Апелляционное постановление № 22-12027/2025 от 17 декабря 2025 г.

Судья Шарафеев А.Ф. Дело № 22-12027/2025

50RS0035-01-2025-014660-09


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 декабря 2025 года г.Красногорск Московской области

Московский областной суд в составе председательствующего судьи Абрамской О.А., при помощнике судьи Богородской Д.Г., с участием прокурора Бельдий Е.И., обвиняемого ФИО1, участвующего в судебном заседании апелляционной инстанции посредством системы видеоконференц-связи, адвоката Горбачевой К.А. в защиту обвиняемого ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению помощника Подольского городского прокурора Петряковой Т.Г. на постановление Подольского городского суда Московской области от <данные изъяты>, которым уголовное дело в отношении

ФИО1 <данные изъяты>

возвращено Подольскому городскому прокурору для устранения препятствий рассмотрения дела судом.

Заслушав доклад судьи Абрамской О.А., выступление прокурора Бельдий Е.И., поддержавшей доводы апелляционного представления, обвиняемого ФИО1, адвоката Горбачевой К.А. в защиту обвиняемого, просивших постановление оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами следствия ФИО1 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159, ч.4 ст.159 УК РФ.

Постановлением Подольского городского суда Московской области от <данные изъяты> настоящее уголовное дело возвращено Подольскому городскому прокурору Московской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении помощник Подольского городского прокурора Петрякова Т.Г. с постановлением суда не согласна. Указывает, что из материалов уголовного дела следует, что действия ФИО1 следствием квалифицированы по ч.3 ст.159 УК РФ и ч.4 ст.159 УК РФ. Полагает, что его действия квалифицированы верно, именно как мошенничество, то есть хищение чужого существа путем обмана и злоупотреблением доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере (в отношении потерпевшей ФИО2) и в особо крупном размере (в отношении потерпевшего Потерпевший №2). Поскольку Сеидов при совершении преступления в отношении ФИО2 действовал совместно и по предварительному сговору с не установленными лицами, то есть группой лиц по предварительному сговору, умысел которой был направлен на хищение имущества, а именно денежных средств путем обмана. В ходе совершения данного преступления роль Сеидова состояла в том, чтобы представить свои банковские реквизиты за денежное вознаграждение, для непосредственного обналичивания не установленными лицами денежных средств, поступивших от потерпевшей ФИО2 на счет ФИО1. Доказательствами подтверждающими роль ФИО1 при совершении преступления в отношении ФИО2 являются показания потерпевшей ФИО2, выписка из АО «<данные изъяты>» по счету на имя ФИО1. По эпизоду преступления в отношении потерпевшего Потерпевший №2 также следует, что Сеидов действовал совместно и по предварительному сговору с не установленными лицами, то есть группой лиц по предварительному сговору, умысел которой был также направлен на хищение денежных средств Потерпевший №2 путем обмана и злоупотреблением доверия. При совершении преступления по данному эпизоду роль Сеидова состояла в приискании за денежное вознаграждение лиц, которые предоставляли ему свои банковские реквизиты для последующего поступления на расчетные счета денежных средств потерпевшего Потерпевший №2, для дальнейшего их обналичивания не установленными лицами. Доказательствами, подтверждающими роль ФИО1 в указанном преступлении являются: показания потерпевшего, который будучи обманутым и введенным в заблуждение неустановленными лицами, осуществил переводы своих денежных средств на банковские счета обозначенные неустановленными лицами; сведения ПАО «<данные изъяты>», в соответствии с которыми часть денежных средств Потерпевший №2 была переведена последним на банковский счет ФИО11, в последующем на банковский счет ФИО3, сведения о банковском счете который предоставил ФИО1 за денежное вознаграждение; показания подозреваемого/обвиняемого ФИО1 в соответствии с которыми, последний осуществлял приобретение банковских реквизитов различных физических лиц, передачу их за денежное вознаграждение не установленным лицам; показания свидетелей ФИО4 и ФИО5, подтвердивших реализацию ФИО3 банковских реквизитов ФИО1 за денежное вознаграждение. Считает, что обвинительное заключение отвечает требованиям ст.220 УПК РФ, в нем изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе, формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части и статьи Уголовного кодекса РФ, существо обвинения с указанием в полном объеме данных, подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу. Просит постановление Подольского городского суда Московской области от <данные изъяты> отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Возвращение дела прокурору может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, в случае допущенных на досудебных стадиях нарушений, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

При решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в ст.237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст.220 УПК РФ положений, которые служат препятствием для принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

Согласно ч.1 ст.220 УПК РФ, в обвинительном заключении наряду с другими данными, должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела.

При этом одним из основных требований, предъявляемых к содержанию обвинительного заключения, является конкретизация предъявленного обвинения, что подразумевает конкретизацию преступных действий, инкриминируемых обвиняемому, что в свою очередь является необходимым условием индивидуализации ответственности обвиняемого, а также обеспечения обвиняемому права на защиту.

Учитывая положения ст.252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, невозможно вынесение справедливого итогового решения по уголовному делу, где юридически значимые фактические обстоятельства органами предварительного следствия не установлены и в обвинительном заключении не отражены.

Предъявленное ФИО1 обвинение, а также составленное в соответствии с ним обвинительное заключение, вопреки доводам, указанным в апелляционном представлении прокурора, не соответствует всем указанным в законе критериям, что является препятствием, исключающим возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, на основе имеющегося в уголовном деле обвинительного заключения.

Так, принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору, суд первой инстанции указал, что инкриминируемое ФИО1 деяние, не соответствует требованиям ст.73 УПК РФ, и лишает его права на защиту от предъявленного обвинения в виду его неконкретности.

По преступлению, предусмотренному ч.4 ст.159 УК РФ, ФИО1 инкриминируется совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору. Роль ФИО1 заключалась в том, чтобы за денежное вознаграждение заранее приискать лиц, неосведомленных об их (ФИО1 и неустановленных следствием лиц) преступных намерениях, которые должны были оформить в банковских организациях на свое имя банковский счет с соответствующей банковской картой, реквизиты которых совместно с доступом в мобильное приложение банка предоставить ему (ФИО1) за денежное вознаграждение, после чего похищенные денежные средства граждан должны были быть перечислены на «безопасные» банковские расчетные счета, которые ему (ФИО1) передавали лица, в целях обеспечения их сохранности, что также не соответствовало действительности и действовать согласно складывающейся ситуации.

Вместе с тем, в обвинении не нашло отражение, какие же непосредственно действия ФИО1 были им совершены, направленные на исполнение единого умысла, составляющие объективную сторону преступления.

Согласно обвинению, потерпевший Потерпевший №2 по указанию лиц, которые отражены как неустановленные, переводил денежные средства на различные счета, данные о которых предоставлялись неизвестными, в том числе на счета ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 Амс., ФИО11, которые, согласно обвинению, не были осведомлены о преступном намерении неустановленных следствием лиц.

При этом, исходя из обвинения, именно ФИО1 должен был приискать неосведомленных лиц, которые должны были предоставить банковские счета.

С учетом географии места жительства названных неосведомленных лиц, в обвинении отсутствует описание действий ФИО1, связанных с обстоятельствами получения им сведений и доступа к банковским счетам неких лиц и каких именно.

При наличии данных, позволяющих конкретизировать действия ФИО1 в рамках предъявленного обвинения, вопреки требованиям ст.73 УПК РФ, этого сделано не было.

Не указание конкретных действий ФИО1 в частности, его действий по предоставлению сведений, по каким банковским картам и счетам им был предоставлен доступ неустановленным следствием лицам, препятствует постановлению законного и обоснованного судебного акта.

Суд первой инстанции, принимая решение о возвращения уголовного дела прокурору, пришел к обоснованному выводу о том, что при составлении обвинительного заключения в отношении ФИО1 допущены такие нарушения процессуальных норм, которые делают невозможным принятие по нему любого итогового решения.

Так, в соответствии с п.п.3 и 4 ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь наряду с другими данными указывает: место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ.

Таким образом, в обвинительном заключении, исходя из собранных материалов в ходе предварительного следствия, определяются сущность, объем и пределы предстоящего судебного разбирательства.

Как правильно установил суд первой инстанции, обвинительное заключение по делу ФИО1 этим требованиям не отвечает.

Действия ФИО1 органами предварительного следствия квалифицированы как мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере (в отношении потерпевшего Потерпевший №2).

В соответствии с ч.1 ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Как правильно отметил суд в своем постановлении в обвинительном заключении отсутствует описание действий ФИО1, связанных с обстоятельствами получения им сведений и доступа к банковским счетам лиц и каких именно, его действий по предоставлению сведений, по каким банковским картам и счетам им был предоставлен доступ неустановленным следствием лицам, не нашло отражение, какие действия были совершены непосредственно ФИО1, направленные на исполнение единого умысла, составляющие объективную сторону преступления.

Содержащаяся в описании существа обвинения неопределенность свидетельствует о том, что обвинение не является понятным, не позволяет суду установить подлежащие доказыванию и имеющие значение для уголовного дела обстоятельства, а кроме того, свидетельствует о нарушении права ФИО1 на защиту, а именно, права знать, в чем конкретно он обвиняется, что является препятствием для рассмотрения уголовного дела по существу.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что указанные обстоятельства имеют существенное значение и не могли быть устранены судом самостоятельно, так как при рассмотрении дела в соответствии с положениями ст.252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства, при условии предъявленного подсудимому обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, суд не вправе выйти за рамки сформулированного в обвинительном заключении обвинения.

Допущенные на досудебной стадии нарушения являются существенными, ограничивающими права и законные интересы участников уголовного судопроизводства.

В соответствии с ч.2 ст.15 УПК РФ функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга, вследствие чего суд не вправе формулировать предъявленное обвинение; состязательность в уголовном судопроизводстве предполагает, что возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами; возложение же на суд обязанности в той или иной форме подменять деятельность этих органов и лиц по осуществлению функции обвинения не согласуется с предписанием ст.123 Конституции РФ.

Указанные нарушения при составлении обвинительного заключения в отношении ФИО1 являются существенными, они не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, исключают возможность постановления законного и обоснованного приговора либо иного итогового судебного решения, и фактически не позволяют суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия, в связи с чем решение о возвращении уголовного дела прокурору является верным, основанным на требованиях закона, мотивированным.

Доводы апелляционного представления об отсутствии нарушений не состоятельны и противоречат нормам уголовно-процессуального закона, поскольку определение существа обвинения и указание в нем всех фактических данных, подлежащих обязательному доказыванию на стадии досудебного производства, относится к исключительной компетенции следственных органов.

Утверждение автора апелляционного представления об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела прокурору, является несостоятельным.

В обжалуемом постановлении суда подробно, с приведением убедительных мотивов изложены обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

Оценивая постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору и доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит, что при таких обстоятельствах суд первой инстанции правильно пришел к выводу о необходимости возвращения уголовного дела прокурору, по тем основаниям, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований ст.220 УПК РФ.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что решение о возвращении уголовного дела прокурору принято судьей в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а мотивированные выводы суда не опровергаются обстоятельствами, изложенными в апелляционном представлении.

Постановление суда соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ.

Оснований для отмены постановления суда первой инстанции, в том числе по доводам, изложенным в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции не находит.

Оснований для отмены или изменения меры пресечения ФИО1, в виде содержания под стражей, срок которой установлен до <данные изъяты>, не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при принятии судом решения допущено не было.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Подольского городского суда Московской области от <данные изъяты>, которым уголовное дело в отношении ФИО1 <данные изъяты>, возвращено Подольскому городскому прокурору Московской области, оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Абрамская О.А.