Решение № 2-936/2020 2-936/2020~М-482/2020 М-482/2020 от 1 сентября 2020 г. по делу № 2-936/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02.09.2020 Сысертский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Мурашова А.С., при секретаре Ильиной И.П., с участием представителя истца ФИО1 - ФИО5, представителя ответчика ФИО6 - ФИО7, третьего лица ФИО8, третьего лица ФИО9, представитель третьего лица ФИО9 - ФИО10, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-936/2020 по иску ФИО11 ФИО14 к ФИО13 ФИО18, ФИО13 ФИО15 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд вышеуказанным иском, указав в обоснование исковых требований, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком ФИО16 заключены договоры займа на сумму 7 610 000 руб., решением Кировского районного суда <адрес> по делу 2-6047/2017 от ДД.ММ.ГГГГ с ответчика взыскана задолженность.

На момент подписания договоров займа ФИО16 являлся собственником 9/20 здания и земельного участка по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 подарил указанное имущество ФИО6

Считает, что совершение ответчиком сделки по отчуждению указанного имущества нарушает права ФИО1 по получению денежных средств по заключенным между истцом и ФИО16 договорам займа.

На основании ст. 10, ч. 3 ст. 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом уточнений, просит:

Признать недействительным договор дарения 9/20 земельного участка с кадастровым номером №40817810604900317040, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1 963 кв.м. заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО13 ФИО19 и ФИО13 ФИО20.

Признать недействительным договор дарения 9/20 здания с кадастровым номером №40817810604900317040, расположенного по адресу: <адрес>, уд. ФИО17, 11, площадью 784.90 кв.м., заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО13 ФИО21 и ФИО13 ФИО22.

Применить последствия недействительности договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в виде двусторонней реституции.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 - ФИО5 исковые требования, с учетом уточнений, поддержал в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО6 - ФИО7 в судебном заседании иск не признала, указав, что в марте 2017 года ФИО16 сделал предложение оформить на ФИО6 договор дарения доли в земельном участке и нежилом помещении по адресу: <адрес>. Он пояснил, что помещение находиться в аренде и ей так будет материально легче содержать детей, на что ФИО4 согласилась.

ДД.ММ.ГГГГ спорные объекты были проданы ФИО4 ФИО12

О неисполненных денежных обязательствах ФИО16 перед ФИО26, ФИО6 ничего не знала до осени 2017 г. ФИО6 является добросовестным приобретателем. Оснований полагать, что договор дарения был заключен лишь для вида, не имеется.

Требование о применении двусторонней реституции по заявленному иску не подлежит удовлетворению, поскольку спорное имущество находиться в собственности у ФИО9, который является добросовестным приобретателем.

Истцом пропущен срок для предъявления исковых требований о признании оспоримой сделки недействительной. При подаче иска в Кировский районный суд г. Екатеринбурга по взысканию задолженности по договорам займа с ФИО16, по ходатайству истца на запрос суда 20.09.2017 была предоставлена выписка о том, что спорные объекты ответчику ФИО16 не принадлежат. ДД.ММ.ГГГГ судебный пристав-исполнитель установил запрет на регистрационные действия на объекты недвижимости, принадлежащие ФИО16 Следовательно, ФИО1 должен был узнать о том, что ФИО16 произвел отчуждение спорного имущества в сентябре 2017 года.

Ответчик ФИО16 в судебное заседание не явился, согласно отзыву исковые требования не признает, договор дарения был реальным и не связан с выводом имущества с целью нарушить охраняемые законом интересы ФИО1, о расписках ФИО6 не знала, после регистрации перехода прав собственности, ФИО6 несла бремя содержания имущества.

Третьи лица ФИО8, ФИО9, представитель третьего лица ФИО9 - ФИО10 в судебном заседании иск не признали, указав, что 13.12.2018 между ФИО9 и ФИО6 заключен договор купли-продажи спорного имущества за 6 500 000 руб.

Договор дарения был заключен 10.03.2017, за полгода до возбуждения гражданского дела в суде, исполнительное производство в отношении ФИО16 было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, в рамках возбужденного исполнительного производства в отношении должника ФИО16 в пользу взыскателя ФИО1 судебным приставом-исполнителем ДД.ММ.ГГГГ наложен арест на совершение регистрационных действий в отношении квартиры, земельного участка и жилого дома.

На момент совершения сделки по отчуждению имущества у ФИО16 не имелось признаков неплатежеспособности, отчужденное по оспариваемому договору имущество является не единственным имуществом, принадлежавшим должнику, истцом не доказано наличие охраняемого законом интереса в признании сделки недействительной, что является основанием для отказа в удовлетворении иска.

ФИО9 является добросовестным приобретателем 9/20 долей в праве общей долевой собственности на задние и земельный участок. Следовательно, заявленные требования о применении последствий недействительности сделок в виде двухсторонней реституции являются неисполнимыми и не подлежащими удовлетворению.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

Согласно п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ответчиком ФИО16 заключен договор займа на сумму 1 320 000 руб. на срок до ДД.ММ.ГГГГ;

ДД.ММ.ГГГГ - на сумму 99 000 долларов США на срок до ДД.ММ.ГГГГ;

ДД.ММ.ГГГГ - на сумму 350 000 руб. на срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Кировского районного суда <адрес> по делу №40817810604900317040 от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО16 в пользу ФИО1 взысканы сумма долга 7 610 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами 526 427 руб.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО16 возбуждено исполнительное производство.

В обоснование требований истцом указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 подарил ФИО6 9/20 долей в праве долевой собственности на здание и земельный участок по адресу: <адрес>. На момент совершения сделки ответчики были супругами. В настоящее время брак расторгнут. Истец полагает, что договор совершен с целью сокрытия имущества от обращения взыскания по требованиям истца.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

В качестве основания недействительности оспариваемого договора истец приводит пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым сделка может быть признана недействительной в случае противоречия ее закону, однако не указывает на закон, которому противоречит сделка.

Между тем, по смыслу статьи 2, части 1 статьи 195, части 1 статьи 196, части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункта 3 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать требование по существу исходя из фактических правоотношений, определив при этом, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным интересом сделок такого рода.

В абзаце третьем пункта 1, пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор и последняя знала о неправомерных действиях должника.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Наличие такого поведения у сторон оспариваемой сделки судом не установлено, доказательств его наличия не представлено.

В нарушение требований части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суду не представлено доказательств того, что причиной заключения договора было сокрытие имущества ФИО16 от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов, а также доказательств намерения обеих сторон оспариваемого договора дарения не исполнять сделку.

Истец, заявляя о злоупотреблении правом со стороны ответчиков, обязан представить доказательства, явным образом свидетельствующие об этом, и (или) пояснения к представленным доказательствам, связывающие их доводы.

Само по себе заявление о злоупотреблении правом без соответствующих доказательств и правовой позиции, которая была бы раскрыта перед оппонентами и судом, не является достаточным основанием для исследования этого вопроса, поскольку иное означало бы нарушение принципов состязательности и равенства процессуальных прав сторон.

Судом установлено, что в спорный период в отношении ФИО16 не имелось вынесенных судебных постановлений и возбужденных исполнительных производств о взыскании денежных средств или обращении взыскания на какое-либо имущество.

Договор дарения был заключен между ФИО6 и ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ, за полгода до возбуждения гражданского дела.

Исковое заявление о взыскании суммы займа было подано ФИО2 в Кировский районный суд г. Екатеринбурга 05.09.2017.

Исполнительное производство в отношении ФИО16 было возбуждено спустя год после сделки ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, в собственности ФИО16 имеется иное имущество.

Согласно решению Кировского районного суда г.Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу №40817810604900317040а-2037/2019, в рамках возбужденного исполнительного производства в отношении должника ФИО3 в пользу взыскателя ФИО2 судебным приставом-исполнителем ДД.ММ.ГГГГ наложен арест на совершение регистрационных действий в отношении квартиры, земельного участка и жилого дома. Однако, судебный пристав-исполнитель не предпринял мер к обращения взыскания на данное имущество.

Запрета на совершения сделки не существовало, поскольку наличие каких-либо обязательств не является препятствием для совершения других гражданско-правовых сделок.

Презумпция добросовестного поведения сторон истцом не опровергнута.

Истец и ответчики являются членами одной семьи: истец ФИО1 приходится отцом ответчику ФИО4; ФИО3 и ФИО4 до ДД.ММ.ГГГГ состояли в браке. Права супругов на имущество урегулированы брачным договором.

При этом, из пояснений ответчиков следует, что инициатива дарения исходила от ФИО16, чтобы у ответчика ФИО6 и их ребенка был доход от сдачи спорного имущества в аренду.

Таким образом, пояснения ответчиков, их отношение к сделке, последующие действия сторон указывают на ее реальный характер. Сделка заключена сторонами в установленной письменной форме, содержит все существенные условия договора. Регистрация перехода права собственности произведена в установленном порядке, с заявлениями о приостановлении, прекращении регистрации прав стороны не обращались.

Ответчик ФИО6 права собственника в отношении переданного имущества осуществляла в полном объеме, поддерживала в надлежащем состоянии, беспрепятственно на протяжении двух лет использовала имущество для сдачи в аренду.

Согласно выписке из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано ограничение прав и обременение объекта недвижимости: Аренда, дата государственной регистрации ДД.ММ.ГГГГ сроком на 10 лет.

Каких-либо признаков мнимости заключенного договора дарения из обстоятельств дела не усматривается, правовой результат сделки в виде фактического приобретения имущества ответчиком ФИО6 безвозмездно в свою собственность был достигнут, сделка дарения от ДД.ММ.ГГГГ совершена реально, исполнена сторонами.

Из материалов дела также усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО9 (покупатель) и ФИО6 (продавец) заключен договор купли-продажи 9/20 долей в праве общей собственности на нежилое здание и 9/20 доли в праве общей собственности на земельный участок, находящиеся по адресу: Российская Федерация, <адрес>.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, исходя из положений п. 1 ст. 10, п. 3 ст. 166, ст. 167, ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также правовых позиций, изложенных в п. 84 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", поскольку на момент рассмотрения дела судом спорное имущество выбыло из собственности ФИО6 и принадлежит на праве собственности (по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ) ФИО9, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, то правовые основания для обращения взыскания на 9/20 доли в праве общей собственности на земельный участок, находящиеся по адресу: Российская Федерация, <адрес> счет погашения задолженности ответчика ФИО16 перед истцом отсутствуют.

В соответствии со п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

Как разъяснено в пункте 84 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

Под лицом, заинтересованным в предъявлении иска о признании недействительной ничтожной сделки, следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле.

Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, а предъявленный этим лицом иск выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов.

Поскольку истец не являются стороной спорного договора, он должен подтвердить наличие материально-правовой заинтересованности в оспаривании данной сделки.

Таких доказательств истцом ФИО1 не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации целью обращения истца, право которого нарушено, в суд является восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов этого лица.

В данном случае истец, обращаясь с иском в суд, не указал каким образом его права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

При этом судом принято во внимание, что договор купли-продажи от 13.12.2018 между ФИО9 и ФИО6 исполнен, приведение сторон в первоначальное положение невозможно.

Следовательно, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

На основании изложенного руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО11 ФИО23 к ФИО13 ФИО24, ФИО13 ФИО25 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме путём подачи жалобы через Сысертский районный суд.

Судья: Мурашов А.С.

Решение изготовлено 07.09.2020.