяющих установить стоимость утраченных писем и подтверждающих приобретение истцом почтовых конвертов для отправки писем, истцом суду не представлено.

В остальной части требований суд пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, исходя из недоказанности ФИО1 отправки 3 апреля 2025 года через почтовый ящик исправительного учреждения закрытого письма в адрес Генеральной прокуратуры ... и причинения ему морального вреда, так как в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие данного письма и его последующую утрату по вине ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, а также не доказано нарушение его личных неимущественных прав или нематериальных благ, повлекшее причинение истцу физических и нравственных страданий в результате совершения ответчиком незаконных действий (бездействия) по не отправке и не обеспечению сохранности закрытых конвертов, личного письма и заявлений (обращений) ФИО1 от 11 сентября 2024 года, 11 ноября 2024 года, 28 января 2025 года, 19 февраля 2025 года, 14 апреля 2025 года и 18 апреля 2025 года.

Решение суда в части признания неправомерными действий (бездействия) ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми и в части вывода суда о наличии оснований для взыскания с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации материального ущерба в связи с утратой пяти писем истца от 11 сентября 2024 года, 11 ноября 2024 года, 28 января 2025 года, 19 февраля 2025 года, 14 апреля 2025 года и 18 апреля 2025 года в апелляционной жалобе не оспаривается и предметом проверки суда апелляционной инстанции в соответствии с положениями частей 1 и 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ не является.

Выводы суда в решении в части размера взысканного материального ущерба в пользу истца и отказа в удовлетворении требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда соответствуют установленным по делу обстоятельствам и нормам права, регулирующим спорные правоотношения, и оснований не согласиться с ними судебная коллегия не усматривает.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно не признал факт отправки истцом 3 апреля 2025 года через почтовый ящик в здании ПКТ ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми закрытого письма, адресованного в Генеральную прокуратуру ..., и в связи с этим необоснованно не включил стоимость этого письма (75 рублей) в размер материального ущерба, подлежит отклонению.

Из материалов дела следует, что судом первой инстанции при рассмотрении дела обозревались материалы надзорного производства Печорской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях <Номер обезличен> по обращениям истца, касающимся не отправки ответчиком спорных писем и заявлений, в том числе от 3 апреля 2025 года, и исследовались представленные ФКУ ИК-49 видеозаписи с регистраторов исправительного учреждения и учетные данные ФКУ ИК-49 по входящей и исходящей корреспонденции.

Из материалов надзорного производства судом установлено, что по результатам проведенной проверки факт поступления 3 апреля 2025 года от осужденного ФИО1 на отправку закрытого обращения, адресованного в Генеральную прокуратуру ..., не выявлен. По результатам изучения видеозаписи, представленной исправительным учреждением, Печорской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях установлено, что 3 апреля 2025 года ФИО1 вкладывал конверт в ящик для корреспонденции в ШИЗО, ПКТ ФКУ ИК-49, однако определить адресата, указанного истцом на конверте, по видеозаписи не представляется возможным.

В судебном заседании 28 августа 2025 года судом первой инстанции в присутствии истца просматривалась видеозапись от 3 апреля 2025 года, представленная ответчиком с регистратора ФКУ ИК-49, в которой факт отправки истцом 3 апреля 2025 года письма, адресованного в Генеральную прокуратуру ..., не нашел подтверждения (л.д. 42 оборот, 43 т.2).

По данным входящей и исходящей корреспонденции исправительного учреждения сведения об отправке ФИО1 3 апреля 2025 года закрытого письма в адрес Генеральной прокуратуры ... отсутствуют (л.д.159-165, 230, 231 т.1).

Согласно ответам Печорской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 16 мая 2025 года и прокуратуры Республики Коми от 16 июля 2025 года на обращения ФИО1, факт не отправки исправительным учреждением 3 апреля 2025 года спорного закрытого письма не подтвержден (л.д. 149,150 т.1, л.д.19,20 т.2).

Других доказательств, свидетельствующих об отправке ФИО1 3 апреля 2025 года через почтовый ящик ПКТ ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми письма, адресованного в Генеральную прокуратуру РФ, в материалах дела не имеется.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что неправомерные действия (бездействие) исправительного учреждения имели место только в отношении писем и заявлений (обращений) ФИО1, полученных сотрудниками ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми 11 сентября 2024 года, 11 ноября 2024 года, 28 января 2025 года, 19 февраля 2025 года, 14 апреля 2025 года и 18 апреля 2025 года, и обоснованно не включил стоимость спорного письма от 3 апреля 2025 года в сумму причиненного истцу материального ущерба.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчик ФКУ ИК-49 допустил недобросовестное процессуальное поведение и не представил суду видеозапись от 3 апреля 2025 года со стационарного регистратора исправительного учреждения, которая является единственным доказательством отправки ФИО1 3 апреля 2025 года спорного закрытого письма в Генеральную прокуратуру ..., поэтому вывод суда о не установлении факта наличия данного письма является неправомерным, и на ответчика должен быть наложен штраф или в адрес ФКУ ИК-49 должно быть вынесено частное определение, подлежат отклонению как несостоятельные.

В соответствии со статьей 57 Гражданского процессуального кодекса РФ суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства (часть 1). Должностные лица или граждане, не имеющие возможности представить истребуемое доказательство вообще или в установленный судом срок, должны известить об этом суд в течение пяти дней со дня получения запроса с указанием причин; в случае неизвещения суда, а также в случае невыполнения требования суда о представлении доказательства по причинам, признанным судом неуважительными, на виновных должностных лиц или на граждан, не являющихся лицами, участвующими в деле, налагается судебный штраф (часть 3).

В силу части 1 статьи 226 Гражданского процессуального кодекса РФ при выявлении случаев нарушения законности суд вправе вынести частное определение и направить его в соответствующие организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны в течение месяца сообщить о принятых ими мерах.

Согласно материалам дела, в процессе рассмотрения дела судом первой инстанции были истребованы у ответчика все имеющиеся видеозаписи по спорным письмам ФИО1, в том числе видеозаписи от 3 апреля 2025 года (л.д.125, 192 т.1).

На запросы суда ответчик представил диск с имеющимися у него видеозаписями с регистраторов исправительного учреждения, в том числе видеозапись от 3 апреля 2025 года, которые просмотрены судом в судебном заседании 28 августа 2025 года в присутствии истца (л.д.42 оборот, 43 т.2).

Кроме того, ответчик 23 июня 2026 года представил суду справку, согласно которой в ФКУ ИК-49 отсутствуют видеозаписи со стационарной камеры видеонаблюдения, установленной в комнате приема администрации здания ШИЗО/ПКТ и стационарной камеры видеонаблюдения в коридоре здания ШИЗО/ПКТ, направленной на ящик для почтовых отправлений в связи с истечением установленного срока их хранения 30 суток (л.д.199 т.1).

В судебном заседании представитель ФКУ ИК-49 пояснил, что все имевшиеся видеозаписи представлены в надзорное производство Печорской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях по обращениям истца, поэтому оснований для дальнейшего хранения видеозаписей от 3 апреля 2025 года по истечении установленного срока их хранения у ответчика не имелось (л.д.125 т.2).

В рамках надзорного производства <Номер обезличен> Печорской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях были изучены видеозаписи, представленные ФКУ ИК-49, с учетом которых факт отправки истцом 3 апреля 2025 года письма, адресованного в Генеральную прокуратуру ..., не установлен.

В связи с изложенным, недобросовестного процессуального поведения ответчика из материалов дела не усматривается. Оснований для наложения судебного штрафа и вынесения частного определения в адрес ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми у суда не имеется.

Размер причиненного истцу материального ущерба за не отправку писем от 11 сентября 2024 года, 11 ноября 2024 года, 28 января 2025 года, 19 февраля 2025 года и 14 апреля 2025 года обоснованно определен судом в размере 368 рублей.

Согласно тарифам, установленным приказами АО «Почта России» от 18 июня 2024 № 159-п и 30 января 2025 года № 25-п, стоимость пересылки письма определяется с учетом его веса (л.д.193,196 т.1).

В расписках сотрудников ФКУ ИК-49, выданных истцу в подтверждение получения от него спорных закрытых писем, не содержится сведений о том, какие документы и в каком объеме были вложены истцом в письма (л.д.77 т.2).

Других доказательств, из которых можно сделать вывод о весе неотправленных писем и стоимости использованных истцом почтовых конвертов, в материалах дела не имеется.

При указанных обстоятельствах суд правомерно руководствовался тарифами Почты России на услуги общедоступной почтовой связи и определил размер материального ущерба истца, исходя из минимальной стоимости пересылки одного письма весом до 20г, установленной тарифами до 10 февраля 2025 года в сумме 72 рубля, с 10 февраля 2025 года – в сумме 76 рублей.

Оснований для увеличения размера материального ущерба истца по доводам апелляционной жалобы не усматривается.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд исказил требование истца о взыскании компенсации на основании статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ в размере 11 200 рублей за нарушение условий содержания в связи с утратой спорных писем и заявлений (обращений) и разрешил требование о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, которое им не заявлялось, не могут быть приняты во внимание и повлечь отмену судебного решения.

Статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ предусмотрено, что лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Возможность взыскания указанной компенсации в порядке гражданского судопроизводства нормами Уголовно-исполнительного кодекса РФ не предусмотрена.

Из материалов дела следует, что суд на основании определения от 28 октября 2025 года перешел к рассмотрению дела по правилам гражданского судопроизводства (л.д. 126 т.2).

В письменных ходатайствах, заявленных суду 24 ноября 2025 года и 26 ноября 2025 года (поступили в суд 27 ноября и 1 декабря 2025 года), ФИО1 просил суд в случае не возможности рассмотрения его требования о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении на основании статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ рассмотреть это требование как требование о взыскании компенсации морального вреда в том же размере 11 200 рублей с учетом его медицинской документации (л.д. 141 т.2).

Определением от 9 декабря 2025 года указанные требования ФИО1 приняты судом к рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства и разрешены в решении суда (л.д. 154 т.2).

Таким образом, нарушения требований части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ о принятии решения только по заявленным истцом требованиям судом не допущено.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о взыскании компенсации морального вреда является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Доказательств нарушения действиями ответчика по не направлению спорных писем, заявлений и обращений каких-либо личных неимущественных прав или нематериальных благ ФИО1 не представлено.

Как верно учтено судом первой инстанции, истец повторно направил письма и обращения, ответы на которые им частично получены.

В октябре 2024 года ФИО1 воспользовался правом на судебную защиту, обратившись в суд с административным иском к ФСИН России о признании незаконным отказа в переводе для дальнейшего отбывания наказания в другое исправительное учреждение, расположенное ближе к месту жительства родственников, в рамках которого предметом рассмотрения также являлась конфликтная ситуация, возникшая у ФИО1 с осужденными отряда <Номер обезличен> ФИО16 и ФИО17 в ноябре 2024 года, вопросы по которым были поставлены в неоправленных спорных письмах.

Вступившим в законную силу решением Печорского городского суда Республики Коми от 6 февраля 2025 года по делу № 2а-127/2025 в удовлетворении административного иска ФИО1 отказано (л.д.187-191 т.2).

В соответствии с п.6.3 Правил внутреннего распорядка ИУ вопросы, поставленные истцом в письменных заявлениях (обращениях) на имя начальника ФКУ ИК-49, могли быть поставлены им на приеме по личным вопросам.

Вызовы скорой помощи <Дата обезличена>, <Дата обезличена> и <Дата обезличена> связаны с имеющимся у истца хроническим заболеванием, доказательств обострения которого из-за не отправки ответчиком спорных писем суду не представлено.

При отсутствии доказательств причинения истцу физических и нравственных страданий нарушением его личных неимущественных прав или нематериальных благ оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется, в связи с чем суд правомерно отказал в иске ФИО1 к ФКУ ИК-49 УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о компенсации морального вреда.

При рассмотрении спора суд первой инстанции полно проверил приведенные истцом доводы в обоснование исковых требований и правомерно отклонил их, как не нашедшие подтверждения в ходе судебного разбирательства, со ссылкой на доказательства, представленные суду, которые приведены в решении и получили надлежащую правовую оценку, соответствующую требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Таким образом, решение суда является законным и обоснованным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Оснований, предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, для отмены решения суда не установлено.

Руководствуясь статьями 328,330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Печорского городского суда Республики Коми от 14 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий-

Судьи-

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 апреля 2026 года.